Фанфики
Главная » Статьи » Собственные произведения

Уважаемый Читатель! Материалы, обозначенные рейтингом 18+, предназначены для чтения исключительно совершеннолетними пользователями. Обращайте внимание на категорию материала, указанную в верхнем левом углу страницы.


Амиру. Глава 9

Глава 9

Соня

Соня, откинув козырек машины, быстрым движением руки красит губы. У неё не возникает желания посмотреть на себя в зеркало внимательней.

Музыка выводит Соню из задумчивости, проскакивает каленым железом по позвоночнику, и она быстро меняет канал: «Отлично – Новый год к нам мчится». Пьяная снегурочка. Позитивно. Веселость и позитивность Софьи – её жизненное кредо. Кредо, изготовленное из легированной стали.

У Софьи все было хорошо. «Перемелется – мука будет» Перемололось.

Её жизнь была размеренной, правильной, с четкими акцентами, с выверенными приоритетами.

Её карьера была успешной, она не достигла невероятных успехов, но они и не были нужны Соне, она не была карьеристкой, её продвигали по службе без её инициативы. Она была сосредоточенной, внимательной, быстро принимала решения И Соня была стрессоустойчивой – незаменимое достоинство для сферы её деятельности.

Лида училась в одной из лучших школ, так называемых «сильных». Она была на редкость собранной девочкой: дополнительные занятия по трем языкам с носителями, занятия в художественной школе, спорт – все давалось Лиде без особых усилий. Знала ли эта девочка отказ хоть в чем-нибудь?

Только вот упряма она была сверх всякой меры, но родители научились обходить её упрямство с виртуозностью факира. Лида не болела. У Лиды были зеленые глаза, чем она была недовольна, голубые - красивей - печалилась Лида. Или серые. Соня была согласна – серые красивей, но на Лидины заявления лишь смеялась, обнимая дочку.

Макс…

Макс всегда был рядом, он был заботливым, по настоящему заботливым, он знал нужды Сони, знал её болезни, знал, когда она уставала. И он любил Лиду, невероятно любил, Лида была основой существования Макса и Сони.

Он пристроил к дому бабушки Сони на берегу Ладоги ужасающий второй этаж, потому что Лиде хотелось комнату на втором этаже. «Росси умер бы от инсульта, увидев этот дом», - смеялась Соня. Они проводили в этом доме почти все лето. Макс купил себе катер, эхолот и раз в неделю с улыбкой древнего человека, забившего мамонта, затаскивал на веранду ящик с рыбой. «Чисти, жена!» Соня хотела утопить в этом ящике Макса.

По выходным пространство перед домом заполняли машины, большие и маленькие, чаще большие - нелепые внедорожники, убитые в пробегах. «Чем круче жип, тем дальше идти за трактором», - позитивно. У Макса были отличные друзья. По выходным старый дом с уродливым вторым этажом заполнялся смехом, музыкой, запахами еды, детским смехом…

- Мам, станцуйте с папой, - улыбается.

Было ли что-то, в чем эта девочка знала отказа?

Тумба Румба

Кукарача

Золотое Серебро

Руки Сони взлетают в такт музыки. Ноги Сони двигаются, попадая в ритм. Софья – позитивный человечек. Позитивность Софьи – её жизненное кредо. Кредо, изготовленное из легированной стали.

Когда-то Софи учили танцевать в квартире на Васильевском острове, теперь Софья с успехом пользовалась этим умением. Ничто не даётся просто так – умение танцевать пригодилось Софье… Она много танцевала, но никогда под музыку. Музыка – каленым железом по позвоночнику.

Макс …Макс определенно был «хорошим папой», но он выучил несколько движений, пару поддержек и, позволяя Соне вести, сам пританцовывал рядом, любуясь своей женой – красивой, умной, по девичьи гибкой.

Попав, наконец, домой, в квартиру, которую они совсем недавно купили, сделали хороший ремонт, как водится, чуть не убив друг друга во время поклейки обоев, и перевезли сюда маму Сони, Соня медленно прошла на кухню. Никого нет. Тихо. Тишина. Как в аквариуме, сквозь толщу воды не слышны звуки внешнего мира.

В аквариуме жила золотая рыбка – Лида.

В аквариуме жил Макс…

Макс был рядом… Именно Макс, заметив венки на ногах Сони, стал настаивать на удобной обуви на плоской подошве. Именно Макс настоял на покупке машины, в которой Соня стояла в многочасовых пробках. Машина была хорошая, безопасная, с каким-то загадочным функционалом, который Соня даже не потрудилась узнать. Машина была дорогой, дороже, чем они могли себе позволить, чем логичней было себе позволить для второй машины. Но Макс купил её. Именно Макс держал Соню крепко, говорил: «Прыгай, я поймаю», - и ловил, всегда ловил на сложных восхождениях.

У Макса была женщина. Соня точно знала, что была, это читалось так очевидно, в лучших традициях женских журналов.

Макс заслуживал Любви. Если бы он захотел уйти, Соня была бы за него рада. Любой заслуживал Любви. Судя по всему, он не хотел никуда не уходить, да и кто захочет. Половина жизни прожита, пройдена, протопана в удобных «Коламбия», в сложных походах - держа, ловя, заботясь. Жена – удобные тапочки, Соня – удобные «Коламбия»

«Все же на мое изготовление требуются высокие технологии», - с усмешкой. Софья – позитивный человечек.

У Макса была женщина. «Ну и кто в этом виноват», - ухмыльнулась Соня. Много лет игнорировать мужа, еще удивительно, что женщина появилась только сейчас. Или все же не сейчас? Соне было без разницы.

Никого нет. Тишина сквозь толщу воды.

Только щенок спаниеля крутился под ногами. Где были мозги Сони, когда она согласилась на него? Знала ли эта девочка хоть в чем-нибудь отказа?

На этот кошмар с мягкими рыжими ушами… Уши мягкие, классные уши, ими хотелось укрыться, хотелось себе парочку таких ушей, чтобы закрыться с головой и никого не видеть, не думать, просто повиснуть в воздухе, укрывшись мягкими ушами…

Музыка.

Каленым железом по позвоночнику.

Она выбрала Макса. Будто у неё был выбор, будто у неё оставалась хотя бы видимость выбора… Она приняла решение, будто она могла принять другое решение…

И теперь она живет с этим решением, живет каждый день и: «Неплохо живет, в общем-то», - подмигивает себе в зеркало Софья. Позитивность Софьи – её жизненное кредо. Кредо, изготовленное из легированной стали.

У Амира дочка. У дочки не зеленые глаза. Не Сонины.

Когда стало известно, что Назира ждет ребенка, Соня предпочла уйти из жизни Амира.

Если бы он не произнес тогда это «разведусь», если бы он не говорил о еще не рожденном, даже не зачатом ребенке так, что Соня на призрачную минуту поверила в эту возможность, может, Соня приняла бы другое решение, может, она так бы и осталась на краешке его жизни, его сознания. Но яд от «разведусь» уже разлился по венам, проник в сердце, в голову, пульсировал синей венкой на виске. Соня поняла, что хочет всё. Ей нужен был Амир - целиком, куском, весь. Она так и не сказала этого Амиру…

Она ненавидела эту девочку, так сильно ненавидела, что боялась этой ненависти. Мысли материальны - нельзя ненавидеть ребенка. Грешно, во всех религиях. Невозможно. Соня не могла ненавидеть ребенка. Ребенка, который отобрал у неё Амира. Об этом даже думать страшно, не то, что говорить… Соня ненавидела эту девочку.

- Соня, Соня… Это девочка.

- Хм, ребенок, как… как… ре-бе-нок.

- Не думаешь же ты, что мы… с Назирой… ты не можешь так думать, Соня.

- Ты прав, не думаю. О чем Я думала? О чем Ты думал?

- Мы можем оставить всё, как есть. Соня, ты нужна мне.

- Катись ко всем своим татарским чертям!

И она бросила трубку. И он больше не звонил. Никогда. Она не слышала о нем. Ничего. Она перестала общаться с Рафидой. Она стала уделять внимание Максу, внимание, к которому он не привык, у Макса была женщина.

Жизнь текла, бежала. Время - тягучая субстанция, сейчас оно свернулось, и было совсем не похоже, что оно собирается выстрелить. Жизнь Сони - размеренная, с правильно расставленными приоритетами.

В жизнь пришел интернет, сначала медленно, с неохотой, потом все стремительней и стремительней, заполняя собой пространство. Пространство поделилось на виртуальное и реальное. Виртуальное пространство заполонили социальные сети. Мама Сони освоила это пространство, правда, у неё не получалось то одно, то другое. И Соня или Лида ни по одному разу в день настраивали ей «Одноклассники» или «В контакте» или еще какую-нибудь сеть, где мама с радостью регистрировалась. Она напоминала ребенка с новой игрушкой, капризного ребенка. С появлением интернета у мамы в жизнь Сони вернулся Амир…

Фотографии.

В друзьях у мамы были родители Амира, люди, которые не помнили друг о друге десятилетия, люди, которых связывал Ваня, но они предпочитали не говорить об этом, вдруг стали общаться так, словно всю жизнь были лучшими друзьями.

- Соня, смотри, Гульнара фотографии выложила! Смотри, смотри, сейчас смотри!

Соня вздыхала, Соня смотрела. Три мальчика и девочка. Девочка… От этих бесконечных напоминаний было больно.

Но и к этому можно привыкнуть, в конце концов, это просто фотографии. Что меняется оттого, что иногда она смотрит, можно пропускать мимо глаз, можно не думать, в итоге, есть эти фотографии или нет – это не меняло того, что Амир на другом континенте. Очень тяжело, когда твой мужчина на другом континенте. Очень тяжело, когда этот мужчина не твой.

Соня приехала домой раньше, у Лиды были соревнования. Соня всегда присутствовала на всех мероприятиях с Лидой, не могла не присутствовать. Теперь она пыталась приготовить что-то, быстро. «Готовить, чтобы не готовить».

Курица в духовке – отлично. Позитивная музыка – отлично. Удобная одежда – отлично. Убранные волосы – отлично.

Макс погрузился в свои расчеты. Соня не входила в комнату, когда Макс работал. Чертежи, графики, сосредоточенное лицо, мат в трубку телефона… Ну нет… «Потом выманю его на запах еды», - улыбаясь.

Как мамино.

- Соня, иди сюда! Эта штука не включается!

- Какая штука?

- Эта. Чтобы говорить по интернету! Иди сюда!

- Скайп?

- Да, скайп.

- Маааам, я не разбираюсь в скайпе, позови Лиду, она знает.

- Посмотри!

- Мааааааммм….

- Посмотри!

Не зря говорят: «Старый и малый». Мама похожа на капризного ребенка с новой игрушкой, которую ему не удается сломать.

- Ну? Что тут?

- Там Гульнара, ей подключили скайп, этот мальчик, старший, как его… Давай посмотри, что тут не работает. Мы хотим поговорить. Это же интересно, Соня! Неужели тебе не интересно? – в глазах обида. Конечно, у ребенка собираются отнять его игрушку.

- Какой старший мальчик… Мне ин-те-ре-с-но. … давай, что тут….

- Звука нет, меня слышат, а я нет.

Нагибаясь над ноутбуком, сосредоточено глядя на черные клавиши – Амир.

Старший мальчик – Амир.

Мальчик… Амир.

На руках мальчика – маленькая девочка, руки держат привычно, будто девочка никогда не сходит с этих рук…

Бывает такое, когда между двумя людьми затягивается воронка. Бывает такое, когда два человека попадают в абсолютный вакуум и им решительно не хватает кислорода. Бывает такое, что эта воронка окружностью тысячи километров. Бывает такое, что ничто не может вернуть тебе возможность дышать.

Амир показывает на телефон, улыбаясь.

Мама с готовностью пишет номер.

Где-то в недрах кухни раздается звонок на Сонином телефоне, стряхнув воронку бежит на кухню… У Сони всегда под рукой телефон – Лида может звонить, даже когда Лида дома, телефон всегда под рукой.

- Да

- Соня…

Она бы узнала этот голос из тысячи голосов. Она бы узнала это дыхание из миллиона дыханий. Она бы узнала это молчание из миллиарда молчаний.

- Соня… это не мой номер… мамин…

- Не бойся, я не стану звонить, - голос холодный, строгий, пустой. - Что ты хотел?

- Ээммм, что там у вас не работает?

- Не знаю, - в сторону: – Лида, поговори, это мой давний знакомый, разберись там… У бабушки… Что у неё не работает.

Курица в духовке – отлично. Позитивная музыка – отлично. Удобная одежда – отлично.

Убейте меня - быстро.

Шаг в ванную комнату. Быстрый взгляд в зеркало. Смех. Смех переходит в истерику. Истерика в слезы.

Ну, конечно, конечно! Соня бьётся лбом в собственный коленки. Ко-не-ч-но! Увидеть своего любовника после стольких лет, и вуаля. Вуаля! На тебе футболка с логотипом «Роллинг Стоунз» и заячьи уши! Заячьи уши, блядь!

Соня не может дышать. Соня захлебывается в слезах. Комок, стоявший всё это время где-то в районе солнечного сплетения, вырывается из горла с диким, не Сониным криком.

Макс прибегает сразу, мама бежит со стаканом воды, испуганные глаза Лиды…

- Солнышко, где болит? Что? Давай пожалею… Давай… Ну тише, тише, зайчик, тише…

Заячьи уши, блядь!

Заячьи уши летят через коридор.

- Давай. Иди сюда. У сороки боли…

Соня утыкается в шею Макса, хватается за эту шею. Сильно. Соне страшно. У Сони рак.

Амир

Она вычеркнула меня из собственной жизни. Просто. Удалила. Отформатировала.

Не дав мне право на выбор. Избавив меня от выбора не в её пользу.

Девочка, смотревшая «небо выше», девочка, прыгнувшая в овраг с крапивой, отправила меня в небытие своей жизни, оборвав все возможные связи.

Эти годы. Годы.

Я не пытался её найти. Сегодня первый раз я набираю её имя.

Фотографий нет. Зато есть фотографии, где отмечена Софья. Софья… Теперь Софья.

Соня держит рыжего пса за уши, показывая язык фотографу.

Соня в длинном платье. Синем.

Соня в узкой юбке. Хлястик на туфлях, тонкая щиколотка. Чья-то рука на талии. Слишком близко.

Сонина рука с бокалом. Тонкое запястье. Тяжелый браслет.

Соня сидит на камне. В скальниках, с веревкой в руках. На фоне неба. Увидела ли ты своё «небо ближе», девочка?

Я думаю о Соне… Я схожу с ума по Соне… Годы.

 

Соня

У Сони нашли рак. Как водится, случайно. Как и положено, абсолютно неожиданно. Есть ли на свете человек, у которого находят рак ожидаемо.

Бич современности. Плохая экология. Рак молодеет. С раком успешно борются.

- Нужно бороться.

- Нужно надеяться.

- Нужно верить.

- Нужен оптимизм.

Пустые постулаты онкологии.

Что действительно нужно – это компетенция врача, необходимые препараты, вовремя проведенные процедуры, нужна удача. Везение.

Кому-то везет. Кому-то нет. Просто год не его.

Соня не могла бороться. «Экая глупость», - думала Соня, - «бороться… как бороться… чем? Светящимся мечом Джедая….»

Соня не могла верить. И надеяться тоже.

Все, что могла Соня, – держать свой страх за горло. Все, что могла Соня, – застыть. Все, что могла Соня, – не показывать страха.

Все, что могла Соня, – улыбаться.

В больницах тихая, размеренная жизнь. В больницах длинные коридоры, поэтому умирающие видят свет в конце туннеля – они привыкают к коридорам. В больницах стерильные врачи, в стерильных халатах, со стерильными улыбками.

Человек - такая зверушка, которая привыкает ко всему. Адаптируется. Привыкает к боли. Привыкает к страху. Привыкает к стерильности. К тошноте по утрам. К слабости. К коридорам. К выпавшим волосам...

У Сони осложнение, такое случается. Её увозят в длинный коридор прямо из дома.

«Без гарантий». «Ей не понадобятся тапочки, женщина»

Соня не видела никакого света… Соня видела белый потолок с яркими лампами, Соня видела разбившуюся о кафель банку с физраствором. Громко. Потом не видела ничего. Даже темноту.

У Сони положительная динамика. Врачи настроены оптимистично. Соне везет.

В одну из невероятно долгих ночей, когда Соня не спала, когда её тошнило, а стены сливались в серую массу, позвонил Амир.

Он узнал.

Ничего удивительно в век социальных сетей и скайпа.

Соне не удивилась…

Соня устала удивляться. Бояться. Улыбаться. Болеть. Не плакать.

Когда-то боль вырвалась криком, вырвалась вместе с заячьими ушами и покатилась по коридору Сониной квартиры. С тех пор Соня не плакала. Ни разу.

Дорогие читатели, не забывайте благодарить автора – Наташу и редактора - Нюру. Ждем вас на Форуме.



Источник: http://robsten.ru/forum/36-1640-1
Категория: Собственные произведения | Добавил: lonalona (16.03.2014) | Автор: автор lonalona
Просмотров: 739 | Комментарии: 7 | Рейтинг: 5.0/23
Всего комментариев: 7
0
7   [Материал]
  Тонны постоянного стресса .... и  результат вот он  4  cray

0
6   [Материал]
  прямо слезы  после такой главы

5   [Материал]
  Жизнь и смерть всегда рядом....
Спасибо за главу!

4   [Материал]
  И за что Соне выпало так много?
Спасибо за главу! lovi06032

3   [Материал]
  Печаль... и нет слов ((((

2   [Материал]
  Наташа, ты взрываеш  мой мозг girl_wacko girl_wacko girl_wacko girl_wacko girl_wacko

1   [Материал]
  Спасибо за главу  good lovi06032

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]