Фанфики
Главная » Статьи » Переводы фанфиков 18+

Уважаемый Читатель! Материалы, обозначенные рейтингом 18+, предназначены для чтения исключительно совершеннолетними пользователями. Обращайте внимание на категорию материала, указанную в верхнем левом углу страницы.


Фунт плоти. Глава 23, часть 2

##

- Ну, выкладывай, - приказала Лея, громко топая следом за Изабеллой в сторону кухни. - Что это, блядь, был за парень и почему вы практически трахались на танцполе?

Изабелла втянула подругу за рукав в небольшую кладовку на кухне и с грохотом захлопнула дверь.
- Не убавишь немного, нахер, громкость? - зашипела она. - Я бы предпочла не оповещать мою семью о своей сексуальной жизни, если позволишь.

- Так все-таки у вас был секс! - воскликнула Лея.

Изабелла провела ладонями по лицу и безнадежно простонала. Не прошло и десяти минут, как приехала Лея, а та уже вовсю таскалась хвостом за Изабеллой, прищурив глаза и сжав укоризненно рот.

Изабелла выдохнула и покачала головой: - Нет, мы не зани…

- Целовались?

- Да.

- С языком?

- Да.

- Терлись друг об друга?

- Да.

- Имя?

- Эдвард Каллен.

Лея как вкопанная замерла на месте, ее лицо украшало выражение, напомнившее Изабелле резиновую куклу для минета: челюсть подружки отвисла, и это выглядело почти комично. Почти.

- Ты. Нахер. Шутишь. Что ли? - задыхалась она. - Это и был твой гребаный студент? - Изабелла кивнула. - Бывший зек? Изабелла кивнула опять. - Парень, с которым ты занимаешься индивидуально уже несколько недель?

- Да! - заорала Изабелла раздраженно. - Именно он.

- Ебать-копать, - прошептала Лея.

- И не говори, - прошептала Изабелла, привалившись к полке со специями и опустив лицо в ладони.

- Он же охеренный красавец!

Изабелла резко повернулась в сторону подружки. Та стояла, запрокинув голову в потолок, на ее лице читалось отсутствующее, но немного непристойное выражение. Изабелла чуть не подавилась смехом.

- Боже, Лея, только ты могла выдать настолько мудрое резюме такой жопной ситуации, как эта.

- Серьезно, Изабелла, этот мужчина прекрасен, - продолжала Лея. - Я видела, что ты увлечена им, но, честно говоря, думала, что это все из-за желания «а-исправлю-ка-я-этого-хулигана», которому вы, женщины, частенько подвержены.

Изабелла вопросительно выгнула бровь: - Мы, женщины?

- Ну, ты поняла, что я хотела сказать, - проворчала Лея, отмахиваясь от нее рукой. - Ты лучше расскажи мне, что происходит между тобой и этим Мистером-Запри-Меня-Свяжи-Меня-И-Выброси-Нахрен-Ключ.

Изабелла заулыбалась, но смех застрял у нее в горле, когда раздался аккуратный стук в дверь кладовой. - Эй!

В приоткрытой двери показалось хрупкое личико Рене. Улыбка бродила у нее на губах, но не касалась глаз - Изабелла сразу же задумалась, насколько много услышала мать. Дерьмо. Только этого еще не хватало.

- Приехали Элис и Джаспер, - негромко произнесла она. - Если вы закончили… чем бы вы тут ни занимались, не могли бы вы выйти и поздороваться?

- Да, - быстро ответила Изабелла. - Сейчас идем.

Дверь в кладовую закрылась, и Изабелла изо всех сил сжала кулаки и стиснула зубы, пока немой вопль раздражения разрывал ее на части. Снова ее заставили почувствовать себя маленькой непослушной девочкой, которую наказали, поставив в угол - как же ее это достало! К тому же будущий разговор наводил на нее ужас; честно говоря, наевшись досыта подозрительных взглядов и неодобрительных замечаний матери, а также настрадавшись от инквизиторских замашек Леи, она бы с легкостью обошлась без общения с подругой и ее женихом, но, черт, либо сейчас, либо никогда.

Расправив серый кашемировый свитер на поясе узких черных брюк, Изабелла прошла мимо Леи с пустым взглядом, не сомневаясь, что до конца так и не выбралась из дебрей ее бесконечных вопросов, и открыла дверь кладовой.

Элис и Джаспер стояли посередине просторной гостиной, оживленно болтая с Джейми и Наной Бу. Изабелла с осторожностью улыбнулась Элис и увидела натянутую ответную улыбку подруги. Ага. Это дерьмо будет подобно аду.

- Как ты? - спросила Изабелла, поцеловав Элис и обнявшись с Джаспером.

- Хорошо, все хорошо, - кивнула Элис. - А ты? Какие новости?

Со всей возможной сдержанностью, Изабелла пожала плечами и качнулась из стороны в сторону. Но Элис было не провести. Она смотрела прямо на Изабеллу с таким видом, что та сразу поняла, что долбаное умение Элис видеть всех насквозь, сканировало ее сейчас в максимальном поисковом режиме.

- Ничего особенного, - ответила Изабелла.

- Вранье, - пробубнила Лея в бокал с напитком.

Изабелла одарила ее таким красноречивым взглядом, что у той резко проснулся интерес к канапе, разносимым официантами.

- Оу, правда? - продолжила допрос Элис, наклонив голову. - Не хочешь поделиться?

Слегка нахмурившись, Изабелла качнула головой.
- Не сейчас, - твердо сказала она и мимолетно улыбнулась, стараясь изо всех сил прогнать защищающийся тон из своего голоса. Но она не была уверена, что у нее получилось. С подноса проходящего официанта она схватила бокал вина и тут же отпила из него.

Элис, Джаспер и Рене с серьезным видом вели обычную, вежливую светскую беседу, но Изабелла не могла найти в себе сил присоединиться к ним. Напряжение, царившее между нею и Элис, можно было физически потрогать, а стандартные темы про погоду и работу только лишь оттягивали момент обсуждения Каллена, или чего там еще, черт побери, хотела обсудить Элис.

Когда Рене с некоторым волнением спросила Джаспера о Питере, Изабелла почувствовала, как три пары любопытных и вопрошающих глаз неотрывно уставились на нее. Полностью проигнорировав это, она ждала, когда Джаспер ответит на вопрос, что он и сделал, будучи очень воспитанным южанином. Боже, ей казалось, что стены, складываясь, падают прямо на нее.

Почувствовав странную растущую внутри нее пустоту, Изабелла обвела взглядом комнату и, встретившись глазами с заботливым Джейми, требовательной Леей и вечно осуждающей и встревоженной матерью, почувствовала непреодолимое желание сделать телефонный звонок.

Как ни глупо, но голос Каллена - это было все, о чем она могла думать сейчас. Услышать его, поговорить с ним - вот что было ей необходимо сию минуту.

- Я сейчас вернусь, - пробормотала она, сбегая из-под взгляда матери и Элис. Она устремилась к лестнице, чтобы подняться в хозяйскую спальню; Гарри следовал за ней по пятам.

Оставив собаку в коридоре, Изабелла захлопнула дверь и прислонилась к ней лбом, несколько раз глубоко вдохнув. Какого черта здесь происходило?

Изабелла почувствовала приступ клаустрофобии - она задыхалась и отчаянно нуждалась в подтверждении того, что все происходящее у нее с Калленом, было правильным. Не то, чтобы ей нужно было чье-либо разрешение, но, Боже мой, хоть что-нибудь помогло бы ей сейчас.

Ситуация, казалось, достигла своего апогея: к неодобрительным и ехидным замечаниям матери, так щедро сыпавшимся на Изабеллу за эти последние четыре дня, добавилась еще и Элис, со своими разговорами о Питере.

Изабелла на негнущихся ногах зашла в туалет; опустив крышку, она уселась на унитаз. Ей нужен был отец. Вот кто ей был нужен. Она жаждала увидеть его лицо, услышать его спокойный, терпеливый голос и вдохнуть его глубокий, теплый, вишневый запах. Он-то уж точно бы знал, что сказать, чтобы все это чувствовалось правильным. Так было всегда. Он либо нашел бы слова, либо просто прижал бы ее к своей груди так крепко, чтобы она мгновенно забыла все свои горести.
Слезы грозили выкатиться из глаз, но она не позволила им сделать этого. Сейчас было не время.

Найдя в меню телефона раздел сообщений, она быстро набрала номер Каллена, ненавидя и оправдывая свои действия одновременно. Мать бы дерьмом изошлась, узнай она, что происходит, а Элис? То, как подруга смотрела на нее с момента своего приезда, заставляло Изабеллу подозревать, что та знает гораздо больше, чем говорит - все это просто выносило мозг.

Почему люди просто не могут высказать все дерьмо?

Большие пальцы рук Изабеллы порхали над экраном мобильника. Ты занят? Хочешь поговорить?

Она нажала клавишу отправить, одновременно с этим услышав стук в дверь. Сжав переносицу, она глубоко вдохнула и пошла открывать. Осторожно отворив дверь, она совсем не удивилась, увидев там Элис.

- Хей, - тихо сказала Изабелла, прислонившись к массивной двери.

- Хей, - ответила Элис. - Ты в порядке?

Изабелла помолчала, потом покачала головой. Все, больше никакого дерьма. Карты на стол. - Нет, - произнесла она твердо.

Элис опустила глаза в пол и выдохнула. - Я так и думала.

В немом вопросе Изабелла приподняла плечи, но потом опустила их как бы в поражении. - Что происходит, Элис? - спросила она максимально спокойным тоном. - В смысле… я не знаю. У меня такое чувство, что я чего-то не догоняю здесь. Это из-за Питера? Ты злишься на меня, потому что я не хочу быть с ним?

Элис вскинула голову, мгновенно прищурившись.
- Не хочешь?

Изабелла сглотнула, осознав, что она сейчас сказала. Блядь. Она тряхнула головой и закрыла глаза на мгновение, чувствуя сожаление.

- Почему? - спросила Элис. В ее тоне Изабелла уловила едкую нотку и тут же приготовилась защищаться.

- Что ты имеешь в виду под словом «почему»? А почему некоторые люди притягивают к себе, а другие нет? - Она нервно пробежалась рукой по волосам. - Слушай, мне жаль, что я втянула его в это. Правда, жаль. Но я не знала, что делаю, пока я…

Лицо Элис озарило внезапное понимание, как только Изабелла запнулась.
- Это все из-за Каллена, не так ли? Ты… ты трахаешься с ним?

Изабелла почувствовала, как теряет самообладание, услышав, с каким пренебрежением прозвучали последние слова Элис. Это так напоминало Рене.

- Не то чтобы это не твое дело, но нет, я не трахаюсь с ним, - пыталась восстановить внутреннее равновесие Изабелла.

- Не мое дело? - надменно спросила Элис. - Да я полночи провела у тебя, слушая, как ты размазывала сопли из-за него, пока он не появился на твоем чертовом пороге. Я наблюдала за тобой последние несколько месяцев, за тем, как ты говорила о нем, прикидываясь, что это нормально для отношений учителя и студента. Черт, да я знала, что ты влюбишься в него.

Изабелла, не моргая, уставилась на ту, которую считала лучшей подругой, не в силах произнести хоть что-нибудь из-за гнева, бурлившего внутри нее.
- И что, если я влюбилась? - начала закипать Изабелла.

- Ох, Изабелла, пожалуйста, - издевалась Элис, скрестив на груди руки.

- Черт, не говори со мной, как с маленьким ребенком, Элис, - громко потребовала Изабелла. - Я наелась этого от собственной матери. Больше не хочу.

- Я говорю с тобой, как с ребенком, потому что ты ведешь себя как гребаный ребенок, Изабелла. Потому что я люблю тебя и желаю тебе только самого лучшего. А еще потому, что слишком долго молчала. Он. Твой. Студент, Изабелла, к тому же уголовник. Ты ставишь под удар всю свою карьеру и отказываешься от перспективных отношений ради какого-то подросткового увлечения, ведущего в никуда.

- Да откуда тебе, нахрен, известно? - голос Изабеллы прозвучал громче, чем она того хотела, но сейчас ей было наплевать.
Элис ошибалась и не имела права являться в дом ее бабушки, чтобы делать такие заявления.

- Я вижу больше, чем ты, - выразительно заметила Элис, в ее глазах плескались сотни эмоций.

- У вас все в порядке? - голос Джаспера звучал встревожено, когда он показался наверху, направляясь к девушкам.

- Нет, - резко ответила Изабелла еще до того, как Элис успела открыть рот.

Выражение лица Джаспера подсказало Изабелле, что у Элис было еще, что сказать.

- Кажется, я немного не в теме. - Изабелла уперла руки в бока и смотрела попеременно на Элис и Джаспера, ожидая, кто же из них заговорит первым. - Кто-нибудь потрудится объяснить мне, что, черт возьми, здесь происходит? Ну, кроме того, что я веду себя как чокнутый ребенок? - Она многозначительно посмотрела на Элис.

Джаспер взял Элис за руку и немного сжал ее, прежде чем вновь взглянуть на Изабеллу. Его глаза смотрели решительно, но в то же время осторожно, когда он произнес: - Он мой кузен.

Изабелла глядела на него безучастно. Она заметила, как удивленно открылся рот Элис при этих словах, но так и не могла до конца понять, что ей сказал Джаспер.

- Что? - теряя терпение, спросила Изабелла. Она раздраженно сморщилась: - Кто?

Джаспер открыл, было, рот, чтобы ответить, но тут в ее руке зазвонил телефон. Изабелла нахмурилась и бросила быстрый взгляд на экран. Звонит Каллен…

Она нажала клавишу отклонить звонок, ощущая, как тупая боль медленно заполняет грудную клетку. Стоящие рядом двое, казавшиеся теперь практически незнакомцами, внимательно смотрели на нее.

Джаспер криво усмехнулся: было очевидно, что он заметил высветившееся имя звонившего. Протянув руку, он постучал кончиком пальца по телефону Изабеллы.
- Он - мой кузен.

Переведя взгляд с красивого лица Джаспера на свой мобильник, она увидела, что экран все еще светился. Слова Джаспера роились у нее в голове, пока ее разум пытался облечь их в форму предложения со смыслом, но неудачно.

Кузен.

Кузен Джаспера. Каллен был кузеном Джаспера. Блядь. Джаспер Уитлок - кузен Каллена. Они - родственники.

Но тогда, это означает…

- О, Боже, - выдохнула Изабелла. Пошатнувшись, она ухватилась за косяк двери. Питер.

Элис подскочила к ней, но Изабелла выдернула руку из ее ладони. Выражение лица Элис мгновенно стало убитым.

- Ты знала, - прошептала Изабелла. Чувствуя усиливающуюся пульсацию в переполненной эмоциями и информацией голове, девушка практически опустилась на колени. - Когда Каллен приходил ко мне домой, ты, нахрен, все знала.

Джаспер чуть не задохнулся: - Он был в твоей кварти…

- Да, - прервала его Элис. Успокаивающим жестом она положила руку на грудь Джасперу, но не сводила глаз с Изабеллы. - Я знала. И он знал, когда я назвала фамилию Уитлок. Я думала, что он проинформирует тебя. Беллс, не мое это было дело говорить тебе об этом.

- Дерьмо собачье, - гневалась Изабелла. Она шарахнула ладонью об косяк. - Собачье. Дерьмо. Ты могла рассказать мне в любое время; вы оба могли. И Питер тоже! Но вы предпочли этого не делать, потому что вы, как и любой другой в моей гребаной жизни, за исключением Каллена, обращаетесь со мной как с неразумным ребенком. Меня уже тошнит от того, что каждый мнит своим долгом оберегать меня, будто мне все еще девять лет!

- Изабелла!

Все трое повернулись и увидели Рене. Потерявшая дар речи Лея, стояла позади нее. Сжимая руки, мать сурово смотрела на дочь. Сурово, будто мне все еще девять лет!

Да, давай, подлей масла в этот чертов огонь.


Изабелла отвела взгляд от матери, пытаясь оценить степень вины за то, что собиралась сделать. Запустив руку в волосы, она протиснулась между Элис и Джаспером и быстрым шагом направилась к себе в комнату. Удушье, которое она сейчас испытывала, достигло эпического уровня; а разваливающийся на кусочки мозг порождал безумие.

- Мне нужно выбраться отсюда, - шептала она сама себе, когда ввалилась в свою спальню. Она схватила по счастью еще не разобранную сумку и, закинув ремешок на плечо, резко развернулась и практически упала на Рене, которая стояла в дверном проеме.

- Куда ты собралась? - тихо спросила мать, скользнув взглядом по сумке и побелевшим костяшкам пальцев дочери.

- Прости, но… мне надо… мне нужно выбраться отсюда, мам, - ответила Изабелла, пряча глаза, так как знала, что, посмотри она на мать, то вмиг почувствует себя мелкой и облажавшейся одновременно. - Мне жаль.

- Жаль? - выплюнула Рене. - Ты никуда не поедешь. - Ее голос был строг, но опасно спокоен.
Но Изабелле было все равно.

Она не могла быть сейчас среди людей. Еще меньше ей хотелось быть среди тех, кто совсем не понимал ее чувств; среди тех, кто лгал ей и обращался с ней как с умалишенной. Слишком много всего нужно было переварить, и решить очень много вопросов, ответов на которых не было. Ей было необходимо побыть одной. Сейчас.

- Я… я должна… только на сегодня. - Это была ложь. Изабелла осознала это, как только слова сорвались с ее губ. В ее планах было добраться до машины и не останавливаться, пока не кончится бензин.

- Я не позволю, Изабелла. Ты сейчас поставишь обратно эту сумку, возьмешь себя в руки и извинишься перед Элис.

У Изабеллы вырвался сардонический смех: - Извинюсь? Я? Не думаю, мам. Мне не за что извиняться.

- Довольно! - громко заявила Рене, чем вызвала максимальный гнев дочери.

Глубоко вдохнув, мать сверлила ее взглядом. Такого выражения Изабелла еще не видела - Рене смотрела… разочаровано…. с отвращением?

- Из того, что я слышала сегодня, - слабым голосом произнесла Рене. - Ты должна извиниться за многое, Изабелла.

То, как мать произнесла ее имя, заставило похолодеть кровь в ее жилах.

Изабелла безнадежно смотрела на женщину напротив себя. Она будто не понимала, кто перед ней. У Изабеллы перехватило дыхание от внезапно поразившей ее догадки: мать слышала. Она слышала разговор с Леей, а также с Элис и Джаспером.

Рене знала, ну, по крайней мере, думала, что знала, чем занималась ее дочь с этим студентом-уголовником на протяжении последних нескольких месяцев.

Оказалось, что маленький неприличный секрет Изабеллы больше не являлся секретом ни для кого. Здорово, нахрен.

Изабелла посмотрела на мать, чувствуя, как слезы ярости начали щипать глаза.
- Мне жаль, что я разочаровала тебя до такой степени. - Она обогнула ее, сдерживая рыдания изо всех сил. - Я позвоню тебе, когда доберусь туда, куда еду.

Рене схватила ее за руку. - Нет, ты не уедешь! Ты здесь из-за своего отца!

- Я знаю, почему я здесь, мам, - заорала в ответ Изабелла. - Я была с ним в ту чертову ночь, когда его убили, помнишь?

Левую сторону лица Изабеллы обожгла пощечина: шок от этого был гораздо сильнее, чем сам удар. Мать никогда раньше не поднимала на нее руку, но где-то глубоко в душе, под слоем гнева и смятения, обуревавших разум Изабеллы, она понимала, что заслужила это. Может быть, поэтому она не плакала?

Изабелла услышала, как мать судорожно вдохнула, но не стала оставаться, чтобы послушать, что та ей скажет. Выдернув руку из хватки Рене, она выскочила из комнаты, пронеслась мимо плачущей Элис и Джаспера и кубарем слетела вниз по лестнице.

Абсолютно растерянный Джейми стоял внизу.
- Беллс? - окликнул он ее сочувствующим тоном, когда последовал за ней в гардеробную.

- Можешь дать мне ключи от своей машины? - выпалила Изабелла, быстро хватая свое пальто.
Голоса матери и Элис становились громче, так как они спускались по лестнице следом за ней.

Джейми покачал головой и нахмурился.
- Я взял машину напрокат, Беллс. Не могу. - Он дотронулся до ее предплечья. - Просто останься и все выясни.

Изабелла была готова взорваться к чертям собачьим из-за этого беспомощного засранца, когда увидела над своим плечом сухую, маленькую руку, державшую связку ключей от машины.

- Возьми мои, дорогая, - мягко произнесла Нана Бу, когда удивленная Изабелла развернулась к ней. - Будет предлог, чтобы вернуться, - подмигнула бабушка.

- Нана, - пролепетала Изабелла, забирая ключи. - Мне так жаль, так жаль… Я даже не могу объяс… О, Боже… Я просто, мне надо…

- Я знаю, детка, - прервала ее бабушка. Понимающая улыбка озаряла ее лицо. Она прижала ладонь к лицу Изабеллы и большим пальцем погладила ее по щечке. - Поезжай. Я присмотрю за твоей матерью. Она придет в себя.

Изабелла поцеловала бабушкину руку, прошептала еще одно ‘спасибо‘, и, держа сумку в руке, выбежала из дома. Она устремилась к Jaguar XJ, на бегу разблокировав машину.

Быстро закинув сумку в салон, она тут же включила зажигание и утопила педаль газа в пол, уносясь по гравийной дорожке прочь от своих друзей и семьи. Недюжинными усилиями Изабелла старалась не замечать то мощное чувство облегчения, которое увеличивалось по мере удаления от всех них, страстно желая, чтобы это было чувство вины.

Но так и не ощутила ничего подобного.
 

=PoF =

 


Эта неделя стала для Каллена сущим гребаным дерьмом. И, так как он был настоящей задницей, для других эта неделя выдалась такой же.

Он знал, что паршиво относился к парням на работе: без повода орал и гавкал на них, а лекции с куратором по УДО и домашние проверки проходили под аккомпанемент его ворчания и безразличного пожимания плечами - он просто не знал как, мать его, справиться со всем этим дерьмом. Единственным светлым пятном на этой неделе стала тренировка с Алеком. Он согнал с себя семь оттенков пота на каждом снаряде, к которому делал подход, хотя, это и принесло ему лишь одномоментное облегчение, в целом же он продолжал чувствовать себя нервным и беспокойным.

Ебать, он практически был близок к помешательству. Поэтому и не пошел никуда субботним вечером с дружками, а решил остаться дома, чтобы истерзать к чертовой матери свою гитару, укуриться как гребаный паровоз и померяться силами с Джеком (виски Джек Даниелс). Не то чтобы этот засранец никогда не оставлял после себя следов. Ублюдок.

Прикурив очередную сигарету, и наигрывая начальные аккорды песни ‘Fans’ группы Kings of Leon, он не смог удержаться, чтобы не бросить взгляд на мобильник. Неа. Ни словечка.

Причина, по которой он находился в такой глубокой заднице, была очевидной. Персик. Блядь, эта женщина доведет его до сердечного приступа. Еще раньше, чем пачка Мальборо или бутылка с выпивкой.
Одно дело было мириться с ее отъездом на неделю, и совсем другое - с ее нынешним полным игнором, невзирая на всю их переписку и общение три дня назад. Все это не способствовало веселому настроению Каллена. Боже, он был на грани того, чтобы разнести здесь все к чертовой матери.

Первый раз в своей жизни он не знал, что думать.

Суббота в ночном клубе была охуенной. Он искренне полагал, что тогда они впервые и поговорили начистоту. Она призналась, что тоже хочет его и провалиться ему на месте, если он не услышал подтверждения того же самого в ее словах, когда они общались по телефону четыре дня спустя.

Звуки, влетавшие ему тогда в уши, заставили его сердце глухо стукнуть, а член рваться на свободу. Он несколько раз жестко потер промежность, пока разговаривал с нею. Но он бросил это занятие, когда Изабелла упомянула, что уже лежала в постели, иначе это грозило ему боевыми стрельбами прямо в свои же шорты.

На самом деле, эта женщина была для него опасна (а теперь еще и исчезла с лица земли).

Последнее, что он получал от нее, было сообщение с предложением пообщаться. Его реакция, когда он получил эту SMS, могла бы поместить его в топ самых гламурных слюнтяев среди мужиков, блядь, но он ничего не мог поделать с расцветшей на его лице улыбкой. Ему дико понравилось, что она прислала сообщение, а уж то, что она хотела поговорить с ним - еще больше.

Признаться, у него еще ни разу не было отношений с женщиной, чтобы дело доходило до телефонной болтовни. Нет, конечно, он разговаривал с телками по телефону, но обычно эти разговоры длились не более двух минут, а их содержание сводилось к приглашению потрахаться. Разговоры же с Персиком об обычных, обыденных делах - хотя это само по себе было новым и пугающим - доставляли Каллену радость, и он чувствовал, что очень легко может привыкнуть к этому.

Черт. Он со злостью оттолкнул от себя мобильник. Он больше не будет звонить ей. Последние его четыре звонка переводились в голосовую почту, а сообщения - коих он послал ей в количестве семи штук - остались без ответа. Что изменится теперь?
Каллен потер основанием ладони грудь, надеясь уменьшить гребаную изжогу, мучавшую его уже несколько дней, и вновь стал перебирать струны, наигрывая мелодию.

Мои фанаты
Слушайте ритм рока, танцуйте в такт музыке
Вы не знаете сленг, но вы можете понять меня по лицу
Вы не можете играть со мной


Раздавшийся стук в дверь показался ему как неожиданным, так и неуместным. Если Джейкоб думает, что может просто заявиться и попытаться вытащить хмурую задницу Каллена в город, то засранца ждет охеренно большой сюрприз.

- Отъебись, - вполголоса пробормотал он и щелчком отправил окурок в переполненную пепельницу. Но стук раздался вновь и уже больше не прекращался. - Да твою-ж мать!

Резко отпихнув гитару в кресло, Каллен босиком рванул через весь лофт к входной двери. Яростно дернув задвижку и бубня под нос себе ругательства, он распахнул дверь, готовый двинуть в торец любому мудаку, позволившему себе нарушить его сеанс самоедства.

Он успел схватить дверь, чтобы она не шарахнула о стену. Свирепое выражение его лица исчезло в одну секунду. Святые гребаные угодники.

- П… Персик?

Там стояла она, в не совсем опрятной одежде, но все такая же красивая. На ней были черные узкие джинсы и красная кофта с капюшоном. Самым странным было то, что на ногах у нее были шлепанцы. Волосы в хвостике растрепались, а глаза, хоть и были подведены, сильно покраснели - как будто она рыдала несколько дней кряду или, судя по тому, что стояла, чуть покачиваясь, выпила.

- Чт… что ты делаешь здесь?

Она прислонилась к косяку двери и улыбнулась. Но эта улыбка сильно отличалась от всех тех, что она дарила ему прежде; эта была какая-то невеселая: ее глаза не вспыхнули светом, а зубки не показались сквозь приоткрытый рот. На ее лице была сейчас вымученная улыбка, длившаяся не долее секунды.

- Я пришла, чтобы увидеть тебя, - ответила она, вперив указательный палец ему в грудь. Каллен чуть нахмурился. - Могу я войти?

- Эм… да, да, конечно, - ответил он, придерживая одной рукой дверь, а другой жестом приглашая ее войти.

Он наблюдал за ней, пока закрывал дверь: своей медленной, но уверенной поступью она напомнила ему сейчас осторожного зверя. Ухватившись ладонью за ручку двери, он на долю секунды прикрыл глаза в попытке собраться мыслями.

Персик здесь. Прямо в моей гребаной квартире. Что. За. Хрень?

Он глубоко вдохнул и обернулся. Она молча смотрела на него с таким выражением, что его сердце тут же воспарило под облака, а член недвусмысленно дернулся.
- Персик, - начал было он. - Как ты узнала, где…

Его недоговоренные слова утонули во рту Персика, когда она врезалась в него с такой силой, что Каллен спиной впечатался в дверь. Ее руки неожиданно оказались сразу везде: у него в волосах, на лице, на груди… и, блядь… на заднице.

Черт, как же она была хороша. Настолько охеренно было прижимать ее, такую жадно жаждущую, к себе. Он задавался вопросом, была ли она влажной для него, и простонал ей в рот, когда их языки встретились. С громким ответным стоном, она прижалась к нему бедрами, практически умоляя. Бля, да он хотел взять ее: прямо здесь и прямо сейчас, жестко вдолбить в дверь; но эта идея определенно казалась… неправильной?

Каллен, крепко обнимая ее за талию, поднял руки к ее лицу и аккуратно отстранил от себя. Закрыв глаза, она тяжело дышала, чуть выпятив вперед припухлые восхитительные губки.
- Персик, - хлебнул он воздуха, потом сглотнул. - Черт. Просто… подожди секунду.

- Нет, - упрямилась она, обжигая взглядом. - Я хочу тебя, - шептала Изабелла. - Я хочу тебя прямо сейчас. - Она лизнула его горло. - Будь внутри меня, трахай меня, возьми меня.

- Еба-а-а-ать, - охнул Каллен. Он потерся о нее, уперев свой член в ее мягкий живот.

- Да, - прошипела она, кусая его нижнюю губу. - Я чувствую, насколько ты твердый, Каллен. Скажи, что хочешь меня. Скажи, что хочешь меня не меньше, чем хочу тебя я.

- Хочу? - зарычал Каллен, не веря своим ушам.
Чуть присев, он подхватил ее и расположил ее ножки у себя на поясе. Ее пылающая киска чудесным образом прижалась к его пупку. Шлепанцы свалились с ног Изабеллы.

- Персик, я охеренно хочу быть внутри тебя. - Он вдыхал персиковый аромат ее волос и, прижав свое лицо к ее шее, ласково укусил, чем вызвал ее судорожный всхлип. - Я хочу тебя глубоко, жестко и влажно. - Он пососал мочку ее ушка. - Иисус Христос, нет, я не просто хочу этого. - Он поднял лицо и уткнулся нос к носу. - Мне, нахер, это действительно необходимо.

Их губы, насквозь пропитанные страстью и голой похотью, встретились вновь. Всемилостивый Боже, Каллен никогда еще не испытывал такого первобытной необходимости обладать - это было пьянящее чувство и своей интенсивностью было ни на что не похоже. Оно разрасталось внутри него, готовое извергнуться подобно вулкану: извергнуться в нее.
В его Персика.

Она стиснула его волосы на затылке и покрепче ухватилась за его за шею, так как Каллен, чуть покачиваясь, стал пробираться через гостиную, по дороге налетев на диван. Вот гад. На секунду он оперся о спинку дивана и запустил руки под ее толстовку. Он водил ими, ощущая под ладонями мягкую кожу.

Восхитительно мягкую.

Он зарычал от удовольствия, когда Персик начала посасывать линию его челюсти самым сексуальным и чувственным образом. Каллен, чуть пошатываясь, пробирался в спальню, просто мечтая, чтобы эта чертова кровать ждала их где-нибудь на полпути. Проклятый неодушевленный кусок дерьма.

Задыхаясь, со стоном на устах и будучи тверже, чем когда-либо в своей жизни, Каллен с глухим стуком наконец коснулся коленями края кровати. Персик оторвалась от его рта и сильно потянула его за плечи, опрокидывая прямо на себя.

Ощущение ее ножек, обвитых вокруг его пояса, когда он упал на нее, было феноменальным. Он стянул резинку с ее головы и отшвырнул в сторону, а потом утопил руки по самые запястья в изысканную густоту ее волос.

Грубо потянув за волосы, он заставил ее откинуть голову назад и начал целовать, лизать и покусывать ее шею от подбородка до ключиц и обратно. Неожиданно он обезумел от желания поглотить ее всю, без остатка.

Ее вкус… Боже, у него не хватало слов. Назвать это совершенством было категорически недостаточно.

Каллен отчаянно желал ощутить еще больше ее вкуса на своем языке и даже не мог заставить свой мозг прекратить мечтать о самом потайном, драгоценном местечке между ее ножек.

Господь Всемогущий. Она будет охуительно сладкой, кончая на его лицо, извиваясь змейкой под его языком.

Опять толкаясь в ее бедра, он охренительно громко простонал, испытывая самый настоящий голод таких движений. Каллен с благоговением наблюдал, как от удовольствия она выгнула спину. Он просто должен быть в ней; должен почувствовать себя внутри нее.

Он чуть приподнялся на локтях, расположив руки по обе стороны ее головы, и мельком оглядел ее лицо в поисках малейших признаков сомнения. Он не мог лгать: если бы он нашел хоть один намек, что она колебалась, это бы убило его. Но он увидел лишь уверенность.

К ее дыханию примешивался легкий аромат «Амаретто», что означало, что она была не совсем трезва, как ему хотелось бы. Но то, с какой страстью она отвечала на его прикосновения, подсказывало ему, что она не в меньшей степени была готова к тому, чем они собирались заняться.

Их взгляды встретились, и он увидел, как ее шоколадные зрачки вспыхнули чем-то таким, отчего сердце обливалось кровью. Мурашки побежали у Каллена по спине и в замешательстве он чуть отстранился.

- Персик, - прошептал он, но она тут же сильно прижала свои пальцы к его губам.

- Нет, - ответила она. - Черт, не думай. Пожалуйста. Я не хочу, чтобы ты думал и просто… будь со мной. - Она вновь притянула к себе его лицо и покрыла его губы долгими, влажными поцелуями, от которых у него сорвало крышу.

Каллен пытался прислушиваться к себе, к своему здравому смыслу, но рот и руки Персика полностью сбивали его с толку. Задвинув нахрен подальше все свои мысли, он схватился за молнию кофты и одним плавным движением расстегнул ее.

Святой Иисусе.

Без. Лифчика.

- Бля. - Он облизал губы, чувствуя, как член уперся в замок ширинки, и просто заворожено смотрел. Нахально-красивая грудь с темными напряженными горошинами сосков просто умоляла о прикосновении его губ и языка.

- Ты… мой Бог, Белла… ты прекрасна.

Еще до того, как она ответила, Каллен обрушил свой рот на ее правую грудь и всосал ее со всей силы. Фруктовая сладость. Гортанно простонав, Персик еще сильнее опутала его ногами, а ее ноготки царапали ткань его футболки, пока она задыхалась и всхлипывала ему в волосы.

- Мне… мне нужно чувствовать тебя, - простонала она, потянув за край футболки. - Пожалуйста, дай мне почувствовать тебя.

Не прошло и секунды, как Каллен, выпустив изо рта ее грудь, дернул за ворот футболку и стащил через голову эту хрень, швырнув ее через всю спальню. Каллен снова упал на Персика, зарычав, когда их обнаженная плоть соприкоснулась.

Пока он продолжал неистово ласкать ее грудь, она вытащила руки из рукавов кофты. Как только ее руки оказались обнаженными, он схватил их и завел ей за голову, буквально впечатывая их тела в матрас кровати.
Их языки встретились вновь и закружились в танце под аккомпанемент мягких стонов и безмолвных признаний в чувствах, которые были слишком большие и пугающие, чтобы говорить о них вслух.

Персик стиснула пальцы Каллена меж своих и приподняла голову в крайней необходимости увидеть то, что Каллен итак более чем хотел отдать ей. Он хотел отдать ей все.

Черт, да уже отдал. Он чувствовал всем сердцем, что она полностью владеет им: он принадлежал ей со всеми потрохами.

- Скажи это, - задыхаясь, произнесла она рядом с его щекой, когда он начал облизывать линию ее подбородка. - Скажи, что хочешь меня… мне нужно… мне нужно услышать это… нужно услышать это.

Каллен прохрипел в ложбинку ее груди: - Я хочу тебя, Белла. Зубами он слегка задел кожу. - Я всегда хотел тебя. Всю мою жизнь.

- Еще, - хриплым, дрожащим голосом потребовала она. - Скажи, что все это правильно. Скажи мне…. что, мы - это правильно.

Каллен замер, потрясенный ее словами, и заглянул ей в лицо.

То, что он увидел, привело его в полнейшее смятение. Персик крепко зажмурилась, ее лицо перекосила гримаса боли, а в уголке правого глаза подозрительно дрожала слеза. Она плакала.

- Белла, - прошептал он, приподнявшись. Каллен испугался, что каким-то образом сделал ей больно. - Что за… Детка, что случилось? Я что… черт, тебе больно?

Не открывая глаз, она помотала головой из стороны в сторону.
- Ты никогда не обидел бы меня, - пробормотала она. - Или обидел бы, Каллен? Я знаю, ты никогда не причинишь мне боль и никогда не солжешь. Или нет?

- Никогда, Белла, - ответил он срывающимся от страха и смущения голосом. - Белла, посмотри на меня.

Она не ответила и не открыла глаза, но одинокая слеза, медленно катившаяся по щеке, говорила о многом.

- Боже, Изабелла, - умоляющим тоном, который и сам-то не узнал, произнес Каллен. - Пожалуйста, скажи; ты усраться как пугаешь меня.

Внезапно ее глаза резко распахнулись, и оттуда полыхнуло пламенем ее взгляда. Оно было настолько яростным, что Каллен даже удивился, почему его лицо не расплавилось, к хренам собачьим.

- Как ты назвал меня? - гневно спросила она сквозь сжатые зубы. Каллен снова посмотрел на нее в полнейшем замешательстве.

Он пожал плечами.
- Я назвал тебя Изабеллой, - ответил он низким, спокойным голосом. - А что?

- Ты никогда не называл меня так, - процедила она тоном, в тысячу раз хуже, чем просто гневным. Каллен даже не знал, существует ли в английском языке подходящее слово для описания того, что он услышал.

Может быть, ядовито?

- Я знаю, у меня просто вылетело, - объяснял Каллен.

- Слезь с меня.

Каллен замер. - Что?

- Слезь. Нахрен. С. Меня, - сказала она, будто выплюнула. Она вырвала руки из его ладоней и оттолкнулась от его груди с такой силой, что он упал навзничь; кровать покачнулась, приняв его вес.

- Какого черта? - воскликнул он, вскинув вверх ладони и глядя на нее неверящим взглядом.

Ответа не последовало. Вместо этого она схватила толстовку: ее руки тряслись, а лицо было перекошено от боли и гнева. Каллен беспомощно смотрел на нее.

- Персик! - заорала она, натягивая на себя кофту. - Ты всегда, всегда, всегда называл меня Персиком!

- Я знаю, но…

- Почему сегодня, а? Какого хрена ты назвал меня сейчас Изабеллой? - Она даже не смотрела на него, пока боролась с непослушной молнией. Она выглядела потерянной, яростной и готовой окончательно сойти с ума.

- Я не знаю, - проорал Каллен в ответ. В замешательстве он вцепился рукой в волосы. - Боже, Белла, пожалуйста, просто переведи дух. Что за хуйня сейчас происходит?

Она вскинула голову: ее широко распахнутые глаза свирепо сверкали.
- Что происходит? Я скажу тебе, что происходит. Я пришла сюда, будучи абсолютно уверенной, что получу качественный, жесткий трах, но все, что меня ждало, это был ты и твой тупой дебильный рот. Вот, что происходит, Каллен!

И хотя сказанные ею слова пребольно ужалили его, ярость, бушующая внутри него, перекрывала сейчас любую боль. Он вскочил с кровати, прижал Персика к двери в спальне, блокируя все это дерьмо каждым дюймом своего тела.

- Уберись с дороги, - потребовала она и дернулась вправо, пытаясь оттолкнуть его руку. Для такой малявки она была достаточно сильной, но Каллен не сдавался.

- Нет, до тех пор, пока ты не объяснишь, что, блядь, с тобой не так, - пророкотал он, зная, что если заорет со всей дури, то со стен посыплется штукатурка.

- Ты - вот что со мной не так, - рявкнула она. - ОТВАЛИ!

Она снова толкнула его в грудь, но он даже не пошевелился. Он упрямо стоял, и впервые с того момента, как они оказались в спальне, Каллен заметил тусклый проблеск света, затеплившийся в ее глазах. Он удивил ее.

- Поговори со мной, - твердо произнес он, пока она дернулась влево и опять толкнула его.

- Нет!

- Открой рот и, блин, просто скажи, Белла!

- Нет! Вали с дороги!

Быстрым внимательным взглядом он окинул ее лицо, заметив на нем только слезы и злость. Он мог чувствовать, что вся ее глубокая печаль покинула ее, и от этого у него перехватило дыхание.
- Почему ты здесь? - чуть тряхнув головой, задал он вопрос. - Почему, Белла? Почему ты сейчас здесь, в моей квартире, бледная как смерть, и после того, как игнорировала мою задницу целых два гребаных дня?

Сила ее ударов и толчков понемногу уменьшалась, а пальцы начали хвататься за его кожу. Это доставляло боль, но Каллен был настроен решительно.

- Зачем ты оказалась здесь, желая, чтобы я трахнул тебя, а? Это игра? Я для тебя нечто вроде забавы, какой-то извращенной реабилитации преступников?

Наконец-то это замечание возымело свое действие.

Персик выпрямилась и уставилась на него.
- Шутка? - повторила она. - О, Боже, Каллен. Ты думаешь, я нахожу хоть что-нибудь смешным в этой ситуации?

- Откуда, бля, мне знать? - отрывисто спросил Каллен. - Ты ничего не говоришь! - Ладонями он раздраженно шлепнул по бедрам. - Меня либо игнорируют, либо говорят со мной полуправдами и путаными сообщениями.

Персик судорожно вдохнула и, отступая от него назад, натянула рукава толстовки на свои маленькие ручки. Каллен глазам своим не верил - настолько хрупкой она выглядела. Выражение ее лица было несчастным и страдающим, и его грудь разрывалась от беспрестанной боли, словно он ощутил каждую каплю ее горя.

- Что, черт побери, случилось с тобой на этой неделе? - спросил он.
Его глаза потемнели, а все тело, казалось, бурлило адреналином. Единственная мысль лезла ему в голову: что какой-то козел причинил ей боль, и, если это окажется правдой, то придурку светит скорая отходная молитва, когда Каллен порвет его на куски.

Персик мерила шагами комнату, бормоча себе что-то под нос. Каллену было крайне неприятно видеть такое несвойственное для нее поведение. Он сделал осторожный шаг по направлению к ней, медленно отходя от дверного проема.

И тут же пожалел об этом: Персик - как только увидела, что он отошел - сумасшедшим рывком рванула на свободу. Каллен прыгнул ей наперерез, и она, в своей опрометчивой попытке увернуться от него, поскользнулась на паркете и рухнула Каллену в руки, выбивая весь воздух из его легких.

- Белла, пожалуйста, - умолял Каллен, когда они спутанной кучей приземлились на пол.
Она все еще сопротивлялась ему, все еще упрашивала отпустить ее, но он не сдавался.

- Я не могу, - всхлипнула она. - Тебе… тебе придется отпустить меня… - Ее руки все еще колотили по его голой груди, но сила ударов стала ослабевать, когда рыдания поглотили ее.

- Я не разрешу тебе уйти. Мне насрать, что ты сейчас делаешь, - твердо заявил он ей. Он крепко держал ее за запястья, чтобы она прекратила драться, и глубоко заглянул в утонувшие в слезах глаза.

- Я не могу… я не могу быть здесь… всё… все ненавидят… я обидела, я… Каллен.

Каллен устроил ее голову у себя под подбородком и гладил ее по волосам, в попытке успокоить.
- Ш-ш-ш, Белла, я здесь. Я здесь. Я не отпущу тебя. Я никогда не отпущу тебя.

Ее хрупкие плечики тряслись и, когда Каллен ослабил хватку, с которой удерживал ее запястья, она вытянула руки и обняла его за шею с такой силой, на которую только была способна. Это было хорошо. Он хотел, чтобы она держалась за него. Он хотел облегчить ее теперешнюю боль, а потом найти виновника всего этого и заставить дорого заплатить.

- Папочка, - всхлипнула она где-то рядом с его горлом. Его кожа промокла насквозь от ее слез.

Каллен застыл; его руки замерли неподвижно на ней.
- Что? - пробормотал он, чувствуя как сердце, запнувшись на мгновенье, снова застучало в груди.

- Мой отец… я скучаю по нему… так, так… так сильно. - Ее голос был слабым и хриплым, но отчаянное горе, паутиной опутавшее все ее слова, звучало громче всего слышанного им в своей жизни. - Он умер…

- Я знаю, - сказал Каллен, прикрыв глаза и нежно поцеловав ее в макушку. - Я знаю, родная.

- Мне жаль. Прости меня. Так жаль, - икая через каждое слово, повторяла она.

Каллен по-прежнему гладил ее по голове, украдкой целуя пробор в волосах и вдыхая полной грудью ее аромат. Персиковый. Сладкий. Идеальный.

- За что ты извиняешься? - тихо спросил он.
Он почувствовал ее глубокий вдох и терпеливо ждал ответа.

- Я… я не смогла помочь ему. Я не смогла остановить их. То, что они сделали с ним… я не смогла остановить их. - Она крепче прижалась к его шее. - Он сказал мне бежать… а я не должна была убегать.

Сердце Каллена готово было выскочить из груди, а на лбу выступил пот. Черт. Помнила ли она? Знала ли она, что это был он, кто оттащил ее оттуда, а по сути - спас?

- Сегодня, - раздался ее шепот. - Он был бы здесь. Шестнадцать лет… сегодня и… я так сильно скучаю по нему, Каллен.

Каллен замер: его разум несся со скоростью миллион миль в секунду, пытаясь уяснить то, что она сейчас сказала. Неужели это возможно? Неужели и правда прошло уже шестнадцать лет? Шестнадцать лет с момента их первой встречи при тех диких ужасных условиях.

- Это было шестнадцать лет назад? - хрипло переспросил Каллен, чувствуя, как ее пальчики начали перебирать его волосы у основания шеи.

Все еще прижатая к нему, она закивала, и Каллен ощутил, как ее нос потерся о его челюсть.
- Сегодня исполнилось шестнадцать лет.

Каллен сглотнул и крепко зажмурился. Вот же дерьмо. Он подтянул ее ближе к себе, и зарылся лицом в сгиб ее шеи и плеча. Как же уютно было ощущать ее рядом с собой - такую маленькую, нежную и хрупкую.

Образы и звуки той ночи замелькали перед глазами и громко зазвучали у него в голове: ее крики, всхлипы, звук выстрелов, цвет ее платья и бледность кожи.

- Я… я так сильно скучала по тебе, - шмыгнула она носом. - Я так сильно скучала по тебе эту неделю, Каллен. Я не могла перестать думать о тебе. Я нуждалась в тебе. - Она поцеловала краешек его плеча, посылая дрожь по всему его телу. - Со мной была вся моя семья… а мне был нужен только ты. Прости.

Почувствовав ее губы на своей коже и услышав ее слова, Каллен чуть закатил глаза.
- Ш-ш-ш, Белла, теперь ты здесь, - ответил он таким голосом, будто у него внезапно перехватило горло. - Я позабочусь о тебе. Я буду заботиться о тебе вечно.

Помолчав мгновение, свободной рукой он подхватил ее ноги под коленями и надежно прислонил к своей груди. Сделав несколько попыток, он на шатающихся ногах умудрился подняться с пола, укачивая Персика на руках. Каллен медленно двинулся к кровати. Прижимая нос к ее мокрой от слез щеке, он шептал ей слова утешения: - Я рядом. Все хорошо. Держись за меня.

Ни на секунду не отстраняясь от нее, он аккуратно лег на кровать, близко-близко прижимая ее к себе.
Он чертовски крепко держал ее, точно также как и шестнадцать лет назад, там, в промерзшем коридоре в Бронксе, когда она оплакивала своего отца, так жестоко отнятого у нее.

 

 



Перевод: DandelionWine
Редактура: gazelle

 

 



Знаем-знаем, глава как всегда слишком насыщена))) ;)
Как оклемаетесь - дайте знать на форуме (на картинку тыкаем) :)

 

 

 

 

 



Источник: http://robsten.ru/forum/19-957-98
Категория: Переводы фанфиков 18+ | Добавил: Sеnsuous (21.12.2012) | Автор: перевела DandelionWine
Просмотров: 3596 | Комментарии: 55 | Рейтинг: 4.9/83
Всего комментариев: 551 2 3 4 5 6 »
0
55  
  Вся кутерьма из-за длинного языка Беллы . спасибо за перевод и главу .

0
54  
  Лея такая неугомонная и любопытная вынудила Беллу открыться...................................................... giri05003
Да, а Рене ведет себя жестоко не считаясь с ее чувствами, а Элис такая лицемерка осуждая ее, сама и не зная, о мрачном прошлом Дж 12 4    
Ее бабушка замечательная помогла ей уехать, она к Эд приехала и едва не искусила, но он не поддался ей и успокаивал ее.............................................   

53  
  Ну и семейка и друзья.....Довели беднуююдевушку до ручки... cray 4

52  
  какое грустное окончание.. cray cray просто до слез жалко Беллу!!!

51  
  Если бы он сказал ей, что помнил и хранил ее в сердце с той трагической ночи, она бы наверное, поверила ему. Почему он молчит??

50  
  Я уж было подумала, свершилось!!! А тут такая драма!!! 12 4
Спасибо огромное, за главу!!! lovi06032

49  
  Задолбали уже ВСЕ!!! Они взрослые люди а их все пытаются учить, как надо жить.

48  
  Спасибо. Заново переживаю, спасибо за выбор и труд.

47  
  Да уж.... Белочке правда тяжело.... всё слишком на неё сразу навалилось...
Вот и результат... нервный срыв... cray cray cray cray cray

46  
  Жалко Беллу, ее семья и друзья сплошь эгоисты! Спасибо хоть бабушка мудрая попалась...
А Каллен молодец, он начинает чувствовать Беллу, как никто другой. good
Спасибо огромное за главу!!! lovi06032

1-10 11-20 21-30 31-40 41-50 51-55
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]