Фанфики
Главная » Статьи » Переводы фанфиков 18+

Уважаемый Читатель! Материалы, обозначенные рейтингом 18+, предназначены для чтения исключительно совершеннолетними пользователями. Обращайте внимание на категорию материала, указанную в верхнем левом углу страницы.


Наследие Калленов. Глава 26. Viva La Vida*

* Да здравствует Жизнь!(исп.)





 

Настоящее.
 

EPOV

Пятнадцать минут спустя я паркую свой Audi у шикарного здания офиса Карлайла Каллена. Его секретарша испуганно смотрит, как мы с Джаспером проносимся мимо ее стола.

- Конгрессмен, Вам туда нельзя! Ваш отец просил не беспокоить его! Конгрессмен!

Когда мы входим, он что-то печатает на своем ноутбуке, мельком бросает на нас взгляд и вновь возвращается к расположенному перед ним экрану.

Он облачен в один из тех костюмов, что припасены у него для выступления перед прессой, который просто призван производить впечатление. Вокруг шеи - идеально повязанный красный галстук. Свежая стрижка, да и весь он словно с иголочки. Все в нем указывает, что на сегодняшний день у него большие планы.

Спина – прямая, словно струна, на лице нет и тени сожаления или раскаяния в той наглой лжи и клевете, которую он только что обнародовал. Я стараюсь взять себя в руки. Но в моих жилах кипит ярость, больно сжимает виски. Мои челюсти плотно стиснуты. Мои руки сжаты в кулаки и опущены вниз, а вот его лицо по-прежнему остается непроницаемым и непробиваемым, однако я хорошо его знаю. Теперь даже слишком хорошо. Я знаю, что за безумие он задумал. Я его недооценивал.

Больше не стану.

- Я сделал тебе одолжение, - уверенно заявляет он, не глядя на меня и продолжая печатать. - Остановись и подумай об этом, и тогда тебе все станет ясно. Ты хотел свою дочь – ты ее получил. Теперь общественности будет проще принять эту ситуацию. Ты ничего не знал. Это правда, и пусть выискивают все, что угодно. Ты ничего не знал. А узнав сейчас, взял на себя всю ответственность. И никто не сможет тебя ни в чем обвинить. Как бы там ни было, это гуманное поведение, и оно показывает, что ты в состоянии брать на себя обязательства, когда ситуация выходит из-под контроля, когда кто-то попытается тебя подставить. Демонстрирует, что ты никогда не отказываешься от принятых на себя обязательств…

- Что ты сказал Изабелле, когда она звонила в твой офис тогда, несколько лет назад?

Любопытно, что, несмотря ни на что, этот вопрос не дает мне покоя, прожигая мой мозг насквозь с той самой минуты, как я узнал, что он разговаривал с ней.

Всего на долю секунды его пальцы перестают печатать. Он водит ими в воздухе над клавиатурой, словно пытаясь найти нужные клавиши, а потом делает глубокий вдох и возвращается к работе.

Я приближаюсь.

- Что ты ей сказал? – произношу я сквозь стиснутые зубы.

- Я сказал то, что должен был, что и нужно было сказать, - отвечает он невозмутимо.

Я, стоя прямо перед ним, хватаю прохладный корпус его ноутбука. Медленно захлопываю его и жду, чтобы отец поднял на меня глаза и встретился со мной взглядом. Проходит несколько минут прежде, чем он все-таки делает это.

- Что ты ей сказал? – медленно повторяю я.

- Она могла все испортить, Эдвард. Ты вообще понимаешь, что она могла натворить только одним своим звонком? Ты хоть задумывался об этом? Она могла разрушить не только твое будущее, но и будущее тех, кто стоит за нами, кто ставил на нас, кто рассчитывал на тебя, на то, что ты будешь следовать Наследию!

- Ты имеешь в виду тех, кто в свое время стал частью Наследия и сейчас должен был бы отвечать за свое вмешательство? - насмехаюсь я.

Он смотрит на меня в упор.

- Я защищал тебя, защищал твое будущее, которое она готова была разрушить!

- ЧТО ТЫ ЕЙ СКАЗАЛ? – ору я на него.

Он поднимается и начинает кричать мне в лицо.

- Я РАССКАЗАЛ ЕЙ ВСЕ, КАК ЕСТЬ, ЧТОБЫ ОНА ЗНАЛА, ВО ЧТО ВЛЕЗЛА, И ЭТО МЕНЬШЕЕ ИЗ ТОГО, ЧТО Я МОГ СКАЗАТЬ, УЧИТЫВАЯ, ЧТО ТЫ НАТВОРИЛ! Я сказал ей, что ей нет места в твоем будущем, и если у нее есть голова на плечах, то ей стоит заняться решением своих гребаных проблем, а также предупредил ее, чтобы она отстала от тебя! Я ОКАЗАЛ ТЕБЕ УСЛУГУ! – кричит он, и я отвечаю ему ударом в челюсть, после чего отец падает в свое дорогое кожаное крутящееся кресло.

Я чувствую, как кто-то сзади хватает меня за плечи, и хотя понимаю, что смогу легко вырваться из этой хватки, даже не пытаюсь этого сделать. Я смотрю на Карлайла Каллена с таким отвращением, что мне не верится, что я способен на такие эмоции по отношению к своей крови и плоти. От этого зрелища желчь подкатывает к горлу - его всего перекосило, идеально уложенные волосы в полном беспорядке, узел галстука съехал набок. Я стараюсь освободиться от хватки Джаспера.

- Я в порядке, Джаспер, - уверяю я его, все еще разъяренный, – все нормально. Я в порядке.

Я наклоняюсь к Карлайлу, вцепившись в подлокотники его кресла.

- Ты - невообразимый ублюдок, - шиплю я. – Ты сказал ей, чтобы… чтобы… чтобы она избавилась от твоей внучки? – я задыхаюсь от ужаса. – Какое же ты чудовище!

Неловко сидя в кресле и потирая рукой челюсть, он смотрит на меня.

- Хочешь считать меня чудовищем? - ухмыляется он. - Давай-давай. Хочешь выставить меня эдаким плохим парнем? Что ж, прекрасно. Какая-то девчонка, с которой ты провел всего пару чертовых выходных, звонит и говорит, что ждет от тебя ребенка, и я что, должен был принять ее с распростертыми объятиями? Да это мог быть ребенок, нагулянный от кого угодно! Я посчитал, что не могу позволить ей разрушить все, над чем мы работали всю нашу жизнь, ради того, кто мог не иметь к тебе никого отношения!

- ТЫ, МАТЬ ТВОЮ, НЕ ИМЕЛ ПРАВА ДЕЛАТЬ НИКАКИХ ВЫВОДОВ! – бросаю я ему в лицо, ударяя кулаком по его столу. – ТЫ ДОЛЖЕН БЫЛ СКАЗАТЬ МНЕ! Я ЛЮБИЛ ЕЕ! – я выдыхаюсь. – Я люблю ее, - говорю я с дрожью в голосе. – Ты вообще знаешь, что это значит? Любил ли ты хоть кого-нибудь за всю свою проклятую жизнь?

- Любил ли я?.. Я защищал тебя, - рычит он, - не только от нее и той угрозы, которую она из себя представляла, но и от ярости тех, кто вряд ли стал бы спокойно смотреть, как ты купаешься в счастье, разрушившем все их планы на будущее!

И тут, как по щелчку, до меня доходит, насколько же грандиозен масштаб чужого вмешательства, как далеко все это зашло, и что все это продолжается до сих пор. Ну почему мы с Эмметом не нашли кого-то другого, дав Джею Дженксу сделать свое дело?

Господи, как же я с самого начала этого не видел? С того самого момента, как наши глаза встретились в том пабе, для меня и Беллы других вариантов не было.

- То же самое я сделал и этим утром. Я защищаю тебя от тебя самого, потому что ты не видишь, что происходит вокруг, Эдвард! Предать Наследие – не вариант! Сейчас пойдут разговоры и пересуды, пресса какое-то время пошумит, но все утихнет и сойдет на «нет», а ты останешься при своей дочери, при своей карьере и при своей репутации!

- А как же Белла? – негодую я. – Что будет с ней?

Он фыркает.

- Она получит то, что получают все женщины, когда-либо пытавшиеся низложить Наследие.

- Нет, – отрицательно качаю головой я, сдавливая кулаками виски и заставляя себя отойти от него подальше, пока еще помню, что, несмотря ни на что, этот безумец передо мной – мой отец, и что когда-то моя мама любила его и, должно быть, видела в нем что-то хорошее. Но никогда еще мне не казалось настолько очевидным то, что все хорошее, видимо, умерло в нем вместе с ней.

- Нет, этому не бывать. Я недооценил тебя, но и ты, вижу, недооцениваешь меня, раз думаешь, что я все это так и оставлю. Где папка?

- Какая папка? - фыркает он.

- Папка, в которой ты хранишь всю информацию на Беллу и мою дочь! Где она?

Едва заметно он скользит взглядом по нижнему ящику своего стола, но мне удается уловить это невротическое движение его глаз. И в этот момент его хладнокровие и самообладание дают трещину, его маска безразличия становится не такой уж и непроницаемой.

Я тяну ящик, но он, конечно же, заперт.

- Какого черта ты…

Дернув со всей силы и услышав, что замок сломался, я одним рывком открываю ящик.

- Эдвард, какого черта! Убирайся вон из моего…

Он быстро встает, но Джаспер его опережает, преграждая ему путь. А я в это время роюсь в ящике, пока не нахожу на самом дне ту самую папку с пометкой «Дж. Дж.» на ярлыке.

- Черт возьми, Эдвард…

Я задерживаю дыхание, открывая папку. Здесь фотографии Беллы, Беллы с дочкой:

Белла за столиком в ресторане, явно беременная, рядом с парнем, которого я смутно припоминаю. Он обнимает ее за плечи.

Белла на пляже с тем же парнем. Он, широко улыбаясь, держит на руках крошечного младенца, а она фотографирует его.

Белла снова в ресторане, теперь она выглядит более презентабельно, сидя напротив пожирающего ее глазами Майкла Ньютона.

Снова Белла и Майкл Ньютон. На этот раз он стоит позади нее, положив свои руки ей на бедра и уткнувшись ей в шею.

Я и Белла еще вчера на игре нашей дочери, после того, как Элизабет забила победный гол, и я обнял Беллу.

- Это что, черт возьми, такое? – выкрикиваю я, листая фотографии дальше. Десятки и десятки фотографий, включая ту, копия которой есть и у меня – где мы с Элизабет.

- Эта папка могла бы стать твоей страховкой. Но ты, мать твою, все испортил, и теперь мы пойдем по плану «Б»!

Какая-то часть меня отказывается верить тому, что я вижу и слышу.

- Боже мой, я действительно недооценивал тебя, - бормочу я. – В который раз я понял, как далеко ты можешь зайти, - я делаю глубокий вдох и выдох, пытаясь восстановить дыхание, а отец стоит и смотрит на меня с ненавистью.

- Я лишь хотел защитить тебя.

- Ты не меня пытался защитить, - фыркаю я. – Не о моей защите ты всегда беспокоился. Всегда была только защита твоего Наследия, которое ты собственноручно разрушил.

- Эдвард…

- Сегодня утром я потребовал предоставить Белле и моей дочери защиту от тебя. Ты больше никогда не приблизишься ко мне или моей семье. Ни один из твоих людей больше никогда не приблизится ко мне или моей семье. Ты больше никогда не переступишь порог моего дома. Ты больше никогда не будешь выступать от моего имени. Я собираюсь найти тех, кто еще причастен к лживому утреннему заявлению. Тем, кто будет уличен, не поздоровится.

- Ты совсем выжил из ума? – шипит он на меня. – Ты не можешь обрушить такую негативную информацию на нас! На свою же семью!

- На это ты и рассчитывал, не так ли? Что я не стану открыто выступать против тебя, против Наследия, которое на самом деле насквозь лживо? Что я не пойду против своей семьи? Ты мне больше не семья. Я буду защищать свою семью сам, - рычу я, ударяя себя кулаком в грудь. – Моя жизнь больше не твоя забота. А ты будешь лишь отвечать на вопросы американского правительства, объясняя, зачем ты выступил с лживым заявлением от имени конгрессмена и что за сомнительные связи у тебя с Джеем Дженксом, расплачиваясь за все то дерьмо, что ты совершил, прикрываясь Наследием. Хочешь грязно поиграть, старик? Я это тоже умею. Ты будешь держать язык за зубами относительно всего, что касается Беллы или моей дочери, или я разнесу по всему миру, как ты угрожал матери своей внучки, когда она позвонила тебе, до ужаса напуганная и нуждающаяся в помощи. Расскажу, как ты смог сказать ей, чтобы она избавилась от твоей внучки ради этого Наследия и тех, кто был с ним связан. Прессе не составит особого труда понять что к чему. И теперь, если ты действительно хочешь сохранить мало-мальски достойное лицо Наследия Калленов, ты больше никогда не произнесешь имя Беллы и моей дочери! Ты больше никогда их не увидишь.

Его ноздри раздуваются, и в глазах что-то вспыхивает. Я приближаю свое лицо к лицу отца.

- А ты ведь за все это время так и не решился посмотреть на нее? Посмотреть вживую на Элизабет, так ведь? Не считая этих фотографий?

Он не отвечает, но я и так знаю, что это правда.

- Когда-нибудь ты увидишь ее, но лишь издалека. И когда ты наконец решишься увидеть ее по-настоящему, вот тогда ты пожалеешь так, как никогда до этого в своей гребаной жизни.

Он хмыкает и смотрит на меня в упор.

- Сын, ты не ведаешь, что творишь. Все это не только из-за меня.

- О, я хорошо знаю, кто еще к этому причастен, и тебе лучше держаться от всего этого подальше, пока я беру все в свои руки. Хоть ты и думаешь, что у меня не получится, я все же многому у тебя научился. И теперь тебе и твоим друзьям лучше не совать свои носы в мои личные и публичные дела, или весь мир узнает то, что ты пытался скрывать все эти годы.

- Я лишь хотел защитить тебя, - снова повторяет он.

Я отвечаю горькой усмешкой.

- Ты, как никто, знаешь, отец, что это просто слова, – я швыряю ему в лицо папку. – И если это не все, что есть у тебя, то остальное тебе лучше уничтожить, потому что если что-нибудь из этого хоть где-то засветится, затеянный тобою скандал покажется тебе сущим пустяком по сравнению с тем, что я тебе устрою. Я воспользуюсь всем своим влиянием, чтобы закопать тебя так глубоко, откуда тебе будет не выбраться!

῀῀῀*῀῀῀*῀῀῀*῀῀῀

- Хорошо, Эдвард. Я перенес пресс-конференцию на полдень. Это лучшее, что мы можем сделать. Чем тебе еще помочь?

Мы с Джаспером направляемся обратно в мой офис. Я пытаюсь собраться, потому что еще многое нужно сделать.

Я тяжело вздыхаю, когда перевожу взгляд на него – Главу моего штаба.

- Как только мы доберемся до моего офиса, соедини меня с ФБР и Спикером Палаты представителей.

- Будет сделано.

῀῀῀*῀῀῀*῀῀῀*῀῀῀

Несколько раз я пытался дозвониться до Беллы, но она не брала трубку. Я позвонил Эммету и рассказал ему о том, что произошло. Он охраняет мою дочь и вызвал подкрепление.

Господи, то, что говорят о Белле по телевизору, по радио…

Белла, позвони мне, как только получишь это сообщение.

῀῀῀*῀῀῀*῀῀῀*῀῀῀

Подъезжая к своему офису, я вижу, что там уже собралось несколько репортеров.

- Без комментариев, - выкрикиваю я прежде, чем они успевают задать свои вопросы. – Я не даю никаких комментариев до пресс-конференции, которая состоится немного позже.

Как только я появляюсь в своем офисе, гул громких голосов сменяется приглушенным шепотом.

- Эдвард, - Кейт нерешительно приближается ко мне. – Мне... мне сегодня рано утром позвонили. Сказали, что они из «Fox News» и просто хотят подтвердить, что для Вас выделено время в три часа дня. На меня разом свалилась куча дел, - она начинает рыдать, - так что я не перепроверила… Это не могли быть… Я имею в виду, что я даже и подумать не могла, что они зайдут так далеко …

Я фыркаю и качаю головой.

- Кейт, мне жаль, но к полудню я жду вашего заявления об уходе у себя на столе.

- Эдвард, нет! – кричит она.

Мои ноздри раздуваются.

- Итак, сегодня утром случилось одно из двух. Или вы знали, что именно спланировал мой отец, и по какими-то причинам позволили его планам состояться, или же вы совершенно некомпетентны в своем деле, и, как следствие, ваша некомпетентность привела к чудовищному заявлению, сделанному от моего имени. Как бы там ни было, я больше не могу считать вас частью своей команды.

- Эдвард, я бы никогда не предала вас, - шепчет она.

- Я искренне надеюсь, что это правда, потому что этим утром я разговаривал с ФБР и Палатой представителей и начал расследование. Тот, кто окажется причастным, будет привлечен к ответственности.

Она вздыхает и опускает глаза, не сдерживая своих рыданий.

- Мое заявление об уходе будет на вашем столе через час.

Я окидываю взглядом остальных своих сотрудников, которые смотрят на меня с недоумением. Это непохоже на мое привычное поведение, но теперь речь не только обо мне, но и о Белле и моей дочери, и я больше никому не позволю… снова причинить им боль.

- Я уверен, что вы все слышали сегодняшнее утреннее заявление. Хотя никто в этом офисе не несет ответственности за это заявление, тем не менее, та часть, где было сказано, что у меня есть дочь, является правдой. Почти все остальное в этом заявлении либо наглая ложь, либо извращенная правда. Вы узнаете всю правду после пресс-конференции, но сейчас я хочу прояснить пару вещей.

Все, замерев, смотрят на меня.

- Вопреки тому, что было объявлено сегодня утром, я снимаю свою кандидатуру с гонки за сенаторское кресло.

Гул протеста.

- Я хочу извиниться перед теми, кто усердно работал над кампанией, и выразить вам признательность за ваш упорный труд, но моя семья важней любой гонки.

Я несколько минут стою и смотрю на них, на расстроенные лица тех, кто в одночасье лишился работы, так как кампании больше нет. Мне действительно жаль их, но есть нечто более важное, чем все они.

- Второе, что я хотел бы прояснить, чтобы быть уверенным, что никакого недопонимания между нами больше не существует – если вы собираетесь и дальше работать на меня, то вам стоит придерживаться нескольких очень простых, но чрезвычайно важных правил.

Я делаю паузу, чтобы убедиться, что меня слушают со стопроцентным вниманием.

- Никаких контактов с моим отцом или с кем-то из его соратников по любым вопросам, имеющим отношение к этому офису, а также по любой касающейся меня информации, которой располагают некоторые из вас.

- Вы должны дважды, трижды проверять все источники, чтобы быть уверенными, что они не имеют никакого отношения к моему отцу или его офису.

- Вы не публикуете никакой информации, пока дважды, трижды не проверите, от кого исходит эта информация.

- И, прежде всего, я вынужден требовать полной преданности. Теперь на карту поставлено нечто более важное, чем сенаторское кресло. Это моя дочь и ее мать, и я не позволю, чтобы их права на конфиденциальность были нарушены.

- Если вы не можете гарантировать мне абсолютной преданности, то я прошу вас как можно быстрей написать заявление об уходе.

Я жду.

Они все стоят и смотрят на меня. Наконец один молодой парень медленно выступает вперед. Это интерн, который был задействован в сенаторской кампании, а теперь оказался не у дел.

- Удачи, конгрессмен, - говорит он. – Надеюсь, у Вас все сложится наилучшим образом.

- Спасибо, Тони, - говорю я. – Дай знать, если тебе понадобится рекомендательное письмо.

Один за другим люди уходят, но все они работали исключительно в рамках кампании, и все они уходят, желая мне удачи.

Когда остаются те, кто не собирается уходить, я снова смотрю на них.

- Ну что ж, пора исправлять эту дерьмовую ситуацию. На данный момент наша официальная версия такова - до полудня наш офис не дает никаких комментариев, пока не состоится пресс-конференция.

῀῀῀*῀῀῀*῀῀῀*῀῀῀

Она, скорее всего, уже знает. Она все уже знает, и, вероятно, она в ярости.

Белла, я не имею к этому никакого отношения.

Пятнадцать минут спустя по-прежнему нет ответа.

После еще пары смс, которые так и остались без ответа, я звоню Рене.

- Эдвард, – я не могу по ее тону понять, знает ли она, что происходит.

- Рене… я клянусь, я не делал этого заявления.

Она не отвечает.

- Я позабочусь обо всем, Рене. Я клянусь вам.

Она вздыхает.

- Эдвард, не допусти, чтобы моя дочь была распята подобным образом.

Я с силой зажмуриваю глаза.

- Рене, я люблю их обеих – и Элизабет, и Беллу - больше всего на свете. Она не будет распята. Я этого не допущу.

- Хорошо, - говорит она мягко, так же, как она разговаривала со мной несколько часов назад, но сейчас я слышу в ее голосе слезы.

῀῀῀*῀῀῀*῀῀῀*῀῀῀

Я тупо пялюсь в окно, опустошенный разговорами с ФБР и Спикером Палаты представителей. Когда я поворачиваюсь и смотрю в телевизор, то вижу на экране двух знакомых людей: членов Конгресса от разных партий. Они оба выглядят немного шокированными, дергаными, теребящими свои волосы и одергивающими свою одежду, как будто не совсем готовы к расспросам. Я прибавляю громкость.

«… для конгрессмена. Если он и в самом деле ничего об этом не знал, то это вызовет волну возмущения в обществе в его поддержку. Отца не удержать вдали от ребенка, тем более, что его шантажировали этой информацией».

«Давайте не упускать из вида реальную проблему: знал ли он об этом или нет, но факт остается фактом. Если у него есть шестилетняя дочь, то ребенок был зачат в то время, когда он уже был помолвлен с Таней Мартин, дочерью тогдашнего сенатора Мартина. Он взял на себя ответственность, а это значит, что, независимо от своих попыток оправдать себя в своем заявлении, порочный роман все-таки имел место».

«Он не отрицает, что был обручен в то время, когда был зачат ребенок, но тогда он не был женат. Так что здесь не стоит вопрос об интрижке, и он извинился перед своей бывшей женой и перед президентом за свое неблагоразумное поведение».

«Так что, теперь все в порядке? Вы это хотите сказать? А как это характеризует конгрессмена, если он годами врал своей жене и президенту Соединенных Штатов о том, что он может являться отцом? Тот ли он человек, которого мы хотим видеть в Сенате и, возможно, через несколько лет в Белом доме?»

«Он всего лишь человек, ради всего святого, - женщина конгрессмен на экране смеется. – Все мы совершаем ошибки, и, как говорится в его заявлении, он ничего не знал о ребенке. Он обнаружил это семьдесят два часа назад, когда получил на руки статью мисс Изабеллы Свон, планировавшуюся к публикации в журнале «ERA». Если к кому и возникают вопросы сегодня утром, так это к мисс Свон, а не к конгрессмену Каллену».


- ТВОЮ МАТЬ! – я роняю голову на стол.

«Как думаете, насколько это повредит его борьбе за сенаторское кресло?» – спрашивает кто-то за кадром.

«Честно? Я думаю, люди поговорят об этом пару дней, но он пообещал взять на себя ответственность за ребенка. Еще несколько дней назад он и не знал о ее существовании, и, что еще более важно, когда был зачат этот ребенок, он не был женат на своей теперь уже бывшей супруге. Посмотрите, он служил своей стране, в тот момент был солдатом в увольнении, вдали от страшных будней Афганистана. Можем ли мы обвинять его в том, что он всего лишь человек? По-моему, это очевидно, что истинная виновная сторона здесь – это мисс Изабелла Свон. Она все эти годы скрывала дочь, просто ждала правильного момента, чтобы ударить этим своим секретом, козырнуть им таким ужасным способом, пытаясь тем самым уничтожить имя того, кто всегда был у всех на виду из-за своей принадлежности к знаменитой и достойной семье. Я думаю, общество должно с понимаем отнестись к конгрессмену и простить ему этот опрометчивый поступок во время его солдатского увольнения много лет назад. Это мисс Свон должна будет…»

Я колочу по пульту, пока телевизор не отключается.

Тут же мой телефон начинает вибрировать. Мое сердце тревожно стучит, и вот я наконец вижу, что пришло сообщение от Беллы, но как только я его прочитываю, то начинаю думать, что лучше бы она молчала.

- Черт, - бормочу я, снова пытаясь дозвониться до нее, но она игнорирует мой звонок.

Черт возьми, Белла! Возьми трубку!

Отвали.

Я откидываю голову на подголовник и горько усмехаюсь прежде, чем отправить ей еще одно последнее сообщение.

῀῀῀*῀῀῀*῀῀῀*῀῀῀

В течение часа, а может и дольше, я раскачиваюсь, склонившись над своим столом и удерживая свою голову в руках. Я эмоционально вымотан, но мне еще так много надо сделать. Я должен закончить свою речь и…

Звонит телефон. Я беру трубку, не дожидаясь, пока определится номер звонящего, надеясь, что это наконец-то Белла.

- Белла?

- Конгрессмен Каллен, пожалуйста, оставайтесь на линии. Вам звонит Президент.

Все мое тело напрягается.

- Эдвард! – в трубке слышится неожиданно веселый голос президента Мартина.

- Президент Мартин, - отвечаю я.

- Что происходит, Эдвард? О чем я слышу из прессы все утро?

Я не сразу отвечаю. Прошли годы, но я хорошо все помню, и хотя – нет, это не его вина, что я проявил слабость, он не должен был вмешиваться. Ни тогда, ни после.

И судя по его неожиданно веселому голосу, я понимаю, что он определенно знает это.

- У меня есть дочь, господин Президент, прекрасная шестилетняя маленькая девочка.

В ответ – тишина.

- Это от… той женщины из Лондона?

Если он сам упоминает об этом, то он, должно быть, принял все соответствующие меры, чтобы об этом разговоре никто никогда не узнал.

- Это от той женщины, в которую я влюбился тогда, в Лондоне, как я и сказал Вам в тот день, когда Вы мне звонили.

Снова тишина.

- Ну что ж, если это правда, что она планировала разоблачить тебя в своей статье, здорово, что ты успел разоблачить ее раньше.

- Я не делал никаких заявлений сегодня утром, - язвительно говорю я. – Оно было сделано от моего имени.

- От твоего имени? – говорит он. – И кто же это сделал?

Я чуть ли не смеюсь в голос. Все те же, кто от моего имени объявил и о моей «помолвке».

- Мой отец, - все же отвечаю я. – Мой отец немало потрудился, чтобы последние несколько лет держать меня вдали от моей дочери. Я только начал понимать, как далеко он зашел.

- Хм, - тихо хмыкает он. – Да уж, Эдвард, досадно, что у вас с моей дочерью так ничего и не вышло, но ты теперь и сам отец, и, я уверен, ты понимаешь, на что готовы родители ради своих детей. Я уверен, что твой отец хотел, как лучше. Я вижу последствия этого утреннего заявления, и вне зависимости от того, кто его сделал, все это в итоге может сыграть тебе на руку. Мисс Свон примет поражение, как и заслуживает, ведь она держала в секрете от тебя твою дочь, и неважно, планировала ли она на самом деле разоблачить тебя с помощью своего журнала или нет. Единственное, что я хочу сейчас посоветовать тебе, это просто пустить все на самотек. Не усложняй все еще больше. Новость остывает, и, согласно последним данным, подавляющее большинство населения симпатизирует тебе: обычный человек находился вдали от своего ребенка. Просто переживи это, и все будет в порядке. У тебя есть дочь, и по-прежнему есть шанс через несколько лет занять Овальный кабинет. О чем еще можно мечтать, Эдвард? Американское общество в основной своей массе состоит из великодушных людей, способных на прощение, но всему есть предел. Я уверен, ты хорошо это знаешь. Я бы не советовал подталкивать их к этой предельной точке.

Я сдерживаюсь, чтобы не фыркнуть.

- Так вот в чем состоит Ваш совет, господин Президент? Просто пустить все на самотек, и все будет в порядке?

- Именно так. Я слышал, что ты готовишь… пресс-конференцию?

- Да.

- Помни о Наследии, Эдвард. Помни, что тебя готовили к чему-то большему, чем весь это абсурд. И помни, как дорого тебе придется заплатить, если эта история не будет адекватно воспринята обществом. Всегда помни о своем Наследии, Эдвард, и все у тебя будет замечательно.

- Не волнуйтесь, господин Президент. У меня нет намерения ставить под угрозу мое Наследие снова.

- Рад это слышать. С тобой всегда приятно поговорить, Эдвард.

῀῀῀*῀῀῀*῀῀῀*῀῀῀

В 11:45 приезжает тетя Эсме. Она выглядит подавленной.

- Эдвард, – она крепко прижимает меня к себе, – что это говорят по телевизору и по радио! Бедная Изабелла. Как она справляется со всем этим?

Я качаю головой, и оттого, что она знает меня как облупленного, это говорит ей обо всем.

- О, Эдвард. Она придет в себя. В глубине души она верит тебе.

Я фыркаю.

- Откуда ты знаешь?

- Мы разговаривали, когда она приезжала в Остер Бей. По тому, что она говорила, я могу сказать, Эдвард, что она верит тебе гораздо больше, чем себе.

В сомнении я сжимаю губы.

- А пока, - продолжает она, - что ты собираешься делать?

- Исправить это. Исправить раз и навсегда.

῀῀῀*῀῀῀*῀῀῀*῀῀῀

В 11:59 я подхожу к трибуне. Тетя Эсме идет рядом со мной, и ее близость помогает мне. Джаспер все еще работает где-то в кулуарах. Я представляю себе, что Белла идет рядом со мной, а между нами находится наша дочь. Решения, которые я принял семь лет назад, навсегда изменили всю ее жизнь. Меня накрывает внезапное чувство покоя, и оно буквально заставляет меня улыбнуться моей тете, когда та спрашивает, уверен ли я в том, что собираюсь сделать.

Уверен.

Я делаю то, что должен был сделать еще тогда – семь лет назад, но, надеюсь, и спустя семь лет все еще не поздно. Моя политическая карьера может пережить одну эту речь, а может и нет, но я точно не переживу еще семь лет без Беллы и нашей дочери.

Оператор показывает мне поднятый вверх большой палец, и камеры ослепляют мои глаза. Инстинктивно мне сразу хочется надеть на себя свою маску, но нет больше никаких масок. Я – не мой отец.

- Добрый день. Сегодня утром было опубликовано заявление…

 

 


Перевод: semol
Редакция: OVMka
Литературный редактор: mened

 



Источник: http://robsten.ru/forum/49-1609-159
Категория: Переводы фанфиков 18+ | Добавил: Maria77 (02.04.2014)
Просмотров: 3221 | Комментарии: 53 | Рейтинг: 5.0/101
Всего комментариев: 531 2 3 4 5 6 »
0
53  
  еще Танюха не проявилась по этому поводу... у нее, конечно, тоже рыло в пуху, но она уж выскажется. А ведь еще придется побороться с ней за дом

0
52  
  Карлайл просто какой-то демон озабоченный только своим Наследием  12

0
51  
  Действительно так удивительно, но и потрясающее Эдвард так вразумил своему отцу........................................... fund02002 fund02002 dance4 :dance4: А это президент................................ :giri05003:[img]../../../smiles/giri05003.gif[/img]В общем поддержка родных и любящих, уверенность то самое...................... :fund02016::fund02016: Все будет прекрасно, сейчас и далее......................   good good

50  
  Хорошо когда рядом есть такой мужчина!  good Спасибо за новую главу!

0
49  
  Спасибо за главу! good lovi06032

48  
  Молодец! Уважаю! Спасибо за очередную главу! good

47  
  Спасибки за главку!!!!! lovi06032

46  
  Спасибо за главу...за работу.)

45  
  Сильная глава! Сильный Эдвард! dance4 Который наконец-то может противостоять всем этим оголтелым политиканам. fund02016
 Спасибо за перевод. good

44  
  Мне очень понравился тот момент, где Эдвард бьёт Карлайла!:clapping:

Молодец, наконец-то отец получил по заслугам! Он совсем уже свихнулся на своём "Наследии". good
Я надеюсь, что в следующей главе Эдвард и Белла наконец-то разберутся во всём и будут вместе! kisssss:
Спасибо за главу! good
Ждём продолжения! : lovi06032

1-10 11-20 21-30 31-40 41-50 51-53
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]