Фанфики
Главная » Статьи » Переводы фанфиков 18+

Уважаемый Читатель! Материалы, обозначенные рейтингом 18+, предназначены для чтения исключительно совершеннолетними пользователями. Обращайте внимание на категорию материала, указанную в верхнем левом углу страницы.


Загадано на звездах. Глава 10
Глава 10

Эдвард


Похлопав по заднему карману джинсов, я чувствую сложенный лист, который засунул туда утром, когда одевался, и облегченно выдыхаю. Когда дело касается этой проклятой бумажки, я, словно больной обсессивно-компульсивным расстройством, должен проверять задний карман каждые пару минут, чтобы убедиться, что она все еще там.

Шесть месяцев назад я хотел сжечь это письмо. Полгода назад я не мог справиться с болью, которую вызывали написанные в нем слова, и пытался упиться до смерти. Но теперь я не могу вынести, если оно не со мной. Я паникую, пока не удостоверюсь, что не потерял его, не забыл положить в карман, чтобы носить с собой повсюду.

Я столько раз разворачивал его и складывал обратно, что бумага того и гляди порвется по линиям сгиба. Но открываю я письмо не потому, что хочу перечитать – каждое слово и так запечатлено в моем мозгу и не нужно смотреть, чтобы вспомнить слова Джаспера, – а потому, что мне становится спокойнее, когда я вижу его почерк. Он дает мне силы держаться подальше от выпивки и вставать каждое утро с желанием жить, двигаться вперед и работать над собой, чтобы стать лучше.

Не знаю, что именно повлияло на меня тем вечером, шесть месяцев назад, когда Эммет, придя с работы, нашел меня еле живым на полу гостиной – его взгляд, слова или упоминание имени Беллы, – но это, черт возьми, сработало – я пробудился. Мне нужно было признать, что я ничего не мог сделать для спасения своего лучшего друга, и научиться жить с болью и чувством вины за то, что не был рядом, когда он умирал, не опираясь на костыль из алкоголя. Что я все еще был здесь, жил и дышал, и должен был начать вести себя также.

«…Ты путешествовал по миру, спасая жизни, ты становился чертовым героем для незнакомцев, но теперь пришло время проявить геройство и вернуться домой…»

Голос Джаспера, тот, что всегда пропитан нотками сарказма и имел легкий налет мудацкой помпезности, так ясно слышится в моей голове, что кажется, будто друг стоит рядом, и я улыбаюсь, не чувствуя в себе потребности свернуться клубком и умереть. Чувство вины все еще ударяет в грудь, словно нож, и от боли из-за потери Джаспера перехватывает дыхание, но все вместе это заставляет меня вырваться из оков оцепенения.

Перегибаясь через кухонную стойку, я беру с раковины пустую бутылку из-под водки, которая стоит там вот уже шесть месяцев, собирая пыль, и поворачиваю крышку туда-обратно, туда-обратно. Это последняя из выпитых мной и я храню ее как напоминание о темном времени в жизни, в которое больше никогда не хочу возвращаться.

Теперь, когда я трезв, я способен обрабатывать свои мысли и действия с бо́льшей ясностью.

Осознать, что я ничем не мог помочь Джасу в его борьбе с болезнью, было невероятно сложно. Еще ребенком я всегда хотел стать доктором, как мой отец. Он был героем, который погиб, исполняя свой врачебный долг – военный конвой, в котором он ехал, чтобы помочь раненому местному жителю, подорвался на придорожной мине. Отправившись в страны третьего мира, чтобы помогать людям, я считал, что тем самым почту его память, однако даже подумать не мог, что пока там буду выполнять благородную миссию, здесь останется человек, который действительно будет нуждаться во мне, человек, которому я обязан был помочь.

Именно поэтому все, чего я желал с тех пор как узнал о смерти Джаспера – это притупить боль. Перестать что-либо чувствовать. Перестать вспоминать о людях, которых не удалось спасти ни там, ни здесь.

С помощью алкоголя мне это удавалось. Я начинал пить, едва открыв глаза утром, и заканчивал, когда ночью в беспамятстве падал на кровать. Я переставал слышать крики боли детей и видеть лица родственников больных, которых был бессилен вылечить. Больше я не видел лицо Джаспера везде, куда бы ни посмотрел. Алкоголь помогал ровно до тех пор, пока уже ничто не могло удержать воспоминания от проникновения в мой ум и разрушения его. Вот тогда-то я и осознал, что ничто не может стереть боль. И что боль, хоть и причиняет невероятные страдания, напоминает, что ты жив.

Благодаря этому последние шесть месяцев я оставался трезвым. Мне нужна боль, чтобы чувствовать себя живым, чтобы стать сильным и быть героем здесь дома, как того хотел мой друг. Меня не было рядом с Джасом, чтобы помочь, но я все еще обязан ему и Белле быть здесь для нее.

Однако я все еще не могу простить Джаспера за то, что он не рассказал о своей болезни. Не проходит ни дня, чтобы я не проклинал его за это всеми возможными способами. Теперь я понимаю, что не смог бы вылечить его, но он, черт побери, был моим лучшим другом, а ведь не дал ни единого шанса сказать ему последнее «прости и прощай». За это я злюсь на него, но гнев лучше, чем депрессия.

Джаспер был сорвиголовой, рисковым человеком и всегда шутил, что умрет молодым.

Отлично сработано, дружище. Как сказал, так и сделал.

Злиться на него лучше, чем желать умереть вместе с ним. Я точно не смогу исправить отношения с Беллой, если последую за Джаспером, а исправление отношений с лучшим другом – оставшимся лучшим другом – теперь мой главный приоритет и то немногое, что удерживает меня от посещения магазина, чтобы приобрести запас водки, и от бесцельного просиживания на заднице, утопая в жалости к себе. Готов поклясться, что Изабелла не простит меня легко, поэтому я должен быть достаточно сильным, чтобы оказать сопротивление, когда она не захочет снова впустить меня в свою жизнь. Мне нужно быть достаточно сильным, чтобы побороть ревность и довольствоваться тем, чтобы снова быть для нее просто другом. Потому что, независимо от того, какие чувства я испытывал к ней в прошлом, я скучаю по нашей дружбе. Скучаю по ней, и очень надеюсь, что она сможет отпустить гнев и принять меня обратно.

- Нужно ли мне снова вмешаться? Честно говоря, последний раз был достаточно утомительным.

Отведя взгляд от пустой бутылки в руке, я вижу, как Эммет идет по кухне прямо к холодильнику, открывает его, достает яблоко, откусывает от него огромный кусок, и захлопывает дверцу, прежде чем скрестить руки перед собой.

После того как я начал посещать собрания Анонимных алкоголиков в местной больнице, и Эммет убедился, что в этот раз мои намерения оставаться трезвым серьезны, он съехал из дома и нашел жилье в городе. Я пытался убедить брата, что ему не нужно переезжать, что бабушка оставила дом нам обоим, но Эм заверил меня, что никогда не хотел жить здесь. Он сказал, что оставался только для того, чтобы дом был готов, когда я решу вернуться, а, когда я, наконец, приехал, не мог уйти из-за страха, что я что-то сделаю с собой, а его не будет рядом, чтобы меня спасти.

Слыша, как он спрашивает о необходимости вмешательства, я вспоминаю те времена, когда должен был заботиться обо мне, и снова хочу напиться. Мне ненавистно, что младший брат тот человек, кто всегда собирает меня, старшего брата, по кусочкам. Ненавистно, что он считает, что заботиться обо мне – его обязанность. Словно он не имеет в данном вопросе выбора. Ненависть к самому себе и стыд за то, что я сделал с Эмметом – еще одна причина, почему я собираюсь оставаться на пути трезвости и не облажаться.

- И тебе привет, брат. Конечно, заходи, угощайся, – саркастично говорю я. – И нет, тебе не нужно вмешиваться. Я услышал тебя четко и ясно еще тогда.

В последний раз Эммет видел меня с бутылкой в руке шесть месяцев назад, когда я находился в одном глотке от госпитализации из-за алкогольного отравления. И хотя желание выпить всегда присутствует, я больше не собираюсь с ним так поступать. Тогда я был пьян в стельку, но до сих пор помню взгляд брата, когда он вырвал у меня бутылку и сказал:

«…Я был слишком мал, чтобы помнить, каково это потерять отца, но мне достаточно и того, что мама спилась насмерть у меня на глазах. И хрен ты угадал, если думаешь, что уйдешь за ней, оставив меня одного…»

Отогнав воспоминания, я дотягиваюсь до заднего кармана и достаю письмо. Эммет подходит ближе, прислоняется к кухонной стойке и смотрит на лист бумаги, который я держу.

- Почему ты хранишь его? Оно нагоняет чертов депрессняк, – говорит он, с хрустом откусывая яблоко.

- Это не так. По крайней мере, сейчас это не так. Письмо дает мне возможность сосредоточиться на чем-то еще, кроме желания выпить, – отвечаю я, пожимая плечами.

- Ты – не мама.

Эта тихая реплика заставляет меня отвести взгляд от письма и посмотреть на брата.

- Знаю, – в тон ему отвечаю я.

- Правда? – Эммет вздергивает бровь. – А мне иногда кажется, что ты все еще наказываешь себя за то, над чем не имел контроля. Я не дурак и знаю, что из-за меня ты солгал ей, когда поступил в колледж. Ты боялся, что если она узнает, что ты учишься на врача, то сорвется и снова начнет пить.

Эммет не должен был чувствовать себя виноватым, обманывая маму, поэтому я всегда говорил ему, что мы должны скрывать некоторые вещи от нее, поскольку она так и не оправилась после гибели папы. Что мама будет сильно страдать, если узнает, что я могу оказаться в такой же, как и папа, опасной ситуации из-за выбранной профессии. Но я должен был догадаться, что он поймет мою уловку. В конце концов, он мой брат и иногда видит вещи намного яснее, чем я.

- Ты был счастлив тогда, и я не хотел все испортить. Не хотел, чтобы у тебя было такое же детство, как и у меня. И…

Я замолкаю на полуслове, потому что Эммет перебивает меня.

- А у меня для тебя новость – мое детство было таким же, как у тебя. Просто, в отличие от тебя, я не позволил этому до меня добраться. Я принял факт, что она хреновая мать и, что я ничего не могу сделать, чтобы ее изменить. Материнские обязанности по заботе обо мне не удерживали ее от выпивки. Твоя ложь не удерживала ее от выпивки. Ничего не срабатывало, и я принял это и отпустил. И пришло время тебе сделать то же самое.

Я отворачиваюсь от Эммета, чтобы вновь посмотреть на письмо, удивляясь, почему, черт подери, всегда ощущал на плечах груз ответственности за счастье нашей семьи. Возможно, если бы я много лет назад поговорил об этом с братом, то не таскал бы так долго эту ношу вины.

- Ты собираешься сделать то, чего хотел Джаспре? Наконец вытащишь голову из задницы и пойдешь повидать Беллу? – спрашивает брат.

И как всегда звук ее имени пробуждает к жизни все, что мертво у меня внутри. Я был слишком большим трусом, чтобы пойти к Белле, когда вернулся в Штаты. Слишком переполнен виной из-за двухнедельного опоздания на похороны Джаспера и слишком неадекватен в течение следующих месяцев, чтобы даже подумать о том, чтобы к ней приблизиться. На самом деле я и раньше, прежде чем испортил отношения между нами, не заслуживал ее присутствия в своей жизни, а уж, пока находился на самом дне, ни за что на свете не пошел бы к ней. Последние шесть месяцев я подталкивал себя, стараясь стать человеком, достойным дружбы Беллы. Тем, кто будет рядом и сделает ради нее все, что бы ни потребовалось.

Надо признать, что я никогда не был для Изабеллы Свон хорошим другом. Сначала, когда мы еще были детьми, я всегда беспокоился о собственных проблемах, позволяя ей заботиться обо мне, а потом, в более старшем возрасте, из-за своих безответных чувств к ней окончательно разрушил нашу дружбу. Теперь же, даже, если все, что ей нужно – это просто плечо, в которое можно поплакать о смерти нашего лучшего друга, в которого Белла влюбилась после моего отъезда, я предоставлю ей его. Наконец я чувствую себя достаточно сильным, чтобы смириться с тем, что давным-давно упустил свой шанс с ней. Я повзрослел и единственное, чего хочу сейчас – быть Белле другом и поддержать в трудной ситуации, как она всегда поддерживала меня.

- Я пойду ее повидать, – отвечаю я Эммету.

Я убираю письмо обратно в карман, поглаживаю его несколько раз, чтобы убедиться, что оно там в сохранности, и отталкиваюсь от стойки.

- Могу я пойти с тобой? Очень хочется лично увидеть, как она тебе накостыляет.

Эммет смеется, и я, проходя мимо, показываю ему средний палец и иду по коридору, направляясь в душ.

Прошло чуть меньше пяти лет с тех пор, как я видел Изабеллу, но не проходило ни дня, чтобы я не думал о ней или не желал, чтобы повел себя иначе в тот наш последний вечер. Джаспер был прав, говоря в письме, что мне пора перестать просто мечтать, что пора начать действовать, чтобы восстановить нашу с Беллой дружбу. Она никогда не нуждалась во мне так, как я нуждался в ней, и не знаю, захочет ли она, чтобы я оставался рядом, после того как полностью устранил себя из ее жизни. Но для себя я понимаю, что больше не могу провести ни дня своей жизни вдали от нее.

Трио мушкетеров уже никогда не сможет быть целым, но, возможно, нам с Беллой удастся найти способ восстановить поврежденную дружбу.

Если, конечно, она позволит мне попробовать.

Дорогие читатели, не забывайте благодарить мою замечательную бету Леночку. Ждем вас на Форуме.

Источник: http://robsten.ru/forum/96-3082-8
Категория: Переводы фанфиков 18+ | Добавил: skov (22.05.2018) | Автор: перевод skov
Просмотров: 869 | Комментарии: 27 | Рейтинг: 5.0/25
Всего комментариев: 271 2 3 »
0
27  
  Танюш 9954 - комментарий про "тебе будет лучше с Майком" - огонь! Думаю по закону жанра Эд вдруг должен очнуться, но все же жду, как и ты, чего-то подобного)
По поводу возраста Эдварда - вроде возраст Христа)))
"Белла не откажет в дружбе" - глянем в следующей главе, спасибо за перевод, редактору, форум)))

0
26  
  Откуда такие как Эммет берут мудрость отделять ситуации, где можно помочь, от тех, где помочь нельзя. Я такой мудростью не обладаю и Эдвард тоже. Так и тащат по жизни груз нерешаемых проблем, пока это их окончательно сломает. Ему бы такое же упорство во взаимоотношениях с Беллой проявить. Ну, принял он решение встретиться, может быть, что в последний момент опять струсит. "Белла, я такой никчёмный, тебе будет лучше с Майком." Может хоть Эммет дост ему пинка для ускорения. Спасибо за главу)

1
25  
  Наконец то он надумал! Спасибо за перевод.

1
24  
  Спасибо! lovi06015 
Я думаю.что Белла не откажет Эдварду в дружбе. В ее нелегком деле сейчас любая поддержка на вес золота. Но если бы они открылись друг другу,то трудностей стало бы гораздо меньше.

1
23  
 
Цитата
«…Ты путешествовал по миру, спасая жизни, ты становился чертовым героем для незнакомцев, но теперь пришло время проявить геройство и
вернуться домой…»
Даже спустя шесть месяцев Эдвард так и не выполнил просьбу друга... Но зато его вновь посещают "замечательные мысли" - "Мне нужно быть достаточно сильным, чтобы побороть ревность и довольствоваться тем, чтобы снова быть для нее просто другом". Он настолько привык изображать себя просто другом, что по - другому, вряд ли, и получится...
Я уже запуталась и потерялась в их возрасте - наверное, уже далеко за тридцать?
Большое спасибо за прекрасный перевод.

1
22  
  Спасибо за интересное продолжение! good  lovi06032

1
21  
  Благодарю за главу!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!! good  good  good  good  good  good  good  good  good  good  good  good  good  good  good  good  good  good  good  good  good  good  good  good  good  good  good  good  good  good  good  good  good  good  good  good  good  good  good  good  good  good  good  good  good  good  good  good  good  good  good

1
20  
  Теперь главное - не свернуть с намеченного пути

19  
  Рада за Эдварда.
Спасибо за главу! lovi06015 lovi06032

1
18  
  Спасибо за главу!!!

1-10 11-20 21-24
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]