Фанфики
Главная » Статьи » Переводы фанфиков 18+

Уважаемый Читатель! Материалы, обозначенные рейтингом 18+, предназначены для чтения исключительно совершеннолетними пользователями. Обращайте внимание на категорию материала, указанную в верхнем левом углу страницы.


ДА БУДЕТ СВОБОДА. ГЛАВА 1
Глава 1. Мираж.

 


EPOV

 

 

 

"Свобода – это когда ты беспрепятственно проживаешь свою жизнь так, как сам хочешь. Остальное – просто разные формы рабства". - Уэйн Дайер.



Я бежал по песку босиком, без рубашки, навстречу лучам жаркого солнца. В наушниках гремел жесткий рок, позволяя просто забыть обо всем. Живописный ландшафт проплывал мимо меня, словно в тумане, ведь с каждым шагом мой темп возрастал.

Любимое время суток.

Всего восемь утра, но бразильское солнце поднялось уже достаточно высоко, приветствуя новый день. Жара, но жара приятная – морской бриз словно окутывал меня свежестью. Даже в феврале тропический климат не позволял температуре упасть ниже 21 градуса.

Я заставил себя побежать быстрее, как и каждое утро, легкие просто горели от напряжения в теле.

Но чувствовал я себя нормально, поэтому побежал еще быстрее. Иногда, где-то миль через пять, ноги начинали сдавать. Удивительно, но мне пока не удалось обежать остров вокруг. Он был единственным, но таким огромным.

Я рухнул на горячий песок, пытаясь контролировать дыхание, будто дыша безоблачным небом над собой.

В этом году мне исполнится тридцать, и тело время от времени дает знать об этом.

Тридцать!

Как же я дожил до такого возраста?


У меня были проблемы с сердцем из-за плохого питания и наркотиков, проблемы с легкими из-за курения, постоянная обеспокоенность из-за обсессивно-компульсивного расстройства, да и еще целая куча всякого, что, по правде говоря, мало меня волновало. Последним дополнением ко всем моим болячкам стала травма спины, полученная после аварии на мотоцикле около года назад. Не слишком серьезная, но иногда напоминающая о себе жуткой болью. Доктор сказал, что нет показаний для хирургического вмешательства, так что иногда просто необходимо было перетерпеть дни, когда мой позвоночник решал вести себя словно сука.

Думаю, больная спина была наименьшей из моих забот. Технически меня даже в живых не было.

Для мира я был мертв, пусть это было чистейшей фабрикацией. Я уже три года жил в этой лжи, и, сказать по правде, с каждым днем такая жизнь казалась мне все привлекательней. Никогда бы и подумать не мог, что мне выпадет возможность пожить без каких-либо ограничений, но такой вариант замечательно мне подходил.

Пришлось оставить свою прежнюю жизнь. Меня не заботили автомобили, деньги, дома или что-либо еще. Когда отец отпустил меня, больнее всего было потерять Беллу. Она стала для меня всем, пусть тогда я этого не осознавал; она была смыслом моей жизни. Я исчез, не имея никого и ничего, о ком бы мог заботиться. Настоящий ад на земле.

Чтобы вернуть Беллу, мне нужно было пожертвовать собственной жизнью. В этом есть даже некая ирония. Оглядываясь назад, я хорошо понимаю, что относился к Белле далеко не так, как она того заслуживала.

Каждый день без Беллы приносил с собой лишь страдания. Меня мучило чувство вины за то, что она потеряла все, я же просто скрылся. Я чувствовал отвращение к самому себе. Я на свободе, она же вынуждена гнить за решеткой, расплачиваясь за мои ошибки. Я молил Карлайла позволить мне вернуться. Когда всем стало ясно, что она проведет в тюрьме определенный строк, я просто не мог принять этого. Я буквально сошел с ума.

Я покинул холодные швейцарские горы, намереваясь вызволить ее. Затем Карлайл успокоил меня и отправил сюда, в этот влажный бразильский рай. Сей остров вы не смогли бы найти ни на одной карте мира, он был куплен из-за своей секретности. Пока Белла не прибыла сюда, он был моей тюрьмой.

После того как она приехала, ну… это был трудный год. Я не мог сравнить ее гнев ни с чем. Ей было что сказать, и она это высказывала. Высказывала все. Нет, я не винил ее.

Даже пламя в аду несравнимо с женским гневом.

Я знал это лучше, чем любой другой человек на этой планете. Я не верил, что Белла когда-либо сможет простить меня. Могла ли она? Я оставил ее, бросил, когда она нуждалась во мне больше всего. Я оказался самым мерзким куском дерьма. Но у Беллы было доброе сердце. Никогда бы не подумал, что она способна будет терпеть меня дольше суток. К счастью, я был неправ.

Спустя год мои яйца уже надежно покоились в руках Беллы – собственно, как и сейчас. И я всегда буду ее должником, и не только за то, что дала мне второй шанс, но также за сохранение наших секретов. Я шутил, что она рождена была стать женой мафиози, потому что даже в самые темные времена не выдала ни единой детали нашей деятельности.

В течение нескольких месяцев после того, как она попала сюда, мы с Беллой ссорились буквально по мельчайшему поводу. Мы кричали и кричали, до хрипа в легких. Но она, ни разу не сказала, что желает покинуть остров. Отсюда я знал, что она серьезно относится к нашему будущему. Если бы она пожелала уехать, я не стал бы удерживать ее, но сама она признавалась, что для нее подобное не вариант.

- Мы будем вместе, пока один из нас не умрет! Слишком много мы отдали, чтобы просто разрушить все. Я не сдамся.

Вот что она сказала.

Белла сказала мне это, признав, что должна отпустить гнев, иначе он испепелит ее изнутри. Она жила по принципу «простить, но не забыть». Мне повезло, что она была столь зрелой для своего возраста.

Наши отношения сейчас, два года спустя, были сильнее, чем когда-либо. Я понял, что существует всего несколько вещей в этом мире, ради которых стоит отдать жизнь. Жизнь без Беллы – одна из них. Я должен был сделать все, чтобы подобного не случилось.

Она оставалась агрессивной и устраивала мне взбучку каждый раз, когда я выводил ее. Думаю, сдерживать свои эмоции она больше не собиралась. Эти времена ушли безвозвратно. Наверное, моя роль в этом была не последней. Мы оба были очень самоуверенны, и наше упорство вдобавок к этому могло привести к катастрофе.

Кто-то спросит, как вообще нам удавалось терпеть друг друга, не говоря уже об успешных отношениях. Я не задавал подобных вопросов. Просто пытался преодолеть все препятствия на своем пути, ведь, прежде всего, мы любили друг друга.

Мы дрались, как кошки, но это всегда было лишь мгновением. Я знал, что в конце дня все споры потеряют свое значение. Кого на самом деле волновало, закрыт ли тюбик с зубной пастой и приготовлена ли еда? Мы ссорились, потому что в этом заключался наш странный способ занятия сексом… в дополнение к физическому аспекту процесса.

Теперь наша жизнь была почти совершенной. Нам не перед кем было держать ответ. Наверное, это было главным преимуществом. Без каких-либо связей с реальным миром в моей жизни нашло себе место чувство свободы. Поначалу это обескураживало, но я быстро привык.

Наша жизнь протекала на этом острове, хотя в любое время мы могли совершать поездки в Рио. Никто не знал нас прежних, сейчас мы являлись совершенно иными личностями. Мертвый ты обретаешь столько свободы!

– Эй, старик! – с пляжа донесся низкий голос, который был отчетливо слышен, даже, несмотря на музыку в наушниках.

– У-у, – застонал я. – Оставь меня в покое.

Я повернул голову, наблюдая, как ко мне подлетает Алек, размахивая руками и сияя своей вечной дурацкой улыбкой. Я поспешил, сказав, что не в ответе ни перед кем. Мой ребенок – раз уж отсутствует более точное определение – всегда крутился где-то рядом.

Ему было восемнадцать, и сейчас он считал себя властелином мира. Возможно, он стал выше и старше, но все еще оставался дитем. Он прибыл на остров вместе с Беллой. До этого я был здесь один.

Я сделал очень опасный звонок ему, попросив добраться до нее раньше, чем это сделает Карлайл.

Сначала он не поверил, что это действительно я с ним разговариваю. В конце концов, я должен был быть мертв. Я отправил за ним самолет, и он провел больше недели здесь, просто пялясь на меня. Несколько дней спустя он признался, что хочет остаться. Он позвонил Карлайлу, рассказав, что на самом деле происходит, но, все еще скрывая тот факт, что собирался забрать Беллу. Вернулся он с ней и никогда не жалел об этом. Как и мне, ему нравилось здесь. Кажется, Карлайл сказал всем, что парень уехал учиться во Францию. Он возвращался в Чикаго, может быть, раз в год, обычно на Рождество. Только четыре человека на этой земле знали, где он находится на самом деле.

Мы с Беллой воспитывали Алека, будто сына. Пусть формально ему было восемнадцать, на самом деле он был совсем зеленым, пусть и не был в этом виноват. Он провел все свое детство взаперти. У него не было возможности повзрослеть. Он сильно повзрослел сейчас.

Почти каждый день, ведомый своими гормонами, он засыпал меня вопросами о сексе. Для этих целей мы использовали поездки в Рио – Алек пытался завоевать как можно больше внимания женщин. Девушки любили его, и он ни одну из них не лишал своей лучезарной улыбки. Одним словом, типичный подросток. Он пытался стащить ликер из буфета, брал лодку для собственных развлечений, громил дом, пока мы с Беллой находились в городе. Да, типичнее некуда.

Он был похож на любопытного мальчика из братства, которого я изо всех сил пытаться воспитать правильно. Правильно – это как угодно, но не так, как был воспитан я. Получалось не слишком удачно. Но я пообещал себе, что он станет хорошим Калленом. Карлайл сможет гордиться хотя бы одним из нас.

– Ты меня слышал? – Алек тяжело дыша и утирая пот со лба, плюхнулся на песок рядом со мной.

– Слышал, просто решил игнорировать, – я закрыл глаза, впитывая лучи солнца своей кожей.

– Ты не разбудил меня для пробежки.

– Ты храпел, как медведь, когда я пришел будить тебя. Последний раз, когда я это сделал, ты пнул меня по яйцам.

– И ты выставил меня из дому на неделю, – фыркнул он. – Я вынужден был спать на улице... под дождем!

– Ты заслужил, – я усмехнулся, вспомнив этот случай. – Когда ты уходил, Белла уже встала?

– Да, и она попросила поторопиться к завтраку.

– Ты вышел из дома, в котором готовили пищу? Я удивлен!

– Я все просчитал. К нашему возвращению все уже будет готово, – даже с закрытыми глазами я мог чувствовать, как при мысли о завтраке его лицо расплывается в улыбке.

– Ты такой жирдяй, – я откатился от него и принялся разминать мышцы перед бегом обратно.

– Не завидуй моим восьми кубикам пресса! Знаешь, как тяжело они мне дались? – Алек провел рукой по своему накачанному животу. – Я четыре года занимался!

– И, тем не менее, все еще не дотягиваешь до меня! – позлорадствовал я.

– Бьюсь об заклад, что добегу до дома раньше тебя, – он вскочил на ноги и побежал, оставляя за собой лишь облако.

Всего секунду спустя я и сам уже бежал, пытаясь угнаться за ним. Мне не потребовалось много времени, чтобы догнать его, и пусть подобные подвиги уже на следующее утро обязательно отзовутся ужасной болью, установление справедливости определенно стоит таких жертв!

Как бы то ни было, около дома мы оба тяжело дышали, опираясь на собственные колени.

– Я выиграл, – воскликнул он и прислонился к пальме. – Я выиграл.

– Черта с два ты это сделал. Я надрал тебе задницу.

– Пошел ты, – толкнул он меня в плечо. – Я опередил тебя шагов на десять, прежде чем мы добрались до дорожки. Не лги. Ты проиграл, ничего страшного.

– Я не проиграл, – прорычал я.

– Может быть, в следующий раз твои старые ноги отработают лучше, – он похлопал меня по спине и бросился в дом. Он всегда так чертовски сильно радовался. Этого я не понимал.

Я побежал в сторону большого пляжного коттеджа, который был нашим домом в течение последних двух лет, и снял свои полосатые шорты. Я провел несколько минут в душе на открытом воздухе, смывая с тела и волос этот гадкий песок.

В этом заключался основной недостаток жизни на пляже. Песок был везде. Я привык к этому, но выходил из себя, когда песка становилось слишком много.

Убедившись, что песка на моем теле уже нет, я повернулся и достал из шкафа плюшевое полотенце. Я вытер волосы и обернул полотенце вокруг талии, прежде чем зайти в дом.

– Где Белла? – спросил я у Алека, который уже уплетал что-то на кухне.

– Наверху, – проговорил он с набитым ртом.

– Надеюсь, ты подавишься, – сказал я, пнув стул, на котором он сидел.

– Да, блин, оденься! – крикнул он мне, когда я побежал к лестнице.

Я вошел в спальню, но не застал там Беллу. Надел повседневный свой наряд: плавки и футболку. Это все, что было мне нужно в такие дни, как сегодня.

Недолго пришлось гадать, где же Белла. Я направился в самую большую комнату в доме – библиотеку.

Она карабкалась по лестнице к одной из верхних книжных полок, все книги на которых были расставлены в алфавитном порядке. На ней были лишь рубашка и коротенькие темно-синие шорты, едва прикрывающие ее сочную попку. Такие крохотные шортики, «Victoria’s Secret» или какая-то хрень вроде этого. Я просто стоял и пялился на нее, не стыдясь самого себя. Иногда я готов был поклясться, что вижу мираж. Неужели она все еще была здесь?

– Прекрати трахать меня глазами, – сказала она, даже не оборачиваясь. – Это невежливо.

– Разве можно меня в этом винить? – я подошел к лестнице и придержал ее, позволяя ей подняться выше.

– Алек пролил апельсиновый сок на мои брюки. Они в стирке, а я слишком была занята поиском этой книги, чтобы одеть новые. Так что наслаждайся, пока я не оделась.

– Спасибо, – ответил я, будучи откровенно благодарным. – Что ищешь?

– Я просто вспомнила, что не дочитала «Мы живые», прежде чем ты убрал ее прошлой ночью.

– Ты заснула за чтением. Вот я и дочитал.

– Как мило с твоей стороны, – она полезла обратно.

– Осторожнее, Косолапка.

– Я не Косолапка. Это лестница криво стоит, – пожаловалась Белла.

– Всегда ищешь оправдание?

– Заткнись, - она спрыгнула вниз, представ передо мной во всей своей красе.

Мы оба не сильно изменились внешне. Все те же Белла и Эдвард. Ее волосы стали длиннее и темнее, мои – короче и светлее. Наши тела были загорелыми и подтянутыми, будто у моделей из журнала о здоровье, но чем еще можно было заняться на этом острове, если не бегать и не греться на солнышке.

– Что? – спросила она, застенчиво глядя на меня.

– Ничего, – пожал я плечами.

Она густо покраснела, прям, как я любил. Связь между нами с Беллой сейчас была крепче, чем когда-либо. Стоило ей подумать о чем-либо, я мог тут же угадать, что это было, и наоборот. Сейчас она думала о том, что я нуждаюсь в поцелуе.

Она встала на цыпочки, и наши губы соприкоснулись. Электрические разряды все также исходили от нас, никуда не делись ни огонь, ни страсть. Все как прежде.

Белла ограничилась лишь легким поцелуем, потому что прекрасно понимала, стоит дать слабину, и все тут же выйдет из-под контроля.

– Мне сегодня вечером на работу надо, так что я возьму лодку. Не планируй никаких экскурсий, – она оставила меня и с книгой в руках вышла из библиотеки.

Я последовал за ней в нашу комнату, где она принялась натягивать на себя пару треников, но затем быстро сняла их. Сегодняшний день обещал быть жарким, поэтому она предпочла шорты.

– Ты много работаешь в последнее время, – заметил я, присаживаясь на кровать.

– Я нужна в баре. Науэль уволил всех

Белла работала барменом в одном из клубов Рио, и это мне совершенно не нравилось. Когда она впервые сказала мне о своем желании устроиться на работу, я был категорически против. Зачем ей работа? У нас было все, в чем мы нуждались, а денег на нашем счету хватило бы, чтобы прожить и три жизни. Белла же сказала, что хочет чем-то заняться. Я чуть дал слабину, и она, конечно же, нашла самое неприемлемое в моем понимании занятие.

Рио – город небезопасный для любого рода работы, что уж говорить о ночном клубе. Развязные студенты из разных стран болтались там без дела, мужики щипали ее за задницу, в темных углах проводили свои деловые встречи наркобароны, а ее босс вообще был конченным ублюдком. Конечно, она заверяла меня, что ничего такого в ее клубе не происходит, но мне-то было лучше знать.

– Может, и тебе стоит найти работу, – Белла потянула меня к высокой кровати и толкнула, позволив упасть на покрывало.

– Не хочу. Заботиться о тебе – вот моя работа.

– Ты скучаешь здесь, – она провела пальцем вдоль линии моей челюсти.

– Нет, не скучаю, – соврал я.

Конечно, бывали дни, когда я жалел, что мне нечем занять себя, но я не жаловался. Моя старая жизнь была в прошлом, пусть далеко убежать от нее мне и не удавалось. Дабы хоть чем-то заняться, я пробовал себя на фондовом рынке, под псевдонимом, конечно. Я заказал партию оружия, которое было доставлено в Рио. Я даже спровоцировал войну между двумя конкурирующими между собой бандами, продающими наркотики. Было весело.

– Праздность – мать всех пороков, – пристыдила меня Белла.

– Я не лентяй, – мои руки совсем не лениво принялись путешествовать по ее телу, скользя по спине и приближаясь к столь обожаемой мною заднице. Я грубо схватил ее, так что она вскрикнула.

– О, Эдвард. Всегда находишь удачное время, – она поцеловала меня в подбородок. – К сожалению, я голодна, так что придется подождать.

Я жалобно надул губы при мысли, дневная порция удовольствия отменяется.

– Ты самая безжалостная дразнилка!

– Ничего с собой поделать не могу, – и Белла скатилась с меня.

Я поморщился, когда резкая смена позиции отозвалась болью в спине. Основа моего позвоночника пульсировала, и боль разливалась по всей нижней части спины. Мне пришлось быстро взять под контроль выражение своего лица, ведь Белла начала бы беспокоиться, если вдруг узнала бы.

– Ты идешь? – спросила она меня уже возле двери.

– Буду через минуту, – ровным голосом ответил я, не решаясь пока двигаться.

– Что случилось? – с тревогой спросила Белла. – Я сделала тебе больно?

–Нет, – я покачал головой.

– Ты лжешь. Боже мой. Что-то со спиной?

– Нет, – я упрямо гнул свое.

– Перевернись, – приказала она. – Так и знала, что тебе не стоило бегать этим утром. Ты слишком натаскался тяжестей вчера, передвигая диван вместе с Алеком.

– Я в порядке. Просто немного побаливает, – я перевернулся на кровати и тут же почувствовал теплые пальцы Беллы у себя под рубашкой, как раз в том месте, где больше всего в них нуждался.

Белла принялась разминать тело, помогая боли уйти. Я бесстыдно стонал под ее прикосновениями.

– Я просила тебя не покупать тот мотоцикл, но тебе необходимо было обскакать Алека, разве нет? – принялась поучать меня Белла. – Вот так люди гибнут. Тебе повезло, что это была незначительная авария.

– Да ничего не случилось бы, если бы Алек держался своей стороны дороги.

– Слава Богу, он не пострадал.

– Слава Богу, – ответил я с сарказмом. – Я до конца дней своих буду мучиться от боли, но, слава небесам, Алек в порядке.

– Так тебе и надо. Я месяцами просила тебя не ездить на этой штуковине, но ты меня все равно не слушал. Теперь ты едва ли способен ходить прямо, – она спорхнула с меня и полетела в ванную.

Вернулась Белла с двумя маленькими синими таблетками, и я тут же принял их, запивая водой. Затем потянулся, чувствуя себя намного лучше, как и обычно.

– Спасибо, – сказал я.

– Старики нуждаются в медсестрах, – она улыбнулась и вышла, потянув меня за собой.

На лестнице мы разошлись. Я направился в библиотеку и включил компьютер.

Время начать день.

Дождавшись, когда компьютер загрузиться, я надел очки, которые с недавних пор стали обязательным элементом на моем лице каждый раз, когда я хотел что-нибудь почитать. Я просмотрел свою почту. Мы никогда не получали ничего важного, ведь никто не подозревал о нашем существовании. Всегда сплошной спам и туристические брошюры, но, тем не менее, я всегда проверял.

Единственным человеком, который знал, где мы находимся, был Карлайл. Я разговаривал с ним минут по пять каждый месяц. Это было все время, которым мы могли располагать. Обычно я просто говорил, что мы живы и здоровы. Он отвечал то же самое, а затем мы вешали трубку. Я всегда использовал новый телефон, который затем бросал в реку – вот и все наше общение.

Я не мог позволить себе думать о том, что обманываю братьев и, что еще хуже, маму. Она никогда не простит меня. Алек общался с ней раз в месяц через IChat, будто находится в школе. Так не могло продолжаться вечно, но пока Эсме не подозревала, что Алек в Бразилии. Вдобавок к тому, визитов только на Рождество ей было явно мало.

Каждый день я мечтал о способности читать мысли Беллы, мечтал узнать, что она на самом деле думает о своих родителях. Скучает ли? Конечно же, она скучала. Но никогда не сказала бы мне об этом. Когда бы я не спрашивал, она отмалчивалась. Оставалось только догадываться, сколько еще она выдержит на этом острове, не имея права встречаться с Рене и Чарли.

– Хэй! – Алек показался в дверях кабинета, а затем бросил мне яблоко.

– Я, блять, просил тебя не входить без стука! – я пытался звучать не слишком раздраженным.

– А смысл? – подколол он меня, усаживаясь в кресло напротив. – Белла сказала, что сегодня вечером мы собираемся в город.

– Нет, «мы» в смысле Белла и я собираемся в город. Ей нужно на работу, – проговаривал я, едва ли обращая внимание на Алека, так как уже был поглощен торговлей на бирже.

– Да ладно. Я хочу поехать, – принялся ныть он.

– В прошлый раз, когда мы взяли тебя с собой, ты потерялся, – я раздраженно бросил очки на стол, вспоминая о тех нескольких часах, которые мы посвятили прочесыванию города.

– Я просто забыл о времени, – он застенчиво пожал плечами.

– Ты просто был в жопу пьяный.

– Я не виноват! Мне что-то подсыпали в выпивку, – защищался он.

– Да конечно! – яростно ответил я. – Тебе по делу надо?

– Нет, – закатил он глаза. – Но я все равно поеду. Белла сказала, что поеду, если ты разрешишь.

– Сейчас закрываются рынки в Лондоне и открываются в Нью-Йорке. У меня нет времени заниматься тобой.

– Пожалуйста, – продолжал ныть он.

– Ладно, ладно! – прокричал я. – Только пообещай никуда не убегать.

– Сладкое какое, – он надкусил яблоко.

– Убирайся, – громко сказал я.

– Ладно, ладно. Ша! – Алек оставил меня наедине с цифрами в компьютере.

Я провел около часа, распределяя несколько миллионов между компаниями, к которым присматривался уже несколько дней. Я никогда не обращал внимания на суммы, если только не начинал терять деньги, но такого не случалось с тех пор, как я попал сюда. Карлайл создал для нас отменное гнездышко, которое под моим грамотным руководством приносило по пятьдесят миллионов.

Через некоторое время – после ланча или ближе к обеду – послышался легкий стук в дверь.

– Входи, – сказал я.

– Ты провел здесь целый день, – Белла вошла в комнату и села на мой стол. – Что, черт возьми, ты делаешь?

– Деньги делаю.

– Делаешь деньги, которые нам не нужны.

– Каждый человек нуждается в деньгах, Белла.

– Хм, – только и сказала она удрученно.

Мое внимание все еще было сосредоточенно на компьютере. Я знал, что Белла хотела что-то сказать, но знал и то, что должен позволить ей говорить тогда, когда она сама захочет. Если на нее давить, она никогда не скажет.

Лишь спустя десять минут молчания она вновь заговорила.

– Гм, ты разговаривал со своим отцом в этом месяце?

– Нет, у меня пока не было возможности, – я вздохнул, не желая пока поднимать эту тему. Я никогда не был инициатором разговоров с Карлайлом. Белле приходилось буквально заставлять меня. Я все еще был слишком зол на него за некоторые совершенные им поступки. Белла способна была простить, но подобное никогда не было частью моей философии.

По правде говоря, пусть я постоянно и говорил обо всей этой херне с любовью и новой жизнью здесь, на острове, я чувствовал себя все так же хреново. Может быть, даже хуже. Иногда я даже был уверен, что страдаю агорафобией [прим. пер. - боязнь открытых дверей, открытого пространства; расстройство психики, в рамках которого появляется страх скопления людей, которые могут потребовать неожиданных действий]. Я не мог находиться в обществе людей, потому что все они до жути меня раздражали. Некоторые будто были созданы только для того, чтобы выводить меня из себя. Вспыльчивый характер был причиной многих моих неприятностей, как и неспособности взаимодействовать с другими, живущими в своем идеальном мире. Белла была исключением. Она была единственной женщиной, которую я когда-либо любил, пусть и свойственным лишь мне образом. Для всех других мое сердце оставалось все таким же холодным.

Свою озлобленность на весь мир я иногда выплескивал на отца. Перед звонком мне следовало бы принять какое-нибудь лекарство.

– Прошло уже много времени, – напомнила Белла. – Уверенна, он переживает за тебя.

Я кивнул.

– Именно поэтому он так легко от меня избавился.

– Эдвард, оставь это. Он защищал тебя, все это для твоего же блага.

– Он слабак, – прыснул я. – Бесхребетный слабак.

– Он спас тебе жизнь.

– Может быть, но, будь у меня выбор, я не убежал бы.

– И был бы уже мертв. Упрямый, как осел, – улыбнулась она слегка. – Мне это кажется милым, но мне одной.

– Ты смирилась, потому что не имела другого выбора.

– Правда, – Белла спрыгнула с моего стола и направилась к двери. – Позвони ему! И спроси, как Чарли.

Я тяжело вздохнул, потянувшись к столу за одной из сотни дешевых пластмассовых мобилок. Я открыл ее и вставил батарею, ожидая, пока включится. Затем набрал столь знакомый номер и стал ждать ответ.

– Привет, – кто-то на другом конце тут же ответил.

– Привет, папа.

Автор: johnnyboy7

Шортики VS

Всем приятного прочтения! 
Большое спасибо Лене (♛Elena♛), за отличные перевод. 
Не забываем благодарить за перевод) 
Спасибо Дашке (Leonarda_Ria) за редактуру) 
Ждём ваши отзывы здесь и на форуме!
 

 

 



Источник: http://robsten.ru/forum/73-2058-1
Категория: Переводы фанфиков 18+ | Добавил: гость (09.11.2015) | Автор: johnnyboy7
Просмотров: 805 | Комментарии: 7 | Рейтинг: 5.0/19
Всего комментариев: 7
avatar
0
7
Как они так долго находятся практически в замкнутом пространстве и еще не поубивали друг друга  giri05003 giri05003 giri05003
avatar
0
6
Спасибо))
avatar
0
5
Спасибо большое за перевод!  good lovi06032
avatar
0
4
Спасибо за продолжение! good
avatar
0
3
Спасибо за главу  lovi06032 lovi06032
avatar
0
2
Огромное спасибо за новую историю
avatar
0
1
Для главы мафии , конечно Карлай , слишком мягок к врагам . Одолжен был предусмотреть и не допустить "смерть" Эдварда и тюрьму Беллы . Карлай знает , ну , или понимает , что виноват Аро и Джейк . Можно их было давным-давно нейтрализовать . Спасибо за отличный перевод . good
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]