Фанфики
Главная » Статьи » Фанфики по Сумеречной саге "Все люди"

Уважаемый Читатель! Материалы, обозначенные рейтингом 18+, предназначены для чтения исключительно совершеннолетними пользователями. Обращайте внимание на категорию материала, указанную в верхнем левом углу страницы.


Женщины его Превосходительства. Глава 25. Часть 2

Ночью все возвращается на круги своя. О том, чтобы заснуть, и речи быть не может. Даже  просто закрыть глаза. Расслабиться. Нет. Нервы натянуты, они вытянуты  и выдернуты на хрен. Они намотаны и измотаны. На кулак и чьи-то красивые запястья. Они раскатаны по всей площади помещения. Тонким слоем. Как маслом. Они затоптаны звуками. Как грязными ботинками с тяжелыми подошвами.

Не думаю о том, что будет, если сейчас появится Каллен. И так знаю, что ничего хорошего. Но лучше его встретить здесь, чем в любом другом месте. В идеале – завтра. После пяти я абсолютно свободна. После пяти, я ко всему готова. Ко всему, что может предложить мне мое воображение. Мое, не его. Даже в воображении мне с ним не тягаться. 

Мой недопобег имеет все шансы дерьмово закончится.

Но я все равно нахожусь в полной уверенности своих действий. Не жалею. И стараюсь не думать о плохом. Насколько это позволяет вязкая тишина номера. В которой отчетливо прослушивается каждый посторонний звук.  Чужие шаги за дверью, чужие голоса, скрип дверей – все это в груди. Отдается эхом. Пульсом. Ударами. В поддых. Так что сердце замирает, а потом снова заводится. Нормально.

Смотрю на часы. Считаю их. На пальцах. Перебираю как любимые погремушки. Все еще верится, хоть и с трудом, что два дня это не пустые слова. Телефонный разговор Элис – не обо мне. И не с ним. Все еще верится в отсрочку на сутки. А потом… Потом я готова.

Утром наспех заказываю кофе.  В моей общей недосуете выглядит это забавно. Так, словно кто-то щелкнул пальцами и заставил меня двигаться. Быстро двигаться. Будто я не успеваю. Будто до этого у меня не было свободного времени, на то чтобы спокойно позавтракать. Не было целой ночи и бесконечных минут ожидания. Пустых и долгих, наполненных острым ритмом сердца. Я практически залпом выпиваю горячий напиток, накидываю куртку и спускаюсь вниз.

Воздух на улице сухой и холодный. Пропитан утренней свежестью и колючим инеем. Машины на дорогах в тонком слое льда. Перемещаются в пространстве, словно в замедленной съемке. Светофоры, сигналы, пробки. Тяжелый туман. Утро с его обычными обитателями. Серый асфальт и серое небо. И, блядь, я.  В распахнутой куртке и растянутой футболке. Среди дорогих костюмов, дорогих автомобилей, кашемировых пальто и кожаных портфелей. В самом престижном районе города. Курю, с наслаждением перемешивая в легких выхлопы бензина и никотина.

Взгляд скользит по территории парковки. На всякий случай. На тот самый последний случай, чтобы не выглядеть испуганной идиоткой. Замершей от неожиданности. А ведь знаю, что если вдруг увижу знакомую машину – передернет. Все равно передернет. Сколько бы я себя не контролировала. Сколько бы не задерживала дыхание. До скольки бы  не считала про себя.

Моя недореальность с трудом воспринимает Каллена. Она сжимается в тугой узел от предчувствия. То ли удара, то ли одобрительного поглаживания по голове. Впрочем, если быть откровенной – до одобрения дело не доходило. Подыхало в истоках.

Собираю последние наличные на такси и привычным жестом поднимаю руку.

Точно так же я могла бы каждое утро отправляться на работу, ощущая на губах горький привкус кофе. С остатками сна на ресницах. С влажными после душа волосами. Прокручивая в голове какой-нибудь сраный доклад о делах какой-нибудь сраной компании. Вспоминая назначенные на день встречи, совещания, конференции. Это тот путь, по которому я должна была развиваться. К которому должна была стремиться, будучи ребенком своих родителей. Мой мозг обязан был быть заточен на успех. На фавор.  А вместо этого он питается шаткой недореальностью и вполне доволен. Сыт. Это именно та дорога, по которой я бегу в первых рядах за призовым местом. И, аллилуйя, мне ничего не стоит его взять.

Если предложение Элис о вечеринке в модном клубе останется в силе, если я в силах буду его принять, то непременно  им воспользуюсь. Хотя бы для того, чтобы вновь почувствовать себя человеком, который успешно и с удовольствием проебывает свою жизнь.  В шампанском, наркоте и  музыке. В мире, который давно положил на всех. Забил ржавые гвозди в  мечты и иллюзии. Это может быть весьма приятным занятием. Идти в ногу со временем. Быть в ритме своих привычек. Жить в мире, который ничего от тебя не ждет и ничего не требует.  Это феерично и ни к чему не обязывает.

 

В центре встречаю Джейка. Почти сразу же, едва только выхожу из такси. Минуя все промежуточные этапы развития отношений, мы с ним непринужденно переходим в категорию «добрых знакомых». Непринужденно с его стороны. Так легко, что я несколько охреневаю от его быстрых объятий и дружественного  щелчка по носу.  Молчание, в моем случае, это не радость. Я просто не знаю, что сказать. И как на такое отреагировать.

- Как дела? - его руки ложатся мне на плечи и слегка сжимают.

Спонтанно можно переспать. Подружиться – нельзя.

И если для секса достаточно провести две минуты вместе, то для дружбы двух встреч явно недостаточно. Для чистой и ничем не замутненной дружбы. Не напоказ, а ради теплых чувств.

Я смотрю ему в глаза, а губы изгибаются в неуверенной улыбке. Кривятся.  Ради приличия. Скулы сводит от усилия изобразить радость на лице. Когда не знаешь, как поступить – улыбайся. За улыбкой можно скрыть недоумение. И еще много чего, как за каменной стеной.

-  Уже знаешь, зачем я здесь? – стремительно поднимаюсь по лестнице, говорю, чуть повернувшись в его сторону. Ровно настолько, чтобы заметить, как он недовольно тряхнул головой.

- Знаю. Я знаю об этом месте больше, чем ты думаешь. И о его обитателях тоже, - он резко останавливается и преграждает мне путь рукой, перехватывая за талию. Мы оказываемся в каких-то недоразвитых объятиях. Чтобы заглянуть ему в глаза, приходится задирать голову. Приходится отстраняться и делать шаг назад.

Я говорю: 

- Начнешь отговаривать?  Объяснять, что я не права? И мои поступки нерассудительны? Я все это слышала еще в прошлый раз.

Он отпускает меня, и мы идем дальше.  Стройным шагом. Нога в ногу. И молчим. Но когда приближаемся к палате, я нарушаю тишину:

- Ты не можешь знать, как лучше. Это просто невозможно.

Джейк ничего не отвечает. Возможно, ему просто нечего сказать. Как-то ответить на мою упрямость. Его глаза не смеются, как обычно и взгляд не сияет. Он тяжело вздыхает и растерянно трет переносицу в поисках нужных слов.

Нет их. Этих самых слов.

Прислоняюсь плечом к стене, к той самой, на которой развешены рисунки. Но уже другие. Пока меня не было произошли изменения. Такие изменения, о которых мне не хотелось бы знать.

Мы стоим друг напротив друга и думаем каждый о своем. Мне не надо далеко продвигаться в своих мыслях. Они простые и почти примитивные.  Я смотрю на него и понимаю, что кому-то с ним чертовски повезло.  Ведь есть же он в чьей-то жизни. Просто есть.  Надежный, улыбчивый, ответственный. Пусть упрямый, но с открытым спокойным взглядом. Он твердо идет по жизни и будет так же твердо вести тебя за собой. С таким не страшно засыпать и не страшно просыпаться. С таким просто не страшно. Он внушает доверие и надежду, что в людях осталась человечность. От которой чуть теплее.

Мне еще ни на кого не приходилось так смотреть. Под таким углом зрения. Мужчины, которых мне довелось встретить в своей жизни никогда не подходили под слово «везение». Они все невезение в чистом виде. Холодные, расчетливые. Их счастье – в нулях. Их горе – в алкоголе. У них есть все, но их нет ни у кого. Они сами по себе и сами для себя. И я не говорю конкретно о Каллене. Обо всех. Обо всех породистых шавках. Будь они прокляты.

- Через час мы с Ренесми пойдем гулять, - я оглядываюсь на электронные часы в коридоре, словно подтверждая тем самым свои слова. – Пока не хочешь посидеть с нами?

Я открываю дверь, и мы вместе входим в палату.  

 

Можно играть в Твистер. Можно смеяться. Можно слушать заливистый смех Ренесми и смотреть, как он переливается в воздухе, словно мыльные пузыри. Всеми цветами радуги. Это может приносить удовольствие. Удовольствие от столь теплой, но при этом непривычной компании. У меня не было детей. Даже в близком окружении. А рядом с ними все просто –  всего лишь  делать то, что приносит радость. То, что заставляет улыбаться. Открыто. От души. Изнутри, а непосильно. Когда улыбку невозможно удержать в себе, сохранив при этом серьезное выражение лица. Когда этого делать и не надо.  

Бывают такие моменты. Откровенной воздушности во всем. Наверное, бывают.

Так вот, упираясь ладонями в разноцветные круги и пытаясь дотянуться ногой до зеленого поля – я этого не чувствую. Никакой, совершенно никакой воздушности. Ни легкой, окрыленной свободы. Ни безмятежного счастья. Я думаю о том, что хорошо, что на мне джинсы. В них действительно удобно. Резвиться.

Но ощущаю я себя глупо. Настолько глупо, что и правда хочется расхохотаться от этой глупости. Некоторые нюансы воспитания ничем не перешибить. Не зря мне все время, начиная с сознательного детства, вколачивали как себя правильно вести. Это дерьмо настолько плотно засело у меня  голове, что играя в подобные простые игры, я так и вижу себя со стороны глазами своей матушки, которая презрительно улыбается и закатывает к небу глаза. Ее пальцы ложатся на виски, и она тяжело вздыхает «О, Боже, Изабелла. Сколько тебе лет? Как ты себя ведешь?».  Именно это и бьет по сознанию. Больнее всего. Мать, которая с утра всегда была, словно вылизанная. Отполированная. В строгом домашнем костюме. Уже к завтраку. Даже, блядь, вставая ночью попить воды, прежде чем выйти, она расчесывалась, накидывала на плечи прозрачный пеньюар и засовывала свои точеные ножки в мягкие туфельки на каблучке.

Джейк спрашивает, когда я успела подать документы. Я мычу из под него нечто невразумительное. Я советую ему подвинуться, чтобы я смогла занять положенный мне круг. Чтобы поддержать компанию и не проиграть почти сразу же. Волосы застилают мне глаза, и я ни черта не вижу, только слышу, как откуда-то со стороны звенит, как воздух на морозе, смех Ренесми.

- Это сделать мне никто не мешает.

Мне ближе Блек Джек и Покер с их изумрудными столами, шампанским и элегантными вечерними платьями. Видимо, так быть не должно. Должно быть что-то другое. Но так есть.  И это правда.

Я говорю:

- Если откажут – напишу еще раз. И еще раз. Мне надо как-то вырываться из всего этого.

Передвигаю руку на красный круг и оказываюсь лицом к лицу с Несси. Подмигиваю. Улыбаюсь.

- Одомашниться что ли. Я устала, но у меня нет повода остановиться. Я знаю, что могу и хочу жить по другому, но я так же знаю, что просто так мне никогда к этому не прийти.

- И давно ты привыкла использовать других в своих целях?

Изворачиваюсь, чтобы посмотреть ему  глаза. Задумчиво замираю. Моя поза такая же неудобная, как и вопрос. 

- Все, что мне надо это импульс к действию. Я никого не использую. Я пользуюсь случаем что-то поменять. Не важно в какую сторону. То есть, о результате я не думаю совсем. Главное процесс. Сама тенденция. Не стремление к лучшему, а просто стремление. Но для этого мне нужен кто-то, кто заставит меня двигаться.

- И сейчас это Ренесми?

- Да. Это плохо?

- А что будет потом? Когда представится другой случай?

Я молчу не потому, что мне нечего сказать. Я молчу не потому, что Джейк загнал меня в угол своим вопросом. Мой взгляд скользит по линолеуму, по его блеклому выцветшему рисунку, затоптанному и замызганному. Взгляд передвигается в пространстве. Очень медленно и осторожно. Между секундами. Выхватывает детали. Всего лишь момент, чтобы вскинуть голову и отбросить волосы с лица. В этот момент я просто замечаю чуть больше, чем в предыдущий. На каких-то несколько сантиметров. И первое, что я вижу после линолеума – это носки идеально начищенных туфель. Черных и кожаных. У себя под носом. 

Я так резко дергаюсь в сторону, что не удерживаю равновесие. В том числе,  душевное. Эффект равносилен удару электротоком. Неожиданному удару, но до мозга костей. С резкой неконтролируемой реакцией тела. С губ срывается грубое «Блядь» и катится тяжелым свинцовым шаром по полу.

Джейк не успевает сообразить, что происходит. Он вообще ничего не успевает и ничего не понимает. Смех Ренесми обрывается, когда я вдруг, сбивая весь порядок игры, падаю на колени. Все остальные падают вместе со мной. Все-таки Твистер прекрасно развивает командный дух и великолепно позволяет чувствовать партнеров. Всем телом.  Но в отличие от меня, они все так же не понимают, что происходит. Они на шаг отстают от моего понимания. От моего знания, что дальше ничего хорошего не случится.

Мой взгляд упирается в отглаженные стрелки брюк. Поднять голову и посмотреть в глаза Каллену – не хватает смелости. И наглости. И еще чего-то там, что придает уверенности в любой ситуации. Я стою перед ним на коленях и судорожно соображаю, что делать дальше.

Его слова проникают в легкие вместе с кислородом. Растворяются в крови. И потом только доходят до мозга. С безумным опозданием. По всем статьям.

- Он или она? – слишком спокойно, чтобы поверить в это самое спокойствие. Слишком тихо, чтобы услышать безразличие. Как-то совсем не так, чтобы убедиться в благополучном исходе. Его тон мне не нравится. В нем переизбыток «слишком». До неестественности.

Сглатываю комок в горле. Заставляю себя чуть откинуться назад. Но подняться на ноги пока не могу. Даже для того, чтобы хотя бы немного с ним сравняться.

Каллен смотрит только на меня. Будто больше в комнате  никого нет. Вернее, больше его никто не интересует. И лишь, когда он вновь повторяет свой вопрос, следует короткий кивок головой. Но взгляд остается неподвижным. Как и он сам.

- Не заставляй меня самому это выяснять.

Все еще спокойно, но уже на грани. Сквозь плотно сжатые зубы. Все еще тихо, но уже больше с тихим рычанием.

А я думаю, как бы не подставить. Как бы не выбрать неправильный ответ. И какой он вообще будет правильный.

Несси, наконец, выбирается из под Джейка и бросается ко мне. Ее тонкие ручки обвивают шею. Глаза расширены от страха. Она шепчет мне на ухо.

- Белла, это кто?

Мое бездействие, мое оцепенение кончается. Ровно с ее словами. Я резко поднимаюсь и подхватываю девочку на руки.  На моих губах расцветает натянутая улыбка. Несси хорошо знает ее цену. Точнее, бесценок. Она умеет распознавать искренность. Потому что, когда это редкость в твоей жизни – волей-неволей научишься различать любые ее проявления.

 Но дело сейчас не в этом.

Необходимо любыми способами замаскировать растерянность. Граничащую с паникой.

- Это Эдвард. Помнишь, я вчера говорила про прогулку? Он поедет с нами,  - на принужденно-радостной ноте восклицаю я и делаю шаг навстречу Каллену. Прижимаюсь к нему всем телом и быстро целую. В уголок губ. -  Как хорошо, что ты приехал. Мы тебя ждали. Милый, это Ренесми.

Моя речь похожа на пулеметную очередь. Будто бы, если я остановлюсь, мир рухнет. Будто бы его надо поддерживать своим голосом. Постоянно.

«Милый»  выходит сдавленным и сжатым. Как смятый комок бумаги.

Поцелуй такой же.

Сама идея дала бы фору любой херовой идее. Она побила бы рекорды по своей дебильности и глупости. Ничего хуже придумать я не могла. В принципе.  Но за несколько секунд в свободном пользовании, трудно выдать оригинальное решение.  

Отпускаю Несси на пол и прошу ее одеться. Собраться. Исчезнуть на пару мгновений.

Позади меня Джейк. Сидит и с интересом следит за событиями. Как сторонний наблюдатель.

Я рада, что у него хватает ума не вмешиваться. Не встревать. И просто не обозначать своего присутствия.  Хороший мальчик, сообразительный. С врожденным чувством такта. Бывают такие, которым всегда больше всех надо. Сказать свое веское слово.

Я рада, что Джейк не из их числа.

Я рада, что не ошиблась в нем.

И все же, больше всех меня радует Каллен. Что ему тоже хватает такта промолчать. Хотя его молчание бьется в железной клетке, как загнанный зверь. Скалится и рычит. Разъяренное молчание. Чувствовать на себе его взгляд – это то же самое, что вгонять в позвоночник тонкие стальные струны.  Вдоль по спинному мозгу. До «приятной» дрожи в коленях.

На губах у меня до сих пор его запах.

На губах у меня до сих пор смятая улыбка.

Я говорю:

- Потом, - и делаю шаг вперед. Струны проникают в вены и стягивают их жестким корсетом. – Можешь делать, что хочешь. Но сейчас, - диафрагма сжимается, так что становится трудно дышать. Мои слова на выдохе. Одном единственном. Теряют звуки, превращаясь в шепот. Или хрип. – Не смей. Просто не смей.



Источник: http://robsten.ru/forum/29-1149-152
Категория: Фанфики по Сумеречной саге "Все люди" | Добавил: МеломанкА (07.05.2013)
Просмотров: 2977 | Комментарии: 70 | Рейтинг: 5.0/74
Всего комментариев: 701 2 3 ... 6 7 »
70   [Материал]
  Ох ты ж ешкин кот! Вот это встреча! Семейка из них что надо выходит) giri05003

69   [Материал]
  Вот Каллен и застукал Беллу за её "делами".
Похоже, выследил по телефону.

68   [Материал]
  спасибо, глава, натянула мою нервную систему до предела. что же дальше. good

67   [Материал]
  Белла молодец - повела себя наилучшим образом. Если бы показала страх - ребенок бы испугался. А теперь, может и Эдвард увидит Беллу совсем с другой стороны и это пойдет на пользу их отношениям.
Спасибо за главу!!!

66   [Материал]
  Большое спасибо за главу lovi06032 lovi06032 lovi06032

65   [Материал]
  Спасибо за главу. Очень надеюсь, что Эдвард ничего не устроит...и наконец проявит какие нибудь человеческие чувства))

64   [Материал]
  вот уж действительно - каждое слово по нервам!!! 4
спасибо - как всегда неожиданно и непредсказуемо!

63   [Материал]
  Спасибо!!!! Спасибо!!!!! good good

62   [Материал]
  просто мурашки по коже 12
спасибо за главу lovi06032

61   [Материал]
  Спасибо за продолжение good lovi06032

1-10 11-20 21-30 ... 51-60 61-70
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]