Фанфики
Главная » Статьи » Переводы фанфиков 18+

Уважаемый Читатель! Материалы, обозначенные рейтингом 18+, предназначены для чтения исключительно совершеннолетними пользователями. Обращайте внимание на категорию материала, указанную в верхнем левом углу страницы.


Голый парень сверху. Глава 29. Часть 4

Спустя двенадцать часов и один ужасный джетлаг, мы наконец-то приехали в наш отель. Была середина дня по местному времени, и после почти безболезненной регистрации мы упали на стоявшую в спальне нашего номера кровать королевских размеров. Энергии у нас осталось, только чтобы раздеться, прежде чем мы провалились в сон.

Был уже вечер, когда я проснулся. Чувствуя движения мягкого тела Кареглазки, я дрейфовал на краю сознания с ленивой улыбкой, вычерчивая пальцами небольшие узоры на ее голой груди.

– Доброе утро… или добрый вечер… не знаю даже, как правильно, – пробормотал я в ее волосы, прежде чем оставить там поцелуй.

– Привет, – ответила Белла, поднимая голову и улыбаясь мне.

Ее волосы были в полном беспорядке. Я улыбнулся в ответ, убирая несколько прядей от ее глаз и поглаживая ладонью щеку.

– Ты теперь замужняя женщина, а твой муж уже пренебрег кое-чем очень важным, – сказал я, изображая сожаление.

– Правда? Только что женился и уже все испортил? Что же он сделал? – спросила Кареглазка, негромко рассмеявшись.

– Твой муж не настоял на том, чтобы консуммировать ваш брак. А ведь он не может считаться официальным, пока вы этого не сделали, – объяснил я.

– Правда? Ты имеешь в виду, что я все еще могу сбежать? – подразнила она, целуя меня в грудь прямо над сердцем.

– Ну… технически, да. Но я сомневаюсь, что он не выполнит свои обязательства в качестве мужа, поскольку очень серьезно относится к ним, – проинформировал я ее.

Я начал целовать Кареглазку – от виска, дальше вниз по длинной грациозной шее – просто чтобы убедить ее в серьезности своих намерений, конечно. Я почувствовал, как она слегка вздрогнула, когда моя щетина поцарапала нежную кожу.

– Эдвард? – прошептала Белла, поднимая мое лицо к своему. Я неохотно оторвал жаждущие губы от ее плеча и посмотрел вверх. – Я думаю, нам нужно еще немного подождать… это просто не чувствуется… правильно.

Я был слегка удивлен. Мы пообещали посвятить себя друг другу и нашим отношениям до конца наших жизней. Если и было правильное время, чтобы заняться сексом, думаю, каждый согласился бы со мной, что этот момент настал.

– Но… мы женаты. Это совершенная противоположность перепиху на одну ночь, как ты понимаешь. Это наш священный долг, Кареглазка. Даже Господь Бог не против, чтобы мы сделали это, – нетерпеливо возразил я, неспособный сдержать легкого разочарования.

– Я просто хочу, чтобы это было особенным, вот и все. У меня уже есть кое-что на уме, но мне нужно чуть больше времени, чтобы подготовиться. Внизу есть бар. Возьми себе что-нибудь выпить, а я спущусь через полчаса, – попросила она.

Белла выжидающе на меня смотрела, надеясь, что я не стану протестовать, поэтому, конечно, я сдался с менее, чем радостным «о,кей». Это, видимо, было важно для нее, если она уже что-то спланировала. Громко выдохнув, я поднялся с кровати и пошел к чемодану с одеждой.

– Не смотри на меня так, будто я отобрала у тебя единственную игрушку, – усмехнулась Кареглазка, оборачивая простыню вокруг своей аппетитной попки и идя в ванную.

Я простонал от раздражения в футболку, натягивая ее через голову.

– Ты и отобрала мою единственную игрушку. Она была под этими простынями, – пожаловался я, натягивая чистые джинсы и обуваясь.

Белла ничего не ответила и просто захлопнула за собой дверь ванной, негромко смеясь. Честно говоря, я не увидел здесь ничего смешного, но покорился ей. Убрав ключ-карту в карман, я опустил плечи в поражении и пошел к двери.

Я спустился вниз к бару, который – о, чудо! – назывался «Ватерлоо». Я рассмеялся про себя, усаживаясь на барный стул. Мое либидо потерпело сейчас не меньшее поражение, чем Наполеон при Ватерлоо.

Посетителей практически не наблюдалось, что было неудивительно для утра понедельника. Не прошло и минуты, как появился бармен. Он выглядел очень профессионально, в белой рубашке, темном фартуке и черной бабочке, как и большинство сотрудников в дорогих отелях.

Puis-je vous proposer quelque chose à boire, monsieur? (п.п. (франц). Я могу вам что-нибудь предложить, сэр?)cпросил он с улыбкой.

– Oui, s'il vous plaît. J'aimerais une bière – une Kasteel Bruin. Tout compte fait, mettez-moi une Kasteel Bruin et un doigt de jenever (п.п. (франц.) Да, пожалуйста. Можно мне пиво – a Kasteel Bruin. Хотя давайте лучше пиво и стакан Женевера), – ответил я.

Я заказал стакан очень крепкого джина и бутылку бельгийского пива, чтобы смягчить вкус джина.

Bien sûr, monsieur. J'en déduis que vous avez eu une dure journée si vous avez besoin de ce que nous autres Belges appellons un 'kopstoot'. (п.п. (франц.) Очень хорошо, сэр. Полагаю, у Вас сегодня был трудный день, если Вам понадобился, как мы, бельгийцы, это называем, «удар по голове»), – ответил бармен со смехом.

Очевидно, он заметил мое мрачное настроение и понял, что «удар по голове» – как раз то, что мне сейчас было нужно.

Oui, j'aimerais plutôt être en haut avec ma femme qu'ici, pour être honnête (п.п. (франц.) Да, мне лучше было бы сейчас наверху с женой, если честно), – согласился я.

Pardonnez-moi, mais si je peux être honnête, je serais plutôt à la maison avec ma femme, moi aussi. (п.п. (франц). Извините меня, но, если я могу быть честным… я бы тоже сейчас хотел оказаться дома с женой), – ответил он с улыбкой.

Я рассмеялся в ответ на его признание.

Он поставил передо мной пиво и налил джин в небольшой стеклянный стакан.

Merci. A votre Santé! (п.п. (франц.) Спасибо. За твое здоровье!) – сказал я, предлагая тост и быстро проглатывая джин.

Я сгримасничал и зажмурился, когда джин обжег мне горло. Я сделал большой глоток пива, которое успокоило боль в моем горле, принося приятное наслаждение.

– Vous sentez comme ça vous donne un coup à la tête, n'est-ce pas? (п.п. (франц.) Это, и правда, чувствуется, как удар по голове, не так ли?) – пошутил бармен.

Oui, plutôt! Pour votre peine (п.п. (франц.) В самом деле! За твое беспокойство), – согласился я, оставляя несколько купюр рядом с пустым стаканом.

– Merci, monsieur (п.п. (франц.) Спасибо, сэр).

Бармен повернулся, чтобы убрать полученные чаевые и мой пустой стакан, оставляя меня гадать, сколько времени мне еще придется тут сидеть, прежде чем я смогу подняться наверх. Стакан джина немного успокоил мои нервы, улучшив настроение и избавив от раздражения.

– Puis-je vous être utile, madame? (п.п. (франц.) Я могу помочь вам, мэм?)

Я едва расслышал бармена, который говорил с новым посетителем на другой стороне бара. Я был слишком занят, перекатывая 50 центов между костяшками и наблюдая, как монетка снова и снова двигалась между моими пальцами.

Внезапно меня привлек запах парфюма… и не просто какого-то парфюма. Это был шоколад. Я узнал бы его где угодно, потому что это я купил флакончик этого аромата как подарок для кое-кого особенного – такого особенного, что один лишь ее шоколадный запах был способен вызвать у меня эрекцию.

Voulez-vous coucher avec moi? – проворковала женщина над моим плечом.

Ее голос был настолько соблазнительно-сладким, что я чуть не рассмеялся. Она звучала как девушка, пытавшаяся изо всех сил изобразить из себя тот тип шлюшек, которые хотят подцепить в баре мужика. Соедините это с самой клишированной «я-хочу-тебя-подцепить» фразой в любом языке, не только французском… и я не смог сдержать громкого и немного смущенного смеха.

«Ты переспишь со мной

Серьезно, Кареглазка?

Votre mari sait-il que vous êtes assise dans un bar, à essayer de flirter avec un autre homme? (п.п. (франц.) Ваш муж знает, что Вы сидите в баре и пытаетесь флиртовать с другим мужчиной?) – спросил я.

Она не ответила и просто посмотрела вниз на свой напиток, прежде чем смущенно пожать плечами, которые, конечно же, были обнажены, за исключением тоненьких лямок от блузки без рукавов, с очень глубоким вырезом.

– Je dis 'essayer' parce que c'est probablement l'approche la rebattue que l'on m'ait jamais dite! (п.п. (франц.) Я говорю «пытаетесь», потому как это – самая худшая фраза для того, чтобы кого-нибудь подцепить, которую я когда-либо слышал), – проинформировал я Беллу.

Je...uh, je n'ai rien trouvé de mieux à dire (п.п. (франц.) Я… э-м-м… не смогла придумать что-либо получше), – замялась она, краснея.

Я приподнял брови, посмотрев на Кареглазку. Мне не обязательно было узнавать, насколько правдивым было это признание.

– Peut-être pourriez-vous m'apprendre quelque chose de mieux? (п.п. (франц.) Может, ты мог бы научить меня чему-нибудь поинтереснее?) – промурлыкала она.

– En français ou en anglais? (п.п. (франц.) На французском или на английском?) – спросил я, уже зная, как ей нравилось, когда я говорил по-французски.

En français s'il vous plaît. J'aime votre langue, surtout quand elle est française (п.п. (франц.) На французском, пожалуйста. Мне нравится твой французский язык), – произнесла Белла низким дрожащим голосом.

– Ma langue a beaucoup d'usages, Yeux Bruns. Mes mains, aussi (п.п. (франц.) Мой язык имеет множество применений, так же как и мои руки), – ответил я, без смущения хвастаясь.

Я наклонился к Кареглазке поближе, чтобы кое-что прошептать ей на ухо.

– Pourquoi êtes-vous ici, habillée de cette façon? (п.п. (франц.) Почему ты здесь? И так одета?)

Мне хотелось знать ответ, потому как я уже минут двадцать не мог понять, что заставило Кареглазку появиться в баре в такой провокационной одежде. Я подкрепил свой вопрос действием, проведя рукой по краю глубокого декольте.

Я быстро просканировал наше окружение, убеждаясь, что никого не было рядом. Даже бармен оказался достаточно тактичен, кивнув мне и исчезнув в кладовке минуту назад.

Я притянул ее стул к своему как можно ближе. Белла прижалась ко мне, когда я крепко обнял ее. Моя рука пропутешествовала вверх и вниз по ее гладкому бедру. Я ожидал, что мои пальцы наткнутся на кружевную ткань, но всё, что их встретило… обнаженная бархатная кожа. Голая! Под короткой, крепко облегающей ее бедра юбкой!

– Putain! Vous ne portez même pas de culotte (п.п. (франц.) Черт! На тебе нет трусиков), – проскулил я.

Одна только мысль об этом заставила меня буквально воспламениться.

– Нет, на мне нет трусиков. Я подумала, что они мне не пригодятся, – прошептала Кареглазка провокационно.

– Что, если кто-нибудь тебя увидит… так? Кто-то, кроме меня? – потребовал я ответ.

Мой голос был низким, а губы сжаты в тугую линию.

– Я просто хотела… э-м-м… одеться соответствующе. Ну, знаешь, выглядеть сексуально… выглядеть, как женщина, которую ты хотел бы подцепить в баре, – объяснила она.

– Ты намного лучше, – ответил я, на минуту становясь серьезным.

– Я знаю… просто я никогда такого не пробовала. Я никогда не думала, что мне будет комфортно это сделать или что мне это понравится. Но я хотела сегодня попробовать. Только для тебя, – смущенно призналась Белла.

– Я не могу сделать вид, что не люблю тебя или что не хочу сохранить тебя только для себя. Я не могу так, Кареглазка.

– Только в этот раз… Ты… притворишься вместе со мной, пожалуйста?

Я видел, что Белла смотрела на меня с надеждой, и, как всегда, не смог сказать нет. Я не смог этого сделать на ее день рождения, не смог, когда мы впервые занялись сексом, не смог и сейчас, когда она так на меня смотрела и видела мужчину, которым я был и которым стал, и любила обе мои стороны одинаково.

– Итак, красавица, как твое имя? – промурлыкал я, ослепляя Кареглазку своей фирменной улыбкой.

Она задумалась на несколько мгновений. Очевидно, эту часть нашей игры Белла не продумала заранее.

– Э-м-м… Таня, – ответила она нетерпеливо.

– Таня? – повторил я, поднимая голову и удивленно смотря на нее. – Ха! Ты не выглядишь, как Таня. Думаю, что это имя совсем тебе не подходит.

– Нет? Тогда как бы ты назвал меня? – игриво спросила Кареглазка, и ее зубы нежно впились в нижнюю губу.

– Х-м-м... Думаю, ты больше похожа на Кенди. Сладкая. Вкусная (п.п. с английского «candy» можно перевести и как «сладость», «конфетка», и как женское имя Кенди). Мне бы очень хотелось попробовать тебя, Кенди. Ты хотела бы этого? – промурлыкал я, положив руку ей на колено и мягко его сжав.

– Да, – простонала она, наклонясь ближе ко мне, – попробуй меня.

Мой самоконтроль исчезал буквально на глазах, подобно небольшим капелькам воды, упавшим на кусок раскаленного металла. Белла превратила меня в ходячее всепоглощающее желание. Я хотел заявить свои права на нее, ласкать, трогать, дать себе волю и насладиться своей женой.

– Наверх! Быстро! – приказал я, не мешкая.

– Но мы… – попыталась спорить Кареглазка.

– Больше никаких игр! Наверх! В номер! «Не беспокоить» – на дверь! Замок закрыть! – прикрикнул я нетерпеливо.

Я даже не мог говорить полными предложениями, потому что был слишком сфокусирован на том, чтобы убраться из общественного места. Я потащил Беллу за локоть к лифту, прожигая взглядом всех, кто на нее смотрел.

Спустя шесть полных агонии минут мы стояли у номера, и я воевал с замком, пытаясь вставить дрожащими руками карточку. Я бы гораздо быстрее справился с бездушным замком, если бы моя жена не мурлыкала мне на ухо, проводя рукой вверх и вниз по тому месту, где заканчивалась моя футболка. Она останавливала руку буквально в миллиметрах от моей эрекции, продолжая пытку.

– Кареглазка, – простонал я, – пожалуйста.

– Пожалуйста, что? – прошептала она, проводя своей обутой в туфельку на высоком каблуке ножкой по моей икре.

– Просто пожалуйста. Нужно войти внутрь.

– Внутрь… куда? – проворковала Белла бесстыдно.

– Черт! Черт! Чертова закрытая дверь, – пробормотал я и наконец услышал благословенный «бип», открывающий дверь в мой личный ад и рай.

Я подумал о том, сколько раз я наблюдал за реакцией Кареглазки, когда ласкал ее. Я находил это сексуальным и просто идеальным – видеть, как она терялась в своем возбуждении. Я любовался ее лицом, когда она отпускала контроль и просто позволяла своему телу провалиться в наслаждение.

Но не в этот раз.

Сегодня, в первую ночь, когда мы займемся любовью как женатая пара, я нашел кое-что еще более эротичное, более притягивающее мой взгляд, более потрясающее и выбивающее почву из-под ног.

Кареглазка, берущая контроль… надо мной.

В ту же минуту, когда дверь закрылась за нами, она толкнула меня к ней и крепко поцеловала, зажав мое лицо между ладошек. Я громко простонал в ее губы, моя голова кружилась.

– Что у тебя тут есть, Красавчик? Х-м-м? Кое-что хорошее для меня? – простонала Белла, накрывая мою эрекцию рукой.

– Да, только для тебя, – промурлыкал я в ее волосы.

Кончики моих пальцев скользили по мягким округлостям ее попки, я прижимал ее ближе к себе, чтобы она могла почувствовать, насколько твердая выпуклость в моих штанах была готова взорваться.

– Знаешь, ты сказал, что я выгляжу вкусно. Но думаю, что это ты здесь вкусный, – сказала Кареглазка, прежде чем медленно – так чертовски медленно – провести влажным языком по верхней губе.

– Пожалуйста, – простонал я снова.

Я чувствовал себя перевозбужденным 17-летним подростком, трясь о ее руку.

– Что ты хочешь, Эдвард? Скажи мне, и я дам тебе это. Все, что заставит тебя чувствовать себя хорошо, – предложила она, надувая губки и смотря прямо мне в глаза.

Я говорил Белле эти слова не один раз – больше раз, чем мог сосчитать. Но, Боже, услышать, как она произнесла их, было в тысячу раз сексуальнее.

– Я хочу, чтобы ты дотронулась до меня, – выдавил я.

Мой мозг не смог придумать что-либо получше. По правде говоря, я был готов на все – «ручную» работу, трение на сухую, на все, что угодно.

– Где дотронуться до тебя, любимый? – подразнила Белла.

Ее рука продолжала танцевать рядом с моим стояком, продлевая мою агонию.

– Поласкай, – выдохнул я, – поласкай меня своим ртом. Пожалуйста, Кареглазка.

Я едва ли смог увидеть, как она встала передо мной на колени и стащила брюки. Мой пресс напрягся так, как никогда в жизни, когда она провела рукой по моему члену.

– Поласкать тебя ртом… здесь? – спросила Белла.

– Да, – ответил я дрожащим голосом.

– Прямо так? – прошептала она, полизывая мою уздечку кончиком языка и посылая дрожь по моим ногам.

Белла сделала именно так в свой первый раз от незнания… но сейчас… это было… чтобы продлить пытку.

– Не мучай меня, Кареглазка, – умолял я.

– Скажи, что тебе нужно, и я сделаю это, – ухмыльнулась она.

– Я хочу, чтобы ты… пососала меня... пожалуйста, – ответил я, зарываясь рукой в ее волосы и закрывая глаза.

– Смотри на меня или я не буду, – предупредила Белла.

Мои глаза быстро распахнулись.

– Я дам то, что тебе нужно. Но я хочу, чтобы ты смотрел на меня и говорил со мной… постоянно. Хорошо?

Кивнув ей в ответ, я не смог сдержать полу-вздох – полу-всхлип, который вырвался из моей груди, когда ее губы плотно обернулись вокруг меня.

– Ты такая красивая… моя кареглазая Белла, – сказал я ей, – я самый счастливый ублюдок на земле… все еще не могу поверить… что ты у меня есть… вся моя… ты потрясающая… особенно когда стоишь передо мной вот так…

Я пытался сфокусировать свой взгляд на ее губах, таких красивых и идеальных, пока ее сладкий рот двигался вверх и вниз по моей длине. Я почувствовал, как ее язык обернулся вокруг меня, а, когда ее стоны прозвучали словно внутри меня, я уже едва ли мог стоять на ногах.

– Ох, черт… ох, черт… чертовский черт… да… это так чертовски прекрасно! – громко простонал я.

Мой разум подернулся дымкой и больше не был способен формулировать предложения, наполненные хоть каким-либо смыслом.

Белла улыбнулась дьявольски широко, нетерпеливо ожидая, пока я кончу. Я же смотрел, как кончаю в ее рот, и не верил своим глазам.

– Ты вкусный, – промурлыкала она, застегивая мои джинсы.

– Иди-ка сюда, – настоял я, поднимая ее на ноги.

Я оставил нежные поцелуи по всему ее лицу – на губах, на щеках, подбородке, лбу… даже ее брови получили по одному смачному поцелую.

– Эй, я буду чаще это делать, если всегда благодарность будет такой, – рассмеялась Кареглазка.

– Ох, тебе лучше подумать об этом дважды, малышка, – прорычал я, схватив ее за задницу, прежде чем запустить руки под юбку, поднимая ее до талии.

– И… почему же я могу пожалеть, что немного свела тебя с ума? Хм? – спросила Белла, поглаживая меня по щеке кончиками пальцев.

– Ты спрашиваешь, почему? Вот поэтому, – игриво прошипел я, разворачивая ее и прижимая к своей груди, – я собираюсь… преподать тебе урок, Кареглазка.

– Урок? – пропищала она.

– М-х-м, я должен вернуть должок. Это же честная игра, не так ли? – спросил я в ответ, мягко беря ее грудь в ладонь.

Я поглаживал и подразнивал ее, не торопясь и смакуя. Когда Белла тихо прохныкала мое имя, я рассмеялся над ее неспособностью выдержать то, с чем она сама только что играла.

– Каждая клеточка твоего тела сейчас взывает ко мне, ты же знаешь это, – промурлыкал я.

Нежным движением я стянул ее блузку через голову и кинул на пол. Вскоре за ней последовала и мини-юбка. Я простонал низкое «черт», когда наконец увидел, что было на Кареглазке под одеждой. Примерно так я и представлял себе свадебный корсет, но в реальности он выглядел намного горячее – без чашечек, он заканчивался прямо над ее лобковой костью.

– Посмотри на нас, Кареглазка. Ты, одетая вот так… и я, потерявший контроль по этой причине.

Наши взгляды встретились в зеркале коридорного шкафа. Моя левая рука дразнила ее сосок, а правая смаковала мягкость складочек. Они были теплые, обнаженные и влажные... такие влажные.

Я провел носом от ее уха до подбородка, вдыхая аромат. Он был таким эротичным, таким шоколадно-потрясающим, что я хотел потерять себя в нем. Я напряженно прорычал, обнимая Кареглазку крепче и лаская чуть настойчивее. Запустив руку в волосы, я повернул её голову в сторону, чтобы открыть свободный доступ к шее.

– Моя, – сказал я ей, прежде чем нежно впиться губами в ее сладко-идеальную кожу.

– Твоя, – согласилась она тихим шепотом.

Я усилил хватку, чувствуя, как Белла таяла в моих руках. Её тело стало не таким напряженным, когда мышцы расслабились. Я взглянул вверх, мои губы и зубы все еще не могли оторваться от ее шеи. Смотря на наше отражение в зеркале, я остановил свой взгляд на неземной красоте – моя жена, кончающая от моих прикосновений. Она дрожала в моих руках, а я крепче прижимал ее к себе, потирая клитор.

– Эдвард… – вздохнула Белла от наслаждения.

И прежде чем я осознал что-либо, любопытная ручка проскользнула между нами, снова возвращая мяч на свою сторону поля – Кареглазка обхватила меня через джинсы, вызывая эрекцию.

– Ты что-то сказал о том, чтобы вернуть должок? – спросила она, смеясь.

– Да… а теперь повернись и дай мне посмотреть на тебя в корсете, – подразнил я, нежно поворачивая ее в моих руках.

– Что думаешь? Я бы обвинила Элис и Роуз, но на самом деле это была моя идея – купить его, – призналась Белла, улыбаясь.

– Вероятно, это – самая горячая вещь, которую я когда-либо видел, – ответил я, одной рукой лаская ее грудь, а второй – убирая несколько прядей за ухо.

– Спасибо. Тогда я его оставлю.

– Туфли тоже?

– Ты говоришь, я исполняю.

– Правда? Почему мы не могли так сделать, как только вернулись в номер? – спросил я, поднимая кончиками пальцев ее подбородок, чтобы посмотреть прямо в глаза.

– Потому что ты плохо себя вел, – ответила Белла, – внизу. Ты не хотел подыграть мне… притвориться вместе со мной.

– Но сейчас я играю с тобой, разве нет?

Я промычал, поглаживая соблазнительные изгибы ее бедер и осиную талию, стянутую корсетом. Я мог бы съесть ее.

– Да, поиграй со мной, – простонала Кареглазка.

Здравый смысл и мой контроль растворились, как только эти слова сорвались с ее губ. Взрывоопасная смесь невинности и сексуальности убила последнюю рациональную мысль в моем мозгу.

– Иисус, ты нужна мне. А я тебе? Ты так же сходишь с ума, как и я сейчас? – спросил я.

В моем голосе слышалось нетерпение, когда я положил ладонь на ее щеку и посмотрел в глаза, пытаясь найти ответ.

– Любимый, – выдохнула моя жена, – всегда. Всегда… нужен. Здесь, – сказала она, постукивая пальчиками по моему виску, – здесь, – указала она, поглаживая левую часть моей груди, прямо над сердцем, – и вот здесь, – добавила она, нажимая ладонью туда, где сейчас была нужна мне больше всего.

Мой член почти взорвался. Я настойчиво поцеловал Кареглазку. Её слова убедили меня дотронуться до нее везде, чтобы показать мою любовь. Между вздохами, стонами и объятиями мы смогли добраться до гостиной, где натолкнулись на большую мягкую софу.

– Больше никаких поддразниваний, Эдвард! – прошипела Белла.

Я рассмеялся над ее нетерпеливостью. Мои губы сомкнулись вокруг ее соска, лаская его и нежно покусывая, а рука повторяла движения рта на другой груди. Громко прорычав, Кареглазка схватила меня за грудки и оттолкнула от себя.

Повернувшись на каблуках, она схватилась за подлокотник, нагибаясь над софой. Ее голые груди чуть касались мягкой обивки, заставляя соски ещё больше затвердеть. Из-за корсета ей пришлось прогнуться под прямым углом, открывая потрясающий вид на спину, попку и блестящую от влаги киску. Оглянувшись, Белла ничего не сказала, а просто подмигнула мне и облизнула губы.

Я быстро стащил до лодыжек джинсы и боксеры, желая поскорее оказаться в ней. Умопомрачительное желание не дало мне раздеться, как обычно. Я чувствовал и слышал стучащий в ушах пульс, он сопровождал уже неконтролируемый и, наверное, не совсем человеческий инстинкт. Он выстукивал и кричал одну и ту же мантру… снова… снова... снова…

Трахни! Свою! Жену!

– Прежде чем ты заставишь меня умолять… трахни меня, – скомандовала Белла.

Я утопил себя в ней долгим медленным толчком, застонав от наслаждения. Ее вздохи и едва слышное хныканье аккомпанировали движениям. Мои руки, такие большие по сравнению с ее крепко сжатой корсетом талией, практически дважды обвились вокруг Кареглазки, пока я толкался в ее бедра изо всех моих чертовых сил. Кожа ударялась о кожу – моя, слегка колючая и горячая, и ее, нежная, сладкая и кремово-гладкая.

– Потерян… в тебе. Потерян… – бормотал я.

Мой подбородок был слишком сильно сжат, чтобы я мог говорить четко, а мой лоб начал покрываться испариной.

– Я с тобой. Ты не можешь быть потерян… когда ты не один, – сказала Белла, тяжело дыша.

Ее пальцы впились в мягкую ткань софы, и я не знал, затем ли, чтобы удержаться, когда я вбивался в нее, или чтобы не упасть, когда она кончала с громким, полным наслаждения криком.

– Красавица… идеальная… моя, – стонал я, больше не способный вынести этого напряжения.

Мои руки обернулись вокруг Кареглазки, когда я погрузился в нее так глубоко, как только мог. Все мое тело напряглось, и я кончил глубоко внутри нее, прикусив плечо.

Я сумел использовать последние капли энергии, чтобы повернуть нас обоих так, что софа оказалась прямо под нами, когда сила притяжения одержала победу и ни один из нас не смог удержаться на ногах. В комнате слышалось только наше быстрое дыхание и витал запах секса.

– Эдвард?

– Хм?

– Ты заметил кое-что забавное?

– Да. Мои брюки все еще на моих лодыжках, но я слишком устал, чтобы беспокоиться об этом.

– Не это… хотя это тоже довольно забавно. Я имею в виду то, как мы лежим на софе.

– Ха! Теперь, когда ты сказала, думаю, это действительно забавно.

Мы, со сплетенными руками и ногами, были зажаты между кучей подушек и спинкой софы – проще говоря, мы прижимали друг друга.

Я заснул с идиотской улыбкой на лице, размышляя об этом.

Оставшаяся часть нашего медового месяца в Брюсселе была наполнена ленивыми, полными удовольствия занятиями любовью, пешими прогулками и поеданием шоколада. Когда я планировал это путешествие, я заранее знал, что побалую Кареглазку бельгийскими сладостями, сделанными из самого вкусного шоколада в мире. Я был счастлив, потому как выполнил свой план, и теперь для меня ничто в мире не могло сравниться с кормлением шоколадными трюфелями моей красивой обнаженной жены, когда она лежала в центре кровати королевских размеров.

***

Слишком быстро нам пришлось вернуться обратно, в двухэтажное здание. Наше здание. Вместе мы обязательно сделаем его нашим настоящим домом.

Я поставил чемоданы в гостиной. У нас не было сил, чтобы даже начать их разбирать.

Белла упала на кожаный диван с удовлетворенным вздохом, прежде чем взять со стола ноутбук, чтобы проверить почту.

– Ну же, Кареглазка. Слишком поздно. Мы должны поспать, чтобы опять не иметь дело с джетлагом, – настаивал я, мягко поглаживая ее по руке и пытаясь утащить в спальню.

Я попытался поцеловать ее, чтобы отвлечь, но, видимо, сегодня это не работало.

– Просто дай мне секунду. Я обновлю мой статус в твиттере, – ответила Белла и предупреждающе посмотрела на меня за то, что я читал из-за ее плеча.

Я рассмеялся, увидев, что она написала.

Устала… Только вернулась из медового месяца. TNGUS (п.п. голый парень сверху) хочет… *вздыхает*… спать со мной! Он женатый мужчина, который подарил мне свое сердце :о)


Вот и всё, уважаемые поклонники Кареглазки и Прижимателя. Пришла пора проститься с нашей горячей парочкой. Найдётся минутка - забегайте сюда



Источник: http://robsten.ru/forum/96-2051-1#1420953
Категория: Переводы фанфиков 18+ | Добавил: valery3078 (31.01.2020) | Автор: Justine
Просмотров: 606 | Комментарии: 7 | Теги: Голый парень сверху, Переводы фанфиков 18+, TNGUS | Рейтинг: 5.0/11
Всего комментариев: 7
0
7   [Материал]
  Великолепная глава, спасибо!

0
6   [Материал]
  Большое спасибо за главу и всю историю good

0
5   [Материал]
  Спасибо за главу))!!

1
2   [Материал]
  Благодарю за такой подарок!

0
4   [Материал]
  Спасибо, что были с нами lovi06032

2
1   [Материал]
  Отличная глава. Мне не понять их своеобразных игрищ, но новоявленные женатики - прекрасно понимают и подыгрывают  giri05003 Они на одной волне, и это главное!!!
Спасибо за историю!  cvetok01

0
3   [Материал]
  Спасибо за интерес к истории и комментарии.   cvetok02

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]