Фанфики
Главная » Статьи » Переводы фанфиков 18+

Уважаемый Читатель! Материалы, обозначенные рейтингом 18+, предназначены для чтения исключительно совершеннолетними пользователями. Обращайте внимание на категорию материала, указанную в верхнем левом углу страницы.


Голый парень сверху. Глава 28. Часть 1

Белла POV

Я лениво предавалась мечтам, уставившись в окно, но ни на чем конкретно не сосредоточив свой взгляд. Услышав голос, который явно обращался ко мне, я вернулась в реальность, обращая внимание на говорившего.

– Извините, что Вы сказали? – спросила я непривлекательного, но мило улыбающегося мне мужчину среднего возраста в твидовом костюме с бабочкой, сидевшего напротив меня с другой стороны стола.

– Я потерял тебя, а, Белла? – спросил он в ответ.

Его черные очки-половинки съехали на нос, пока он посмеивался над моей невнимательностью.

– Простите, профессор Берти, я сегодня немного отвлечена, – объяснила я, быстро качая головой, – слишком много всего занимает мои мысли, – добавила я неловко.

Как бы я ни восхищалась моим научным руководителем, во всей литературе Викторианской эпохи не было достаточно эротизма, чтобы удержать мое внимание сегодня.

– Я говорил, что рад тому, что ты смогла закончить диссертацию раньше, и я с нетерпением жду, когда смогу ее прочитать, – сказал он, похлопывая рукой по большой стопке листов, лежащей прямо перед ним.

– Спасибо. Я счастлива, что наконец-то закончила ее, – ответила я.

Я чувствовала при этом, что готова была двигаться дальше.

С тех пор, как Шелли предложила мне годовую интернатуру в больнице, я знала, что написание диссертации больше не было самой главной целью моей жизни. Я даже сходила в учебный офис, чтобы изменить систему оценивания моего задания – теперь мне нужно было лишь сдать его, выставление оценки больше не требовалось. Это сразу же сняло огромный груз ответственности с моих плеч, поэтому я провела последнюю неделю перед весенними каникулами, заканчивая диссертацию, пока у Эдварда были двойные смены в госпитале. Я умоляла его это сделать – не потому, что он отвлекал меня, а потому что я сама отвлекала себя. Им. Постоянно.

Я не поехала на каникулы в Феникс, потому что мама решила приехать в Кембридж на Пасху – она пробудет здесь около четырёх дней, начиная с послезавтра. Карлайл и Эсми пригласили нас втроем на ужин в честь Пасхи. Думаю, это было идеальным временем для моей мамы, чтобы встретиться с родителями Эдварда.

Мне нравилась эта мысль – родители Эдварда. Только мысли об этом согревали меня странным образом изнутри, никакие деньги не смогли бы этого сделать. Может, Карлайл и был сейчас больше похож на нового друга Эдварда, а не на отца, а Эсми была его мачехой, но они всегда были добры и великодушны с тех пор, как мы встретили их месяц назад. Думаю, из-за того, что у них никогда не было своих детей, они считали это благословением Божьим. Встреча с Эдвардом дала им то, чего, они думали, у них никогда не будет, и то же самое произошло с Эдвардом.

А что касается моей мамы и меня – нам все еще было очень сложно отмечать любые праздники без папы. То, что она приедет отпраздновать Пасху сюда, будет намного проще, чем пытаться отпраздновать ее в нашем доме в Фениксе, который был полон семейных воспоминаний. Они постоянно напоминали, почему мы так сильно по нему скучали.

И я очень скучала по моему папе. Особенно сегодня.

– Белла? – услышала я снова профессора Берти.

Я опять потерлась в своих мечтах и воспоминаниях.

– Простите. Снова, – вздохнула я.

– Ничего страшного. Думаю, ты заслужила немного отдыха после напряжённой работы в последние дни. Уверен, я увижу, сколько усилий ты вложила в свою диссертацию, ты всегда была трудолюбива, – сказал профессор, улыбаясь мне с теплотой и оптимизмом, которые он всегда ко мне проявлял, особенно когда моя заинтересованность в этой работе, казалось, исчерпалась.

– Спасибо, – ответила я, улыбаясь в ответ, прежде чем убрать в сумку мои вещи и попрощаться с ним.

Когда я выходила с кафедры английского языка, то сделала глубокий вдох и рассмеялась сама себе, не способная сдержаться. Как говорится, одна глава моей жизни теперь была закончена. Я официально оставляла позади мир теоретических аргументов и научных занятий, не говоря уже о том, что любовь и опыт физической близости вытрясли из меня всю душу, пока я читала и писала об этом. Это было как разница между тем, что ты представил самую вкусную вещь на свете… и на самом деле попробовал ее, насладившись огромной порцией.

Сейчас наступило время, чтобы начать новое путешествие. И я имею в виду не только мои отношения с Эдвардом, но и мою карьеру. Я не могла дождаться момента, когда полностью посвящу себя социальной работе и буду помогать семьям, которые чувствовали себя потерянными и напуганными. Мама и я испытали это всего лишь год назад.

На самом деле, ровно год назад мой отец проиграл в короткой, но тяжелой битве с раком.

Выходя из главных ворот университета, я почувствовала, как вибрирует мой телефон в кармане пальто. Это было сообщение от мамы.

Думаю о тебе и Чарли сегодня. Люблю тебя. Мама.

Моя мама была сегодня в Тампе, навещала дедушку, а также моих дядю и тетю вместе с племянниками. Она решила навестить их по дороге ко мне и, может, сводить моих племянников в Диснейворлд. Она бы предпочла, чтобы этот день прошел без лишней печали. Того же хотел бы и мой папа.

Я написала ей в ответ короткое сообщение.

Я тоже тебя люблю, мамочка. Увидимся в пятницу. Белла.

Пока я шла домой, мои мысли заполнили воспоминания о последних днях моего папы. Я все еще ненавидела то, что его больше не было здесь, что я больше не могла с ним поговорить, переброситься парой шуток, как мы всегда это делали. Но сейчас я чувствовала, что мы все еще близки, потому что время, которое мы провели вместе, было полно чудесных воспоминаний. А потому мне надо было лишь о нем подумать, и казалось, он уже не так далеко.

Тяжело вздыхая, я поднималась по ступенькам, когда заметила, что дверь в квартиру Эдварда была слегка приоткрыта. Я стряхнула с себя меланхоличные мысли и улыбнулась про себя. Он обычно оставлял дверь немного приоткрытой, когда меня не было дома, но он ждал моего скорейшего возвращения. Ну, стоило ли говорить, что он всегда ожидал моего скорейшего возвращения. Сказать, что Эдвард не любил, когда я куда-то выходила одна или с друзьями, но без него, это не сказать ничего. Я покачала головой и рассмеялась, подумав, как он любил монополизировать мое время. Это ни капельки меня не тревожило и не смущало. Кто, пребывая в здравом уме, будет раздражен слишком напористым, очень ревнивым, но в то же время милым и горячим парнем?

Ух, точно не я.

Я вошла в квартиру Эдварда, закрывая за собой дверь. По звукам я не могла понять, где он, но он должен был быть где-то в доме. Мягкая музыка играла из колонок, соединенных с его iPod, и я заметила, что стол уже был накрыт к ужину – посередине стояли несколько коробок с едой на вынос.

Снимая сумку и пальто, я избавилась от обуви, слегка потягиваясь, чтобы ослабить напряжение в спине после того, как ей пришлось выдержать вес книг, которые мне нужны были для встречи с профессором Берти. Я не смогла сдержать легкого смеха, когда села за стол. Две тарелки стояли бок о бок напротив одного стула. Очевидно, Эдвард хотел, чтобы я сидела у него на коленях, пока мы будем ужинать. И я опять подумала о том, кто мог бы отказаться от такого времяпрепровождения?

Было так приятно знать, что кое-кто всегда сохранял для меня место не только во время ужина, но и в жизни, и в сердце. Может, мы этого и не планировали, но мы нашли место друг для друга в своих жизнях.

Ну, а Эдвард любил оккупировать все в моей жизни, и мое личное пространство, когда дело касалось Прижимателя или меня, сидящей на его коленях, и все остальное – мое время, мое внимание, мою любовь. Это беспокоило бы меня, если бы я этого так сильно ни желала.

Как я уже поняла, Эдвард был взрослым мужчиной с сердцем мальчишки – чистым, немного эгоистичным, но всегда добрым и нежным.

– Привет, красивая мечтательница, – нежный глубокий голос проворковал в мое ухо.

Я почувствовала нежные волосы напротив моего виска и аромат лосьона после бритья. Я прижалась ближе к нему, вдыхая его запах и наслаждаясь его теплом.

Я закрыла глаза и медленно выдохнула, когда пальцы Эдварда мягко помассировали мою шею.

– Привет, красавчик, полагаю, сегодня мне не надо готовить, – пошутила я, усмехнувшись и посмотрев вверх на него, пока он продолжал массировать теперь уже мои напряженные плечи.

– Тебе сегодня не надо готовить, Кареглазка, – сказал он, прежде чем наклониться вперед и украсть у меня поцелуй.

Эдвард взял меня за руку, нежно поднимая на ноги, затем сел на стул и усадил меня на свои колени – прямо так, как мы оба любили.

– Голодна? – спросил он, когда мы начали открывать коробки с едой.

– Ужасно, на самом деле, – ответила я с легкой улыбкой, – не думаю, что съела сегодня достаточно.

– Ты хорошо себя чувствуешь? – спросил Эдвард, выглядя немного обеспокоенным.

– Я в порядке. Сегодня просто… немного трудный день для меня. Вот и все, – объяснила я.

Мой голос был не громче шепота.

– Что не так? Ты выглядишь расстроенной, – сказал он, приподнимая пальцами мой подбородок.

Эдвард был таким искренним в своем беспокойстве, и я знала, что если отделаюсь парой слов, то он мне все равно не поверит. Он будет настаивать, пока я не сдамся.

– Сегодня, э-м-м, первая годовщина со смерти моего папы, – объяснила я, теребя большим пальцем край салфетки.

Мой взгляд блуждал, пока не остановился на коробке с едой передо мной.

– Мне жаль, Кареглазка, – сказал он, убирая в сторону вилку, чтобы погладить меня по щеке.

– Все нормально. Я не страдаю. Просто скучаю по нему, – ответила я.

Эдвард нежно поцеловал меня в лоб, и я знала, что он понимал сейчас мои чувства. Прошло 14 лет с тех пор, как он потерял свою маму, но его печаль никуда не делась. Его чувства были замурованы в его сердце все это время, и только недавно он начал принимать их вместо того, чтобы игнорировать.

Мы ели в тишине в течение нескольких минут, пока мой голод, а вместе с ним и плохое настроение улетучивались. Нельзя было просто избежать таких моментов, но пока я продолжала напоминать себе, что мой папа не хотел бы, чтобы я расстраивалась, думая о нем, я буду чтить это его желание, и поэтому сфокусируюсь на счастливых воспоминаниях, например, о том, как мы втроем куда-то ездили во время каникул.

– Пенни за твои мысли? – спросил Эдвард, заметив, что я просто уставилась в пространство.

– Ох, – ответила я с улыбкой, – я думала о том, как весело мы с папой проводили время.

– Например, строили форты из простыней? – спросил он, улыбаясь в ответ.

– Иногда, – рассмеялась я. – Мы много чего делали… смотрели бейсбол, ходили в кино, и все в таком духе. И он на самом деле любил бейсбол. Не думаю, что когда-либо видела его таким же счастливым, как когда его любимая команда выиграла мировую серию, – добавила я, качая головой и улыбаясь, вспоминая тот день.

– Что еще? Расскажи мне о нем, – попросил Эдвард, похлопывая меня по бедру.

– Давай посмотрим, – ответила я, вздохнув, – он был очень добрым со всеми. Люди, когда думают «коп», обычно представляют серьезного мужчину без чувства юмора… но папа был не таким. Он мгновенно находил язык со всеми. Пойди в любой район Феникса – богатый, бедный, на окраину, куда угодно – и кто-нибудь точно будет знать Чарли Свона, – вспомнила я. – Мой отец был очень дружелюбным, и работа забрасывала его даже в самые отдаленные части города.

– Кажется, он был замечательным человеком, – сказал Эдвард, проводя указательным пальцем по моему подбородку.

– Так и есть, – согласилась я, вспоминая кое-что еще, чем я могла поделиться с Эдвардом, – он любил говорить мне то, что помогало больше поверить в свои силы. Однажды… кажется, я была уже в старшей школе… я выкинула свою первую пару туфель. Я была так расстроена. Я потратила на них почти все деньги, которые мне подарили на день рождения. Я надела их на вечеринку и потянула лодыжку еще до того, как вышла из дома, – воспоминания наполнили мои мысли.

Я покачала головой. Эдвард посмотрел на меня с сочувствием и поцеловал в щеку.

– Папа заметил, как я шла в свою комнату, кипя от злости из-за того, что выкинула эту пару дьявольских каблуков. Я еле-еле сдерживала слезы – глупая подростковая драма, – фыркнула я, – но все же я дулась, думая о том, как ненавидела свою неуклюжесть. Он улыбнулся и сказал, что это не я неуклюжая, а весь остальной мир неустойчив. В то время я думала, что он просто пытался поднять мне настроение, но на самом деле папа хотел, чтобы я гордилась тем, кем была, даже если это и отличало меня от других.

– Ну, могу с уверенностью сказать, что он вырастил невероятно красивую и умную женщину... даже если у нее две ноги левые, – подразнил Эдвард.

Он рассмеялся, когда я показала ему язык.

– Мой отец также дал мне много советов. Он был хорош в этом… знаешь, он был «голосом разума» и все такое. Он говорил: «Беллс, не позволяй людям путать доброту с глупостью». Это было забавно – то, что именно он говорил мне это. Его обычное поведение «хорошего копа» заставляло людей признаваться ему во всем. На самом деле он предупреждал, чтобы я не попалась ему на эту удочку, – объяснила я, посмеиваясь.

Мой смех превратился в небольшую улыбку, и мы оба замолчали на несколько минут.

– Кареглазка? – произнес вдруг Эдвард, звуча серьезно.

Посмотрев на его лицо, я поняла, что внезапно он стал очень задумчивым.

– Думаешь, я понравился бы твоему отцу? – спросил он, выглядя немного нервозно. – Я имею в виду… думаешь, твой отец... одобрил бы меня? 

– Он точно не одобрил бы твой выбор одежды при первой нашей встрече, – ответила я с серьезным выражением лица, прежде чем потерять контроль и рассмеяться.

– Ты мне всегда будешь об этом напоминать, не так ли? – сказал Эдвард, качая головой и гримасничая. – Ну же, я серьезно спрашивал.

– Как я могу на это ответить, не выдав какую-нибудь шутку? – произнесла я, стараясь игриво уменьшить его нервозность. – Даю твою руку на отсечение, что он прожужжал бы тебе все уши про бейсбол. Ну, ладно, это было не смешно. Поначалу папа предупредил бы тебя, что у него всегда с собой оружие, а потом, не останавливаясь, говорил бы о бейсболе, – добавила я со смехом.

Бедные глаза Эдварда сначала чуть не вывалились из орбит.

– Ладно, та часть про оружие чертовски меня напугала. Не то, что он испытал бы его на мне, а что ты позволила бы, – пошутил он.

– Ой, да ладно тебе. Я не позволила бы моему отцу убить тебя, Эдвард, – пожурила я, – хотя разок выстрелить резиновой пулей тебе в ногу стоило бы, чтобы припугнуть тебя и все такое.

– Я так и думал, – проворчал он.

– Ну, не дуйся. Ты очень понравился бы моему отцу. Я просто знаю это, – сказала я ему нежно, поглаживая по щеке, – и все твои руки и ноги были бы на месте. Обещаю, – подытожила я с широкой улыбкой.

– Я приму это как его одобрение. Спасибо, – улыбнулся Эдвард, прежде чем поцеловать меня.

Его поцелуй послал мурашки по всему моему телу прямо до кончиков пальцев.

– Не за что, – ответила я, изучая его профиль.

Я на самом деле думала, что Эдвард понравился бы моему папе. Чарли не одобрил бы наши отношения «по договоренности», но порадовался бы, увидев, какими счастливыми мы стали теперь. Конечно, нельзя сказать, что сейчас мы совсем не ссорились. Наша ссора в день возвращения из Нью-Хэйвена не была маленьким разногласием, но мы смогли её преодолеть. Я не была экспертом в отношениях, но думаю, мы хорошо справлялись, говоря о наших проблемах вместо того, чтобы молчать и держать в себе обиды. К тому же моему отцу понравилось бы, каким гиперопекающим мог быть Эдвард. Эта мысль заставила меня улыбнуться.

Сделав большой глоток вина, который заставил мои щеки слегка румяниться, я увидела, как Эдвард наколол на вилку кусочек курицы и поднёс его к губам, позволяя мне заметить кончик языка, который быстро исчез внутри.

– Эдвард, думаю, я наелась, – вздохнула я, прямо намекая ему на свою потребность.

– Давай уберем тут все и поработаем над десертом. Как ты думаешь? – спросил он, улыбнувшись мне.

Эдвард знал, что я хотела его на десерт.

– Кареглазка, – промурлыкал он, произнося мое прозвище медленно и позволяя звукам нежно сорваться с его губ, – почему ты покраснела?

Он флиртовал, пока его длинные умелые пальцы поглаживали мое бедро.

– Без причины, – пробормотала я в ответ, стараясь отвертеться.

– Ты такая врушка, – раскрыл Эдвард мою ложь.

– Я знаю, – призналась я, уставившись на его губы, будто они были двумя карамельками – сладкими и жаждущими моего рта на них.

– Скажи мне, милая. Пожалуйста? – попросил он, и его губы скользнули вдоль моего виска.

Его голос был низким, но нежным – он гипнотизировал. Если вы сможете представить, как тихий голосок в вашей голове умоляет вас съесть огромный кусок шоколадного торта, но вы поймёте, как звучал сейчас Эдвард.

– Я думала о тебе, – призналась я.

Я покраснела еще больше, когда он глубоко рассмеялся и уткнулся носом в мою шею.

Этот вечер мы закончили в кровати, наслаждаясь каждый своим десертом.

***

Следующим утром я смогла без происшествий добраться до торгового комплекса в центре города, где мы договорились встретиться с девочками. Эдвард настоял на том, чтобы я купила себе новое платье на его деньги, сказав, что я должна рассматривать его как ранний подарок по случаю окончания университета. Мне на самом деле нужно было что-то милое, что я могла бы надеть на ужин в честь Пасхи.

Я получила сообщение от Эдварда, которое заставило меня широко улыбнуться.

Чееем занимаееешься????? – Э

Ничееем интерееесным. – БЭ (п.п. Для тех, кто не помнит, БЭ – Белла Эдварда)

Хочешь позаниматься ничееем интересным со мной? – Э

Не могу. Ты на работе. А я с девчонками. – БЭ

Ты красивее, чем они. – Э

Не нужно флиртовать со мной, Мистер МакФлирти. – БЭ

Ничего не могу поделать. Неодолимое желание ублажать тебя – это все, что я знаю. Это мой единственный недостаток. – Э

А ты моя Ахиллесова пята. – БЭ

Моя впечатляющая, хорошо упакованная любовь для тебя уж точно находится не в районе моих пяток. – Э

Ахиллесов наконечник? (п.п. В оригинале используется слово «peen» – заостренный конец бойка молотка) – БЭ

Что-то вроде того. – Э

Не позволяй, чтобы в него попала стрела (п.п. Надеюсь, все помнят миф об Ахиллесе) – БЭ

Ауч. Пожалуйста, рань меня только оскорблениями. – Э

Наконечник гораздо сильнее моих слов. – БЭ

Согласен. Он зачастую оставляет тебя неспособной говорить. – Э

Он нравится мне гораздо больше, чем ты. Просто говорю. – БЭ

Не знаю почему, но это совсем меня не расстроило. Совсем. – Э

*Закатывает глаза* – БЭ

Мне нравится, когда ты так делаешь. Особенно когда ты голая. – Э

Ты испытываешь остатки моего терпения. – БЭ

Ты красива, когда со мной так говоришь. – Э

Ты такой испорченный внутри, несмотря на то как вкусно выглядишь снаружи, Кексик. – БЭ

Могу я потрогать твои вкусные кексики? Пожалуйста? – Э

ВАУ! Чертовское да, да, ДА! И не забудь поиграть своим грязным и грешным язычком на вишенках, украшающих мои кексики!!! ОМГ!! Я такая МОКРАЯ сейчас! – БЭ

0_0 – Э

Агх, прости. Это была Элис. Говорила тебе, что мои друзья ужасны. – БЭ

Мне лучше идти. Моя больничная форма не лучшая одежда для того… ЧТО я сейчас испытываю. – Э

Пока, любимый. Я обещаю, знаешь, помочь тебе дома с ТЕМ, что ты сейчас испытываешь. ЯЛТ! – БЭ

ЯЛТ тоже! И твои кексики, украшенные вишенками. – Э

– Тебе обязательно было это делать, Элис? – проворчала я, сильно ударив ее по плечу.

У меня было несколько пакетов в руках, иначе она так легко не отделалась бы. После небольшого совместного шоппинга мы направлялись к выходу из торгового центра, который находился рядом с метро.

– О-у, – игриво простонала Элис, – да ладно тебе, я просто вызвала у твоего мужчины самую большую эрекцию, какая у него только была. Ты будешь благодарна мне, когда вернешься домой и он займется тобой, – фыркнула она.

– Окей, во-первых, ему совершенно точно не нужна помощь, чтобы получить эрекцию. И во-вторых, он взял на этой неделе кучу смен, чтобы освободить все выходные. Так что сегодня он точно мной не займется, – объяснила я, ворча.

– Ты так груба, когда напряжена, Белла, – проинформировала меня Элис.

Я просто закатила на нее глаза.

– Ох, так Эдвард не сможет поработать своим молотком над тобой сегодня? – вклинилась Роуз, стараясь звучать как можно милее.

– Молотком? Серьёзно, Роуз? Чем плох старый добрый «пенис»? – спросила я, уже не удивляясь, откуда она понабралась этих аналогий.

– Да ладно тебе, Прунелла. Не говори мне, что не знаешь, какое это наслаждение. Особенно после того, как ты заполучила его... потому что как только раз попробуешь… м-м-м, м-м-м, м-м-м, – мычала Роуз про себя.

– Ох, наконечник меняет тебя, – провозгласила Элис, – стоит раз попробовать, и ты больше не можешь остановиться, – добавила она, смеясь.

Роуз подхватила её настрой, продолжая мычать в подтверждение.

– О, Боже, – простонала я, думая, как вообще судьба свела меня с этими сумасшедшими.

– Да ладно тебе, девочка. Ты же знаешь, что теперь ты любишь член. Не лги, – обвинила меня Роуз, прежде чем рассмеяться и указать на меня пальцем.

– Хорошо, хорошо. Я люблю его член. Теперь вы счастливы? – ответила я, стараясь звучать раздраженно, но проигрывая эту битву.

Сначала я боролась просто с усмешкой, но потом мне пришлось закусить внутреннюю сторону щеки, чтобы остановить рвущийся наружу смех. И я не смогла сдержаться, фыркнув и громко рассмеявшись. Мы шли втроем и хихикали, как стая гиен.

– Прунелла Железная Хватка признала, что член настолько хорош, что она полюбила его. Спасибо, Господи, это – чудо! – сказала Роуз, соединив руки в умоляющем жесте и посмотрев вверх. – Полагаю, теперь мы должны поменять твое прозвище, – подразнила она.

– Секселла Скользкая Хватка, – предложила Элис, осматривая меня внимательным взглядом и кивая.

– Иисус, язык сломать можно, – ответила я, смеясь.

– Да, это труднопроизносимо, – согласилась Роуз.

– Но мне подходит, – усмехнулась я.

– Послушай эту девочку, Ро! Отпускает грязные комментарии и все такое, – сказала Элис с чувством собственного удовлетворения. – Наша малышка стала совсем взрослой, – вздохнула она, сделав вид, что смахнула с глаз слезинку.

К этому времени мы дошли до метро и ждали поезда, чтобы отправиться домой.

– Окей, девчонки, вам надо остановиться. Да, мне нравится секс с Эдвардом. Да, вы обе были правы. Это весело. Ну, это даже лучше, чем просто весело. Это… потрясающе, – сказала я, вздохнув со знанием дела.

– Конечно, это потрясающе. Хороший секс всегда таков – делает тебя немного глупой, – ответила Роуз, кивая головой в подтверждение своих слов.

Думаю, теперь я узнала, почему она так себя вела.

– Он даже немного убивает тебя, – согласилась я.

Я рассмеялась, вспомнив, что французы называли маленькой смертью.

– Немного? – не удержалась Элис, начав снова хихикать.

Они с Роуз посмотрели друг на друга такими взглядами, что я чуть не подпрыгнула от счастья, когда подъехал наш поезд – иначе они снова начали бы петь свои грязные песенки, как это случилось с песней Селин.

В вагоне я заняла себя просмотром своих сегодняшних покупок. Заглядывая в бесчисленные пакеты, я улыбнулась, дотронувшись до мягкого материала моего нового мини-платья.

– Ты будешь выглядеть горячо в этом платье, – констатировала Элис, заглянув через мое плечо и озвучив мои мысли.

– Эти туфли классные. У меня чертовски хороший вкус в обуви, – с усмешкой добавила Розали, хваля себя за настойчивость в том, чтобы я примерила красные лакированные туфли на высоком каблуке, пока мы были в обувном.

– Ты уже ждешь-не дождешься Пасхи? – спросила Элис. – Твоя мама встретится с Карлайлом и Эсми – это будет очень мило. Клянусь, они сразу же найдут общий язык.

– Вообще-то я немного волнуюсь. Они были к нам так добры. Моя мама и Эсми, наверно, будут обсуждать искусство и готовить вместе все время, – ответила я, улыбаясь самой себе.

– А как дела у Карлайла с Эдвардом? – поинтересовалась Элис.

– Знаешь, я думала, это будет очень неловко – я имею в виду первую встречу Карлайла и Эдварда – но все прошло так хорошо. Это до безумия удивительно, как они похожи – не только тем, как выглядят, но и как ведут себя тоже. Это немного пугает, – объяснила я, посмеиваясь.

– Так что, папочка-доктор тоже горяч? – напирала Роуз.

Забавно, что она, как и всегда, обратила внимание только на эту часть, желая узнать, выглядел ли Эдвард настолько же хорошо, как его отец.

– Ох, фу! Я не… кого вообще это интересует? – ответила я, гримасничая на нее.

– А разве ты не хотела бы попробовать сладкий кренделек, который унаследовал Эдвард? – спросила Элис, очевидно, пытаясь заставить меня провалиться сквозь землю прямо в вагоне метро.

– Может, вы споете что-нибудь смущающее не только меня, но и всех пассажиров? Я лучше послушаю это, чем что-либо о сладком крендельке Карлайла, потому как даже мысль об этом ужасна, – сказала я им обеим, закатывая глаза.

 


Дорогие читатели! Мы, справившись с обстоятельствами, которые оказались сильнее нас, вернулись к вам с насыщенным событиями продолжением истории. С нетерпением будем ждать ваши отзывы, комментарии и впечатления под главой и на форуме  http://robsten.ru/forum/96-2051-1#1420953



Источник: http://robsten.ru/forum/96-2051-1#1420953
Категория: Переводы фанфиков 18+ | Добавил: valery3078 (04.08.2017) | Автор: Justine
Просмотров: 479 | Комментарии: 14 | Рейтинг: 5.0/14
Всего комментариев: 14
avatar
0
13
Спасибо . good  good  good
avatar
0
14
fund02016 !
avatar
0
6
Белла раскрепостилась  fund02002
avatar
0
7
Ну, и правильно.
avatar
0
5
Вот и Чарли немного вспомнили...
avatar
0
8
Человек жив, пока жива память о нём...
avatar
0
4
Читаю и улыбаюсь) Спасибо)
avatar
0
9
Очень здорово!
avatar
0
3
Огромное спасибо за прекрасный перевод и замечательную главу
avatar
0
10
Спасибо, что с нами!
avatar
0
2
Большое спасибо за продолжение! good  lovi06032
avatar
0
11
Спасибо, что читаете!
avatar
0
1
Спасибо за перевод .
avatar
0
12
Спасибо, что с нами!
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]