Фанфики
Главная » Статьи » Переводы фанфиков 18+

Уважаемый Читатель! Материалы, обозначенные рейтингом 18+, предназначены для чтения исключительно совершеннолетними пользователями. Обращайте внимание на категорию материала, указанную в верхнем левом углу страницы.


ДА БУДЕТ СВОБОДА. ГЛАВА 26

Глава 26. Начало.



BPOV 
 

«В соответствии с естественным 

правом, все люди рождаются свободными, 

и каждый приходит в мир с правом быть 

самим собой… Это называется свободой 

личности и даётся человеку Создателем.» 

– Томас Джефферсон



– Белла, перестань болтать по телефону, нам нужно посмотреть вот это, – ныла Элис у меня под ухом. 

– Да ну тебя, отстань. – Я оттолкнула её. – Прости, Эдвард, меня отвлекают. 

– Как у тебя дела сегодня? 

– Нормально. Ходить не могу, живот того и гляди треснет, но всё нормально. 

– Ждать осталось не так уж много. 

– Я готова. 

Мы прожили в доме на озере неделю. Эдвард и мальчики только что покинули нас после ещё одних весело проведённых выходных. Я по ним всем ужасно скучала. Я понимала, почему мне необходимо оставаться здесь, но так хотелось бы, чтобы Эдвард перестал работать и просто был рядом. Однако я помалкивала о своих желаниях, потому что не хотела выглядеть и вести себя как ребёнок. 

– Может быть, на этой неделе я смогу приехать чуть пораньше, – сказал Эдвард. 

– Правда? 

– Да. Вообще-то не исключено, что это моя последняя рабочая неделя, а со следующей я возьму «отцовский отпуск», так что смогу помогать тебе справляться. 

– Это просто великолепно. Спасибо тебе огромное. 

– Спроси, купил ли он уже новые детские кроватки, – подсказала Элис. 

– Скажи ей, что в пентхаусе всё готово к твоему возвращению. 

– Он всё, что нужно, сделал, Элис. 

– Я даже покрасил детскую. 

– И как это выглядит? 

– Вот приедешь и всё увидишь, – поддразнил он. 

– Белла, хватит болтать по телефону! – завопила Роуз. – Нам надо посмотреть это видео. 

– Окей, Эдвард, мне придётся тебе потом перезвонить. 

– Позвони перед сном. 

– Хорошо. Я люблю тебя. 

– И я тебя, Белла. Счастливо тебе. – Он повесил трубку. 

– Вы просто парочка телефонных наркоманов, – открывая пакетик с чипсами, проворчала Роуз. – Неужели ещё не надоело. 

– Как же вы меня все достали. 

В последние дни в доме установилась атмосфера типичного женского коллектива. Алек оставался единственным посредником, поскольку Кэйти Нана отказалась улаживать наши мелкие стычки. Мои «беременные» гормоны и всегдашняя стервозность Розали создали очаг постоянного напряжения, который вспыхивал руганью по поводу и без него. Элис устала от этого и тоже начала срываться. Мы то и дело ссорились, а пять секунд спустя уже обнимались. Это раздражало до чёртиков. 

– Дамы, пожалуйста. – Алек уселся на диван между нами. – Нам просто нужно посмотреть то кино, которое нам дал доктор, а затем все смогут разойтись по своим углам. 

– Ненавижу тебя, – рявкнула я на Розали. 

– Белла, прекрати это, – предупредил Алек. – Давайте не будем повторять вчерашнее. 

– Элис первая начала, – недовольно заявила Роуз. 

– Ты же столкнула её с лестницы! 

– Нечаянно. 

В комнату вошла Кэйти Нана. 

– Я в магазин за продуктами. Взяла все ваши списки заказов. Кому-нибудь нужно что-то ещё? 

– Мне тампоны, – быстро сказала Элис. 

Алек застонал. 

– Записала. Всё? Тогда я скоро вернусь. – И она покинула дом, сопровождаемая тремя телохранителями. 

Наша жизнь здесь очень походила на Форт-Нокс [п.п. – военная база США в штате Кентукки]. Не знаю, сколько именно у нас было охраны, но точно – много. Я быстро выяснила, что дом стоит на небольшом острове посреди озера. Единственным способом попасть на остов или покинуть его были лодки; существовал небольшой мост, но он был всегда поднят, никто им не пользовался. Ещё у одной семьи был здесь дом, но стоило нам приехать, как они загадочным образом испарились. За всё это время я не встретила здесь ни одного постороннего человека; я не возражала, но потихоньку начинала чувствовать себя заключённой. 

Остров непрерывно патрулировали вооружённые телохранители. В лодках, день и ночь круживших вокруг острова, их было ещё больше, чем на суше. Стоило солнцу сесть, как по небу начинали бродить высокие лучи прожекторов; стоило какому-нибудь местному жителю посметь ступить с берега озера в воду, как вой сирены приводил всех в полную боевую готовность. Всё это организовал Эдвард. 

– Итак, сегодня вечером у нас на экране «Великое таинство рождения», – прочитал Алек обложку DVD. – Звучит заманчиво. 

– Сразу понятно, что раньше ты ни одного такого фильма не видел. – Элис щелкнула пультом. 

– Постойте-ка, я вообще не уверена, что хочу на это смотреть. – Я вздрогнула от одной лишь попытки вообразить, чтό там может быть. 

– Белла, тебе велено это посмотреть, – сказала Роуз. 

Медицинский документальный фильм начался. Я никогда всерьёз не думала о той боли, которую могу испытать в родах, потому что не хотела на этом зацикливаться. Тысячи женщин ежедневно рожают детей. Если они могут это делать, значит, я тоже. Такова была моя основная идея, и она позволяла мне сохранять спокойствие. 

Спокойствие, которое благодаря этому видео рухнуло ко всем чертям. 

– О Боже! – Алек зажмурился. На экране были вторые роды. Их показывали гораздо подробнее, чем первые, а новорожденный весил четыре с половиной кило; кадры были совершенно неаппетитные. Очень много крови. 

– Наверное, это довольно-таки больно. – Элис совсем не выглядела взволнованной, скорее, она, как и Роуз, казалась зачарованной зрелищем. Я же была буквально в шоке. 

– Это не может быть правдой, – сказала я. – Как, ммм… оно может так сильно растягиваться? 

– Я не могу… – простонал позеленевший Алек. – Почему я должен на это смотреть? 

– Потому что, когда через десять лет у Джейн будет ребёнок, тебе это понадобится. – Миниатюрная Элис железной рукой припечатала его к месту, не давая сбежать. 

В этот момент на экране как раз прорезáлась головка ребенка. 

– Господи, мать твою! – взвыл Алек. 

Женщина кричала так громко, что закадрового комментария врача было почти не слышно. Я упорно пыталась понять и запомнить то, что видела. 

– Будешь рожать без анестезии? – спросила меня Роуз. 

– Ни за какие коврижки, – категорически объявила я. – Только не после того, как увидела это. Мне потребуются все обезболивающие на свете. 

– Я читала, что какая-то женщина рожала в бассейне. Может, и тебе стоит попробовать, – предложила Элис. 

– Я просто хочу нормально родить. По-простому, без всяких выкрутасов. 

– Боже милосердный. – Окровавленный ребёнок выпал из матери, и Алека, едва успевшего склониться над пустым мусорным контейнером, вырвало. 

– Мужчины такие впечатлительные. – Элис закатила глаза. – Ну вот что тут такого уж страшного после всех ваших перестрелок и убийств? 

– Это же настоящая пытка, – ответил он. – Почему кто-то вообще хочет иметь детей? 

– Это прекрасно. 

– Никогда не стану заводить детей, – возразил он. 

– Почему? Можно подумать, для вас, мужиков, это такая тяжелая работа. – Роуз ударила его кулаком в плечо. – Потрахался, а затем знай себе расслабляйся все девять месяцев, пока мы толстеем. А потом просто посиди рядом во время родов. 

– Ага, и ублажай вас, и терпи ваши капризы и стервозность. 

Я посасывала фруктовый лёд, стараясь успокоиться. У меня был действительно трудный день – боли, спазмы, отёки, тяжесть во всём теле – и теперь, сидя здесь и просматривая такое вот кино, я чувствовала себя не слишком комфортно. 

– Мерзость какая. – Когда стали демонстрировать кесарево сечение, Алека снова чуть не вырвало. Это выглядело отвратительно. 

Прошёл ещё час; кровь продолжала буквально заливать экран. Всё было показано в ярких красках; я не испытывала никакого желания наблюдать, как женщины, одна за другой, кричат и корчатся в муках, но всё-таки продолжала сидеть и смотреть; сказано надо – значит надо. Я всё равно не боялась родов, потому что знала: рядом со мной будет Эдвард. Вдобавок я рассчитывала на эпидуральное обезболивание, благодаря которому вообще не буду чувствовать нижнюю половину тела. 

Когда Алека вырвало в пятый раз, киносеанс пришлось прервать. Думаю, он избавился от всего, что было у него в желудке. Да и у меня болевые спазмы в животе становились всё сильней, но судя по всему, это были лишь обычные кишечные колики. Последнее время я постоянно испытывала тот или иной дискомфорт. 

Тем вечером Кэйти Нана побаловала нас всех вкусным ужином, как-то по-особому приготовив цыплёнка. Не знаю, как именно, но вкус был восхитителен. Она была лучшим в мире поваром; а тот, кто посмеет с этим спорить, просто ничего не понимает в хорошей еде. 

Я приняла душ, легла в постель и перед тем, как уснуть, позвонила Эдварду. 

– Ну, как вам кино? 

– Алек несколько раз чуть сознание не потерял, – засмеялась я. 

– Отлично. Думаешь, я справлюсь? А то я свой диск так до сих пор и не смотрел. 

– Посмотри обязательно. Зрелище довольно неаппетитное, к этому стоит подготовиться заранее. 

Мы поговорили о том, как прошёл день у каждого из нас. Похоже, у него было очень много работы. Я чувствовала, как сильно он устал, хотя он пытался вести себя так, словно всё в порядке. 

– Ты за календарём следишь? 

Я встала и, подойдя к большому настенному календарю, вычеркнула в нём крестиком десятое сентября. 

– Ух ты, через три дня мой день рождения, – внезапно воскликнула я. 

Он хохотнул. 

– А я всё думал, когда же ты сообразишь. 

– А ты-то что же не напомнил? 

– Хотел сделать сюрприз. 

– Я даже ни разу не вспомнила о нём. 

– На этой неделе прилетает твоя мать, я захвачу её с собой, когда поеду к тебе. Она полна энергии и планов. Сегодня уже три раза мне звонила. 

– О, правда? А зачем? – Я снова забралась в постель. 

– Объясняла мне, что ещё я должен подготовить. 

– А мне не позвонила ни разу. Невероятно. 

– Ну ладно, давай отдыхай. В это время ты уже спать должна. 

– Я не ребёнок. 

– Спокойной ночи, Белла. 

– Спокойной ночи. Я скучаю по тебе, Эдвард. 

– Я тоже по тебе скучаю. А теперь живо спать. 

Я отключилась, едва моя голова коснулась подушки. 
 

* * *



Проснулась я внезапно, от спазмов в животе, которые резко усилились и стали почти непереносимыми. Вообще-то они не прекращались весь вечер, но до этого момента были вполне терпимыми, так что я их почти не замечала. Теперь же живот скрутила такая боль, что я едва могла дышать. 

Поскольку боль не утихала, а лишь усиливалась, я окончательно пришла в себя и принялась соображать, что же за чертовщина со мной приключилась. Ни одной мало-мальски осмысленной и правдоподобной гипотезы в голову не приходило, пока я не ощутила, как медленная струйка жидкости стекает по внутренней стороне бедра. Я чуть было не решила, что описалась, но мочевой пузырь был полным. 

Ухватившись за спинку кровати, я приподнялась. 

– Что это было, чёрт возьми? 

Я откинула в сторону одеяло и включила прикроватную лампу. На голубых простынях темнело пятно, жидкость была прозрачной, бесцветной, немного вязкой. По какой-то непонятной причине я ощутила слабость и тошноту. 

Сделав глубокий вздох, я постаралась трезво оценить ситуацию. 

У меня только что отошли воды. 

– У меня только что отошли воды. – Должно быть, я сказала эту фразу вслух раз пятьдесят, прежде чем осознала её смысл. – Нет, не может быть. До родов ещё пять недель. Пять недель это много. 

– Малыши, вы что ж там делаете? – Приподняв ночную рубашку, я осмотрела живот. Он выглядел так же, как и прежде, но я ощущала небольшие пинки, те самые, что не прекращались весь сегодняшний вечер. 

Я выбралась из постели и пошла – потихоньку, дюйм за дюймом, стараясь двигаться как можно более плавно. Внешне я была на удивление спокойна, но меня так и подмывало завопить во всю мочь. 

Медленно и осторожно я доковыляла по коридору до комнаты Алека. Открыв двери, я вошла в его тёмную комнату. Он храпел так, что стены дрожали. Мы пробыли здесь всего неделю, но вокруг уже царил беспорядок. На полу валялись снятые трусы, в воздухе стоял запах пота. Тут воняло… подростком. Фу. 

Я стала приближаться к кровати, и Фрэнсис приподнял голову. 

– Алек, – прошептала я. Он не шелохнулся. 

Фрэнсис облизнулся и озадаченно уставился на меня, пытаясь понять, с какой стати я оказалась в его комнате. 

– Алек, – сказала я громче, подойдя к самой кровати. Я начала расталкивать его. В отличие от Эдварда, Алек спал как убитый, и разбудить его было не самым лёгким делом. 

– Эй! – крикнула я и ткнула его кулаком в голую грудь. Я чуть не потеряла равновесие и, чтобы не упасть, ухватилась за кроватный столбик. 

Дёрнувшись, Алек проснулся и сел, выхватив из-под подушки пистолет. 

– Кто здесь? 

– Ты что, собрался в меня стрелять? – сердито спросила я. 

– Белла? Это ты? 

– Кто же ещё, по-твоему? 

– Я не знаю. – Он протёр глаза. – Ты чего пришла-то? Случилось что? 

– У меня отошли воды. 

Несколько секунд он не отрывал от меня озадаченного взгляда. 

– Не понял. 

– У меня только что отошли воды, – медленно повторила я. – Я рожаю. 

– Ты… что? – Он отшатнулся от меня, чуть не свалившись, на пáру с Фрэнсисом, с противоположной стороны постели. 

– Да успокойся ты. Ничего страшного не произошло, но мне нужно в больницу. 

– О, Боже. Эдвард убьёт меня. – Вскочив с кровати, он принялся шагать взад-вперёд по комнате. – Ты рожаешь. Но ведь осталось ещё… – Он принялся считать, загибая пальцы. 

– Пять недель, я знаю. 

– Окей. Так. Успокаиваемся. Берём себя в руки. 

– Я спокойна. 

– Не спорь со мной, Белла. – Алек бросился ко мне, как безумный. – Вот, сядь сюда. – Чуть ли не силой он усадил меня на свою кровать. 

– У нас ничего не готово. Я не готова, – сказала я ему. 

– Не плачь. Всё будет хорошо. 

– Я не плачу. 

– Нет, плачешь. – Он вытер слёзы с моего лица. – Так, хорошо, я сейчас всё организую. А ты просто делай свои дыхательные упражнения. 

– Точно. – Я принялась вдыхать и выдыхать в нужном ритме. 

Алек вышел в прихожую. 

– Всем подъём, всем подъём! Ядерная атака! Полная боевая готовность! Это не учебная тревога! 

Фрэнсис прижался ко мне, когда я скорчилась, ощутив схватку. Боль была не мучительной, но, безусловно, ощутимой. Живот сам собой напрягся, это напоминало сильный спазм, мои внутренности словно судорогой свело. 

– Ауч. – Я схватилась за живот. 

Секунду спустя в комнату вбежала Роуз, в крохотной ночнушке и с сексуально растрёпанными волосами. Она выглядела сногсшибательно. 

– Белла! Что, чёрт возьми, происходит? 

– У меня только что была схватка. 

– Ты уверена, что у тебя действительно схватки? Может, это просто спазмы Брэкстон-Хикса. 

– Нет. Воды тоже отошли. 

– О, – её глаза распахнулись, – ну так это же хорошо, правда? 

– Нет! До моих родов ещё пять недель! Это разве нормально? 

– Чёрт. Я не знаю. 

В комнату, словно крошечное торнадо, влетела Элис, как всегда, переполненная бурными эмоциями и энергией. 

– Я здесь! 

– Эдварду кто-нибудь позвонил? – спросила я. 

– На это нет времени. Нужно везти тебя в больницу, – решительно заявил Алек. Со всех сторон, пытаясь помочь мне встать, протянулись руки. 

Кэйти Нана уже ждала в прихожей, она укутала меня одеялом. 

– Все будет хорошо, миссис Белла. 

Казалось, все вокруг говорят одновременно. События понеслись стремительно, словно камень с горы. Мозг заработал со скоростью миля в минуту, но одна мысль затмевала все остальные: позвонить Эдварду. Мне необходимо было услышать его голос. 

Я никак не могла забраться внутрь стоявшего у дома внедорожника. Неслышно подошедший сзади Амун поднял меня словно пёрышко и усадил на переднее сидение – не грубо, но внезапно, до смерти меня перепугав. Алек уже был за рулем, готовый трогаться с места. Сзади сели Роуз и Элис. 

– Я справлюсь, я справлюсь, – сам себе повторял Алек, по грунтовке направляя машину к мосту, который только что, у нас на глазах, опустился, словно в каком-нибудь средневековом замке. 

– Ты справишься? – завизжала я. 

– Ничего не бойтесь, – сказала Элис. – Я позвонила в здешнюю больницу, они сказали, что ты можешь просто приезжать, никаких проблем. 

– Они даже не знают, кто я такая. – Я всхлипнула. – У них есть мои медсведения? А хоть один нормальный доктор? Мы всё не так планировали! 

– У неё начинается истерика, – высказалась Роуз. – Эдварду кто-нибудь позвонил? 

Алек принялся на ходу набирать номер на клавиатуре встроенного в машину телефона. Эдвард не снимал трубку; было три часа утра, вряд ли он бодрствовал. Наконец, когда Алек дозванивался уже по второму разу, ему ответил сонный голос. 

– Алло? Какогo хрена надо? 

Четыре голоса заговорили одновременно, пытаясь объяснить ситуацию. 

– Заткнитесь на хер! Я не разберу ничего. 

– Эдвард, это Алек. У нас проблема. 

– Окей, слушаю тебя. 

– Белла рожает. У неё отошли воды, мы сейчас едем в больницу. За нами следует примерно полсотни автомобилей с охраной, и минут через пятнадцать мы будем на месте. 

– Эмм… – Думаю, впервые в жизни он потерял дар речи. 

– Со мной всё хорошо, Эдвард, клянусь, – сказала я. – Пожалуйста, просто приезжай сюда как можно скорее. 

– Подожди, ты что, правда рожаешь? 

Моя вторая схватка началась так же внезапно, как и предыдущая, но на этот раз боль была сильнее.

– Ох, – выдохнула я. 

– Белла, ты в порядке? – Руль в руках Алека дрогнул, машина вильнула. 

– Я засекаю время. – Роуз на заднем сидении защёлкала секундомером. 

– Белла, я уже еду. Не волнуйся! – Эдвард повесил трубку, и я представила, как он пулей вылетает из кровати. 

– Как ты себя чувствуешь? – Элис нацелила мне в лицо видеокамеру. – Документальная съёмка на память. Улыбочку! 

– Отвали. – Я отпихнула её. 

Это была самая длинная поездка в моей жизни. Я продолжала правильно дышать, но с каждой секундой боль понемногу увеличилась. 

– Как ты, Белла? – то и дело спрашивал Алек. 

– Заткнись. – Я готова была сорваться на него, на Элис, на Роуз, на кого угодно. Эдвард, всё и всегда тщательно планировавший, составил чёткий график и для того дня, когда мне предстояло родить. Всё было заранее спланировано и сотни раз отрепетировано. Каждая минута и секунда расписана во всех подробностях. А теперь всё это можно было выкинуть в окно. 

– Что, если малыши ещё не готовы? – спросила я. 

– О, уж они-то точно готовы, – усмехнулся Алек. – Так и рвутся наружу. 

– Нет, они не готовы. Ещё слишком рано. – Я обхватила живот. – Я не могу сейчас рожать. Не могу. 

– Белла, возьми себя в руки, – прикрикнула Роуз. – Хочешь ты этого или нет, но ты уже рожаешь. 

– Нет, я не могу. 

Алек остановился перед больницей. Население городка составляло около пяти тысяч, так что и больница оказалась совсем маленькой, чуть ли не меньше, чем в Форксе. Мне это абсолютно не понравилось. Что, если что-то пойдёт не так и Эдвард не приедет? Я не смогу родить этих детей без него. 

Через несколько секунд, когда я уже сидела в кресле-каталке и меня везли вверх по пандусу в больницу, у меня случилась ещё одна схватка. 

– Миссис Каллен, я доктор Мартин. – Невысокий старичок протянул мне руку. 

– Ох, приветствую вас. – Я пожала протянутую мне руку. – Вы будете принимать у меня роды? 

– Да, мэм. Ваш муж уже обо всём договорился. 

– Правда? Когда это было? 

– Около двух недель назад. Он просто хотел заранее подготовиться. 

Всегда и всё продумает наперёд… 

– Я прекрасно смогу о вас позаботиться, – уверил меня доктор Мартин. – Как я уже понял, роды начались раньше срока. 

– На пять недель. Это нормально? 

– Пока не знаю. 

Это прозвучало не слишком многообещающе. Из горла у меня вырвалось рыдание. 

– Только не начинай опять, Белла, – заворчал Алек. – Нет времени на ещё одну трагическую сцену. 

В больнице был всего один этаж; едва мы оказались внутри, меня сразу же повезли прямо по коридору, а затем куда-то за угол. Мы оказались в абсолютно пустой, слабо освещённой части больницы. 

– Где Эдвард? – проворчала я. – Он нужен мне здесь… сейчас! 

– Уже едет. Я только что говорила с ним по телефону. – Элис бежала рядом, с видеокамерой в руке. 

Меня завезли в какую-то палату, где мне, по-видимому, и предстояло остаться. Комната была больше похожа на какой-нибудь кабинет томографии, чем на нормальный родильный зал. Здесь имелась большая кровать, застеленная больничным бельём и одеялом и окружённая какими-то вселяющими ужас приборами. Я вздрогнула от мысли, что меня к ним подключат. У дальней стены имелось нечто, что я опознала как пеленальный столик, где моих близнецов сразу после рождения должны будут отмыть. 

У другой стены стояли стулья, а в углу, рядом с дверью в санузел, располагался холодильник. 

– Симпатичное местечко. – Роуз обошла комнату. 

– Хмм, а кто все эти люди? – спросил доктор Мартин. 

В комнате, кроме Элис, Роуз и Алека, уже столпилось примерно пять телохранителей. Они выглядели смущёнными и не находившими себе места. 

– А ну-ка, вышли все отсюда! – скомандовал Алек и вытолкал их за дверь. 

Следующие полчаса были очень странными. Поскольку это были мои первые роды, я не знала, чего мне ждать и как всё должно происходить. 

Мне дали больничную одежду, и Роуз помогла мне в неё переодеться; затем меня уложили в постель, и доктор подключил меня ко всем имевшимся здесь приборам. Элис оставалась в коридоре, пытаясь дозвониться Эдварду. Как назло, у него разрядился телефон. 

Доктор Мартин не без труда связался с госпиталем Северо-Западного университета, чтобы получить у них сведения из моей медкарты. У моего акушера был выходной, его нашли по домашнему телефону. В итоге они отправили всю мою документацию факсом, и доктор Мартин смог её изучить. Он то и дело щёлкал языком и качал головой. Наконец Алеку это надоело. 

– Итак, каков вердикт? – спросил он, постукивая по полу ногой. 

– Ну что ж, – почесал подбородок доктор Мартин, – роды преждевременные. Мы уже и так это знали, но… 

– Но что? – Я попыталась сесть. 

– Давайте посмотрим, что покажет ультразвук. – Он натянуто улыбнулся. 

В течение десяти минут я молча лежала на кровати, а он водил датчиком УЗИ по моему раздутому животу. Он хмурил брови, кривил рот, морщил нос и разговаривал сам с собой – голосом слишком тихим, чтобы можно было хоть что-то разобрать. Этот мужчина сводил меня с ума. 

– Девочка выглядит хорошо. – Он указал на одного из малышей на мониторе. – Она здорова и кажется довольно развитой даже для такого срока. 

– Что вы имеете в виду? – спросил Алек. 

– Обычно близнецы рождаются раньше времени из-за недостатка места в матке. Поэтому они меньше весят; не всегда, но в большинстве случаев. На самом деле, всё зависит от матери. А вот ваш сын, похоже, наоборот, несколько отстал в развитии. Мне не нравится то, что мы тут имеем. 

– Что-то не так? – заволновалась я. 

– Судя по тому, что я вижу, оба они вот-вот появятся на свет, но он определённо не готов. Особенно его лёгкие, они всё ещё недостаточно развиты. К счастью, мы знаем, как справляться с этой проблемой у недоношенных новорожденных. 

– Нет. Если он не готов, он должен ещё побыть там. – Я сжала ноги вместе в дурацкой попытке заставить малышей остаться внутри. 

– С этим уже ничего не поделаешь, миссис Каллен. – Доктор Мартин вытер липкую жидкость с моего живота. – Хотите, чтобы я попросил сестёр продолжить попытки связаться с вашим мужем? Судя по всему, его уже недолго ждать. 

Растерянная и ошеломлённая, я только молча кивнула. 

– Он скоро будет здесь, Белла. – Алек держал меня за руку. – Скоро, вот увидишь. 

– Ты уверен? 

Алек кивнул, но в его глазах читалось беспокойство. 

Я просто откинулась на подушки и стала молиться, чтобы Эдвард как можно быстрее тащил сюда свою задницу. 

Прошло тридцать минут, я раскрылась ещё на два сантиметра, и это было чертовски больно. Мне дали какие-то чудесные лекарства, которые помогли, но совсем ненадолго. Эдвард всё-таки раздобыл где-то телефон и сразу же позвонил мне. Выяснив, что он примерно в трёх часах пути отсюда, я расплакалась и не могла остановиться всё то время, что мы с ним разговаривали. Он не успевал добраться вовремя, но я не сказала ему об этом. Затем Эдвард принялся по телефону кричать на доктора Мартина, что если со мной что-то случится, то он потеряет медицинскую лицензию и закончит свою жизнь на дне некоего озера. Думаю, в данной ситуации запугивать моего доктора было не самой удачной тактикой. 

– Ты справишься. С тобой всё будет в порядке. – Алек был единственным, кому позволили остаться со мной в палате. Приказ Эдварда. 

– Ты меня нервируешь. Прекрати повторять это. 

– Я ведь могу не выдержать, Белла. Правда, я не готов. Я только сейчас начинаю это понимать. – Нетвёрдой рукой, как будто не вполне соображая, что делает, он впихнул мне в рот немного ледяной крошки. 

– Сядь и заткнись, – приказала я. 

– Если я увижу кровь, то могу упасть в обморок. Где уже этот твой чёртов муж? – Алек выглянул в окно. – Я же не смогу это сделать. 

– Отлично. Тогда пошёл вон отсюда. Мы выберем в крёстные отцы кого-нибудь другого. 

Он изумлённо распахнул глаза. 

– Крестный отец? Я? Правда, что ли? 

– Мы с ним обсуждали это. – Я немного подышала по методике Ламаза. – Окончательно не решили. Думали, время ещё есть. 

– Я это сделаю! Я буду лучшим крестным отцом в мире, клянусь. – Алек неожиданно воодушевился, перестал бояться того, что произойдёт, и стал мне настоящей поддержкой и опорой. 

Снова схватки. Снова ожидание. Плюс ещё один сантиметр. 

– Как у вас дела, миссис Каллен? – Время от времени доктор Мартин заходил проверить меня. 

– Прекрасно, – выдавила я сквозь зубы. 

– Ну что ж, мы уже практически готовы рожать. 

– Нет, мы должны подождать. 

– Всему своё время, Белла. 

Я разрыдалась. Как я смогу сделать это без Эдварда? Он должен быть здесь. Он нужен мне. 

– Миссис Каллен, я вас не понимаю. Перестаньте плакать, пожалуйста. Это нехорошо для малышей. 

Мои рыдания заглушил звук приближающегося вертолёта. Затем здание больницы вздрогнуло, словно от сейсмического толчка. Я посмотрела на потолок и улыбнулась. 

– Эдвард! – сказала я, переполненная радостью. 

В палату ворвалась медсестра. 

– Сэр, на крышу приземлился частный вертолёт. Что мне делать? Вызвать полицию? 

– Нет, это, скорее всего, мистер Каллен. – Доктор Мартин поспешно вышел. 

– Он здесь. – Схватив Алека за рубашку, я притянула его к себе и обняла. – Он здесь. Он приехал. 

– Белла, эти лекарства делают тебя невероятно сильной. Мне же дышать нечем. 

– Прости. – Я отпустила его и затаила дыхание. 

Дверь со стуком распахнулась. К моей кровати шёл Эдвард – измученный, хромающий, в трусах и простой белой футболке – одежде, в которой он обычно спал. 

– Боже мой. Что с тобой? – пискнула я. 

– Спина болит ужасно, а теперь доктор говорит, что у меня что-то не так с ногой. Я не знаю. – Он взял меня за руку. – С тобой всё хорошо? Как идут роды? На сколько сантиметров ты уже раскрылась? Где этот грёбаный доктор? 

– Эдвард, ты её нервируешь. – Алек оттащил его от меня. – Она в полном порядке. Малыши в полном порядке. Ну, вообще-то мальчику требуется ещё немного подрасти, но доктор Мартин сказал, что с ним всё будет в порядке. 

– Что случилось с моим мальчиком? – Голос Эдварда дрогнул. 

– Он просто немного маленький, – уверила его я. – Доктор что-то говорил про инъекции стероидов или… я вообще-то не очень поняла. 

– Я всё выясню. – Слегка подволакивая левую ногу, Эдвард решительно направился прочь из палаты. 
 

* * *



Снова ожидание. Снова мои вздохи и стоны. Но теперь мой муж рядом, чудит и волнуется на пáру со мной. 

– Вот чёрт. – Эдвард приблизился к кровати. – Это всё так быстро, – пробормотал он. 

– Мистер Каллен, почему бы вам не принести нам ещё ледяной крошки и не сходить прогуляться, а то у вас такой вид, словно вы вот-вот упадёте в обморок, – предложил доктор Мартин, снимая перчатки. 

– Нет, я не могу оставить Беллу одну, – был его ответ. 

– Со мной всё будет нормально. Просто не уходи слишком далеко. – Я погладила его по руке. 

– Уверены? 

– Да, у нас всё под контролем. 

– Хорошо, но я вернусь через десять минут. Мне просто нужно глотнуть свежего воздуха. – Он поцеловал меня в лоб, а затем неохотно вышел из палаты. 

В течение следующего часа события стали развиваться очень быстро. Я раскрылась ещё на два сантиметра, что в сумме дало восемь. Схватки стали чаще и болезненнее, но всё ещё не до такой степени, чтобы заходиться в крике, как я себе это воображала. Единственным, что не менялось, оставались реакции Эдварда. Он вёл себя так, будто рожает он, а не я; и я клянусь вам, он ел мой лёд, хотя мне так и не удалось поймать его за этим занятием. 

Эдвард позвонил Рене, чтобы сообщить ей, чтό происходит. К тому времени, когда телефонная беседа закончилась, она рыдала от счастья, что вот-вот увидит внуков, и бронировала себе билет на ближайший рейс в Чикаго. 

– Эдвард, да успокойся ты, – прошипела я, когда наступила новая схватка. 

– Я не могу, – отозвался он, в четвёртый раз за минуту принимаясь нарезáть круги по палате. 

Вот теперь я поняла, что роды – это именно тот ужас, который я себе и представляла. 

– Срань Господня, – с трудом выдохнула я, когда эта схватка, наконец, закончилась. Она была тяжелее всех предыдущих. 

Бледный как полотно Эдвард держал меня за руку, оставаясь рядом. 

– Неужели вы не можете дать ей лекарств или ещё какой-нибудь хрени? – заорал Эдвард на медсестру. 

– О, простите. Я думала, вы хотели естественные роды, без лекарств. – Она очаровательно улыбнулась. 

А ну хорош лыбиться! 

– Чёрт, нет. Дайте мне наркоз, – застонала я, откидываясь на подушки. 

– Белла, ты ломаешь мне руку, – проворчал он. 

– Да хватит уже жаловаться, Эдвард. 

Медсестра дала мне какое-то лекарство через капельницу. Облегчение было мгновенным. 

– Господи, спасибо. – Я успокоилась, и Эдвард вытер мне лоб влажной тканью. 

– Ты отлично справляешься, сердце моё, – уверил он меня. 

– Ненавижу тебя, – на полном серьёзе сказала я. 

Ещё пять минут, и время пришло. 

Доктор Мартин сообщил мне, что теперь схватки идут через каждые 15 секунд, и я раскрылась на 10 сантиметров. Первый ребёнок готов войти в родовые пути. 

– Это действительно происходит, – сказал Эдвард сам себе. 

– Ты чертовски прав, это происходит, – прорычала я. – И это ты во всём виноват. 

– Что я сделал? 

– Просто уйди. 

Доктор Мартин усмехнулся. 

– Она вернётся в норму, как только всё закончится. 

– Хрен вам я вернусь! 

– Итак, миссис Каллен, сейчас начнётся. Мне нужно всё ваше внимание, – торопливо произнёс доктор Мартин. 
 

* * *



– Это потрясающе, Белла. То, что ты совершила, настоящее чудо. – Эдвард отвёл волосы с моего вспотевшего лица. 

– Можно мне на них посмотреть? – спросила я охрипшим голосом. 

Медсестра поднесла мне дочь, завёрнутую в мягкое розовое одеяльце. 

София была такая хорошенькая. Головку венчал маленький пучок тёмно-каштановых волос, абсолютно того же оттенка, что и у меня. Кожа, бледная и немного сморщенная, как у всех новорожденных, выглядела такой нежной, тоненькой и хрупкой, что страшно коснуться. Её глазки были закрыты, но она шевелилась и издавала нежнейшие звуки. Она была точной копией меня. 

– Она самая красивая девочка в мире. – Я разрыдалась. – Как же я её люблю. 

Я была совершенно обессилена и всё ещё под действием лекарств, поэтому наверняка выглядела полной дурочкой, но мне было наплевать. Я действительно имела в виду каждое сказанное слово. 

– Нужно дать ей второе имя. – Эдвард взял её у меня и принялся укачивать на руках. Зрелище было таким прекрасным, что я пожалела об отсутствии кинокамеры. Он держал её крошечное тельце прочно и надежно, без малейших признаков неуверенности или сомнения. 

– Когда это ты научился быть таким чудесным отцом? – Я промокнула слёзы уголком одеяла. 

– Я… я не знаю. – Он улыбнулся Софии. – Я хочу назвать ее Верена. В честь святой. 

– Никогда про такую не слышала. 

– Она из тех скромных святых, которые творили добро незаметно, втайне. Мне просто всегда нравилось это имя. 

– София Верена Каллен. – Я взяла её у Эдварда. – Она просто чудо. 

– А тебе, юноша, нужно сильное имя. – Эдвард взял нашего мальчика у одной из медсестер. Он был совсем крошкой, но имел очень серьёзный и взрослый вид. 

Эдвард сел на кровать рядом со мной, осторожно держа его в руках. Его глазки были открыты; они были синевато-серого цвета, как у большинства новорожденных. Интересно, подумала я, какими они станут, когда он подрастёт – карими, как у меня, или зелёными, как у Эдварда? Как и у Софии, у него имелся хохолок тёмных волос. Причмокивая, он осматривал комнату широко распахнутыми глазами. Я готова была любоваться им вечно, не прерываясь даже на то, чтобы моргнуть. 

– Можешь назвать его как угодно, только не Бартоломью, – сказала я. 

– Ну, тогда ладно. – Эдвард на секунду задумался. – Роман. 

– Роман? 

– Роман Телемах Каллен. 

– Те-ле-мах? – медленно повторила я. 

– Мой любимый персонаж из «Одиссеи». Звучит как греческое имя, но на самом деле оно итальянское. Сын Одиссея и Пенелопы. 

– Какой же ты ботан. – Я не сдержала улыбку. Ну до чего же странно работал его ум. 

– А Романом звали младшего брата Эсме. Тебе нравится это имя? 

– Думаю, оно прекрасно. 

Он наклонился к сáмому лицу Романа. 

– А тебе оно нравится, малыш? Тебе придётся ему соответствовать. Я жду от тебя выдающихся успехов. 

– Да он шустрик. – Я засмеялась, когда Роман замахал кулачками и напряг тельце. 

– Думаю, для своего возраста я справился неплохо. – Доктор Мартин вытер лоб носовым платком. – Теперь можно и на пенсию выходить. 

– Огромное спасибо за вашу помощь, – сказала я, – и простите меня за стервозность. 

– Даже не думайте так, миссис Каллен, вы были замечательной пациенткой. Рад был вам помочь. 

Я покрепче обняла Софию и ощутила прикосновение её нежной кожи к своей. 

– Мы должны показать их семье? – спросила я Эдварда. 

– Нет, пусть ещё немного подождут. Тебе в любом случае надо отдохнуть. 

– Я не устала. – Я чувствовала себя как тот ребенок, что боится, уснув в рождественский сочельник, пропустить чудо. 

– Мистер Каллен, мне придётся унести от вас этого малыша, – сказал доктор Мартин, а затем забрал Романа и передал его медсестре. 

– Куда вы его забираете? – Я села. 

– Не волнуйтесь, ему просто нужно побыть какое-то время в «инкубаторе». Вы можете навестить его, как только захотите, но я не хочу, чтобы он переутомился. 

– Ему больно? – Эдвард заломил пальцы так, что хрустнули суставы. 

– Нет, ему просто тяжело дышать. Беспокоиться не о чем. С теми, кто родился раньше срока, такое часто случается. 

– Как долго ему придётся там оставаться? 

– Ну, это от многого зависит. Я послежу за его состоянием несколько дней, а потом решим. Но обычно это длится около четырёх недель. Просто чтобы убедиться, что с ним всё в порядке. Также мы в ближайшее время проведём ему курс инъекций стероидных гормонов, чтобы помочь лёгким немного подрасти. Я расскажу вам об этом более подробно, но попозже. Прямо сейчас всё, что вам нужно – это отдых. 

– Спасибо, доктор. – Эдвард пожал ему руку. 

– Палата новорожденных – следующая по коридору, если вдруг захотите его навестить. 

Доктор Мартин ушёл. Остались только я, Эдвард и София. 

– С ним всё будет в порядке, правда? – Я услышала, что мой голос дрожит. 

– В абсолютном. – Эдвард поцеловал меня в лоб. – Засыпай. 

Он взял у меня Софию, и она оживилась, двигая ручками и издавая тихие звуки. 

Я попыталась не спать, но внезапно веки показались мне такими тяжёлыми. Потребовалось совсем немного времени, чтобы я покинула реальность и погрузилась в сонные грёзы о своих новорожденных малышах. 

________________________________________ 
Автор: johnnyboy7 


Желаю всем приятного прочтения, ждём ваши комментарии под главой, а так же на форуме. 
Огромное спасибо Кате, (leverina)за перевод очередной главы)) 
За помощь в переводе главы спасибо Dominatoin и FireIce
Большое спасибо Дашке (Leonarda_Ria) за редактуру главы. 
Ждём всех на форуме! 
Не забываем благодарить!
 

 



Источник: http://robsten.ru/forum/73-2058-1
Категория: Переводы фанфиков 18+ | Добавил: гость (01.12.2015) | Автор: Автор: johnnyboy7
Просмотров: 799 | Комментарии: 15 | Рейтинг: 5.0/21
Всего комментариев: 151 2 »
avatar
0
15
Слава Богу, что все закончилось хорошо и детки родились здоровыми, а Эдя хорошо справился с новой ролью отца fund02002
avatar
0
14
О боже, это были такие веселые и захватывающие роды giri05003
avatar
0
13
Спасибо. lovi06032 lovi06032 lovi06032 lovi06032
avatar
0
12
Спасибо))
avatar
0
11
Спасибо большое за перевод!  good lovi06032
avatar
0
10
Спасибо! 1_012 good
avatar
0
9
Почему роды случаются всегда так неожиданно? Ждешь их ждешь, думаешь - поскорее бы уже, а они бац и всегда не во время! И сумка недособрана и одеть нечего - не во что из приготовленного не влазишь.
avatar
0
8
вот и появились на свет новые члены семейства
avatar
0
7
Спасибо огромное... Всем подъём, всем подъём! Ядерная атака! Полная боевая готовность! Это не учебная тревога! fund02002 :fund02002:  и хоть это странная...сумасшедшая но всё-таки семья
avatar
0
6
а вот и Эдварде проснулся папочка
1-10 11-15
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]