Фанфики
Главная » Статьи » Фанфики по Сумеречной саге "Все люди"

Уважаемый Читатель! Материалы, обозначенные рейтингом 18+, предназначены для чтения исключительно совершеннолетними пользователями. Обращайте внимание на категорию материала, указанную в верхнем левом углу страницы.


Журавлик - гордая птица. Глава 25. Часть 1. Мир, катящийся в пропасть

Коль мир придётся мне перевернуть вверх дном, 
Чтобы на шаре отыскать тебя земном, 
Знай, так и поступлю. Я без тебя - лишь тень, 
Слепец беспомощный, забывший ночь и день. 

Я – просто оболочка, нет души во мне, 
Себя теряю в страшной вязкой тишине. 
И ты одна способна всё назад вернуть, 
Касаньем губ потери горечь зачеркнуть. 

И в ночь срываюсь я, забыв еду и сон, 
И ритм шагов моих бьёт с сердцем в унисон. 
Я чувствую тебя и слышу голос твой, 
Перекрывающий унылый ветра вой. 

 

     По гостиной разнеслась трель телефонного звонка. Белла вынула сотовый из кармана толстовки и тихонько охнула: номер на дисплее был незнакомым. Это, исходя из недавнего опыта, не сулило ничего хорошего. 
- Прими звонок и поставь на громкую связь, - велел Каллен, глядя в испуганные глаза жены. – Кто бы это ни был и что бы ни сказал, постарайся сохранять спокойствие. 
Преодолевая дрожь в руках, она выполнила его просьбу и, потерянно глядя на мелькание цифр, отсчитывавших время разговора, произнесла: 
- Алло? Говорите, я слушаю. 
- Изабелла? – из динамика послышался встревоженный женский голос. 
- Кто вы? – резко спросила Белла. 
- Мы незнакомы. Меня зовут Ольга. Я звоню по поводу вашей бабушки. Ей стало плохо прямо на улице, и я подошла, чтобы помочь… 
- Что с ней? – осипшим от тревоги голосом воскликнула Изабелла. – Где она? 
- Видимо, у неё поднялось давление. Я помогла ей дойти до дома, предложила вызвать врача, ваша бабушка отказалась. Вместо этого она попросила позвонить вам и дала ваш номер. Но… 
- Не молчите, прошу! - взмолилась Белла 
- Её состояние ухудшается. Минуту назад она потеряла сознание… - В трубке раздался тяжёлый вздох. 
- «Скорую»! Вызывайте «скорую»! - взвыла Белла и свободной рукой сжала пальцы Эдварда. 
- Уже, - быстро произнесла Ольга. – Перед тем как позвонить вам, я сделала это. Но, думаю, вам нужно приехать. 
- Да, - Белла вскочила с дивана и заметалась по комнате, - я уже выезжаю! 
- Умоляю, поторопитесь! - голос её собеседницы был наполнен тревогой и страхом. – «Неотложка» скоро приедет, и, наверное, будет лучше, если к этому моменту вы уже будете здесь. Времени мало! 
- Ждите! – Белла нажала на сброс и, пулей вылетев из гостиной, понеслась наверх, чтобы переодеться. 
- Ты не поедешь одна! – Эдвард нагнал её на лестнице. Схватив за локоть, он развернул её к себе лицом. – Я еду с тобой! 
- Но… дети, Эдвард. Кто-то должен остаться с ними. Если мы поедем вдвоём, за ними некому будет присмотреть. Завезти их к папе, к Жене или Эммету мы просто не успеем! Ты же слышал, «скорая» должна подъехать! Танечка без сознания, а с ней рядом никого нет, кроме совершенно чужой женщины! Счёт идёт на минуты! 
- Если нет другого выхода, мы отправимся туда все вместе. Но одна ты не поедешь! – заявил Каллен не терпящим возражений тоном. – И помни: я с тобой, что бы ни случилось. 
- Я позвоню папе и попрошу присмотреть за детьми, - на ходу бросила Белла. – Мы встретимся с ним у Танечки. Времени нет, и, думаю, хорошим выходом будет, если он заберёт Аню с Сашей прямо оттуда. 
Белла снова схватилась за телефон и стала набирать номер отца. 
- Пап, где ты? – чуть не плача, спросила она, когда Николай взял трубку. 
- Белла, я за рулём. Только недавно освободился на работе. Почему такой голос? 
- Танечка… - проскулила она в трубку. – Ей стало плохо на улице. Мне звонила какая-то женщина, которая помогла ей дойти до дома и сейчас ждёт «скорую». Мы едем туда прямо сейчас вместе с детьми, и мне бы хотелось, чтобы ты забрал их. 
- Я буду в городе примерно через полчаса! - выкрикнул отец. – И сразу к вам. Держитесь там. 
- Ждём, - Белла всхлипнула и нажала отбой. 
- Белла, - Эдвард взял её за руку, - все будет хорошо! Мы успеем! Ты меня слышишь? 
- Д-да, - выдавила она еле слышно. 
– Одевайся! Я соберу Аню и Сашу! - он быстро поцеловал её в лоб и, придерживая за плечи, повёл наверх. 

     Каллен ехал так быстро, как это было возможно, учитывая наличие в машине двоих детей. Белла сидела рядом и не выпускала из рук телефон, тщетно пытаясь дозвониться до Танечки. Она по очереди набирала то мобильный, то городской номер бабушки, и везде ответом ей были лишь равнодушные длинные гудки. 

- Она не берёт трубку ни на одном телефоне! – Белла с досадой хлопнула по колену ладонью. 

     Эдвард, рискнув ненадолго оторваться от дороги, бросил на жену короткий взгляд. То, что он увидел, ему не понравилось: Белла была слишком бледной. Её губы слегка подрагивали от переживаний, и она то и дело сжимала их в тонкую ниточку, пытаясь остановить нервную дрожь. 
- Ты же слышала, что сказала Ольга? Татьяна Тимофеевна без сознания. Но, даже если она и пришла в себя за это время, не думаю, что у неё хватит сил добраться до телефона, - предположил Каллен. Оставив левую руку на руле, правую он протянул женщине, и она тут же вложила в его широкую ладонь свои тонкие озябшие пальчики, издав благодарный вздох. 
- Но Ольга, скорее всего, сейчас там, дожидается до нашего приезда! – озадаченно проговорила Белла. – Неужели она не слышит звонков?! 
- Белла, - попросил Эдвард жену, - прошу, не паникуй раньше времени. Мы почти приехали, буквально через несколько минут у нас будет возможность во всём разобраться. Потерпи, я уже вижу нужный поворот, за которым находится дом Танечки. 
- Конечно, - нехотя сдалась она. 

    Прибыв на место и оставив машину на ближайшей стоянке, они поспешили к подъезду. Белла, ведя за руки детей, успела пересечь широкий тротуар перед домом. До подъездной двери им оставалась всего пара шагов. Эдвард, вынужденный задержаться из-за распустившегося шнурка на ботинке, немного отстал от них. Когда он ступил на тротуар, из глубин двора показалась какая-то машина. Быстро набирая скорость, она понеслась прямо на Каллена. От удара по касательной тело Эдварда отлетело в сторону, а сам автомобиль развернуло в противоположном направлении. Он несколько раз крутнулся вокруг собственной оси, и, визжа тормозами, остановился. Но вылезать наружу и кидаться с испуганными воплями к сбитому им человеку водитель-лихач явно не собирался. Он так и остался сидеть в салоне, скорее всего, приходя в себя после случившегося. 

     Словно со стороны до Изабеллы долетел её собственный громкий крик. Не помня себя, она подлетела к мужу и упала рядом с ним на колени. Эдвард лежал на левом боку, вытянув вперёд левую руку, правая же безвольно свисала вниз вдоль рёбер. Снег по его левым виском был измазан кровью – видимо, падая, Каллен ударился головой о бетонный бортик, проходивший по границе пешеходной дорожки. 

- Папочка! – подбежавшая Аня начала истошно вопить, сев перед Эдвардом на корточки и теребя в кулачке рукав его куртки. 
Саша, упёршись, как и его мать, коленками в утоптанный снег, наклонился и протянул к отцу трясущиеся руки. 
- Папа, папа, папа… - растерянно повторял он одно и то же, тараща на отца глаза, наполненные диким страхом. 

     Коснувшись шеи мужа рукой, Белла нащупала сонную артерию и чуть не заорала от облегчения на весь двор, когда ощутила кончиками пальцев толчки – пусть слабо и неровно, но пульс Эдварда всё же бился. Он был жив, хотя находился без сознания. Внезапно Каллен издал тихий стон, но в себя так и не пришёл. Опомнившись, Белла вытащила из кармана мобильник и, всхлипывая, начала набирать номер «неотложки». 

- Положи телефон, - знакомый голос, наполненный раздражением, заставил её вздрогнуть. Спина тут же покрылась мурашками. Белла уставилась на появившиеся в поле её зрения высокие армейские ботинки, до одури боясь поднять голову, потому что слишком ясно осознавала, кто стоит всего в метре от неё. Медленно, словно против воли, её взгляд заскользил вверх: тёмно-синие джинсы, чёрная куртка с наглухо застёгнутым воротником-стойкой, покрытые тёмной щетиной скулы, презрительно сжатые тонкие губы и… горящие холодной злобой глаза, наполовину скрытые низко надвинутой трикотажной шапкой. Слишком обеспокоенная состоянием мужа, Белла упустила из вида виновника аварии. А тот, успев подойти очень близко, сверлил её своим фирменным тяжёлым взглядом исподлобья. 

- Корнев, - выплюнула она с ненавистью и страхом, не в состоянии понять, какое из этих двух чувств лидировало в её душе в данный момент. 
Аня сдавленно пискнула, зажала рот ладошкой и прижалась к матери, словно ища защиты. 
Корнев усмехнулся и, не обращая внимания на съёжившуюся от испуга девочку, приказал: 
- Телефон бросила! Если мне придётся повторить это ещё раз, последствия могут тебе не понравиться. 
Он задрал полы куртки, вытащил из-за пояса джинсов какой-то предмет и помахал им перед лицом бывшей жены. Света, лившегося из нескольких окон родной пятиэтажки, Белле вполне хватило, чтобы разглядеть в его руках оружие. Послышался щелчок снятого предохранителя. 
- Ну! – Дмитрий нетерпеливо дёрнул подбородком, сделал шаг вперёд и вытянул вперёд руку, в которой сжимал пистолет. – Отдай телефон мне! 
Аня зажмурилась и ещё сильнее вцепилась в Беллу. Спрятав лицо в изгибе её шеи, она часто дышала, не в силах справиться с испугом. 
Изабелла бросила Дмитрию сотовый. Он поймал его свободной рукой и удовлетворённо кивнул. 
- Хорошая девочка, - похвалил он её с наглой ухмылкой. 

     Саша, всё еще сидевший на корточках рядом с отцом, вдруг вскочил и бросился на бывшего отчима с громким криком. Белла, заледенев от страха, отчаянно вскрикнула, пытаясь остановить сына. Корнев без труда поймал мальчика одной рукой за ворот пуховика и прижал к себе, направив на него дуло пистолета. 
- Нет! Не надо! – с мольбой прохрипела Изабелла. – Пожалуйста! 
- Как раз ты мне и нужен, - издевательски пропел Дима, обращаясь к Сане. – Теперь наша мамочка станет ещё послушней, да? 
- Пусти! – Саша начал дёргаться. 
- Ух ты, какой смелый! – хохотнул Корнев. Но улыбка тут же сползла с его лица. С силой тряханув Сашу, он произнёс: - Не смей вертеться, если хочешь остаться жив, щенок! 
- Не трогай его! – снова начала Белла. 
- Да? Ладно, не буду, - пообещал ласковым тоном. – А может, нам стоит избавиться вот от этого человека? – Корнев ткнул оружием в сторону бесчувственного тела Каллена. – Он сейчас такой беспомощный. А вдруг он вообще не придёт в себя, а? Как думаешь, я сильно его покалечил? Что если он оклемается, но останется инвалидом? Зачем он тебе такой? 
- Н-нет, - на лице Беллы, залитом слезами, отразился ужас. 
- Ладно, - Дмитрий озорно подмигнул ей. – Нет, так нет. Тогда будь послушной, дорогая. Тебе же нетрудно? 
Белла обессиленно покачала головой. 
- Идите сюда! Обе! – рявкнул Корнев. 

     Когда Изабелла вместе с дочерью приблизились к нему, он кивком головы указал на свою машину. Оглядев её, Белла заметила, что левая передняя фара разбита вдребезги. Исковерканную автомобильную глазницу окружала внушительная вмятина. Повреждено было так же и левое переднее крыло. 
- Быстро, - приказал он, пропуская их вперёд. – Машина, хоть и покорёжена малость, но, вроде, пока на ходу. Я проверял. 
Кинув на Эдварда тоскливый взгляд, Белла подхватила на руки измученную Аню и побрела к автомобилю. Она постоянно оборачивалась, проверяя, идёт ли следом Саша. Сын плёлся за ней по пятам, а Корнев, придерживая мальчика за куртку своими цепкими пальцами, замыкал процессию. 

Подойдя к машине, Дмитрий оглянулся и рявкнул в темноту: 
- Выходи! 
От ближайших кустов отделилась какая-то фигура и направилась к ним. Это, как поняла Белла при ближайшем рассмотрении, была женщина лет тридцати-тридцати пяти. Незнакомка затравленно оглядела троих пленников, а потом обратилась к Корневу: 
- Дима, ты что творишь?! Ты сказал, что только припугнёшь её! - дама ткнула пальцем в Изабеллу. – А сам что сделал? Зачем сбил того парня?! Он хоть живой?! Я не хочу в этом участвовать! Я уйду, я…. 
- Закрой рот, Оля! – оборвал Корнев её причитания. – Ты УЖЕ участвуешь. Поздно вопить от возмущения. Хочешь уйти? Пожалуйста! Только помни: ты – соучастница. Что сделаешь? Сдашь меня? А что скажешь в своё оправдание? Что ты была слишком глупа и повелась на сказочку о невинном розыгрыше? Кто тебе поверит? Так что… Ты со мной или нет? 
Если Дмитрий хотел запугать свою спутницу, то это получилось у него отменно. Голова Ольги обречённо поникла, а с губ сорвалось тихое: 
- С тобой. Куда же я теперь? 
- Умница, - вид у Корнева был очень довольный. – Сядешь за руль! 
Он бросил ей ключи от машины, а сам затолкал на заднее сиденье Беллу с детьми. Ольга юркнула в водительское кресло. Дима устроился рядом с ней, не забыв при этом заблокировать все двери. Раздалось мерное урчание двигателя, и вместе с этим звуком растаяла еле теплившаяся в сердце Беллы надежда, что автомобиль, несмотря на заверения Дмитрия, всё же не заведётся. С губ женщины сорвался полный разочарования стон и она, пытаясь справиться с бившим тело нервным ознобом, вцепилась ногтями в обивку сиденья. 
- Поехали! – скомандовал Дмитрий. 
     Как только машина тронулась с места, Корнев развернулся вполоборота к своим пленникам, внимательно оглядел всех троих и с расстановкой, выплёвывая из себя каждое слово, произнёс: 
- Двери заблокированы, но я всё равно буду наблюдать за вами постоянно. 
Белла не удостоила его ответом, лишь смерила бывшего мужа полным презрения взглядом, а потом обратилась к Ольге: 
- Это же ты мне сегодня звонила. Я узнала твой голос. Что с моей бабушкой? Что вы с ней сделали? 
Ольга ничего не сказала, только виновато сгорбилась и ещё крепче вцепилась пальцами в руль. 
- О-о, не беспокойся, дорогая, - ответил за неё Дмитрий. – С твоей обожаемой Танечкой всё в порядке. Кроме «случайно» пропавшего мобильника и перерезанного телефонного провода на лестничной площадке она не понесла никакого урона. Я же не… как там его звали? – Корнев напрягся, вспоминая что-то. – О, точно! Я не Раскольников, чтобы мочить бедных старушек. 
- Точно, - Белла горько покачала головой. – Тебе до него далеко. Раскольникова хотя бы потом совесть замучила, а ты, похоже, вообще не знаешь, что это такое – мучиться раскаянием. Книга называется «Преступление и НАКАЗАНИЕ», помнишь? Не боишься, что и тебе придётся ответить за всё? – Белла гордо вкинула подбородок и посмотрела Диме прямо в глаза. 
- Боюсь! – искренне ответил тот. – Но хрен они получат, а не Диму Корнева, уверяю тебя. 
- Что же ты делаешь? – Изабелла тяжело вздохнула. - Похитил женщину и двоих детей, одна из которых – твоя собственная дочь! - она инстинктивно прижала молчавших Аню и Сашу поближе к себе. 
Дима странно посмотрел на неё, и всего на секунду Белле почудилось, что она увидела у него в глазах смятение. Но он быстро взял себя в руки и зло выдавил: 
- Сама виновата! Не стоило недооценивать меня! И не бойся – ничего с Аней и с твоим сыночком не случится, пока ты ведёшь себя прилично. 
- Зачем мы тебе? 
- Потом узнаешь, - Дима сделал загадочное лицо. – Всему своё время. 

     Прошло ещё минут десять, прежде чем Ольга остановила машину. Корнев выскочил наружу и, открыв заднюю дверь, выволок на воздух Беллу с детьми. Район, в котором оказалась Изабелла, был ей мало знаком. Это была городская окраина. За всю свою жизнь Белла бывала здесь всего раз или два, да и то довольно давно. Кроме нескольких старых одноэтажных домиков барачного типа, стоящих на приличном расстоянии друг от друга, здесь не наблюдалось больше никаких жилых построек. Прямо за тем домом, около которого они остановились, начиналась лесополоса. Единственным напоминанием о том, что здесь тоже обитают люди, был маленький магазинчик с неоновой вывеской «Продукты» над хлипкой дверью. Эту самую дверь сейчас подпирала парочка сомнительного вида личностей с помятыми лицами, заросшими щетиной. Они с интересом разглядывали Изабеллу, и она, отчётливо осознавая, что не добьётся от них никакого толку, все же решила воспользоваться шансом и попросить помощи. Но Корнев не дал ей такой возможности: совершенно не смущаясь, он гаркнул на любопытных мужиков, и они тут же поспешили скрыться в помещении магазинчика. 
- Давай без глупостей, дорогая. Я знаком с каждым из местных неудачников и, честное слово, все они маму родную готовы продать за пару-тройку сотен. Я знаю, как заткнуть их в случае чего, – предупредил он, а потом развернулся к Ольге: - Отведёшь детей в квартиру. Белла пойдёт со мной. 
- Что?! – Белла задохнулась от возмущения. – Почему? Я не оставлю детей одних! Пожалуйста, нет! 
- Мамочка! – Аня начала вырываться из Ольгиных рук. – Пусти меня! Я хочу к маме! 
Дмитрий раздражённо рыкнул и, придвинувшись к Белле так близко, что она ощутила его дыхание на своих щеках, прошипел: 
- Если хочешь, чтобы с твоими драгоценными отпрысками хорошо обращались, вовремя кормили и разрешали спать на мягкой постели, ты прямо сейчас успокоишь их и внушишь мысль, что какое-то время они проведут без тебя. Не волнуйся, ты будешь поблизости. Есть другой вариант: я увожу их отсюда очень далеко, а ты день за днём сходишь с ума, не зная, сколько километров вас разделяет, и гадая, не оставил ли я их в каком-нибудь занюханном гадюшнике. Решать тебе. И помни, начнёшь орать на всю округу, и… - Корнев помахал у неё перед носом зажатым в руке оружием. 
На ватных ногах Белла подошла к детям. Она полоснула по Ольге, крепко державшей Анину ладошку, тяжёлым взглядом и резко дёрнула подбородком. Изабелла приготовилась получить отпор, но, как ни странно, Ольга тут же разжала пальцы и выпустила руку девочки. Уставившись в землю, она сделала шаг назад. 
Белла присела на корточки перед Сашей и Аней. Увидев, с какой надеждой смотрят на неё дети, она не удержалась и всхлипнула. 
- Не плачь, мам, - Саша смахнул пальцем слезинку с её щеки и торопливо скользнул тыльной стороной кисти по своему лицу, размазывая по щекам собственные слёзы. – Мы должны пойти с ней? – он указал подбородком на Ольгу и громко шмыгнул носом. 
- Так надо, мои хорошие, - сдавленно прошептала Белла трясущимися губами. – Я буду неподалёку, - она сжала протянутые к ней детские ладошки обеими руками, борясь со сковавшей горло судорогой. 
- Я не хочу к ней! – Аня отчаянно замотала головой и заревела. – Я не хочу к этой тётке! Хочу быть с тобой. 
- Нужно немного потерпеть, - продолжала умолять Белла. – Клянусь, я что-нибудь придумаю. Обещаю, мы вернёмся домой. 
- К папе? – уточнила Аня. – Он ведь не умрёт, мамочка? 
- Нет! – с жаром воскликнула Белла, прижав дочку к себе одной рукой, а другой приобняв сына за плечи. – Даже не думай об этом! Папа жив! С ним всё будет хорошо. И он… - Белла, мысленно призвав на помощь последние силы, улыбнулась, глядя на дочь сквозь пелену слёз. – Он обязательно придёт за нами, вот увидишь. А пока вам нужно сделать, как я прошу. Не нужно злить Диму. Идите с Ольгой. 
- Я боюсь его, - доверительно прошептала Аня, еле справляясь с икотой и всхлипываниями. – Он ведёт себя не как папа. Я не хочу такого папу! Я хочу другого, хочу Эдварда! 
- Ты увидишь его, малыш, - Белла постаралась, чтобы обещание прозвучало максимально правдиво. – Мы выберемся. А теперь идите и постарайтесь вести тихо. Ради меня, ладно? 
- Ладно, - Аня нехотя кивнула и взяла брата за руку. 

- Надеюсь, беседа закончена? – насмешливо поинтересовался подошедший к ним Корнев. 
- Закончена, - с ненавистью выплюнула Изабелла, поднимаясь в полный рост и до дрожи мечтая придушить бывшего мужа. – Если с ними что-то случится, - прошипела она, глядя ему прямо в глаза, - на земле не останется такого места, где я не смогу найти тебя и перегрызть твоё вонючее горло. Понял меня? 
- Ты не в той ситуации, чтобы бросаться угрозами, птичка, - процедил он, угрожающе сузив веки. – Дети могут остаться без мамы, знаешь это? 
- Да неужели? – выдохнула она ему в лицо. – Эдвард найдёт тебя! Не стоит недооценивать его. 
- Посмотрим, - Дмитрий издал лёгкий смешок. 
Он посмотрел на стоящую рядом Аню и предложил: 
- Давай, папочка отведёт тебя к тёте Оле, - пропел он с ехидной улыбочкой. 
С губ с Беллы чуть не сорвалось презрительное фырканье, но она прикусила язык, понимая, что злить Диму сейчас не стоило. Аня решила всё за неё. Она проигнорировала протянутую ладонь и не подняла на своего биологического отца глаз. Вместо этого девочка решительно шагнула к Ольге, потянув за собой и Сашу. Оба в последний раз оглянулись на мать, провожавшую их тревожным взглядом, и поплелись вслед за своей надзирательницей в подъезд. 
- Пошли! – Корнев сжал запястье Изабеллы и потащил в сторону барака. 
На секунду ей показалось, что Дима передумал разлучать её с детьми, но он, заметив вспыхнувшую в глазах бывшей жены надежду, неторопливо покачал головой и произнёс: 
- Увы. В квартиру ты не поднимешься. 
Корнев, крепко держа Изабеллу, промчался по отмостке под окнами дома, завернул за угол и остановился возле обшарпанной двери, ведущий в подвал. Он распахнул тяжёлую металлическую створку. 
- Прошу, - он подтолкнул Беллу в спину, и она, стараясь не обращать внимания на витавший в воздухе затхлый запах, начала осторожно спускаться вниз по лестнице. 
- Куда ты меня ведешь? – спросила Белла, нащупывая в темноте очередную ступеньку. 
- Терпение, сладкая, - нарочито дружелюбно изрёк Корнев. 

    Когда на пути возникла ещё одна дверь, он выудил из кармана куртки ключ и, повозившись с замком, открыл её. Послышался щелчок выключателя, и помещение залил тусклый свет, исходивший от болтавшейся на потолке лампочки. Оглянувшись, Белла обнаружила, что находится в одном из подвальных секторов, который был переделан под комнату, а точнее, под жалкое подобие таковой. Комната была настолько крошечной, что в ней с трудом умещались потрепанная раскладушка с наброшенным сверху грязным матрасом, да низенький, громко гудевший холодильник советского образца. 
- К счастью, мой новый приятель из ближнего зарубежья, нелегально подрабатывающий здесь дворником, укатил на две недели на малую Родину, чтобы проведать многочисленную родню. Так что, - Дмитрий хищно осклабился, - его апартаменты в твоём распоряжении, детка. 
- Я тебе не детка! – огрызнулась она, бросив на Корнева уничтожающий взгляд. 
- Ну-ну, - кивнул он в притворном смирении. – Располагайся и чувствуй себя, как дома. 
Он вытащил из-под раскладушки ветхое, до дыр изъеденное молью одеяло и бросил его к ногам женщины. 
- Укроешься, если озябнешь. 
Белла не произнесла ни слова, только, ожидая очередного подвоха, напряжённо вглядывалась в лицо бывшего мужа. 
- Хотя, - он ухмыльнулся и шагнул к ней, - есть ещё один способ согреться. Но для этого нам нужно будет раздеться. Совсем. 
- Нет! – Изабелла отшатнулась от него. – Не подходи! Не трогай меня! 
Дима захохотал, довольный произведённым эффектом. 
- Да расслабься, Журавлёва. 
Белла вздрогнула, услышав свою старую фамилию, и сжала в кулак левую руку. Ещё в машине она, пытаясь согреть озябшие пальцы, натянула перчатки. Только благодаря этому у Корнева не было возможности увидеть её обручальное кольцо, а значит, он пребывал в неведении относительно её недавнего замужества. Поэтому и назвал Журавлёвой. Это было к лучшему – такая новость явно взбесила бы Диму, и тогда… Белла поёжилась, думая о возможных последствиях. 

- Я тебя не трону. Может быть… пока… - он загадочно улыбнулся и подмигнул ей. - Я ухожу. День выдался напряжённый, знаешь ли. Иди в кроватку. И счастливых тебе снов на этом умопомрачительном ложе… детка.
Изабелла, проигнорировав ставшее уже ненавистным слово, собралась с духом и спросила: 
- Зачем мы тебе? Чего ты хочешь добиться таким поведением? Совсем помешался на желании отомстить? 
Корнев с порога обернулся и уже без улыбки, с напряжением, сказал: 
- Мы поговорим об этом завтра. А сейчас – легла спать! И даже не надейся сбежать отсюда или хотя бы привлечь чьё-то внимание криками о помощи. Этот дом довольно старый, и построен он был на совесть. Стены здесь очень толстые, звукоизоляция отменная. Ты порвёшь голосовые связки, прежде чем кто-то услышит тебя! Да и контингент, Журавлёва, вокруг не тот, чтобы вызволять попавшую в беду девушку – местные алкаши, парочка наркоманов да несколько глухих бабулек, сбагренных сюда «заботливыми» родственничками. 
- Я хочу к детям, - Белла снова заплакала. – Аня совсем маленькая. Она боится. Как и Саша. Прошу… - она умоляюще потянулась к Дмитрию. 
- Закрой рот! – рявкнул тот, выходя из себя. – Ольга уложит их спать! Ничего с ними не случится, пока ты ведёшь себя разумно! 

     Корнев вышел, с силой захлопнув за собой дверь, и до Беллы донёсся скрежет ключа в замке. Она обессиленно опустилась на раскладушку и зарылась в ладони мокрым от слёз лицом. Перед глазами поплыли недавние события. Эдвард, беспомощно распластавшийся на снегу… его тихий мучительный стон и еле заметное биение пульса на его шее. Два заплаканных детских личика, удаляющиеся от неё под бдительным надзором Ольги. Пистолет, упирающийся в бок Беллы, пока она рыдает, провожая взглядом притихших от страха детей и не обращая внимания на холодный ветер, который превращает слёзы на её щеках в колючие льдинки. Что дальше? Как поступит с ними Корнев? Выживет ли Эдвард? Она нашла в себе силы поклясться дочери в том, что её папочка выздоровеет, но, положа руку на сердце, Изабелла и сама не знала, есть ли у мужа шанс выкарабкаться или ему суждено умереть на февральском морозе от гипотермии, не приходя в сознание? И кто теперь придёт ИМ на помощь, если нет абсолютно никакой возможности подать родным и друзьям хоть жалкую весточку? Пока все эти вопросы проносились в её голове, тело Изабеллы сотрясалось от рыданий, а в душе стремительно поднималась волна сильнейшей паники. Слёзы безостановочно катились из глаз и, просачиваясь сквозь прижатые к лицу пальцы, бежали по рукавам её пальто. Совсем ослабев, она упала ничком на раскладушку и заревела ещё громче. Звуки, вылетавшие из её груди, походили на вой раненого животного. Казалось, прошло несколько часов, прежде чем связки опухли настолько, что Белла могла теперь только хрипеть и судорожно икать. Отёкшие и саднящие от солёной влаги веки опустились сами собой, и она, наконец, забылась в какой-то болезненной дрёме, не имевшей ничего общего с полноценным сном. 

                                                                                               * * *

- Эдвард! - чей-то голос звучал рядом, перекрывая болезненный гул в черепной коробке. 

Каллен простонал и с трудом распахнул тяжёлые, будто налившиеся свинцом, веки. Перед глазами плавало какое-то размытое пятно. Он моргнул раз, другой… Расплывчатый силуэт превратился в лицо Журавлёва-старшего. 
- Живой, слава Богу! – выдохнул Николай. 
- Что произошло? – выдавил Каллен, еле двигая непослушными губами. 
- Я не знаю, - его тесть выглядел потрясённым. – Мы договорились с Беллой о встрече. Ты помнишь? 
Эдвард кивнул. 
- Я подъехал, увидел вашу машину и тебя, лежащего на снегу. Где Белла и дети? 
- Белла! – Эдвард дёрнулся вперёд, приняв сидячее положение, и сразу зашипел от боли в левом боку. 
- Эй! Полегче! – Журавлёв попытался его остановить. – Может, тебе вообще нельзя вставать. 
- Белла! – снова выкрикнул Каллен, озираясь по сторонам и надеясь, что она вот-вот откликнется. От напряжения в грудной клетке его рёбра снова пронзила острая боль. – Аня! Саша! – позвал он. - Мы приехали сюда все вместе. Они не могли просто так взять и исчезнуть! 

     Во дворе показалась машина Никиты. Едва авто затормозило, его владелец выскочил наружу и понёсся к Каллену. 
- Это я ему позвонил, - пояснил Николай, увидев недоумение на лице своего зятя. 
- Каллен! Что стряслось-то? – взволнованно спросил Никита, присев перед другом на корточки. 
Эдвард потряс головой, пытаясь справиться с лёгким головокружением, и начал говорить, восстанавливая в памяти события этого вечера. 
- Последнее, что я помню – на меня несётся какой-то автомобиль. Потом – сильный удар. Видимо, я потерял сознание. Никита, Белла и дети исчезли! - с отчаянием произнёс он. 
- Можешь вспомнить цвет машины? – деловито спросил Дубов. 
- Это сложно. Всё случилось очень быстро, - Каллен прикрыл глаза и сжал переносицу двумя пальцами. – Кажется, тёмная. Да, старая тёмная иномарка. Больше ничего не могу сказать… 
- Господи! Татьяна Тимофеевна! – подскочил Николай. - Ей ведь было плохо. Может, Белла решила отвести детей в её квартиру и вернуться сюда? Я проверю, - он поднялся с колен и побежал к подъезду. 

     Никита проводил Журавлёва-старшего рассеянным взглядом и повернулся к Эдварду. 
- Он не найдёт их там, - капитан обречённо качнул головой. – Да и Танечка, скорее всего, хорошо себя чувствует. Это была подстава, Эд, предлог, чтобы выманить вас из дома. Догадываешься, кто тебя сбил? 
Каллен сжал зубы и вперил в Никиту тяжёлый взгляд. 
- Думаешь, Белла и дети сейчас с ним? 
- Мне бы очень хотелось, чтобы я оказался не прав, но… - Никита опустил глаза. 
- Тварь! – задрав голову, прорычал Каллен и стал в исступлении колотить кулаками по примятому снегу. – Ублюдок! Я, блядь, его найду! И ИХ я найду! Слышишь меня?! – наполненным негодованием голосом обратился Эдвард к Дубову. 
- МЫ найдём их, Каллен, - капитан положил руку ему на плечо и, выделяя каждое слово, добавил: - Они. Будут. В порядке. 
Достав телефон, Дубов начал быстро нажимать кнопки. По тому, как протекала беседа, было ясно, что звонит он в родной отдел МВД. Посвятив коллег в подробности случившегося и отдав несколько распоряжений, Никита нажал «отбой». 
- Из города Диме не выбраться – не рискнёт он куда-то ехать с тремя заложниками. К тому же, его физиономия благодаря моим стараниям знакома каждому дорожному патрулю. А главное, после того, как он сбил тебя, на его автомобиле должен был остаться след. Когда я бежал сюда, у меня под ногами что-то несколько раз хрустнуло. Подожди-ка, - капитан поднялся, и, отойдя немного в сторону, начал теребить носком ботинка снежный наст. Вот оно! - воскликнул он, присев на корточки. Через минуту Дубов вернулся обратно и показал Каллену зажатый в ладони большой осколок, пояснив: - Передней фары он точно лишился. - Битая машина – это примета. Далеко на ней не уедешь. 
Эдвард внимательно выслушал Никиту и только молча кивнул головой. 

     Под громкий, режущий слух писк электронного датчика отворилась подъездная дверь, выпуская наружу Николая. Он почти вприпрыжку двинулся к застывшим на снегу мужчинам, а за ним, еле поспевая, семенила живая и невредимая Танечка. 
- Моей дочери и внуков в квартире нет. Татьяна Тимофеевна в порядке, - обескураженно пробубнил Журавлёв. – Вот только… провод телефонный перерезан со стороны лестницы. 
- Боже! - выдавил Каллен. – Поэтому мы и не смогли дозвониться на домашний телефон. Где ваш сотовый? – обратился он к бабушке Изабеллы. 
Та стушевалась и отвела взгляд. 
- Украли, - стыдливо призналась она. – Сегодня днём приходила какая-то девушка, Ольга. Представилась соцработником. Заботливая такая, обходительная. Всё интересовалась, не надо ли чего? Помощь предлагала. Я, конечно, отказалась – сама пока со всем справляюсь. Да и не одинокая я! После её ухода телефон и пропал… 
Эдвард переглянулся с Никитой. 
- Он всё предусмотрел, не так ли? – Каллен горько усмехнулся. – Ни я, ни Белла не должны были раньше времени узнать, что с бабушкой всё в порядке. 
- И он не один – у него есть сообщница. Некая Ольга, - заметил Дубов. - Видимо, это она звонила Изабелле, чтобы вытащить из дома. 
- А чтобы исключить возможность того, что вместо Беллы прибуду я, настаивала, что «больная» Танечка умоляет внучку приехать, - безрадостно прошептал Эдвард. – Эта Ольга сказала, что счёт идёт на минуты. И, конечно же, мы поехали все вместе, думая, что нет времени пристраивать куда-то Аню и Сашу. 
- Что? Вы о чём? – Танечка и Николай начали задавать вопросы, перебивая друг друга. 
- Корнев выкрал Изабеллу и детей, - нехотя пояснил Каллен, уставившись в землю. 
Татьяна Тимофеевна громко охнула, схватилась за сердце и безвольно обмякла, прислонившись спиной к вовремя подоспевшему Дубову. 
- Что?! – поражённо прошептал Журавлёв и, пригнувшись, схватил Эдварда за грудки. – Что?! У него же с головой не всё в порядке! Он же их не… 
- Хватит! – Каллен вцепился в волосы. Лицо его исказилось от боли. - Они живы! Слышите, вы все?! - крикнул он и обвёл присутствующих лихорадочно блестевшим взором. – Я отыщу их! Он не просто так их забрал – ему что-то надо от меня. И пока он надеется обменять Беллу и детей на это что-то… - Каллен выглядел так, словно пытался успокоить не только Николая и Танечку, но и самого себя. 
- Думаю, Эдвард прав, - неожиданно подтвердил эту версию Никита. – Здесь не только спонтанное желание отомстить. Насколько я знаю Диму Корнева, просто так он ничего никогда не делает. Всегда и во всём ищет выгоду. 
Каллен протянул капитану руку. 
- Помоги встать, - тихо попросил он. 
- Эдвард, с ума сошёл? Тебе даже садиться нельзя было, пока врачи не осмотрят! 
- Поверь, Никита, я бывал в передрягах и похуже этой, - нетерпеливо пробубнил Эдвард. - Я сам знаю, что со мной, - он провёл кистью по левому виску и раздражённо цокнул языком, заметив на пальцах кровь. – Просто рассечение. И, кажется, сломана парочка рёбер. Наверняка, много синяков на руках и ногах. Да, и вот ещё, - Каллен махнул кистью, на тыльной стороне которой было сильно содрана кожа. – Но это всё – ерунда. 
- У тебя ещё и на скуле здоровенный синяк. А здесь, - Дубов указал на голову приятеля, - нужны швы. 
- Потратить столько времени – непозволительная роскошь. На это уйдёт остаток ночи. 
- Эдвард, сынок,- вмешался Николай, - Никита прав – кровотечение не остановится само собой. Да и рёбра нужно проверить. Езжайте в клинику. Если впоследствии ты свалишься где-нибудь в обморок от болевого шока или от кровопотери, Белле ты этим точно не поможешь. 
- Ладно, - Каллен, состроив недовольную мину, вынужден был согласиться с доводами Журавлёва. – Поехали, - обратился он к Никите. – Но только ненадолго. 
- Давай, - капитан, ухватившись за его ладонь, помог ему подняться. – Похоже, отвозить тебя в больницу входит у меня в привычку. 

     Прежде чем сесть в машину Никиты, Эдвард выудил из кармана джинсов ключи от коттеджа и бросил их Николаю. 
- Отправляйтесь к нам домой, - предложил он. – И Татьяну Тимофеевну с собой прихватите. Так будет… безопаснее для вас. Мало ли что ещё взбредёт в голову этому сумасшедшему ублюдку? 
- Я не собираюсь прятаться от… - начал, было, возмущаться Журавлёв, но, не выдержав настойчивого взгляда зятя, смиренно кивнул. 

     В клинике Эдварду наложили несколько стяжек на травмированный участок головы и обработали рану на ладони. Потом он стянул с себя рубашку, и хлопотавшая над ним молоденькая медсестра испустила сочувствующий вздох - весь правый бок мужчины закрывал огромный лилово-чёрный кровоподтёк. Именно сюда пришёлся основной удар, когда Корнев задел его своим авто. На левом плече красовался синяк размером поменьше и получен он был, вероятно, при падении. Когда рентгеновский снимок был готов, выяснилось, что плечевая кость в порядке, а вот с рёбрами всё обстояло намного сложнее: два из них были сломаны, а ещё на одном образовалась трещина. Чтобы зафиксировать пострадавшие рёбра, дежурный травматолог решил наложить на торс Каллена плотную тугую повязку. На ногах тоже обнаружилось с десяток ссадин и гематом, но на этот факт Эдвард равнодушно махнул рукой. Во время медицинских процедур Каллен вёл себя тихо и только время от времени, когда становилось слишком больно, раздражённо скрипел зубами. Но едва врач начал настаивать на госпитализации, он не выдержал и наорал на доктора, используя неповторимую смесь из русских и английских ругательств. Опешивший от такого неуважения эскулап только развёл руками и поспешил указать скандальному пациенту на дверь, чему Эдвард был нескончаемо рад. 
- Так! – Никита хлопнул рукой по рулю. - Сейчас мы едем к тебе. 
- Что? Нет! – возмущённо воскликнул Эдвард. – Я не собираюсь отсиживаться дома. 
- Каллен! – Дубов вздохнул. – Никто не собирается запирать тебя на три замка. Но посмотри на себя: куртка порвана, лицо испачкано в крови. Ты будешь передвигаться по городу в таком виде? Да от тебя люди начнут шарахаться! Сменишь одежду и вперёд. И, обещаю, я буду с тобой, пока мы не найдём твою жену и детей. Мы город вверх дном перевернём, но отыщем их. Понял меня? 
- Понял, - вымученно прохрипел Эдвард. – Поехали. 

     Дома Каллен торопливо скинул с себя рубашку и натянул чистые футболку с джемпером и джинсы, тут же скривившись от неприятных ощущений, вызванных соприкосновением ткани с травмированным телом. Накинув на плечи ремни кобуры, он уже собирался покинуть спальню и присоединиться к ожидавшему его на первом этаже Никите, как вдруг взгляд его упал на столик рядом с кроватью. Его внимание привлекла стоявшая там старенькая шкатулка из дерева, украшенная незатейливой резьбой. Эту шкатулку Каллен видел впервые, поэтому, заинтересовавшись, взял её в руки и осторожно приподнял потускневшую от времени крышку. Внутри он обнаружил несколько кусочков серебристого пластика, два пожелтевших от времени бумажных листка, а ещё пару бирок, на которых были выведены имена его сына и дочери с датами рождения. С бирками всё было ясно – они являлись памятками новорождённых, приветами из родильных домов, где появились на свет Аня и Саша. Серебристые осколки Каллен высыпал на ладонь и минуту или две гадал, почему они кажутся ему такими знакомыми. Понимание ударило по нему, словно таран: это был его давний подарок Изабелле, её первый телефон, вернее, его жалкие остатки. Нарочно или случайно, она разбила его, но предпочла сохранить даже в таком изувеченном виде. Эдвард поражённо потряс головой и аккуратно сложил фрагменты мобильника обратно в недра шкатулки. Сложенные вчетверо листы бумаги оказались старыми письмами. Как только Каллен развернул одно и начал читать, из его груди вырвался горестный вздох: это было послание, которое он, будучи когда-то наивным юным идиотом, оставил Изабелле перед своим бегством в Америку. Ему было так больно, когда он писал его, но Белле – и теперь он знал это абсолютно точно – было намного больнее читать эти строки. И всё же она сберегла листок, оставила, как последнее напоминание о человеке, которого любила. Застарелое чувство вины вновь накрыло Эдварда с головой. Болван, дурак! Как же он сглупил, когда бросил в этом городке самое дорогое для него существо! Трясущимися руками Каллен развернул второе письмо и сразу узнал почерк Энни. 
«Я так горжусь тобой и твоим поступком: дать жизнь этому мальчику…», «Наступит время, когда Эдвард Каллен придёт к твоему порогу. Пусть не сейчас, не скоро, но придёт... Жизнь – хороший учитель… Когда Эдвард придёт с покаянием, позволь вам двоим снова быть счастливыми… И пусть пройдёт год, пять, семь, а, может, и десять лет – время не имеет значения… Найди в себе силы не оттолкнуть его… Но ведь ты любишь его...», - Эдвард впитывал в себя каждую строчку, смаргивая слёзы, из-за которых слова послания сливались в размытые пятна. Господи, Энни! Как же ты была права: жизнь - действительно хороший учитель. Идеальный, можно сказать! Он и вправду пришёл с покаянием спустя почти десять лет! И Белла, как и мечтала Анна Каллен, не оттолкнула его, но впустила в свою жизнь и доверила самые дорогие свои сокровища – детей. А он не сберёг, не защитил тогда, когда беда в лице Дмитрия Корнева оказалась рядом! Он же в это время валялся бесполезной, бесчувственной кучкой мяса на снегу, не ведая, что жену и детей увозит в неизвестном направлении помешавшийся на мести отморозок! Каллен откинул голову назад и, закрыв глаза, зарычал в бессильной ярости. 

- Эта шкатулка очень дорога Изабелле, - раздался тихий надломленный голос. 
Эдвард вздрогнул и распахнул веки. Неловко переминаясь, в дверях стояла Танечка. Она медленно подошла и опустилась на кровать рядом с мужчиной. 
- Сначала она не хотела показывать её тебе – знала, что ты опять начнёшь винить себя во всём, что случилось с вами за эти годы. Но несколько дней назад Изабелла обмолвилась, что приедет за ней. Вот только не успела… Сегодня я привезла шкатулку сама. Думаю, моя внучка не стала бы возражать. 
- Эти письма… - охрипшим от слёз голосом, проговорил Каллен. – Белла сохранила их. Чёрт, да она сохранила даже разбитый вдребезги телефон, подаренный мной! 
- Конечно, сохранила, - Танечка погладила Эдварда по плечу. – А как же иначе? Она любила тебя, Эдвард. И любит до сих пор. Да ты и сам это знаешь. 
- Знаю, - искренне произнёс Каллен. Он поднял на Татьяну Тимофеевну глаза, но тут же смущённо отвернулся. – Простите, я что-то совсем расклеился. Плачу, словно мальчишка. 
- Это ничего, - она говорила тихо и доброжелательно, стремясь успокоить мужчину. – Это нормально. На твои плечи сейчас лёг огромный груз. Но, я знаю, ты справишься. Никто не винит тебя в том, что случилось. Ты слышишь меня, сынок? Все мы верим в тебя. Верим, что ты справишься, что найдёшь моих внучку и правнуков. Никита поможет тебе. 
Эдвард обнял Танечку и приник головой к её плечу. 
- Спасибо, - еле слышно прошептал и с жаром добавил: – Спасибо вам за поддержку. Я вытащу их оттуда, чего бы это ни стоило. 
Осторожно, чтобы не задеть рану на виске, Танечка погладила Каллена по волосам и, тяжело поднявшись, вышла за дверь. 

     Прежде чем покинуть спальню, Эдвард бросил взгляд на зеркальную дверцу платяного шкафа-купе и, заметив, что кровоподтёк на скуле потемнел и увеличился в диаметре, только раздражённо цокнул языком. Не желая больше любоваться собственным помятым видом, он отвернулся и понёсся на первый этаж, чтобы одеться и покинуть коттедж вместе с Дубовым. Телефон в его кармане зазвонил, когда он перепрыгивал через две последние ступеньки. Скривившись от боли в боку, вызванной резким движением, Эдвард вытащил мобильник. Он злобно фыркнул, увидев на экране незнакомый номер, и красноречиво посмотрел на подоспевшего Дубова. 
- Да? - громко выкрикнул Каллен в трубку, попутно включая громкую связь. 
- О! Живой и здоровый! – лениво протянул невидимый собеседник. – А я думаю: дай позвоню. Может, я перестарался и прибил тебя ненароком? Оказывается, нет – ты всё ещё дышишь, - до Каллена долетел тихий смешок. 
- Корнев! Где Белла и Аня с Сашей? – зло процедил Эдвард. 
- В надёжном месте, - ответил Дима довольным, наполненным ленцой голосом. – И будут там до тех пор, пока ты, коп, не сделаешь всё, что я скажу. 
- Что ты хочешь? – яростно прошипел Каллен. 
- Денег, - совершенно спокойно пояснил Дмитрий. – Много-много денег. Я слышал, у тебя они есть. Придётся поделиться, если хочешь вернуть свою девку и её довесков. 
- Сколько? – Эдвард, поняв, что его ярость доставляет Корневу большое удовольствие, с трудом взял в себя в руки и постарался перейти на нейтральный тон. 
- Три миллиона. Долларов! – жёстко отчеканил Корнев. 
- А твои аппетиты растут, Митя, - не сдержался Каллен. – Что ж, ты их получишь. Но есть одна загвоздка: деньги лежат на моём счету в Штатах. Чтобы перевести их на моё имя в Россию, понадобится время. 
- Как долго? - деловито уточнил Дмитрий. 
- Сумма большая… Несколько дней, я думаю. 
- А ты постарайся сделать всё как можно быстрее, - предупредил Дима. – Только от тебя теперь зависит жизнь моих «гостей». 
- Если с их голов упадёт хоть один волос… - рыкнул Эдвард. 
- Не упадёт. Пока что. И нельзя ли повежливее? – Корнев откровенно наслаждался тем, что снова вывел противника на эмоции. 
- Я хочу удостовериться, что Белла жива. Дай мне поговорить с ней, - произнёс Каллен решительно. 
- Боюсь, это невозможно сейчас, - засмеялся Дима. – Наша общая подружка в своём уютном подвальчике недалеко отсюда. Я ей даже кровать предоставил. Не на что жаловаться. И она жива, можешь не сомневаться. 
При этих словах Эдвард зажмурился, пытаясь справиться с накатившим бешенством – Дима держал Изабеллу в каком-то грязном подвале, словно бездомную собачонку. Он сделал глубокий вдох и мысленно досчитал до пяти, прежде чем продолжить разговор. 
- Я хочу услышать своих детей! Мне нужно знать, что они в порядке, - он предпринял попытку надавить на Корнева. 
- «Своих детей», - с сарказмом повторил тот. – Так и быть, удостоверься. 
До слуха Эдварда донёсся шорох, а потом взволнованный Анин голосок пропищал: 
- Алло. 
- Аня, солнышко, как вы? 
- Папочка, ты жив! Я так испугалась, думала, что ты… что ты умер, - Аня жалобно всхлипнула. 
- Жив. Конечно, я жив, - нежно проворковал Эдвард, еле сдерживаясь, чтобы не сорваться и не заплакать самому. - Скажи, он не… причинил вам вреда? 
- Н-нет, - несмело протянула Аня, - но я хочу домой. Хочу к тебе и к маме. Нам велели ложиться спать, но я не могу – за стенкой громко играет музыка и какие-то люди ссорятся друг с другом. Они так орут, - с ужасом прошептала девочка. 
- Малыш, наверное, это… просто соседи. Я знаю, это трудно, но… постарайся не обращать на них внимания. 
- Я постараюсь, - пролепетала Аня грустно. – Ты ведь заберёшь нас отсюда? 
- Конечно, принцесса. Вы обязательно вернётесь домой. И очень скоро. Я обещаю тебе это, слышишь? Обещаю. Ты только потерпи чуть-чуть, маленькая. 
- Ладно, - Анюта шмыгнула носом. 
Где-то на заднем фоне Корнев произнёс: «Достаточно. Следующий», и Эдвард услышал в трубке тихий голос Саши: 
- Привет, пап. Ты… сильно пострадал? 
- Несколько царапин, сынок. Только и всего. 
- Это хорошо, - выдохнул мальчик. – Пап, я не знаю, где мама. Она не с нами, и я боюсь за неё. Очень. 
- Саша, держитесь. Я заберу вас оттуда и найду маму, клянусь. И прошу, не дерзи ЕМУ. Веди себя спокойно, как бы он ни провоцировал тебя. Так нужно для вашей же с Аней безопасности. Ты можешь мне это пообещать? 
- Д-да, - смущённо пробормотал Саня. – Да, могу. И… я стараюсь присматривать за Аней. Она постоянно плачет и требует маму. 
- Я знаю, - вымученно произнёс Каллен. – Ты молодец, сынок. Всё будет хорошо, верь мне. И не отпускай сестру от себя ни на шаг. Я очень люблю вас, помни об этом. 
- Я знаю, - голос Саши начал дрожать, как будто он сдерживался из последних сил, чтобы не заплакать. – И мы тебя любим, папочка. 
«Всё, хватит уже этих соплей!» - снова вмешался Дмитрий и, судя по звукам возни в трубке, он отобрал у Саши телефон. 
- Как видишь, я не обманул тебя, Каллен, - зло выплюнул он. – Надеюсь, у тебя хватило ума не ставить в известность полицию? Нам ведь это совсем ни к чему, не так ли? 
- Никто ничего не знает, - Эдвард искренне надеялся, что Корнев не уловил фальши в его ответе. 
- Ну и ладно, - милостиво изрёк Дима. – Я позвоню тебе завтра, коп, чтобы узнать, как идут дела с переводом денег. 
До слуха Каллена донеслись частые гудки – Корнев оборвал разговор. 

     Эдвард отыскал глазами Никиту. Тот, сосредоточенно нахмурившись, расхаживал по холлу с прижатым к уху телефоном. Перекинувшись с кем-то парой фраз и бросив напоследок: «Спасибо, мужики, выручили!», капитан отключился и посмотрел на приятеля. 
- Северо-западная окраина города. Корнев сейчас там. Точнее пока сказать не могу, - отрывисто бросил он.



Источник: http://robsten.ru/forum/67-2253-1
Категория: Фанфики по Сумеречной саге "Все люди" | Добавил: mumuka (26.09.2016) | Автор: mumuka
Просмотров: 170 | Комментарии: 3 | Рейтинг: 5.0/9
Всего комментариев: 3
avatar
3
Вот жадность Кортнева и погубит. То, что его вычислят можно не сомневаться, но хотелось бы, чтобы загнанный в угол Дима не успел причинить вреда детям и Белле.
Спасибо за главу! lovi06032
avatar
0
2
Спасибо за продолжение.
avatar
0
1
Смешной детектив , а не Эдвард . Знал , что Дмитрий следит , за семьёй , ждали его действий и повёлся , на ерунде . На звонок с незнакомого номера , сейчас даже дети , не реагируют , а он полицейский . Хоть и бывший . Да и шнурки , нужно научить его , завязывать . Спасибо , за проду .
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]