Фанфики
Главная » Статьи » Фанфики по Сумеречной саге "Все люди"

Уважаемый Читатель! Материалы, обозначенные рейтингом 18+, предназначены для чтения исключительно совершеннолетними пользователями. Обращайте внимание на категорию материала, указанную в верхнем левом углу страницы.


Журавлик - гордая птица. Глава 19. С Новым годом!

 

Всегда с тобой и в радости, и в горе,
И в бодрости, и в колыбели снов,
И в лета тёплом солнечном просторе,
И в белой дымке зимних вечеров.

Всегда с тобой в осеннюю прохладу
И под весенней первою грозой.
Смеяться, плакать, жить с тобою рядом,
Ходить с тобою по земле одной…

Все вместе проведённые минуты
Благословлять и в прозе, и в стихах.
В объятьях крепких просыпаться утром
И ночью засыпать в твоих руках…

Всегда с тобой, в спокойствии, в тревоге
По воле звёзд, в согласии с судьбой.
На узкой тропке, на большой дороге…
Не важно, как и где – всегда с тобой!

        Эдвард вёл машину, направляясь к дому Евгении. Белла сидела на пассажирском сиденье, прижимая к себе небольшую переноску, внутри которой находился щенок.  Сегодня, в ночь с 31 декабря на 1 января этот маленький неугомонный комочек должен был стать подарком для Алекса. Предполагалось, что щенок должен был попасть к Белле немного позже. Но, зная, что мальчик будет безумно рад такому сюрпризу на Новый год, она созвонилась с прежними хозяевами. Те,  быстро вникнув в ситуацию, без особых проблем пошли на уступки, передав алиментного щенка в руки Изабеллы на неделю раньше срока. И теперь он ехал с ними в машине, чтобы стать полноправным членом маленькой семьи Эммета. 
        Дети на заднем сиденье негромко переговаривались между собой, споря, кто будет дарить малыша. Белла с Эдвардом поначалу просто переглядывались, предоставив Ане и Саше возможность самим разобраться в этом вопросе. Но когда тихая перепалка стала превращаться в грандиозное выяснение отношений, Каллен решил вмешаться:
- Стоп – стоп, - спокойным, но твёрдым тоном прервал он их громкие возмущённые возгласы. – Переноска довольно тяжёлая, и если кто-то из вас понесёт её в одиночку, она может выскользнуть из рук и упасть. Вы же не хотите напугать щенка?
- Не-а, - пискнула Аня и виновато шмыгнула носом.
- Значит, вы поздравите Алекса вместе. Будете держать переноску вдвоём. Идёт? - предложил Эдвард, посмотрев на детей в зеркало заднего вида у себя над головой.
- Идёт, - нехотя согласился Саша, тяжело вздохнув.
- Значит, ничья? – хохотнул Каллен, забавляясь над недовольным выражением детских мордашек.
- Угу, - пробурчали они одновременно.
- Я не расслышал, –  мужчина хитро улыбнулся.
- Да, папочка, - Аня быстро закивала головой и, повернувшись к брату, показала ему язык.
Белла протянула руку и легонько погладила колено будущего мужа, благодаря его за помощь. Он, оторвав от руля одну руку, накрыл ей кисть Изабеллы и большим пальцем стал выводить на её коже  успокоительные круги. До конца пути и Эдвард, и Белла не произнесли ни слова, но их соединённые ладони так и остались лежать на колене мужчины. 
         Женька открыла дверь с радостными воплями, впуская в квартиру всё семейство. Эммета и Алекса ещё не было. Белла отдала детям переноску с животным и получила в ответ обещание позаботиться о щенке до прибытия Алекса. Брат с сестрой исчезли в одной из комнат, потому что Аня пришла к выводу, что их с Сашей подопечный устал и ему нужен отдых. Пользуясь моментом, Каллен взял одну из тех сумок, что они привезли с собой. Всю дорогу она была наглухо закрыта и лежала в багажнике его автомобиля, потому что там находились подарки, которые они вместе Изабеллой купили для сына и дочери. Учитывая неугомонный характер Ани, им стоило больших трудов до самого праздника прятать их так, чтобы они не попались на глаза тем, кому предназначались. Пока Белла  расставляла на праздничном столе те блюда, которые привезла с собой, приготовив их дома, Эдвард быстро разложил обёрнутые красочной бумагой свёртки под большой ёлкой в гостиной. Чтобы до нужного момента они не бросались в глаза, он накрыл гору свёртков пледом, до сего момента сиротливо свисавшим с уголка дивана.  Закончив со своей почётной миссией, Каллен подошёл ближе к столу в центре гостиной и удивлённо присвистнул. Создавалось впечатление, что Белла с Женькой решили превзойти сами себя, наготовив столько, что можно было накормить целую армию гостей. В комнату с корзинкой хлеба в руках впорхнула Дубова. Она уже успела переодеться, сменив домашние шорты и майку на нарядное платье и лодочки на высоких каблуках. Заметив, что Каллен удивлённо разглядывает накрытый к празднику стол, Женя  усмехнулась.
- Новый год по-русски, Эдвард. Оливье, селёдка под шубой и прочие традиционные прелести сегодня присутствуют. Между прочим, большую часть этих вкусняшек готовила твоя ненаглядная. Я, кстати, слышала, некоторым иностранцам нравятся не все русские блюда. Готов к экспериментам?
- Ты забыла, что моя бабушка была русской? – ответил Каллен. – Энни, упокой Господь её душу, часто бывала в русских ресторанах  и меня брала за компанию. Так что я имею представление обо всём этом. К тому же, Эммет сметёт всё, что на любом языке мира обозначается словом «еда».
- Да? – удивилась Женька. – Знаете, одна моя знакомая вышла замуж за американца. Когда она, желая удивить его родственников на одном большом семейном ужине, приготовила селёдку под шубой, половина гостей посмотрели на неё, как на умалишённую. Их сильно удивило, что в одном блюде сочетаются майонез, солёная рыба и варёные овощи. 
- Ой, - отмахнулся от неё Эдвард, - не пугай. Я и не такое пробовал.
Белла, всё это время молча наблюдавшая за их  шутливой перепалкой, не выдержала и тихо рассмеялась.  Закончив с сервировкой, она устало опустилась на диван и расслабленно выдохнула.
- Устала? – обеспокоенно спросил Каллен. – Ты сегодня полдня на кухне провела. 
- Нет, всё хорошо, - она замотала головой. – Мне это было только в радость. Отвлекает, знаешь ли, от лишних тревожных мыслей.
- Эй, - нежно окликнул её Эдвард, сев рядом. – Не надо, не думай о плохом. Я же сказал тебе, всё будет хорошо. Сказал?
- Сказал, - подтвердила Изабелла, словно под гипнозом, утопая в глазах цвета летней травы и мгновенно расслабляясь.
- Помни об этом, - Каллен коснулся губами кончика её носа, потом оставил лёгкий поцелуй на губах.
- Беленький, ты отдохни, - засуетилась Женька, - а мы со всем сами справимся. 
Эдвард, пойдём, принесём из кухни ещё стулья.
Евгения многозначительно посмотрела на жениха подруги. Женя привела его на кухню и вручила ему стул, попросив:
- Подожди.
Она протянула Эдварду маленькую прямоугольную карточку, при ближайшем рассмотрении оказавшуюся визиткой.
- Здесь координаты Никиты. Вчера я говорила с ним. Его сейчас нет в городе, но послезавтра он готов встретиться с тобой, - тихо затараторила Дубова, косясь в сторону гостиной, где осталась перевести дух Изабелла. – Прошу, Белле не говори об этом хотя бы сегодня. Пусть передохнёт немного. 
- Женя…
- Скажешь, конечно, скажешь, - перебила его Евгения, кивнув. – Но не сегодня, прошу. Я же вижу, что с ней творится. Вроде радуется, суетится, а глаза, как у загнанного в ловушку оленёнка. Помоги ей хоть на одну ночь забыть об этом уроде, её бывшем муже. Сделай так, чтобы ей было хорошо!
Эдвард кивнул, с трудом сглотнув огромный ком, застрявший в горле. Он понимал, что Женя права. В последние дни Белла была сама не своя. Несколько раз он заставал её в спальне,  в одиночестве сидевшей на кровати и уставившейся в пространство рассеянным взглядом. Несколько минут спустя она приходила в себя, чтобы тут же кинуться в его объятия и вцепиться в него мёртвой хваткой, дрожа, словно от лютого холода. При детях Изабелла старалась держать себя в руках, но это не всегда ей удавалось. И тогда она сгребала Аню с Сашей в охапку и неистово прижимала к себе, то торопливо целуя их макушки, то зарываясь лицом в мягкие детские волосы. Первый раз став свидетелем такой сцены, Каллен сильно растерялся. Стыдно было это признавать, но на какую-то секунду он даже почувствовал себя лишним. Но эта секунда прошла, а вместе с ней испарилось и ощущение собственной ненужности. И тогда он сделал единственное, что пришло на ум: подлетел к Изабелле и детям и сграбастал всех троих в объятия, желая укрыть от всего мира. Сколько раз такое происходило в течение нескольких дней, Эдвард не считал. Он просто был рядом, просто обнимал, даря своей новой семье защиту. Аня хихикала, видя в этом родительскую заботу и принимая всё как должное. А Саша… Саша просто молчал, уткнувшись носом матери в живот и прижимаясь спиной к отцу…
         Звук дверного звонка вывел Каллена из оцепенения.  Женька мгновенно испарилась с кухни, помчавшись в прихожую. Очень скоро оттуда послышалось смущённое бормотание Эммета и радостный голосок Алекса. Аня с Сашей, покинув комнату, где находились всё это время, вышли им навстречу. У обоих на лицах сверкали улыбки от уха до уха. Они, как ни странно, молчали, обмениваясь  друг с другом загадочными взглядами. Аня, взяв Алекса за руку, отвела его в гостиную. С важным видом усадив его на стул, она попросила подождать и куда-то удалилась. Мальчик, заинтригованный необычным поведением своей подружки по играм, ждал продолжения. Эммет, присев рядом с сыном, с интересом наблюдал за этой сценой. 
- Что они задумали? – спросил он у Беллы. Та лишь закатила глаза и засмеялась.
- Терпение, Эм, - остановил его Эдвард.
Как только он произнёс это, за дверью послышалась странная возня, а затем в дверях появились Аня и Саня, держа в руках переноску. 
- Упс, - выдал Эммет.
Тем временем дети опустили переноску на пол, и Саша открыл маленькую крышку – клапан на корпусе. Наружу, зевая и потягиваясь, медленно вышел упитанный щенок. Его шерсть была белоснежной от головы до кончика хвоста. И только на мордочке блестели три тёмных точки: глаза и нос. На нём был крошечный ошейник, на котором болтался маленький синий бантик, заботливо привязанный Аней.
          Из груди Алекса вырвался восторженный вздох. Он сполз со стула на пол, сев на колени, и протянул руки к щенку. Тот завилял хвостом, и, переваливаясь с боку на бок, пошёл прямо к мальчику. Белла присела рядом, чтобы показать, как правильно держать малыша.  Осторожно подняв щенка, Алекс бережно прижал его к себе. С восхищением смотря в щенячьи глазки-пуговки, он пролепетал:
- Вайт… Ты – Вайт, потому что ты весь белый.
Вайт тут же облизал лицо своего маленького хозяина, тоненько тявкнув. Алекс счастливо захихикал,  легонько чмокнув щенка в нос.
- О! Он согласен! – прокомментировал Эммет с восторгом.
Вручив здоровяку большой пакет с кормом, мисочками и игрушками для щенка, Белла подробно проинструктировала его, как ухаживать за животным. Тот слушал, согласно кивал, но у Беллы почему-то создалось впечатление, что половину того, что она рассказывала, Эммет пропустил мимо ушей. Он был слишком занят разглядыванием хозяйки квартиры, которая стояла рядом с его сыном и с поистине детским восторгом перебирала мягкую шёрстку Вайта. Изабелла могла поклясться, что увиденное ему очень нравилось. Не выдержав, она несильно стукнула Эма по руке, привлекая к себе его внимание.
- Ты меня слушаешь или нет? – уточнила она, с трудом сдерживая смех.
- А?  - Эммет встрепенулся и виновато посмотрел на Беллу. – Прости, я немного отвлёкся.
- О да! Я это заметила! – из груди Журавлёвой вырвался смешок, а потом её лицо вытянулось от удивления, потому что старший из братьев Каллен… сильно покраснел. 
Эммет покраснел?! Белла не верила своим глазам. Она смущённо кашлянула и, недоверчиво  покачала головой. Она оставила Эммета в покое, решив отложить лекцию по уходу за щенком на то время, когда мужчина будет в состоянии её выслушать.
        Женя вдруг подняла голову и взглянула прямо на Эммета. Он же, вопреки сложившейся традиции, и не думал отводить глаза. Женя словно оцепенела, удивлённая неожиданной переменой в поведении мужчины. Но тут щенок на руках у Алекса снова громко тявкнул, и она, резко дёрнувшись, пришла в себя. Нацепив на лицо прежнюю маску спокойствия и радости, Евгения хлопнула в ладоши, напомнив всем, что до Нового года осталось всего ничего, а значит, пора садиться за стол. Эммет только фыркнул и, последовав примеру остальных, покорно поплёлся к своему стулу. 
        Часы на экране телевизора начали отсчитывать последние минуты уходящего года, поэтому Эдвард, открыв бутылку шампанского, быстро разлил напиток по бокалам. Под звук курантов он протянул один из бокалов Изабелле, успев шепнуть:
- Загадывай желание.
- Уже, - с хитрой улыбкой ответила та.
- Расскажешь мне?
- Не-а, - наигранно возмутилась Журавлёва. – Тогда не сбудется!
Сразу после последнего удара часов послышался Женькин громкий вопль:
- А-а-а! С Новым го-одом!
Вайт, временно откомандированный на свою новую лежанку в углу комнаты, подал голос, возмущённо залаяв. Дети завизжали от восторга. Белла, чокнувшись собственным фужером со всеми по очереди, не выдержала и расхохоталась. Она повернулась к Эдварду и, обняв мужчину за шею одной рукой, оставила на его губах нежный поцелуй. 
- С Новым годом, любимая, - шепнул Каллен, прижавшись своим лбом к её лбу.
- С Новым годом, родной, - ответила Белла, чувствуя, как из уголка глаза скатилась маленькая слезинка.
Эдвард осторожно смахнул влагу подушечкой большого пальца и потёрся носом о её нос. 
В их колени одновременно впечатались два детских тела с криком: «Ура! Новый год!». Аня мгновенно вскарабкалась Каллену на руки, крепко обняв его за шею и радостно лепеча о том, что «Новый год – это классно, потому что не надо ложиться спать». Саша приник к Изабелле, уткнувшись ей носом в солнечное сплетение, и бормотал поздравления. 
          Когда стихли радостные возгласы, все снова заняли свои места за столом. Вопреки опасениям Женьки, всё, что приготовили они с Беллой, пришлось по вкусу и Эдварду, и Эммету. В самый разгар застолья Эдвард, вдруг, поднялся со своего места, сжимая в пальцах фужер с шампанским.
- Я хотел сказать кое-что, - смущённо произнёс Каллен, обводя взглядом всех собравшихся.
Получив молчаливое одобрение, он продолжил:
- Этот год стал особенным для меня.  Так сложились обстоятельства, что я вернулся в Россию. Вернулся, чтобы найти то, что считал давно и безнадёжно утерянным.  Мечтал ли я снова обрести свою любовь? Да! Мечтал! И хотел этого даже тогда, когда слишком  много обстоятельств, как мне казалось, были тому преградой. Но сердцу не прикажешь, и надежда, как говорят в России, умирает последней. Я надеялся вернуть женщину, которую любил все эти годы. У меня это получилось! Более того, судьба подарила мне не только её любовь, но и любовь двух детей, так быстро впустивших меня в свой маленький мир. Эдвард Каллен, ещё недавно считавший себя одиночкой, неспособным сделать кого-то счастливым, обрёл свою собственную семью. И сейчас, здесь, я хочу ещё раз сказать своей будущей жене, своим дочери и сыну: я люблю вас! Вы – самое дорогое, что есть у меня на этой земле. 
- И мы тебя любим, папочка! – тоненько пискнула Аня со своего места.
- Пап, - прошептал Саша охрипшим голосом, - я тебя люблю.
Признание Саши прозвучало так неожиданно, что в первый момент Каллен подумал, что у него галлюцинации. Но выражение лица Саши, смотрящего на отца с восхищением и преданностью, говорило само за себя.
- Ты не представляешь, сынок, что для меня значат эти слова.  – Голос Эдварда сорвался. Он сильно сжал пальцами ножку бокала в попытке хоть немного взять под контроль собственные эмоции. – Это – лучший подарок из тех, что я когда-либо получал.
Лицо Саши озарилось искренней улыбкой. Эдвард повернулся к Белле, желая разделить с ней радостный и такой значимый для него момент.
- Мне остаётся только присоединиться к их словам, - произнесла Изабелла, даже не пытаясь остановить бегущие по щекам слёзы. – Люблю тебя.
 У Эдварда закружилась голова от нахлынувшей на него эйфории. Горло перехватило,  а глаза заволокло непрошеной влагой. Он сел и, найдя руку Изабеллы под столом, переплёл её и свои пальцы. В комнате повисла тишина. Все молчали, переваривая только что прозвучавшее откровение. Обстановку немного разрядила Женька. Жалобно шмыгнув носом, она вытерла глаза и пробубнила, обращаясь к Эдварду:
- Ой, Каллен, знаешь, даже я тебя уже люблю. Хотя бы за то, что ты делаешь счастливой вот эту девушку, - Женька мотнула головой в сторону подруги, а потом посмотрела на притихших Сашу и Аню. – А ещё за то, что твоего сердца хватает для них обоих.
- Да-а, - глубокомысленно изрёк Эммет. – Цени это, братишка. Я подозреваю, что-то подобное ты ещё не скоро услышишь из уст мисс Дубовой. 
Белла фыркнула, потом кашлянула, пытаясь таким образом скрыть рвущийся наружу смех.
Женька уставилась на Эммета так, словно хотела прожечь его насквозь. Поняв, что, ещё немного, и в теле Эма на самом деле появятся два дымящихся отверстия, Эдвард поспешил сменить тему.
- Что ж, - объявил он торжественным голосом, - время подарков!
- Ура! - Аня захлопала в ладоши.
Каллен встал, подошёл к елке и жестом фокусника сдёрнул плед с горки разноцветных упаковок.
                                                                                         

                                                                                             * * *             
         Обмен подарками затянулся надолго. Аня по достоинству оценила новую куклу - пупса, способную ползать, кушать и ходить на горшок. К чудо-игрушке прилагался большой набор кукольной одежды, бутылочек и игрушечных памперсов. Саша получил от родителей большую машину с радиоуправлением, о которой давно мечтал. Он Эммета и Жени ему достались две огромных коробки с конструктором любимой марки. Оба набора были из одной серии, и это навело Эдварда  на мысль, что подарки Евгения и Эммет покупали по взаимной договорённости.  Взглянув на выражение лица Изабеллы, мужчина понял, что она сейчас мыслила в том же ключе. Когда Белла встретилась с ним взглядом, он радостно ей подмигнул, незаметно качнув головой в сторону брата и Жени.  Белла кивнула, изогнув губы в еле заметной улыбке.  Она опустила глаза на  конверт, вручённый ей подругой несколько минут назад, когда они обменивались презентами. Обнаружив внутри сертификат на несколько сеансов тайского расслабляющего ойл-массажа, Изабелла почувствовала огромную благодарность. Немного расслабиться ей бы точно не помешало. 
        Кто-то тронул её за плечо. Обернувшись, она обнаружила рядом Эдварда. Он уже успел поздравить брата и теперь стоял, протягивая Изабелле небольшой яркий свёрток.
- Это тебе. Открой, пожалуйста, - тихо попросил Каллен.
Под упаковочной бумагой обнаружилась коробочка, в какой обычно хранят ювелирные украшения. Дрожащими пальцами Белла подняла крышку и выдохнула от восторга. На обтянутой шёлком подушечке лежал браслет. Украшение состояло из причудливо переплетённых между собой звеньев, соединённых в сложный орнамент. К браслету были прикреплены две подвески. Одна из них представляла собой минерал насыщенного зелёного цвета в форме капельки, заключённой в золотую оправу. Когда Белла положила украшение на ладонь, чтобы лучше рассмотреть его, камень, попав под электрическое освещение, мягко замерцал. Создавалось впечатление, что он пульсирует и дышит, живя собственной загадочной жизнью. Вторая подвеска имела вид танцующего журавля.  Он расправил крылья и стоял на одной ноге, находясь внутри тонкой золотой окружности. 
- Господи! – выдохнула Белла и прикоснулась рукой к губам. – Как красиво!
Лицо Эдварда осветила широкая улыбка.
- Это изумруд. Древние греки считали, что он олицетворяет любовь и душевную чистоту. А ещё он прогоняет страхи и дарит хладнокровие и мудрость. Но, согласно старинному поверью, у этого минерала есть ещё одна особенность. Если рядом с ним поместить изображение какой-нибудь птицы, изумруд поможет своему обладателю прожить долгую и счастливую жизнь. Зло будет обходить такого человека стороной. И, конечно же, я ни минуты не сомневался в том, какую птицу должен изобразить мастер, который занимался изготовлением украшения. Ты согласна со мной, Crane?
- Подожди, ты хочешь сказать, что браслет сделан на заказ. Но… Эдвард, это же безумно дорого! Я… Тебе не стоило… - Изабелла смутилась под решительным взглядом Каллена.
- Белла, - ответил он, коснувшись указательным пальцем её губ, - я вполне допускаю мысль, что на свете есть много великолепных женщин, которые могли бы стать идеальными жёнами, подругами, матерями. Но для меня именно ты - та единственная из всех, кто стОит всех сокровищ мира. Ты заслуживаешь большего, гораздо большего, чем этот золотой браслет. 
- Я не знаю, что сказать, - благодарно шепнула Изабелла, прижав ладони к пылающим от смущения щекам. – Хотя, нет! Что я несу?! Конечно же, мне есть, что сказать!
Она посмотрела Эдварду прямо в глаза.
- Когда тебя не было рядом со мной, я привыкла к мысли, что проживу эту жизнь без человека, которого так сильно любила все эти годы. Я смирилась с этим, день за днём находя умиротворение в заботе о моих детях. Я твердила себе, что счастье у каждого своё, что оно может быть разным, и для того, чтобы чувствовать его, необязательно быть рядом с любимым мужчиной. И, наверное, мне бы хватило того, что я имела, чтобы знать, что жизнь прожита не зря. Но появился ты, и я поняла, как мне на самом деле не хватало твоих глаз, твоих рук, губ, твоего красивого бархатного голоса. Ты даже представить себе не можешь, как сильно я люблю тебя, Эдвард Энтони Каллен, и насколько важной частью моей жизни ты теперь являешься!
- Crane! – Каллен шагнул ещё ближе, и обнял её за талию. – И ты тоже часть моей жизни. Нет! Не так… Ты – вся моя жизнь! Помни это! Всегда помни это, Белла!
Эдвард наклонился и приник губами к её губам. Поцелуй вышел слишком коротким, оба они понимали, что стоит подождать с проявлением страсти, находясь в комнате, наполненной людьми. 
Мужчина взял Беллу за руку и обернул браслет вокруг её тонкого запястья, щёлкнув маленьким изящным замочком.
- Прекрасно, - шепнул он, разглядывая плоды своих стараний. – Он прекрасен. А ты идеальна. Каллен снова посмотрел ей в глаза,  что заставило сердце Беллы работать на предельной скорости и качать кровь по её венам в бешеном темпе.
- У меня тоже есть для тебя подарок, -  произнесла Белла, когда дыхание её стало более ровным, а сердцебиение вошло в обычный ритм. 
Она сделала шаг назад и протянула руку к ярко украшенной ели, вытащив из-под её нижних ветвей красиво упакованный свёрток и протянув его Эдварду. Он был совсем небольшого размера, поэтому свободно уместился на широкой мужской ладони.
- Что это? – Каллен удивлённо вскинул брови.
- Открой и узнаешь, - хитро прищурилась Журавлёва.
Эдвард развернул упаковку и начал вертеть в руках предмет, оказавшийся внутри.
 Это был медальон. Белла улыбнулась, вспомнив, как недели две назад, когда у неё ещё была возможность передвигаться по улицам без оглядки и опасений, она выбралась в столицу по делам и наткнулась на эту вещицу в маленькой антикварной лавке в одном из московских переулков. Медальон лежал под витринным стеклом в окружении многочисленных безделушек. Случайно зацепившись за него взглядом, женщина уже не смогла оторваться.  Цена была высока, но Изабелла всё же купила его, зная, что сможет найти ему достойное применение. В ювелирной мастерской по её просьбе на обратной стороне медальона сделали гравировку.  Красивые витиеватые буквы тускло мерцали, создавая контраст со слегка потемневшим от времени корпусом. 
- Какой красивый! – донёсся до неё голос Эдварда.
Он перевернул медальон обратной  стороной и провёл пальцем по надписи. 
- Всегда с тобой! – озвучил он слова, выгравированные на корпусе. – Это идеально, милая. Спасибо тебе!
- Открой его, - тихо попросила она.
Эдвард нажал на крошечный замочек, и разъединил створки медальона. На одной половине была закреплена фотография маленького Саши. Он лежал на животе на поверхности пеленального столика и улыбался в камеру пока ещё беззубым ртом. В нише второй створки красовалось фото, где были запечатлены Белла с Эдвардом, с двух сторон обнимающие Аню и Сашу. Эта фотография была сделана совсем недавно, а если точнее, всего неделю назад. Они гуляли в парке вчетвером, пользуясь возможностью насладиться погожим зимним деньком. «Мороз и солнце, день чудесный…», как выразилась тогда Белла, используя строки известных с детства стихов. Случайных прохожий по их просьбе запечатлел всех четверых на камеру мобильного телефона Изабеллы. 
- Всегда с тобой, Эдвард. Это то, чего мы хотим, то, что мы чувствуем.
Каллен долго всматривался в обе фотографии, потом медленно сомкнул створки медальона и положил подарок Беллы в левый нагрудный карман своей рубахи. 
- Он будет всегда находиться с левой стороны. Знаешь, почему?
- Почему? – пролепетала Журавлёва. 
- Так ближе к сердцу. Именно там он и должен находиться. Всегда со мной…
Несмотря на то, что сейчас они были не одни, Каллен не смог удержаться и всё-таки сорвал с губ женщины мимолётный поцелуй.
      Недалеко от них раздалось звяканье посуды. Белла и Каллен одновременно оглянулись, отмечая изменения, которые произошли за то время, пока они находились в своём личном мирке. Народу в комнате поубавилось, а те, кто остался, были заняты  каждый своим делом. Женька уже успела унести всю грязную посуду и на кухню. Теперь она расставляла на столе чашки с чаем вокруг стоящего посередине большого праздничного пирога. Заметив взгляд подруги, направленный на неё, она изогнула уголки губ в еле заметной понимающей улыбке и хитро подмигнула Изабелле, указав глазами на браслет. Журавлёва кивнула, а потом вернула ей улыбку в ответ. Она поискала глазами Эммета и обнаружила его  на диване в противоположной стороне гостиной. Он сидел в обнимку со щенком, бережно прижимая малыша к своей широкой груди. Вид у Эммета был немного потерянный. Он что-то тихо бубнил, обращаясь к Вайту, и почёсывал его за ушком.  В качестве ответной реакции щенок периодически поднимал голову и облизывал лицо здоровяка. 
- Мой брат, кажется, нашёл себе благодарного слушателя. - Эдвард пытался говорить шутливым тоном, но в голосе его угадывался лёгкий налёт грусти.
- Как он вообще? – тихо спросила Белла. – То есть, я хочу сказать, что Эммет держится молодцом. Нужно быть очень сильным, чтобы находить в себе силы не просто жить после такой трагедии, а ещё и улыбаться и не впадать в жуткую депрессию.
- Так и есть, - печально кивнул Каллен, украдкой разглядывая брата. – Большую часть времени Эм пытается вести себя, как и прежде, хотя бы ради Алекса. Он не позволяет себя жалеть, даёт понять, что у него всё о,кей. Но когда я жил вместе с ним в квартире Энни, то часто видел по ночам полоску света под его дверью и слышал, как он часами ходит по комнате туда–сюда. 
- Время – это то, что ему нужно, Эдвард. 
- Надеюсь, что со временем его боль действительно стихнет, - Каллен тяжело вздохнул.
- Нет, милый, - Белла сокрушённо помотала головой. – Когда уходят близкие люди, боль не стихает с годами, поверь мне. Она  лишь проникает в нас всё глубже, покрываясь защитной коркой, словно панцирем. А потом мы просто привыкаем жить с этой болью, со временем начинаем принимать её, как должное. Знаешь, может быть, это странно… Но если бы кто-то когда-нибудь предложил мне стереть тот отрезок памяти, где хранятся мои воспоминания о потере близких людей, чтобы перестало болеть тут, - Изабелла приложила руку к груди, - я бы отказалась. Потому что я ХОЧУ помнить. Эта память мне дорога, она – часть меня. И Эммет, я думаю, тоже ни за что не расстался бы со своими горькими воспоминаниями. В конце концов, это сделает его только сильнее. Он справится!
Каллен обнял Беллу за  талию, прижавшись грудью к её спине, и упёрся подбородком ей в плечо, подтвердив:
- Справится! У него нет другого выхода. Алексу нужен отец, и Эм это прекрасно понимает. Кстати, - Эдвард прекратил шептать и произнёс уже в полный голос, - а где Алекс? И Аня с Сашей тоже испарились.
- Оу, с Новым годом тебя, Каллен! Наконец-то ты заметил, насколько поредела наша скромная компания, – откликнулась Женька, не желая упустить возможность поддеть будущего мужа подруги. Впрочем, в прозвучавшей из её уст фразе не было ни капли раздражения и злости. - Пока вы двое были заняты обменом презентами и взаимными нежными признаниями, ваши дети и племянник изъявили желание удалиться в соседнюю комнату и поиграть там.

- Ну и язык у тебя, Женя, - Каллен, по-доброму усмехнувшись,  обескураженно потряс головой.
- О, да! – раздался с дивана голос Эммета. – Мисс «та-ещё-заноза-в-заднице» снова в своей стихии.
Евгения повернула голову в сторону Эммета, и Белла, ожидавшая, что вот-вот начнётся привычная перепалка между её почти родственником и лучшей подругой, уже открыла рот, чтобы предотвратить намечавшийся обмен «любезностями». Но Дубова вдруг сменила гнев на милость и приветливо спросила Эма:
- А это хорошо или плохо?
Тот, поначалу растерявшись от неожиданного поворота в разговоре, задумался, а потом выдал ответ:
- Думаю, хорошо. Потому что, если бы ты сейчас нежно улыбнулась и проворковала что-то типа: «О, не волнуйся, Эдди. Вы с Беллой выглядели так мило минуту назад, что я не решилась мешать вашему уединению и взяла на себя смелость позаботиться о детях», я бы точно свалился от неожиданности с дивана. Я бы подумал, что ты, возможно, подхватила какое-то необычное, ещё неизвестное современной науке заболевание, повернувшее мозги в твоей черепной коробке на сто восемьдесят градусов. Но сейчас я спокоен, потому что вижу перед собой всю ту же особу с острым язычком.
- Как это трогательно, что ты печёшься о моём душевном состоянии, - протянула Женя, одарив мужчину милой улыбкой, а потом с невозмутимым видом начала разливать чай по чашкам.
Поняв, что продолжения не будет, Эммет удивлённо вскинул брови и пробормотал себе под нос:
- Либо я схожу с ума, либо её здоровье действительно под угрозой.
Евгения, до слуха которой донеслись выводы Эммета, только ухмыльнулась, продолжая демонстрировать абсолютное спокойствие и выдержку.
- Пойду, посмотрю, как там дети. - Белла встала и направилась туда, где находились Аня с Алексом и Саша.
      Журавлёва отворила дверь в соседнюю комнату и остановилась на пороге, любуясь картиной, представшей перед её глазами. На экране телевизора, включенного на минимальной громкости, мелькал яркими кадрами любимый мультфильм её дочери. Сама же девочка крепко спала на широкой софе, закинув правую руку за голову. Левая рука девочки была вытянута вдоль тела. У Ани не было возможности свободно откинуть её, как она обычно любила делать во сне, потому что оставшееся пространство кровати занимал мирно сопящий во сне Алекс. Он лежал рядом с Аней, прижавшись своим виском к её виску. 
       Сашу Белла обнаружила в большом кресле по соседству с кроватью. Он ещё не спал, но отчаянно клевал носом,  пытаясь как можно удобнее устроить голову на спинке кресла. За спиной Беллы возник Эдвард и так же, как и минуту назад она, удивлённо замер, увидев сонное царство. Каллен растерянно запустил ладонь в волосы и прошептал:
- И что нам теперь делать? 
- Саша тоже почти заснул, - шепнула Изабелла в ответ. 
Эдвард, стараясь ступать как можно тише, приблизился к сыну. Сев перед ним на корточки, он дотронулся до предплечья мальчика. Тот  с трудом сфокусировал на отце сонный взгляд и только лениво кивнул, когда Эдвард предложил отправиться домой. Он медленно сполз с огромного кресла и, пошатываясь, побрёл к выходу из комнаты, поддерживаемый сильными руками отца. С Аней было сложнее. Она медленно села на кровати, отреагировав на ласковые прикосновения и уговоры матери, но глаз так и не открыла, и Белле пришлось одевать её, не желавшую просыпаться окончательно, прямо на кровати. Эдвард пришёл на помощь. Наспех одевшись  и одев Саню, он подхватил сонную Аню на руки и понёс её в прихожую. Белла торопливо натягивала дублёнку и одновременно прощалась с Женькой, сбивчиво бормоча извинения за скомканное окончание праздника.  Дубова только кивнула и чмокнула подругу в щёку, шепнув, что всё понимает.  Как раз в этот момент в прихожей появился растерянный Эммет. Вслед за Изабеллой он отправился будить Алекса, чтобы ехать домой, но, судя по его расстроенному виду, потерпел фиаско.
- У меня ничего не выходит, - посетовал Эм. – Я его бужу, а он просто отворачивается от меня и бормочет, что останется спать здесь. И что теперь делать-то?!
Женька закатила глаза.
- Ты можешь оставить его здесь до утра. Пусть ребёнок выспится, а завтра утром заберёшь его.
- Нет! – заявил Эм раздражённым тоном. – Без сына я никуда не уеду!
- Да?! – Евгения начала закипать от злости, вызванной упрямством мужчины. – Можно подумать, он в первый раз остаётся здесь ночевать! Я его не съем, честное слово!
- Без Алекса я не двинусь отсюда ни на шаг!
- Ну и славно! – Дубова всплеснула руками. – Если так беспокоишься, можешь провести эту ночь здесь!
- Здесь?! – Эммет уставился на Евгению с удивления и ужаса.
- Ага! – яростно закивала она, словно бросая ему вызов. – Гостиная в твоём распоряжении. Я, так уж и быть, постелю тебе. Чего ты на меня уставился?! Сам же сказал, что без Алекса отсюда не уйдёшь. Нет, ты, конечно, можешь спать на лестничной площадке прямо под моей дверью, если диван в гостиной тебя не устраивает. Только утром сам будешь объяснять соседям из квартиры напротив такой поворот событий. 
Женька запнулась, а потом снова встретилась с Эмметом взглядом.
- А, может, ты просто боишься? – вздёрнув брови, поддела она Эма.
- Я? – рыкнул тот с оскорблённым видом. – И чего же, интересно, я должен бояться? Тебя, что ли, мисс самоуверенность? 
Эммет тяжело протопал к дивану, на котором ещё недавно сидел в обнимку с собакой, бросив через плечо:
- Неси этот дурацкий комплект белья. Постелю себе сам! Обойдусь без тебя!
Женька фыркнула и повернулась в сторону входной двери, чтобы извиниться перед подругой и Эдвардом за сцену, которую они вынуждены были наблюдать только что, но с удивлением обнаружила, что прихожая опустела. Видимо, младший из братьев Каллен и его невеста тихо испарились вместе с детьми, посчитав за благо дать горячей парочке  самостоятельно разобраться со своими противоречиями.
                                                   
       Эммет бродил по комнате, пытаясь утихомирить кипевшую внутри злость. Он подошёл к окну, рассеянным взглядом уставившись в темноту и методично сжимая и разжимая кулаки.  Услышав за его спиной тихие шаги, он резко обернулся. В дверях появилась Евгения. Она подошла к дивану и оставила там комплект  постельного белья. В сторону своего гостя Женя даже не взглянула. Гордо вскинув подбородок и храня молчание, Дубова быстро собрала со стола оставшуюся после чаепития посуду и направилась в кухню. На короткое «спасибо», выдавленное Эмметом сквозь зубы, она только тихонько фыркнула, но не остановилась и не обернулась. 
        Оказавшись на кухне, Женька раздражённо шмякнула на стол поднос с чашками и обессиленно выдохнула.  Злость внезапно уступила место усталости и апатии. Решив, что грязная посуда может подождать до утра, Дубова направилась в комнату, где сладким сном спал Алекс. Она провела там несколько минут, а потом пошла к себе, проигнорировав приглушённые чертыхания Эммета, который, по всей видимости, воевал с комплектом постельного белья. «Сам, значит, сам…», - Женя закатила глаза. Оказавшись в собственной спальне, она плотно прикрыла за собой дверь, быстро переоделась в пижаму и нырнула под одеяло, надеясь как можно быстрее провалиться в глубокий сон.

                                                                                                   * * *
          Эммету не спалось. Он искренне надеялся, что причиной этому была чужая квартира и узкий неудобный диван, жалобно поскрипывающий, когда он вертелся на нём с боку на бок. Мужчина и сам не понимал, как вышло, что он остался ночевать в ЕЁ доме, желая выйти победителем из глупого спора, затеянного между ними. Каждый их встреча была наполнена препирательствами и желанием каждого доказать свою независимость и непробиваемость. Эммет начинал, отпуская подколы и сомнительные шуточки. Евгения не оставалась в долгу, давая волю своему острому, словно бритва, язычку.  Эммет и сам не понимал, почему в присутствии этой особы не мог держать рот закрытым. Временами его дико бесила её излишняя самоуверенность. Но иногда (и самое страшное, что это происходило всё чаще) ему просто хотелось подойти и заткнуть фонтан Жениного красноречия бешеным поцелуем. «Чтобы поставить эту выскочку на место», - так Эммет пытался объяснить самому себе столь внезапную потребность. Но тихий, противный и до жути пугающий голосок внутри него имел наглость оспаривать данную версию, нашёптывая: «Кому ты врешь? Хотя бы самому себе признайся, что тебя тянет к ней. Смешно?! Так давай, посмейся над самим собой, признавая, что ты снова хочешь ту, что когда-то предпочла тебя карьере, дав понять, что никогда не последует за тобой в чужую страну…»
      Устав от споров с собственными тайными желаниями, Эммер рыкнул и с силой хлопнул себя по лбу, словно хотел выбить из головы непрошеные и опасные мысли. Он откинул одеяло и встал, намереваясь проверить Алекса. Каллен прислушался, пытаясь уловить хоть один звук из спальни Евгении. Но в квартире царила полная тишина, и это означало, что хозяйка, скорее всего, давно видела десятый сон. Поэтому мужчина не стал утруждать себя натягиванием джинсов и отправился в комнату к сыну  прямо в футболке и боксёрах. 
Алекс мирно спал, лёжа на животе и обняв  руками подушку. Эммет одобрительно хмыкнул, заметив, что с того момента, когда он последний раз заходил в эту комнату, чтобы разбудить сына и отвезти его домой, здесь многое изменилось. На кровати появилось постельное бельё, а сам мальчик был переодет во что-то, что сильно напоминало старую Женькину футболку. Понимание, что прежде, чем лечь спать, хозяйка позаботилось о комфорте и уюте для своего маленького гостя, разлилось в душе старшего брата Каллен теплой волной благодарности. Как ни крути, а к Алексу Женя относилась замечательно. Эммет вздохнул и, смирившись, наконец, с тем, что сегодняшнюю ночь ему придётся провести вне дома, отправился на кухню выпить перед сном воды. Он двигался по квартире наощупь, решив не включать свет, чтобы ненароком не разбудить Евгению. Шаг… Другой… Третий… Налетев на что-то мягкое и тёплое в кромешной тьме, Эммет застыл, как вкопанный. До него донеслись звуки приглушённого удара и падения.
- Мамочки! Каллен, смерти моей хочешь?! – послышалось злое шипение откуда-то снизу. 
Эммет щёлкнул выключателем. Евгения сидела на полу, потирая ушибленную коленку. Рядом с ней валялся стул, на который она наткнулась в темноте и упала, не сумев удержать равновесия. Кожа над левой бровью была рассечена, и из пореза медленно стекала маленькая капелька крови. 
- Прости, - виновато пробубнил Эммет, - я тебя не заметил в темноте. Думал, ты давно спишь. Я… просто хотел выпить воды.
- Каллен, - начала отчитывать его Евгения тоном, которым обычно разговаривают с непонятливым ребёнком, - я не знаю, как у вас в Штатах, а у нас в России, на стенах есть такие кнопочки. Они называются ВЫ-КЛЮ-ЧА-ТЕ-ЛИ. Нажимаешь, и, о-па,  сильно-сильно светло становится.
- Я и нажал, - начал оправдываться мужчина, не обращая внимания на её снисходительный тон.
- Ага, нажал… - обиженно протянула Дубова. – После того, как меня уронил…
Эммет молча протянул Жене руку, и, когда та ухватилась за неё, осторожно поднял девушку с пола. 
- У тебя кровь, - тихо произнёс он, указав ладонью на порез над бровью. – Аптечка есть?
- Во втором шкафчике справа, - устало ответила Женя.
Она уселась на столешницу рядом с мойкой и ждала, пока Эммет отыщет перекись водорода в контейнере с лекарствами. Увидев, что он нашёл нужный пузырёк, Дубова протянула руку и произнесла:
- Я сама.
- Самой неудобно. Я помогу. Или ты боишься? – хитро прищурился он, повторив фразу, брошенную Женей час назад в прихожей.
- С какой стати мне бояться тебя? - Женя окинула Каллена насмешливым взглядом. – И не мечтай даже. Я, знаешь ли, и страшнее видела.
- Где? – поинтересовался спросил Эммет, придвинувшись ближе и прикладывая смоченную в растворе перекиси ватку ко лбу Евгении.
- Работа у меня… - Дубова прервалась, тихонько зашипев от неприятных ощущений, когда лекарство попало в ранку. – Работа у меня не самая спокойная. Контингент иногда попадается специфический. 
- А-а, ну да. Как же я мог забыть? - протянул Эммет, не скрывая сарказма. Он оглядел плоды своего труда и удовлетворённо кивнул, обнаружив, что повреждение кожи было совсем неглубоким. К тому же, длиной оно было всего несколько миллиметров. – Всё в порядке, ранка совсем маленькая, так что…
Эммет прервался и тяжело сглотнул, когда до него дошло, что Дубова сидит перед ним в одной пижаме. Комплект, состоявший из маечки на узких лямках и коротеньких трикотажных шорт, не оставлял много места для разгула фантазии. Когда взгляд мужчины остановился на левом плече девушки, он вздрогнул и осторожно провёл пальцем по шраму, грубой бороздой белеющему на её коже. Евгения затаила дыхание и молча наблюдала за действиями Эммета.
- Что это? – задал вопрос Эм. 
- Да так… - пояснила Женя, стараясь, чтобы её голос звучал как можно спокойней, а дыхание казалось ровным. – Этому шраму уже сто лет в обед. 
- И всё же, - настаивал Эммет.
- Я тогда только пришла работать в местное отделение милиции (теперь – полиции), и меня как новичка часто ставили в наряды и ночные рейды по городу. Однажды мы наткнулись на молодого парня, слонявшегося по улице в одиночестве. Он вёл себя неадекватно, постоянно что-то бормотал себе под нос и глупо хихикал. Мой напарник попросил его предъявить документы, но вместо удостоверения личности у этого ненормального блеснул в руке нож, который он успел всадить мне в руку.
- Ясно, - Эм закрыл глаза и поморщился, словно от боли. Потом он медленно поднял веки и вперил в Дубову тяжёлый взгляд. – А теперь скажи мне, Женя, твой давний выбор до сих пор кажется тебе равноценным? Это того стоило?
Женя молчала, понурив голову. Эммет тяжело дышал, разглядывая её.
- Очень давно ты отказалась от меня, от нас, чёрт побери! И ради чего? Ради того, чтобы в один прекрасный день тебя пырнул ножом обдолбанный отморозок?! Ну, что же ты молчишь? Скажи мне, что не жалеешь ни о чём, и я больше никогда не стану поднимать эту тему!
- Эммет, - жалобно прошептала она, осмелившись, наконец, поднять на Каллена глаза, в которых сейчас стояли слёзы.
- Да или нет?! – снова потребовал он ответа.
- Нет! Не стоило! Доволен?! – Женька всхлипнула. – Я пожалела о своём решении, как только ты уехал! И не переставала казнить себя все эти годы! 
Дубова отвернулась, стыдясь своих слёз, и тут же резко дёрнулась, почувствовав прикосновение тёплых губ в том месте, где кожа была изуродована шрамом. Она посмотрела на Эммета. Тот, склонившись к её плечу, бережно водил губами по отметке, оставшейся от старого ножевого ранения. Почувствовав её взгляд, Эммет поднял голову, и их лица оказались на одном уровне.
- Женя… - Эммет впервые за долгое время назвал её по имени, и впервые в его голосе не было злости и сарказма.
Он поднял руку и подрагивающими от нетерпениями пальцами провёл по Женькиной щеке. Та задохнулась от ощущений, вызванных прикосновением, и замерла, не смея разорвать контакт его и своих глаз. «Я схожу с ума!» - мелькнула мысль. Мелькнула и быстро испарилась, потому что в следующее мгновение язык Эммета уже вовсю хозяйничал у неё во рту, лишая Женю способности рассуждать здраво. Понятия «хорошо – плохо», «правильно – неправильно» исчезли, уступив место другим ощущениям. И она наслаждалась ими, чувствуя прижатое к ней крепкое мужское тело, таяла от прикосновения его сильных рук, блуждающих по её спине. Испытывая потребность оказаться ещё ближе к Эммету, Женя обвила его талию ногами, и он, не ожидая ещё одного приглашения, подхватил её под ягодицы и двинулся в сторону спальни. Пару раз наткнувшись на косяки, он всё-таки дошёл до комнаты Евгении. Он положил девушку на кровать и навис над ней, опираясь на руки. Снова найдя её губы, Эммет подарил ей такой же глубокий поцелуй, как и минуту назад на кухне, не собираясь тратить время на нежные и целомудренные касания. Наоборот, он действовал с таким напором, словно обладание её ртом было для него вопросом жизни и смерти. И Женя понимала это и принимала, возвращая Эммету ласку с таким же бешеным азартом. Он резко сдёрнул с неё топик, порвав одну лямку, и отбросил прочь ненужный кусок материи .  Он опустил голову к её груди и приник губами к одной из затвердевших от желания вершин, за что был вознаграждён тихим благодарным стоном. Каллен прижался к Жене ещё плотнее и, глухо рыкнув, двинул бёдрами, демонстрируя, что полностью готов к продолжению, что заставило Евгения зашипеть от острых ощущений, пронзивших низ её живота. 
Эммет приподнялся, сел на колени и, не отрывая от женщины потемневших от желания глаз, начал стаскивать с себя футболку. Орудуя локтями, он задел лампу на прикроватной тумбочке. Раздался грохот свалившейся на пол лампы… А потом -  тишина… Каллен замер, так и не успев до конца стянуть футболку. Он выглядел так, словно только что пришёл в себя после тяжёлого забытья. Виновато посмотрев  на Женю, Эммет слез с кровати и тяжело плюхнулся на ковёр, покрывавший пол. Мужчина закрыл лицо руками и стал мотать головой из стороны в сторону.
- Эммет? – Женя села, натянув на себя порванную им майку. – Как ты себя чувствуешь?
Он обессиленно опустил ладони вниз и уставился в пространство пустым взглядом.
- Как я себя чувствую? А как должен чувствовать себя человек, похоронивший жену, с которой семь лет был счастлив?! Да, да! Не смотри на меня так! Я был с ней счастлив, она родила мне сына! Прошло всего лишь два с половиной месяца, а я уже пытаюсь затащить в постель другую женщину, которая, как мне казалось, навсегда осталась лишь частью моего прошлого. У меня, твою мать, траур! А я тут облизываю твоё лицо, как будто хочу его съесть, и мну твои сиськи, рыча от восторга!
Эммет от досады стукнул кулаком по полу. Женя молчала, слишком занятая тем, чтобы не сорваться и не зареветь. 
- Прости, - произнесла она помертвевшими губами. 
- Это ты прости, - горько усмехнувшись, ответил ей Эммет. Он отвернулся, пряча глаза.  – Я ведь сам начал. Было ошибкой затевать всё это.
Каллен устало поднялся с пола и, не оборачиваясь, побрёл прочь из комнаты. 
- Как только проснётся Алекс, мы сразу уедем, чтобы не доставлять тебе лишних хлопот. 
- Мне вовсе не… трудно, - договорила она уже в пустоту, глядя на закрывшуюся за спиной Эммета дверь.
- Вот и с Новым годом вас, Евгения Петровна… - потерянно протянула Женя, разговаривая сама с собой.
       Женя легла, подтянув под себя коленки и зябко кутаясь в одеяло. Слёзы, которые она так старательно сдерживала при Эммете, не заставили себя долго ждать. Она отчаянно ревела, зажимая рот кулаком и до крови впиваясь зубами в костяшки на руке, чтобы приглушить громкие всхлипывания. Откуда ей было знать, что по ту сторону двери, запустив пальцы в свои коротко остриженные волосы, стоял Эммет? Диван в гостиной ждал его, но ноги отказывались идти, превратившись в желе.  Он жадно ловил ртом воздух и безуспешно пытался проглотить подступивший к горлу горький комок.  Наконец мужчина оторвался от косяка, служившего ему опорой.  Медленно, словно измождённый старик, он направился в гостиную, ступая босыми ногами по прохладному полу. Эммету так и не удалось уснуть до самого утра. Еле дождавшись того момента, когда проснётся Алекс, мужчина наскоро одел сонного ещё ребёнка. Каллен подхватил  мальчика на руки и выскочил из дома Евгении в наспех натянутой и незастёгнутой куртке, торопясь оказаться как можно дальше от столь притягательной для него женщины. Эммет искренне надеялся, что с каждым разделяющим их шагом будет становиться слабее и его стремление обладать ею. Но он удалялся от дома Жени всё дальше, а тянуло его к ней всё сильнее. Боль же, испытываемая им в этот момент, только обостряла его чувства и желания.



Источник: http://robsten.ru/forum/67-2253-1
Категория: Фанфики по Сумеречной саге "Все люди" | Добавил: mumuka (05.06.2016) | Автор: mumuka
Просмотров: 196 | Комментарии: 9 | Рейтинг: 5.0/10
Всего комментариев: 9
avatar
9
Зря Эммет так. С одной стороны его можно понять, он совсем недавно потерял Розали, и ещё не совсем оправился от своей потери, но Женя тоже не случайная женщина в его жизни. Когда-то Эммет хотел, чтобы она стала его женой, да и сейчас чувства всё ещё живы. Горе горем, но жизнь продолжается, нужно жить дальше и устраивать свою судьбу, а Алексу нужна мать. Празднование нового года удалось, но финал оказался совсем безрадостный. Получилось всё не очень хорошо, и Эммет ретировался так поспешно, словно бежал от Жени как от чумы, но никуда им друг от друга не деться и жизнь сама всё расставит по своим местам.
Спасибо за главу! lovi06032
avatar
0
4
12 4 спасибо fund02016
avatar
0
8
Пожалуйста. Спасибо,что читаете. 1_012
avatar
0
3
Не изумруд нужен , а быстрее раскачиваться и поймать , бывшего мужа - садиста . Он может такие Рождественские праздники устроить , что мало не покажется . Спасибо за классное стихотворение и главу . good
avatar
0
7
Пожалуйста. Рада, что стихотворение понравилось. Нужно, конечно, нужно, ловить Дмитрия, полостью с этим согласна. Эдвард пошёл на это ради Беллы. Она в таком состоянии, что вот-вот сорвётся. Да и детям нужен праздник.
avatar
0
2
Спасибо за главу good lovi06032
avatar
0
6
Всегда пожалуйста lovi06032
avatar
0
1
Как все сладко начиналась,признания поздравления аж завидно стало.
Эдвард с Беллой такие счастливые.Они заслужили свое счастье особенно дети.В отцовской любви должны купаться.
Жаль мне  Женю и Эмета :cray:.Могу понять и его и ее.Их тянет к друг другу но между ними пропасть с размером в каньон. Зря затеял это Эмет.Сделал больно и себе и Жене.А слова хоть и правда но вышли они жестоко.Жене больно их было услышать.Да любой женщине они причинили  бы боль.Спасибо за главу.
avatar
0
5
Для Эдварда и Беллы это первый Новый год вместе, и поэтому оба решили, что подарки должны быть необычные, памятные.

Эммет и сам пожале, что затеял это. Просто как-то в один момент потянуло к ней так, что не смог сопротивляться.
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]