Фанфики
Главная » Статьи » Переводы фанфиков 18+

Уважаемый Читатель! Материалы, обозначенные рейтингом 18+, предназначены для чтения исключительно совершеннолетними пользователями. Обращайте внимание на категорию материала, указанную в верхнем левом углу страницы.


The Best I Ever Had. Эпилог.
Эпилог


- Хэй, – здоровается со мной Роуз, когда я подхожу к её столику в углу бара. Как только я обнимаю её, она говорит: – Извини.
- За что? – спрашиваю я, но ответ становится очевиден, когда до меня доносится ужасный звук – я не решаюсь назвать это пением – и Роуз при этом недовольно морщится. Я оглядываюсь: больше чем уверен, я знаю эту девушку, стоящую на сцене и визжащую какую-то песню в микрофон. Она сексуальна – ну, красива, но у нее отличные формы, что делает её сексуальной, – и она пьяна до беспамятства.
Позже, после того как нас – её – выгнали из бара, мы медленно идем домой, потому что Белла продолжает везде спотыкаться, повиснув на Розали, которая обнимает её за плечи. В какой-то момент Белла тянется и хлопает меня по плечу.
- Да, Белла? – спрашиваю я удивленно. Пусть кто-нибудь скажет, что эта девушка не занимательна.
- Ты очень симпатичный, – говорит она мне. Выгнув бровь и уверено кивнув, она добавляет: – Нет, на самом деле, – как будто я спорю с ней, хотя не произнес при этом ни слова.
Я улыбаюсь, и наши взгляды задерживаются друг на друге на несколько секунд. Что-то в этом есть – эта небольшая искорка в её глазах, что заставляет меня ощутить легкий жар, и я не могу не задаться вопросом, как будут выглядеть её губы, если я её поцелую. Как они будут выглядеть после… не только поцелуев.
Думаю, я её тоже привлекаю… я имею в виду, она только что вдруг назвала меня симпатичным. Я встречал её лишь единожды до этого, и она была трезвой и далеко не такой наглой, хотя даже тогда довольно забавной. И Роуз, вероятно, убьет меня, но я смогу выдержать это. Мой взгляд скользит по отличной заднице Беллы к её фантастической груди и, да-а-а, думаю, это стоит нагоняя от Роуз.
Я собираюсь позаигрывать с ней в ответ, когда она говорит:
- Роуз, ты тоже. Не симпатичная... Красивая! Нет, не красивая... Прекрасная! Восхитительная! Даже твои ноздри, и те красивые.
Роуз и я обмениваемся взглядами и усмехаемся поверх её головы. Белла очень, очень пьяна.
- Спасибо, Би, – отвечает Роуз.
Белла продолжает убеждать Роуз, что все мужики – козлы, пока та беззвучно поясняет, что её надравшаяся подружка «рассталась с парнем», потому и так пьяна. А затем, к моему удивлению и восторгу, она спрашивает у Роуз, будет ли она встречаться с ней, если никто из них не найдет себе парня к 2008-му году.
- Почему к две тысячи восьмому? – уточняет Роуз.
Она пожимает плечами.
- Две тысячи восьмой, как иначе? Прибавляешь два к восьми, и это десять, а затем эти нули! – говорит она, словно это все объясняет, а затем, ускоряя шаг, практически падает на землю прежде, чем я успеваю подхватить её.
- Ладно, – говорю я, задыхаясь от смеха. Мы прошли всего два квартала за последние десять минут, и мне было необходимо отлить. Надеюсь, моя идея поможет нам ускориться. – Белла, ты можешь забраться ко мне на спину? Я дотащу тебя домой.
Она ухмыляется и с энтузиазмом кивает, и, несмотря на её опьянение или, может быть, благодаря ему, это выглядит так чертовски мило… Я подхожу к ней, присаживаясь на корточки так, чтобы ей не пришлось прыгать высоко. Требуется три попытки, но, наконец, она запрыгивает. Я обхватываю руками её бедра и подталкиваю немного повыше, так, что она оказывается сидящей на моей спине, взвизгнув при этом.
Мы идем домой обычным шагом, а затем немного быстрее, когда она обнимает меня за талию ногами, что отчасти сексуально – особенно когда она шепчет «Ты реально симпатичный» – за исключением того, что она нестерпимо давит на мой мочевой пузырь.
- Белла, – протяжно произносит моя сестра, – прекрати флиртовать с Эдвардом.
Вместо того, чтобы смутиться, она отвечает с издевкой:
- Как будто я этого хочу, Роуз. Он твой брат! Я даже не знаю его…
И это правда; кроме того, что она соседка моей сестры и её подруга, она – просто девушка, с которой, думаю, у меня был пьяный забавный случай.
Кто мог знать, что она станет тобой?

 

 

 

—|—


Ты тянешь прядь моих волос, что довольно трудно из-за того, насколько они короткие, а затем грубо поворачиваешь мою голову в сторону, чтобы тебе было удобно все осмотреть. Затем делаешь то же с другой стороны.
- Слишком коротко, ведь так? – жалуюсь я. – Я просил парикмахера подстричь на «тройке», но он, должно быть, поставил «двойку», а возможно, и «единицу»…
Ты все еще с любопытством осматриваешь мою голову, отвечая:
- Понятия не имею, что все это значит.
- Когда парикмахер стрижет твои волосы, это означает насадку на машинке для стрижки – как коротко стричь их. Единица – самая коро...
- Мне, действительно, все равно, – говоришь ты, вставая и наклоняясь надо мной так, чтобы разглядеть мою макушку. Я собираюсь возразить, но ты пихаешь мою голову аккурат в вырез своего декольте, поэтому я просто… наслаждаюсь несколько мгновений. – От этого твоя голова стала выглядеть меньше, – заключаешь ты, усаживаясь обратно.
- Правда? – черт, так и знал. Я выгляжу как болван. – И от этого мой подбородок выглядит большим. Словно я проснулся Джеем Лено.
- Ты проснулся с Джеем Лено? Что Таня скажет на это? – дразнишь ты и заставляешь меня рассмеяться.
- Ты знаешь, что я имею в виду, – говорю я. – Они выглядят ужасно.
Ты закатываешь глаза.
- Ты такая девчонка! Они отрастут через пару недель, и даже если не так, ты выглядишь отлично.
Я ухмыляюсь.
- Я симпатичный? – растягиваю я слово.
Ты смотришь на меня, не моргая.
- Почему ты спрашиваешь меня об этом?
- Потому что однажды ты назвала меня симпатичным.
- Да?
- Аха, припомни, когда ты была в колледже, – я не уточняю, что в ту ночь ты рассталась со своим парнем.
- Я была пьяна? – спрашиваешь ты с сарказмом, но смеешься, когда я подтверждаю, что да, ты была пьяна. – Что ж, сохрани это воспоминание, потому как это не произойдет снова, – добавляешь ты, а я усмехаюсь.
- Где все?
Ты театрально окидываешь взглядом кафе.
- Не здесь.
- Спасибо, гений. Я просто имел в виду, ты знаешь, где все? Что делают Роуз и Эм?
Ты пожимаешь плечами.
- Друг друга.
Это вызывает у меня стон:
- Это было лишним.
- Ты прав. Прости, – говоришь ты.
- Загладь свою вину передо мной.
Ты прищуриваешь глаза.
- Как?
- Приходи ко мне с Джаспером во вторник смотреть документальный фильм.
Ты фыркаешь:
- Тот о песчинках пыли? Ни за что.
Я возражаю:
- Он о песчаной буре.
- Не важно. Все еще не иду.
- Хорошо, тогда скажи мне, что я симпатичный. Тебе выбирать.
Ты закатываешь глаза… раза три, раздраженно вздыхая, прежде чем пробормотать:
- Эдвард, ты симпатичный, – тон, которым ты произносишь это, звучит так, словно ты делаешь что-то действительно болезненное.
В тот же вечер приходит Таня. Она очень мне нравится. Мы находимся на той стадии между случайным и серьезным, и я на самом деле не знаю, к чему это приведет, но она забавная.
Ей нравится эта стрижка.
- Правда? – спрашиваю я скептически. Я хочу сказать про мой подбородок, но просто не могу произнести этого при ней. Это будет слишком странно.
Она кивает:
- Мне правда нравится. Это такая аккуратная стрижка. С ней ты такой… симпатичный!
Она не понимает, почему я начинаю смеяться.

 

 

—|—


Что-то происходит. Я могу сказать это по тому, как ты бормочешь, будь это хорошее или плохое. Мне очень, очень нужно, чтобы это было хорошее. Ты и я… мы не делаем ничего плохого, но тогда, когда я как раз начинаю чувствовать, что, наконец, смог заполучить тебя, ты выкручиваешься и уклоняешься, и я цепляюсь за воздух.
Мне кажется, что сейчас один из таких моментов – звучит немного более разочаровывающе, чем я имею это в виду, – и я делаю тебе замечание. Осознав это и смягчив тон, я спрашиваю снова:
- Что ты натворила?
Ты глубоко вздыхаешь и отвечаешь:
- Я сказала Анджеле и Кармен, что ты мой парень.
Это… неожиданно. Я немного дразню тебя, а затем еще больше, потому что с тобой это так легко и так забавно, но все, о чем я могу думать, что ты – моя. Наконец-то.
И это «наконец-то» совершенно необоснованно, потому как прошло всего дней десять, как я осознал, что вообще хочу тебя, и все же… Думаю, чтобы это понять, достаточно и одного дня, но даже если ты будешь со мной каждый день, этого никогда не будет достаточно.
Это чертовски убивает – мы, наконец-то, вместе, а ты за три тысячи миль от меня. Но ты не позволяешь мне зацикливаться на этом, болтая о всяких глупостях, как например, правила или Snuggies, или разрыв отношений, и это… что за черт!… превращает тебя в настоящую зануду.
А затем ты просишь меня остаться твоим лучшим другом.
И прямо в этот момент меня посещает эта бредовая мысль… не могу поверить, что даже подумал об этом, и это пугает меня, немного… очень, на самом деле. Я что-то говорю тебе в ответ, и это заставляет тебя улыбнуться мне так, что все мои мысли теперь только этим и заняты, пока я судорожно не отталкиваю их от себя. И я никогда не скажу тебе об этом и за миллион лет… только если в действительности не проболтаюсь раз десять или больше… но это тот первый раз, когда я задумался о том, чтобы жениться на тебе.

 

 

—|—


- Эдвард! – визжишь ты из ванной комнаты.
Даже если бы мы не были друзьями много лет, мы встречаемся достаточно долго для того, чтобы я знал, что когда это что-то важное, ты становишься очень тихой, а твои глаза – реально огромными и напуганными. Так что, это просто твой утренний мандраж.
Я заправляю рубашку, оставляя галстук болтаться развязанным вокруг шеи, и захожу в ванную. Ты стоишь там лишь в моих боксерах… совершенно топлесс. Я одобряю.
- Новый образ? – спрашиваю я. – Мне нравится.
Ты закатываешь глаза и приподнимаешь руками свою грудь, но не так чертовски сексуально как, когда мы занимаемся сексом. Ты приподнимаешь их и позволяешь опасть, от чего они немного покачиваются. Ты повторяешь это движение с одной, затем с двумя одновременно. Я сажусь на край ванны, гадая, настанет ли когда-нибудь тот день, когда глупые странные вещи, что ты делаешь, перестанут меня развлекать.
Ты поворачиваешься ко мне.
- Они отвисли? – спрашиваешь ты.
Я фыркаю:
- Твоя грудь? Совсем нет.
Ты кривишь рот на один бок, пока пристально осматриваешь их.
- Думаю, они обвисли. Словно, год назад, они были вот здесь, – и ты демонстрируешь, поднимая их почти к своему лицу, что, после сегодняшнего утра, делает меня твердым, – а теперь… – ты опускаешь их, и они занимают свое место. Я не очень понимаю, о чем ты говоришь. Грудь как грудь, за исключением того, что она твоя, а это значит, она идеальна.
- Белла, они именно там, где были всегда.
Ты качаешь головой и поворачиваешься обратно к зеркалу, а я начинаю завязывать свой галстук.
- Нет-нет, – ты подходишь ко мне и заставляешь меня остановиться, хватаясь за концы галстука. – Думаю, ты просто успокаиваешь меня.
Я закатываю глаза.
- На самом деле, нет. Ты знаешь, как сильно я люблю твою грудь. Честно слово, я хочу делать с ней все те же грязные штучки, что хотел и прежде.
Ты приподнимаешь мой подбородок, когда делаешь петлю на галстуке, а я снова смотрю на тебя, и ты улыбаешься.
- Правда?
- Клянусь.
- О’кей, – как только ты затягиваешь узел, ты притягиваешь меня за галстук вниз, чтобы поцеловать.
- Хорошо, я лучше пойду, прежде чем опоздаю, – говорю я, касаясь твоих губ, не желая делать что-то кроме этого.
- Не забудь позвонить Гарретту, если только не хочешь, чтобы это сделала я. Кейт сегодня идет на прием. Они, вероятно, уточнят дату родов позже на этой неделе, – напоминаешь мне ты. Ты снова целуешь меня, затем отодвигаешься и снимаешь боксеры, когда входишь в душ. Теперь я действительно не хочу уходить, но ты выкрикиваешь: – Хорошего дня!
Выходя из ванной, я отвечаю:
- Пока. Люблю тебя.
- Я тоже люблю тебя.
И только тогда, когда я уже за дверью, я понимаю, что это был первый раз, когда мы сказали это друг другу.
Ты выглядываешь из душа, твои волосы уже мокрые, и ты щуришься, потому что шампунь стекает по твоему лицу. Ты не говоришь ни слова, просто ухмыляешься мне. Я ухмыляюсь в ответ и иду к тебе, чтобы подарить долгий, немного хлюпающий, поскольку твои губы влажные, поцелуй, а затем ухожу на работу.
Когда ты позже звонишь мне, ты заканчиваешь разговор словами «Я люблю тебя», и это именно так – мы влюблены.
Это так же легко, как и все остальное, когда я с тобой.

 

 

—|—


- Эдвард… – стонешь ты, толкая свои бедра навстречу мне. Это так хорошо, когда ты двигаешься подо мной, потому что я был тверд, ох… последние минут тридцать или дольше, но я все еще продолжаю выполнять задание – медленно сводить тебя с ума, пока я ласкаю губами твои груди, не касаясь тебя где-то еще. Мы вернемся к сексу… мы определенно вернемся к сексу, но прямо сейчас так забавно проделывать все это с тобой, слышать, как ты практически умоляешь меня.
- Как там было в той поэме, что я написал тебе? О твоей груди? – спрашиваю я, и ты смеешься, несмотря на определенное разочарование из-за моего бездействия.
- Твоя эротическая поэма?
- Да-да, эта. Как же она начиналась... – я быстро целую тебя. – Эта грудь… – целую твою шею, – …лучше всех… – между грудей, – Что-то там про поиски… – я скольжу ниже, слегка покусывая чуть ниже твоего пупка, отчего ты извиваешься. – Я не шучу… – я прокладываю дорожку поцелуев по твоим ребрам, – Бла-бла-бла... – я смыкаю губы на твоем соске, и тот звук, что ты издаешь – потрясающий. – Не найти мне покой.
Я думал, что знал тебя раньше, но то, что я знаю о тебе теперь – это потрясающе. Я знаю, что тебе нравится, когда я щелкаю своим языком по твоему соску больше, чем когда посасываю его; что «собачий стиль» ты ненавидишь в основном из-за названия, но, напротив, любишь «наездницу»; что ты стонешь, когда тебе хорошо, но сжимаешь плотно глаза и безмолвно приоткрываешь рот, когда очень хорошо. Я потерял счет тому, сколько раз я доставил тебе удовольствие, и знаю, как сделать это миллионами способов, но сегодня я хочу найти миллион первый, и миллион второй, и третий, и четвертый…
Я бросаю дразнить тебя и начинаю искать.

 

 

—|—


Мы прогуливаемся по улице фантастическим осенним днем, когда я чувствую, как кто-то тянет меня за брюки. Я смотрю вниз, а там ребенок, эта маленькая штучка с косичками, и её огромные карие глаза занимают половину личика.
- Привет, – отвечаю я. Я мельком бросаю взгляд на тебя: ты наблюдаешь за мной очень пристально. Я чувствую, словно прохожу какой-то тест, или что-то такое.
Ребенок что-то отвечает, но она говорит так тихо, а я слишком высокий, чтобы расслышать это. Я присаживаюсь на корточки, и даже тогда я все еще выше, чем она. Я немного смущаюсь от того, насколько она мала.
Она и её сестра – её ходячая копия, которая в нескольких ярдах от нас сладко щебечет о чем-то с каким-то другим простофилей, тем самым впаривая ему лимонад; это так смешно и странно, что даже если бы эта маленькая штучка не была лучшим продавцом из-за своей крошечности, я купил бы что-нибудь в любом случае.
Я купил два стакана, и, когда мы продолжили путь, ребенок прокричал нам вслед:
- Спасибо, сэр!
Я смеюсь над тем, как она назвала меня «сэр», и, обернувшись, отвечаю:
- Спасибо, мисс!
Она не сдается:
- Хорошего вам дня!
Ты выгибаешь бровь и улыбаешься мне.
- Думаю, у тебя появилась маленькая поклонница.
Я собираюсь пожать плечами и ответить, когда эта маленькая девочка снова кричит:
- И вашей жене тоже!
И у тебя появляется этот олений взгляд в свете вспыхнувших фар, и это настолько комично, что я начинаю смеяться.
- Замолчи, – бормочешь ты, но я притягиваю тебя к себе, обвивая руками, и целую в висок, продолжая нашу прогулку.
- Я думал, что излечил тебя от этих фобий обязательств.
Ты улыбаешься, а затем хмуришься.
- Это просто из-за послужного списка моей матери… брак не кажется мне чем-то великим. Или, может быть, брак это нормально, а вот развод – проблема, – ты произносишь эти слова осторожно, размеренно, а затем быстро добавляешь: – Но у нас все хорошо.
Я смеюсь:
- Спасибо, что сообщила мне об этом.
- Я просто… Я не хотела, чтобы ты почувствовал себя как-то неправильно, – говоришь ты, и я усмехаюсь.
- Ты ничего такого не сделала. И я обещаю: я не стану разводиться с тобой, – отвечаю я.
Ты выразительно приподнимаешь одну бровь.
- Ты, должно быть, действительно упрям, чтобы говорить со мной о браке после того, что я только что сказала, – твой взгляд дразнит, и на лице расплывается улыбка. Я люблю тебя.
- Притормози на этом, Белла. Давай не будем бежать впереди паровоза, – говорю я. – Я никогда не говорил, что женюсь на тебе… лишь то, что никогда не разведусь.
И я вижу это в твоей улыбке, твоем румянце, в том, как резко ты меняешь тему и начинаешь трещать без умолку о чем-то нелепом, как… масло – масло?? – не давая вставить мне и слова.
Ты хочешь выйти за меня замуж.
Может быть, не сегодня, может быть, даже нескоро, но ты хочешь. Ты хочешь выйти за меня замуж.
Ты замолкаешь и смотришь на меня, прищурившись.
- Что?
- Что?
- Ты ухмыляешься этой ухмылкой, – говоришь ты.
- Что за ухмылка? – я точно знаю, что это за ухмылка.
- Та, когда у тебя спрятано что-то в рукаве, – говоришь ты. И я обожаю то, что ты знаешь, какая именно это ухмылка.
Я пытаюсь отвертеться и отвечаю:
- У меня нет ничего в рукаве. Кроме моего сердца, потому что именно там я его и ношу.
Ты закатываешь глаза, но ничего не говоришь, потому что, шутки в сторону… Дьявол, к черту мужское самолюбие! Я отдал большую его часть в тот день, когда стал гоняться за тобой – с тех пор это отчасти является правдой.
Я ношу свое сердце в своем рукаве для тебя. Может быть, ты будешь носить свое на пальце левой руки для меня?

 

 

—|—


Внезапно я просыпаюсь, чувствуя себя так, словно мне на грудь уронили что-то оооочень тяжелое. Я открываю глаза, и вот она ты.
- Привет, – улыбаясь, говоришь ты.
- Привет, – я все еще сонный, а ты сидишь прямо на мне, и от этого мне трудно дышать. Я делаю глубокий вдох, но лишь на половину, когда ты наклоняешься и целуешь меня. Это будит меня окончательно и заставляет задыхаться, но совершенно не по той причине, о которой ты сейчас думаешь.
- Привет, – говоришь ты снова, и у тебя все еще эта тупейшая ухмылка. Ты пьяна.
- Как прошел твой вечер с Роуз и Элис? – спрашиваю я, улыбаясь – больше из-за тебя, чем с тобой.
Ты пожимаешь плечами.
- Нормально, – но твоя ухмылка говорит о другом. Ты повеселилась, мы оба знаем, что ты повеселилась. – Мы провели большую часть времени, обсуждая наших парней. Как прошел твой вечер с Эмметом и Джаспером?
Я улыбаюсь.
- Мы провели большую часть времени, не обсуждая наших девушек.
Ты пытаешься дуться на меня, и вот теперь я точно знаю, что ты определенно пьяна – в таком состоянии ты не просто дуешься, ты хнычешь или грозишь мне, чтобы я дал тебе то, чего ты хочешь.
- Я соскучилась по тебе, – говоришь ты и наклоняешься ко мне. Ты проталкиваешь свой язык в мой рот несколько настойчиво и чуть ли не насильно, но я все равно целую тебя в ответ. – Все, о чем я могла думать, было это…
Ты вдавливаешь свои бедра в то, что, вероятно, считаешь моими бедрами, но на самом деле это мои ребра, которые, сжимаясь, выбивают из меня остатки воздуха. Я кладу руки на твои бедра и смещаю немного ниже, смеясь.
- Ты всегда такая похотливая, когда пьяна.
Ты садишься, и какое-то мгновенье я думаю, что действительно обидел тебя. Но затем ты улыбаешься.
- Да, я такая. Но сделай мне одолжение?
- Какое?
Ты наклоняешься, и когда твои губы всего в нескольких миллиметрах от моих, ты говоришь:
- Угоди мне в любом случае?
Я улыбаюсь и сажусь, чтобы снять твою блузку. Хотел бы я сказать, что перспектива секса – это то, что мотивирует меня… и по большей части, это так… но правда в том, что я никогда не мог отказать тебе. Не собираюсь начинать и сейчас.

 

 

—|—


Я просыпаюсь утром и вижу, что ты встала раньше меня, а такое происходит крайне редко. Ты возишься с чем-то в шкафу, напевая популярную пару лет назад песенку, которую я смутно узнаю. Через каждые пару минут ты останавливаешься и вытягиваешь свою левую руку, перебирая пальцами и ухмыляясь, прежде чем вернуться к тому… чем бы ты там ни занималась.
Ты перемещаешься по комнате, складывая одежду, которую мы разбросали прошлым вечером в разгаре. Ты напеваешь чуть громче и покачиваешь бедрами из стороны в сторону, и клянусь, я употреблял слово «мило» за все эти годы, что мы встречались, чаще, чем должен обычный человек, но это именно то, какая ты есть. Как это может быть не мило?
Ты трясешь своей попкой с особым удовольствием, и становится очевидно, что это твоя любимая часть песни – что-то про «надень на него кольцо», что очень смешно и очень точно. Я просто завожу руки за голову и наблюдаю за тобой – ты лучше любого ТВ-шоу или фильма. Твои груди подпрыгивают, и я могу точно сказать, что ты не надела лифчик. Думаю, нам необходимо вернуть «Воскресные топлесс».
Твой взгляд скользит по мне, и ты замечаешь, что я наблюдаю за тобой; может быть, пару лет назад, ты остановилась бы и засмущалась. Но сейчас, ты просто начинаешь петь громче и направляешься к кровати, совершая странные, неестественные движения, от которых выглядишь так, словно идешь на лыжах, или что-то типа того.
- Что, черт возьми, ты делаешь? – спрашиваю я.
Ты смеешься:
- Этот танец исполняла Бейонсе в своем клипе, – и ты возвращаешься к пению, набросившись на меня. Ты целуешь меня везде – в губы, щеки, за ухом, в ухо, отчего получается этот ужасный звук, и я отшатываюсь, а ты начинаешь смеяться. – Я тут подумала… – говоришь ты.
- Это хорошо: что-то новое и интересное для тебя, – дразню тебя я, и в ответ ты закатываешь глаза. День, когда мы прекратим делать это, будет днем, когда мы больше не будем нами.
- Замолчи. Я тут подумала, и я на самом деле была бы счастлива, если бы ты сделал это для меня, – ты улыбаешься, но твой голос серьезен, поэтому я заправляю прядь твоих волос за ухо и спрашиваю, что же это. – Это касается фамилии и действительно для меня важно, – начинаешь ты, беря мою руку и переплетая наши пальцы.
Я киваю. В смысле, мне понравилось бы, если бы ты носила мою фамилию, когда мы поженимся, но я не понимаю, почему ты не хочешь этого.
- О’кей, это нормально. Ты не обязана брать мою фамилию.
- Я имею в виду… о’кей, да… Но то, что мне бы на самом деле понравилось, это… – ты колеблешься.
- Что? – ты должна знать, что я готов практически на все ради тебя. А если ты не хочешь, я не сделаю этого вовсе.
- Мне бы очень понравилось, если бы… ты взял мою фамилию.
Что?
- Что?
- Ага. Эдвард Свон – хорошо звучит.
О’кей, посмотрим: я говорил, что готов практически на все ради своей девушки. Это то, что делает настоящий мужчина, по моему мнению. Но есть некоторые вещи, когда ты перестаешь чувствовать себя мужиком, даже если это не так, и мне становится плохо… Я имею в виду, я знаю, тебе понравилось бы носить мою фамилию, и поэтому это как бы чертовски отстойно – не взять твою фамилию. Но в то же время, я очень, очень не хочу быть мистером Эдвардом Свон.
Я пытаюсь придумать, как сказать тебе об этом, не обидев и не разрушив все, когда поднимаю на тебя взгляд и вижу выражение твоего лица. Ты сжимаешь губы, пытаясь сдержать ухмылку – ту ухмылку, которой, я больше чем уверен, ты научилась у меня – и абсолютно точно: ты дразнишь меня. Ты – хитрая, замечательная штучка.
Ты взрываешься смехом:
- Хотела бы я, чтобы ты увидел свое лицо прямо сейчас! – хрипишь ты, практически задыхаясь от того, как сильно хохочешь.
Я переворачиваю нас так, что теперь я сверху и могу чувствовать, как твой живот поднимается и опускается подо мной, пока ты продолжаешь смеяться. Несколько мгновений спустя, ты пытаешься успокоиться, но это приводит к тому, что ты только несколько раз хрюкаешь, и это заставляет теперь и меня смеяться вместе с тобой, и, думаю, не может быть ничего лучше, чем провести мою жизнь именно так.
Ничего больше и ничего меньше, чем самое лучшее: ты.

 

 


Конец

 



Источник: http://robsten.ru/forum/19-1049-37#779478
Категория: Переводы фанфиков 18+ | Добавил: DashaZh (16.10.2012) | Автор: DashaZh
Просмотров: 4651 | Комментарии: 60 | Рейтинг: 5.0/80
Всего комментариев: 601 2 3 4 5 6 »
0
60  
  сплошная болтовня.

0
59  
  Дружба и любовь идут рука об руку

0
58  
  Спасибо за прекрасную и весёлую историю! good giri05003 1_012

0
57  
  Спасибо большое! Сплошное удовольствие было читать эту историю)))

0
56  
  "Я никогда не говорил, что женюсь на тебе… лишь то, что никогда не разведусь." - Круто. lovi06032
Чудесно. Спасибо за перевод

1
55  
  good good good Такое удовольствие было прочитать историю . Спасибо огромное за перевод .

1
54  
  Спасибо  за чудесную и прекрасную историю, которую прочла с огромным удовольствием не  отрываясь. lovi06032

53  
  Спасибо,спасибо,спасибо!!!

52  
  Семь лет дружбы позволили им понимать друг друга без слов))фрагменты от лица Эдварда просто бесподобны hang1 Печалька что Эдвард так и не увидел табличку Беллы в аэропорту fund02002 Благодарю за такую замечательную историю))))Жаль что она так быстро заканчивается...

51  
  Спасибо огромное за перевод этой истории!
Это чертовски восхитительная, милая, трогательная и смешная история любви!
СПАСИБО!!! good

1-10 11-20 21-30 31-40 41-50 51-59
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]