Фанфики
Главная » Статьи » Переводы фанфиков 18+

Уважаемый Читатель! Материалы, обозначенные рейтингом 18+, предназначены для чтения исключительно совершеннолетними пользователями. Обращайте внимание на категорию материала, указанную в верхнем левом углу страницы.


Воровка сердец. Глава 19. Защита свидетеля


 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

EPOV

- Я хочу, чтобы ее немедленно отстранили от задания, – шиплю я на Уитлока, измеряя его офис шагами. - Она пренебрегла всеми возможными протоколами операции, не подчинилась прямым приказам и подвергла жизнь Изабеллы опасности!

 

Уитлок вздыхает.

 

- Розали объявили выговор за неповиновение приказам. В будущем она будет...

 

Я останавливаюсь и пристально смотрю на него.

 

- Выговор? – яростно произношу я. – Выговор?! Изабелла могла умереть! Она ранена лишь по одной причине: Розали отказалась остановиться!

 

Уитлок снова вздыхает.

 

- Послушай, Каллен, несмотря на то, что я уважаю твою сестру и очень ее ценю в качестве своего ассистента, я согласен, что этим вечером она ослушалась прямых приказов. Но, – он останавливается, и в его глазах появляется настороженность, – мне точно также отдают приказы. И эти люди согласились с тем, что преследовать Свон сегодня было крайне необходимо.

 

- Я бы получил от нее эти документы! - кричу я, ударяя большим пальцем в грудь - Не было никакой необходимости...

 

- Дело в том, Каллен, что директор не в восторге от того, что двое подозреваемых убиты, а трое наших агентов были... – он откашливается, – ранены, пытаясь защитить Изабеллу.

 

- Я исполнял свой долг, – сердито огрызаюсь я. – И что произошло с «Изабелла – ключ ко всему делу»?

Уитлок указывает на меня пальцем.

 

- Вот именно это и является единственной причиной, по которой твою сестру не привлекли к ответственности за неподчинение, а тебя не обвинили в нападении на трех агентов.

 

Я яростно сжимаю свои волосы, обдумывая то, что вслух лучше не произносить, ведь эти ублюдки сами нарвались. Это они напали на нее.

 

- Послушай, Эдвард, ты должен понимать, что я не враг тебе, я... - он открывает и снова закрывает рот, прежде чем продолжить тревожным шепотом. – Мы в довольно рискованном положении, Каллен. Бенджамин знает, что нам нужна Изабелла, поэтому он готов закрыть глаза на то, что произошло вчера вечером. Но сейчас он обеспокоен, Эдвард. Он понимает, что все, что у нас имеется на Пенна и его команду, – это детский сад по сравнению с обвинительными приговорами за умышленное убийство и покушение на убийство, которых нам бы удалось добиться для Пенна с помощью показаний Изабеллы. Откровенно говоря, даже с теми доказательствами, которые ты и твоя команда сумели собрать за последние несколько лет, Пенн при помощи своих адвокатов отсидит менее десяти лет.

 

Я качаю головой – наша «блестящая» судебная система вызывает у меня отвращение.

 

- Так значит, Изабелла для него - не более, чем ценный свидетель; гарантия, что он выиграет дело и накинет преступнику еще пару-тройку лет.

 

Уитлок даже не пытается этого отрицать.

 

- Даже не надейся, что она когда-либо станет чем-то большим.

 

Мои ноздри яростно вздымаются. Я провожу рукой по волосам, но что, черт побери, я могу сказать? Кем бы ни была Белла для Бенджамина, его подпись на контракте – единственное, что сможет защитить ее.

 

Уитлок внимательно смотрит на меня, прежде чем продолжить.

 

- Бенджамин требует, чтобы Изабелла дала показания под присягой, Каллен, и немедленно. Пока она может принести пользу делу, он готов сделать почти все, что она скажет. Но она должна как можно скорее дать ему желаемое. С учетом того, как все обернулось для нее в последнюю минуту, все последующие действия должны быть оперативными и слаженными, чтобы Бенджамину удалось удачно это провернуть. Официальное предъявление обвинения тебе, а также Джеймсу и Кейт назначено на десять утра. Обвинительное заключение в отношении Пенна по делу об убийстве семьи Свон также готово, но оно не имеет юридической силы без предварительных показаний Изабеллы, данных под присягой. Телефонный звонок в Службу Федеральных Маршалов (п.п.: в оригинале – the US Marshals Office -подразделение Министерства юстиции США, старейшее федеральное правоохранительное агентство США) уже сделан, и их представитель программы по защите свидетелей приедет, чтобы наблюдать за процессом, сегодня в девять утра.

 

- Программа по защите свидетелей?

 

Но, даже задавая свой вопрос, я уже знаю, в чем дело.

 

- Неприкосновенность и защита для Изабеллы. Именно это мы и обсуждали, Каллен.

 

У меня словно комок в горле образовался.

 

- Защита свидетеля. Она должна будет сменить место жительства, имя, свою личность, забыть всех, кого знала...

 

Мне хорошо известна суть этого процесса, но я никогда не позволял себе задумываться о том, что именно это означает. Когда механизм запущен, даже агенты, работающие над заданием, не посвящаются в детали – куда отправляется свидетель, кем он становится.

 

Как только это задание будет завершено, я больше никогда не увижу Беллу.

 

- Мы договорились об этом, Каллен, - снова напоминает мне Уитлок, как будто я забыл. – Ей не будут предъявлять обвинения в воровстве или отмывании денег, и ей не придется переживать по поводу мести со стороны Джеймса или кого-либо из его окружения. Один из агентов Федеральных Маршалов возглавит ее дело, как только она попадет под программу по защите свидетелей, и лишь ему одному будет известно ее новое имя. Но прежде чем получить эту защиту, она должна дать нам полное детальное описание событий той ночи, когда погибли ее родители, должна быть готовой дать показания, когда дело дойдет до суда, вернуть деньги, снятые со счетов на Каймановых островах за последние двенадцать часов, и, конечно же, предоставить нам имена всех участников, замешанных в краже и отмывании денег.

 

Ком в горле стал еще больше, потому что до меня наконец дошло, что в своей отчаянной спешке защитить Беллу я не продумал все до конца, а должен был бы это сделать.

 

И хотя мне еще не ясно, что за отношения связывают Беллу и Джейкоба Блэка, но мне с трудом верится, что она, пытаясь спасти саму себя, сдаст его федералам.

 

К тому же, после сегодняшних мега проколов, я более чем уверен, что не смогу больше на нее повлиять.

Я с трудом сглатываю.

 

- Что если она не выполнит одно из условий?

 

Уитлок поджимает губы.

 

- Либо все, либо ничего, Каллен, - осторожно произносит он. – Если она не выполнит свою часть сделки, все отменяется, и против нее будут выдвинуты обвинения.

 

Мои ноздри снова раздуваются.

 

- Но...

 

- Помни, что я говорил, Эдвард, - Уитлок прерывает меня. – Безопасность Беллы не является главным приоритетом для Бенджамина. Ему нужны ее показания до того, как ты и твоя команда появитесь утром в суде, и есть вещи, касательно которых он ни за что и ни при каких условиях не пойдет на компромисс.

 

Я закрываю глаза ладонями и, прежде чем выдохнуть, набираю полные легкие воздуха.

 

- Я сомневаюсь, что она выдаст его, - я снова вздыхаю и качаю головой, все еще прикрывая глаза руками. – Блэк, - объясняю я. – Я не думаю, что она сдаст его нам.

 

Я чувствую руку Уитлока на своем плече.

 

- У тебя есть время до девяти утра, чтобы убедить ее. Продолжай в том же духе, Каллен, и, возможно, ты сможешь что-нибудь придумать.

 

Я долго смотрю на него, прежде чем кивнуть, хотя даже представить себе не могу, что можно предпринять на столь поздней стадии игры.

 

῀῀῀*῀῀῀*῀῀῀*῀῀῀

 

Увидев, как я приближаюсь, Эммет хихикает.

 

- Ты бы лед, что ли, приложил, - смеется он, вздергивая подбородок в направлении моего глаза. – Объясни-ка мне еще раз, как такая миниатюрная особа умудрилась поставить тебе фингал.

 

Эммет обожает слушать историю о превращении Беллы в Чака Норриса.

 

- У этой миниатюрной особы рефлексы кошки.

 

- Видать, отсюда и прозвище, которое ты ей дал – Девушка-Кошка. Хотя мне больше нравится Птичка-Лебедь, ведь она грациозна, словно лебедь, и все такое. К тому же, это ее фамилия (п.п. Bella Swan – «swan» – в переводе с английского – «лебедь»).

 

Вот за это я и люблю Эммета. Он может развеселить меня в любой, даже самой, казалось бы, безнадежной ситуации.

 

Он хмыкает.

 

- Послушай, чувак, ты только представь, что все могло бы сложиться намного хуже, - напоминает он. – А хотя, нет, не надо.

 

На моем лице появляется ухмылка.

 

- Локоть, - снова повторяю я, глубоко вздыхая. – А лед я приберегу для своих яиц. Им он необходим больше, чем моему глазу.

 

Эммет громко хохочет.

 

- Умничка, наш человек!

 

- Так что сказал доктор?

 

Его смех мгновенно стихает, и на его лице появляется серьезное выражение.

 

- Ничего не сломано. У нее пара синяков в области ребер, поэтому нужно будет принимать противовоспалительные препараты, легкое растяжение правой лодыжки, которое должно пройти через пару-тройку недель, ну и несколько шишек и синяков, которые сойдут довольно быстро. Поверь мне, она в лучшей форме, чем агенты Ривер, Стюарт и Джонсон, - смеется он. – Этим несчастным еще несколько месяцев придется в гипсе ходить.

 

Я опускаю голову и хватаюсь за переносицу, крепко закрывая глаза. Перечень повреждений, которые получила Белла, эхом отзывается в моей голове, и меня передергивает.

 

- Господи, клянусь, Розали лучше не приближаться ко мне.

 

- Ты не можешь во всем винить Розали, - говорит Эммет.

 

Я быстро поднимаю глаза.

 

- А кого же, по-твоему, я должен винить?

 

Эммет скрещивает на груди руки.

 

- Ну, начнем с того, что Беллы вообще бы могло не оказаться сегодня в доме Джеймса, если бы ты буквально не прогнал ее в ту ночь, когда она к тебе пришла.

 

Я яростно смотрю на него, но не вижу смысла ему перечить. Он прав.

 

Выражение на лице Эммета смягчается.

 

- Послушай, я не говорю, что ты должен всю вину возложить на себя. Что сделано, то сделано. Ход событий повернулся именно так, как повернулся, но, по крайней мере, сейчас она здесь, и с ней все в порядке, за исключением нескольких ушибов ребер. Принимая во внимание, во что она ввязалась, все могло закончиться намного хуже. И... я знаю, что ты зол на сестру, и я тебя понимаю, но попробуй взглянуть на ситуацию с ее точки зрения.

 

- С точки зрения хладнокровной эгоистической сучки? - с мрачным видом произношу я.

 

- Нет, - спокойно отвечает он. – С точки зрения федерального агента, который выполняет свою работу, и который совершенно не знаком с потенциальной подозреваемой, помимо официального документа, который относит ее - не без оснований, должен заметить - к списку воров и лиц, занимающихся отмыванием денег. И, - подчеркивает он, - чей брат, как оказывается, готов пожертвовать делом, над которым она работала последние два года, ради защиты вышеуказанной подозреваемой.

 

Я уже было открыл рот, чтобы возразить, когда Эммет продолжил:

 

- Неужели ты действительно думаешь, что будь все наоборот, и если бы Роуз ни с того ни с сего поставила бы под удар все, над чем ты работал долгое время, из-за вора, о котором тебе ничего не известно, ты бы не поступил точно так же?

 

И снова я не нахожу, чем ему возразить.

 

- Все, что я хочу сказать, - говорит Эммет, положа руку мне на плечо, - когда встретишь сестру, попытайся не убить ее.

 

- Попробую, - усмехаюсь я.

 

Он ухмыляется.

 

- Вот и отлично, потому что лично я считаю, что она - горячая штучка, непокорная и все такое. В общем-то, я даже готов взяться за ее воспитание, что бы она стала... послушней, если ты понимаешь, о чем я, – он приподнимает брови.

 

- Уф, - гримасничаю я, - Да уж, удачи. Думаю, в таком случае лед я приберегу для тебя.

 

Он громко смеется.

 

Я перевожу взгляд на дверь, которую Эммет охранял последнюю пару часов. И в которую никому, помимо доктора, Элис и новоиспеченного преподавателя послушания не разрешается входить.

 

- Спасибо, что делаешь это, Эм. Я знаю, что это не входит в твои обязанности.

 

- Без проблем, чувак, – говорит он и потирает затылок. – Я слышал, утром придет Федеральный Маршал, чтобы взять показания у Птички-Лебедя перед официальным предъявлением обвинения Пенну.

 

Я киваю.

 

- А затем... она попадет под программу по защите свидетелей (п.п.: далее ПЗС), – он умолкает.

 

Я снова киваю. Эммет делает то же самое, глядя на меня. Кажется, он хочет что-то добавить, но у меня нет ни малейшего желания вдаваться в подробности; я не хочу думать о том, что влечет за собой ПЗС, потому что из-за этого все мои внутренности так сильно сжимаются, что иногда становится тяжело дышать. Поэтому я делаю глубокий вдох, поворачиваюсь и стучу в дверь, в которую я, до того как приехать сюда, одновременно и страстно желал войти и до смерти боялся это сделать.

 

- Войдите, - я узнаю мягкий голос Элис.

 

Войдя, я нахожу ее взглядом.

 

Она лежит на диагностическом столе, развернутом боком к двери. Первое, что я замечаю – на ней больше нет порванного платья. Когда ее увозили с того переулка, оно больше походило на лохмотья. Ее одели в темные спортивные штаны, в которых она почему-то выглядит еще моложе. Низ штанов подвернут так, что на ее ногах видны бинты. На правой – мягкие повязки. Когда она оборачивается посмотреть, кто вошел, ее глубокие карие глаза встречаются с моими, и что-то в них мелькает, но мой взгляд мгновенно перемещается на распухшую верхнюю губу, где ранее приземлился кулак агента Ривера. От одного ее вида – раненой и в бинтах – по телу проходит болезненный спазм. И интенсивность этой боли гораздо сильнее, чем та, которую бы я ощущал, если бы сам получил все эти повреждения. И все мысли о том, что меня замучают угрызения совести из-за травм, нанесенных мной моим коллегам, вмиг растворяются в воздухе.

 

Когда я наконец нахожу в себе силы снова встретиться с ней взглядом, в ее глазах не остается ни намека на какие-либо эмоции.

 

В них та же пустота, как и на крыше. Она отворачивается от меня, уставившись в стену.

 

- Белл… Изабелла, - исправляюсь я, вспомнив, что она просила не называть ее Беллой, - как ты себя чувствуешь? – спрашиваю я.

 

Дурацкий вопрос, и я осознаю это секунды через две, но она все равно не отвечает мне. Вместо нее отвечает Элис.

 

- Доктор хорошенько ее перебинтовал, - произносит она оживленным голосом, тем не менее звучащим натянуто. – Слава богу, переломов нет. Он только что вышел за болеутоляющими... чтобы ей лучше спалось.

 

Затем она быстро отводит взгляд, и у меня мгновенно появляется отчетливое чувство, что Элис что-то скрывает. Я хмурюсь, но сейчас все мое внимание приковано лишь к Белле, и я поворачиваюсь к ней.

 

На протяжении пяти минут я просто стою и смотрю на Беллу. А она смотрит в стену, совершенно не двигаясь, только ее грудь равномерно вздымается и опускается в такт ее дыханию. Я еле сдерживаюсь, чтобы не преодолеть это небольшое расстояние между нами и не заключить ее в свои объятия; чтобы просто обнять и держать ее в своих руках.

 

Но я не делаю этого.

 

Потому что она ранена, и я не хочу причинить ей боль.

 

А еще потому, что, как бы ни были крепки наши объятия в доме Джеймса, как бы отчетливо я до сих пор ни ощущал ее руки в своих волосах, или как бы явственно ни чувствовал ее, отчаянно цепляющуюся за меня на крыше того склада...

 

... в данный момент она не нуждается во мне.

 

В конце концов, я откашливаюсь.

 

- Элис, ты ... не могла бы оставить нас на минутку?

 

Элис настороженно смотрит на меня, прежде чем взглянуть на Беллу, пытаясь уловить ее реакцию. Но никакой реакции не следует. Она сидит, уставившись в стену. Элис вздыхает.

 

- Белла, я буду за дверью, хорошо? – мягко произносит она.

 

На этот раз Белла пожимает плечами.

 

Когда Элис выходит, я медленно, на словно налитых свинцом ногах, направляюсь к диагностическому столу. Чем ближе я подхожу, тем легче мне улавливать ее запах, все еще сладкий и пьянящий, несмотря на сумасшедшую ночь, и это снова все, что я могу сделать, чтобы не броситься к ней. Но мне все-таки удается двигаться медленно и размеренно. Когда я нахожусь почти у стола, потребность прикоснуться к ней становится настолько непреодолимой, что я незаметно для себя поднимаю руку. Вместо этого я сминаю в кулак простыню.

 

Я делаю глубокий вдох и с трудом сглатываю. То, что я хочу ей сказать, само по себе непросто, и в разы труднее, когда женщина, с которой хочешь поговорить, делает вид, что тебя попросту не существует. Но я должен рассказать ей правду, ведь, какой бы горькой она не была, станет хуже, если я ее скрою.

 

- Я хочу рассказать тебе... Я должен... То есть, ты должна знать, что я не хотел, чтобы все так обернулось, Белл… Изабелла.

 

Совершенно никакой реакции на мои слова, только ее тяжелое, но ровное дыхание.

 

- Я никогда не хотел, чтобы ты пострадала, Изабелла. Каким бы то ни было образом. Никогда.

 

Ничего.

 

- Я лгал тебе, Изабелла, это так, но только потому, что должен был. Потому, что это моя работа. Не потому, что я этого хотел. Не по причине, что ты была всего лишь заданием. Ты всегда была намного большим, чем...

 

Как же трудно разговаривать с тем, кто, кажется, тебя совершенно не слушает. Я внимательно изучаю профиль ее лица, такого прекрасного и привлекательного, несмотря даже на опухшую губу и синяки. Я хочу целовать и ласкать их, провести пальцем по ее раздувшейся губе, нежно коснуться ее своими губами и сказать, что пока я живу и дышу, никто и никогда больше не обидит ее.

 

- Но не все, как тебе кажется, было ложью, Изабелла. То, что я чувствовал, то, что чувствую... все это правда.

 

Я слышу ее прерывистое дыхание, так дышит человек, который вот-вот готов заплакать, и хотя даже мысль об этом причиняет мне боль, часть меня чувствует облегчение, поскольку Белла, по крайней мере, слышит меня и проявляет хоть какие-то эмоции. Ведь с момента моего прихода она стойко демонстрировала отсутствие любых чувств, и это начало меня пугать. Человек может так долго пребывать в таком состоянии, только находясь на грани нервного срыва.

 

Она медленно поворачивает голову, и наши взгляды встречаются.

 

И выражение ее глаз такое, что на него больно смотреть.

 

Сочетание сильнейшей боли вперемешку с тяжелой грустью и глубоким разочарованием. Я могу только представлять, насколько мучительней все это переживать, чем видеть. Ее глаза сухи, ни намека на влагу, но она как будто пытается мне что-то сказать, облегчить душу, и как сильно она не пыталась бы, у нее не получается.

 

Она тихонько хныкает, и вдруг во всех ее чертах читается поражение. Когда она сминает руками простыни по обе стороны от себя, на ее запястье звенит браслет. Она закрывает глаза и снова отворачивает голову, но на этот раз я не могу удержаться. Я протягиваю руку и нежно беру ее за подбородок, поворачивая ее лицо обратно к себе. Она сопротивляется, но я крепко держу ее.

 

- Прошу тебя, Изабелла, не закрывайся сейчас от меня. Я знаю, что тебе больно, и что я частично являюсь тому причиной. Но позволь остаться с тобой... на столько, на сколько я смогу... на столько, на сколько ты того пожелаешь.

 

Ведь я уже понимаю, что если остался хоть малейший шанс того, что она захочет, чтобы я находился рядом, я отправлюсь за ней куда угодно.

 

Она тяжело дышит, не открывая глаз.

 

- Все, что я хочу больше всего, это защитить тебя. Это моя главная задача, клянусь. Не это проклятое дело. Мой главный приоритет – это ты. Ты - моя цель. Помнишь, я говорил тебе об этом? – я говорю с ней открыто, потому что устал играть в эти игры. – Это никогда не было ложью. С самого первого дня это было правдой. Даже если ты не веришь ни единому моему слову, прошу, поверь в это.

 

Я жду. Держа ее за подбородок, я жду, когда она откроет глаза. Я бережно провожу пальцем по ее щеке, нежно поглаживая ее лицо, в надежде, что она откроет глаза. Ведь я уверен, что если она посмотрит на меня, всего лишь посмотрит мне в глаза, то увидит правду. И хотя она уже не пытается высвободиться, время идет, а ее глаза все так же закрыты.

 

Как бы мне не хотелось остаться здесь и выждать, я понимаю, что время неумолимо уходит.

 

Бенджамину необходимы показания. Представитель ПЗС будет здесь менее чем через девять часов, и если он не получит от Беллы желаемого, она может распрощаться со свободой и защитой.

 

Безопасность Беллы превыше всего.

 

Я глубоко вздыхаю и отвожу руку. Как только я делаю это, она снова отворачивается от меня. Горький комок опять подбирается к горлу.

 

Я откашливаюсь.

 

- Не знаю, как много тебе рассказала Элис, но я кратко изложу тебе суть дела, и ты сможешь задать мне любые вопросы, если они появятся. Я обещаю на них ответить.

 

После долгого молчания я продолжаю.

 

- Нам известно, что Джеймс, Кейт и Лоран, а также трое членов Horizon Pharmaceuticals испытывали неисследованные и несертифицированные препараты на пациентах Джеймса. Трое из этих пациентов умерли, – я останавливаюсь и жду, когда она что-то скажет, но она продолжает молчать.

 

Я с трудом сглатываю.

 

- Что касается твоего папы, детектива Чарльза Свона...- она тихо вздыхает и напрягается. Господи, как же я хочу, чтобы это не мне выпала доля обсуждать с ней подобные вещи. Но я должен, – он был хорошим другом одного из потерпевших – Гарри Клируотера. Мы предполагаем, - медленно и осторожно продолжаю я, - что после смерти Гарри, Чарльз каким-то образом узнал о происходящем в больнице и начал неофициальное расследование, – она сохраняет молчание и полное спокойствие. – Также мы предполагаем, что доктор Джеймс Пенн причастен к автомобильной аварии, в которой погибли твои родители и, предположительно, ты сама, четыре года назад.

 

Она со всей силой сжимает глаза, ее кулаки так сильно впиваются в простыню, что создается впечатление, что все ее тело дрожит. Ее дыхание становится более отчетливым, и я понимаю, что все это правда. Осознание своей правоты не приносит мне ни удовлетворения, ни облегчения, ведь оно причиняет ей боль. Как бы мне хотелось, чтобы все это происходило по-другому; поступательно, более осторожно. Но Бенджамину нужны эти долбанные показания, и я должен сделать все, чтобы обеспечить безопасность Беллы.

 

- Изабелла, - шепчу я, - нам нужна вся история целиком. Нам необходимо, чтобы ты дополнила недостающие детали событий той ночи.

 

Ее глаза все еще закрыты, а дыхание затруднено.

 

- Пожалуйста, Изабелла, - молю я. Мои руки подергиваются в непреодолимом порыве снова к ней прикоснуться. – Я хочу тебе помочь. Я хочу защитить тебя, но единственный способ это сделать – узнать, что именно произошло той ночью, чтобы мы могли навсегда упрятать Джеймса за решетку.

 

Она не поднимает глаз. Не отвечает.

 

- Изабелла, правительство согласилось снять с тебя обвинения в кражах и отмывании денег.

 

Никакой реакции, как будто ей совершенно все равно.

 

Прежде чем продолжить, я задерживаю дыхание.

 

- Тебе только нужно согласиться вернуть все деньги и дать показания на счет той ночи, а также... – я снова сглатываю, – предоставить полную информацию обо всех, кто причастен...

 

Я вижу, как ее глаза широко распахнулись от осознания того, что именно это значит.

 

- Изабелла, прошу тебя, они все равно найдут Джейкоба. Мы знаем, что он исчез вместе со своей семьей, но ФБР уже обыскали его дом. Это всего лишь вопрос времени...

 

Она снова поворачивает голову, и в этот раз ей нет необходимости произносить ни слова. Яростного и обвинительного взгляда достаточно, чтобы понять, что у нее на уме.

 

Она не выдаст его. Ни за что.

 

А я снова предал ее.

 

Что бы я ни делал, что бы ни говорил, она не поверит мне. Где-то я свернул не в том месте, и теперь не могу найти верный путь.

 

Раздается двойной стук в дверь, и она открывается. Это врач.

 

- Прошу прощения, агент Каллен, мне нужно закончить с Мисс Свон.

 

Я быстро киваю и поворачиваюсь к Белле.

 

- Изабелла, я знаю, ты сейчас мне не доверяешь, но я хочу помочь тебе, защитить, – шепчу я.

 

Но она снова отворачивается, и хотя я продолжаю стоять около нее еще несколько минут, понимая, что, стой я здесь хоть целую вечность, она не повернется ко мне. Для нее я – угроза Блэку, поэтому она не хочет иметь со мной ничего общего.

 

Я делаю глубокий вдох и выхожу.

 

Возле смотровой Беллы я встречаю Элис и Эммета.

 

- Ну, и? – встревожено спрашивает Элис. Очевидно, что Эммет посвятил ее в ситуацию с Бенджамином.

 

Я выдыхаю впервые с того момента, как оставил Беллу.

 

- Она не сдаст его.

 

Элис поджимает губы и кивает, тем самым давая понять, что именно это она и ожидала.

 

- Она и двух слов не сказала после того, как ее привезли сюда. Но вообще-то она кое чем интересовалась.

 

- И чем именно? – спрашиваю я, хотя что-то мне подсказывает, что ответ мне не понравится.

 

- Она спросила, не знаю ли я, как обстоят дела у Джейкоба.

 

- И что ты ей ответила?

 

Элис пожимает плечами:

 

- Правду. Что когда агент отправился на его поиски, его уже и след простыл. Она, казалось, почувствовала... облегчение.

 

Я помню это выражение облегчения на ее лице, когда в своей квартире я сказал ей, что Джеймсу и Кейт ничего не известно про Джейкоба.

 

Опустив голову, я потираю переносицу и глубоко вздыхаю.

 

- Что, черт возьми, мне теперь делать?

 

Ни одного ответа. Моя голова вот-вот взорвется.

 

Элис взволнованно кусает губу.

 

- Она так преданна ему.

 

Поначалу ее слова лишь усиливают напряжение, царящее вокруг. Но затем...

 

Я поднимаю глаза.

 

- Если бы ей все-таки удалось уйти раньше, - вслух размышляю я, - куда бы она направилась? Где был бы конечный пункт назначения?

 

Мы обмениваемся взглядами.

 

- Ла Пуш, - отвечает Элис. – Она бы отправилась в Ла Пуш, где...

 

- … где, скорее всего, Джейкоб ее и ждет, – завершаю я.

 

- Но агенты обыскали его дом и близлежащие территории. Ты думаешь, он все еще там? Прячется где-нибудь? Ждет ее? – спрашивает Эммет.

 

- И даже если это так, - прерывает его Элис, - приведя его сюда силой, ты ничего не добьешься от Изабеллы. Она попросту еще больше закроется в себе.

 

- Если только... – задумчиво произношу я. – МакКарти, не хочешь прокатиться?

 

- Ты же знаешь, я всегда - за, - отвечает он, скрещивая руки на своей огромной груди.

 

Элис смотрит на часы.

 

- Эдвард, Федеральный Маршал будет здесь через восемь с небольшим часов.

 

- Элис, постарайся потянуть время и приглядывай за Беллой, - хватая ее за плечи, торопливо произношу я, - и еще, я прошу тебя сделать мне огромную, большущую услугу.

 

Она с опаской смотрит на меня.

 

- Что еще за услуга?

 

῀῀῀*῀῀῀*῀῀῀*῀῀῀

 

Небольшой пляжный городок Ла Пуш расположен в трех часах езды от Сиэтла. Мы преодолеваем путь за два часа и пятнадцать минут. На улице все еще темно, когда мы приезжаем туда ранним утром.

 

У меня есть около шести часов, прежде чем представитель Службы Федеральных Маршалов прибудет, чтобы получить показания Беллы. Показания, которые она отказывается давать, о чем известно только Эммету, Джасперу, Элис и мне. Затем, чтобы продолжить играть роль Энтони Мейсена, часов через семь я должен буду предстать перед судом для официального предъявления обвинения мне, Джеймсу и Кейт, которые убеждены, что в данный момент меня, как и их самих, допрашивают в ФБР. Но без показаний Беллы станет невозможным получить обвинительное заключение против Джеймса по делу о предумышленном убийстве Чарльза и Рене Свон. А это значит – никакой неприкосновенности и защиты для Беллы.

 

Размышляя обо всем этом, я нервно провожу рукой по волосам, одновременно проходя с Эмметом мимо желтой ленты, которой огражден небольшой красный дом Блэка.

 

В доме уже провели обыск; так же несколько часов назад обыск был проведен и в доме Джеймса. Здесь уже никого нет. Все возможные улики собраны. Блэк знал, что за ним придут, поэтому все, кто, как нам известно, живут с ним – его отец Билли, 46 лет, Лия Клируотер, 23 года и Сэт Клируотер, 18 лет – тоже исчезли.

 

Тем не менее, мы с Эмметом быстро осматриваем дом, чтобы убедиться, что ничего не упустили.

 

Ничего.

 

Вообще-то, я и не ожидал найти то, что может привести меня к Блэку. То, на что я делаю ставку теперь, намного рискованней, но сейчас - это моя единственная надежда. К тому же, время на исходе.

 

Когда мы подъезжаем к пляжу, на улице все еще темно, хотя на горизонте над океаном виднеются яркие полосы бордового цвета. Несмотря на то, что солнце еще не взошло, несколько молодых парней сидят на пляже вокруг костра, как будто они всю ночь так и провели в разговорах о планах на будущее.

 

Я осознаю, что мое появление здесь может разрушить мое прикрытие, но племя Квиллетов никогда не отличалось особым доверием к федералам. Этот факт может сыграть либо мне на руку, либо против меня. Но, опять-таки, я должен рискнуть.

 

Мы закрываем дверцу нашего черного внедорожника и направляемся к группе из шести молодых парней-Квиллетов. Они с опаской поглядывают на нас, некоторые с открытой ненавистью.

 

- Может, стоило снять ФБРовские жилеты? – тихо произносит Эммет. – А хотя... нет, – передумывает он.

 

На моем лице появляется ухмылка.

 

- Мы – двое белых парней – на рассвете приперлись в резервацию коренных жителей Америки. Федералы всего несколько часов назад обыскали дом Блэка. Даже без жилетов, сдается мне, им не составит труда догадаться, что мы не продавцы пылесосов.

 

- Доброе утро, - говорю я, когда мы подходим поближе к парням. Ни единого ответа. Я подхожу к одному из них, стоящему впереди всех, за которым собрались все остальные.

 

- Я - специальный агент Эдвард Каллен, - протягивая значок, висящий у меня на шее, продолжаю я. – Это – мой напарник – агент МакКарти, – Эммет также показывает свой значок. – Мы хотели бы задать вам несколько вопросов.

 

- Мы уже ответили на все ваши вопросы, - как будто защищаясь, произносит лидер. – Нам больше нечего сказать вам подобным.

 

Я пристально смотрю на него. В его позе читается враждебность и беспокойство.

 

Несмотря на это, я продолжаю задавать основные вопросы: знает ли он, где Джейкоб и его семья, когда в последний раз он видел Джейкоба или кого-либо из его родственников. Неудивительно, что они ничего не знают, ничего не видели. Это каменная стена.

 

Но я предвидел это.

 

Лидер, Сэм Улей, с ухмылкой начинает поворачиваться ко мне спиной. Вместе со своей стаей последователей он собирается уходить.

 

- Белла у нас, - говорю я спокойным тоном.

 

Все они тут же замирают на месте. Сэм медленно поворачивается, его темные глаза наливаются ненавистью. Все остальные один за другим оборачиваются, и в их взглядах видна неприкрытая угроза.

 

- Ты уверен, что это хорошая идея? – тихо спрашивает Эммет.

 

- Сейчас узнаем, - шепчу я в ответ.

 

- Если нас до этого не прикончат, - бормочет Эммет.

 

- Изабелла Мари Свон, возраст – 21 год, рост – 163 см, природный цвет волос – каштановый, цвет глаз – карий, хотя в последнее время была замечена с волосами светлого оттенка и голубыми глазами, – продолжаю я.

 

- Белла погибла четыре года назад, - огрызается Сэм, его ноздри свирепо раздуваются. – В автомобильной катастрофе, вместе со своими родителями.

 

- Нет, не погибла, - уверенно отрицаю я. – Она жива, и вы прекрасно об этом знаете. Она жила здесь, прячась среди вас, на протяжении нескольких лет, – я слегка киваю. – И сейчас она у нас, в штаб квартире в Сиэтле.

 

Тишина. Волны плавно омывают линию берега, в то время как медленно гаснет костер. Позади нас издалека доносится волчий вой.

 

- Ты понятия не имеешь, что делаешь, - наконец шипит он.

 

- Уверен, что имею, - я пожимаю плечами. – Но у меня нет времени спорить с тобой. У меня есть послание для Джейкоба, и буду признателен, если оно будет доставлено ему в течение нескольких минут, потому что, как я уже сказал, у нас мало времени.

 

Я смотрю на часы. До приезда Федерального Маршала за показаниями Беллы осталось меньше пяти часов.

 

- Мы с моим напарником сможем пробыть здесь еще час, не более того. А затем нам необходимо будет вернуться в Сиэтл.

 

Я указываю пальцем на Сэма Улея:

 

- Ты, передай Джейкобу, что Белле нужна его помощь. И что если она ему дорога, он найдет меня до отъезда. Потому что, если он не появится... – я делаю резкую паузу, приходя в ярость от одной мысли о том, что Джейкоб попросту не придет. Что он либо уже уехал, либо же просто-напросто слишком труслив, чтобы показать свою рожу. - Если он не объявится, следующие пару десятилетий Белла проведет в федеральной тюрьме, – я опускаю палец и прячу руки, которые успели сжаться в кулаки, в карманы. – И если это произойдет, я лично разыщу его вместе с его семейкой и сделаю все, чтобы они точно так же долго гнили в какой-нибудь дыре.

 

Сэм угрюмо пялится на меня. Его широкая грудь тяжело вздымается, руки крепко сжаты в кулаки. Несколько молодых людей начинают двигаться в нашем направлении. Я кладу руку под жилет и сжимаю оружие.

 

- Нет, - твердо говорит Сэм, и они останавливаются. Но тот факт, что их всех до единого переполняет желание оторвать нам головы, является очевидным.

 

- Это все, что я хотел сказать, - заканчиваю я и ухожу. – Мы будем ждать его здесь, неподалеку.

 

На этом мы с Эмметом разворачиваемся и шагаем прочь с пляжа, вот только уверенность, с которой мы уходим, уж очень напускная.

 

῀῀῀*῀῀῀*῀῀῀*῀῀῀

 

Раннее утро, река Сол Дук тихо плещется, а месяц в сереющем небе играет серебристыми лучами на ее поверхности. Я склоняюсь на одно колено, поднимаю небольшой гладкий камень и бросаю его в реку, наблюдая за тем, как он несколько раз отскакивает от поверхности, прежде чем исчезнуть в прохладных глубинах речной воды.

 

Я думаю о том, как Белле удалось выбраться.

 

Эммет стоит позади меня, смотрит, ждет.

 

- Уже пятый час пошел, - тихо говорит он.

 

Я киваю, вглядываясь в густой зеленый лес перед собой.

 

- Что будем делать?

 

- Ждать.

 

Он молчит пару минут.

 

- Я пойду отолью.

 

То самое место, где автомобиль семьи Свон упал в реку, всего в часе езды отсюда. Агенты уже прочесали территорию, хотя маловероятно, что четыре года спустя найдутся какие-либо улики. Я сам собираюсь съездить туда в ближайшие дни, но не сейчас.

 

Сильная смуглая рука хватает меня сзади, сжимая мою шею в тиски. Я пытаюсь сделать вдох, но дыхательные пути перекрыты. Инстинктивно я цепляюсь за руку, пытаясь высвободиться. Но он приподнимает меня, и мои ноги поскальзываются на влажной поверхности.

 

- Где она? – резко шипит он мне на ухо, пока я, задыхаясь, изо всех сил борюсь за последний возможный глоток воздуха. – Где Белла? – в отчаянии кричит он.

 

Наконец я вспоминаю, что нужно побороть инстинкт, который срабатывает при нехватке воздуха. Я отпускаю его руку и наношу сильный удар ему в живот.

 

- Уфф! – он отпускает меня и подается назад. Я жадно вдыхаю и оборачиваюсь, упираясь взглядом прямо в разъяренные черные глаза Джейкоба Блэка.

 

Он снова идет в атаку, и я уклоняюсь, прежде чем нанести удар ему. Удар приходится прямиком в челюсть, и он снова подается назад.

 

- Где Белла? – громко кричит он. – Что ты с ней сделал?

 

Он неистово бросается на меня головой вперед. Мне не удается удержаться на ногах, и мы оба падаем. Он наносит мне удары в бок, я пинаю его в пах, хватая за голову и переворачивая нас так, что я оказываюсь верхом на нем. Я хватаю его за руки, чтобы удерживать их, пока он изо всех сил оказывает мне сопротивление.

 

- Послушай меня, Блэк! – говорю я.

 

Кажется, он наконец-то разглядел меня как следует, поскольку его глаза расширяются и от ярости становятся еще темнее.

 

- Ты не агент ФБР, - в ужасе рычит он. – Ты – Мейсен! – высвобождает руку и бьет меня в живот, сбрасывая с себя. Внезапно он снова оказывается на мне, и его огромная рука опять обвивается вокруг моей шеи.

 

- Где она, ублюдок? – взвывает он. – ГДЕ ОНА?!

 

Я наношу ему удары в бок, но тиски вокруг моей шеи не ослабевают. Сукин сын силен, как бык, и на секунду мне кажется, что живым я отсюда могу и не выбраться. Но перед глазами всплывает лицо Беллы и, хочет она того или нет, я должен пройти через это, чтобы вытащить ее из той передряги, в которую она попала не без моей помощи.

 

Я бью Блэка в лицо, что всего на долю секунды заставляет его ослабить захват вокруг моей шеи, но этого вполне достаточно, чтобы я смог ухватить его за руки, разомкнуть их и оттолкнуть его настолько далеко, чтобы я успел поднять ногу и пнуть его в живот. Он падает и как только начинает подниматься, я слышу, как позади меня взводят курок.

 

- Джейкоб Блэк, поднять руки вверх, немедленно, - резко приказывает Эммет.

 

Джейкоб в бешенстве пялится на Эммета, и я вижу в его глазах, как он просчитывает свои шансы на успех. Инстинкт самосохранения, должно быть, берет верх, так как он не двигается с места.

 

Я наклоняюсь вперед, опираясь руками о свои ноги, чтобы секунд пять отдышаться, так как в данный момент на большее нет времени.

 

Взглянув на Джейкоба, я замечаю, что от ненависти его бросает в дрожь.

 

- Ты не агент ФБР, - снова шипит он.

 

- Это не так, я – из ФБР, - отвечаю я.

 

- Чертов лжец! – выпаливает он. – Ты – Энтони Мейсен! Она доверяла тебе, а ты... ЧТО ТЫ С НЕЙ СДЕЛАЛ? – требует он.

 

- Послушай меня, Джейкоб, - быстро начинаю я, поскольку у нас совсем мало времени, и я не могу позволить себе такую роскошь, как вдаваться в длительные разъяснения. – То, что я тебе сейчас расскажу, может уничтожить меня, если информация дойдет не до того человека, но у меня нет времени на все эти игры. Я - НЕ ЭНТОНИ МЕЙСЕН, – выразительно говорю я. – Меня зовут Эдвард Каллен. Я – агент ФБР, последние пару лет работал под прикрытием, чтобы собрать информацию о нелегальных операциях доктора Джеймса Пенна и некоторых членов его команды.

 

В глазах Джейкоба отчетливо виднеется недоверие.

 

- Я повстречал Беллу, будучи под прикрытием, и смог рассказать ей правду только несколько часов тому назад.

 

- Что ты наделал? – он рычит сквозь зубы. – Ты арестовал ее? – с недоверием кричит он. – Она доверяла тебе, ублюдок!

 

- Я не арестовывал ее! – отчаянно восклицаю я. – Послушай, да, она под охраной ФБР, но она не под арестом. Моему начальству нужна от нее информация. Информация, которая, скорее всего, засадит Джеймса за решетку до конца его дней, а взамен она получит неприкосновенность и защиту, но она отказывается ее предоставить.

 

Он с подозрением смотрит на меня, в глазах светится недоверие. Я делаю глубокий вдох и медленно выдыхаю.

 

- Я знаю, что ты должен защищать свою семью, Джейкоб. Я это понимаю. Но она готова сгнить в тюрьме, покрывая тебя, и этого я допустить не могу, – я снова делаю паузу и мысленно молюсь, чтобы Элис удалось воспользоваться своими чарами, потому что я до сих пор ничего от нее не слышал. – Мы можем так же предоставить неприкосновенность и защиту тебе и твоей семье, но тебе необходимо сейчас же вернуться с нами в штаб квартиру, – настаиваю я. – Нет времени обдумывать это или взвешивать все «за» и «против».

 

Он смотрит на меня, явно не веря ни единому моему слову.

 

- Черт тебя дери! – кричу я. – Я знаю, ты не веришь мне, когда я говорю, что я - Каллен, а не Мейсен, но сейчас жизнь Беллы в твоих долбанных руках! Она готова пожертвовать собой ради тебя! Неужели ты не хочешь хотя бы попытаться ее спасти?

 

 

 


Перевод: Jules
Редакция: Maria77, mened
Дизайнер: Дашулич

 

 



Источник: http://robsten.ru/forum/49-1493-66
Категория: Переводы фанфиков 18+ | Добавил: Maria77 (06.10.2013)
Просмотров: 1627 | Комментарии: 34 | Рейтинг: 5.0/53
Всего комментариев: 341 2 3 4 »
0
34  
  Надеюсь Эду удастся убедить Джейка и они смогут спасти Беллу от ареста

0
33  
  по-киношному всё складывается

32  
  Я БЫ ТОЖЕ НЕ ПОВЕРИЛА cray

31  
  Спасибо за главу....

good lovi06032

30  
  Всё так запутанно...
Надеюсь Джейк сможет помочь Белке...
Спасибо большое за главу good good good good

29  
  Господи, какое напряжение!!! good 12

28  
  спасибо за главу!  hang1

27  
  как же все запуталось
спасибо good

26  
  Как всё сложно в коридорах правосудия!
Не превратились бы они в тупиковые лабиринты!
Спасибо за главу!
Как всегда - на одном дыхании!

25  
  4 4 4

1-10 11-20 21-30 31-34
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]