Фанфики
Главная » Статьи » Народный перевод

Уважаемый Читатель! Материалы, обозначенные рейтингом 18+, предназначены для чтения исключительно совершеннолетними пользователями. Обращайте внимание на категорию материала, указанную в верхнем левом углу страницы.


Исцеление. Глава 24 - Эпилог

 

Глава 24

 

Селена

 

Мы приехали домой около девяти вечера после того, как отца Ремингтона перевели в отделение интенсивной терапии. Пуля прошла в нескольких сантиметрах от сердца. Когда мы уезжали, он уже засыпал, поэтому Ремингтон пообещал ему, что навестит его на следующий день.

Эдриен уже спал. Сообщив родителям, сестре и Эстелле, что все в порядке, Ремингтон извинился и направился в свой кабинет, но перед этим наградил меня одним из своих знаменитых взглядов. Этим взглядом он будто говорил мне, «оставайся на месте, я вернусь». Он отнесся к совету доктора со всей серьезностью. Как только он вышел, я встала и пошла на кухню.

— Как ты? — поинтересовалась мама.

— Нормально, — ответила я, пожав плечами.

— Ремингтон довольно своеобразный мужчина. Я сомневалась в нем, но увидев, как он заботится о тебе, я бы не могла пожелать лучшего мужчины для своей дочери. Он в буквальном смысле молится на землю, по которой ты ходишь. И хотя он слишком хмурый для такого молодого мужчины, это не умаляет его привлекательности, — призналась мне мама.

Я устало улыбнулась и налила в стакан воды из-под крана.

— Он такой.

Она вздохнула.

— Ты злишься на нас за то, что мы не рассказали тебе правду, — я оглянулась через плечо и увидела, что она стоит, прислонившись к кухонному столу, и, нахмурив брови, изучает меня.

— Я разочарована, — я присоединилась к ней и села на стул.

— Я бы поступила точно так же, если бы знала, что это поможет мне защитить тебя.

— Забавно. Он сказал то же самое.

— Селена, — она взяла меня за руку, и я встретилась в ней взглядом. — Не трать время впустую, злясь на него. Я уважаю его за то, как он поступил, и тот факт, что он не рассказал тебе, особенно с учетом твоего состояния, доказывает, насколько ты ему небезразлична. Иногда любящие тебя люди совершают поступки, которые кажутся непонятными, но со временем все встает на свои места.

Я знала это. Все, что она сказала — правда. Последние шесть лет я провела, пытаясь любить мужчину, который не любил меня. Тем не менее, вот мужчина, который делает все, что в его силах, чтобы защитить меня, даже идет против своих собственных правил. Боже, ну почему все так сложно?

— А... что с отцом Дианы? Он жив?

Она кивнула.

— Присядь. Нам нужно поговорить, — я сделала, как она просила. — Твой отец знает о нем. Также я рассказала все Марли, когда она приехала из города. Я была замужем за отцом Дианы три года, когда поняла, что у нас с ним нет будущего. Он не принес бы нам ничего хорошего. Он всегда подозревал меня в том, что я что-то делаю у него за спиной. Часто приходил домой пьяным и бил меня. Иногда он, казалось, пребывал в отчаянии и заставлял меня клясться, что я не брошу его. Утверждал, что его преследуют, так как он обнаружил какие-то правительственные секреты. С ним явно что-то было не в порядке.

Мое сердце часто билось, когда она закончила свой рассказ.

— У него была шизофрения?

Она пожала плечами.

— Я не осталась, чтобы выяснить, так ли это. Он напугал меня, и я поняла, что если не уйду, то рано или поздно он причинит нам боль. Последнее, что я слышала о нем, это что его поместили в изолятор в психиатрической клинике. Больше я никогда не интересовалась им.

Я быстро встала со стула, обошла вокруг стола и крепко обняла ее.

— Мне так жаль, мама.

Она отстранилась и улыбнулась.

— Тут не о чем жалеть. Я встретила твоего отца и все изменилось. Он изменил все в лучшую сторону, и точно так же, благодаря Ремингтону, в твоих глазах снова появился блеск.

Мы еще немного поболтали, пока я не поняла, что мне трудно держать глаза открытыми.

Я утомленно зевнула. Пожелав маме спокойной ночи, я извинилась и направилась наверх по ступенькам. Внезапно рядом со мной возник Ремингтон. Я почувствовала его прикосновение, когда он мизинцем обхватил мой мизинец, а я бесстыдно вцепилась в него так, словно от этого зависела вся моя жизнь.

Как только мы оказались в спальне, я остановилась возле кровати.

— Тебе вовсе не обязательно делать это. Я в состоянии подняться по лестнице и не упасть, понимаешь?

— Я буду носить тебя вверх и вниз по лестнице на руках. Я следую рекомендациям доктора, знаешь, постельный режим и никаких волнений. Я готов исполнять любые твои желания и приказы. В любое время дня и ночи, — то, как он смотрел на меня, помогло моему сердцу смягчиться, и гнев, который я испытывала, немного растаял.

Я закатила глаза и отвернулась, пряча улыбку.

Он избаловал меня и, на самом деле, я вовсе не против. Если честно, я жажду этого. Хочу, чтобы меня баловали. Я начинаю понимать, чего мне не хватает, но сегодня мне нужно личное пространство.

Схватив футболку и шортики, я направилась в ванную чистить зубы.

— Куда ты собралась?

Я подняла голову и увидела в зеркале его хмурое отражение.

— Мне нужно побыть одной, чтобы подумать. Я не могу спать здесь сегодня ночью.

Он запустил ладонь в волосы и еще сильнее нахмурился, а затем встретился со мной взглядом в зеркале.

— Хорошо. Но это только сегодня ночью?

Я опустила взгляд на зубную щетку в своей руке.

— Просто дай мне время, ладно?

Он кивнул и прислонился к стене, скрестив руки на груди, а я поняла, что он не уйдет, пока я не окажусь в кровати, безопасно завернутая в одеяло.

— Спи тут, — предложил он, следуя за мной по пятам из ванной. Он схватил свою сексуальную черную пижаму, целомудренно поцеловал меня в губы и откинул тяжелое покрывало, чтобы я могла забраться в кровать. Убедившись, что я удобно улеглась, он натянул одеяло мне до подбородка, выпрямился и внимательно посмотрел на меня.

Господи, неужели ему обязательно смотреть на меня с такой любовью? С такой надеждой, обожанием и желанием? Этот мужчина одним своим существованием и дыханием растопил мою защиту. Я поняла, что ни в коем случае не смогу жить вдали от него.

Спокойной ночи, Селена, я буду в комнате напротив, — он развернулся и направился к двери.

Спокойной ночи, Ремингтон.

Когда он вышел, я выключила лампу на тумбочке возле кровати. И сразу же ощутила, как мне не хватает его теплого тела. Но сегодня ночью мне нужно побыть без него. Мне нужно подумать, потому что я в замешательстве и, прежде чем смогу продолжать жить дальше, я должна смириться со всем, что произошло, вплоть до настоящего момента.

Он уже не один раз заверял меня, что выбрал меня вовсе не из-за внешности. Я верю ему, по крайней мере, где-то в глубине души. Я вижу, как он смотрит на меня с чистой, ничем не прикрытой любовью.

Я так старалась не сорваться до этого мгновения, огромный подвиг с моей стороны. Последние пару недель все шло так хорошо. Я не позволяла своим своенравным эмоциям взять надо мной верх. Но больше так не могу. В груди, там, где неутомимо бьется сердце, разлилась боль. Я уже не уверена, какие чувства испытываю. Шок от того, что увидела Колетт, женщину, которая пыталась убить меня и которая оказалась моей сводной сестрой. Образ пятен крови на моих трусиках. Облегчение, которое я испытала во время УЗИ...

Я зарылась лицом в покрывало и тихонько заплакала.

В дверь тихо постучали, а затем раздались почти бесшумные шаги по плитке пола.

— Селена? Ты еще не спишь? — спросила Марли. — Я видела, как Ремингтон заходил в другую спальню, и решила зайти проверить как ты. Только не говори мне, что выгнала своего будущего мужа из постели, — она мягко улыбнулась.

— О, Марли, — я стянула покрывало с лица и включила свет.

— О, Господи, что случилось? — она быстро села на кровать. — Ты сожалеешь, что прогнала его, да?

Моя сестра так похожа на меня в своих попытках избегать серьезных ситуаций.

— Тебя разве не злит тот факт, что у нас есть сестра, о существовании которой мы не знали?

— Иди сюда, — позвала она и потянула меня за руку. Я села и посмотрела на нее. — Мне так жаль, что Колетт пыталась убить тебя. И еще мне очень жаль, что я не смогла быть с тобой в больнице. Я безумно за тебя волновалась, но рада, что все закончилось хорошо. Да, я психанула, когда мама рассказала мне о Диане, а затем чуть с ума не сошла, когда услышала, что она и есть Колетт. Жена Ремингтона, которая якобы умерла, а затем превратилась в сталкера. Но знаешь что? Теперь она получит помощь, в которой нуждается. Я знаю, что ты зла на Ремингтона, но, думаю, это судьба. Иначе, зачем бы Бог направил двух женщин, состоящих в родстве, на путь Ремингтона?

Я закусила щеку изнутри, обдумывая ее теорию.

— Думаю, завтра утром я смогу мыслить более ясно. Ремингтон не останется вдалеке. Я слишком хорошо его знаю.

Она обняла меня и, поцеловав в щеку, встала с кровати.

— Чертовски верно, он не станет. Я люблю тебя, сестричка.

— И я тебя, малышка, — ответила я, нагнулась над тумбочкой и выключила свет, но перед этим все же успела заметить ее хмурое лицо. Марли ненавидит, когда я называю ее малышкой, но иногда я не в силах удержаться от поддразниваний.

Несколько часов спустя, когда небо озарил рассвет, я перевернулась со спины на бок и уставилась в темноту. Мне так и не удалось сомкнуть глаз. Мне так сильно хочется сократить расстояние между мной и комнатой, где ночует Ремингтон, но я не стану ничего делать.

Я услышала, как открылась дверь, затем послышались тихие шаги, пока кто-то направлялся ко мне. Несколько секунд спустя я почувствовала, как кровать прогнулась, а затем горячее упругое тело прижалось к моей спине. В ноздри ударил его запах, и у меня перехватило дыхание.

Я сделала вид, что сплю, надеясь понять, что у Ремингтона на уме. Он прижал меня к себе, положил руку мне на живот, и, застонав, поцеловал меня в плечо.

— Я знаю, что потерял баллы, солгав тебе. Но я намерен снова заработать их, а затем еще некоторое количество, чтобы хватило до конца жизни, — он поцеловал меня в шею.

Я прижалась к нему и вздохнула. Я не спала с тех пор, как зашла в спальню. Только гордость удерживала меня, не позволяя прокрасться в комнату напротив. Всю свою жизнь я хотела мужчину, который будет любить и обожать меня такой, какая я есть. Я мечтала об этом. О мужчине, который захочет баловать меня, не прося при этом ничего взамен. И я нашла его в лице Ремингтона, но почему-то сопротивляюсь.

— Она объяснила тебе, почему решила инсценировать свою собственную смерть?

Он вздохнул и его голос прозвучал утомленно.

— Очевидно, она считала, что если вернется ко мне, то лишится возможности жить так, как ей хочется.

— Я все равно не понимаю.

— Я тоже. Она кажется несколько... неуравновешенной. Что-то не сходится в этой ситуации.

Голос Ремингтона прозвучал так подавленно, что мне захотелось развернуться и успокоить его. Я решилась и пересказала ему то, что рассказала мне мама об отце Колетт. После этого Ремингтон затих, словно обдумывал мои слова.

— Я понятия не имел, — в итоге признался он. — Она казалась нормальной. Иногда она становилась взволнованной и чрезмерно подозрительной и тогда умоляла никогда не бросать ее. Мне это казалось очаровательным... Господи! — его тело рядом с моим задрожало.

— Я не позволю ей выиграть. Она столько всего сделала и почти победила. Я все еще зла на тебя Ремингтон. Я понимаю, что ты пытался защитить меня. Я понимаю это теперь, но все равно не могу избавиться от злости. Возможно, это все моя гордость, я не знаю, просто позволь мне позлиться на тебя еще какое-то время, ладно? Благодаря этому у меня словно есть контроль над ситуацией, хотя я не знаю с чего начать. Ненавижу чувствовать себя беспомощной.

Он вздохнул, и я склонила голову, чтобы встретиться с ним взглядом.

— Злись на меня сколько угодно, но я хочу, чтобы в конце дня ты оказывалась в моих объятиях, где ты можешь продолжать и дальше злиться, пока я занимаюсь с тобой любовью, — он шаловливо улыбнулся мне. — Я совершенно не против. Можешь даже кричать, пока я буду трахать тебя. Можешь кричать, как ты зла на меня, пока я буду погружаться в тебя своим членом.

— Боже, то, что ты сказал, самое сексуальное, что я когда-либо слышала, — призналась я, борясь с теплом, разливающимся между ног. Черт его подери за то, что он заставляет меня хотеть его, несмотря на полный бардак у меня в голове. — Мне нужно начать заботиться о себе, если не ради себя, то ради ребенка.

— Я заслужу твое прощение, — поклялся он хриплым от избытка эмоций голосом.

 

Эпилог

 

Ранняя весна

 

Ремингтон

 

Селена вошла в нашу спальню, соблазнительно покачивая бедрами. Она прижала палец к моей груди, легонько толкнула, и я откинулся на спину и, прищурившись, посмотрел на нее.

— Что ты задумала?

— Скоро узнаешь, — она опустилась на колени и быстро расстегнула ремень моих брюк. Когда ее пальцы коснулись моего члена, я поморщился от болезненного удовольствия. Весь вечер именно боль сопровождала мое возбужденное состояние, хотя я знал, что у меня нет возможности позаботиться об этом, и все, что мне оставалось — закусить щеку изнутри и делать вид, что это лучший вечер в моей жизни.

Сегодня состоялся ежегодный аукцион анонимных пожертвований для животных. Весь вечер я сидел рядом с Селеной, и так как оказался не в силах держать руки при себе, я постоянно поглаживал ее тело. Затем я затащил ее в дамскую комнату и подарил лучший куннилингус в ее жизни. Она сказала, что я Бог — титул, который я скромно принял — а потом добавила, что мой язык — произведение искусства.

После аукциона, во время танцев в полумраке зала Селена дразнила меня все четыре танца, запустив руки мне в брюки. Она шептала мне на ухо непристойности, провоцируя кончить ей в руку. Затем, прежде чем я успел сделать это, она убрала эту колдовскую ручку, притянула меня к себе за шею и поцеловала, окончательно уничтожая все резервы терпения, которые еще оставались после предыдущей пытки.

И вот теперь, она здесь, одетая в тонкие полоски кружева. Трусики почти не прикрывают ее киску, а груди такие полные, что почти выпрыгивают из этой крошечной штучки, которую она называет лифчиком.

Я мог бы просунуть пальцы под этот тонкий материал, сорвать его с Селены и трахать ее вплоть до воскресенья, но мне любопытно узнать, что она задумала.

Она наклонилась, осторожно балансируя в своих черных туфлях на высоком каблуке, в которых проходила весь вечер, схватила красную помаду с тумбочки и, дразня, аккуратно нанесла ее на свои пухлые губы.

Черт возьми, черт, черт!

— Селена? — от желания мой голос звучал хрипло.

— Шшш. Я кое-что придумала. Собираюсь поразить тебя до глубины души, — мои брови взлетели вверх, я старался не улыбнуться. — Думаешь, ты единственный, кто смотрит порно?

Ты смотришь порно? Неудивительно, что тебя нет в постели, когда я просыпаюсь среди ночи.

— Ага, ребенок не дает мне спать по ночам, скачет на мочевом пузыре. Божечки, он или она такой непоседа.

Я рассмеялся, пребывая в невероятно возбужденном состоянии.

— Хочу нарисовать тебя вот такой. Боже мой, ты такая красивая, — я провел руками по ее полным бедрам.

— Возможно, я позволю тебе. Мне понравилась первая картина, которую ты нарисовал, — она сжала губки и мои яйца напряглись, пока я наблюдал, как она соблазнительно причмокнула пухлыми губами, покрытыми ярко-алой помадой.

Я закончил портрет несколько недель назад и сейчас он стоит в художественной мастерской. Насмотреться на него не могу.

Она поставила тюбик с помадой обратно на тумбочку, затем обхватила мой член у основания и легонько сжала. Глядя на меня сквозь ресницы, она нагнула голову к самым яйцам, и, лаская языком, двинулась к головке. Я закрыл глаза, мое дыхание стало прерывистым, а пальцы на ногах подогнулись. Я откинул голову назад, когда греховные губы продолжили свои действия, а открыв глаза, наткнулся на наше отражение в зеркале на двери шкафа. Мой взгляд опустился вниз на попку Селены, и я застонал.

Боже мой, ты такая красивая. Только взгляни на свой зад, — я провел руками вниз по ее телу, но она шлепком сбросила их.

— Ляг.

— О, властная Селена вернулась, да?

Она не ответила, просто продолжала умело медленно лизать и посасывать меня, вбирая все глубже в рот.

— Ох, блядь, Селена! — воскликнул я, — Боже, ты убить меня хочешь.

Селена застонала, и я зарычал, а затем она пробормотала:

— У тебя такой потрясающий вкус. Не могу передать, как мне всего этого не хватало, — и она снова взяла меня в рот, а моя сосредоточенность улетучилась. Я зарылся рукой в волосы Селены, направляя ее. Она идеально сдавливала рукой, и я больше не мог терпеть. Моя рука в ее волосах сжалась, а бедра приподнялись над кроватью, погружая член глубже в ее талантливый рот.

— Я сейчас кончу, Селена.

Ее рука, обхватывающая мой член, напряглась. Я попытался вырваться, но ее хватка показала мне, что она не планирует меня отпускать. Я мощно кончил, и она приняла все. Проглотила и продолжила нежно посасывать мой член, пока я приходил в себя после оргазма.

Когда ко мне вернулась способность двигаться без ощущения, что колени не слушаются меня, я притянул ее на кровать и поцеловал.

Затем зарылся лицом в свое любимое местечко — основание ее шеи.

Я люблю тебя, Селена.

А я люблю тебя, Ремингтон.

А затем мы уснули в объятьях друг друга. Я, со спущенными до колен джинсами, а Селена в этих своих лоскутках, которые всегда дразнили меня. Одну руку я положил ей на левый бок, почти под самую грудь, а вторую — на живот.

 

Селена

 

Я проснулась посреди ночи в жарких объятиях Ремингтона, мои ноги были прижаты его тяжелой ногой. Одна рука Ремингтона лежала на моем животе.

Сколько себя помню, я всегда мечтала о «жили долго и счастливо» в далеком королевстве, где нет негатива, с королем, который своей любовью заставит меня забыть обо всем. И я нашла своего короля. Да, он не идеален. На самом деле, мне нравится эта его неидеальность. Я обожаю его собственнические замашки, ревность и переменчивое настроение. А еще я в восторге от его смеха.

Я повернулась набок и засунула руку под подушку, притягивая ее поближе к себе. Под ладонью что-то хрустнуло. С любопытством я вытащила из-под подушки сложенный вдвое листок бумаги. Включив прикроватную лампу, я уставилась на помятый конверт, на котором уверенным почерком было написано мое имя.

Почерком Ремингтона.

Он написал мне письмо? Когда?

Я быстро вытащила его из конверта и бросила взгляд через плечо на красивого мужчину, спящего на спине, а затем впилась взглядом в слова на бумаге.

 

Моя дорогая Селена,

Я проснулся еще до рассвета и наблюдал, как лучи солнца поклоняются твоему греховному пышному телу. Рассвет наступил и прошел, но я все равно не мог заставить себя встать со стула. Даже сидя в метре от тебя, мне тебя не хватало. Звучит безумно, да?

Уже какое-то время я сижу и думаю, как написать тебе это письмо, но то, что я чувствую к тебе, Боже, это невозможно передать словами, не важно, как много я планировал сказать. Поэтому я решил, что сяду и напишу то, что придет мне в голову и выйдет из-под моего пера. Мне не свойственна сентиментальность или спонтанность. Я все скрупулезно планирую, потому что не в состоянии справиться с поражением. Я всегда жил и играл по своим правилам. Но, ma belle, с тех пор, как встретил тебя, я нарушил уже не одно собственное правило.

Я бы хотел, чтобы ты могла увидеть себя моими глазами. Та сила, с которой ты собираешь осколки своей жизни, как расправляешь свои крылья и летишь, изумляет меня. Ты сексуальная, уверенная, и в то же время робкая и смелая. И всякий раз, когда я вижу тебя с Эдриеном, как он обожает тебя, как начинают светиться твои глаза, я снова клянусь себе, что буду убеждать тебя остаться. Чем больше времени я провожу с тобой, тем сильнее влюбляюсь в тебя, и все еще продолжаю влюбляться. Боже мой! Когда я пытаюсь вспомнить, какой была моя жизнь до того, как я встретил тебя, все, что я могу вспомнить, это глухой монотонный звук. Я не уверен, что конкретно случилось, но между одним вдохом и другим, я уже тонул, погружался в тебя.

Я напуган тем, что чувствую к тебе. Напуган тем, какие сильные эмоции я испытываю. Но затем ты смотришь на меня этими своими глазами, которые словно заглядывают мне в душу, и я забываю, как дышать. Забываю обо всем, отныне существуешь только ты.

Сейчас я разрываюсь между желанием наблюдать, как ты спишь, и желанием забраться к тебе под простыни, накрыть своим телом и скользнуть в тебя членом. Кусать, лизать и целовать каждый сантиметр твоего тела, пока ты не проснешься. Это лишит меня удовольствия смотреть, как ты спишь, но я смогу смотреть в твои глаза, пока ты принимаешь меня в себя.

Я постоянно думаю, какое будущее нас ожидает, но если спросить меня, я привяжу тебя к себе и никогда не отпущу.

Ты завладела моим сердцем еще до того, как у меня появился шанс подарить его тебе.

Навеки твой,

РСЖ

 

О. Господи. Ремингтон взял и написал мне письмо? Улыбаясь, я вытерла слезы, катившиеся по моим щекам. В этом мужчине столько сюрпризов. Письмо датировано двадцать вторым сентября, за несколько дней до происшествия в замке.

Сделав глубокий вдох, чтобы успокоить бешено бьющееся сердце, я засунула письмо туда, где нашла. Я бросила взгляд через плечо, и у меня перехватило дыхание. Зеленые сонные глаза смотрели прямо на меня, губы Ремингтона слегка приоткрылись, пока он изучал меня.

Я улыбнулась.

— Оно красивое, спасибо.

Он улыбнулся, но не сразу.

— Рад, что тебе понравилось, — его голос звучал хрипло ото сна. Сексуально. Я ждала, что он продолжит. — Я хотел отдать его тебе еще вчера, но вечер принял несколько иной оборот, — он подмигнул мне. — Я не смог отдать тебе его раньше из-за того, что произошло. Боялся твоей реакции на мои слова.

— Я пойду в магазин и куплю для него рамочку, — улыбнулась я ему, села на кровать и, притянув его к себе, крепко поцеловала. Затем отстранилась и прижалась головой к его груди.

— Ты потрясающий. И мне очень повезло, что ты появился в моей жизни.

— Нам обоим повезло, что мы появились в жизни друг друга.

Я закрыла глаза, ощущая, как его теплое дыхание овевает волосы на задней части шеи, до тех пор, пока не поняла, что он уснул.

Мне двадцать шесть лет, но в душе я по-прежнему семилетняя девочка, принцесса, которая жаждет сказку. Идеал. У меня есть мое королевство, и я никому не позволю его разрушить. Я натянула на нас простыню и свернулась калачиком возле Ремингтона. Он пробормотал что-то во сне, поцеловал мои волосы, крепче сжал в своих объятиях и продолжил тихо похрапывать мне в ухо.

 

Два месяца спустя...

 

Ремингтон

 

Я наблюдал, как Селена, которую под руку поддерживал ее отец, вышла из дверей замка. Слева от нее стоял гордо улыбающийся Эдриен. Мой сын и моя жена. Мои сокровища. Боже мой, она такая красивая. За последние пару месяцев она поправилась и стала прежней. Груди стали полнее, а бедра еще больше округлились. Не в состоянии достаточно быстро осмотреть всю ее, я прищурился и остановил взгляд на животе, округлившемся из-за того, что там растет ребенок — мой ребенок.

Захватывающее дух совершенное зрелище.

Марли рядом с Селеной повела плечом и что-то прошептала ей на ухо. Селена кивнула и подняла голову. Она пробежалась взглядом по всей толпе, пока не заметила меня. Тогда она улыбнулась, и мне пришлось вцепиться обеими руками в сиденье, чтобы не сделать что-нибудь безумное. Например, быстро подойти к ней, перекинуть через плечо и широким шагом подняться наверх в нашу спальню.

После появления Колетт, Селена злилась на меня целый месяц. Перепады ее настроения не особо способствовали ситуации. Мне пришлось очень многое сделать, чтобы реабилитироваться. Я усвоил урок: когда Селена злится, она большая энтузиастка. Заведенная Селена такая же жаждущая, как и та Селена, которая любит меня своим большим сердцем. Я все еще поражен тем, что она простила меня после того, как я утаил от нее правду. Колетт теперь заперта в психиатрическом учреждении, но ей вынесено обвинение в попытке убийства, а так же угрозе жизни людей. Медсестра, которая пыталась убить Селену в больнице в Марселе, признана соучастницей в планах Колетт. Колетт отказывается встречаться с кем-либо, даже со своей матерью, чем разбивает сердце Инес. И сердце Селены тоже, хотя она, вроде бы, быстро забыла об этом. Но я вижу это по ее лицу, в те секунды, когда она считает, что на нее никто не смотрит. Я, наконец-то, подал на развод, потому что хочу жениться на своей невесте, чтобы при этом прошлое не давило на нас.

Жизнь входит в свое прежнее русло. Мое прошлое столкнулось с настоящим, перевернув все с ног на голову. Помню мгновения, когда задумывался, была ли у меня возможность изменить что-нибудь во всем, что произошло, но моя храбрая женщина, моя невеста, превзошла мои ожидания, оставаясь рядом со мной.

Отца выписали из больницы, и он остановился в отеле «Катерина», пока проходит реабилитацию. Наши отношения пошли на лад, большего и желать нельзя.

Я пообщался с братьями несколько дней тому назад и попытался объяснить им все, что произошло с Колетт. Ее лечащий врач считает, что она потеряла связь с реальностью, это и стало причиной ее психотического поведения. Все эти годы она не получала столь необходимую ей помощь и ее состояние ухудшилось. Ее доктор не может точно сказать, что послужило катализатором подобного поведения, и собирается провести еще какие-то анализы. Но Инес считает, что у отца Колетт проявлялись подобные симптомы, поэтому это вполне может оказаться наследственным явлением. Я так и не вспомнил, замечал ли внушающие опасение признаки нестабильности. Или, может быть, замечал, но был ослеплен чувствами к ней и проигнорировал все, что указывало на такое поведение.

Кроме прочего, не мое дело выпытывать информацию у врачей, которых она посещала. Моя жена умерла пять лет назад. Я больше не несу за нее ответственность. Следует заметить, мы так до сих пор и не знаем, почему она стала такой психически неуравновешенной, и когда это случилось впервые. Полиция уже эксгумировала кости, которые я похоронил пять лет назад, и пытается выяснить, кому они принадлежат, что им следовало сделать изначально, особенно с учетом современных технологий.

Мы решили рассказать Эдриену правду о том, что его мама жива, просто очень сильно заболела. Мы понимаем, что нам нужно подождать, пока Эдриен не станет постарше, чтобы он мог осознать то, что пока сложно дается нам самим. Возможно, к тому времени у нас будут ответы. А, возможно, и нет. Энтони просидел с нами всю ночь, пока мы разговаривали, и теперь в некотором роде он мой союзник и друг. Он хороший человек.

Моя красивая Селена была просто неотразима, когда решила проанализировать личность моей бывшей супруги. Она знает, что я люблю ее за то, какая она есть, а не за ее схожесть с Колетт. Во многих отношениях, она много унаследовала от Энтони, и порой мне теперь любопытно, с чего я взял, что они с Колетт чем-то похожи. Ее потрясающе смелая попытка защитить Эдриена только сформировала еще более крепкие связи между ними, а моя к ней любовь стала только сильнее, хотя я не представлял, что такое возможно. А скоро она станет моей любимой женой, и я безумно счастлив.

Большую часть прошлой ночи я провел, прижавшись ухом к ее животу и надеясь услышать что-нибудь. Сердцебиение, может быть, даже толчок? Я хочу хотя бы какой-нибудь знак. Я пропустил все это, когда Колетт была беременна, потому что она ненавидела, когда я так делал.

Кто-то рядом со мной присвистнул, прерывая мои воспоминания. Я обернулся на звук как раз вовремя, чтобы заметить, как жена Эндрю шлепнула его по руке и закатила глаза. Прищурившись, я посмотрел на него. Несмотря на то, что мой мозг кричит мне, что он мой лучший друг и уже женат на невероятно красивой женщине, сердце требует, чтобы я предупредил его.

Все внимание на приз, Ремингтон. Смотри на чертов приз.

Я переключил внимание на богиню с шикарной фигурой. Ее улыбка стала шире и она беззвучно, одними губами, сказала: «Я люблю тебя».

Я подмигнул ей и сделал то, что точно выведет ее из себя. «Еще бы ты меня не любила», — ответил я так же беззвучно одними губами, а она закатила глаза и покачала головой. Она подняла руки и провела ими вокруг головы, давая понять, что моя голова  стала невероятного размера от моего раздутого самомнения. Я рассмеялся.

Затем в дверях показалась Грейс и вручила Селене букет из белых и красных роз, похожий на тот, что я прислал в ее номер, когда она только прибыла в отель «Катерина».

— Привет, солнышко, — потрепал меня по руке Люк. Я повернулся к нему. — Помнишь, я сказал тебе, что ты найдешь свой путь. Ты сделал это. Я так счастлив за тебя. Черт, так здорово видеть, что ты часто улыбаешься последнее время.

— Спасибо, брат, — с улыбкой ответил я, чувствуя, как от его похвалы приятно екнуло сердце. Люсьен считает меня сильным. Но он и не подозревает, что я сильный только благодаря ему. Я сильный благодаря всей моей семье, и если бы не они, я бы не был тем, кем являюсь на сегодняшний день. Но я не собираюсь сообщать ему это. По крайней мере, не сегодня. Его эго может испортить Селене праздник.

— Когда я смотрю на вас обоих, то понимаю, что ты имеешь в виду. Вы друг от друга глаз оторвать не можете. Если бы я попросил тебя описать ее одним словом, какое слово ты бы выбрал?

Заиграла мелодия, выбранная для начала церемонии, и я переключил внимание на свою невесту. Эдриен держал ее за руку, пока она шла по красной ковровой дорожке ко мне.

Эта женщина, которой столько пришлось пережить, все равно в состоянии встать на ноги и идти дальше с высоко поднятой головой. Женщина, которая занимается сексом с такой же страстью, как и любит.

— Одно слово, — я прищурился, взглядом изучая женщину, которая сводит меня с ума тысячами всевозможных способов. Ее отец прошептал ей что-то на ушко, и она рассмеялась, откинув голову. Боже мой! Звук ее смеха, как обычно, затронул что-то у меня в груди, и по всему телу растеклось тепло и желание. Все, чего мне хочется, это утащить ее наверх, запереть дверь и наслаждаться каждым миллиметром ее шикарного тела. Сорвать с нее маленький клочок белого кружева, который она называет нижним бельем, и глубоко погрузиться в нее членом.

— Невозможно описать ее одним словом. Она мой дом, безумно красивая, остроумная, любвеобильная, иногда беспечная, но очень уверенная в себе. У нее огромный аппетит... — в плане еды и меня, но я не собираюсь озвучивать эту мысль. — Но если подвести итог и выразить все одним словом, то я скажу «моя».

 

Поздний май...

 

Селена

 

— Прекрати пинаться, — сонно возмутился Ремингтон, притягивая меня к себе и целуя в плечо, после чего снова провалился в сон.

— Я не специально… ай, — я крепко зажмурилась, когда поясницу охватила резкая боль. Я сбросила его руку с талии и села. — Ох, Господи, твою мать, будь все проклято.

Ремингтон резко сел — вся его сонливость улетучилась — и включил лампу возле кровати.

— Пора? — спросил он, повернулся ко мне и нахмурился, пощупав мой лоб. — Боже мой, ты в порядке? Ты вся в поту.

Боль отпустила так же быстро, как и появилась, и я снова расслабилась. Легла обратно и посмотрела на него.

— В порядке ли я?

Моргнув, он с удивлением посмотрел на меня, а затем выражение его лица смягчилось.

— Какие интервалы?

— Десять минут, — пробормотала я, чувствуя себя виноватой за то, что накинулась на него. Последние двадцать четыре часа стали испытанием для нас обоих. Первый раз, когда начались схватки, мы как раз закончили заниматься сексом. Заснула я, блаженствуя от удовольствия, а проснулась  в кошмаре, полном боли. Ремингтон пристегнул меня ремнями безопасности к сиденью машины, и мы помчались в больницу только ради того, чтобы доктор сказал нам, что у меня схватки Брэкстона-Хикса (Примеч. Схватки Брэкстона-Хикса — ложные схватки, которые появляются у некоторых женщин после 20-й недели беременности.). Ребенок родится не раньше чем через три недели. Мы вернулись домой, но схватки не прекращались.

— Я везу тебя в больницу, — он встал с кровати и пошел к гардеробной. Через минуту он вышел в рубашке, застегивая джинсы. На одной руке у него висела моя одежда. Он сел на кровать и, подсунув руку мне под спину, помог мне. — Давай-ка, сядем, ma belle, ради меня.

Я выполнила его просьбу и поморщилась, когда боль охватила поясницу. Он быстро залез на кровать, сел рядом со мной и начал растирать мне спину рукой.

— Лучше? — спросил он, овевая теплым дыханием мою щеку, и поцеловал меня в волосы.

Сделав глубокий вдох, я кивнула, затем выпрямилась и оделась. Он встал с кровати и схватил сумку, которую я собрала несколько недель назад, готовясь к этому событию. Обернув руку вокруг моей талии, он помог мне встать.

— Я чувствую себя, как бегемот.

Он улыбнулся мне, и мои коленки как обычно задрожали.

— Очень красивый бегемотик, который скоро станет мамой моего ребенка.

Я напряглась и снова посмотрела на него.

— Хочешь, чтобы я устроила разборки? Потому что я устрою и гарантирую, что буду наслаждаться каждым мгновением. Что случилось со всеми нежностями и заботой обо мне?

Он запустил ладонь в свои волосы, его губы дрогнули, будто он старался подавить улыбку.

— Я нервничаю.

— Ах, ты, большой неженка. Я знаю, что ты нервничаешь, — сказала я, когда мы вышли из спальни и начали спускаться по лестнице.

— Жаль, что я ничем не могу помочь, чтобы ослабить боль.

Он схватил пальто с вешалки у двери и помог мне надеть мое.

— Я буду скучать по тому, как ты босая и беременная разгуливаешь по дому.

Я подняла голову и увидела, что он мечтательно уставился в пространство.

— Тебе это нравилось, да?

Ремингтон снова улыбнулся, когда мы вышли на улицу, и повел меня к машине. Он зарычал себе под нос, а затем бросил на меня взгляд, полный желания. Заботливо усадив меня в машину, он быстро обошел вокруг нее и сел на водительское сиденье.

— Будь моя воля, ты бы всю жизнь была беременная и счастливая.

— Пожалуйста, не вынуждай меня убивать тебя. Я хочу, чтобы наши дети выросли при живом отце, а в таких условиях, шанс того, что так и будет, крайне мал.

Его мягкий смешок перерос в полноценный смех.

— Я обожаю то, во что превратились наши отношения. Ты угрожаешь убить меня, а я люблю тебя только сильнее, несмотря ни на что.

Боже, я так сильно люблю этого мужчину.

— Просто езжай, пока я… ох, черт, чертовски больно, больно, больно!! Ооооо, Господи, да двигайся ты уже, газуй, черт тебя возьми!

Веселье испарилось, и вскоре, выехав с подъездной дорожки,  наша машина мчалась к больнице. К тому времени, когда мы туда добрались, интервал схваток сократился до пяти минут, и на лице Ремингтона появилось его фирменное выражение — то, которое напоминает мне о нашей первой встрече — он был готов запугать кого угодно, кто встанет на пути появления его ребенка на свет. Но я понимала, что за этим взглядом скрывается волнение. Я знаю, как он ненавидит чувствовать себя беспомощным, но после каждого моего взгляда, которым я старалась дать ему понять, что все будет в порядке, его лицо разглаживалось, а губы изгибались в уверенной улыбке.

— Я скоро вернусь, хорошо? — он наклонился ко мне, поцеловал меня в лоб и выпрямился. Я кивнула, и начала быстро и часто дышать, как учила акушерка на курсах будущих мам, которые я посещала.

Он ушел и вернулся, толкая перед собой инвалидное кресло. Аккуратно усадив меня в него, мы направились в приемный покой, и вскоре одна из медсестер уже показывала нам дорогу в родильное отделение в отдельную палату.

— Прекрати хмуриться, малыш. Я не могу возбудиться, когда вот-вот должна родить, — поддразнила его я, потерла живот и поморщилась, когда боль эхом отдалась в спине. — К тому же, ты пугаешь персонал, — добавила я, когда заметила, как медсестра обошла нас стороной, словно боялась подходить ближе.

Схватив рубашку, которую медсестра протягивала нам, он встретился со мной взглядом и уголок его губ дрогнул, являя мне слабую улыбку, но она не затронула его глаз.

 

Ремингтон

 

— Доктор подойдет к вам через минуту, — сообщила медсестра, улыбаясь моей жене, а затем бросила нервный взгляд в мою сторону.

— Спасибо, — поблагодарил я, пытаясь искупить вину за свое поведение.

Дерьмо!

Я безумно нервничал еще с тех пор, как привез Селену домой из больницы после того, как врач объяснил нам, что она не рожает, а ее тело просто готовится к рождению ребенка. Но сейчас схватки гораздо серьезнее. Как я могу сидеть и смотреть, как она мучается от боли? Не помню, чтобы процесс родов был столь болезненным во время появления на свет Эдриена. Только что Колетт было больно, и вот на свет появился Эдриен, размахивая кулачками, как чемпион.

Как только Селену уложили на кровать, в палату зашел доктор и, осмотрев ее, широко улыбнулся и сообщил нам, что ребенок уже скоро появится.

Два часа спустя я все еще вытирал пот с ее бровей. Дыхание Селены было затрудненным и, чтобы помочь ей, доктор велел надеть на нее кислородную маску. Он предложил ей сделать кесарево, но моя красивая упрямая жена вознамерилась родить ребенка естественным путем.

Она страшно кричала и ругалась так, что у меня уши горели, когда ругательства и ее испуганные возгласы стрелами пронзали меня.

— Ты такая сильная, ma belle, — бормотал я ей в ухо, потирая спину успокаивающими кругами, пока она пыталась дышать так, как ее научила акушерка на курсах будущих мамочек. — Я так тебе обязан. Ты самая сильная женщина, которую я встречал в своей жизни, — ни за что я не хочу видеть, как она проходит через эти муки еще раз.

— В данный момент я не чувствую себя настолько сильной, — сказала она, задыхаясь.

— Тем не менее, а еще я люблю тебя.

 

Один час спустя...

 

Не мигая, я смотрел на восхитительное чудо в моих руках.

— Хоуп Эстелла. Превосходное имя для маленькой принцессы, — я склонился и вложил мою девочку в руки жены, затем выпрямился и наблюдал за ними обеими, пока Селена кормила малышку. Мы выбрали первое имя Хоуп, потому что именно ее подарила нам наша девочка. Надежду, что все будет в порядке. — Не хочу, чтобы ты снова переживала подобную боль. Я чувствовал себя беспомощным. Мне это не понравилось.

Она взглянула на меня сквозь ресницы.

— Что, если я скажу, что хочу еще детей?

Я в недоумении моргнул.

— Что?

— Разве она не прелестна? Как маленький ангел.

Я попытался перевести дух, когда ощутил, что паника вот-вот захлестнет меня.

— Ты разве не слышала, что я только что сказал? — она посмотрела на меня, невинно хлопая ресницами. Я уставился на нее взглядом, который призван подчинять всех и вся. Она вызывающе посмотрела на меня в ответ.

— Пять часов назад ты грозилась убить меня при любом упоминании о том, что у нас еще будут дети.

Она фыркнула.

— Повынашивай ребенка несколько месяцев, которые покажутся тебе годами, пострадай от неуемного аппетита, побегай в туалет каждые несколько секунд, потому что тебя либо тошнит, либо ты хочешь писать, а затем расскажешь мне, хочешь ты прикончить кого-нибудь или нет.

Я посмотрел на нее и ребенка, и мое уважение к Селене увеличилось в десятки раз. Я дождаться не мог, когда Эдриен познакомится со своей младшей сестричкой.

— Ты готова пройти через это еще раз?

По ее щекам заструились слезы.

— Хоть миллион раз.

Я хочу еще детей. Правда хочу. Но мне нужно время, чтобы прийти в себя после того, как со мной чуть не случился сердечный приступ, пока я наблюдал, как ей больно. Чем дольше я смотрел, какой довольной она выглядит, тем сильнее осознавал, что не остановлюсь ни перед чем, чтобы дать ей то, что она хочет.

Все события последних пяти лет вели меня к этому мгновению. Это было трудное путешествие, но в конце я получил все, о чем когда-либо мог мечтать, и даже больше. В палате со мной находятся две бесценные женщины, и Эдриен где-то неподалеку. Мне посчастливилось любить и быть любимым. Я чувствую себя цельным, а шрамы, когда-то уродующие мою душу, исцелились благодаря моей неподражаемой жене и ее семье.

— Я понял, что с тобой будут проблемы, как только мы встретились в отеле.

Она подмигнула мне.

— Я тоже.

 

* КОНЕЦ *

 

Перевод не преследует коммерческих целей и является рекламой бумажных и электронных изданий.

Любое коммерческое использование данного перевода запрещено. Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.



Источник: http://robsten.ru/forum/90-2120-1
Категория: Народный перевод | Добавил: skov (27.08.2016) | Автор: перевод: Александрина Царёва
Просмотров: 452 | Комментарии: 8 | Рейтинг: 5.0/8
Всего комментариев: 8
1
8   [Материал]
  Спасибо большое за перевод!  good lovi06032

1
7   [Материал]
  Замечательная трилогия! И романтичная, и увлекательная, и переживательная!
Очень понравились ГГ - великолепная пара  dance4
Большое спасибо Александрине Царёвой за великолепный перевод! lovi06032
Получила огромное удовольствие от прочтения этой интересной истории.  good

1
6   [Материал]
  Трилогия потрясающая! Интересная, захватывающая, романтическая и даже детективная) спасибо за труд!

1
5   [Материал]
  Захватывающая история, замечательный перевод. good
Спасибо большое. lovi06032

2
4   [Материал]
  Спасибо за чудесную историю. Так было легко и приятно читать. Наслаждалась каждой строчкой. Спасибо огромное.

2
3   [Материал]
  Все тайны раскрыты..., и все точки над i поставлены, но осталось желание побыть одной, чтобы смириться с произошедшим, разобраться в себе и принять Ремингтона таким, каков он есть...
Цитата
Неужели ему обязательно смотреть на меня с такой любовью? С такой надеждой, обожанием и желанием? Этот мужчина одним своим существованием и
дыханием растопил мою защиту. Я поняла, что ни в коем случае не смогу
жить вдали от него.
И теперь понятно, что у Коллет наследственная шизофрения...
Все пройдет.... и обида, и злость, и останется только нежное, горячее и всепоглащающее чувство к Ремингтону... Письмо от него..., да он романтик.
День бракосочетания...
Цитата
Она мой дом, безумно красивая, остроумная, любвеобильная, иногда беспечная, но очень уверенная в себе.  Но если
подвести итог и выразить все одним словом, то я скажу «моя».
Очень емко и искренне.
Вот и появилась на свет малышка Хоуп Эстелла..., и полагаю, она не будет единственным ребенком Селены..., и Эдриен не в счет - он давно уже стал ее любимым сыночком...              Большое спасибо за классный перевод эпилога и всей истории в целом, красивой, чувственной и такой запутанной.

1
2   [Материал]
  good Спасибо

1
1   [Материал]
  Спасибо за замечательную историю   good

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]