Фанфики
Главная » Статьи » Переводы фанфиков 18+

Уважаемый Читатель! Материалы, обозначенные рейтингом 18+, предназначены для чтения исключительно совершеннолетними пользователями. Обращайте внимание на категорию материала, указанную в верхнем левом углу страницы.


Дасти. Глава 13. Ты и я. Часть 3

***

- Готова к танцам, детка? – Элис стоит надо мной, прыгая на кровати. Я улыбаюсь, но прячусь под ее одеялом. – Ой, хорош грустить, эмо-подросток, не бери в голову. Выпить хочешь?

Я натягиваю одеяло до самых глаз и киваю.

Оказывается, я проспала весь день. И всю ночь – по крайней мере, после того, как выключила мобильный. Вчера Эдвард так и не пришел домой после школы, но я знаю, где он был. Или думаю, что знаю. Он сказал, что едет домой к Пити; Рейчел была на своей очередной пятничной попойке. Я не сомневаюсь, что это правда, … но когда он позвонил, и я услышала на заднем фоне голос Виктории, я решила, что на сегодня с меня хватит, выпила ночной «Тайленол»* и отрубилась.

Сейчас три часа дня.

Внизу Элис наливает текилу из отцовского бара, а я достаю из холодильника лайм и разрезаю его на четыре части. Она наливает нам по двойной порции, пока ее мать, не спеша, входит в кухню. Эсме – олицетворение ослепительной красоты в красном платье и черных туфлях на платформе. Она великолепна и знает это.

- Что это вы тут делаете, девочки? – Она смеется, указывая на спиртное.

- Белла бздит, мам, - говорит Элис, явно раздраженная тем, что ее собственная мать не замечает, что я явно «бздю».

- Ну, в таком случае, продолжайте. – Эсме улыбается, подмигивая. – Но не перестарайтесь, - добавляет она и уходит.

Мы с Элис выпиваем по три стопки. Я даже почти не морщусь. От этой штуки мне становится лучше.

Съев два «Твинки», арахисового масла и джема, я заверяю Элис, что не бздю, и что нам стоит просто начать готовиться к танцам. Она мне верит, и текила помогла, поэтому пока она в душе, я включаю свой мобильный.

И хорошо, что я под мухой, потому что Эдвард вчера вечером не был счастлив.

Сообщение за сообщением – текстовые и голосовые; мой парень явно был пьян и не в своем уме. В одном сообщении он меня проклинает, клянется, что приедет домой и вышибет дверь в спальне Элис, а в следующем просит прощения, говорит, что любит и просит: «Пожалуйста, ответь, детка».

Убедившись, что Элис еще в душе, я ложусь на ее постель и перезваниваю ему. Он берет трубку после первого гудка.

- Я сказал, что прошу прощения, - бормочет он.

Я верчу между пальцев прядь волос.

- Это так ты отвечаешь на звонки?

- Вчера ночью ты мучила меня, маленькая девочка.

Мы молчим.

- Ты получила мои голосовые сообщения? – спрашивает он, и судя по звуку, встает с кровати.

- Да.

- Не обращай внимания на плохие, а обрати особое внимание на те, где я говорю, что люблю тебя, что ты нужна мне, что я хочу тебя и что, пожалуйста, прекрати разбивать мне сердце. – Его голос беспечный и веселый. Я слышу, как он писает. – Я держу свой член, Блисс. Стоит его погладить?

Я громко смеюсь, и мне так хорошо.

- Эдвард!

Мы снова молчим, но на этот раз по-другому. Без напряжения.

- Прости меня, малышка, ладно? – Тон его голоса тихий и жалостливый. Наконец-то.

- Хорошо.

- Я люблю тебя. Увидимся примерно через час.

После того, как я вешаю трубку, и когда Элис выходит из душа, туда иду я, и смываю все свои плохие чувства. На этой неделе у меня было странное настроение. Но, думаю, это из-за любви.

Любовь – переключатель настроения.

Я наблюдаю за тем, как мыльная вода скользит вниз по моим рукам и ногам и утекает в слив. От запаха лаванды и лимонов голова кружится еще сильнее. Я чищу зубы в душе и думаю об Эдварде. Думаю о том, как сильно он любит меня. О голосовых и текстовых сообщениях, которые он прислал мне вчера ночью. О том, какой он сумасшедший и непоследовательный … и страстный, и какими сумасшедшими, непоследовательными и страстными были те сообщения.

Я люблю его до безумия, но, боже, страстная я ли я?

Сполоснувшись, я выхожу из душа. Смотрю на свое тело в зеркало, затем вытираюсь. Я больше не плоская. У меня есть формы и немного мяса. Бедра не такие тощие и бедренные кости не такие прямые. И между поясницей и началом бедер имеется симпатичный изгиб. Талия потолстела… и груди выросли.

Мои груди.

Эдвард их видел. Касался их губами.

Улыбаясь, я заворачиваюсь в розовое полотенце и вытираю свои мокрые светлые с клубничным отливом волосы. В дверь стучат – должно быть, Элис.

- Сейчас, - говорю я, не вполне готовая покидать свой, наполненный Эдвардом, пузырь.

Снова стук. И еще один.

- Что? – Я распахиваю дверь, ожидая увидеть Элли. Но это Эдвард.

Он выглядит усталым – на лице полосы от сна и растрепанные волосы. На ногах у него нет ни носков, ни кедов, а белая футболка помята. Он улыбается и быстро заходит внутрь, закрывая и запирая за собой дверь. Целует меня. Поднимает и усаживает меня на туалетный столик. Его руки на моих бедрах, скользят под полотенце, пока не ухватываются за мои бедра.

Он целует меня в шею, и я говорю ему не оставлять отметин, а он говорит мне заткнуться на хуй и засасывает кожу на шее. Эдвард проталкивается между моих ног, и своим голым центром я чувствую мягкость его баскетбольных шортов. Я кусаю его в плечо, чтобы заглушить свои звуки и обвиваю руками за шею. Он убирает руки с моих бедер и разворачивает полотенце.

Я нервничаю. Ерзаю. Корчусь. Он продолжает посасывать мою шею. Улыбается.

- Все нормально, - шепчет он, стаскивая полотенце вниз.

Вся моя грудь обнажена, и он может видеть меня – и видит.

Мои глаза закрыты, и он говорит:

- Открой их, Блисс.

И я открываю, а он улыбается.

- Моя красавица, - говорит он тихо. – Моя принцессочка, - шепчет он мне в ухо.

Затем он касается меня. Большим пальцем он легонько проводит по моему соску. Я всасываю воздух и держусь за его руку. Его прикосновение – словно миллион маленьких бабочек трепещут крылышками у меня под кожей. Эдвард такой нежный, такой покладистый и добросовестный. Мне кажется, что мое сердце становится в три раза больше. Этим прикосновением он пересекает черту. Это прикосновение – оно новое.

Но на этом все. Это все, что он делает. После этого он падает на колени, кладет голову мне на колени и закрывает глаза. Я провожу пальцами по его волосам и рассказываю о всякой ерунде: о том, что мы с Элис выпили, что я вчера вечером приняла снотворное и о том, что мама заставляет меня надеть на танцы это дурацкое желтое платье.

Он говорит, что желтый мне идет.

Вскоре он встает. Я тяну его вниз, и он ложится лбом на мое плечо. Я обнимаю его, и он обнимает меня, и мы долго стоим так. Затем он снова целует меня в шею, но не так, как раньше. Эти поцелуи легкие, нежные и важные, чтобы быть маленькими и важными напоминаниями.

А затем я слышу:

- Охренеть, Блисс, у тебя на шее гребаный гигантский засос!

Я отталкиваю его, поправляю полотенце и смотрю в зеркало.

- Эдвард! – громко шепчу я. Я разворачиваюсь и бью его в грудь. – Ты сделал это нарочно.

Эдвард убирает в сторону мои подсохшие волосы, пристально рассматривая свою запретную отметину.

- Ты можешь спрятать его, если оставишь волосы распущенными.

Наши взгляды встречаются в зеркале.

- Большое спасибо, придурок.

- Пожалуйста, принцессочка.

***

- Я их не надену. – Элис дует губы, сидя по-турецки перед зеркалом, сложив руки на груди. Она ней надета майка без лифчика. Под глазами у нее тональный крем, а на голове – огромные бигуди.

Я рядом с ней, раскручиваю ей бигуди и распрямляю утюжком для волос слишком сильно закрученные концы.

Я отказалась от бигуди, хоть и очень хотела их использовать. Поднимать волосы для меня больше не вариант – спасибо Эдварду и его чувству собственности.

- Это всего лишь туфли, и всего на один вечер. – Я улыбаюсь ей в зеркале.

Эсме выпрямляла мне волосы, и, думаю, она увидела засос, но ничего не сказала. Она лишь подмигнула мне и перешла к следующей пряди. Мои волосы выглядят так же идеально, как у Эсме, гладкими и лоснящимися. Мой макияж чуть гуще обычного, но выглядит естественно: бронзовые румяна и бледно-розовый блеск для губ.

- Заныкай у себя в сумке мои «Конверсы», а я заныкаю тебе другое платье, - говорит Элис, вставая и спеша к шкафу.

Желтое платье, на котором настаивает моя мама, слегка устаревшего фасона. Оно ужасное. Хлопковое, с имитацией кружева, длиной до колена и с рукавами-фонариками. Оно понравилось бы мне два года назад, но теперь…

Как же мне хочется, чтобы они позволили мне вырасти.

Элис швыряет на кровать черный топ-бандо; я сижу с утюжком в руке.

- Это, - говорит она и продолжает копаться, – и это, - говорит она, поворачиваясь с темной мини-юбкой в руках. – Ты будешь выглядеть очень горячо!

Я трогаю юбку; это хлопок-стретч, и она будет сильно обтягивать, но мне это нравится.

- Можно обуть твои кеды? – спрашиваю я.

- Да, господи, да! – пищит Элис, засовывая «Конверсы» в мою сумку.

***

Элис похожа на шатающегося новорожденного олененка, когда спускается по лестнице в своих новых черных туфлях на платформе. Она восхитительна в своем бледно-розовом платье, но смешно смотреть, как она идет.

- О, брось, все не так плохо, - говорит Эсме, фотографируя свою дочь. – Можешь, блядь, поверить – я вставлю это фото в рамку.

Глаза моей мамы до сих пор расширяются от лексикона Эсме. Я лишь качаю головой и встречаю у лестницы свою подругу. Это обычные танцы, но судя по поведению моей мамы и Эсме можно подумать, что это чертов выпускной бал. А когда появляются Джаспер с Гарреттом, становится только хуже.

Мы делаем снимки у камина: с Карлайлом, с нашими мамами, с каждой по отдельности; на крыльце – с Джаспером и Гарретом, одни Элис и Джаспер, … одни мы с Гарреттом.

- Мам, мы с ним не пара, - настаиваю я.

- Это круто, - говорит Гарретт.

Я не спрашиваю про Клэр, но беспокоюсь об Эдварде, когда Гарретт кладет руку мне на плечо, а мама и Эсме фотографируют нас.

- Ты уверена, что вы с ним не пара, Блисс? – спрашивает Эсме, пялясь на Гарретта.

Я качаю головой, жалуюсь на вспышку, и я очень рада, что Эдвард уехал с Пити и Беном час назад.

- Хорошо, - говорит Эсме. – Поехали.

Карлайл с Эсме везут нас в школу, потому что никому из нас пока нельзя ездить самим. С Лорен, Леа, Клэр, Полом и его друзьями мы встречаемся там. Но прежде чем мы выходим за дверь, Элис впихивает мне в руки большую дамскую сумку. Затем я наблюдаю, как она, спотыкаясь, ковыляет к дверце машины.

- Повеселитесь там, - говорит мама.

- Хорошо.

- Позвони мне, если что-нибудь случится. – Она целует меня в щеку, размазывая мой макияж.

Я улыбаюсь.

- Ладно, позвоню.

- Твой отец на дежурстве, так что будет неподалеку.

Я сопротивляюсь настойчивому желанию закатить глаза.

- Конечно, мам.

Все в машине. Ждут меня. Поэтому я заверяю маму, что все будет хорошо. Я говорю ей, что у нас с Элис комендантский час с десяти вечера, хотя время и не назначено, и что я позвоню ей, как только буду дома.

- Может, мы будем дома даже раньше, если там отстой, - говорю я.

Она читает мне мини-лекцию о моем языке и о том, как нужно говорить со матерью.

- Я никогда не учила тебя говорить это слово, так что не нужно употреблять его при мне, - говорит она.

Я соглашаюсь со всем, что она говорит, и когда моя мама, наконец, уезжает, я протискиваюсь на заднее сиденье с тремя моими друзьями.

- Тебе что – влетело за слово «отстой»? – спрашивает Элис, но ответа ждут все.

Карлайл смотрит на меня в зеркало заднего вида, а Эсме поворачивается. Джаспер нежно смотрит на меня и ободряюще улыбается. Гарретт не смотрит на меня, но слушает. А Элис, которая сидит у Джаспера на коленях, перебирается через Гарретта и кладет голову мне на колени. Она упирается правой ногой в отцовское сиденье, а левой – в стекло.

- Она сказала, что не учила меня так говорить, - бормочу я, чувствуя неловкость. В смысле, я только что отчитала свою мать в присутствии всех своих друзей. Она заставляет меня носить это платье и эти балетки. Родители установили мне больше правил и указаний, чем я могу вспомнить. Это душит меня, словно мама с папой постоянно следят за мной.

Дайте мне побыть самой собой!

Мои родители до сих пор настаивают, чтобы я ложилась спать в определенное время и не разрешают разговаривать по телефону после восьми вечера. Мама пилит меня за то, что я так сильно крашусь и ношу такие короткие юбки. Она не разрешает мне есть сладкое и пить газировку. А теперь я не могу и говорить свободно без того, чтобы мне не запретили употреблять какие-нибудь слова.

Их ограничения слишком строгие, и я испытываю приступы клаустрофобии. Я чувствую, что протестую против их хватки. От этого у меня сдавливает грудь и сжимается челюсть. Это гнев, который разливается холодом по моим венам каждый раз, когда мне говорят, что делать, или когда я чувствую, что мне не доверяют. Я чувствую его, когда вижу жалость в глазах Карлайла и Эсме и когда слышу каждое бранное слово, которое Элис и Эдварду позволено произносить.

От этого мне хочется кричать.

Но я не кричу.

Я играю свою роль.

- Ну, это тупо, - говорит Элис, когда мы задним ходом выезжаем с подъездной дорожки.

К тому времени, когда мы добираемся до школы, я чувствую себя лучше. Элис жалуется на свои туфли, Эсме пытается убедить Элис, что туфли – лучшие друзья девушки, Карлайл читает Джасперу и Гарретту лекцию о поступках и вежливости, а я сижу сзади и все это впитываю.

Быстро чмокнув Карлайла и Эсме на прощание, мы с Элис бежим к школьному спортзалу, входим внутрь и направляемся прямиком в туалет. В туалете музыка ди-джея глухо отдается от стен. К счастью, здесь никого, и первым делом Элис сбрасывает туфли. Я сбрасываю свои балетки и надеваю ее туфли, уже чувствуя себя больше похожей на себя саму.

Когда обмен обувью заканчивается, мы с Элис беремся за руки и прыгаем.

Она помогает мне расстегнуть сзади платье, и когда я остаюсь в одних трусах и лифчике, она надевает мне через голову черный топ-бандо.

- Осторожнее с волосами, - говорю я, проверяя, не поднялись ли волосы выше шеи.

- Уф, заглохни, - в шутку говорит она, держа для меня расстегнутую юбку. Я просовываю ноги внутрь, она натягивает ее на меня.

Юбка тесная и она намного короче, чем казалась на вешалке. Бретельки моего лифчика на виду, поэтому Элис заправляет их под топ.

- Твою мать, Блисс, ты охуенно горяча. - Ее сверкающие глаза широко раскрыты. Она нажимает на мой сосок как на клаксон, а затем наклоняется, чтобы завязать шнурки на кедах.

А я не могу насмотреться на себя. Я выгляжу старше. Веду себя как кто-то старше. Выгляжу так, как и чувствую себя… сексуальной.

Обувшись, Элис начинает расчесываться и собирает волосы в тугой хвост.

- Помоги мне, - говорит она, пытаясь стянуть хвост достаточно крепко. Когда ее волосы собраны сзади и заколоты, Элис наносит на глаза подводку, красит губы более яркой помадой, а затем отдает ее мне.

- Доверься мне, - говорит она.

Я накладываю гуще тушь и наношу еще немного больше теней для век; мне хочется оставить волосы как есть, но Элис говорит, что их должно быть больше. Она не знает точно, что делает, расчесывая их сзади круглой щеткой.

Щетка застревает в волосах.

- Элис! – вскрикиваю я.

Она тянет щетку, и я паникую. Она смеется.

- Давай я найду кого-нибудь!

Мне удается вытащить половину застрявших в щетке волос, но другая половина вся спуталась. Поэтому я стою там, перед зеркалом, со слишком густым макияжем, в слишком откровенной одежде, и смеюсь.

Я смеюсь, потому что это так, блядь, хорошо – что я могу делать все это.

Элис появляется с Лорен и Леа, и, к счастью, Лорен удается выпутать щетку из моих волос, не выдернув их слишком много. Освобожденной щеткой Лорен расчесывает мне волосы и брызгает достаточно лака, чтобы у всех у нас сперло дыхание. Когда мы все причесаны и приведены в полный порядок, мы делаем несколько снимков в туалете и прячем в дальнем углу наши сумки.

Спортзал переделан, но это все равно спортзал. В нем пахнет баскетбольными мячами и физруками. Музыка звучит громко, тела двигаются, танцуют и общаются. Я вижу, как некоторые из моих учителей болтаются по залу, размыкая парочки, слишком тесно прижавшиеся друг к другу и поедая залежалые печенья, но в остальном все это выглядит действительно весело.

Мы с Элис явно слишком нарядились – большинство пришли в джинсах и футболках. За исключением потаскух – те выглядят как всегда – как потаскухи. Виктория с Брейди, и это по-прежнему странно выглядит. Микси сидит на коленях у Димитри, Шарлотт виснет на Бене, а Эдвард, один, сидит прямо в центре их компании.

Они все обдолбаны.

Это очевидно по их слишком громкому смеху и чересчур театральным движениям. Виктория безостановочно взбивает свои волосы. Микси чересчур громко смеется, а Ким чрезвычайно навязчива. Я вижу, что Эдвард нетрезв, просто глядя на него: ленивый взгляд, капюшон на голове, улыбка – вялая. Он не видит меня, но я его вижу.

Смотрю на него до тех пор, когда уже больше не могу.

- Пошли, Иззибелли Блисс! – кричит Элис сквозь музыку, берет меня за руку и ведет на танцпол.

Я тот еще танцор, и мне определенно не угнаться за Элис, но я умею двигаться, раскачиваться и опускаться, а в этих туфлях возможно все. Мне кажется, будто я на вершине мира. Кажется, будто весь зал вращается вокруг нас с Эл. Мне хорошо – я свободна – без ограничений. Так что я делаю шаги туда-сюда и раскачиваюсь в такт музыке, смеясь над тем, как хорошо Элис танцует. Вскоре к нам присоединяются Лорен и Леа, и мы танцуем в маленьком кругу под мигание голубых, зеленых красных и фиолетовых огоньков, развешанных по спортзалу. Песни сменяют друг друга. В голове до сих пор светло от тех стопок, что я выпила раньше, и я бы выпила еще.

Элис со мной. Ее руки на моих бедрах, и когда музыка позволяет, мы замедляемся, замедляемся, замедляемся вместе.

Мы танцуем под песню о влюбленности в безнадежных местах, когда я вижу, что Эдвард и парни смотрят на нас. Теперь его капюшон снят, и он потягивает воду из бутылки. Он что-то говорит Пити, который что-то говорит Бену. А затем Эдвард подмигивает.

Я показываю ему средний палец и продолжаю танцевать с Элис.

А затем к нам подходят Джаспер и Гарретт. Я спрашиваю у Гарретта, где Клэр, и он говорит, что не знает. Он спрашивает, не хочу ли я подышать воздухом. Я оглядываюсь в поисках Элис, но они с Джаспером занимаются петтингом на танцполе, поэтому я соглашаюсь.

Я делаю примерно три шага в направлении выхода, прежде чем замечаю у себя за спиной Эдварда; его рука у меня на затылке, а пальцы упираются в ту отметину, которую он отставил мне до этого.

- Потанцуй со мной, - шепчет он мне на ухо. Я чувствую запах алкоголя в его дыхании и запах травки от его одежды. Но, хоть это и похоже на ночь, когда мы впервые поцеловались, сейчас все по-другому. Он берет меня за руку, и я чувствую, что его кожа обжигающе горячая. Он смеется мне в волосы и кружит меня в танце.

Я ошарашенно ищу его глаза, чтобы попытаться понять, что он делает, и вижу, что он не просто под кайфом. Эдвард тянет меня ближе к себе, пока я не оказываюсь прижатой к его груди. Я чувствую, как через футболку колотится его сердце.

- Что ты делаешь? – говорю я, оглядываясь на Гарретта, который и сам выглядит немного растерянно.

- Танцую с лучшей подругой своей младшей сестры, - говорит он громко, перекрикивая шум. – Разве не этим должен заниматься старший брат, маленькая девочка?

Бросив взгляд через плечо Эдварда, я нахожу в толпе Элис, танцующую с Пити и Беном. Она прекрасно проводит время с парнями, громко смеясь, кружась и падая спиной в руки то одного, то другого.

В дальнем углу, там, где раньше сидел Эдвард, потаскухи собрались в кучу, смотрят и перешептываются.

- Не волнуйся, малышка, - говорит Эдвард, раскручивая меня на месте. Когда он притягивает меня обратно, моя спина удобно прижимается к его груди. – Ты пытаешься убить меня этой юбкой, да, принцесса?

Я улыбаюсь, раскручиваясь в другую сторону.

- Возможно.

Эдвард сжимает свое сердце через футболку и с улыбкой откидывает голову назад, притворяясь, что умирает.

Песня меняется на другую, немного медленнее и старше. Эдвард отплясывает чечетку, щелкая пальцами, и это самое смешное, что я видела за всю жизнь. Я смеюсь до слез. Смеюсь до тех пор, когда больше не могу этого выносить и щелкаю пальцами вместе с ним.

- Отец научил меня этому дерьму, когда я был младше, - говорит он, прижимая меня ближе, рассказывая об этих старомодных танцевальных движениях. Играет самая медленная песня, и я не уверена, что нам с Эдвардом стоит вместе танцевать, но он заверяет, что все нормально. И я не отказываюсь.

На удивление, Элис танцует не с Джаспером, а с Пити. Виктория танцует с Брейди, и Гарретт наконец-то нашел Клэр. А я с Эдвардом.

Я.

- Мне понравилось, - говорю я, упираясь подбородком ему на грудь, чтобы можно было смотреть ему в лицо. Проходит несколько секунд, прежде чем я спрашиваю:

- Что ты принял?

Он качает головой и говорит, что ничего. Но потом, наконец, говорит:

- Экстази.

- О, - говорю я.

- Оно безвредно… за исключением того, что я, блядь, до одури хочу тебя коснуться.

- Тогда пойдем домой, - шепчу я.

- Не могу, - тут же говорит он, - но я буду дома позже.

Мы движемся небольшими кругами, и я чувствую, как напряжение этой недели давит на меня: выбор быть или не быть с Эдвардом, мои родители, ложь Элис, Виктория… все это слишком, и глупо, и я начинаю плакать.

Но вынуждена прятать слезы.

Руки дрожат и челюсть болит. Слезы текут по щекам. Я прячу лицо в футболке Эдварда и пытаюсь собраться и успокоиться, пока никто не заметил.

- Детка, - со стоном говорит Эдвард. – Прекрати.

- Я пытаюсь, - говорю я.

- Пытайся лучше. – Я не удивлена злостью в его тоне. У него же на плече плачет лучшая подруга его младшей сестры.

- Не уходи, Эдвард. – Я вытираю слезы, силой воли заставляя их перестать литься. Он обнимает меня крепче, поддерживая мое дрожащее тело. А затем его рука сбоку на моей шее. Затем его пальцы у корней моих волос. Затем он сжимает их в кулаках и тянет мои клубничные пряди, а его губы прямо у моего уха. И затем он говорит:

- Блядь, я так сильно люблю тебя… но мне надо идти.

Она ждет его.

Виктория больше не танцует с Брейди; она ждет Эдварда на краю танцпола. На ней темно-синее платье-макси. Туфли у нее в руках, а ее глаза такие же стеклянные, как у Эдварда. Она не улыбается, пока он не смотрит на нее.

Эдвард больше не говорит мне ни слова и уходит. Он поправляет футболку и, проходя мимо Пити, хлопает его по плечу. Когда он подходит к Виктории, кладет руку ей на плечо, и когда к ним подходят остальные из их компании, они уходят. Вместе.


* речь о препарате «TYLENOL PM», который помогает справиться с болью именно в ночное время



Источник: http://robsten.ru/forum/73-2040-1
Категория: Переводы фанфиков 18+ | Добавил: LeaPles (27.11.2017) | Автор: Перевод: helenforester
Просмотров: 373 | Комментарии: 15 | Рейтинг: 5.0/14
Всего комментариев: 151 2 »
0
15  
  Спасибо за главу  cvetok01

1
14  
  Эдвард вроде как влюблен в Беллу, тогда не понятно его отношение к ней. Разве ТАК себя ведут с любимым человеком? В любой момент может просто уйти... в никуда. А она, всегда его ждёт и готова простить.
Спасибо за продолжение.

1
13  
  Родители удивляют ! 
 Спасибо за чудесный перевод .

1
12  
  Что-то мне как-то грустно стало от этих отношений. Родители вообще потрясли своим отношением... Что это вы тут делаете девочки? А, пьёте, ну смотрите не переборщите?! Какая забота однако !!! Спасибо, ждём новую главку! lovi06032  lovi06032

0
11  
  Большое спасибо за продолжение! Перевод супер! good  lovi06032

2
10  
  Просто жаль Беллу... Любовь у них какая-то извращённая... Эдвард любит её, но спит с другими, Белла все терпит и плачет... cray 
Спасибо за продолжение! good  lovi06032

1
9  
  Спасибо!

1
8  
  Спасибо за продолжение!

0
7  
  Одним словом : подростки!
хотя, да, хотелось бы уже реальных изменений в истории. Герои взрослеют только в цифрах, больше ничего не меняется.
он - эгоист 
она - витающий в облаках наивный подросток
из главы в главу его секс-наркотики и рок-н-ролл-, её мучения и ожидания.

1
6  
  Спасибо огромное за историю. Жаль конечно девочку, полюбила мерзавца. Очень жду продолжение.

1-10 11-15
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]