Фанфики
Главная » Статьи » Переводы фанфиков 18+

Уважаемый Читатель! Материалы, обозначенные рейтингом 18+, предназначены для чтения исключительно совершеннолетними пользователями. Обращайте внимание на категорию материала, указанную в верхнем левом углу страницы.


ДА БУДЕТ СВОБОДА. ГЛАВА 38
Глава 38. Открытие сезона


BPOV

«Свобода убивать является правом каждого человека,

даже если это приводит к наихудшим последствиям» .

– Марк Твен


Я взяла косметическую кисточку и провела ею по веку, уверенно замазывая кожу тенями для глаз. Я хотела выглядеть как-то по-особому и всё ещё сомневалась, нравится ли мне этот вариант макияжа.

– Элис, ты уверена, что это и есть то, о чём написано в журнале? – спросила я, разглядывая своё отражение в зеркале ванной комнаты.

– Думаю, да. Может, ты переборщила немного. Выглядит довольно забавно. – Она поморщилась.

– Зачем ты читаешь эту макулатуру?

– Это не макулатура! Ну-ка, дай, я попробую. – Элис взяла кисточку и принялась за дело сама.

– Мне не нравится. – Я сидела, сложив руки на коленях. – Я его просто смою ещё до того, как закончится вечер.

– Но ты обещала, что мы хотя бы попробуем, – сказала Элис. – И выглядит не так уж и плохо.

– Нет, это плохо, – возразила я.

В эту минуту мы готовились к вечеринке по случаю дня рождения одного довольно богатого филантропа по имени Коннер Данн, пожилого человека со связями во всех сферах, от образования до медицины. Он был очень влиятельным в обществе человеком, и Каллены получили приглашение посетить его небольшой приём. Вдобавок оказалось, что он был преподавателем Эдварда в университете (п.п. – В этом месте Джонни называет его «университет Брауна», но в дальнейшем тексте главы (как и в предыдущем тексте обоих романов) фигурирует исключительно Дартмут. Оба – университеты Лиги Плюща.), причём одним из любимых. К нам не присоединились только Алек, Джейн, Карлайл и Эсме.

Мы шли с большой охотой.

Эмметт сказал мне, что там будет много друзей Эдварда по колледжу, поскольку все они тоже знали мистера Данна. Услышав слово «друзья», я поначалу просто ушам своим не поверила, но Эмметт вытащил один из ежегодников Дартмута и показал мне совсем молодого, улыбающегося Эдварда на фотографии братства, в футболке с греческими буквами на груди. Я чуть не упала со стула.

Эдвард, которого я знала, не выносил общественную жизнь до такой степени, что я не представляла его себе членом какого-либо сообщества – клуба ли, братства ли – в особенности чисто мужского и дружеского. Он объяснил мне, что просто вступил в братство вслед за Джаспером и Эмметтом, но рад, что сделал это. «Связи бесценны», - сказал он. Мне не терпелось послушать истории о жизни Эдварда в университете.

– Ну вот, готово, – гордо выдохнула Элис.

– Я не пойду в таком виде. – Я посмотрела на себя в зеркало. Я выглядела как клоун, всё благодаря Элис и её новому журналу мод. Она решила, что я её тренировочный манекен.

– Согласна, – сказала Роуз, покачав головой.

Достав влажную косметическую салфетку, я принялась стирать всё это. Я любила выглядеть более естественно, и Эдвард тоже предпочитал, чтобы я была такой. А это было смешно и нелепо. Очистив лицо от всего, чем оно было обмазано и обсыпано, я начала сначала.

Пять минут спустя макияж был закончен – здоровый вид, немного румян естественного оттенка, ничего искусственного или чрезмерного.

Освободив волосы от заколок, я дала им рассыпаться по плечам, сделала простую укладку, затем встала и огладила на себе платье, чёрное, облегающее бёдра и расширяющееся от колен. Оно выглядело довольно сексуально, но я поняла это, только когда уже надела его.

– Ничего себе. Сиськи классно выглядят, – прокомментировала Элис, оглядев моё отражение в зеркале.

– Спасибо. – Я пожала плечами.

– Взять, что ли, да забеременеть. Глядишь, и мои вырастут. – Склонив голову, Элис критически оглядела свою грудь.

Я заметила, как вытянулось лицо Розали. Я впилась взглядом в Элис, которая закатила глаза. Роуз вышла из ванной, шмыгая носом.

– Зачем надо было это делать? – спросила я.

– Я не хотела, – ответила она. – Я же не специально старалась её расстроить.

– Ты знаешь, что для неё это больная тема.

– Я не собираюсь затыкать себе рот каждый раз, когда захочу поговорить о детях. Это глупо. Она мне вот уже пять лет в жилетку плачется. Нет, я всё понимаю, но есть миллионы женщин, которые не могут иметь детей. Они же не льют слёзы каждую секунду, – громко и возмущённо высказалась Элис.

– Пойду залечивать нанесённые тобою раны. – Я направилась в спальню, где на краю моей кровати сидела Роуз.

– Прости за это. – Она покачала головой. – Ненавижу плакать.

– Знаю. – Я тоже присела и погладила её по спине. – Она не хотела тебя огорчать.

– Когда ты… потеряла первого ребенка, тебе было тяжело? – Роуз высморкалась.

– Чертовски тяжело. Я не знала, как с этим справиться. Целыми днями только и могла, что плакать, и я была так молода.

– Ты всё ещё вспоминаешь об этом?

Я кивнула.

– Иногда. У Романа и Софии мог бы быть старший брат или сестра. Так странно думать об этом.

– Прости, что мы совсем не помогали тебе тогда.

– Я знаю, но если тебе когда-нибудь что-нибудь потребуется, мы всегда рядом.

– Огромное тебе спасибо. – Роуз крепко обняла меня. – Знаешь, я просто хочу сейчас побыть минутку одна.

– Окей, мы будем в ванной комнате.

Я встала и оставила её там, чтобы она могла спокойно поплакать.

Я много думала об Элизабет, но больше не лила горьких слез. Только тогда, когда всерьёз задумывалась, насколько иным могло бы стать моё будущее, если бы она появилась на свет. Мне было тяжело, но Розали было ещё тяжелее. Она уже столько раз теряла ребёнка, и я просто вообразить себе не могла боль, через которую она прошла.

Когда я вернулась в ванную комнату, Элис заканчивала укладывать волосы.

– Это действительно было нетактично, – сказала я ей.

– Вовсе нет. Я люблю её как сестру, но не выношу, когда она впадает в депрессию вроде этой. У меня из-за этого тоже настроение портится.

– Поскольку мир вращается исключительно вокруг Элис? – с сарказмом сказала я, надевая свои красные туфли на шпильке. Каблуки были очень высокими, но с этим я справлюсь.

Она сделала вид, что не расслышала.

Розали взяла себя в руки и присоединилась к нам в ванной, чтобы закончить подготовку. Она улыбнулась и приняла свой обычный весёлый вид, но на душе у неё явно кошки скребли. Я, как могла, старалась её успокоить. Они с Элис были моими старшими сестрами во всех возможных смыслах. Я горячо любила их обоих, и если одна из них была несчастна, то и мне было больно.

По лестнице я спускалась медленно, держась за перила, чтобы не упасть ещё до того, как выйду за двери своего дома.

– Горячие девчонки, – присвистнул Эмметт, когда мы спустились. – Есть на что посмотреть.

Розали кинулась к нему как школьница. Элис точно так же поспешила к Джасперу.

Эдвард был в углу комнаты, скрываясь в полумраке, словно какой-нибудь таинственный незнакомец. В руках он держал высокий узкий бокал с шампанским, поднеся его к самому лицу; губы кривила усмешка. На нём был серый костюм оловянного оттенка и узкий чёрный галстук; он выглядел безупречно, не прилагая к тому особых стараний. Волосы были, как всегда, слегка взъерошены, несмотря на все его усилия идеально их уложить.

– Что же ты со мной делаешь? Чего добиваешься? – спросил он, когда я подошла к нему. – Миссис Каллен, сегодня вечером вы будете кружить головы.

– Я хочу вскружить голову тебе. – Я мягко толкнула его к стене.

– Опять во власти гормонов, – усмехнулся он. – Вся эта твоя неудержимая агрессивно-сексуальная натура.

– Ничем не могу помочь.

– А знаешь, чтó прекрасно дополнило бы твой наряд? – Он подтянул меня ближе к себе.

– Что же?

Эдвард сунул руку в карман своего пиджака и вытащил сияющее алмазами ожерелье.

– Ты опять купил мне подарок? – удивлённо ахнула я, любуясь тем, как искрятся драгоценности. – Ничего себе.

– Уже какое-то время назад. Забыл отдать его тебе в День святого Валентина. Ты отвлекла меня той клубникой в шоколаде.

Краска бросилась мне в лицо, едва лишь я вспомнила ту особенно развратную ночь.

Он повернул меня к себе спиной и, отведя в сторону волосы, надел и застегнул ожерелье.

– Прекрасно. – Он поцеловал мое голое плечо.

Стук в дверь прервал наш интимный момент.

– Старшие мистер и миссис Каллен. – Словно на каком-нибудь великосветском балу, Джонни объявил о прибытии Карлайла и Эсме, уже стоявших в прихожей.

– Мы пришли поработать няньками у малышей. – Эсме потрясла сумками, полными подарков для Романа и Софии. – Я уже жду не дождусь, и Карлайл будет стараться изо всех сил.

– Тридцать лет как не присматривал за детишками. – Он пожал плечами. – Надеюсь, с тех пор всё не слишком изменилось.

Худо-бедно, но мы продвинулись вперёд в восстановлении отношений с ними. Связи были не так прочны, как когда-то, но Эдвард умерил свой гнев. Думаю, он больше не считал их врагами. Уже прогресс. Наконец-то он счёл возможным оставить малышей наедине с Карлайлом и Эсме, не участвовавшими в сегодняшней вечеринке. Конечно, они будут под бдительным оком Кэйти Наны, но я верила, что всё пройдёт прекрасно.

Мы немного поболтали и выпили, ожидая, когда придёт время уезжать. Эдвард хотел ехать сразу, но тогда бы мы прибыли на полчаса раньше. Я знала, что если мне удастся сделать так, чтобы в течение вечера он не заскучал, то он не станет и злиться. Все эти ритуальные социальные игры – тусовки, вечеринки и т.п. – были не его стихией. Если вокруг собиралось слишком много людей, это нервировало его, и он начинал огрызаться и злиться. Никто этого не хотел.

Боско, который, прибежав на шум, чуть не сбил меня с ног, стал катализатором, ускорившим наш отъезд. К счастью, Эдвард не дал мне упасть, поймав, когда мои каблуки заскользили по мраморному полу. Боско был всего лишь взволнован царившей в доме суетой, но Эдвард чуть ли не силой затолкал нас в автомобили, а пса – в подвал.

На этот раз Эдвард вёл машину сам, дав Вильяму возможность провести вечер с женой. Мы взяли серебристый Бентли с роскошными мягкими сидениями и просторным салоном. В окружении мощных панелей и особо крупных гаджетов этого автомобиля я выглядела как миниатюрная куколка.

Показались огни города, и Эдвард начал ёрзать на сидении. Я поняла: что-то происходит.

– Все хорошо? – спросила я его.

– Хм, да. – Поведя головой, он хрустнул шейными позвонками.

– Врёшь ведь.

– Я просто не знаю, чего ожидать сегодня вечером.

– Почему?

– Эти парни… я не видел их после университета, и почти никто из них не был тогда таким добропорядочным и преуспевающим, как сейчас. Я просто не знаю, как они будут на меня реагировать.

– Напоминает встречу бывших однокурсников. Просто расслабься. Не будь все время таким серьезным.

– Ты права. – Он вздохнул.

Вечеринка проходила в конференц-центре, расположенном на берегу озера, неподалёку от доков. Озеро было видно уже с парковки. Я не особо представляла себе, чего именно ждать, но пока мне нравилось то, что я видела.

Я приоткрыла дверцу и взяла бутылку вина, которую мы везли в дар. Эдвард уже стоял снаружи, чтобы подать мне руку.

– Довольно высокие, Белла, – сказал он, указывая на мои каблуки. – Справишься?

– Да. – Я пристально на него посмотрела. – Я не собираюсь погибнуть, сорвавшись с высоты.

– Просто уточняю. – Он усмехнулся.

Остальные припарковались рядом с нами, и мы направились внутрь. Там все ходили или сидели, разговаривая друг с другом и угощаясь коктейлями; время ужинать ещё не настало. Я поставила наш дар на стол, где уже было тесновато от свёртков и коробок с подарками.

– Амаретто сáуэр. – Эдвард вручил мне напиток. (п.п. – «Кислый амаретто» – коктейль из ликёра «Амаретто» пополам с лимонным соком и сахарным сиропом.)

– Спасибо. – Я отпила глоток. Коктейль был хорош. Действительно хорош.

– Весь вечер бар бесплатный, чем я планирую воспользоваться в полной мере. – Он отпил из своего бокала. Там было что-то прозрачное, запах напоминал джин с тоником.

– Итак, где же этот знаменитый учитель, столь сильно уважаемый тобой? Я должна с ним познакомиться, – сказала я.

– Хочешь нарыть на меня компромат? – Он ухмыльнулся.

– Конечно, нет. Хочу просто узнать, каким был Эдвард-студент. У меня есть чувство, что он очень отличался от того Эдварда, которого я знаю.

– Определённо. И не в лучшую сторону. – Положив мне руку на поясницу, Эдвард подтолкнул меня в сторону следующего зала, размерами побольше.

Мы вошли туда, и практически сразу же несколько мужчин направились к нему с приветствиями. Все они были примерно одного возраста и типа – богатые, умные, прекрасно воспитанные и чрезвычайно привлекательные.

– Бог ты мой. – Эдвард провёл рукой по волосам и нацепил улыбку.

– Эдди! – Какой-то мужчина, огромный, размером почти с Эмметта, чуть не сбил нас с ног. – А ты-то здесь какого перца делаешь? Не думал, что когда-нибудь увижу тебя снова.

– Зашёл вот на вечеринку. Джаспер и Эмметт тоже здесь.

– Ну, понятно. – Он фамильярно похлопал Эдварда по плечу. – Я скучал по вам, парни.

– А мы по тебе нет, – пошутил Эдвард. Думаю, что пошутил.

Мужчина повернулся ко мне. – А это кто?

Эдвард крепче прижал меня к себе.

– Это моя жена, Белла. Белла, это один из членов моего братства, Каллахан Рид.

– Приятно познакомиться. – Я протянула ему руку.

– Нет, нет. Я не ручкáюсь, я обнимаюсь. – Я была оторвана от Эдварда и поднята в воздух.

Оказалось, что все друзья Эдварда по колледжу «не ручкаются». Вначале было странновато, но по мере того, как вечер продолжался, я начала привыкать. Меня представляли мужчинам со странными именами, свидетельствовавшими о богатстве их рода, и их жёнам, судя по всему, такого же происхождения.

Я предполагала, что в колледже Эмметт и Джаспер были душою чуть ли не любой компании, в то время как Эдвард держался в стороне. Каллахан же рассказывал об Эдварде-члене братства сумасшедшие истории, поверить в которые я просто не решалась. Поместить новенький автомобиль на крышу спортзала. Заколотить досками дверь в кабинет декана. Ещё что-то подобное. Или, например, украсть во время Хэллоуина труп из здания медицинского факультета. Эдвард ничего не отрицал. Он просто смеялся, вспоминая то, что, казалось, искренне забыл.

Это не было типичной светской тусовкой, с которой мы чаще всего сталкивались на вечеринках. Помещение наполняли непреклонные либералы-интеллектуалы, которым нравилось дебатировать о социальном протесте. Беседы, подпитываемые алкоголем, заходили довольно далеко, однако всё это было не всерьёз. Многие гости были из Чикаго, но всё же большинство приехали из других мест и не знали, кто я. Эдвард постарался уведомить всех о том, что я его жена, и сказал, что мне удалось произвести на них впечатление, что было не так уж и легко.

Мой бокал не пустел; знакомясь со всеми, я продолжала наслаждаться напитками, впрочем, следя за тем, чтобы не потерять способность передвигаться самостоятельно.

– Пойдём, я хочу тебя с ним познакомить. – Эдвард подвёл меня к немолодому мужчине с самым очаровательным сине-желтым галстуком-бабочкой, который я когда-либо видела. Это был низенький толстяк в очках с широкой чёрной оправой, лысый, но с белой бородой, охватывавшей всё лицо.

– Эдвард Каллен! – заорал он. – Долорес, это он. – Он обратился к сидевшей рядом с ним пожилой леди, видимо, жене.

– Я не мог пропустить ваш тысячный день рождения. – Эдвард крепко, по-мужски обнял его и потрепал по спине.

– Я и сам удивляюсь, как это я до сих пор оставляю отпечатки пальцев. Я так стар.

– Я хотел бы представить вас своей жене. Белла, это профессор Коннер Данн, человек, который в течение четырех лет в Дартмуте делал мою жизнь настоящим адом.

– Я пинал тебя, потому что ты был умён и не использовал свой потенциал, – сказал он серьёзно, но сразу же смягчил тон. – Очень рад встрече с вами, Белла.

– Мне тоже очень приятно. Эдвард так много о вас рассказывал. Рада знакомству.

Он представил меня своей жене, которая также была преподавателем. Казалось, они так любили друг друга. Он время от времени целовал её, казалось, даже не осознавая этого, а она сжимала его руку или же только слегка касалась. Мы оставались с ними несколько минут, пока кто-то не сказал нам, что ужин уже подан.

Эдвард подвёл меня к нашему столу, за которым уже сидели остальные члены семьи и стояло нескольких пустых стульев. Центр каждого стола украшали свечи и небольшие вазы с прекрасными розами. Приглушённое освещение создавало интимное настроение.

– Я так рад, что мы сюда приехали. – Эмметт глотнул вина. – Сто лет никого из этих ребят не видел.

– Точно, и половина из них всё такие же, какими были в колледже, – добавил Джаспер. – Лоботрясы.

Подошёл официант и спросил нас, какое вино мы хотим. Я выбрала белое, а Эдвард выбрал красное.

После обеда были танцы под прекрасную «живую» музыку, и Эдвард почти выволок меня на танцпол. Мы не были той парой, что всегда готова протанцевать ночь напролёт, но изредка такое с нами бывало. Обычно тогда, когда Эдвард вливал в себя столько бурбона, что хватило бы уложить лошадь. Но он никогда не спотыкался. Примерно полчаса мы кружились и скользили в танце, забыв про всё на свете.

– Сегодня твоим ножкам легко даются танцы, – сказал мне Эдвард.

– За это, безусловно, надо сказать спасибо твоим танцевальным навыкам.

– Хочешь отдохнуть?

– Вообще-то, да, – вздохнула я, уставшая от вращений и наклонов.

Эдвард взял меня под руку и вывел из танцзала на улицу, во внутренний дворик. Здесь было гораздо прохладнее, и, вздохнув с облегчением, я села на одну из скамеек. Он встал рядом, опершись о перила, и закурил.

– Давно уже я так отлично время не проводил, – сказал Эдвард.

– Согласна. Хорошо сбежать из дома на несколько часов.

– Не могу не согласиться. – Он сел со мной рядом.

Мы помолчали несколько минут, просто наслаждаясь покоем и тишиной.

– Как там продвигается твой… список? – спросила я. Почему-то слова эти вырвались сами собой; я даже не понимала, что собираюсь это сказать, пока не стало слишком поздно.

Казалось, Эдварда это ничуть не удивило. Он просто затянулся и выдохнул дым.

– Все идёт отлично. Осталось только двое.

– Правда? Ну и скорость у тебя.

– Я работаю чрезвычайно быстро, когда имею перед собой чёткую цель.

– Ну, может быть, ты притормозишь немного, пока здесь будет Чарли? Я хочу, чтобы визит был для него приятным.

– Я бы не посмел нарушить хрупкое равновесие между отцом и его дочерью. – Эдвард поцеловал меня в макушку.

– Ты смеёшься надо мной?

– Да, – ухмыльнулся он. – Может быть, мне стóит вообще пожить вне дома, пока он не уедет?

– Нет, я уверена, что он достаточно смягчился. Теперь твои сомнительные дела не беспокоят его так, как раньше.

– Ты слишком добра.

* * *

На следующий день я сидела за столиком городского уличного кафе, дожидаясь встречи с Эдвардом во время его обеденного перерыва. Погода была прекрасная, и люди, казалось, пользовались этим, прогуливаясь или обедая снаружи, как и мы.

– Не хотите чего-нибудь выпить? – спросила меня официантка.

– Только ещё воды. – Я улыбнулась.

– Конечно.

Я заметила Эдварда на другой стороне улицы, он ждал, когда проедут машины и можно будет пересечь проезжую часть. Одетый на этот раз не так официально, как обычно, он выглядел невероятно привлекательно. Сегодняшним утром я не видела его перед его уходом на работу, так что сейчас залюбовалась видом. Посмотреть действительно было на что.

Эдвард редко носил джинсы, но они ему чрезвычайно шли. Они сидели на нём достаточно – однако не слишком – плотно, где надо облегая, а где надо вися свободно. На белой футболке – ни единой морщинки, поверх неё одета тёмно-синяя куртка в стиле «милитари», в которой его плечи выглядели даже шире, чем обычно. Тёмные очки-авиаторы, а волосы в обычном для него беспорядке.

– Прости, что задержался. – Он наклонился поцеловать меня.

Слегка ошеломлённая его красотой, я ещё пару секунд не могла закрыть рот, в то время как он садился напротив меня.

– Что? – спросил он, снимая очки.

– Выглядишь… хорошо.

– О, ну… спасибо. – Казалось, он искренне удивился моим словам.

– Что это за неофициальная одежда?

– Мы кое-что перемещаем в офисе, так что все оделись поудобнее.

– Двигаете мебель, перетаскиваете бумаги?

– Вроде того. Стараемся навести порядок перед тем, как заявятся федералы. – Эдвард махнул рукой и подозвал нашу официантку. – Ты уже заказала?

– Ещё нет. Ждала тебя.

– Хорошо. – С радостной готовностью официантка подошла к нам. Эдвард немедленно заговорил, даже не дав ей поприветствовать его. – Нам два куриных салата «Цезарь», один без лука, другой без помидоров. Для меня бокал Пино Гриджо с одним кубиком льда. Если будет больше одного, я пожалуюсь менеджеру. Это всё.

Она с ошарашенным видом попыталась что-то сказать.

– Что-нибудь не так? – спросил он, вгоняя её в ещё бόльший ступор. – Хотите, чтобы я снова повторил?

– Мм… нет, сэр. – Она отрицательно покрутила головой и ушла.

Я вздохнула.

– Эдвард, даже если ты не в духе, надо как-то сдерживаться. Такое поведение не везде сойдёт тебе с рук. Очень надеюсь, что Роман менее импульсивный, чем ты.

– Сегодня утром он пытался бросить в меня ложку. Наверняка вырастет ещё хуже, чем я. – Казалось, Эдвард был этому рад. – Как прошло твоё утро?

Мы немного поговорили о каких-то бытовых делах, не омрачая трапезу разговором о проблемах. Официантка старательно обходила наш столик стороной, подходя только когда Эдвард её подзывал. Мы нагнали на неё страха.

– Так значит, на сегодня ты работать закончил? – спросила я его, почти до неприличия взволнованная мыслью о том, что всю вторую половину дня он будет в моём полном распоряжении.

– Да, закончил. – Он усмехнулся. – А что, у тебя есть на меня какие-то планы? Может быть, сексуальные?

– Эдвард, прекрати это. Мы занимались сексом вчера вечером… два раза, – прошептала я. – Так что…

– Ничего не могу с этим поделать. Есть что-то такое в этом весеннем воздухе, что превращает меня в похотливого сатира.

– С сексом придётся подождать. – Я встала и положила на столик пару банкнот в качестве чаевых официантке, поскольку Эдвард отказался это делать.

– Можешь отвезти меня домой? – спросил Эдвард, покидая кафе следом за мною.

– Конечно.

– Сегодня утром Джаспер подкинул меня до работы.

Я взяла его под руку, и мы пошли к гаражу, расположенному чуть дальше по улице.

– Сначала надо зайти в бакалею.

– Зачем?

– За всем тем, чтό любит Чарли. – Я вытащила из сумочки список. – Пиво «Рейнир» и копчёный черничный бекон. Без них он свою жизнь не мыслит.

– Черничный бекон? Это ещё что за фигня такая? – Эдвард взглянул на меня поверх оправы своих тёмных очков.

– Бекон, приготовленный в черничном джеме. Суперская штука. Сто лет уже не ела его.

– Белла, это звучит совершенно несъедобно.

– Это очень вкусно. Я дам тебе попробовать. Когда я переехала жить к Чарли, то поначалу только его и ела, больше ничего. Он накупил столько, что в холодильнике больше ни для чего места не осталось.

Мы дошли до красного BMW (п.п. – по идее, красный BMW должен был взорваться ещё в 24-й главе), который я взяла сегодня, и Эдвард направился к водительской двери.

– Что это ты собираешься делать? – спросила я.

– Вести машину. Дай мне ключи.

– Я так не думаю. – Я выудила их из сумочки.

– Белла, ты не поведёшь мой автомобиль. Дай мне ключи.

– Твой автомобиль? Насколько я помню, я получила его от тебя в подарок на день рождения (п.п. – в 31 главе Джонни писал, что Белла получила в подарок ко дню рождения бордовый Мерседес.). Не вижу причин, почему я не могу его вести.

– Причина в том, что ты плохой водитель.

Я посмотрела сердито и, оттолкнув его с дороги, быстро отперла дверь и села за руль.

– Белла, это не смешно. Выйди из машины. – Он стукнул кулаком по крыше.

– Уймись. Я уезжаю через двадцать секунд, с тобой или без тебя.

Я испытала странное чувство удовлетворения, наблюдая, как Эдвард с раздраженным видом обошёл автомобиль и сел на сидение рядом со мной.

– Видишь, всё не так плохо. – Я задним ходом выбралась с парковки.

Пока я выезжала из города, Эдвард не произнёс ни слова. Ему никогда не нравилось, когда я была за рулём, потому что я, по его словам, ездила слишком медленно, хотя в то же самое время слишком рискованно. Не знаю, как одно может сочетаться с другим, но он божился, что так и есть. Сам факт того, что он вынужден сидеть на пассажирском месте, выводил его из себя.

– Ты же знаешь, Белла, мне не нравится, что ты лишаешь меня возможности сесть за руль, – ворчал Эдвард.

– Переживёшь.

– Нет, не переживу. Я чувствую себя кастрированным, и я думаю, что мы должны поговорить об этом. Ты должна признать, что ты плохой водитель.

– Я не плохой водитель, – возразила я. – Я, к твоему сведению, превосходный водитель.

– Вот только не надо мне тут. Если бы полиция не была у меня в кармане, то у тебя было бы больше штрафов за превышение скорости, чем волос на голове.

– Мой отец полицейский. Он хорошо меня обучил.

– Белла, в том, как ты водишь, не видно ни малейшего следа того, что Чарли мог быть твоим учителем. Я не могу в это поверить.

– Тогда приведи мне примеры того, что я плохо вожу машину. Или давай просто подождём приезда Чарли, и он сможет сказать тебе, хороший ли я водитель.

Мой взгляд зацепился за что-то в зеркале заднего вида.

Солнечный свет отразился в отполированном ветровом стекле чёрного «мeрседеса» с тонированными боковыми стёклами. Он ехал позади нас, от нашей машины его отделяло два автомобиля. Я видела его, и когда мы обедали – на противоположной стороне улицы, и когда выезжала из парковочного гаража. Он нас преследовал.

– Во-вторых, ты неправильно пользуешься педалью газа, – продолжал Эдвард свой монолог. – Нельзя ускоряться от нуля до ста, просто шлёпнув по ней ногой. Ты угробишь машину.

– Да.

– Белла, ты меня слушаешь?

– Что? – Я бросила на него короткий взгляд. – Конечно. О чем мы говорили?

– Просто следи за дорогой. Сейчас будет крутой поворот, а ты обычно проходишь их чересчур быстро. Ты нарушишь балансировку колес.

Я видела, что автомобиль пытается приблизиться к нам. На двухполосном участке он обогнал грузовик, что сделало ситуацию еще более очевидной.

– Окей, Белла, время применить кое-какие навыки экстремального вождения, – сказала я самой себе.

– Извини, я не понял, о чём ты? – переспросил Эдвард.

– Ни о чём. – Я утопила в пол педаль газа и понеслась по шоссе. Меня вжало в спинку сидения, и я держала руки на руле ровно, чтобы не съехать на обочину.

– Белла, какого хрена! – Эдвард ухватился за дверь. – Мы же только что говорили об этом.

– Эдвард, я думаю, нас кто-то преследует.

– Кто? – Он обернулся назад.

– Тот чёрный «мeрседес». Он следил за нами ещё в городе. Узнаёшь его?

– Нет. Какой у него номерной знак? Белла, помедленнее.

– Никаких «помедленнее».

– Хорошо, поверни на следующем съезде и припаркуйся на бензоколонке. Посмотрим, поедет ли он за нами.

Я сделала, как сказал Эдвард – замедлила ход, чтобы съехать с шоссе. На первом же повороте я свернула направо и въехала на старую, давно не ремонтировавшуюся бензоколонку. Это было одно из тех мест, которые обычно видишь в фильмах ужасов, но никогда не думаешь, что они существуют в реальном мире. Облупившиеся стены домика, а снаружи – устаревшие, но готовые к услугам бензонасосы. Завидев нас, сотрудник внутри здания зашевелился.

– Пригнись. – Эдвард надавил мне на голову, заставляя скорчиться на сидении. Я больше не видела ничего выше руля.

– Что ты делаешь? – спросила я, наблюдая, как он достает из-под сиденья оружие. Это была довольно большая полуавтоматическая винтовка, способная выпустить сотни пуль за несколько секунд.

Я осмотрелась, проверяя, нет ли вокруг каких-нибудь мирных граждан.

– Белла, я же сказал пригнуться!

– Прости. – Я сползла вниз по сидению. – Он всё ещё там?

– Нет, я его не увидел. Думаю, у нас получилось. – Эдвард вздохнул и опустил оружие.

– Кто это был? – Я села прямо.

– Точно не знаю, но с этого момента ты пустишь меня за руль.

– Я могу...

– Сейчас не время со мной спорить. Просто пусти меня за руль! – Рявкнул он, теряя самообладание. Я знала, что в эту минуту не стоит испытывать его терпение. – Я хочу, чтобы ты пересела назад и легла на сидение.

Я перелезла через центральную консоль и, растянувшись на спине, упёрлась взглядом в полоток автомобиля. Эдвард быстро пересел на водительское место.

Он медленно проехал по территории бензоколонки, осмотрелся, а затем выехал обратно на шоссе. Он ехал медленно, вцепившись в руль так, что суставы побелели. Оружие лежало у него на коленях, готовое к услугам.

Я прикусила губу и молчала, не желая его отвлекать. Мне отчаянно хотелось приподняться и посмотреть, что же происходит, но я знала, что Эдвард убил бы меня на месте за такое.

– Всё окей, Белла. Нас никто не преследует, – сообщил он мне. – Мы почти дома.

– Кто это был?

– Я запомнил их номер. Я найду их, не волнуйся.

* * *


Чарли прибыл на следующей неделе, субботним утром, в сопровождении Анны. Их было только двое, поскольку дети ещё посещали школу, и следующие пять дней им предстояло провести под присмотром какого-то друга семьи.

– Белла? – Выйдя из машины и поднявшись по ступенькам крыльца, Чарли крепко обнял меня и даже приподнял.

– Привет, пап. – Я охнула. – Слишком крепко.

– О, прости. – Он поставил меня обратно. – Просто я так рад тебя видеть.

– А я тебя. Как прошёл полёт?

– По-буржуйски. – Чарли скривился. – Ваш частный самолет, Белла, это для меня уж слишком много.

Я закатила глаза.

– Мы просто старались тебе угодить.

– Он там сразу же уснул. Это были самые роскошные кресла, в которых я в своей жизни сидела. – Анна подошла ко мне и тоже обняла, гораздо нежнее и мягче.

– Хорошо, народ, что вы смогли приехать.

– А где же Эдвард? – спросила Анна.

– На работе. Скоро будет здесь. – Это было ложью лишь наполовину. Эдвард сидел наверху, в своём кабинете, закрывшись на все замки и запоры. Он попросил, чтобы его не беспокоили, потому что момент был крайне напряжённый. Скандал с растратой до сих пор не утих, и он узнал, кто был наш таинственный преследователь, однако всячески избегал моих расспросов.

– Куда прикажете отнести багаж, миссис Белла? – спросил меня Вильям, подхватывая те немногие вещи, с которыми они приехали.

– В комнату для гостей на втором этаже, – сказала я.

– Я сам могу это сделать, – запротестовал Чарли.

Вильям, сделав шаг в сторону, увернулся от него и вошёл в дом.

– Послушай-ка сюда, Белла, – раздражённо заворчал Чарли. – Я не желаю, чтобы другие люди мне всё время прислуживали. Я сам в состоянии о себе позаботиться.

– Пап, ты на отдыхе. Дай поработать кому-то другому, для разнообразия.

– Я в этом не нуждаюсь.

– Мы знаем, Чарли. Ты молодой и здоровый. – Анна погладила его по спине.

– Ты чертовски права насчёт этого, – согласился он, выпятив грудь.

Я собралась что-то ответить, но вместо этого быстро развернулась, услыхав, как лапы Боско громко стучат по полу холла.

– Стоп!

Он затормозил перед дверью и присел на задницу.

Я с облегчением выдохнула.

– Вот, новый пёс.

– О, той самый, чьи фото ты нам посылала? – Анна подошла к нему и потрепала по голове. – Похоже, он мне не слишком рад.

– Это после нескольких недель обучения. С ним хлопот как будто ещё с одним ребёнком. – Они вошли в дом, и я захлопнула дверь.

– Кстати о ребёнке, где мои внуки? – спросил Чарли.

– Наверху, скорее всего, спят, но я думаю, что тебе они точно обрадуются.

Мы прошли в дом, где Джони уже дожидался, чтобы забрать их пальто. Чего Чарли тоже не одобрил.

– Белла, у тебя слуги, – отметил он.

– Они члены семьи, папа.

– Ага, конечно. – Он закатил глаза.

– Обедаем сегодня на свежем воздухе, без церемоний, чтобы вы могли расслабиться. – Я повела их дальше в дом.

– Прекрасное место. – Анна восхитилась картинами на стене и мягким ковром под ногами. – И ещё просторнее, чем прежний дом.

– Эдвард очень опытен в покупке недвижимости, – сказал я, распахивая двери на задний двор, где уже был накрыт обеденный стол.

– Потому что её у него всё время взрывают, – вставил Чарли.

– Папа, если ты собираешься делать это всё время, пока ты здесь, то мог бы с тем же успехом остаться в Форксе.

– Нет, я просто шучу. – Он сел. – Чем нас тут кормят?

– Я решила приготовить что-нибудь из того, что ты любишь. Гамбургеры и жаркое.

– Дома мне этого есть не дают. Хоть здесь оттянусь. – Он потёр руки.

– Потому что доктор сказал, что тебе нужно здоровое питание. – Анна тоже села. – Я не хочу, чтобы ты умер через пять лет.

Забавно, подумалось мне, как жены волнуются о своих мужьях. Я говорила Эдварду абсолютно то же самое. Не было на свете двух более разных людей, чем я и Анна, однако обе мы любили наших мужей похожей, немного слишком властной любовью.

Кармела поставила перед Чарли матовый бокал и начала наливать туда пиво «Рэйнир». По мере наполнения бокала глаза Чарли расширялись. С открытым ртом он принял от неё напиток. Она сделала реверанс и ушла.

– Кто это был? – спросил он.

– Пивной ангел. Специально для тебя держим в штате, – засмеялась я.

– Серьезно, Белла. Где ты нашла «Рэйнир» в Чикаго?

– По своим каналам. Я просто хотела сделать так, чтобы тебе здесь было хорошо.

– Я его не пил уже месяцев шесть, не меньше. – Он сделал большой глоток.

Анна что-то проворчала себе под нос, но громко высказываться не стала, а вместо этого просто откусила кусочек гамбургера.

Фрэнсис ткнулся носом в мою ногу под столом. Я подхватила его на руки и посадила себе на колени, но не позволяла ему ничего хватать со стола.

– А ты, что же, ничего есть не будешь? – спросил меня Чарли.

– Я уже поела. Просто мне проще питаться одновременно с малышами, когда я их кормлю. Я теперь живу по их режиму.

– Дождаться не могу, когда они проснутся, – заворковала Анна. – Просто они такие чýдные, и я люблю их. Надеюсь, пока мы здесь, мы будем часто видеться с Эсме и Карлайлом? Нам, бабушкам и дедушкам, есть о чём посудачить.

– Повидаетесь. Все они сейчас действительно очень заняты, но выделили в эти дни достаточно времени для того, чтобы с вами пообщаться.

Чарли явно чувствовал себя неловко, проводя время с Калленами. Он знал, чем они занимаются, и его наверняка мучила мысль о том, что я – одна из них. Однако с Карлайлом он – в их немногочисленные встречи – казалось, общался нормально. Ведь в обычных обстоятельствах тот выглядел учтивым и любезным джентльменом, и никем иным. Лишь когда он показывал другую сторону своей натуры – могущественный патриарх, стоящий во главе клана – его следовало бояться. Это очень напоминало его сына.

– Надо нам было приехать в другое время. Я так и думала, что надо подождать, – сокрушённо сказала Анна.

– Нет, всё в порядке, – уверила я её.

– Мы более чем счастливы, что вы приехали. – В беседу уверенно и непринужденно вклинился Эдвард. Расстегнув пиджак, он сел со мною рядом.

– Вот и ты. – Я наклонилась к нему, сняла с него очки и поцеловала.

Состоялся обмен приветствиями, и Чарли вёл себя вполне прилично. Сдержанно улыбался, избегал своих обычных критических замечаний и ничего не ворчал себе под нос.

– Я рад, что вы смогли приехать на крестины малышей, – сказал Эдвард, приступая к ланчу. Вид у него был усталый, но держался он бодро. В последнее время он практически не спал, а ел, только когда я напоминала.

Взяв его руку под столом, я ласково её пожала и ощутила его ответное успокаивающее пожатие. Мне было больно видеть его таким измотанным.

– Это должно быть интересно. Никогда раньше не бывал на крещении, – сказал Чарли, потягивая своё пиво. – Рене и я не думали, что всё это так уж важно для Беллы.

– А вот она твёрдо намерена мокнýть Романа и Софию в чашу с якобы святой водичкой. – Эдвард насмешливо закатил глаза.

– Ничего смешного. – Я пнула его в голень. – Ты знаешь, что для семьи это важно.

– Я с тобой согласна, Белла, – сказала Анна.

– В общем, это будет скучная часть вашего отпуска. Если у вас есть настроение, Чарли, то сегодня можно сходить посмотреть бейсбол. – Эдвард откинулся назад на своём стуле.

– Звучит чертовски заманчиво, – взволнованно ответил мой отец, и его глаза блеснули.

– Может, тебе стόит немного поспать, – предложила Анна.

– Да в порядке я. – Он отмахнулся от неё.

– Я уже позвал своих братьев, и мы все идём. Ведь сегодня открытие сезона. Мы же его не пропустим, правда?

– Абсолютно исключено. Я вот никогда не мог уговорить Беллу посмотреть со мной бейсбол, – посетовал Чарли.

– Я смотрела; я просто не участвовала в тех обсуждениях, которыми эти просмотры обычно сопровождались.

– Она его никогда не понимала.

– Я пыталась. – Я пожала плечами. – Это меня никогда не интересовало. Я бы лучше почитала.

Эдвард и Чарли одновременно покачали головами, услышав мои слова.

Два часа спустя семья Калленов в полном составе собралась у нас дома. Они набросились на Чарли и Анну с объятиями, всячески расхваливая их за приезд. Это было приятной переменой – всё-таки прошло довольно много времени с тех пор, как отношения между мною и моим отцом были хороши настолько, чтобы он собрался и приехал ко мне в Чикаго.

– Белла, малыши сегодня выглядят такими хорошенькими. – Элис подкидывала на коленях Софию, на которой были ползунки с символикой бейсбольного клуба «Чикаго Вайт Сокс». Не знаю, где Эдвард раздобыл их, но оба малыша были одеты словно фанаты. Я спешно меняла Роману подгузник. Он хихикал и во все стороны размахивал ручками, радуясь наполнявшим комнату голосам.

Я поцеловала его в животик, перед тем как снова одеть.

– Они становятся такими тяжелыми. – Я взяла его на руки.

– Как его бронхи? – спросила Анна, гладя Романа по спине.

– В общем-то, не блестяще. Ему постоянно требуется ингалятор, и бывают приступы кашля, но доктор сказал, это должно пройти, когда он станет постарше.

– Надеюсь, что так. Бедный малыш. – Она взяла его у меня.

Эдвард вошел в гостиную, одетый в отлично сидящие на нём джинсы и шерстяной свитер, каким-то образом умудряясь выглядеть одновременно и официально строго, и неформально небрежно. Волосы были влажными после только что принятого душа, лицо чисто выбрито. Впервые за несколько дней у него был здоровый вид.

– Привет. – Он притянул меня к себе, когда я встала ему навстречу.

– Ты в порядке?

– Да, в полном. Просто действительно много работы. Скоро со всем этим будет покончено.

– Звучит зловеще, как обычно.

– Ты бы не захотела знать о моих планах.

Чтобы добраться до стадиона «Селлулар Филд», нам потребовалось три машины, и поскольку сегодня, как и сказал Эдвард, было открытие сезона, то народу вокруг было полным-полно. Конечно, Каллены имели привилегии; эксклюзивные места для парковки, отдельный вход без досмотра службой безопасности, подъездные дорожки без кучи машин. Чарли был очень впечатлен.

– Никогда ещё так быстро не парковался, приезжая на бейсбол, – заметил он, когда мы выходили из машин.

– Только лучшее для семьи, – сказал Карлайл, явно гордый тем, что смог произвести впечатление на экс-шефа полиции местечка Форкс, штат Вашингтон.

Мы расположились в боксе, который числился за Карлайлом с начала девяностых. Я помнила, как попала сюда, когда мы с Эдвардом только начали встречаться. Казалось, это было так давно, и всё меня тогда так восхищало – почти так же, как сейчас Чарли.

– Твой отец, кажется, весело проводит время, – шепнул мне Эдвард, когда мы устроились на удобном диванчике. Он указал на моего отца, который, приблизив лицо к стеклянному окну, внимательно разглядывал поле.

– Ты просто надеешься, что он забудет, как ты выкрал меня, а затем женился на мне. – Я подхватила на руки Романа. София спала, так что я оставила её лежать в люльке-переноске.

– Не стану это ни подтверждать, ни отрицать.

Я собиралась что-то сказать, но Амун внезапно склонился к Эдварду и что-то зашептал ему на ухо. Я ничего не смогла расслышать, но выражение лица Эдварда стало более жёстким.

– Пусть войдёт, – коротко распорядился он и встал.

– Эдвард, в чём дело?

– Ни в чём. Просто сиди где сидишь, – велел он.

Никто, за исключением Карлайла, казалось, не был взволнован – то ли не заметили, то ли не были предупреждены ни о чём опасном. На всякий случай я покрепче прижала к себе Романа.

Хромая и тяжело опираясь на трость, в бокс вошёл Джеймс Денали. Он улыбался и был, казалось, в приподнятом настроении, но это меня не успокоило. Он был отвратителен мне – точно так же, как в нашу первую встречу, которая, по иронии судьбы, состоялась на этом самом стадионе (п.п. – см. «Да будет кровь», гл.21).

Напряжение, повисшее в боксе, теперь ощущали все, включая Чарли, который осматривал Джеймса так, словно тот был подозреваемым. У Чарли был тонкий нюх на опасность; чтобы её учуять, ему хватало буквально одной молекулы.

В течение нескольких минут Джеймс и Эдвард тихо беседовали. Все остальные продолжали говорить между собой, но это было лишь притворством ради того, чтобы их не поймали за подглядыванием и подслушиванием.

Ко мне подошёл Алек; сев рядом со мной, он забрал Романа, а в мои освободившиеся руки сунул пистолет.

– Он мне потребуется? – спросила я.

– Эдвард сказал мне дать его тебе на всякий случай. Ему не нравится, что ты без защиты, когда Джеймс находится так близко.

– С чего это он взял, что я без защиты.

– На всякий случай, – подчеркнул он. – Я даже не знаю, зачем он явился.

– Какой-то он слишком счастливый. Никогда его таким не видела.

– Притворяется.

Я кивнула, уже прикидывая, какие вздорные планы может вынашивать Джеймс в своей голове.

Как только они с Эдвардом закончили разговор, он развернулся ко мне.

– Белла, очень приятно тебя снова видеть.

– Мне тоже. – Я кивнула, но не пошевелилась, чтобы пожать ему руку. – Как поживает твоя сестра?

– Таня? Как всегда, прекрасно.

Я видела, что Эдвард старается незаметно переместиться поближе ко мне. Я была уверена, что он хочет увести меня отсюда, но он продолжал занимать разговором Чарли.

– Это хорошо.

– И я смотрю, детки успешно растут. Мы все так рады были, когда узнали, что ты беременна.

Я не знала, что сказать, поэтому просто неловко улыбнулась. Всё это было действительно странно и становилось лишь ещё более странным из-за того, что я не знала, как мне реагировать на Джеймса.

– Что ж, приятно было снова повидаться. – Джеймс перешёл к следующему, пожимая руку Джасперу.

Так неловко было притворяться вежливой с этим мужчиной.

Спустя полчаса он ушёл, оставив после себя чувство невыносимой неловкости. Только тогда Эдвард, наконец, немного расслабился, перестал нервничать и дёргаться.

– Ты в порядке? – спросила я, передав ему Софию. Он затих, держа на руках её спящее тельце.

– Всё отлично. Не волнуйся об этом.

Я прикусила губу, стараясь тщательно выбирать слова.

– Мне показалось, что ты этого не планировал.

– Нет. Придурок просто решил напомнить о себе.

– Ты что-то задумал, верно?

Он мне не ответил, но на секунду в его глазах вспыхнул недобрый огонёк.

– Пожалуйста, не делай ничего, когда Чарли рядом, – попросила я. – Не хочу, чтобы ты напугал его.

– Всё будет в порядке, обещаю. – Он притянул меня к себе и поцеловал в макушку.

Какая-то местная знаменитость вдохновенно исполнила государственный гимн, и игра началась. Чарли был счастлив наблюдать всё с такого близкого расстояния. Я не помнила, чтобы он когда-нибудь действительно выбирался на бейсбольный матч, по крайней мере, когда я с ним жила. Домашний телепросмотр, особенно на большом экране, полностью его устраивал.

Эдвард счастлив не был. Джеймс, а вместе с ним несколько незнакомых мне людей, находились в застеклённой кабине по соседству с нашей. Мы могли их видеть, но никто из нас на них не смотрел, чтобы не увеличивать неловкость. Напряжение буквально висело в воздухе, не исчезая и не уменьшаясь, чем бы мы ни занимались. Эмметт продолжал отпускать свои шуточки, Эдвард убедился, что все испробовали поданную в бокс великолепную еду, но что-то было не так.

– Нам нужно обсудить приём? – В коротком перерыве между иннингами Элис плюхнулась на диван рядом со мной.

– Какой приём?

– Приём после крестин малышей. У вас в доме. Вся семья, разумеется, приглашена.

– Верно. Чур, еду я приготовлю сама.

– Отлично. – Она закатила глаза. – Не знаю, почему ты настаиваешь на том, чтобы делать всё самой, если можно без этого обойтись.

– Я хочу приготовить. На Рождество я не могла, но на этот раз у меня есть несколько хороших рецептов, которые я хочу попробовать.

– О господи! – воскликнула Элис.

– Что?! Не знаю, что такого возмутительного в том, что я могу приготовить. Я это всю жизнь делала, знаешь ли.

– Не в этом дело. Посмотри туда. – Она указала на кабину, в которой находился Джеймс со своими друзьями. Там творилось что-то странное, и даже при том, что мы ничего не могли слышать, было очевидно, что дело совсем худо.

Джеймс упал как подкошенный и схватился за горло, его лицо приобрело свекольно-красный цвет. Он начал кататься по полу от боли, а изо рта у него показалась белая пена.

– Что, черт возьми, происходит? – Карлайл подошёл к окну, чтобы лучше рассмотреть.

– Мне кажется, ему плохо, – заволновалась Эсме. – Нужно что-нибудь предпринять?

– Возможно, он умирает, – сказала Роуз.

– Позвоню-ка я, нахер, в «Скорую». – Джаспер принялся хлопать себя по карманам в поисках телефона.

– Не вмешивайтесь, – негромко и властно приказал всем Эдвард.

Все умолкли и заняли свои прежние места, не смея бросить взгляд на происходящее рядом с нами. Казалось, Чарли это совсем не взволновало. Он просто покачал головой и снова стал наблюдать за игрой. Анна, судя по всему, была в недоумении, но Эсме приняла удар на себя, постаравшись ответить на её вопросы наилучшим из возможных образов.

Эдвард не разговаривал со мной до самого конца игры. Может быть, чувствовал стыд, может быть, злился, но, скорее всего, ему было глубоко безразлично. Ему всегда было плевать с высокой водокачки, что думают все остальные о его нечистоплотных методах ведения дел.

Я знала всё о его чёрном списке. Одна за другой крупные преступные фигуры города Чикаго загадочным образом исчезали. Я была уверена, что если бы кто-нибудь набрался храбрости спросить его, то Эдвард сказал бы прямо, что за этим стоит он.

Дошла очередь и до Джеймса, и я, несмотря на спокойный вид Эдварда, уверена была, что за внешним бесстрастием на его лице проглядывает едва заметное удовлетворение.

Автор: johnnyboy7

______________

Желаю всем приятного прочтения, новая глава, новые впечатления!
Огромное спасибо Кате, (leverina)за перевод главы))
Большое спасибо Дашке (Leonarda_Ria) за редактуру главы.
Ждём всех на форуме!
Не забываем благодарить!


Источник: http://robsten.ru/forum/63-2058-1
Категория: Переводы фанфиков 18+ | Добавил: гость (17.03.2016) | Автор: johnnyboy7
Просмотров: 1564 | Комментарии: 27 | Рейтинг: 5.0/60
Всего комментариев: 271 2 3 »
avatar
0
27
Наконец-то Джеймсу пришел конец, только бы у Эда не было проблем из-за его "черного" списка JC_flirt
avatar
0
26
Спасибо за продолжение;))
avatar
0
25
Спасибо за перевод) lovi06015
avatar
0
24
Спасибо за продолжение! 1_012 good
avatar
0
23
Спасибо большое за перевод!  good lovi06032
avatar
0
22
Большое спасибо за продолжение lovi06032
avatar
1
21
Спасибо за главу!!! lovi06032
avatar
1
20
еще минус один!  сработано все чисто!! giri05003 к Эду претензий нет! giri05003 спасибо! good lovi06032
avatar
1
19
Спасибо за новую главу, с нетерпением жду продолжения! lovi06032
avatar
1
18
Спасибо за продолжение!
1-10 11-20 21-26
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]