Фанфики
Главная » Статьи » Переводы фанфиков 18+

Уважаемый Читатель! Материалы, обозначенные рейтингом 18+, предназначены для чтения исключительно совершеннолетними пользователями. Обращайте внимание на категорию материала, указанную в верхнем левом углу страницы.


Тёмное Блаженство. Глава 8
Просто назови мне причину, хоть одну – этого достаточно.
Одну секунду, мы не сломлены,
Лишь погнулись, и мы можем снова научиться любить.
Так решено на небесах,
Это написано на шрамах наших сердец.
Мы не сломлены,
Лишь погнулись, и мы можем снова научиться любить. ©

- Это не ты, - качаю головой, отрицая то, что передо мной. Отрицая всех женщин, что видела, тела, кровь.

- Я такой, какой есть. Я всегда был таким. Мы должны перешагнуть это, если хотим двигаться дальше, - его пальцы оставляют меня в покое, он отстраняется.

- Двигаться дальше? Двигаться куда? Ты запер меня здесь, думая, что будешь делать со мной всё, что угодно?

- Я хочу жить рядом с тобой. Брак, где я не буду вынужден скрываться. Где ты будешь наслаждаться этим так же, как и я. Помни, я никогда не лгал тебе, - он обходит вокруг стол, на котором я лежу, его рука порхает надо мной.

- А ты мне никогда ничего не рассказывал, - усмехаюсь я, и от его улыбки сквозит чем-то дьявольским.

- Ох, моя сладенькая глупенькая девочка. Мы опять вернулись к старому?

- Да, мне нравилась кровь, секс. Но это едва ли значит, что я знала и об этих убийствах, - ложь. Я знала. Возможно, не в деталях, но знала.

- Ради тебя! – выкрикивает он, проводя лезвием по моей руке. В этот раз я кричу, не жалея себя, громко и сильно, в моей глотке словно горит этот протест.

Я борюсь с пластиком снова, Эдвард смеётся, внутри всё закипает от злости.

- Я убил женщин. Блядь, да, я убил их и наслаждался этим каждую секунду, - он говорит это медленно, растягивая, словно занимается любовью. – Мертвы они ради тебя. Ты живёшь – они мертвы. Ты бы хотела умереть? Это то, что ты пытаешься мне сказать, Изабелла? – его лицо так близко к моему. Я вижу в его глазах, что та версия любви, которую я так сильно желала, искажена. Чувствую боль, потому что лучше умру я, чем он.

Лезвие на моей шее. Он прижимает его так сильно к моей коже, что чувствую, как она разрывается.

- Нет, - я пытаюсь отвернуться от него, испытывая стыд от мысли, что лучше буду жить и обладать им, чем умру.

Его губы уже на моих губах, от его нужды у меня перехватывает дыхание, кружится голова.

- Пожалуйста, не вынуждай меня убивать тебя, - выдыхает он мне в рот и отпускает меня.
Я долго рассматриваю его, шагающим туда-сюда по крошечной комнатке, передвигающим свои инструменты, бормочущим что-то себе под нос. Это напоминает мне, как однажды мы готовили ужин – так поглощён своей работой.

От такой мысли в глазах скапливаются слёзы.

- Те женщины… - я не глупая. Знаю, что он убьёт снова.

- У меня не было выбора, - его руки сжимают столешницу, он склоняется надо мной.

- Почему они? Зачем тебе нужно было убивать их?

- Ты когда-нибудь любила так сильно, что начинала ненавидеть? Когда каждый раз смотришь, и всё, о чём можешь только думать, это обнять и душить, наблюдая за тем, как её тело покидает искорка жизни?

Возможно.

- Вот это, Изабелла, - он берёт скальпель, отчего вздрагиваю, разрезая пластик вокруг моей руки, поднося её к груди. Его пальцы сжимают мои.- Ты когда-нибудь хотела вырвать своё сердце и показать всем, что оно бьётся лишь для одного человека? – я чувствую быстрые удары его сердца под своей ладонью. – Оно твоё. Всегда было твоим.

У меня нет слов, ни единого слова. Знаю, что это болезнь, что это извращённо, как никогда, но его рука рядом с моей… Меня влечёт к нему.

- Ты лгала себе каждый день. Уговаривала себя, что я изменюсь, остановлюсь. Ты, правда, не хотела всего этого. Я тот, кем являюсь. Ты видишь то, что хочешь видеть, то, что я хочу от тебя, - его взгляд холоден, но кожа обжигает меня.

- Я знаю тебя, - жалкая попытка, это ложь.

- Нет, - смеётся он надо мной, - ты видишь только то, что я хочу.

- У тебя есть я.

- Ты лжёшь. Кто не может быть понятым женщиной, уже погребён заживо. Кто-то, кто любит того, кого не существует. И никогда не существовал. (прим. перев: я вообще не поняла смысл этой фразы.)

- Я любила всё, что ты мне давал. И эту часть тебя тоже любила, - и это правда. Всегда.

- Женщины, которых я убил, молили о смерти. Они молили о ней, когда я дал им выбор. Все, кроме Розали, - он отходит от меня, садясь на стул рядом со столом. – Я дал им выбор. Ты или они сами. Все выбрали себя, кроме неё.

- Что? – тупо моргаю, шокированная.

- У них всегда был выбор, - он пожимает плечами. – Об этой детали не знала даже полиция.
Я смотрю на него, сдирая пластик с живота. Не представляю, как он отреагирует, и я не смогу защититься, если он на что-то решится.

- Я рассказывал им о том, как сильно люблю тебя, что буду наблюдать за тобой днями, но смогу удержаться, - он вращает лезвие в руках, но знаю, что исподтишка он смотрит на меня, ожидает моей реакции.

Понимаете, услышать от мужчины, которого любишь, о его борьбе с самим собой не убить тебя – шок. Знать, что он убил женщин, чтобы ты осталась жива, женщин, к которым он прикасался. Вот, что тревожит меня, даже злит.

- Ты ревнуешь, - он осматривает меня, дерзкая ухмылка играет на его губах.

- Нет.

- Давай не будем друг другу лгать, ладно? – он взмахивает скальпелем, и я дрожу.

- Ты разговаривал с ними, но не со мной, - я стараюсь сорвать с груди этот пластик, но сдаюсь. Слишком плотно, я попусту теряю время.

Я благодарна ему хотя бы за то, что могу пошевелиться. Но знаю одно – у него на меня есть планы.

- Я разговаривал со многими, Изабелла. И да, у них было право знать, за что они умирают, - он ухмыляется, становится позади меня.

- Ты монстр, - я успеваю застать его врасплох, хватаю скальпель и пронзаю его в плечо. Скидываю этот весь пластик с себя и хочу убежать.

Его грубый смех шокирует меня, и прежде, чем я успеваю подумать об этом, внезапно возникает его лицо над столом.

- Ты, правда, думала, это остановит меня? – спрашивает он, вытягивая лезвие из плеча. – Бывало и похуже. А от тебя я ожидал большего, Изабелла. Мы должны поработать над твоим прицеливанием, - он грубо хватает меня за руку и пихает к столу.

- Придурок.

- Вот, - он держит рукоять, она всё ещё в его крови. – У меня есть другой. Давай попробуем ещё раз. Давай же, - в его глазах пляшут огоньки.

- Ты хочешь, чтобы я ранила тебя? – мои глаза расширяются от ужаса, он кладёт мне в руку рукоять.

- Я хочу, чтобы ты попробовала, - его пальцы обвивают мои, и на доли секунды я чувствую, что электричество, абсолютная нужда в нём пробегают между нами.

- Нет, - отрицательно мотаю я головой, не желая причинить ему боль.

- Давай же проясним тогда, - он отворачивается, доставая какой-то свёрток. – Ты же никогда не видела мой набор? – со щелчком свёрток раскрывается, открывая свои ужасы.

- Красиво? Я назвал его в твою честь, - его пальцы порхают над различными инструментами. Мясоразделочный нож, плоскогубцы, медицинская пила, шприц. Здесь около дюжины
разнообразных лезвий, все начищены и блестят. – Это Белла.

Я тяжело дышу, глядя на всё это.

- Это… Так ты их убил? – я не могу отвести взгляд от Эдварда.

- Как искусство. Ты обязан выбрать правильные инструменты, они должны хорошо чувствоваться в руке, а иначе конечный продукт окажется настоящим дерьмом, - он проводит кончиком пальца по какому-то длинному ножу. – Хочешь подержать его? Почувствовать его? – он подбрасывает нож в воздух и ловко ловит его, отдавая инструмент мне.

И я чувствую его, идеальный вес.

- Хочешь пронзить что-нибудь? – нож с грохотом падает на пол, туда, где уже давно покоится моя челюсть.

- Я не собираюсь ничего пронзать, - я отодвигаюсь дальше, глядя на лезвие у моих ног.

- Подними его! – требует он, костяшки его пальцев белеют, когда он мёртвой хваткой цепляется за стол.

- Я не могу, - делаю ещё один шаг назад.

- Или ты его поднимешь, либо я подниму его для тебя, - сейчас он близко ко мне, и я знаю, что он выполнит своё обещание.

- Тогда возьми его, - я киваю головой в направлении ножа, и вот он в его руках. Эдвард закипает.

- Прекрати, Изабелла! – он движется ко мне, лезвие в его руке, я вижу этот взрыв в его зелёных глазах. Он убьёт меня. – Прекрати, блядь, отрицать это и быть трусихой!

- Эдвард, успокойся, - знаю, что этого не будет.

- Успокоиться? Ты думаешь, я смогу успокоиться? Думаешь, я пришёл к тебе неспокойным? – его глаза сужаются, дыхание ускоряется.

- Ты сказал, что не хотел этого.

- Я наговорил кучу дерьма, - его смех звучит эхом в этой крошечной комнатке, пока слёзы скатываются вниз по моим щекам.

- Ты не сделаешь мне больно, - я отрицаю, но вижу, что на его лице написано совсем другое. Он причинит боль. Снова и снова. Наслаждаясь.

- Ты так чертовски уверена в этом, - он намеревается ударить меня, но я успеваю уклониться. – Умная девочка.

- Не делай этого.

- Почему, Изабелла? – выкрикивает он. Скальпель скрепит по металлу.

- Я не хочу умирать, Эдвард. Пожалуйста! – я умоляю, я кричу.

- Недостаточно, - он качает головой, вижу, как он сам не верит в то, что говорит. Теперь он напоминает мне сумасшедшего, когда рукой проводит по волосам, чуть ли не вырывая их.

- Если ты убьёшь меня, Эдвард, всё закончится. Я не смогу вернуться, любить тебя и прикасаться к тебе, - я напугана, осматриваюсь вокруг в поисках чего-нибудь тяжёлого, чтобы остановить его.

- Прекрати, блядь, умолять! Где та Изабелла, которую я знаю? – он ударяет лезвием по моей руке, кровь забрызгивает его рубашку. – Хочешь увидеть, на что толкаешь меня? – его руки трясутся, когда стирают кровь со щеки.

- Она напугана, ладно? А хочешь увидеть, что ты делаешь со мной? – я поднимаю руку вверх и содрогаюсь от боли: я словно рвусь на части.

- И я продолжу резать тебя, пока ты не остановишь меня, - он поднимает свою руку вверх, готовый продолжать, но я влепила ему пощёчину и удивляюсь самой себе.

- Это то, чего ты хотел от меня? – пячусь назад, подальше от него.

- Да, абсолютно, - его улыбка дикая, злобная, когда он проводит пальцами по своей разбитой губе. – Детка, я чертовски люблю, когда ты ударяешь меня.

- О, я бы убила тебя, если бы только знала, что способна на такое, - фыркаю я в ответ, желая остановить кровотечение.

- Поверь, я бы наслаждался твоей попыткой, - он уже рядом со мной прежде, чем я что-то успеваю ответить. Его губы на моих, руки запутываются в моих волосах.

Его кровь, моя – всё смешалось. Это самое эротичное, что мне доводилось почувствовать, целуя его. Сила всего этого и скрытая за этим ярость.

- Ты чертовски влажная, - шепчет он, рывком отворачивая моё лицо в сторону. – Могу поспорить, ты хочешь, чтобы я трахнул тебя? Снова связал прямо над этим столом и вогнал свой член в тебя? – он кусает мою шею, руки раздвигают колени, моя спина уже ударяется о стену.

- Пожалуйста, - умоляю я, обхватывая его ногами, приглашая, таким образом, внутрь себя.

- Моя, - зубами он вонзается в моё плечо, руки изучают меня, овладевают мной.

- Всегда, - поцелуй, его язык на моей коже, его имя, слетевшее с моих губ.

Он наращивает темп, всё так же глубоко и грубо, его лоб напротив моего лба, глаза говорят то, что слова никогда не смогут выразить. Мы не занимаемся любовью, никогда не занимались и не будем заниматься. Вот такое у него «Я люблю тебя», «Ненавижу тебя», «Ты нужна мне».

А вот я, даю ему всё, что, он думает, я не смогу дать. Он говорил, что я не смогу.

Скальпель всё ещё в его руках, он режет своё запястье, его хватка усиливается, и я кончаю. Он гладит мою щеку, целует в лоб и отходит, оставляя меня задыхающуюся, более расслабленную.

Я его толчок, а он мой рывок. Чистый экстаз.

- Я люблю тебя, - говорю ему, когда сердце замедляет ритм, когда у меня хватает сил взглянуть на него.

Поднимаюсь, желая прикоснуться к нему, поцеловать. Я хочу показать ему нечто большее. Но этот взгляд я знаю. Он отскакивает от меня.

В его взгляде отражается свет, показывая истинную его сущность, и я знаю.

Знаю, что скоро умру.

- Ты, блядь, никогда не любила меня! – он кричит, ударяя меня ножом. В этот раз я не сдерживаюсь и вонзаю в него скальпель. Он смеётся.

Я не вижу, куда ударила его, но я точно что-то упустила.

Ощущаю его присутствие рядом, плоть разрывается на части, как будто, так и должно быть.

Падаю на колени, тяну стол за собой. Все инструменты с грохотом падают рядом со мной, запачканные моей кровью. Смотрю на кровь, как она стекает вниз вдоль пальцев, как она окрашивает мою бледную кожу в красный. Вижу, как пистолет падает с грохотом на пол.

- Эдвард? – кашляю я, мне тяжело, но в глазах шок и ужас. Кровь вытекает из меня быстрее, хотя, казалось бы, куда уже быстрее. Вокруг меня тепло, липко.

Он стоит, не двигаясь, смотря на то, как кровь вытекает из моего живота. В этих глазах я вижу ужас, ненависть, грусть. Его колени подкашиваются, и он падает на пол прямо напротив меня.

- Что же я наделал? – он ползёт ближе ко мне, укладывает голову к себе на колено. Его руки гладят моё лицо, откидывая волосы назад, он целует меня. – Только не так. Ты не можешь умереть, - я слышу боль в его голосе.

- Эдвард, нужно… вызвать девять один один. Уходи и позволь им помочь мне. Мне нужно, чтобы ты бежал отсюда, - шепчу я, борясь со сном…или не сном.

- Ты не посмеешь! – он ударяет меня по лицу, мне всё сильней хочется закрыть глаза.

Он смотрит на меня, его глубокие зелёные глаза заставляют меня улыбнуться, пока он поднимает меня на руки и укладывает на стол.

- Глупая девчонка, - его смех совсем не похож на настоящий смех. Слышу, как гремят тумбочки, металл ударяется о металл, когда вдруг меня знобит, а зубы стучат друга.

- Скажи мне, - я хватаю его за руку, толкая ближе к себе. Мне нужны эти слова. Три слова, которые он никогда мне не говорил. Слова, которые дадут мне понять, что всё не напрасно.

- Ты не умрёшь. Прекрати быть такой глупой, - он отталкивает мои пальцы, доставая телефон.

Я не могу разобрать, что он говорит, не слышу ничего, кроме крови и сердца, бьющегося в груди. Кладу руку на живот. Из запястья тоже течёт кровь. Её цвет завораживает меня.

- Помощь в пути. Тебе лишь нужно продержаться. Ты слышишь меня, Изабелла? – он нависает надо мной, обхватывает руками моё лицо, вынуждая меня посмотреть на него.

- Твои глаза, - руками я глажу его лицо. Кровь оставляет следы на его щеках, и он улыбается. Эта улыбка разрушает меня, ударяет в живот, разламывает на части. Мягкие зелёные глаза, о которых я говорила. Яркие зелёные глаза, приведшие меня в постель на наш медовый месяц.

Зелёные глаза, заставившие мой мир вращаться ещё быстрей.

- Дыши! – он ударяет меня в грудь, делает массаж сердца. Как и всегда, впрочем. – Чёрт, Белла! Не нужно этого дерьма! Ты слышишь меня?

Я чувствую вкус крови. С каждым стуком сердца она наполняет мой рот, вытекает из уголка рта.
Он уже рядом с моим ртом. Вдыхает в меня, ради меня. Давая жизнь, отдавая себя.

- Электрошок!

И я чувствую её, короткую быструю вспышку, что заставляет меня подскочить и сесть, выплёвывая кровь.

- Эдвард! – в глазах стоят слёзы, тело охвачено огнём, но он нужен мне.

- Простите, но его пульс слаб… - вглядываюсь в незнакомые голубые глаза и с трудом соскальзываю со стола.

- Нет! – трясу Эдварда, сидя между его ног.

И потом я замечаю. Конец скальпеля торчит из его груди, тупой конец, прямо в его сердце.

Это сделала я.

- Не трогайте его. Это единственное, что спасает его от кровотечения.

- Так спасите его! – кричу я, руки трясутся, я думаю, что сделать с этой рукоятью. – Блядь, да сделайте же что-нибудь! – вскакиваю, хватаю пистолет из-под стола, поворачиваюсь и целюсь в голубые глаза.

- Я сделал всё, что смог, но я не он, - его голова наклоняется, он указывает на тело Эдварда. Меня не интересуют слёзы в глазах этого мужчины. Они ничего не значат.

- Вы не можете позволить ему умереть, - я лихорадочно трясу головой. Кровь стекает вниз по животу, даже слышу, как она капает на пол.

- У меня нет выбора! – кричит он на меня, и неожиданно я оказываюсь прижатой к столу.

- У меня тоже его не было, - произношу я, видя, как он падает на пол, дуло до сих пор дымится. Кто-то появился снаружи, я слышу. Хлопок двери, а я подхожу к Эдварду.

- Не может быть, чтобы всё так закончилось, - кладу голову на ногу Эдварду. Чувствую, как она дрожит. Его ладонь прямо на моём кровоточащем животе.

- Такой конец не для нас, - кашляет он, открывая глаза и слабо улыбаясь.

- Я люблю тебя, - слёзы капают вниз, когда я подношу пистолет ко рту.

- Всегда, - он слабо мне подмигивает. Его улыбку я никогда не забуду. Прекрасная.

Чувствую вкус металла во рту, но даже не вздрагиваю. Я просто запоминаю черты этого лица и отпускаю себя…

Конец

Перевод: Лиза-love-Сумерки
Редактура: Ksushenka

Ну и как вам история?))) У этой работы есть вторая часть) Да-да, это не конец! Совсем не конец! Вторая чать называется Боги и монстры!) Согласитесь очень красноречиво звучит) Вам будет интересна вторая часть?) Буду ждать вашего мнения!

Источник: http://robsten.ru/forum/96-3091-1
Категория: Переводы фанфиков 18+ | Добавил: Виточка (12.06.2018) | Автор: darkNnerdy
Просмотров: 327 | Комментарии: 8 | Рейтинг: 4.6/5
Всего комментариев: 8
0
8  
  Спасибо! Жду вторую часть! good

0
7  
  Благодарю за главу!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!                                                                                                                 

0
6  
  Извините, но наверное понравилось бы, если я что-нибудь поняла. История притягательная, не спорю, но концовка не ясна. Каким образом скальпель оказался в нем? Это Белла его чтоли? И откуда взялся голубоглазый? Откуда взялся у нее  пистолет? Она себя застрелила или его? Каким образом он смог сбежать вообще оттуда, где она его навещала? ИНТЕРЕСНО, НО ЗАМОРОЧЕННО.

0
5  
  Спасибо!хотелось бы и вторую часть,люблю такие психологические триллеры приправленные кровищей;-)

0
4  
  Екарыный бабай. Безумная история, просто ВЗРЫВ мозга... но очень интересная, она запоминается и не отпускает.
История которая оставляет много вопросов.
Очень рада что есть вторая часть, с маниакальным удовольствием остаюсь с вами)))
Большое спасибо.

0
3  
  Вот это жесть! Жестокое, но завораживающее чтиво)) с удовольствием бы прочитала вторую часть))

0
2  
  Когда читаем вторую часть ? Я с вами.

0
1  
  Вместе навсегда. Другим просто не повезло оказаться близко Спасибо за перевод.

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]