Фанфики
Главная » Статьи » Переводы фанфиков 18+

Уважаемый Читатель! Материалы, обозначенные рейтингом 18+, предназначены для чтения исключительно совершеннолетними пользователями. Обращайте внимание на категорию материала, указанную в верхнем левом углу страницы.


КАТАСТРОФА. Глава 8. Покой
BPOV

Последние несколько дней я чувствовала себя ужасно неловко. После похода по магазинам с Элис и моего признания о том, что я там вспомнила, Эдвард ожидал, что воспоминания начнут возвращаться ко мне сплошным потоком, но этого не происходило. Моим единственным воспоминанием об Эдварде так и остался день его рождения. Сначала я даже не поняла, что вспомнила об этом.

Мы с Элис уже шли назад к машине, держась за руки, когда я заметила магазинчик с открытками, и слова сами слетели у меня с языка, я даже не успела осознать их:

- Мне надо придумать какой-то подарок Эдварду на день рождения, осталось всего три недели. Что бы ты предложила, Элис?

Я продолжала идти дальше, и моя ладонь выскользнула из руки Элис - она остановилась, как вкопанная. Раскрыв рот от удивления, она смотрела на меня во все глаза. Я смутилась, не понимая, в чем дело, а она вдруг начала скакать на месте и хлопать в ладоши. От ликования ее лицо порозовело, и от уха до уха расплылась улыбка. И только тогда я поняла, что произошло. Я вспомнила о дне рождения Эдварда. Не его самого, но что-то о нем. Я стояла посреди улицы в ожидании чего-то еще, в ожидании того, что память вот-вот вернется ко мне. Я чувствовала, как Элис сжимает меня в крепких объятиях и что-то шепчет мне на ухо, но все это происходило, словно на заднем плане, пока я отчаянно пыталась заставить свои мозги работать. Вырвавшись из ее объятий, я бросилась вниз по улице. Всего лишь одно маленькое, незначительное воспоминание – это все, на что я была способна, но оно выбило меня из колеи также сильно, как и полное их отсутствие.

По дороге домой Элис не тревожила меня, позволив предаться своим размышлениям. Она вела свой Porsche и хранила молчание, понимая, что это именно то, что мне было необходимо. Но я знала наверняка, что она не сможет долго держать рот на замке.

Я не хотела рассказывать об этом Эдварду, заранее зная, что он раздует из этого бог весть что; что он будет ожидать большего, а большего-то я и не смогу ему дать. Узнав о том, что я вспомнила о нем хоть что-то, Эдвард безумно обрадовался, его роскошные зеленые глаза засветились от счастья. Когда он закружил меня в объятиях, я кожей ощутила волны счастья, исходившие от него, но все, что мне хотелось в тот момент сделать, - убежать и разрыдаться. После того случая на балконе я начала задаваться вопросом, а хорошая ли это была идея – остаться с Эдвардом в одной квартире. Конечно, я могла бы пожить у Элис, но она сообщила мне, что ее отношения с доктором Секси приобретают все более горячий характер, и я тут же отмела эту мысль. Сейчас мне меньше всего хотелось слышать, как в соседней комнате моя подруга занимается сексом. Ей требовалась неприкосновенность личной жизни, а мне – нормальное психическое состояние.

После того случая на балконе мы с Эдвардом старались держать дистанцию. Я не знала, что сказать ему, а он, совершенно сконфуженный, несчастный и отчаявшийся, смотрел на меня и не знал, что делать со мной. Создавалось впечатление, что своим нежеланием просто собраться с силами и поговорить мы загнали себя в тупик. Я понимала, что как раз это и необходимо было сделать: сесть и поговорить. С каждым уходящим днем нам становилось все труднее обсудить наболевшие проблемы.

Я разговаривала об этом со своей мамой, надеясь, что она, хорошо зная Эдварда, поможет мне как-то разобраться в наших отношениях. Конечно, она пыталась быть полезной, но ее голова была забита другими мыслями. Фил, ее муж, потерял место в бейсбольной команде, за которую он играл. Она сказала, что он сильно расстроился, и, несмотря на то, что ей очень хотелось быть рядом со мной и помочь, она не могла оставить мужа в трудную минуту. Мама обещала приехать ко мне, как только появится возможность. Я все понимала: я - взрослая женщина и сама должна решать свои проблемы.

Сегодня Эдвард рано ушел из дома. У него была назначена встреча по поводу новой композиции, которую он сочинял, но все утро он вел себя так, словно ему не хотелось оставлять меня одну. Я уверила его, что волноваться не о чем, что скоро к нам заскочит Элис, и что я прекрасно побуду одна до ее прихода. Но я лгала; она не придет, я не хотела, чтобы она приходила. Я нуждалась в личном пространстве, и если быть честной, то мне хотелось провести «разведку» в квартире. Я еще ни разу не оставалась дома одна и намеревалась исследовать тут все сама.

В отсутствии Эдварда в квартире было очень тихо. Я попыталась посмотреть по телеку «Анатомию страсти» (п.п.: популярный сериал, в центре сюжета которого находится жизнь интернов, врачей и прочего персонала больницы «Сиэтл Грейс». В оригинале сериал называется «Grey's Anatomy», и те, кто хочет, может узреть в этом аллюзию к «Фифти»:)), но не уловила ни слова из того, что Кристина сказала Иззи, не поняла, почему МакДрими витал в облаках, и в итоге просто выключила телевизор. Я была не в силах сконцентрироваться на драме, разворачивающейся на экране, когда в собственной жизни мне приходилось иметь дело с настоящей катастрофой.

Я поднялась с уютного дивана и направилась в нашу спальню, запахивая на ходу широкий серый кардиган, кутаясь в него. Одиночество, - с некоторого времени мой вечный спутник, - шествовало рядом со мной, напоминая об аварии и о том, чего я из-за нее лишилась. Я чувствовала себя счастливой и целостной только, когда Эдвард находился рядом. Все дело было в нем, просто мой мозг отказывался это признавать. Что бы я ни делала, куда бы ни направлялась, я постоянно думала об Эдварде. Несмотря на то, что я не могла вспомнить годы, проведенные вместе с ним, он все равно занимал все мои мысли.

Спальня, как и вся квартира, была просторной и светлой, но не лишенной романтики. Роскошные черные бархатные шторы каскадом струились по обеим сторонам окна, мягкие складки излишков материи образовывали небольшие озера на паркете. Центральное место в спальне занимала кровать. В черненом металлическом изголовье причудливо переплетались цветы и вьющиеся лозы, накрахмаленное белое постельное белье по краям было украшено вышивкой в виде таких же черных цветов. Я медленно провела рукой по холодному металлу. Когда же мы приобрели эту кровать? Выбирали ли мы ее вдвоем? Сколько раз мы сжимали друг друга в объятиях, нежась в ней, спали здесь вместе и занимались любовью?

Мой недавний эротический сон ворвался в сознание вместе с воспоминаниями о поцелуях в книжном магазине и на балконе. С тех пор как меня выписали из больницы, я каждую ночь видела Эдварда во сне, но обычно, когда просыпалась, то помнила лишь его пронзительные зеленые глаза. Даже в своих снах я не могла спрятаться от него. Все мое существо кричало о невероятной тяге к нему. Здесь, в этой комнате, я чувствовала его запах и глубоко вдыхала его мускусный пьянящий аромат, позволяя себе утонуть в нем, ощутить Эдварда вокруг себя. Это вызвало у меня улыбку. Я настолько привыкала к тому, что нуждаюсь в нем, что мне это начинало даже нравиться. Он сказал, что мы были идеальной парой, и я верила ему. Я хотела, чтобы это чувство совершенства вернулось к нам, но знала, что в данный момент он был несчастен, и несчастен из-за меня. Мне надо лучше стараться. Должен же существовать способ, как нам пройти через все это?

Я еще раз огляделась вокруг, и мой взгляд упал на туалетный столик, на котором все еще лежали моя щетка для волос, косметика и духи. Я все еще была частью этой комнаты, и каждую ночь частичка меня находилась здесь, рядом с Эдвардом. Я взяла тяжелый стеклянный флакон с духами и поднесла к носу. Запах был легким, цветочным и напоминал аромат, издаваемый фрезиями. Духи пахли очень приятно, но я не могла представить, что пользовалась ими каждый день, потому что аромат показался очень уж взрослым для меня. Оу! Белла, двадцать шесть! Тебе двадцать шесть лет!

Я поставила флакон на место и собралась было уходить, когда мое внимание привлекла висящая на стене фотография в серебряной рамке. На снимке были запечатлены мы с Эдвардом, стоящие боком к объективу. Он обнимал меня, положив свой подбородок на мою макушку, а я прижималась щекой к его груди. Мы выглядели безумно влюбленными и, казалось, были полностью поглощены друг другом. Все мое тело изнывало и страстно желало, чтобы я вновь стала той Беллой. Мне дико захотелось, чтобы его руки обняли меня сейчас так же, как на этой фотографии. Я даже подумала о том, чтобы позвонить ему и попросить срочно приехать домой, но мой внутренний голос сказал мне, что это слишком эгоистично. Я должна была дать Эдварду время побыть где-то еще, вне дома, и, кроме того, ему надо уладить свои дела по работе. Поразмыслив над этим и приняв во внимание то, что я еще не закончила свою «разведку», я снова отправилась в гостиную, попутно прихватив iPod Эдварда.

Снова устроившись на диване, я положила ноутбук на колени, а в уши воткнула маленькие наушники. У меня не было ни малейшего представления, что приготовили для меня эти два девайса, хотя кто знает, может быть, они будут мне в чем-то полезны. Пока загружался ноутбук, я ткнула кнопку воспроизведения на iPod, и в наушниках заиграла последняя композиция, которую слушал Эдвард. Это было сочинение Дебюсси - «Лунный свет». Красота мелодии захватила меня, и я закрыла глаза. До меня Эдвард слушал этот же самый отрывок, и теперь, наслаждаясь звуками чарующей музыки, я ощущала некую связь с ним. Следующим треком снова оказалось произведение Дебюсси – «Грезы». Меня опять захватили звуки фортепиано, мягко льющиеся из наушников. Кстати, я очень хотела услышать, как Эдвард играет на рояле, но стеснялась попросить его об этом. Вот бы посмотреть, как его утонченные пальцы порхают по клавишам, словно танцуя, увидеть выражение его лица, когда он полностью погружен в свою музыку. И тут я поняла, что не имею никакого понятия, где находится его рояль, и для себя в уме поставила галочку напротив пункта «Найти рояль Эдварда до его возвращения», но в данный момент мне хотелось выяснить, что приготовил для меня мой ноутбук.

Я была потрясена количеством иконок и папок на рабочем столе. Должно быть, моя творческая жизнь до аварии была очень плодотворной. Пробежав глазами по их названиям, я заметила папку с именем «Любовь и жизнь», и, рассудив, что подойдет любая, чтобы помочь мне что-нибудь вспомнить, я кликнула по ней. На экране появились сотни мелких эскизов изображений, это были фотографии меня, Эмметта, Элис и Эдварда. Мне захотелось посмотреть их все, так что я запустила слайд-шоу и наблюдала, как годы моей прежней жизни мелькают передо мной, запечатленные на снимках.

Сначала шли более старые по времени фотографии, и я хорошо помнила, когда они были сделаны. Эмметт, Элис и я на пляже в Ла Пуш. В тот день было холодно и дождливо, вполне типичная погода для Форкса. Эмметт ребячился и развлекался, швыряя в нас комками песка, будто трехлетний ребенок, и все закончилось тем, что наши с Элис волосы и лица были полностью перепачканы в песке. Я улыбнулась своим воспоминаниям, задумчиво глядя на экран, и как будто наяву видела, как Элис гонится за Эмметтом, пытаясь стукнуть его посильнее за то, что он испортил ей новый шарф. Было здорово разглядывать фото и без труда вспоминать события, запечатленные на них. Слайд-шоу продолжалось, но через несколько снимков туман в моей голове начал сгущаться, и теперь я смотрела на сменяющие друг друга картинки, как будто видела их в первый раз. На следующей серии фотографий появились мы с Эдвардом в позах, похожих на ту, в которой мы были засняты на фото в спальне; мы, так или иначе, обнимались, с любовью глядя друг на друга. Может быть, рядом с ним мне всегда было комфортно? Сейчас в моей жизни он играл роль тихой гавани, моего личного убежища, но, вероятно, он и тогда дарил мне свою бесконечную заботу.

Внутри меня все сжалось от острого чувства вины. Я вела себя, как последняя эгоистка, используя Эдварда, чтобы успокоиться и почувствовать себя защищенной, когда это было нужно мне, и отталкивала его, когда он сам нуждался в моей поддержке. Та ночь, когда я застала его плачущим в нашей спальне, была ужасной. Я понимаю, что мне следовало бы подойти к Эдварду, даже несмотря на то, что я не знала, что его настолько расстроило, но я не была уверена в том, нужны ли ему мои утешения, так что даже не стала пытаться. Боясь услышать то, что могло слететь с его красивых губ, я сбежала к себе в комнату и просто спряталась от проблем.

Вдруг я ощутила странный порыв, срочную потребность излить свои чувства на бумагу, выразить в письменной форме все то, что не получалось вербализовать. Темп музыки в наушниках изменился, и заиграла песня «Here Is Gone» группы «Goo Goo Dolls». Я открыла пустую страницу в Word и начала печатать. Мои пальцы летали по клавиатуре с нарастающей скоростью, и я не заметила, как приступила ко второй странице. Я даже не была уверена, есть ли какой-нибудь смысл в том, что я пишу, но мне надо было выплеснуть все, что бурлило в моей голове, и кроме того, это позволило бы мне никого обременять своими «ушибленными» мыслями.

Время шло, а я и не заметила, как пролетело целых два часа. Перечитав написанное, я удивилась, насколько ясно и четко все было изложено, несмотря на то, что в моей голове рокотал сплошной поток разрозненных мыслей, освободившись от которых, я почувствовала невероятное облегчение. Также, я быстро набросала несколько заметок о том, что хотела бы обсудить с Эдвардом, и решила, что обязательно поделюсь с ним этим, когда он придет домой. И тут до меня дошло, что он, собственно, уже скоро вернется, и что мне надо освежиться и переодеться. Целый день валянья на диване - не лучший способ превращения в привлекательную невесту, которой я намеревалась стать. Поставив ноутбук на маленький столик рядом с диваном, я направилась в душ.

EPOV

Я открыл входную дверь, и меня поприветствовал звук льющейся воды. Очевидно, Белла была в душе. Я вздохнул и сжал челюсти, чтобы остановить поток видений, которые начали проноситься в моей голове, о том, что мы вытворяли в этом самом душе. Сегодня у меня был реально очень плохой день. Заказчики разобрали по частям произведение, сочиненное мной, потому что оно не соответствовало их требованиям, и теперь мне придется переписать весь фрагмент заново.

Я скинул с плеч свою кожаную куртку и бросил ее на диван, и тут на кофейном столике заметил ноутбук. Он был включен. На экране светился «вордовский» файл, целиком заполненный текстом. Неужели Белла что-то писала? Неужели вспомнила свою книгу и решила продолжить работу над ней? Неожиданно для себя я ощутил прилив радостного возбуждения. Моя Белла возвращалась ко мне! Если она снова пишет, значит, она возвращается! Я взял ноутбук и начал читать, но прочитанное повергло меня в шок. Белла адресовала это мне. Хотела ли она, чтобы я нашел ее послание?

Эдвард!

Мне очень жаль. Наверняка, каждый день после аварии был для тебя сплошным кошмаром, и то, как я вела себя, без сомнения, осложняло ситуацию. Оба раза, когда мы целовались, я сама провоцировала тебя, но потом позволяла тебе взять всю ответственность за это на себя. С моей стороны это ужасное ребячество, и мне нечем оправдать свое поведение, которое завело нас в тупик. Все потому, что я не помню тебя, но, несмотря на то, что существует вероятность того, что я никогда и не вспомню, мое тело знает тебя, рвется к тебе каждый раз, когда ты рядом. В твоих глазах я легко читаю, что ты любишь меня, но помимо этого я вижу тень печали, которая проскальзывает в каждом твоем взгляде, и причиной этого являюсь я. Я чувствую себя виноватой за то, что я есть я, и за то, что я не помню тебя.

У меня появилось иное предложение, и может быть, оно вызовет у тебя резкое отторжение, но я надеюсь, что смогу сформулировать его правильно, так, чтобы ты увидел, что это единственный способ справиться с нашими проблемами.

Я считаю, что нам надо начать все с самого начала. Эдвард встречает Беллу. В этот раз все будет сложнее, потому что я не знаю, какой была Белла после семнадцати лет, а ты знаешь о ней все. Я понимаю, что моя просьба для тебя равноценна пытке. Я прошу тебя прожить последние девять лет твоей жизни заново вместе со мной, потому что я не вижу другого способа, как нам пережить эту катастрофу без расставания. Я не могу просто сидеть и ждать, пока воспоминания вернутся ко мне, ведь, возможно, они не вернуться никогда. Я хочу любить тебя, я хочу, чтобы ты был нужен мне, и больше всего на свете я хочу стать Беллой Каллен, твоей женой.


Я почувствовал, как по моей щеке катится слеза, и вытер ее тыльной стороной ладони. Белла хочет быть со мной. Я пребывал в блаженном восторге от этой мысли, но то, что она винила себя во всем, омрачало мою радость. Я понимал, что мы должны все обсудить, как и советовал мне Эмметт, и что это надо сделать как можно скорее. Ее идея не была столь уж радикальной, ведь несколько дней назад то же самое я сказал ее брату. Мысленно я готовился к предстоящему разговору.

Я уже был готов отложить ноутбук, как вдруг заметил, что это письмо, адресованное мне, было не единственным, что за сегодня написала Белла. Я прокрутил документ в начало, на первую страницу, и пока читал, мои глаза поползли на лоб, а челюсть отвисла. Она не понимала, что писала. Совершенно точно она не могла этого знать. Все то, что Белла написала в письме ко мне, потеряло всякое значение по сравнению с первыми страницами. Нам не надо начинать все сначала. После того, что я прочитал, думаю, все, что нам требуется, это время и терпение.

Я услышал, как кто-то кашлянул у меня за спиной. Вздрогнув от неожиданности, я обернулся и увидел Беллу. Она стояла с мокрыми волосами в своем желтом халате. Я понимал, что сейчас Белла злится на меня за то, что я сую нос не в свои дела, и не ошибся, потому что я знаю свою девочку. Она вздернула подбородок и вопросительно подняла брови, вытягивая руку вперед в жесте, дающим ясно понять, что она требует свой ноутбук назад. Я покачал головой и спросил:

- Когда ты написала это?

- Эдвард, я сейчас очень недовольна тобой. Отдай мне ноутбук, и мы обсудим это, когда я успокоюсь, - она произнесла это с едва скрываемым раздражением в голосе, и я подавил свою улыбку, зная, что это разозлит ее еще больше, и еще раз отрицательно покачал головой.

- Пожалуйста, Белла, это очень важно. Ответь на мой вопрос, - умолял я.

Очевидно, мой тон смутил ее, и она в волнении начала жевать свою нижнюю губу, хмурясь, от чего на лбу у нее появились морщинки. Наконец она вздохнула и ответила:

- Я написала это несколько часов назад. Знаешь, таким образом, я хотела освободить голову от мыслей, переполнявших меня, но кроме того, что было адресовано тебе, остальное не имеет большого значения. Это просто разрозненные мысли и зарисовки.

Белла действительно не понимала, почему это так важно. Внутри у меня все ликовало и прыгало от радости. Хотелось просто объяснить ей значимость этого события, но главное я желал, чтобы она сама осознала, что написала. Тогда она поймет всю важность этого. Я положил ноутбук и направился к книжному шкафу. Белла следила глазами за тем, как я вынул с полки книгу, а потом жестом поманил ее, чтобы она подошла ко мне. Я старался делать это медленно и спокойно, но внутри меня все прыгало от радостного предвкушения. Сделав глубокий вдох, чтобы успокоить дыхание, прежде чем взглянуть на Беллу, я сказал:

- Это твой роман. Я хочу, чтобы ты прочла первые две страницы.

Она попыталась перебить меня, раздражение все еще отражалось на ее лице, но я приложил палец к ее губам, заставляя замолчать:

- Доверься мне, хорошо? Пожалуйста, просто сделай это сейчас, ради меня.

Белла поняла, что это что-то очень важное, и взяла книгу из моих рук. Она устроилась на стуле и уставилась на обложку. Мне следовало бы оставить ее одну, чтобы она смогла вникнуть в то, что происходит, но я чувствовал острую необходимость защищать Беллу, охранять ее покой, и не смог уйти далеко. Оставаясь поблизости, я отправился на кухню, чтобы сделать кофе. От нервного напряжения у меня тряслись руки, ведь с этого момента для нас все может измениться. Я молился, чтобы это стало началом конца череды дней страданий и боли, и мы смогли бы зажить прежней жизнью. Подумав, что нужно позвонить Джасперу и обсудить с ним то, что произошло, я потянулся к телефону, но в этот миг моя шея покрылась мурашками, и я услышал, как Белла шепчет:

- Эдвард, эти отрывки… они практически идентичны. Как мне удалось это сделать?

Белла выглядела настолько озадаченной и сбитой с толку этим открытием, что я просто обязан был успокоить ее, прикоснуться к ней. Я обнял обеими руками любовь всей своей жизни и тихо сказал ей:

- Я думаю, что ты потихоньку вспоминаешь. Думаю, память возвращается к тебе, маленькая моя.
Белла подняла на меня свои красивые сияющие глаза лани и сказала:

- Я так надеюсь на это, Эдвард, потому что все, что я написала тебе в том письме, - чистая правда. Я хочу полюбить тебя.

Мое сердце пело: она все еще хотела быть со мной так же сильно, как и я хотел быть с ней, всегда. Я склонил к ней голову, медленно приближаясь к ее губам, и нежно поцеловал Беллу. Я буду любить эту удивительную женщину вечно, независимо от того, помнит она наше прошлое или нет, и то, что она желала того же, безгранично радовало меня. Теперь мы могли двигаться дальше и оставить в прошлом разрушения, вызванные этой катастрофой.
~*~
Категория: Переводы фанфиков 18+ | Добавил: white (07.01.2013)
Просмотров: 1664 | Комментарии: 14 | Рейтинг: 5.0/31
Всего комментариев: 141 2 »
0
14  
  нуууу, слава яйцам!

0
13  
  Хоть и маленькими шажками, но все же у Беллы проясняется память  dance4

12  
  Спасибо.

11  
  Спасибо за главу. Может уже не за горами время, когда к Белле вернётся память good lovi06032

10  
  Вот подсознание играет игры.... ну надо же... Белка написала идентичные кусочки...

9  
  обнадеживает! спасибо

8  
  Ура,с помощью "ворда"они многое прояснили!Честь и хвала оргтехнике!

7  
  Замечательная глава! good Спасибо!

6  
  Спасибо за такую положительную главу!!! good Она великолепна и супер-позитивна!!

5  
  Спасибо за главу!

1-10 11-14
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]