Фанфики
Главная » Статьи » Фанфики по Сумеречной саге "Все люди"

Уважаемый Читатель! Материалы, обозначенные рейтингом 18+, предназначены для чтения исключительно совершеннолетними пользователями. Обращайте внимание на категорию материала, указанную в верхнем левом углу страницы.


Моя любовь, моя ошибка. Глава 17. Часть I

Глава 17. Часть I. 

Эдвард 

- Маркус, я прошу тебя...нет...это больше не повторится. Да, спасибо. Я зайду на днях. Спасибо тебе ещё раз.
Я отсоединился и посмотрел на Аманду. Она безучастно сидела в своём кресле, глядя в пространство. 
- У тебя все ещё есть работа. – сказал я. Она перевела на меня взгляд; ее молчание сводило меня с ума. 
- Послушай меня. – я присел около неё; наши глаза были на одном уровне. Мне необходимо было достучаться до неё. 
- Тебе нужна помощь.
- Вы...ты помогаешь мне, во всем. 
Ободрённый тем, что она говорит со мной, я стал осторожно подводить ее к тому, что не давало мне покоя с момента ее выходки.
- Тебе нужна такая помощь, которую я тебе оказать не могу, Аманда. 
- Что ты имеешь в виду? – вскинулась она.
- Ты пережила так много...и переживаешь до сих пор...никто не требует от тебя, чтобы ты справлялась с этим в одиночку. Мы могли только обеспечить твой быт, но помочь тебе так, как нужно, может специалист...врач, Аманда. Ты не должна бездействовать или крушить все вокруг, если тебе плохо. Я найду тебе...
Она вскочила. 
- Я не пойду на это, Эдвард! Я не хочу, чтобы кто-то, кому я не доверяю, копался в моих мозгах! И совершенно ясно, что я не буду принимать никаких медикаментов! Ты понял меня?! 
- Я понимаю тебя. Ты не обязана сразу же доверять кому-то. Ты можешь просто поговорить с тем специалистом, которого я найду, и посмотреть, сможешь ли ты...
Она на дала мне договорить. Резко обернувшись, она взмахнула рукой; я почувствовал жжение на правой щеке. 
- Ты все распланировал, Эдвард Каллен, не так ли?! – рявкнула она; вдруг ее глаза расширились, она заметила красное пятно на моей щеке. Брызнули слезы; она схватила меня за руку и, рыдая, осторожно дотронулась до моего лица. Я отвёл ее руку. 
- Прости меня, Боже, Эдвард, прости меня, я не знаю...
Она свернулась в своём кресле, продолжая плакать и бормотать извинения, но больше не пыталась подойти ко мне или дотронуться. 
Не сводя с неё глаз, я взял телефон со стола. 
- Арчи. Созвонись с с доктором Морганом, будь так любезен. Сообщи мне лично, когда он будет готов принять Аманду. Да, спасибо.
Я развернулся и молча покинул её квартиру. 

Я был взвинчен и подавлен одновременно. Меня трясло, но я рискнул сесть за руль. Не было ни времени, ни желания вызывать машину. Добравшись до места съёмок, я припарковал свою машину и, откинувшись на сиденье, на секунду закрыл глаза. Никому не нужно видеть меня в таком состоянии; мои личные проблемы должны оставаться в буквальном смысле за кадром; я не собирался повторять свои собственные ошибки. Я просидел так некоторое время, пока не прошла омерзительная дрожь под ложечкой и не замедлился пульс. Лёгкий стук в окно вывел меня из моей летаргии. Я открыл глаза и понял, что могу снова дышать. Белла. 
- Привет. Я разбудила тебя? – тихо спросила она, когда я открыл дверь и вышел. 
- Нет. Я рано приехал, собирался с мыслями.
Она пристально, испытующе смотрела на меня. Я умирал от желания хотя бы взять её за руку, но не смог. Она ничего не знает о ситуации, в которой я находился. О моем долге; об ответственности, которая лежала на мне. Мне казалось, что меня раздирает пополам. Я жаждал её тепла, ее любви. Я уговаривал себя, что имею на это право, что достаточно пережил, чтобы просто хотеть любить и быть любимым. Но как я мог втянуть эту девочку, не имевшую понятия о побегах, сектах, смерти и отчаянии, в отношения, не запятнав? 
- Эдвард...я не хочу вмешиваться в твою жизнь, но все же...что с тобой происходит? – наконец спросила она. 
- С чего ты взяла, что...
Она сама мягким движением взяла мою руку, согревая. От ее взгляда не ускользало ничего; я был готов упасть перед ней на колени и умолять дать моей разбитой жизни шанс на исцеление. 
- Я вижу. Если ты захочешь поговорить...или помолчать, я здесь. Пойдём. Мне сегодня придётся поработать, чтобы Эдвард Каллен смог блистать.
Она озорно улыбнулась и потянула меня в павильон. Я пошёл за ней; в этот момент я был готов на все, только чтобы иметь возможность вот так идти за ней, рука в руке. Куда угодно. 

Белла

Мне было знакомо это выражение на его лице. Последние восемь месяцев я молилась о том, чтобы больше не видеть его таким. 
Я обычно не соглашалась на такие авантюры: войти в проект под самый конец, практически не имея времени на то, чтобы вникнуть в него, полагаясь только на эскизы и на крупицы отсмотренного материала. Тем более работать с Джеймсом Крейгом. Но группа осталась без гримёра, а мне банально нужны были деньги. 
Я была в аду. 
Но я и предположить не могла, что этот общий ад превратится и в мое персональное чистилище. 
До того времени я видела Эдварда Каллена два-три раза, мельком, на бегу. Я знала, что он стоял только у начала своей карьеры, имел за плечами одну, очень успешную роль; работа с Крейгом стала его вторым проектом. Я слышала о его репутации: пунктуален, вежлив, без вредных привычек и звездной болезни. Все и ничего, думалось мне. Я видела уже отснятый материал с его участием. Просматривала кадры, вглядываясь в его лицо, следя за выражением глаз, бесстрастно отмечая для себя важные моменты. Он был, бесспорно, талантлив. 
На одной из плёнок мне попались кадры, снятые оператором неизвестно зачем во время перерыва на площадке. Я видела, как Эдвард беседует со вторым режиссером; внимательно смотрит на монитор, слушая разъяснения. Кто-то позвал его; он улыбнулся, так мягко, так хорошо; пожал руку оператору. Снова взгляд на монитор, серьёзный, сосредоточенный. Вот он присел прямо на пол, держа в руках сценарий и делая в нем пометки; поднял глаза, закусил ручку. 
В ту ночь мне впервые приснился Эдвард Каллен.

Он был дружелюбен, корректен, иногда легко и необидно подшучивал надо мной, чтобы разрядить обстановку. Я нервничала, работая с ним, но в этом была виновата я одна; титаническими усилиями я брала себя в руки, чтобы это не бросалось в глаза. Чтобы не смотреть дольше положенного; делать своё дело, не обращая внимания на яркость глаз, на морщинку у правого угла губ, появляющуюся в улыбке, на внимательный взгляд из-под чёрных ресниц. Я присутствовала при том, как Крейг сломал его на съёмках похорон, видела следы слез на его щеках. 
Но все закончилось в тот день, когда он, чуть не опоздав на съемки, влетел в студию последним. В этот день я гримировала не живое, красивое лицо, которое уже знала, как свои пять пальцев; я гримировала гипсовую маску. Без выражения, без эмоций. Только фиолетовые тени под глазами. Сжатые до треска зубы. Он не заговаривал больше со мной. Даже не здоровался. Казалось, его покидают силы и он отчаянно экономит их. Едва я заканчивала, он срывался с места и вылетал на площадку. И творил чудеса. Он не играл; он жил, выворачивая наизнанку самого себя, срывая с себя кожу. Крейг откровенно бесился, но был достаточно профессионалом, чтобы понять, что его фильм обречён на грандиозный успех. К Эдварду подходили, хлопали по плечу, поздравляли. Больше не было этой улыбки, освещавшей все вокруг. Он слегка кивал, коротко извинялся. Раздававшийся потом визг шин с парковки заставлял  качать головой, перешептываться. Никто не знал, что происходило с ним. И никто, по большому счёту, особо и не задумывался о том, что превратило этого потрясающего молодого человека в тень самого себя. Он делал свою работу блестяще, не был замечен ни в чем, что бы могло скомпрометировать его или проект – чего ещё желать. 

Каждый день я наблюдала, как он горит. Чуть более впалые щеки; ещё глубже тени под глазами. Морщинки вокруг губ сменились горькими складками. Он смотрел сквозь меня, говоря сквозь зубы и только по строгой необходимости. Незадолго до конца съёмок он свалился с воспалением лёгких. Каюсь, я раздобыла его адрес. Подъехав к его дому, я просидела четверть часа в машине и уехала, ненавидя себя за трусость. 

Он появился через две недели. Впервые в жизни я поняла, что это значит, когда сердце болит о ком-то. И неважно, помнит ли он о моем существовании или нет. Видит он меня или нет. 
Он блистал на премьере; один Бог знает, чего ему это стоило. После премьеры я потеряла его из вида. Я часто пересматривала фильм; официально, чтобы оценить свою работу. Но каждый раз я плакала, зная, что скрывалось за каждой из сцен. Эдвард Каллен прочно занял своё место в моем сердце. 

Когда мне поступило предложение работать на новом проекте, я знала, на что иду. Я снова увижу его. 
В первый съёмочный день я тащила свой грим-кофр к его гримерке; желудок сжимался, я чувствовала себя ужасно. Я не знала, как говорить с ним, как обращаться к нему. В каком он будет состоянии. Я надеялась, ради него самого, что я больше не увижу эту страшную маску на его лице. 
Постучав, я попросила разрешения войти, но он распахнул дверь мне навстречу: зеленоглазый вихрь, подхвативший мой треклятый кофр. Я увидела прежнюю улыбку, взлохмаченные волосы. Тёплые пальцы коснулись моей руки, когда он забрал у меня мой чемодан. 
- Изабелла! – воскликнул он, а я не смогла скрыть глупой, щенячьей ухмылки. Он помнил меня! 
Он был в прекрасном настроении, шутил и развлекал меня разговором. Я злоупотребляла своим служебным положением, позволяя себе рассмотреть его, познакомиться заново. Он попросил называть его по имени. 
Заканчивая работать, я лихорадочно думала, что я могу сказать ему; его глаза горели, он пристально смотрел на меня.
- Добро пожаловать, Эдвард. – сказала я еле слышно. 
Я все сделала правильно. 

 

 

 

 

 

 

 

 



Источник: http://robsten.ru/forum/29-2959-1
Категория: Фанфики по Сумеречной саге "Все люди" | Добавил: irina_vingurt4514 (07.02.2017)
Просмотров: 565 | Комментарии: 9 | Рейтинг: 4.7/11
Всего комментариев: 9
avatar
0
9
Эдя молодец, что смог переключиться с Аманды на другую девушку  fund02002
avatar
0
8

Цитата
Но я и предположить не могла, что этот общий ад превратится и в мое персональное чистилище. Я слышала о его репутации: пунктуален, вежлив, без вредных привычек и звездной болезни. Все и ничего, думалось мне.
На одной из плёнок мне попались кадры, снятые оператором неизвестно зачем во время перерыва на площадке. Я видела, как Эдвард беседует со вторым режиссером; внимательно смотрит на монитор, слушая разъяснения. Кто-то позвал его; он улыбнулся, так мягко, так хорошо; пожал руку оператору. Снова взгляд на монитор, серьёзный, сосредоточенный. Вот он присел прямо на пол, держа в руках сценарий и делая в нем пометки; поднял глаза, закусил ручку.
В ту ночь мне впервые приснился Эдвард Каллен.
Он был дружелюбен, корректен, иногда легко и необидно подшучивал надо мной, чтобы разрядить обстановку. Я нервничала, работая с ним, но в этом была виновата я одна; титаническими усилиями я брала себя в руки, чтобы это не бросалось в глаза. Чтобы не смотреть дольше положенного; делать своё дело, не обращая внимания на яркость глаз, на морщинку у правого угла губ, появляющуюся в улыбке, на внимательный взгляд из-под чёрных ресниц. Я присутствовала при том, как Крейг сломал его на съёмках похорон, видела следы слез на его щеках.

В этот день я гримировала не живое, красивое лицо, которое уже знала, как свои пять пальцев; я гримировала гипсовую маску. Без выражения, без эмоций.
Казалось, его покидают силы и он отчаянно экономит их. Едва я заканчивала, он срывался с места и вылетал на площадку. И творил чудеса. Он не играл; он жил, выворачивая наизнанку самого себя, срывая с себя кожу.
Больше не было этой улыбки, освещавшей все вокруг. Он слегка кивал, коротко извинялся.
И никто, по большому счёту, особо и не задумывался о том, что превратило этого потрясающего молодого человека в тень самого себя. Он делал свою работу блестяще, не был замечен ни в чем, что бы могло скомпрометировать его или проект – чего ещё желать. 
Каждый день я наблюдала, как он горит. Чуть более впалые щеки; ещё глубже тени под глазами. Морщинки вокруг губ сменились горькими складками. Он смотрел сквозь меня, говоря сквозь зубы и только по строгой необходимости.

Впервые в жизни я поняла, что это значит, когда сердце болит о ком-то. И неважно, помнит ли он о моем существовании или нет. Видит он меня или нет.
Он блистал на премьере; один Бог знает, чего ему это стоило.
Я часто пересматривала фильм; официально, чтобы оценить свою работу. Но каждый раз я плакала, зная, что скрывалось за каждой из сцен. Эдвард Каллен прочно занял своё место в моем сердце.
Я не знала, как говорить с ним, как обращаться к нему. В каком он будет состоянии. Я надеялась, ради него самого, что я больше не увижу эту страшную маску на его лице.

Я увидела прежнюю улыбку, взлохмаченные волосы. Тёплые пальцы коснулись моей руки, когда он забрал у меня мой чемодан.
- Изабелла! – воскликнул он, а я не смогла скрыть глупой, щенячьей ухмылки. Он помнил меня!
Я злоупотребляла своим служебным положением, позволяя себе рассмотреть его, познакомиться заново. Он попросил называть его по имени.
Заканчивая работать, я лихорадочно думала, что я могу сказать ему; его глаза горели, он пристально смотрел на меня.
- Добро пожаловать, Эдвард. – сказала я еле слышно.
Я все сделала правильно.
 оу, трогательно красиво и сердце вздрагивает, от чувств нежных да душа, воодушевлена им одним.................................      
avatar
0
7
Ух ты, а Эдвард все глубже срываясь и мглой затянутый в бездну Ам/, насквозь разрываясь.....................................................  
Ничего себе и Белла, оу лишь воочию его увидела но, уже ЛЮБОВЬЮ прониклась отчего, страдает увы, оставаясь профи........ 
avatar
0
5

Цитата
Ты пережила так много...и переживаешь до сих пор...никто не требует от тебя, чтобы ты справлялась с этим в одиночку. Мы могли только обеспечить
твой быт, но помочь тебе так, как нужно, может специалист...врач,
И получить незаслуженную пощечину за постоянную заботу, внимание и желание помочь... как -то чересчур...
И все равно я сочувствую ей - она много пережила, психика нарушена, она была сильной, понимающей и порядочной девушкой( надеюсь, что такой и осталась), но куда делась женская мудрость - она ведь понимает, что теряет Эдварда; и совсем неясно, зачем обострять такие хрупкие отношения...
А в сердце Эдварда освобождается место для Бэллы...,она полный антипод  Аманды, и не зря же он обратил внимание в первый(второй раз) именно на нее.
Цитата
Мне казалось, что меня раздирает пополам. Я жаждал её тепла, ее любви. Я уговаривал себя, что имею на это право, что достаточно пережил, чтобы
просто хотеть любить и быть любимым.
Но его удерживает чувство ответственности и нежелание втягивать Бэллу в свою запутанную жизнь.
И она целенаправленно согласилась работать на новом проекте - чтобы встретиться с Эдвардом...
Он ее заметил и вспомнил.
Большое спасибо за прекрасное продолжение.
avatar
0
6
Спасибо за чтение! Могу только сказать , что Аманда действительно пострадала сильнее, чем можно было бы предполагать, а теперь уже неразделенная любовь к Эдварду не добавляет ей разума. Так что ее поведение экстремально, но она стала такой. События развиваются дальше.
avatar
2
3
Не делай добра, не получишь зла! Права народная мудрость! Терпение у Эдварда просто ангельское. Пора ему дать ей пинка! И свободна.....! Для ее же  блага! Вошла в роль жертвы и это ей нравится. Спасибо за продолжение!
avatar
1
4
Спасибо, что читаете!  К сожалению, это так. Но Эдварду предстоит ещё долгий путь .  У него все будет хорошо. Ну и у Беллы , конечно, тоже. Со временем. Оставайтесь со мной!
avatar
3
2

Цитата
Она ничего не знает о ситуации, в которой я находился. О моем долге; об ответственности, которая лежала на мне.
 Да почему,чёрт возьми он должен нести ответственность за эту еб........??? и если решил начать новые отношения,лучше всё рассказать Белле всё как есть
avatar
0
1
Совсем эта Аманда от рук отбилась!  Обналегвшая хамка!
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]