Фанфики
Главная » Статьи » Авторские мини-фанфики

Уважаемый Читатель! Материалы, обозначенные рейтингом 18+, предназначены для чтения исключительно совершеннолетними пользователями. Обращайте внимание на категорию материала, указанную в верхнем левом углу страницы.


Двое как один. Часть вторая

После позднего отхода ко сну и количества выпитого накануне я становлюсь полностью бодрой лишь к четырём часам дня и решаю навести полный порядок в холодильнике, когда в дверь кто-то звонит. Я иду к ней, только удостоверившись, что выгляжу вполне сносно в своих джинсовых шортах и однотонной серой майке с коротким рукавом. Но ничто не готовит меня к тому, кто предстаёт передо мной после взгляда в глазок. Он искажает картинку, но недостаточно сильно, чтобы заставить меня думать, что мне всё мерещится. По сторону полотна определённо Эдвард, и, едва я прижимаюсь к двери в попытке понять, что это может означать, по квартире разносится повторной звонок. Затяжной и настойчивый. Должна ли я открыть? Или мне стоит посоветоваться с Элис? А если Эдвард Каллен тем временем уйдёт? Хотя вдруг это к лучшему? В том смысле, что он не знает, что я по-прежнему живу тут, а теоретические новые владельцы вполне могут сейчас отсутствовать. «Но он, кажется, ищет тебя. Если основываться на том, что пришёл туда, где вы когда-то жили вместе», – доносится изнутри моего тела голос подсознания. «Неужели ты не хочешь знать, для чего?»

Я снова смотрю в глазок, и в этот миг Эдвард концентрирует взгляд на той же самой точке. Может ли быть так, что меня видно снаружи? Создаваемую мною тень или нечто подобное? Наверное, он бы сказал хоть слово, если бы думал, что по ту сторону порога кто-то находится. Хотя со стороны это глупо. Говорить с пустотой, когда ты не уверен, что тебя есть кому услышать. Вот если бы здесь были незнакомцы, спросившие его через дверь, кого он ищет, тогда другое дело. Разумно было бы ответить. Но сейчас... Я наблюдаю за тем, что будет дальше, и с некоторым удивлением вижу, как Эдвард отступает от двери на несколько шагов и садится на пол напротив неё. Неужели он настроен ждать, когда что-то прояснится, сколько бы времени это не заняло? Я отпираю замок, выдыхая и снова вдыхая. Эдвард вскидывает голову вверх, услышав звуки, и поднимается настолько быстро, что вот теперь у меня уж точно заходится сердце.

- Белла. Ты... здесь? - он явно обескуражен своим открытием и осматривается вокруг, словно может увидеть что-то принципиально новое. Но в подъезде изменился лишь цвет стен, да и холл внизу теперь отделан панелями. В остальном же всё по-прежнему. - Я не думал, что... Был уверен, что ты уже давно тут ни живёшь.

- Но, как видишь, живу. Мне тут нравилось. Теперь это моя квартира, - говорю я, держа дверь за ручку. Хочется прямо спросить, зачем он здесь, но одновременно из-за мысли так поступить в груди возникает странная теснота. Непонятный дискомфорт. Становится будто дурно, и я вспоминаю о вежливости. - Как твои дела? Как Джессика?

- Собирается замуж во второй раз. Мы развелись. Это считается тем, что у неё всё замечательно?

Шокированная, я глотаю воздух так быстро, что едва не закашливаюсь от той скорости, с какой он опускается в лёгкие, и невольно перевожу взгляд на ту самую руку. Кольца на безымянном пальце больше нет. Развелись? Но... почему?

- Я сожалею, - я способна исключительно на то, чтобы произнести избитую фразу. Мне трудно понять, как такое произошло между ними, когда Джессика трогательно отзывалась о нём, да, но сочувствие... В моих устах для моих ушей оно не кажется искренним. Эдвард качает головой, буквально сверля меня немигающим взглядом.

- Неправда, Белла, и я тоже нет. То, как мы встретились, то, что я ощутил в тот вечер, увидев тебя у лифта, и потом... Я ушёл от тебя, из этой квартиры, но ты словно осталась во мне, - говорит он связно, осмысленно и... умоляюще, а сразу после подходит ко мне уверенной походкой. Почти вплотную. И касается моей левой руки, всё ещё не отпустившей металл двери. - Я думаю, ты чувствуешь то же самое. Что ничего не кончено. Ты бы хотела... хотела начать всё сначала?

- Я...

- Ты не... одна, да?

- Нет, одна, - торопливо отвечаю я, - просто я... Ты меня оставил. Я не могу знать, что этого не повторится, - я в растрёпанных чувствах. Думаю о том, что люди преимущественно не меняются, и тогда второй шанс будет ошибкой.

- Я понимаю, но я... готов поговорить, как только захочешь.

- Тогда... проходи, - если он действительно готов, а не лишь утверждает это, думая, что мне достаточно слов, то ведь не станет возражать против того, чтобы поговорить именно сейчас, верно? Это чувствуется, как проверка, даже мною, но я не заставляла его произносить сказанное. - Ты, думаю, ещё помнишь, где гостиная. Я сделаю чай.

Эдвард кивает, и я иду на кухню, высвободив руку и позволяя ему закрыть дверь. Сразу после того, как чайник закипает, я разливаю воду и заварку по чашкам. Мне не хочется кофе впервые за довольно длительный срок.

Услышав мои шаги, Эдвард энергично поворачивается в мою сторону, наверное, желая скрыть свой интерес, но мне уже очевидно, чем он занимался в моё отсутствие, и что конкретно привлекло его внимание на полке над телевизором. Наша совместная с Джаспером и Элис фотография, сделанная вчера на их полароид. Не самая современная техника, конечно, но зато можно оперативно получить результат и прислонить его к статуэтке.

- Они женаты, и у них будет ребёнок, - тихо бормочу я. Как Элис наблюдала за строительством и разрушением моей личной жизни, так и мы с Эдвардом были в курсе, когда она познакомилась с Джаспером в своей альма-матер. Только с тех пор Каллен пропустил то, что для девушек считается чуть ли не самым важным днём в жизни.

- И давно они поженились?

- Полгода назад, - рассказываю я, потому что, судя по улыбке, он вроде бы искренне хочет знать. - Итак, поговорим?

Когда Эдвард садится на мой мягкий диван цвета кофе, выражение мужского лица уже сосредоточенное и малость тоскливое, будто только теперь моя потребность в ответах сделалась реально очевидной и дошла до его сознания.

- О чём бы ты ни спросила, я постараюсь быть максимально честным, но значит ли это, что, если я спрошу тебя о чём-то, ты тоже будешь со мной откровенна?

- Я всегда была с тобой откровенна. По крайней мере, тогда.

- Но не в Будве?

- Там нет, - подтверждаю я небольшим кивком после совершения глотка ароматной жидкости. Её цветочный запах немного успокаивает нервы и глушит волнение. Наверное, мелисса или нечто подобное с седативными характеристиками. Я не заглядывала в состав, а просто купила. От собственных нелепых мыслей хочется смеяться. Размышляю о заварке, когда рядом сидит мужчина, без которого я устала быть.

- Из-за моего статуса?

- Да, именно поэтому. Ты казался по-настоящему влюблённым, когда говорил о ней так, что я чувствовала, тебя не смущает то, что вы недавно поженились, а уже проводите время порознь, - всё это просто исходит из меня. Никаких сопутствующих рассуждений, говорить или нет. - Ты не выглядел опечаленным всем этим. А я...

- Что ты? - словно утешительный тон голоса подбадривает меня, тогда как Эдвард, склонившись над собственными коленями и сложив ладони рук, смотрит немного исподлобья и хмуро. Но, несмотря на не самые положительные эмоции на его выразительном лице, я хочу доверять, и чтобы теперь мы услышали друг друга.  

- Ощущала себя по-дурацки из-за мысли, что вот если бы ты был моим, я бы непременно занялась чем-то, что ты любишь, только чтобы разделить эти эмоции с тобой. Даже если бы боялась.

Я провожу рукой по дивану, удаляя несуществующие пылинки. Эдвард впервые погрузился под воду, потому что это привлекало меня, мне хотелось увидеть мир, скрытый в её толще, мы оба, разумеется, волновались, но преодолели страх вместе. Он не остановил нас.

- Я и был влюблён, пожалуй. Но не... всепоглощающе. Это я испытывал лишь к тебе и с тобой, - Эдвард невесомо дотрагивается до моей ладони, оставшейся лежать на краю сидения. Прикосновение ненавязчивое, но чувственно-волнующее. Наверное, не столько из-за ощущения кожи, вступившей в контакт с моей, сколько потому, что настойчивый взгляд словно гипнотизирует меня. Он томный. Жадный. Пробуждающий самые смелые фантазии. По крайней мере, я оцениваю его именно так. Приходится ненадолго закрыть глаза, чтобы мысленно вернуться в реальность, в которой мы разговариваем. Просто разговариваем. - После университета я думал, что мы наконец останемся вдвоём, что сконцентрируемся на нас, но не смог этого сказать. И потом... мне показалось ужасным то, куда мы идём. К ущербной жизни, в которой мы более не будем испытывать радости друг с другом. Наши ссоры лишь доказывали мне то, что отношения между нами стали нездоровыми. Моя любовь стала таковой, Белла. Всё более похожей на чёрную дыру, способную поглотить тебя подобно чудовищу.

- На чёрную дыру? Что ты имеешь в виду? - я смотрю на Эдварда, на наши руки и снова возвращаю взгляд к мужчине. Его слова делают меня растерянной. Я озадачена и не понимаю их смысла. Кажется, его попросту нет.  

- Я хотел, чтобы ты была рядом максимально возможное количество времени, и не хотел тебя ни с кем делить, даже с твоими подругами, но понимал, что это неправильно, - от ощущения муки в звучании хрипловатого голоса становится тревожно внутри. Болезненно. До такой степени, что я испытываю что-то вроде психологического надлома. - Что в действительности твоя жизнь не должна состоять только лишь из меня, и каждый свой день тебе надлежит проживать полноценно и с удовольствием, а не заканчивать его очередным выяснением отношений.

В груди возникает давящая тяжесть. Чувствовать её не ново для меня. Наоборот вполне знакомо. Всё это уже происходило со мной, когда мы только расстались. В те дни я порой ловила себя на мысли, что хожу среди людей и даже по квартире, словно робот или бестелесное существо. Но теперь при всех моих неопределённых, противоречивых эмоциях я вполне осознаю себя, своё тело и свои желания.

- Ты ушёл, потому что...  

- Я любил тебя неправильно, Белла, но готов исправить ошибки.

Визуальный контакт между нами... интенсивный. От него меня охватывают волнующая дрожь, приятное, сладкое головокружение и душевный покой. Говорить о былом хочется уже немного меньше. Или много...

- Поцелуй меня, Эдвард.

Он ничего не спрашивает и не медлит. Прикосновение губ ласковое, почтительное, но умопомрачительное. Сладость, жажда, дурман, голод, исступление. Я словно опьянена тем, что поцелуй длится и длится, горячий и нетерпеливый, и... Эдвардом. Он крепко обхватывает мою шею, углубляя его, и я ощущаю, что стягиваю с мужчины куртку, только чтобы стать ближе. Дыхание становится затруднённым и жарким столь же стремительно, что и на заре наших отношений. Это не изменилось. Это безумие, как и прежде. Даже большее, чем то, каким я его помню. Мы неспешно чуть отстраняемся друг от друга, но с сохранением прикосновений. От них не представляется реальным отказаться. Полузабытые и новые ощущения смешиваются воедино, не оставляя без внимания ни одну клеточку моего тела. Оно охвачено трепетом, и я чувствую себя потрясающе.

- Мне тебя не хватало. Твоего запаха и твоих поцелуев. И просто сидеть вот так, - скользящим движением касаясь моих волос, Эдвард откидывается назад на спинку дивана и левой рукой привлекает меня к себе. Я прислоняюсь немедля и плотно. Знакомо звучащее дыхание над макушкой отдаёт правильностью, как будто и не было всех этих лет. - У меня кое-что для тебя есть. Подай, пожалуйста, куртку.

Я протягиваю вещь, и, сомкнув левую руку вокруг её верхней части, другой рукой Эдвард извлекает из внутреннего кармана бархатную коробочку в форме ракушки. От одного её вида моё дыхание становится рваным. Будто здесь внезапно закончился весь кислород. Всё из-за воспоминаний о том, что я сделала Джейку. Я расслабляюсь, лишь когда приподнимается крышка. Внутри не кольцо, и слава Богу. Прямо сейчас это было бы странно. Под ней оказываются на вид серебряные серёжки. Со вставкой из круглого камня.

- Они... прекрасны. Но я...

- Это подарок, хорошо?

- Спасибо, Эдвард. Мне надеть сейчас? - я совсем не уверена, как лучше, и как он вообще хочет, чтобы я поступила. Он дарил мне что-то и раньше, но основываясь на том, что мне было нужно на тот момент. Я, так сказать, заказывала подарки, упоминая, если у меня заканчивалась тушь или нечто подобное. Получить нечто на порядок дороже абсолютно ново. И от того есть чувство... неловкости что ли.

- Я бы хотел посмотреть, но только если ты хочешь.

Я аккуратно меняю украшения в своих ушах на новые серьги. Они весят мало и не сильно оттягивают мочки. Взгляд Эдварда лучистый и особенно выразительный.

- Они тебе идут.

Мы улыбаемся друг другу без слов. Временно сложив пусеты с жемчугом в бархатную ракушку, я задумываюсь, сколько уже часов, и говорю негромким голосом:

- Останешься на ужин? Вчера осталось много всего, в том числе и торт.

- С удовольствием.

Я только-только сажусь за стол напротив Эдварда, как замечаю за его спиной входящую на кухню Мейси. Окрас шерсти образован из бледно-оранжевого, серого и чёрного оттенков. Кошка потягивается, всё ещё сонная, но уже привлечённая запахами. Это не перестаёт меня поражать. Тот факт, что вот она спит в моей кровати или где-нибудь ещё и спит вроде бы крепко, а уже минуту спустя может появиться рядом с громким требованием еды или ласки. Наверное, ощутив незнакомца, Мейси замирает подобно статуе. Лучше предупредить, ведь так?

- Эдвард.

- Ммм?

- Я должна сказать, что у меня есть кошка, и прямо сейчас она позади тебя. Но ты не бойся, она безобидная и к тому же остерегается чужих.

Эдвард поворачивает голову назад. Медленно, будто не верит мне или кошке. Хотя он, возможно, хочет подружиться с ней. Потому что дружелюбно обращается к ней так, словно она человек и может ответить. Это мило. Очень.

- Привет, красавица.

- Её зовут Мейси.

- Привет, Мейси.

- Иди ко мне, девочка, - подзываю её я. - Смелее, тебя никто не обидит.

Она встаёт на четыре лапы, совершая короткий шаг передней правой лапкой, но тут же пугливо останавливаясь. Мейси не отводит взгляда от Эдварда. Настороженного, вероятно, пытающегося понять, может ли он быть опасен. Кажется, он даже перестаёт дышать. Прямо перед тем, как она стремительно бросается в мою сторону и приникает к моим ногам, прячась за ними. Я провожу по шёрстке между ушками мягкими, медленными движениями. Мейси успокаивается, судя по звуку мирного урчания, но держится близ меня, как около воображаемого укрытия, не решаясь высунуться обратно.

- Быстрая же она у тебя, - замечает Эдвард с широкой улыбкой, немного заглядывая под стол, но с его места Мейси не увидеть. - Словно метеор.

- Просто незнакомые люди её нервируют. С тобой это никак не связано, честное слово, - извиняющимся тоном говорю я. - Ей три, но она по-прежнему словно котёнок. А ты никого не заводил? С... Джессикой или без неё?

- Нет, я... один. Сам по себе, - с щемящим выражением лица говорит Эдвард, и я чувствую тоску в нём. Вижу её в его глазах. Неважно, что было у него после нас, я не могу воспринимать эти слова отчуждённо и равнодушно. Они дико неправильные и не нравятся мне.

- Это не так, - я протягиваю ладонь и утешительно дотрагиваюсь до левой мужской руки. - У тебя можем быть мы, если ты действительно этого хочешь.

- Я хочу, Белла, - перевернув кисть, Эдвард поглаживает костяшки моих пальцев. Волнующе, чувственно, фактически интимно. - Мне завтра на работу, поэтому мне придётся скоро уйти, но я думаю, мы должны... обменяться номерами. Чтобы я мог... позвонить, - его голос звучит... механически. Со странной неуверенностью. Почему всё так, если это по-прежнему я? Потому что мы больше не в школе, и с тех пор многое стало другим?

- Ты... нервничаешь?

- Да.

- Не стоит. Я дам тебе номер, - отвечаю я. Из-под стола доносится мяуканье, когда Мейси трётся мордочкой о мою правую ногу. Я смотрю на кошку, а она на меня, хотя всё, что ей нужно, у неё есть. И вода, и корм в углу кухни. Я всегда забочусь об этом, даже если Мейси вроде бы только что поела. - Ну ты чего? Ты же знаешь, где твоя еда. Я буду наблюдать за тобой отсюда. Этот мужчина не станет к тебе подходить.

Эдвард смеётся над моими словами или ситуацией в целом, и я перевожу взгляд на него, но молча, ничего не говоря и не прося прекратить. Всё это ведь, и правда, забавно. Мне ещё не приходилось убеждать свою кошку, что наш дом по-прежнему безопасное для неё место, потому что я тут, и что её никто не тронет, если она отвернётся на несколько минут, чтобы поесть. Мейси продолжает взывать ко мне, мяукая всё чаще, и, вздохнув, я беру её на руки и отношу к миске, а сама сажусь на пол поблизости.

- Такое с ней впервые, верно?

- Мне почти стыдно из-за этого. На Джейка она так не реагировала, - я не сразу осознаю, что именно сказала. Лишь когда Эдвард спрашивает о нём, в моих мыслях эта фраза прокручивается второй раз, и в голове словно что-то щёлкает. О Господи.

- Кто такой Джейк?

- Друг. Наверное.

- Наверное?

Я и сама не знаю, кто он мне теперь. И вообще на способна только на то, чтобы вспоминать прошлую себя в тот момент, когда я поняла, что Эдвард женат. Несмотря на понимание, что минуло много лет, в течение которых мы более чем сохраняли дистанцию, оборвав все связи резко и необратимо, это известие почти причинило боль. Прозвучит громко, но в каком-то смысле это был опыт, заставивший меня испытывать нечто вроде... горя. Словно мы только что расстались, и вот он уже женился на другой. Конечно, это было совсем не так, но я подавляла себя и всё то, что вертелось в моей голове, учитывая то, на какой ноте мы покончили с нашими отношениями. Я сдерживалась, чтобы промолчать, несмотря на всю внутреннюю злость из-за потенциальной возможности Эдварда быть счастливее с кем-то другим. Этот факт так и возникал в моих мыслях на протяжении всех тех дней, даже когда я не пересекалась ни с ним, ни с Джессикой. Было достаточно всего лишь раз увидеть кольцо, а потом и её саму. А теперь мы словно поменялись местами... Если я скажу, будет ли он отталкивать эмоции и притворяться, что всё в порядке, подобно мне? Если... Не если, а когда. Замалчивать такое будет неправильно.

- На самом деле я... Я могла бы выйти за него замуж, - я поднимаю глаза на Эдварда. Он опускает стакан с водой, который было поднял, чтобы, наверное, сделать глоток, и словно замыкается в себе. Не знаю, возможно ли описать эту эмоцию как-то иначе. Это не разочарование и не хмурый взгляд. Это нечто другое. Попытка осмыслить услышанное? - Скажи же что-нибудь.

- Ты имела бы полное право принять такое решение. Меня не было. Это называется... двигаться дальше.

- Я не... Я хотела этого недостаточно сильно. Было бы ошибкой ломать чью-то жизнь, - говорю я как раз тогда, когда Мейси заканчивает свою трапезу и подходит к моим ногам. Я глажу спинку и шею, что всегда приносит наибольшее удовлетворение, судя по ощутимости мурчания прямо через шерсть.

- Спасибо, что рассказала мне. И спасибо за ужин. Я нечасто благодарил тебя прежде, - Эдвард едва не прячет свой взгляд, - но теперь я другой... Знаю, это лишь слова...

- Нет. Я видела, что ты другой, - я поднимаюсь с пола, чтобы подойти к нему. - Чай зелёный или чёрный?

- Чёрный. И я уберу со стола и всё помою.

- Не нужно. У меня есть посудомоечная машина.

- И всё же позволь мне помочь, - только Каллен встаёт, как Мейси проносится мимо на выход из кухни в неизвестном нам направлении. Настолько стремительно, что едва не врезается в дверную коробку. - Неужели я такой страшный?

Я игриво пихаю Эдварда правой рукой, в то время как левой собираю столовые приборы и свою тарелку, в ответ на что он притягивает меня к себе, скользнув рукой на талию, прижимает совсем близко, и его тепло словно образует кокон вокруг меня. Необходимо поместить оставшуюся еду в холодильник, загрузить посудомойку и поставить чайник, но я не хочу двигаться. Неужели в каких-то вещах я так и останусь той школьницей, которую словно зачаровали, не делая ничего значительного вроде невыполнимого обещания достать звезду? Автоматический вдох заставляет меня чувствовать всё только больше. То, как из-за по сути невинного прикосновения по коже везде и всюду распространяются мурашки.

- Она привыкнет, если ты часто будешь здесь бывать.

- Это зависит лишь от тебя, Белла. Но тебе я вроде нравлюсь, поэтому... - улыбаясь, он отступает в сторону, чтобы заняться упомянутой уборкой. Вдвоём это занимает совсем мало времени, и вскоре, отведав кусочек сделанного на заказ торта, Эдвард говорит, что ему пора. Это не должно вызывать во мне чувство пустоты, но...

- Итак, значит, завтра нам обоим на работу.

- Похоже, так и есть, - отвечает он, уже стоя около моей двери обутым, в куртке и с моим номером телефона в списке контактов. Нужно просто спросить, и всё. Мы ведь взрослые.

- Ты бы хотел прийти ко мне завтра после работы? Может быть... может быть, проведём выходные вместе?

- Вместе это и... оставаться на ночь? - его взгляд... оценивающий. Слегка блуждает между мною и комнатой.  

- Да, я... Но если ты не хочешь, и у тебя другие планы...

Эдвард торопливо берёт меня за левую руку, и я умолкаю на полуслове. В прикосновении есть мягкость, но не робость. Он обхватывает мои плечи, безмолвно побуждая смотреть на него. При всей смешанности испытываемых эмоций для меня это преимущественно сладостный миг.  

- Нет у меня планов.

- Тогда я сказала тебе то же самое.

- Но, уверен, у тебя это просто вырвалось.

- Так и было, - подтверждаю я и задумываюсь о том, как Эдвард будет добираться до дома, и далеко ли до него от меня. Ни у кого из нас в своё время не было машины. Мне она без надобности и сейчас, хотя я могу приобрести её в любой момент, учитывая наличие прав. - Мне вызвать тебе такси? Или ты…

- У меня автомобиль внизу. На парковке. Хочешь посмотреть?

- Да, - я мгновенно загораюсь этой мыслью. - Только возьму ключи.

Мы спускаемся вниз и выходим из подъезда. Я иду за Эдвардом, пока он не замедляет шаг около дорожного указателя, разрешающего парковку с шести вечера и до десяти утра без всяких ограничений по времени.

- Вот, это мой.

Передо мной автомобиль серебристого-серого цвета. Эмблема на капоте кажется знакомой, вероятно, от того, что я наверняка видела модели этой марки на улицах.

- Как называется?

- Тойота камри, - и вот так я понимаю, что если и не обращала внимания на подобные машины вживую, то слышала про них от Эдварда, прежде любившего листать автомобильные журналы. Ещё до окончания университета однажды после секса он слишком скоро покинул кровать, но вернулся обратно через считанные мгновения со свежим номером, раскрытым на странице с рекламой. Я не хотела ни во что вникать, наполненная негой и удовольствием, но всё же открыла глаза, лёжа на животе. Там была напечатано изображение машины и название. Эдвард мечтательно произнёс, что если и покупать когда-нибудь личный транспорт, то именно её, красивую и безопасную. И очевидно, что ему удалось к этому прийти, каким бы невероятным на тот момент мне это не казалось. Я чувствую всеобъемлющую радость за него.

- Она такая… выразительная. Садись за руль. Я хочу посмотреть, как ты выглядишь внутри.

Усмехаясь, Эдвард забирается в салон, как только нажимает на кнопку на брелоке, в ходе чего фары мигают серебристыми лампочками. Водительская дверь остаётся открытой, и я провожу рукой по её внутренней поверхности и кожаной обивке сбоку подголовника. Сейчас она прохладная на ощупь, но наверняка в особо жаркую погоду всё иначе.

- Ну... как тебе? Что думаешь?

- Она тебе идёт. Ты её так хотел, - просто говорю я, что явно удивляет его, а может, и шокирует. В подобные моменты в прошлом выражение его лица всегда становилось немного отсутствующим. И сейчас я вижу то же самое.

- Ты не забыла?

- Нет. Давно приобрёл?

- Не особо. Только полгода как. Уже после... Джессики. Прокатимся на выходных? - выбираясь на улицу, он обнимает меня прикосновениями к бокам. Я благодарна за смену темы. Мне не сильно хочется знать про их семейную жизнь или обстоятельства развода.

- Может быть. Тебе далеко ехать?

- Примерно полчаса. Я живу у библиотеки.

- Напишешь мне из дома?

- Да, - небольшой кивок, и Эдвард склоняется ко мне с настойчивым поцелуем и дразняще проводит рукой вверх вдоль изгиба моего позвоночника. Мы целуемся, пока лёгкие словно не начинают гореть, а потом просто стоим у машины какое-то время прежде, чем Каллен, помедлив ещё немного, уже сидя за рулём, уезжает. Я возвращаюсь в квартиру, где Мейси ждёт меня прямо у двери.

- Привет, девочка. Ты чего тут? Испугалась, что я не вернусь? - в ответ раздаётся стандартное мяуканье, и Мейси ступает за мной по направлению к гостиной. Мы располагаемся на диване, я с краю, а кошка между моей левой ногой и спинкой, и я поглаживаю шерсть, пока жду, когда Элис возьмёт трубку. Всё-таки мне нужно кое-что рассказать.

- Привет, подруга.

- Привет. Как самочувствие?

- Да всё нормально. По утрам уже почти не тошнит, - делится Элис, уже зная, что я не против слушать такие подробности. Поначалу её смущала мысль поведать мне что-то подобное, исходя из того, что я не беременна, и мне это наверняка не нужно, но продлилось соответствующее состояние не сильно долго. - А у тебя как дела? Есть что-нибудь новое?

- Вообще-то да. Сегодня вечером кое-что случилось, но ничего страшного, - поспешно добавляю я, помня, что будущим мамам нервничать нежелательно, и решаюсь просто озвучить главное. - Ко мне приходил Эдвард. Он... развёлся, Элис.

- Постой, здесь телевизор. Не уверена, что расслышала тебя верно. Сейчас выйду на кухню. А вот теперь повтори.

- Эдвард развёлся, и мы решили попробовать снова.

- Это... внезапно, - с узнаваемой мною задумчивостью молвит Элис, когда я уже собираюсь спросить, здесь ли она всё ещё, или что-то случилось со связью. - Я, признаться, в шоке. Но, наверное, я чувствовала, что всё может так сложиться.

- Что он разведётся?

- Это ведь не редкость. Люди разводятся, даже если за плечами десятилетия брака и дети. Так что теперь? Он ушёл? - выдохнув, заботливо спрашивает Элис.

Я рассказываю всё, как есть. Совсем всё. Она молчит и просто слушает. Не перебивая и не останавливая меня. И говорит, лишь когда убеждается, что я закончила.

- Значит, Мейси, в отличие от хозяйки, ещё в него не влюблена?

- О, очень смешно.

- Это ведь действительно забавно. А что с... Джейком?

- Эдвард знает, - Мейси будто понимает, что речь идёт о ней и о постороннем для неё мужчине, и, что называется, навостряет уши. Она ещё и встаёт, чтобы, видимо, лучше слышать. Вот же дурочка.

- И как он воспринял то, что сейчас ты могла бы быть чьей-то невестой?

- Спокойно, Элис.

Мы разговариваем ещё немного, но уже ни о чём значительном, заканчивая взаимными пожеланиями спокойной ночи. Я иду в душ, и всё время, что я скрыта за шторкой, сегодня Мейси проводит в комнате вместе со мной, сидя снаружи ванны. Такое бывает не всегда, но часто. Я даже привыкла не закрывать дверь. Потому что в первый год жизни Мейси случалось такое, что она начинала нервно мяукать, стоило мне запереться в ванной. Приходилось вылезать и открывать, чтобы воцарилась тишина.

Когда я подхожу к телефону, закончив со всеми процедурами, там уже отображается сообщение от Эдварда. Короткое и по существу, но вызывающее улыбку у меня на лице.

Я доехал благополучно. Напишу завтра. Добрых снов.

Буду ждать. Доброй ночи и тебе.

Мы переписываемся фактически весь следующий день. О коллегах друг друга, о виде из окна офиса, о том, куда идём на ланч и что едим, и я даже прикрепляю фото своего блюда, и о времени, когда я точно буду дома, и не хочу ли я побыть немного одна. Я отвечаю, что не хочу, и Эдвард приезжает ровно в семь. Мне становится несколько волнительно из-за того, что я сама же и предложила, ещё за ужином, не в последнюю очередь ввиду пришедшей мысли о том, каково будет снова просто спать в одной кровати, но Эдвард тихо говорит про диван через какое-то время после начала случайного фильма.

- Хочешь, чтобы я постелила тебе здесь? Тебе будет неуютно... со мной?

- Неуютно, да, но не в том смысле, о каком ты думаешь. Мы ведь никуда не торопимся, - намекающим тоном поясняет он, и у меня окончательно проясняется в голове. Кажется, он о сексе. О том, что не хотел бы, чтобы мы так скоро..? - Но тебе необязательно быть так далеко. Иди сюда.  

Я придвигаюсь к нему, опуская голову на твёрдое плечо под приятно пахнущей кондиционером для белья майке. Это так по-домашнему и как раньше, что, когда приходит время идти спать, моя кровать начинает казаться мне слишком большой, хотя она изначально двуспальная, но именно сегодня я ворочаюсь по ощущениям не один час прежде, чем всё-таки засыпаю. Всё, несомненно, из-за Эдварда в соседней комнате. Если бы не желание уважать его желания, я бы, наверное, не устояла перед тем, чтобы пойти в гостиную, и всё такое.

Совместные выходные проходят, словно мгновение. И в моём понимании они наполнены противоречивыми, неоднозначными ощущениями. Раньше я ненавидела проводить досуг, сидя в четырёх стенах, а теперь соглашаюсь покататься по ночному городу, лишь на ночь глядя, чтобы заодно купить где-нибудь вкусняшки. Это даже дико что ли... То, мне больше хочется пожевать что-то сладкое, чем по сути бесцельно тратить бензин в машине, хотя она даже не моя. Мы возвращаемся домой уже через час с небольшим, и Мейси шарахается прочь от двери, потому что я пропускаю Эдварда в квартиру первым. Потепление между ними не наблюдается ни на второй день, ни в течение следующей недели, когда Эдвард заезжает по вечерам лишь на пару часов, да и то не ежедневно. Если представить, что моя кошка похожа на меня, хотя она не знала Эдварда-подростка, то любви с первого взгляда у них уже не случилось. Мейси явно довольна, если Эдвард не появляется, расхаживая всюду вместо того, чтобы прятаться, хотя я ожидаю, что по выходным мы с ним теперь всегда будем вместе. Косвенно это подтверждается тем, что Эдвард оставил свою зубную щётку и вещи, в которых спал, но при этом, звоня ему в заключительный рабочий день недели, во избежание прошлых ошибок я говорю себе не ждать слишком многого.

- Привет. Ты ещё на работе?  

- Привет, да. И сегодня не приеду. Мне нужно срочно закончить кое-какие подсчёты. Может быть, я и завтра просижу за ними большую часть дня. Извини.

- А ты не можешь заниматься ими у меня? Обещаю, что не буду отвлекать. Мы только поужинаем, и всё, - говорю я, проходя через вращающиеся двери на входе в офисное здание, где работаю. До метро тут пару кварталов, и расстояние между моим домом и ближайшей к нему станцией подземки тоже ненамного больше.  

- Хорошо, я возьму бумаги с собой. Буду где-то часа через полтора. Заеду переодеться.

- Я как раз что-нибудь приготовлю.  

Верная своему слову, после ужина я занимаю себя чтением книги, сидя на кухне с бокалом кофе и шоколадкой, тогда как Эдвард уходит в гостиную, где есть журнальный столик. Иногда до меня доносится шелест бумаг, а ещё пишущий звук карандаша или ручки, но в основном царит тишина. Посмотрев в какой-то момент на часы на микроволновке, я вижу, что время уже начало одиннадцатого вечера, и задумываюсь о том, чтобы ненавязчиво заглянуть в гостиную, как вдруг всю квартиру заполняет пронзительный визг Мейси. Я быстро иду в его направлении, но успеваю увидеть лишь то, как она пересекает прихожую и скрывается в спальне. Что ещё за чёрт?

- Эдвард, прости, что прерываю, но ты случайно не... - я осекаюсь на полуслове, увидев его понурый вид и несколько листов, что валяются на полу. Эдвард упирается локтями в колени и не сразу поднимает взгляд на меня. - Что-то случилось? Не сходятся цифры?

- Я толкнул Мейси.

- Что?

- Я столкнул Мейси с дивана. Она лезла в бумаги, и я... Клянусь, я просто хотел её отодвинуть, но, видимо, это было слишком сильно. Она упала вниз. На пол, - он смотрит на меня виновато, а потом встаёт и принимается собирать бумаги, - прости, я лучше поеду к себе.

- Поверить не могу, что слышу это, - не думая, произношу я. Достаточно лишь сиюминутной мысли про те же грабли во второй раз, и слова уже оказываются повисшими в воздухе. - И кому от этого лучше?

- Тебе. Ты перестанешь злиться на меня, и...

- Я не злюсь, - незначительно повышаю голос я, - мне неприятно, да, но я скорее расстроена, что расстроен из-за этого ты, а не злюсь. Это ведь не было намеренно.  

Я подхожу к нему и мягко, но крепко обхватываю его со спины. Он необъяснимо напрягается из-за ощущения моих рук на своём животе, хотя это не останавливает меня от того, чтобы прислониться головой к твёрдой мужской спине.

- Белла, я... - странное предупреждение в бархатистом голосе чувствуется чужеродным и неискренним. Я уверенно веду руками к груди, представляя, как расстёгиваю рубашку или сначала выдёргиваю её из-за пояса джинсов, а потом Эдвард раздевает меня, более неспособный отрицать взаимное желание. В реальности он прикасается к моим запястьям, эффективно сдерживая их, и в силу нашей близости мною чётко различима скорость биения его сердца.

- Что ты? Не хочешь?

- Ты ведь знаешь, это не так. Я уже столько ночей думаю о тебе перед тем, как заснуть. Иногда это было даже... даже в браке.

Он поворачивается ко мне лицом и сумасшедше быстро накрывает мои губы пылким поцелуем, состоящим из нежности, собственничества и нетерпения. Я хватаюсь за материал мужской одежды почти яростно. Это больше не под запретом. Весь этот миг. От чувства, что отныне всё допустимо, фактически кружится голова. Подталкивая меня к дивану, Эдвард плотно обхватывает мою шею правой рукой, пока я вслепую вожусь с его рубашкой. Но с пуговицами моей блузки он расправляется быстрее. И при этом ни на секунду не перестаёт меня целовать. Упоительно. Многообещающе. Глубоко и ненасытно. А потом требовательное движение, притягивающее меня на колени. Наконец становится проще разобраться с одеждой, и всё сводится исключительно к прикосновениям повсюду, физическому контакту, учащённому дыханию, неповторимым эмоциям, эйфории и предвкушению большего.  

Он погружается в меня мучительно медленно, самую малость грубо стискивая мою грудь. Его движения сладострастные, поцелуи пропитаны эротизмом, и я позволяю делать с собой всё, что только заблагорассудится, и дотрагиваться соответствующе. Удовольствие зарождается, кажется, ещё на кончиках пальцев, которые я переплетаю с пальцами Эдварда, когда он проникает в меня совсем неудержимо. Я подаюсь ему навстречу, утратив всякий контроль. Ещё несколько толчков, и нас захлёстывает взаимный экстаз. Сильный, пробирающий до нервных окончаний. Перед глазами всё вращается от потери чувства реальности, и единственное, что я остро ощущаю, это дрожь Эдварда внутри меня и его влажный лоб, к которому прижимаюсь головой. Ресницы на глазах Каллена подёргиваются прежде, чем он открывает глаза.

- Это было...

- Изумительно.

- Я бы сказал, что больше, чем просто изумительно, - чарующим голосом и с улыбкой произносит он, сладко и долго целуя меня. - Пойдём... пойдём в кровать?

- Да.

Этой ночью я сплю несколько чутко и, проснувшись в очередной раз, различаю мягкую шерсть около своего правого плеча между собой и Эдвардом. Мейси укладывается далеко не сразу. Я поворачиваюсь к ней, чтобы тихо погладить, и с удивлением обнаруживаю, что меня уже опередили. Но ещё более неожиданно то, как спокойно она дышит, невзирая на прикосновение Эдварда.

- Привет, - очень тихо заговаривает со мной он, - видимо, мы с ней всё-таки поладим.

- Кажется, она отходчивая.

Мы засыпаем, а когда я снова просыпаюсь, то нахожусь в кровати одна, а часы показывают почти девять утра. Странно, что я не слышала Мейси. Она ведь обычно ранняя пташка. Может уже в шесть требовательно мяукать и просить накормить её или поиграть. Но ответы на вопросы находятся сами собой при взгляде на кошку, свернувшуюся в клубок на коленях Эдварда. Он не выглядит не отдохнувшим, хотя после того, как я целую его, упоминает, что они встали где-то в семь, но справились без меня. Впрочем, почти тут же признаётся, что сам ещё не ел. Я лишь улыбаюсь и приступаю к приготовлению завтрака.

Дни идут своим чередом, образуя недели и месяцы. Я отмечаю День благодарения с Калленами, а прежде мы с Эдвардом на пару часов заезжаем к моим родителям. На тот момент наше воссоединение уже не является новостью в силу того, что я рассказала им, но они впервые видят его лицом к лицу спустя годы, и некоторая напряжённость визита так никуда и не девается. Подобное имеет место быть и у Карлайла с Эсми, и на обратном пути Эдвард сам заговаривает о времени, вероятно, необходимом всем, чтобы привыкнуть. Я киваю в согласии, пока он держит меня за руку, недолго управляя автомобилем одной рукой. По сравнению с нашими матерями и отцами с Элис и Джаспером ещё до того всё проходит на весьма оптимистичной ноте. Они обнимают Эдварда, когда ещё в сентябре приглашают нас в гости, и впоследствии я начинаю его как бы ревновать, узнав про регулярные звонки моей подруги напрямую ему. Это происходит ввиду его сообщения, что её очередной плановый осмотр не выявил никаких проблем, о чём в тот миг я ещё не была осведомлена. Но их дружба не злит меня. Хотя не скрою, что приятнее всего ни с кем им не делиться. Мы начинаем жить вместе в нашей прежней квартире между Рождеством и Новым годом. А примерно в середине января Элис устраивает бэби шауэр в присутствии родных с обеих сторон и нас, близких друзей. До родов остаётся меньше двух месяцев, но она активна в той же степени, в какой была и в отсутствие живота. Пока в назначенный вечер мы собираемся на праздник, Эдвард высказывает мнение, что, наверное, всепоглощающая усталость её так и не коснётся, но я едва слушаю его. Все мои мысли крутятся вокруг очень даже вероятной встречи с Джейком. Я подавила в себе потребность в расспросах, но Элис словно между делом как-то сказала мне, что он официально приглашён. Придёт ли он ради друга или воздержится из-за меня?

- Белла. Ты слышишь?

- Прости, задумалась, - я беру с комода пакет с одеждой для новорождённого и сертификат на семейную фотосессию после родов. Элис и Джаспер решили не узнавать, кто у них будет, и в качестве подарка мы с Эдвардом купили вещи универсальных расцветок.

- И о чём же?

Я поворачиваюсь лицом к нему, созерцая, как он застёгивает манжеты белой рубашки. Даже через ткань угадываются немного накаченные мышцы.

- На празднике наверняка будет... Джейк. Я не говорила, но он коллега и друг Джаспера.

Эдвард отводит взгляд от левой манжеты, и между нами возникает пронизывающий зрительный контакт. В ожидании реакции, будь то слова или действия, у меня очень сильно бьётся сердце.

- Твой... Тот, кто делал тебе предложение?

- Да, он.

- Не скажу, что буду рад так или иначе, видимо, познакомиться с ним, но мы все ведь взрослые люди, и в том, что я чувствую к тебе, для меня ничего не изменится, - успокаивающе и осмысленно заверяет он и проходится по моему телу восхищённым взором. - Ты прекрасно выглядишь.

- Ты тоже. Теперь мне ещё труднее не думать о минувшей ночи.

- Можем... можем повторить, когда вернёмся.

После многообещающего, красноречивого поцелуя мы всё же одеваемся и, проверив Мейси, покидаем квартиру. По приезду к Элис и Джасперу нам открывает будущий молодой отец, в ответ на мой вопрос указывая на стол, куда можно положить подарки, и добавляя, что жена на кухне. Я здороваюсь с родителями пары, которые уже тут, и Розали, пришедшей с парнем, прежде чем нахожу Элис занимающейся выкладкой макаронс из коробки. Подруга стала ещё более округлой, хотя мы виделись всего-то дней пять назад, когда занимались последними приготовлениями к сегодняшнему дню. Я помогала с организацией, тогда как будущие бабушки сказали, что придут пораньше и помогут с сервировкой стола и украшением.

- Привет, мамочка. Гостиная выглядит невероятно уютно и красиво, - праздничное настроение создают воздушные шары, гирлянды и растяжки из флажков с надписями, обращёнными к малышу. Я касаюсь животика, но в этот раз не чувствую толчков и убираю руку. - Чем тебе помочь?

- Да в принципе ничем. Всё уже готово. Если только отнести печенье на стол. А так мы ждём только... только Джейка, - Элис незначительно медлит прежде, чем произносит его имя. Мне уже не больно слышать его. Скорее просто хочется увидеть, что Джейк в порядке и оправился.

- Он придёт?

- Да, звонил недавно. Это ведь не проблема для тебя?

- Нисколько, - пожимаю плечами я. - Мы с Эдвардом поговорили об этом, он в курсе. Никто из нас ничего тебе не испортит. Итак, мне нести макаронс на стол?

- Да, и оставайся там. Мне серьёзно больше ни с чем не нужно помогать.

Я ставлю тарелку туда, где есть свободное место, улыбаясь Эдварду, занявшему стул по другую сторону стола, и иду сесть рядом. Вскоре дверной звонок распространяется по квартире, и я задумываюсь, что это наверняка Джейк. Мысли в голове путаются, погребая под собой ту, в рамках которой я считала себя готовой к неизбежному. Но не испортить в значении вести себя цивилизованно это одно, а вот суметь взглянуть в глаза бывшему в присутствии человека, на которого ты его променяла на тот момент без единых оснований... И неважно, что Джейк доподлинно этого не знает. Боже.

Он входит и, уверена, видит меня сразу же, просто оттягивает момент приветствия, как может. Элис лично представляет Эдварда, опуская ярлыки, за что я благодарна, но, впрочем, это не имеет особого смысла. Потому что Эдвард держит руку на спинке моего стула, будто охраняя территорию. Джейк кивает мне, когда садится напротив.

- Белла, - его взгляд, кажется, вполне благосклонный и дружелюбный. Не... завистливый. Вроде бы. Я не чувствую ни неприязни, ни ощущения, что внутри мужчины разыгрывается буря от того, что я с кем-то. Джейк отводит взгляд первым. Я поступаю точно так же, концентрируясь на Эдварде. Почти безмолвная сцена явно не остаётся незамеченной им. Он выпивает целый стакан воды так быстро, будто обезвожен после того, как потерялся в пустыне и был чудом найден.

В течение следующих нескольких часов мы делаем забавные принты на детских боди с помощью фломастеров, пишем и зачитываем пожелания для ребёнка, и, конечно, дарим подарки. Точнее Элис распаковывает их и пробует отгадать, кто из нас выбрал тот или иной презент. Стоит сказать, что она справляется с этим на сто процентов правильно, приписывая детские книги для самых маленьких родным со стороны Джаспера, игрушки своим родителям, а витаминные добавки Джейку. Либо она настолько хорошо знает всех нас, либо существовала некая договорённость почти со всеми, но точно не со мной, а в остальном помогла интуиция. Но больше всего меня удивляют витамины, которые подарил Джейк. Он же не врач, чтобы не навредить такими вещами. Странно.

- Пойду принесу ещё сока, - говорю я Эдварду в какой-то момент, обнаруживая, что напиток закончился. - Ты в порядке? Знаю, всё это немного... трудно, но...

- Я в порядке, Белла. Захвати ещё и газировку, если не затруднит.

Я коротко киваю и иду на кухню, где останавливаюсь в дверях из-за знакомого голоса. Джейк говорит с кем-то по телефону. Нужно уйти и вернуться позже. Но невольно мой разум цепляется за слова:

- И я тебя люблю. Да, скоро буду, - а потом разговор завершается, и, обернувшись, Джейк словно застывает от осознания, что перед ним я. - Давно ты тут?

- Всего несколько секунд. Извини, я не знала, что здесь кто-то есть, - оправдываюсь я, всё ещё стоя на том же самом месте и не смея ступить внутрь. Будто теперь мне нужно его разрешение сделать это. Я уверенно двигаюсь вперёд прежде, чем всё это станет совсем странным.

- Ничего, - своим обычным голосом говорит он и тепло взирает на меня, когда я подхожу к островку в центре помещения, - как твои дела?

- Замечательно, - кратко отвечаю я, - а ты... как?

- Я счастлив, Белла, - Джейк жизнерадостно улыбается. Чуть глуповато, я бы сказала, но какая разница. - Да, первое время после того, как ты... после нашего расставания я и не пытался избавиться от мысли, что всё же сделал что-то неправильно, но теперь у меня есть девушка, и с ней моя жизнь стала такой, какой я всегда хотел её видеть. И теперь я знаю, что к тебе не чувствовал и десятой доли того, что испытываю с Рэйчел. Поэтому, наверное, я должен поблагодарить тебя, что мы не поженились, и я встретил ту, с кем действительно хочу быть. Думаю, ты понимаешь, каково это. Ты и твой парень... Он словно готов навредить любому, кто посмотрит на тебя как-то не так.

- Я не думаю, что...

- Поверь, это есть в его взгляде. В отличие от тебя, я могу судить непредвзято. Я отношусь к Рэйчел точно так же. И, кстати, она врач, поэтому не переживай насчёт витаминов, - по немного взволнованному тону его голоса я понимаю, что Джейк гордится тем, что рядом с ним такая женщина. Что действительно любит её. Это отзывается во мне позитивными ощущениями от того, что он обрёл то самое большее, о котором я говорила, даже если тогда это казалось ему очень и очень далёким.

- Я рада за вас, - я прикасаюсь к его правой руке близ плеча чисто по-дружески. Ничего более. Но не успеваю убрать руку до того, как входит Эдвард.

- Белла, тебе... - он не договаривает и, сократив расстояние между нами, просто обхватывает мою талию. - Что тут происходит?

- Мы просто общаемся, Эдвард. Я не претендую на Беллу. Она вся твоя. А мне уже пора. До встречи, Белла.

И Джейк уходит. Мы с Эдвардом остаёмся вдвоём. Я ощущаю смешанные эмоции, исходящие от него. Но в основном дискомфорт из-за того, с кем я была наедине.

- И о чём общались? - в сопровождении сверлящего взгляда Эдвард упирается руками в стол, наблюдая, как я наливаю себе сок. Неужели действительно ревнует?

- О его девушке, - насмешливо улыбаюсь я и смотрю на Эдварда как раз вовремя для того, чтобы увидеть удивлённо-недоверчивое выражение его лица, которое на глазах сменяется удовлетворением и соответствующим изгибом губ. Теперь он взирает на меня кокетливо, а широкая улыбка становится причиной появления паутинки морщинок во внешних уголках глаз.

- Не смешно.

- Разве? А мне кажется, что это забавно.

Побыв в гостях ещё полчаса или около того, мы тоже уезжаем домой. Как бы то ни было, а я предполагаю, что Элис всё равно непросто, учитывая прибавку в весе и живот, который ещё вырастет. Их с Джаспером малыш появляется на свет с небольшой задержкой от даты предполагаемых родов, но они находятся на связи с врачом все эти четыре дня и сохраняют потрясающее спокойствие, выезжая в клинику, лишь когда схватки становятся регулярными. Мальчик становится частью нашего мира около одиннадцати часов вечера. Утомлённая, но звучащая счастливой, Элис сама звонит мне минут через двадцать после этого. Я поздравляю молодых родителей и говорю, что мы обязательно приедем утром. Эдвард немного дремлет к моменту получения мною радостной новости, но шепчет, всё ли там в порядке, стоит мне едва прикоснуться к его спине медленным поглаживающим движением вдоль позвоночника.

- Да, это мальчик. Три семьсот, пятьдесят три сантиметра.

- Мальчик это замечательно. Во сколько хочешь завтра встать? - не поднимая веки, заспанным голосом откликается он, на ощупь отыскивая мою шею, чтобы обхватить сбоку. Он сама безмятежность сейчас...

- Думаю, что в восемь. Знаю, рановато, но...

- Просто разбуди меня на случай, если я сам не проснусь.

- Хорошо.

Я целую его в щёку. Он улыбается простодушной улыбкой, едва различимо желая доброй ночи. Но это вроде как не особо значительно для меня. Точнее значительно, конечно, просто, когда мы просто спим, все мои ночи с ним всегда спокойные и пронизанные комфортом во всех отношениях и смыслах.

В начале девятого утра на следующий день мы стоим у прозрачного стекла, за которым в кроватках на колёсиках лежат не меньше десяти новорождённых. Как мальчики, так и девочки. Так мы коротаем время в ожидании, когда можно будет зайти к Элис после окончания её осмотра и познакомиться с новым членом их с Джаспером семьи. Эдвард держит меня за руку, как в юности, когда мы везде и всюду ходили именно так, и в его взгляде, находящем мои глаза, есть что-то таинственное. Из-за него я становлюсь несколько нервной, будто то, о чём он сейчас думает, может изменить наши жизни. В принципе всё так и оказывается. Но, услышав, я перестаю испытывать было возникшую в сердце тревожность.

- Я хотел бы того же с тобой, Белла. Ты и я, и наш малыш. Или малышка. Или двое.

Меня охватывает всепоглощающее чувство любви к нему. Оно обосновывается волнами тепла в душе, каждой клеточке тела, каждом нервном узле, кровеносных сосудах и мышцах, в том числе и в сердце. Исходя из моих ощущений, то, что он сказал, звучит важнее слов любви или предложения пожениться. Хотя я хочу и готова быть с ним и без всяких условностей. Действия и поступки... вот что является главным, на что нужно обращать внимание при принятии решений. После всех этих лет я точно усвоила данную истину.

- И я тоже хочу этого только с тобой и больше ни с кем, Эдвард.



Источник: http://robsten.ru/forum/69-3277-1
Категория: Авторские мини-фанфики | Добавил: vsthem (15.02.2022) | Автор: vsthem
Просмотров: 317 | Комментарии: 4 | Рейтинг: 5.0/7
Всего комментариев: 4
1
4   [Материал]
  Спасибо за историю lovi06032

1
3   [Материал]
  Чёрной дыры неправильной любви Эдварда мне не понять, но я и не Белла  а ему нужна именно она... И она готова принять его вместе с невнятными раскаяниями и багажом прошлого брака. Наконец-то оценил... ведь осознавал, но не вернулся, не искал, влюбился. Великодушна наша Белла 

1
2   [Материал]
  Им повезло что они встретились, а так бы и жили жалея о прошлом. Спасибо за историю.

1
1   [Материал]
  До сих пор непонятно, почему именно Эдвард тогда ушёл. Если он понял, что его любовь слишком токсичная, то почему хотя бы не объяснился? Ведь дело было даже в мелочах, в отношении, во времени...
Но главное, что теперь они все же счастливы.

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]