Снег намел сугробы, и мы застряли в этой белой сказке на несколько дней. На небе показалась голубая зимняя луна, и принялась нашептывать свои сказки. Резные снежинки блестели в ее призрачном свете.
А я поверила в свою удачу. Я стою гораздо больше той цены, которую за меня дают. Мой муж дал мне понять, что я и наши чувства бесценны.

Как там говорится? От себя не убежишь? Забавно. Именно это я и попытался сделать, когда вернулся с пикника, на который меня пригласила моя лучшая подруга Белла Свон. Моя детская любовь закончилась окончательно и бесповоротно, так и не начавшись, по-настоящему. Все мои фантазии лопнули, как мыльный пузырь. Красивый такой, радужный и невесомый.

Лето в Нью-Йорке. Изнуряющая жара, плавящийся асфальт, извечные пробки. На улицах многолюдно, все куда-то спешат. Гудки машин, рев моторов, какофония людских разговоров. Цокот моих каблуков вплетается в общий ритм городского шума. Я иду по Седьмой Авеню с гордо поднятой головой. В руках сжимаю заветную папку с моим новым портфолио.

Чьи-то грубые руки шарили беспардонным образом по моему телу. Я ощутила горячее прерывистое дыхание на своем лице. Открыв глаза, я не сразу сообразила, что нахожусь в машине с совершенно не знакомым мне человеком. По логике вещей мне стоило бы закричать, позвать на помощь.

За окном падал снег. Белые пушистые снежинки танцевали в небе свой причудливый танец и с тихим шорохом падали на землю. Скоро всё будет укрыто белым снежным покрывалом. Снег на Рождество – большая редкость для этого города. Как сказал мне Джейк, обычно здесь идет дождь, переходящий в лед.

Подойдя к Джейн, Феликс опустился на колени и пощупал ее пульс. Убедившись, что она жива, он выпрямился во весь свой немалый рост и посмотрел на меня. В его взгляде горели ярость и ненависть. Я стоял не шевелясь, и продумывал возможные варианты событий.