Фанфики
Главная » Статьи » Народный перевод

Уважаемый Читатель! Материалы, обозначенные рейтингом 18+, предназначены для чтения исключительно совершеннолетними пользователями. Обращайте внимание на категорию материала, указанную в верхнем левом углу страницы.


Истина торжествует. Глава двадцать пятая
Глава 25
Эндрю


Я проснулся очень рано. Перевернулся на спину и уставился в потолок. В комнате было тихо и темно, только лунный свет пробивался сквозь окна. Ночь вот-вот должна была смениться ранним утром, звенящим на рассвете нового дня.
Повернулся на бок, чтобы понаблюдать за тем, как мирно дремлет моя спящая красавица. В уголках ее губ таилась нежная улыбка. Я коснулся их кончиками пальцев и почувствовал на своей коже тепло ее дыхания. Интересно, о чем она мечтает, когда так улыбается? Я жаждал проникнуть в ее самые тайные сокровенные мысли. Больше всего на свете мне хотелось узнать, снюсь ли я ей хоть иногда, потому что сама она занимает значительную часть моих мыслей.
Время тянулось медленно, а мой разум не отключался. Все мое тело было напряжено до предела. Если бы Микки только знала, что я запланировал для нее на сегодняшний день, то наверняка не спала бы так крепко. Минуты казались часами, пока я снова и снова прокручивал в голове варианты того, что должно было произойти. На то, чтобы придумать все это, ушли месяцы, да и то мне понадобилась помощь Итана, Гэвина и Джареда. По тому, как они себя вели, можно было подумать, что это они собираются делать Маккензи предложение.
Мы долго обсуждали вчетвером каждую мельчайшую деталь. Я выбрал для нее идеальное кольцо – тонкий изящный ободок с квадратным бриллиантом посередине. Точно знал, когда и где собираюсь попросить ее стать моей женой, а также и то, что при этом скажу.
Маккензи не знала, что я взял выходной. В идеале мы должны были идти после пробежки по пляжу. В нашем месте, там, где мы впервые встретились, я бы встал на одно колено и сделал ей предложение. Это была моя мечта! Мой идеальный план!
К счастью, для меня взять выходной очень просто, теперь, когда над моей душой не стоит такой суровый работодатель, как мой отец. Быть самому себе боссом оказалось намного лучше, чем я мог себе представить. Отец не был в восторге от моего ухода из «Вайз и сыновья», но у него не было выбора. Он боролся против моего решения, даже грозился судебным иском, но я следовал каждому пункту своего контракта, и у него не оказалось оснований для возбуждения иска.
Через месяц после того, как оставил семейный бизнес, я открыл с помощью старого приятеля свое собственное дело. Найлз ухватился за возможность стать именным партнером в моей новой фирме. Он любил Гарвард, но переезд во Флориду, чтобы стать моим партнером, оказался для него хорошим шагом. Это дало нам обоим новый старт. У нас двоих имелся приличный список клиентов, и он обещал расшириться, как только мы встанем на ноги и станем более солидными. Нам не потребовалось много времени, чтобы найти партнеров для подписания контрактов. «Пелтьер-Вайз» стала еще одной небольшой фирмой, но у нас сложилась репутация, как у одной из лучших.
Единственным недостатком оказалось то, что я каждый день скучал по своему брату, но «Вайз и сыновья» была для него слишком хороша. Это было его место. А вот Итан собрал свои вещи и переехал вместе со мной. Я отказался оставить его просто в секретарях. Его знания и опыт были слишком ценны. Он стал первым помощником в нашей фирме и оказался просто незаменим на своем посту. Когда у них с Наташей ничего не вышло, он немного погоревал и потом смягчился. И вместо того, чтобы спать с шестью женщинами в неделю, сократил их число до четырех.
Маккензи сладко вздохнула и закрыла лицо рукой. Я улыбнулся, представляя нашу дальнейшую совместную жизнь. Так много всего произошло после нашей первой встречи на пляже. Сейчас все произошедшее с нами казалось нереальным. Мы столкнулись с трудностями, которые не должны были случаться с людьми на начальном этапе отношений, но все произошедшее лишь подчеркнуло ценность наших отношений. Мы были созданы друг для друга. Ничто не смогло нас разлучить. Судьба знала, что она делала в тот день, когда мы только познакомились, и сегодня я поклялся себе провести остаток своей жизни с ней, если она только согласится.
Взглянув на часы, удивился тому, как быстро летит время, ведь прошел уже почти час. Скоро моя дорогая девочка проснется, готовая начать день с утренней пробежки. Мне не терпелось к ней присоединиться. После всего случившегося между Маккензи и Оливией, можно было подумать, что моя дорогая девочка замкнется в себе и уползет в какую-нибудь нору, чтобы зализать раны. В конце концов, у Маккензи была привычка убегать. Но не в этот раз. Вместо побега, она поднялась с колен, отряхнула грязь прошлого и начала восстанавливать свою жизнь. Ее старая школа ухватилась за возможность нанять ее снова, поэтому, едва начался новый учебный год, у Маккензи уже была работа, которая позволила ей с уверенностью смотреть в будущее.
Джаред очень обрадовался возможности снова работать с Маккензи. Они оказались горошинами из одного стручка. Мы с Энди сидели и смотрели на них, качая головами. Временами они вели себя как брат и сестра. Возможно, все дело было в том, что я теперь полностью доверял Маккензи, а Джаред был влюблен в мою сестру. В любом случае, мысль о ревности к Джареду больше не приходила мне в голову. Да, у них были похожие характеры, но сердце Маккензи полностью принадлежало мне.
Я поднял голову и посмотрел на будильник на той стороне кровати, где спала Маккензи. Тут появилось маленькая мордочка, закрывая мне обзор. Маки уткнулась носом в шею Маккензи, ее желтые глазищи в упор уставились на меня. Она легко приспособилась к нашему дому. Чуи и Уикетт обожали ее. Мы стали одной большой дружной семьей.
Я протянул руку и почесал кошку за ушами. В ответ она принялась так громко мурлыкать, что Маккензи открыла глаза. На ее губах появилась мягкая, усталая улыбка. Я прикоснулся к ее щеке костяшками пальцев, чем заслужил неодобрительное мурлыкание кошки, которая претендовала на все мое внимание.
– Доброе утро, – прошептал я.
– Доброе, – ответила она мне.
– Хорошо спала?
Она положила руку мне на грудь. Кожа со сна была еще теплой.
– Как всегда. А ты?
Я легко прикоснулся губами к ее губам:
– Не так хорошо, как хотелось бы, но у меня много дел.
– Ты слишком много работаешь. – она провела большим пальцем вдоль моей ключицы.
– Не так чтобы много. Не так, как раньше.
Маккензи ткнулась холодным носом мне в шею, делая глубокий вдох.
– Это действительно так, и я рада. – она запрокинула голову и посмотрела через мое плечо на будильник. – Еще рановато, но, думаю, мне пора вставать... – Микки сглотнула, отстраняясь от меня. – Я сейчас вернусь, – прошептала, бросаясь в ванную.
Я перевернулся на спину, снова уставившись в потолок. По телу волнами расходилось возбуждение. Я чувствовал себя лучше, чем в Рождество.
Некоторое время спустя она вернулась в комнату, немного опухшая. Я сел в кровати, свесив ноги.
– Детка, ты в порядке?
Она прислонилась плечом к дверному косяку между двумя комнатами и сказала:
– Да, я в порядке. Просто немного кружится голова. – Она вытерла уголки губ двумя пальцами. – Ты готов отправиться на пробежку?
Она могла бы сказать, что с ней все в порядке, но, судя по ее виду, Маккензи не будет до конца откровенна. У меня возникло подозрение. О беге не могло быть и речи. Я могу сказать об этом, просто глядя на нее. Поэтому у меня появилась несколько другая идея. Она оказалась даже лучше придуманной мной на этот день, и я не преминул ее озвучить.
– Как насчет того, чтобы пропустить пробежку и просто позавтракать на пляже? Думаю, утро обещает быть прекрасным.
– Неужели? Ты уверен? – она отошла и воинственно уперла руки в боки. – Или ты просто боишься, что я надеру тебе задницу в забеге?
Я встал и подхватил ее на руки.
– Да. Я уверен. И только в своих мечтах, ангел, ты могла бы обогнать меня.

В мгновение ока мы были одеты, завтрак был любезно упакован Руби, и мы отправились на пляж. Маккензи спросила, почему мы едем в Сиеста-Ки, а не на пляж за нашим домом, но я сделал вид, что настроен на перемены.
Пока мы ехали, на востоке начало вставать солнце. О берег ударялись синие и янтарные в свете солнца волны. Мою грудь наполнил соленый морской воздух, омолаживая душу. Я взглянул на свою девушку. Маккензи прислонилась головой к окну, и смотрела, как за окном мелькает мир. Ее белая хлопчатобумажная блузка натянулась на груди немного больше, чем я помнил. Это заставило меня кое над чем подумать. Может, мои глаза и обманывали меня, но я мог бы поклясться, что ее груди стали больше. Я был достаточно умен для того, чтобы не спрашивать об изменениях в женском теле так, чтобы мне не оторвали яйца. Но тут мне пришлось контролировать свое желание коснуться ее сисек.
Мы добрались до пляжа никого не встретив, за исключением ранних пташек – бегунов и тех, кто возвращался с вечеринки. Я припарковал машину, и мы вышли, прихватив с собой пляжную сумку и корзину для пикника. Маккензи настояла на том, чтобы нести сумку и вообще вела себя как-то странно. Я пожал плечами, решив для себя, что у нее женские дни и не стал вмешиваться.
Пока мы шли по пляжу, я восхищался идущей рядом красивой женщиной. Солнечный свет играл в ее светлых волосах, подчеркивая желтые, красные и коричневые крапинки, что создавали идеальную палитру к ее золотистым волосам. Ее лицо раскраснелось, а глаза сияли так, будто в них отражалось само солнце. Как и я, она находила в воде покой и утешение, ровный ритм и сокрушительная сила успокаивали нас обоих.
Когда мы достигли того места, где я впервые ее встретил, мы остановились.
– Похоже, это идеальное местечко для пикника? Как ты думаешь?
Маккензи сначала взглянула на меня, потом на залив, а затем на ее губах заиграла улыбка.
– Я думаю, хорошее местечко.
Маккензи раскрыла сумку, осторожно вытащила одеяло и расстелила его на песке. Я плюхнулся сверху, сминая ее аккуратную работу. Она заругалась на меня, потом рассмеялась, а следом шлепнулась рядом со мной. За завтраком мы говорили о музыке, погоде, новых фильмах, обо всем, что приходило нам в голову. Между нами всегда было все просто, но с тех пор, как открылась вся правда об Оливии, стало еще проще. Маккензи, после всего случившегося, стала осторожнее относиться к людям, но ее искренность никуда не исчезла. Теперь она, наконец, освободилась от прошлого, которое связывало ее так же, как и меня.
Судебное разбирательство закончилось в пользу Нэйта, в его деле против Оливии. Судья дал ему опеку над ребенком. Они назвали ее Майей. И я должен признать, что ошибался на его счет. Он подошел к опеке со всей серьезностью, как и подобает хорошему отцу. Оливия переехала в Чикаго, чтобы быть ближе к ним, ведь ей предоставили право посещения ребенка. Чего я никак не ожидал, так того, что Нэйт и Оливия преодолеют свои разногласия. Чуть больше недели назад Нэйт позвонил мне и сказал, что они с Оливией встречаются. И он очень спокойно говорил о человеке, которая чуть не довела его до сердечного приступа. Мне пришлось прикусить язык, чтобы мои мысли не слетели с языка. Маккензи, похоже, не возражала. После той ночи она перестала упоминать обо всем этом. Оливия разбила ей сердце, но оно у Маккензи едва ли было настолько мстительным, чтобы не желать истинного счастья даже причинившим ей боль людям.
Я лежал на одеяле, подложив одну руку под голову, а другой рукой обнимая прижавшуюся ко мне Маккензи, и смотрел в яркое голубое небо. Вода медленно приливалась и откатывалась, едва не достигая того места, где мы расположились. Мое сердце предательски дрожало, пока я обдумывал, как сделать то, ради чего мы пришли с ней сюда.
– Я чувствую запах дыма, – сказала она, прижимаясь губами к моей челюсти.
Я вскинул голову, оглядывая пляж.
– Что? Где?
Маккензи рассмеялась.
– Из твоих ушей, глупышка. О чем ты думаешь? – Я усмехнулся и выскользнул из-под нее, чтобы сесть. Маккензи опустилась на корточки, наблюдая за тем, как я роюсь в кармане. – Энди? Что происходит?
Мои пальцы нащупали платиновый ободок. Я осторожно зажал его в кулаке, пока подбирал слова.
– Ровно год назад, – процитировал я свою отрепетированную речь, – я впервые увидел тебя здесь, на этом самом месте.
Маккензи прижала ладошку ко рту.
– Не могу поверить, что ты помнишь!
Слишком нервничая, чтобы отвлечься на что-то другое, я продолжил:
– В тот день я встретил женщину, что предназначена для меня. Я заглянул в ее заботливые голубые глаза и мое красноречие вдруг испарилось. Она была так прекрасна, ее глаза светились счастьем, она не знала, кто я, но была очарована романтикой момента.
В моей голове вдруг не осталось ничего из того, что я так старательно заучивал, и я сказал первое и самое главное.
– Я люблю тебя!
– И я люблю тебя!
– Мы прошли через многие невзгоды и вот мы снова здесь. Мы познакомились всего год назад и удивительно, что зашли так далеко.
Маккензи издала тихий смешок.
– Моя любовь к тебе с каждым днем всё больше. Я вспоминаю и удивляюсь, насколько пустой была моя жизнь до тебя. И после всего, через что нам пришлось пройти, могу с уверенностью сказать, что ничего бы не изменил. Мы притирались, вместе сталкивались с трудностями и вместе исцелялись. Я стал сильнее, благодаря тебе. Сегодня моя жизнь имеет смысл и цель. Хотел бы я вернуться на год назад и сказать тому Эндрю, что для него все изменится, и он встретит ту, что верна, преданна, особенная, любящая и чертовски сексуальная.
Лицо Маккензи начало краснеть.
– Не могу поверить, что ты говоришь все это.
Я крепче зажал кольцо в руке и успокоился.
– Я так сказал, потому что это правда! Твоя любовь стала путеводной звездой для моей истерзанной души. В тебе я нашел ясность, руководство, мудрость и радость. Ты – причина, по которой, просыпаясь каждое утро, я говорю привет человеку, отражающемуся в зеркале, вместо того чтобы ненавидеть его. Я снова могу свободно дышать. Мое сердце исцелилось благодаря тебе, мой ангел.
– Энди, – прошептала она со слезами на глазах.
Я встал на одно колено и взял ее руку в свою. Ее глаза расширились, а рот приоткрылся.
– Маккензи Пейдж Эванс, ты выйдешь за меня замуж?
Я раскрыл ладонь и протянул ей кольцо. Она перевела взгляд с меня на кольцо и обратно. Я не мог понять выражение ее лица, а тишина убивала меня.
– Микки? – мой голос слегка задрожал.
– При одном условии, – пробормотала она.
– Ты хочешь поставить условие перед тем, как выйти за меня замуж? – неверяще переспросил я.
Маккензи потянулась к пляжной сумке и открыла ее.
– Да.
Мое эго пребывало в шоке. Я не мог поверить, что она делает это со мной. Мои надежды на этот наполненный счастливыми слезами и радостью момент превратились в переговоры. Это была катастрофа.
– Когда я скажу «да», – продолжила Маккензи, копаясь в сумке, – ты должен пообещать, что свадьба состоится как можно скорее.
– Почему так? – мой голос был полон боли.
– Потому что, – она вынула руку из сумки, держа в ней три пластиковые палочки, – я беременна.
Настала моя очередь уронить челюсть на пол. Я в полной прострации уставился на три теста на беременность.
– Ты...
– Беременна, – закончила она, сопровождая слова кивком головы. – Ты расстроен? Я знаю, что этого не было в планах. Вот почему я взяла три теста, мне не хотелось рисковать, ведь мог быть и ложный положительный результат. У меня даже есть четвертый и я могу сделать его прямо здесь, если хочешь...
Я встал, поднимая ее за собой.
– Расстроен? С чего я буду расстроен? Ты беременна! У нас будет ребенок! – я обнял ее и поцеловал со всем чувством, на которое был способен в данный момент. Когда мы опустились на землю, она заглянула мне в глаза и улыбнулась.
– Значит, ты не против жениться на мне, как можно быстрее?! Я действительно не хочу ждать еще год, и я также не хочу показываться в своем свадебном платье.
– Я бы женился на тебе немедленно, но ты все еще не сказала мне «да».
Она прижала ладонь к моему лицу. Ее глаза наполнились слезами.
– Да. Да. Я выйду за тебя!
Я надел кольцо ей на палец. Оно село идеально и сверкало в прямом солнечном свете всеми цветами радуги. Наши губы встретились, и время остановилось. И в этот миг ничто не могло коснуться нас. Наши сердца бились в унисон. Все наши надежды и мечты, все наши страдания слились в воспоминания и остались в прошлом. Это был день, о котором мы так долго мечтали, и теперь, когда он настал, он целиком и полностью принадлежал нам.
Мы часто думаем, что «долго и счастливо» пишут только в любовных романах или в сказках и, хотя это и правда, у реальной жизни есть своя версия. Мы с Маккензи поженимся. У нас будет семья. Мы состаримся вместе. У нас будут и разногласия, и ссоры, но будут так же любовь и счастье. И хотя ничто в жизни не бывает совершенным, мы, оглядываясь назад, вспоминали только хорошее, но никак не плохое. Это сам по себе счастливый конец, и я с гордостью могу сказать, что мы жили ДОЛГО И СЧАСТЛИВО!

Переводчик: Люба А. 

Материал предоставлен исключительно в целях ознакомления и не преследует коммерческой выгоды.



Источник: http://robsten.ru/forum/90-2021-1
Категория: Народный перевод | Добавил: Ianomania (16.08.2020) | Автор: Переводчик: Люба А.
Просмотров: 96 | Комментарии: 1 | Рейтинг: 5.0/6
Всего комментариев: 1
1
1   [Материал]
  Спасибо за главу! good  lovi06015

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]