Фанфики
Главная » Статьи » Переводы фанфиков 18+

Уважаемый Читатель! Материалы, обозначенные рейтингом 18+, предназначены для чтения исключительно совершеннолетними пользователями. Обращайте внимание на категорию материала, указанную в верхнем левом углу страницы.


КАТАСТРОФА. Глава 6. Дождь
BPOV

Я лежала в кровати, свернувшись комочком и прижав колени к груди, из которой вырывались рыдания. Мне не хотелось, чтобы Эдвард слышал, как я плачу, так что свои особо громкие всхлипы мне приходилось приглушать, утыкаясь лицом в уже промокшую от слез подушку. Я знала, что если он услышит меня, то непременно захочет утешить, успокоить, а я не могла ему позволить снова это сделать. После поцелуя в книжном Эдвард смотрел на меня с такой огромной надеждой в глазах, что я поняла, что разобью ему сердце, произнеся неизбежные слова. Я ничего не помнила.

Поцелуй был волшебным. От него у меня подгибались колени и сводило пальцы ног, и я понимала, что жаждала гораздо большего. Я помню, как притянула Эдварда к себе, желая углубить наш поцелуй, но Эдвард отстранился и начал пристально всматриваться в меня, надеясь, что он сделал свою работу и дернул за нужный тумблер в моем мозгу, который сейчас переключится, и все встанет на свои места.

Пытаясь отвести взгляд, я склонила голову, но Эдвард, убрав правую руку с моей талии, удерживал ладонью мое лицо и сверлил меня своими зелеными глазами, словно хотел заглянуть глубоко в душу.

- Белла, никогда не бойся сказать мне правду, - произнес он, внимательно вглядываясь в мои глаза.

С моих губ сорвался всхлип, когда я ответила:

- Мне так жаль. Я очень сильно хотела…

В ту же секунду Эдвард прижал меня к себе и обнял, даря покой и тепло своего тела. Уткнувшись лицом ему в грудь, я вдохнула его мужской мускусный аромат, пытаясь остановить слезы, потому что поняла, что через пару минут его синий свитер промокнет насквозь, но все же я не хотела покидать комфорта его объятий. Находясь в его руках, я не ощущала эту ужасную пустоту внутри себя. Эдвард просто обнимал меня, слушая, как я плачу, а потом я ощутила его дыхание около своего уха. Его губы ласкали мочку, когда он говорил слова, порождающие дрожь в моем теле:

- Мы сделаем так, что ты все вспомнишь, маленькая моя. Мы испробуем каждое чертово место, где мы бывали с тобой; переделаем все, что мы делали с семнадцати лет. Пожалуйста, не плачь!

Он был очень расстроен, даже повержен. Эдвард так же, как и я, хотел, чтобы все изменилось. Я перестала адекватно соображать и не могла заставить себя снова взглянуть ему в глаза, не желая видеть в них те же чувства, которые испытывала сама. Просто я - не его Белла, и, может быть, никогда ей не стану. Сама мысль о том, чтобы начать все с самого начала, была пугающей, и уж тем более я не могла себе представить, что сделаю это без Эдварда.

Домой мы ехали в полной тишине. Всю дорогу я поглядывала на него, стараясь убедить себя в том, что между нами все хорошо, но бегающие желваки на его скулах говорили о том, что он крепко сжимает челюсти. Очевидно, что Эдвард сердился, и мне не нужно было спрашивать его, почему. Я понимала, что причиной его раздражения являюсь я сама: все безнадежно – у меня не получилось вспомнить его поцелуи. Как бы вы себя чувствовали, если бы ваш жених или невеста не помнили, как вы целовались? Я больше не могла видеть эту боль, искажавшую его лицо, и когда мы приехали домой, прямиком бросилась в свою комнату и заперла за собой дверь.

Было уже десять часов вечера, а я все еще лежала в кровати, обнимая дурацкого игрушечного льва и рыдая в подушку, чтобы приглушить свои всхлипы. Мое лицо опухло и саднило от слез, а поврежденные ребра ужасно болели от того, что я долго лежала в одной позе. Мне хотелось есть, но покинуть свой укромный уголок было выше моих сил.

Я дважды слышала шаги Эдварда около моей двери, но он ни разу не постучал и не позвал меня. Нас разделяла не просто эта дверь, а нечто гораздо большее – крах всей нашей жизни после автокатастрофы, и мы никак не могли найти выход из этого положения, чтобы вновь воссоединиться друг с другом. Отчаяние, охватившее меня, когда я четко осознала это, стало шоком. Что, если мне придется заново начинать свою жизнь: новая Белла, новая карьера, новая квартира, но без Эдварда? Перспектива была пугающей, но я никак не могла взять в толк, почему? Ведь я не помнила той жизни, которую вела с ним. От размышлений о том, как я буду жить одна с этим белом пятном в моей памяти, у меня разболелась голова. Я понимала, что мне не хватит сил самой справиться с этой ситуацией, что мне нужен Эдвард. Все, как всегда, сводилось к нему.

Я выбралась из постели и хотела проскользнуть незамеченной в ванную, когда услышала за дверью сдавленный голос Эдварда. Кто бы мог прийти к нам столь поздним вечером? Но потом я поняла, что слышу лишь одну часть диалога – должно быть Эдвард разговаривал по телефону. Я прижалась ухом к двери, пытаясь подслушать, о чем шла речь. С кем бы ни говорил Эдвард, его голос был прерывист, а тон - враждебен.

- Нет, я ничего ей не сказал. Сейчас не самое подходящее время, – я потянулась к дверной ручке, но тут же застыла на месте, когда он буквально прокричал следующие слова:

- Послушайте, Чарли, я не могу! Она не готова к этому!

Что? Она? Они разговаривают обо мне? Я была поражена. Он ссорился с моим отцом? В то время как я едва перекинулась с ним парой слов в больнице, Эдвард вел с ним ночной разговор. Я открыла дверь и поспешила по коридору, чтобы найти Эдварда.

Ища Эдварда, я вошла в гостиную. Здесь было темно - единственным источником света было французское окно, со стеклами до пола, и мне пришлось прищуриться, чтобы разглядеть хоть что-то в комнате. Эдвард стоял у стеклянных дверей, ведущих на балкон, опираясь на них широко раскинутыми руками и прижимаясь лбом к холодному стеклу. Тишину нарушал лишь шум дождя, капли которого громко стучали по окнам. Мне хотелось узнать, что ему сказал Чарли. Сделав несколько шагов по направлению к Эдварду, я увидела, как его широкие плечи высоко вздымаются и опадают вниз, когда он делает глубокие вдохи, и так же, как за завтраком, он был без рубашки.

- Эдвард, - прошептала я, - это мой отец звонил?

Стало ясно, что он не слышал, как я вошла в гостиную, потому что он быстро обернулся и выпрямился, пробегаясь рукой по уже и так спутанным волосам. Он хмурился, и под сдвинутыми бровями его глаза сверкали в тусклом свете. Считал ли он, что я спала? Или он думал, что я не услышу, как он кричит? Эдвард кашлянул, прочищая горло, и уставился на меня с испуганным видом, словно его только что застукала мамочка за чем-то непотребным.

- Ерм… Я… О, да, это Чарли. Он звонил, чтобы спросить, можно ли с тобой поговорить. Я сказал ему, что у тебя был трудный день, и ты уже спишь. Я не хотел тревожить тебя, – он обошел вокруг дивана, направляясь ко мне, взял меня за руку и переплел вместе наши пальцы.

- Почему ты кричал на него? – тихо спросила я. В комнате раздавался лишь стук тяжелых капель дождя по стеклу.

- Он требовал, чтобы я разбудил тебя, и мне не понравился его тон. У тебя был плохой день, и не думаю, что разговор с Чарли сделал бы его лучше.

Слова прозвучали вполне разумно, но я не могла отделаться от мысли, что это было далеко не все. Я кивнула, не желая вдаваться в дальнейшие подробности, ведь я все еще не пришла в себя от эмоций, порожденных поцелуем в книжном магазине.

- Мне жаль, но я не помню нас, Эдвард, - тихо сказала ему я, глядя на дождь за окном, на то, как его капли стекают вниз по стеклу, оставляя мокрые следы.

Он поднял наши сплетенные пальцы к свои губам и поцеловал костяшки моих пальцев, оставляя мимолетный поцелуй на каждом из них, и, прежде чем отпустить мою руку, взглянул на меня поверх нее. Следующей своей фразой Эдвард сразил меня, просто спросив:

- Изабелла, ты хочешь, чтобы я рассказал тебе, что произошло на этом балконе в последний раз, когда шел дождь? - гм-м, что?

Из моей головы вылетели все мысли. На самом деле, мне очень хотелось узнать, что же произошло с Чарли, но Эдвард упомянул балкон таким голосом, что я сразу потеряла свой и так слабый рассудок. Думай, Белла, думай! Мне пришлось собраться с мыслями, и я решила, что смогу спросить про Чарли и завтра утром. Мне хотелось узнать о нас под дождем, а поскольку в комнате было совсем темно, то Эдвард не увидит, как я покраснею, когда он расскажет мне об этом, потому что по тону его голоса, я поняла, что история будет именно такого рода.

В ответ я подарила ему маленькую улыбку, и для него это было вполне достаточно. Он осторожно потянул меня за собой к выходу на балкон, обходя мебель, расставленную в гостиной, и немного приоткрыл высокое французское окно. Эдвард встал за моей спиной, обняв меня руками за талию. Я чувствовала, как его грудь прижималась к моей спине, а его теплые руки защищали меня от прохладного ветра и дождя. Я задрожала, не столько от холода, сколько от того, что он прикасался ко мне. Его губы порхали по моему открытому плечу и поднимались выше по шее. От брызг, залетавших в комнату, моя майка начала промокать, и я почувствовала, как она прилипает ко мне в самых интересных местах, обнаруживая мое очевидное возбуждение от всего происходящего.

Я запрокинула голову назад, на грудь Эдварду. Ощущения были настолько идеальными, что я с легкостью могла себе позволить позабыть обо всем, что произошло, и просто быть с ним. Эдвард начинал значить для меня очень много и относился ко мне так, будто я была центром его мира. Я доверяла ему, зная, что он не допустит, чтобы ситуация сейчас вышла из-под контроля, но другая часть меня хотела, чтобы он обращался со мной, как раньше, даже если я не понимала, чтобы это означало.

Я подняла свою руку вверх и обняла его за шею, притягивая его голову к себе так, что его подбородок, уже покрывшийся щетиной, расположился на моей ключице, царапая нежную кожу. Все неприятные мысли о катастрофе, произошедшей сегодня в книжном магазине, скрылись, и я прошептала: «Расскажи мне».

Когда он начал говорить, вибрация его слов пронизывала все мое тело. Я ощущала покалывание каждой клеточки в тех местах, где наши тела соприкасались друг с другом, а внизу моего живота сладко заныло. Продолжай говорить, зеленоглазый мой!

- Мы могли бы вернуться в квартиру, когда начался дождь, но я был слишком увлечен невероятно приятным занятием, от которого никак не мог оторваться. Я целовал прелестные изгибы твоего правого плеча, - и словно в подтверждение своих слов, он провел своим колючим подбородком по моему плечу в одну сторону, и тут же мягкими губами в другую, сглаживая ощущения от колючей щетины.

- Ты хочешь, чтобы я показал тебе, чем именно мы занимались? – спросил Эдвард.

Его голос в этот момент был настолько чарующим, что я согласилась бы на что угодно. Я «угукнула» в ответ. Это все, что я была способна выдавить из себя, поскольку все мое существо было сосредоточено на Эдварде, на ощущениях от прикосновений к нему, на аромате, исходившем от него, на его голосе. Эдвард завладел всеми моими чувствами. Потому, как он встал сбоку от меня, по-прежнему обнимая за талию, стало ясно, что ни он, ни я не собирались бросать это занятие. Его рука скользнула под мою майку, и он нежно погладил мой бок.

Мы продолжили уже на балконе, капли дождя падали на меня, и через мгновенье я промокла до нитки. Моя одежда стала практически прозрачной, а распущенные мокрые волосы прилипли к лицу. Я посмотрела на Эдварда и по его взгляду поняла, что ничто не укрылось от его глаз. В них читался голод, требующий того, чтобы его утолили, он нуждался во мне, и от этого меня бросало в нервную дрожь.

Он привел меня к стене нашей квартиры, прижал к ней, упершись в нее руками с двух сторон от моего лица, и начал внимательно рассматривать мои, теперь открытые его взгляду формы. Я задрожала, но на этот раз не от холодного дождя, на который уже не обращала внимания - дело было в Эдварде, в том эффекте, который он производил на меня. Он смотрелся ослепительно. Его намокшие волосы приобрели гораздо более темный оттенок, длинные ресницы слиплись, поблескивая от мелких брызг, а по лицу бежали струйки дождя, стекая на его прекрасную мускулистую грудь. (п.п.: тут представляется, как в первом фильме «Сумерек» Э и Б сидят на скале под дождем и беседуют о вампирской сущности). Я видела, как одна капелька задержалась и повисла на кромке его верхней губы, и прежде, чем я успела остановиться, мое тело непроизвольно подалось ему на встречу, и я медленно провела языком по контуру его губ, слизывая ее. Плохая девочка Белла вернулась, точно так же, как тогда в машине, по дороге домой из больницы, когда я прикоснулась к его лицу, практически умоляя поцеловать меня.

- Ах, Белла, - простонал Эдвард. – Может быть, это плохая идея. Давай вернемся в квартиру, ты еще не совсем здорова. Тебя не следует подвергать таким испытаниям.

Я не могла поверить в то, что он только что сказал. Он раздразнил меня так, что я забыла, как меня зовут, а теперь хочет, чтобы мы вернулись назад в гостиную из-за дождя и того, что стало холодно. Я не собираюсь позволить ему настоять на своем. Я хочу этого; я хочу его точно так же, как, по его словам, хотела его до аварии.

- Эдвард, пожалуйста. Я хочу, чтобы ты показал мне...

Мои зубы стучали от холода, но я не собиралась двигаться с места. Он вздохнул и выпрямился, пытаясь взять меня за руку и увести назад в тепло квартиры. Я обеими руками обняла его за шею, притягивая к себе и пытаясь завладеть его ртом. Наши губы слились в неистовом, грубом поцелуе, которому Эдвард не сопротивлялся. Его язык сразу скользнул прямо мне в рот, переплетаясь с моим. Наши зубы сталкивались, но я хотела его именно таким образом, не желая, чтобы он задумывался о том, что лучше для такой «амнезички», как я. Он придвинулся ко мне, снова впечатывая меня в шершавую стену, проводя руками по всему телу вниз до бедер и ни на секунду не прерывая поцелуя, где его губы сошлись с моими в прекрасном сражении.

Мои пальцы запутались в его мокрых волосах, и, припоминая свой сон, я слегка потянула за них, в ответ Эдвард застонал мне прямо в рот. Охренеть! Точно так, как было в моем сне! Я хотела сказать ему об этом, услышать, что он ответит, но его рот проделывал самые невероятные вещи с моей верхней губой, а его пальцы сейчас крепко сжимали мою задницу. Я совершенно потеряла контроль над своими мыслями.

Когда он оторвался от моих губ, я почувствовала себя ужасно обездоленной и хотела было закричать на него, но он приподнял меня, закидывая мои ноги на свои бедра. Я оказалась зажата между стеной и сильно выпирающей эрекцией Эдварда. Обескураженная, что он так возбудился всего лишь от одного поцелуя, я задалась вопросом, всегда ли действовала на него подобным образом. Сквозь намокшую одежду я ощущала его каждой клеточкой своего тела; он идеально подходил мне, расположившись между моих ног прямо у входа, и я бессознательно еще теснее прижалась к нему своими бедрами. Он застонал, и теплая пульсация, сосредоточившаяся в центре моего естества, стала невыносимо болезненной. Я вопросительно посмотрела на Эдварда, нуждаясь в подтверждении того, что это было, как раньше, что мы именно так чувствовали друг друга до того, как наш мир рассыпался на мелкие осколки.

Он кивнул, отвечая тем самым на мой немой вопрос, и произнес хриплым от переполнявших его эмоций голосом:

- Да, детка, это мы. Идеально подходим друг другу.

Он снова приблизил свои губы к моим, но лишь для того, чтобы невинно чмокнуть меня, и, вздохнув, понес меня в нашу гостиную. Черт, НЕТ!

- Эдвард, нет! – вскрикнула я, извиваясь в его руках и ерзая на нем, усиливая трение наших бедер. Я твердо намеревалась посмотреть, что из этого выйдет, и ни за что не позволила бы ему изменить сейчас ход событий, но Эдвард издал короткий смешок и скривил губы в ухмылке.

- Белла, будь благоразумной, ты замерзла, промокла до нитки, и у тебя зуб на зуб не попадает. Давай-ка зайдем в тепло и поищем для тебя полотенце.

Он все еще улыбался, но что-то изменилось. Его взор прояснился от тумана желания и больше ни о чем меня не молил. Это было похоже на то, что накал эмоций, который мы испытывали, резко выключил какую-то кнопку. Я страстно желала большего, но Эдвард не собирался давать мне это, и я совершенно не понимала почему. Во мне росло смятение, и для меня стало ясно, что нам следовало откровенно поговорить друг с другом, не отвлекаясь на игру в слова или поцелуи, сбивавшие меня с мысли.

Он отпустил меня, осторожно придерживая, пока я твердо не встала на ноги, легко соскользнув вниз по его мокрому от дождя телу. Попросив меня подождать, он ушел за полотенцами. Я обернулась и закрыла двери на балкон. Я стояла в гостиной и дрожала от холода, покрывшись мурашками, но жгучее желание, снедавшее меня, испарилось, а его место занял холодок неопределенности. Как долго этот танец будет продолжаться между нами?

К настоящему моменту мы уже дважды опробовали физическую близость, но для меня все еще ничего не прояснилось. Страх и угроза того, что мне придется начать свою жизнь заново, постепенно просачивались в мою реальность. Я чувствовала, как мои глаза снова наполняются слезами, но я отказывалась дать им волю. Не могу же я каждый раз реветь, когда что-то идет не так, мне надо было найти способ разобраться со всем этим беспорядком, в котором я сейчас пребывала. Погрузившись в свои мысли, я не заметила, что Эдвард вернулся, пока не почувствовала на своих плечах мягкое пушистое полотенце.

- Белла, давай, иди, тебе нужен горячий душ. Это поможет тебе согреться, - тихо сказал он, даже немного резковато, но, прежде чем я успела обернуться и спросить его, в чем дело, Эдвард уже шел через холл по направлению к нашей спальне.

Я ничего не понимала. Каких–то несколько мгновений назад мы практически занимались сексом на балконе под дождем, а сейчас снова разошлись в разные стороны, словно далекие миры. Мне очень хотелось знать, что вызвало такую перемену в настроении Эдварда, и, собрав последние остатки сил и мужества, я последовала за ним. Подойдя к двери спальни, я заметила, что она неплотно прикрыта, и заглянула через щелку внутрь. О-о-о!

Эдвард сидел на полу, согнув колени и опершись спиной о кровать. Он все еще был в мокрых штанах, которые облепили его икры, словно вторая кожа. Он тихонько плакал, уронив голову на руки. Он тоже страдал. Как я не заметила его тихие мольбы о помощи? Я не знала, что мне делать, как помочь ему, поэтому я просто развернулась и побрела в свою комнату, оставляя Эдварда одного оплакивать свое горе.
~*~


P.S. Ladies, кажется, мы немного поторопились с выводами и рано начали радоваться за наших ребяток... Американские горки начинаются...

Делитись с нами своими впечатлениями на форуме:


Источник: http://robsten.ru/forum/19-1279-1
Категория: Переводы фанфиков 18+ | Добавил: white (13.12.2012)
Просмотров: 1758 | Комментарии: 22 | Рейтинг: 5.0/42
Всего комментариев: 221 2 3 »
0
22  
  не понимаю поведения Эдварда  4

0
21  
  Один рыдает в одной комнате, другой - в другой  giri05036

20  
  Что там скрывают?!

19  
  Ужас.... Бедный Эдди... ему тоже всё это очень тяжело.... cray cray cray cray cray cray

18  
  печальная главка...переживаю вместе с эдвардом cray
спасибо!

17  
  Спасибо! Очень непростые времена для Беллы и Эдварда. Я подумала, может Белле не стоит так настойчиво пытаться все вспомнить, может просто начать жить настоящим. Рядом с ней любящий мужчина, он ей явно нравится. Может попробовать познакомиться поближе еще раз. А там, глядишь, и память вернется.

16  
  Они тебе по другому поводу пригодятся girl_blush2

15  
  Сплюнь! 12 НЕТ!!! в этом плане у них все хорошо! Есть и будет! fund02016

14  
  спасибо за главку

13  
  cray печально все...
это очень тяжелое испытание для отношений...

1-10 11-20 21-22
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]