Фанфики
Главная » Статьи » Переводы фанфиков 18+

Уважаемый Читатель! Материалы, обозначенные рейтингом 18+, предназначены для чтения исключительно совершеннолетними пользователями. Обращайте внимание на категорию материала, указанную в верхнем левом углу страницы.


Дасти. Глава 17. Маленький львенок. Часть 2

 

Когда всем заплели косы и все накрасились, мы пошли наверх в мою комнату. Мама зевнула и сказала, что хочет посидеть с нами, но я знала, что она уже хочет спать.

- А я думала, мы побездельничаем и посмотрим «Пляжи»! – сказала она, когда мы впятером поднимались по лестнице.

- В следующий раз, миссис Свон, - заверила ее Виктория.

В следующий раз. Ага, конечно.

Теперь мы с Элис в постели, и готовы закончить этот кошмар, но у потаскух другие планы. Ким, наконец, убирает телефон, а Микси практически пускает слюни при виде полупустой бутылки водки «Попов», которую Виктория достает из своего рюкзака.

- Тебе очень повезло, что она не разбилась, когда ты швырнула мой рюкзак, Элис, - говорит Виктория, бросая бутылку на постель между мной и Эл. – Мы еще не собираемся спать, младшие сестренки. Эта вечеринка только начинается.

Один глоток, две, три… четыре.

Эти девушки умеют пить. В смысле, у меня уже двоится в глазах, а потаскухи все еще на ногах. Мы пьем прямо из бутылки, запивая по чуть-чуть из теплой банки «Коки». Это все, что было у меня в комнате, потому что я ни за что не пошла бы вниз.

- Поверить не могу, что мы пьем дома у шефа полиции, - говорит Микси между глотками. – Мы очень рискуем!

Я тоже не могу в это поверить, но что-то должно было случиться, и, если они не готовы спать, трезвой я не останусь. Кроме того, это развязало язык Элис. Она действительно говорит с Ким. Не мило, но говорит.

- Пит говорит о тебе много дерьма. Почему ты остаешься с ним? – Элис глумится над Ким, а та, думаю, искренне полагает, что Элис не все равно.

Она пожимает плечами и тянется к бутылке с прозрачной жидкостью.

- Не знаю. Я люблю его, и все не так плохо, когда мы с ним вдвоем.

Вик усмехается. Я смеюсь, потому что… не знаю. Я по-настоящему пьяна.

- Кимберли, Пити для тебя – это всегда член. – Виктория играет с прядями своих волос, но не сводит глаз с Ким, призывая ее возразить.

Та не возражает, но говорит:

- Чья бы корова мычала, посмотри на себя и Эдварда.

Мое сердцебиение ускоряется при звуке его имени. Этого я и боялась. Что он всплывет в разговоре. Я пытаюсь вести себя обычно и непринужденно. Беру у Ким водку и «Колу» и отпиваю по маленькому глотку того и другого, а затем передаю все Элис. Голова кружится, руки дрожат и тяжесть в груди. Я начинаю злиться, потому что это мой дом… здесь я должна быть ограждена от этих сплетен. Их не должно быть в моем доме.

- Мы можем не говорить об этом? – говорит Элис. – Он мой брат. Я не хочу слышать никаких рассказов о его члене и о том, куда он его сует.

- Ну, в меня он его не совал. – Виктория смеется.

- Нет, это был Бен, - добавляет Микси.

- И Майк Ньютон! – выкрикивает Ким, указывая пальцем. Виктория виновато улыбается. – Я знала это, потаскуха!

Виктория ложится на спину на ковре, вытягивая руки над головой. Мы рассаживаемся вокруг нее, на расстоянии друг от друга, у дальнего края кровати, просто на случай, если войдет моя мама. Лампа светит тускло, и в комнате кажется по-настоящему тепло благодаря водке. А благодаря этому разговору у меня такое чувство, будто меня душат. Хочется встать и бежать на улицу, где воздух очевидно прохладный и свежий. Но я остаюсь.

- Я спала с Майком один раз, - говорит Виктория, поднимая голову, чтобы подмигнуть.

Майк Ньютон учится в выпускном классе, и это очередной парень, который спит со всеми подряд. Я не знакома с ним лично, и он никогда не пытался заговорить со мной, особенно после того, что случилось в прошлом году с Брэйди Фуллером, но его репутация хорошо известна каждому в этой школе. Меня не сильно удивляет, что одна из этих девушек переспала с ним.

- Зачем ты это сделала? Я слышала, у него триппер. – Элис хмыкает, потому что она только что сказала «триппер».

Виктория пожимает плечами, вытягивая ноги. Ее правая ступня прямо у моего колена. Я думаю о том, чтобы схватить ее за большой палец и выгнуть его в обратную сторону, но не делаю этого.

- Не знаю. Мы просто сделали это. Это было даже не особо классно. – Она замолкает и размышляет. – Твой брат лучше, - говорит она. – Но в последнее время он ведет себя очень странно.

- Ага, потому что ты сбросила на него бомбу на букву «Л», - говорит Микси.

Виктория прикрывает лицо руками, а затем приподнимается на локтях. Эту историю я тоже знаю. Она все мне рассказала, но он рассказал мне раньше. Хотя, я уверена, что его версия чертовски сильно урезана по сравнению с той, которую она собирается рассказать.

- Я не люблю Эдварда, - говорит Виктория.

- Ага, конечно, - бормочет Ким, делая очередной глоток из бутылки. Она морщится, а затем снова опрокидывает бутылку.

- Не люблю. Мы трахаемся периодически, вот и все. – Она говорит, и мое сердце быстро колотится. Я ощущаю пульс глазами и зубами. – Но той ночью, когда я сказала, что люблю его, я была под кайфом. Я не имела в виду это дерьмо. – Она медлит, теребя кончики своих волос. – В смысле, мы даже не целуемся… по-настоящему. Для него все это не так. Словно… он боится, когда его трогают, типа того.

- Ага, конечно. Я видела, как вы целовались, Вик, - говорит Микси, подняв брови.

- Мы целуемся. Разумеется, целуемся. Но как-то неправильно, поцелуй словно… пустой. И это было давно, очень давно. – Виктория качает головой и улыбается, меняя выражение с грустного на безразличное. – Поэтому плевать, и кому есть дело до Эдварда Каллена?

По ее позе и тону голоса я понимаю, что на самом деле она так не думает. Просто слишком сильно защищается. И мне хочется сказать ей, что она понятия не имеет, каково это – любить Эдварда. Это трудно. Вот так. Сидеть в комнате с двумя девушками, которые точно были с ним. Любить Эдварда – это знать это и все равно быть к нему неравнодушной. Любить Эдварда – это всегда сильно рисковать и пребывать в заблуждении. Это снова любить, невзирая на то, что знаешь, потому что не можешь не любить его.

Моя любовь косая и кривая.

Одержимая, злоупотребляющая, ни разу не хорошая, но она моя. Моя, и мне не надо ни перед кем оправдываться. Не только потому, что о нас никто не знает, но и потому, что в глубине души я знаю, что он мой.

Возможно, это делает меня слабой, но разве это не делает меня и очень сильной тоже?

Потому что я не ставлю крест на любви, даже если он поставил его на самом себе.

Мне хочется рассказать Виктории, каково это – любить Эдварда, без секса под кайфом и пустых моментов.

Даже несмотря на то, что мне ненавистно, что у нее есть все то, о чем можно говорить.

Я вынуждена прикрыть рот, чтобы не закричать. Закрываю глаза и мечтаю, чтобы боль в груди исчезла. Прошу свои руки перестать дрожать. Умоляю свои предплечья перестать болеть. «Пожалуйста, прекрати», умоляю я свой живот, который крутит.

- Я не люблю его. – Теперь Виктория говорит более серьезно. – Эдварда невозможно любить. Он никого к себе не подпускает.

- Полагаю, в этом смысле ты ему нравишься, Вик? – спрашивает Ким, двигаясь, чтобы лечь рядом со своей подругой.

Элис вытягивается и кладет голову мне на колени. Я убираю ее волосы с шеи и потираю ее мочку уха, потому что знаю, что она любит, когда я так делаю. Делая Элис приятно, я наблюдаю, как Ким и Вик смотрят друг на друга. Я всегда считала, что их дружба поверхностна и выгодна им обеим. Но глядя на них сейчас, я понимаю, что, похоже, они действительно друг другу небезразличны.

- Я слышала, в прошлые выходные ты целовалась с Гарреттом, Белла, - говорит Микси, прислоняясь к стене прямо под окном. – Он милый. Спокойный типа.

Элис поворачивает голову, лежащую на моих коленях, и смотрит на меня, вместе со всеми ожидая моего ответа. Она всю неделю умоляла меня поговорить о Гарретте, но я мало что сказала ей, чтобы было, о чем говорить. Как и Гарретт, насколько я знаю. С ним что-то не так. Общаться с ним обычно очень легко, но, когда в понедельник утром перед занятиями я столкнулась с ним в библиотеке, он был непривычно напряжен. Я не знала, что сказать, а он не знал, как себя вести.

- Привет, - наконец, пробормотала я.

- Привет, - сказал он, и на этом все.

Я не знаю, ждет ли он от меня большего. Я не позвонила ему в воскресенье, но на самом деле мы с Гарреттом никогда и не говорили по телефону. Может, он ждал моего звонка, потому что мы поцеловались? Возможно. Но это была игра, и бутылка просто остановилась на нем. Возможно, я зашла дальше, чем было нужно, но было приятно иметь такую власть над кем-то. Когда я целовала Гарретта, мне было приятно. Но я не знаю, приятно потому, что я целовала его, или потому, что в конечном счете я вернула Эдварда.

Все, что я делаю, сводится к моему парню. Несмотря на то, как разрушительно это может быть. Быть с Гарреттом было бы очень просто, но нечестно. Нечестно, потому что я бы обманывала себя, делая не то, чего хочу на самом деле, и нечестно по отношению к Гарретту, потому что я бы никогда и ни за что не отдалась ему полностью. Я смогла бы любить Гарретта лишь наполовину, если бы вообще смогла. И это очень нечестно.

- Мы играли в «бутылочку», - покорно говорю я. – Подумаешь.

- Ага, только ты чуть не засосала его лицо целиком, - смеясь, говорит Элис. – Клянусь, Би, я и не знала, что ты такая.

- Правда? – Вик смеется. Она садится и скрещивает ноги перед собой. – Это был твой первый поцелуй?

Я улыбаюсь и смотрю на Элис.

- Типа того.

Несколько секунд стоит тишина, затем Ким встает и потягивается. На ней розовая майка и пижамные штаны с «Хеллоу Китти». Волосы заплетены в косу, на лице ни капли косметики. И я чувствую, что мне нравится, что они здесь. То есть, мне комфортно, и сейчас, в пьяном угаре, все не так плохо. Но я знаю, что завтра все будет по-другому. Завтра они снова станут потаскухами, и мы с Элис снова станем их люто ненавидеть. Завтра Виктория снова будет девушкой, у которой есть та часть моего любимого, которой нет у меня, и я снова стану ее из-за этого презирать.

Но это будет завтра.

Поэтому, когда Ким говорит: «Мне скучно, давайте позвоним и поприкалываемся над Пити», я говорю: «Давайте!».

Оказывается, Пити и Бен с Эдвардом, и их уговорили провести вечер за просмотром иностранных фильмов с Карлайлом и Эсме. Они уже досмотрели «Новый кинотеатр «Парадизо» и теперь начинают смотреть «Лабиринт Фавна».

Хотела бы я быть там.

Первый раз Пит бросил трубку, когда одна из нас представилась распространительницей мужских таблеток для контроля зачатия.

- Что за нах – контроль зачатия для мужчин? – сказал он и повесил трубку.

Когда мы перезвонили, он понял, что это мы.

- Вы там что – пьяные? – смеясь, спросил он. На заднем фоне я услышала, как смеется Эдвард. – Хватит звонить, у нас вечер фильмов.

Поэтому мы позвонили Джасперу на мобильный, но ответила его мама. Затем мы позвонили Майку Ньютону, и он действительно заинтересовался мужскими таблетками для контроля зачатия, поэтому трубку повесили мы. Затем мы позвонили Гарретту, но Виктория забыла заблокировать номер, и поскольку мы звонили с моего телефона, Гарретт сказал: «Белла, я знаю, что это ты».

Я сказала: «Нет, не я!», и Виктория тут же повесила трубку и позвонила Карлайлу.

Карлайл начал: «Откуда у вас мой номер? Его же нет в справочнике!», затем сказал: «Мужские таблетки для контроля зачатия? А можно я куплю своему сыну?», а потом: «Элис, я знаю, что это ты».

После того, как мы обзвонили всех, кого смогли вспомнить, и потом еще пять раз позвонили Пити, мы начали драться подушками. Это было жестоко.

На самом деле, дралась одна Элис, а мы робко жались в углу, надеясь, что она не будет бить слишком больно.

Она ударила Викторию по лицу с такой силой, что та свалилась с кровати и ударилась спиной об пол. После этого Элли не успокоилась; она била Викторию подушкой до тех пор, пока та не взмолилась о пощаде. Потом она ударила Микси, и понеслось.

Мама вошла в комнату, когда Элис стояла на кровати, раскручивая подушку над головой как лопасти вертолета, чтобы запустить ее в Ким.

Мама тут же ушла, но, думаю, потаскухи надеялись, что она собирается их спасать.

Как только мама ушла, Элис ударила Ким по затылку и объявила о победе.

После этого мы все сдались.

Сейчас мы лежим в темноте. Микси вырубилась, Ким следом за ней, Элис храпит, а Виктория все еще пытается говорить со мной о косах и хумусе. Сейчас два часа ночи, и я хочу увидеть своего парня, поэтому притворяюсь спящей, чтобы она замолчала.

Час спустя в комнате совершенно тихо, за исключением сонного сопения и пения сверчков за окном.

Как можно тише я выскальзываю из постели и на цыпочках обхожу уставшие тела. Я по-прежнему слегка навеселе от водки, но не так пьяна. Мне хорошо, и я уже готова к приходу Эдварда. Сняв телефон с зарядки, я крадучись выхожу из комнаты и иду в ванную. Свет не включаю и закрываю дверь. Сидя на унитазе, я нахожу его номер и нажимаю кнопку вызова.

Он отвечает с первого гудка.

- Привет, детка. – У него усталый голос, словно он в постели. И я вижу его так отчетливо, словно я рядом, потому что именно там я часто бываю в это время суток.

- Привет, - шепчу я с улыбкой.

- Ты еще хочешь, чтобы я приехал? – спрашивает он, потягиваясь.

- Да.

- Еду.

- Привези мне свитер, - добавляю я, прежде чем повесить трубку.

Выйти украдкой из дома не так сложно, как я думала. Ступени не скрипят, потому что я спускаюсь, наступая через одну, и дверь не скрипит, когда я открываю ее, чтобы выйти. Улица выглядит по-другому, когда ты не должен ее видеть. Воздух холоднее, но свежее… словно он чище всего, когда ты вдыхаешь его воровски. Убедившись, что задняя дверь осталась незапертой, я стою на крыльце и прислушиваюсь, не проснулся ли кто.

Я чувствую себя очень уязвимо, идя вдоль дома. Понятия не имею, как я буду объясняться, если отец выйдет и увидит меня, но этот адреналин, лихорадка, которую я чувствую, когда прохожу мимо наших ворот на подъездную дорожку, щекочет мне нервы. Вокруг гробовая тишина. Соседская собака лает, когда я прохожу мимо, но замолкает, когда понимает, что это всего лишь я. Дойдя до конца подъездной дорожки, я смотрю на дорогу и вижу машину Эдварда. Ее фары вспыхивают и двигатель «Континенталя» оживает. Он медленно катится по улице, и свет с щелчком гаснет, когда он останавливается перед моим домом.

Я сажусь в машину и подношу руки к решетке обогревателя, а затем тянусь и целую Эдварда в губы.

Худи, которое он привез мне, лежит сложенное на сидении между нами. Я беру его и надеваю через голову, тут же прижимая мягкий хлопок к груди.

На нем баскетбольные шорты и серое худи. На голове у него черная шапка, а на ногах шлепанцы. Он выглядит так, словно буквально скатился с кровати, чтобы приехать сюда.

- Ты разута, глазунья, - говорит Эдвард, отъезжая от моего дома.

Я смотрю на свои ноги. Когда я вышла из ванной, я не хотела рисковать, возвращаясь в спальню, и осталась в чем была: в хлопковых шортах и огромной спальной футболке.

Я пожимаю плечами и устраиваюсь на сидении. Никаких вопросов о том, куда мы направляемся.

***

После того, как я рассказала ему, что на вечеринке моя мама кормила нас хумусом с овощами, ему стало дурно. Поэтому, поскольку мы ехали на пляж, Эдвард остановился на заправке и купил мне все, что я хотела. Сейчас мы сидим бок о бок на заднем сидении его машины, задрав ноги на спинки передних сидений. Обогреватель включен на полную, негромко играет радио. Эдвард в отличие от меня не большой фанат сухомятки, но из уважения ко мне ест «Твинки». Я пью шоколадное молоко, а он потягивает воду из бутылки.

Мы болтаем ни о чем. И обо всем. Эдвард прикуривает, делает несколько затяжек, и салон машины заполняется дымом. Он спрашивает, не хочу ли я затянуться, но я говорю «нет» и съедаю очередное драже «Скиттлз». Когда его накрывает, а я наедаюсь, мы прижимаемся друг к другу под одеялом, которое он взял с собой.

- Мне очень нравится, как ты ведешь себя на этой неделе, Эдвард, - говорю я, теребя тесемки одеяла. Это одеяло с его кровати. Мне нравится, что он выбрал его, раз уж мы не можем сейчас находиться в его комнате.

- А ты нравишься мне всегда, Блисс. – Он усмехается, кладя голову мне на плечо.

- Виктория говорит, что ты никому не позволяешь любить себя. Она говорит, что с тобой трудно сблизиться. – Я нахожу его руку под одеялом и сплетаю наши пальцы.

- Думаешь, она права? – спрашивает он.

- Иногда. Порой любить тебя трудно, но я и представить не могу, что мы не близки. – Мой голос звучит по-другому в темноте ночи. Правда звучит грубо.

Эдвард поднимается и выпрямляет спину, а затем падает обратно. Я поворачиваюсь на сидении и кладу голову ему на колени, глядя на него. Он касается моего лица, стучит пальцем по моему носу и убирает прядь волос с моего лба.

- Помнишь то дерьмо, что ты нашла у меня на тумбочке?

- Кокаин?

- Да. Его.

Я киваю. Я мало знаю об этом. Ему не следует его употреблять, но я продолжаю выбирать, из-за чего ссориться с Эдвардом. Не знаю… обычно мы не обсуждаем то, что он употребляет наркотики.

- Он пугает меня. – Его голос такой тихий и хриплый. Я не говорю ни слова в ответ. Не шевелюсь и не дышу. Только слушаю. - Когда я под ним, я чувствую, что могу все на свете. Словно я несгибаемый. И это было классно поначалу, но… черт, все изменилось. Это кайф, который я даже не могу объяснить, Блисс.

- То есть ты бросил?

Он пожимает плечами.

- Вроде как. Я думал, что мог бы употреблять его по выходным, но начал хотеть его постоянно. Мне был нужен этот кайф. Это дерьмо начало выходить из-под контроля. – Он смеется, но в его смехе не радость, а ехидство. – В прошлые выходные, когда я вошел, я понял, что ты его поцеловала. В ту же секунду, как посмотрел на тебя, понял. Но это случилось, когда я посмотрел на него – я хотел убить этого ублюдка, серьезно. Чувствовал, что могу. Чувствовал, что могу, блядь, убить его за то, что он прикасается к тебе, и что это будет правильно. – Эдвард злорадно улыбается. – Я хотел стереть этот гребаный вид с его лица. Словно, он наконец заполучил тебя… и это видно.

Я не двигаюсь – боюсь пошевелиться. Боюсь, если пошевелюсь, он замолчит.

- Но напугало меня не это. А то дерьмо, что случилось потом. Когда я был с тобой. Блядь, я так испугался, что ты собираешься от меня уйти. И, не знаю, кокс усилил все это дерьмо. Я, блядь, думал, сердце выскочит из груди. Я чувствовал… что теряю контроль. Но в то же время, он заставляет тебя не чувствовать ничего, если ты не хочешь.

Снова повисает тишина, пока он не говорит:

- Но с тобой я не могу не чувствовать.

Я поднимаюсь и смотрю на него. Эдвард смотрит на меня, но отводит взгляд и усмехается:

- Я лишь хочу, чтобы дерьмо между нами уладилось.

- Я тоже, - шепчу я.

Мы смотрим друг другу в глаза, и мне нравится, что я вижу голубой цвет его зрачков. Он слегка под кайфом, но глаза голубые, и это все, что имеет для меня значение.

- Но ты не будешь моей девушкой? Не хочешь, чтобы кто-нибудь знал? – Эдвард заводит волосы мне за ухо и проводит пальцем по моей нижней губе.

- Я хочу, но…

- Почему должно быть «но» в конце, Би? Я пытаюсь, и я знаю…

- Ты ничего не знаешь, - тихо шепчу я. – Ты и понятия не имеешь. – И так и есть. Он понятия не имеет, каково это – быть мной, на моей стороне наших отношений. Но я там была. Я поцеловала одного парня, и он уже готов выдать наш секрет. Это, блядь, так эгоистично.

- Это не из-за него? – Он подскакивает и тянется за сигаретами на переднем сидении. Злится. Я вижу это по его позе и слышу в тоне голоса.

- Это не имеет никакого отношения к Гарретту, Эдвард. Я просто… я просто хотела, чтобы дерьмо между нами уладилось. – Я говорю теми же словами, что и он, и, похоже, он понимает.

Он прикуривает сигарету и открывает дверцу машины, чтобы выпустить дым. Думает и курит молча, но по его выражению я вижу, что он расстроен. Пока сигарета горит, его плечи напряжены, а когда сигарета догорает, он улыбается.

- Пойдем на песок, - говорю я, перелезая через него.

Эдвард хватает меня за бедра и, широко расставив ноги, не выпускает из машины. Его правая ладонь лежит на моей шее, а другую руку он запускает мне в волосы до самого скальпа.

- Ты никогда от меня не уйдешь, - говорит он. – Пообещай.

- Эдвард. – Я вздыхаю.

- Я знаю, что мы не обещаем, но всего один раз пообещай мне это, Блисс.

Я смотрю ему в глаза и, взявшись за тесемки его худи, тяну его лицо ближе к своему. Целую его в губы и прижимаюсь лбом к его лбу. Неужели он еще не понял?

- Я никогда не смогу уйти от тебя. Это правило.

 

 



Источник: http://robsten.ru/forum/96-2040-1
Категория: Переводы фанфиков 18+ | Добавил: skov (04.09.2019) | Автор: перевод helenforester
Просмотров: 295 | Комментарии: 7 | Рейтинг: 5.0/8
Всего комментариев: 7
0
7  
  Спасибо за главу!  good  lovi06015

1
6  
  Моя любимая история! Как мне кажется, Эдя о чем-то задумался.... fund02016  girl_wacko  lovi06015  lovi06032  hang1

0
5  
  Благодарю за главу!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!! fund02016  fund02016  fund02016  fund02016  fund02016  fund02016  fund02016  fund02016  fund02016  fund02016  fund02016  fund02016  fund02016  fund02016  fund02016  fund02016  fund02016  fund02016  fund02016  fund02016  fund02016  fund02016  fund02016  fund02016  fund02016  fund02016  fund02016  fund02016  fund02016  fund02016  fund02016  fund02016  fund02016  fund02016  fund02016  fund02016  fund02016  fund02016  fund02016  fund02016  fund02016  fund02016  fund02016

1
4  
  Так вновь хочется вернуть школьные годы после прочтения главы)) спасибо!

0
3  
  Грустно... слабо верится в хорошее завершение dream111

2
2  
  Может Эдвард сможет исправиться ради Беллы...
Спасибо за интересное продолжение! good  lovi06032

1
1  
  Неужели Белла сможет исцелить этого испорченного мальчишку? Спасибо за главу)

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]