Фанфики
Главная » Статьи » Собственные произведения

Уважаемый Читатель! Материалы, обозначенные рейтингом 18+, предназначены для чтения исключительно совершеннолетними пользователями. Обращайте внимание на категорию материала, указанную в верхнем левом углу страницы.


Сокрытое в бирюзе. Глава 16. Разрушение

Казалось, дышать в Подземном городе стало на порядок легче. Тревога, возникавшая в течение последней недели каждый раз, когда в голову одна за другой приходили мысли о Дереке и Кае наконец исчезла. Спустя столько ошибок и неверных шагов я чувствовала, что поступила правильно. Разумно, не идя на поводу у подчиняющих своей воле чувств, а так, как того требует совесть. И теперь мною владела окрыляющая свобода… хоть и подёрнутая небольшой каплей тоски.
Я знала – Кай всегда будет жить в моём сердце, и надеялась помнить его, покуда дышу. И память о нём будет чистой, не омрачённой ужасами и болью, потому что мне досталась самая важная из всех – возможность отпустить его самой, сказать последнее «прощай» и убедиться, что он упокоился с миром, теперь-то уж точно.
Улицы города продувались зимним сквозняком. Он касался моей кожи и бодрил не хуже снежной бури по ту сторону портала. Я медленно брела к госпиталю, привыкая к ощущению вновь обретённого порядка и стараясь не думать о том, насколько тот зыбок.
Снег, налипший на моё платье, и запутавшиеся в волосах осколки мелкого льда, растаяли. Я чувствовала, как капли воды время от времени скатываются по коже.
Я шла вперёд, минуя Лунную площадь и арсенал, прямиком в госпиталь. Теперь у меня было достаточно сил, чтобы наконец-то суметь взглянуть Флэйму в глаза. Теперь я могла позволить себе заговорить с ним или же просто дышать в его присутствии. Не чувствуя, что моё сердце вот-вот разорвётся от паники и стыда.
Пустующий как всегда коридор первого этажа встретил меня приятной полу-тенью, делавшей каменные стены как будто бы матовыми, а воздух – почти осязаемым. Я прошла в самый конец продолговатой галереи и остановилась у нужной двери – совсем на мгновение. Стражей здесь больше не было. Только я и Дерек, разделяемые тонким деревянным барьером. Моя ладонь легла на дверь, осторожно касаясь поверхности, а потом, глубоко вздохнув, я отворила её.
Первым же, что я увидела, стали его глаза. Распахнутые в немом удивлении, они как всегда блестели чистейшей бирюзой. Мне тут же захотелось замереть, врасти в пол и так и остаться, но тело само по себе уже несло меня ближе к Флэйму, и я чувствовала, как на губах у меня появляется слабая улыбка. Я остановилась у изножья кровати, руки легли на металлическую спинку.
- Не думал, что сегодня снова тебя увижу, - откашлявшись, произнёс Дерек, и его губы тоже дрогнули, а руки чуть заметно сжали покрывало.
- Прости, - беспомощно откликнулась я. Не думаю, что мне хотелось рассказывать ему, что со мной приключилось, пока он в свою очередь находился здесь, ничего не ведая. Оставалось надеяться только на то, что Дерек поймёт и не станет допытываться. Впрочем, он никогда не лез туда, куда не просят.
И в то же время я – просто рада была его видеть. Не просто забывшимся сном, я таким, каким он был сейчас – в сознании, имеющим возможность слышать и видеть меня… знать, что я волнуюсь за него и что я рядом.
- Дерек, я…
- Прости меня, если…
Я усмехнулась, поняв, что мы заговорили одновременно. Он на несколько секунд зажмурился, качая головой, а затем, открыв глаза и обведя меня взглядом с головы до ног, спросил:
- Где ты уже успела промокнуть до нитки? Тебя не было всего несколько часов.
Я прыснула, не удержавшись. И это действительно сейчас было тем, что его по-настоящему волновало? Серьёзно!?
- Это долгая история, - пожала я плечами и наконец решила сесть в кресло, что как и всегда стояло сбоку у кровати. Теперь он был ближе. Мои сложенные на коленях руки оказались сантиметрах в тридцати от его, и от этого меня немного лихорадило. Между нами наконец-то не было пропасти… и я говорила не про физическое состояние, а про нечто более сложное, что столько времени разделяло нас барьером, казавшимся мне нерушимым. Ведь только одной трудности удавалось остаться позади, как перед нами вырастала другая… и да: я знала, что в этом есть изрядная доля моей вины, моих ошибок.
- Лучше расскажи, как ты? – попросила я, искренне беспокоясь. О состоянии Дерека мне докладывали несколько раз в день, но всё же, гораздо лучше было убедиться самой, что дела с его выздоровлением идут неплохо.
На мой вопрос Флэйм поморщился, в недовольстве скривив губы.
- Силы вернулись ко мне уже почти полностью, я даже чувствую, что природа их слегка изменилась, огонь будто… знаешь, будто стал горячее, что ли… Но ундины не выпускают меня из палаты. Клянусь, ещё пара дней постельного режима – и я сбегу через окно.
Я ласково улыбнулась, узнавая в последней фразе прежнего Флэйма – бесстрашного и нетерпеливого юношу, поначалу казавшегося мне просто высокомерным идиотом. Кто бы мог подумать, что меня угораздит в него влюбиться…
- Я рада, что тебе лучше. Но ты должен понимать – мы все очень волнуемся.
- Особенно сильно – уверен – волнуется Лайт, - пробормотал он, не переставая улыбаться. Я вздохнула с облегчением, не уловив в его голове ненависти – лишь немного иронии.
- А ведь он спас тебя, - вспомнила я. – В день, когда саламандры вернулись с тобой в город, Аллан вытащил тебя буквально с того света.
- А я помню, что это ты меня позвала.
- Что?
- Ты меня позвала, - пожал он плечами.
Слушая его, я кусала губы. Очень-очень долго мне не удавалось найти в себе силы задать вопрос, что так меня мучал. И всё же, я решилась:
- Дерек, - осторожно выдохнула я, мой голос был почти неслышен. – Что там случилось с тобой?
Он, кажется, ждал этот вопрос. Не зря же Дерек, услышав его, так натужно улыбнулся. Его взгляд скользнул вниз, застыв на сцепленных над одеялом ладонях. Мышцы под его почти алебастровой кожей вздулись.
- Я помню каждый день и каждую проклятую ночь. Они приходили ко мне, как только солнце пряталось за горизонтом, и травили своим ядом. Я отключался от боли, затем просыпался во тьме и ждал – когда фросты снова вернутся, когда снова их когти и зубы будут рвать мою кожу в клочья. Так повторялось раз за разом, неделя за неделей, месяц за месяцем…
Я сидела неподвижно, слушая, как Дерек говорит эти страшные слова с поразительным хладнокровием, а по моим щекам тем временем катились слёзы немого ужаса. Неужели они и правда делали это с ним? Да – я знала – делали. Я всё ещё помнила, каково это – ощущать на себе их клыки. Теперь я убедилась – это был Дерек.
- … ночь за ночью, пока от боли я так и не смог прийти в себя. Мне показалось, что я умер.
- Селена говорила мне, - прошептала я, чувствуя, как волосы на затылке от всего этого встают дыбом, - что ты умираешь.
- Я почти перешагнул черту, был близок к ней как никогда, - пробормотал он, а затем вновь заглянул мне в глаза. – Но когда мне оставался последний шаг в темноту, я почувствовал твоё присутствие, твой свет. И я открыл глаза, увидел тебя – в этой самой комнате, стоящую напротив и всю дрожащую – от пережитого страха и усталости. И тогда я понял, что остался жив. А ты - спасла меня.
Я замотала головой, не зная, что и ответить. Его ладонь осторожно коснулась моего колена, и я сжала её в руках, поднося к губам.
- Прости, - кое-как выговорила я, осознавая, наконец, всю тяжесть своей вины перед ним. – Прости меня, Дерек!
- Мне кажется, что ты уже просила у меня прощения, не помнишь?
- Теперь я понимаю, что не за всё, - искренне выдохнула я.
Он отмахнулся.
- Какая разница. Я сам простил тебе всё. Слышишь, Роза? Я простил тебе всё. И ты – прости меня, ладно?
- Тебя не за что прощать, - сказала я. Дерек улыбнулся.
- Это только на первый взгляд.
- Замолчи, - попросила я, чувствуя, что устала. С этим мы разберёмся позже, если предстанет возможность.
- Хорошо, - согласился Флэйм. – Если ты сделаешь то же самое.
Я попыталась ему улыбнуться.
- Договорились.
Я так и не выпустила из своих его руку, вместо этого бездумно перебирала его пальцы, запасаясь покоем от ощущения того, что его кожа излучает привычное тепло, хоть и заметно огрубела и стала бледной как мел от недостатка солнца. Дерек с интересом наблюдал за мной какое-то время и тихо дышал, его глаза так и светились, будто внутри он пытался удержать что-то сильное и необъятное, что грозило разорвать его, в конечном счете, на куски. Его губы то сжимались, то растягивались в улыбке. Наверное, он – как и я – просто не верил в это. Он не верил, что спустя столько всего мы можем вот так сидеть в тишине и просто держаться за руки. И, да – в этот момент я так сильно любила его…
Мой взгляд снова скользнул по его лицу, словно впитывая внутрь себя очертания скул, ровную линию переносицы, губы…
- Как странно ты смотришь, - заметил он, а затем усмехнулся. – Не зная тебя, я бы подумал, что ты не можешь на меня насмотреться.
Я вздохнула, не в состоянии придумать ответа, по привычке пытаясь выдать что-то едкое, с издёвкой, чтобы не потерять пути к отступлению, по которому я всегда и сбегала от Дерека. Но в этот раз всё было по-другому. И я поняла – некуда отступать, я там, где мечтала быть очень-очень долгое время. Неужели это не то, о чём я умоляла небеса, на что в тайне даже от себя-самой надеялась все эти месяцы?
- Что ж, - выдохнула я. – Уверен, что ты достаточно хорошо меня знаешь, Дерек? – Мои руки стиснули его ладонь, а глаза – поймали его вмиг изменившийся взгляд. Неужели растерялся? Не ожидал, что я не стану отпираться?
Но Флэйм быстро пришёл в себя. Прочистив горло, но так ничего и не сказав, он лишь вернул на своё лицо прежнюю умиротворённую улыбку и закрыл глаза. Через минуту его дыхание стало глубоким, а руки расслабились.
Я приподнялась с кресла и, наклонившись над Дереком, ладонью коснулась его щеки, а губами – правого кончика губ, не зная, спал ли он уже или всё ещё был в сознании.
- Не торопись, набирайся сил, милый, - прошептала я, заглядывая в его лицо. – Они тебе ещё пригодятся, поверь, всем нам они пригодятся. А пока – я буду защищать тебя, обещаю. Теперь я знаю, что смогу это сделать, не оглядываясь назад.
***
В городе теперь стояла тишина. Она не пугала меня, но заставляла быть настороже. Никто теперь не смеялся громко, не восклицал, прохожие на улицах вели себя тихо, элементари переговаривались между собой на приглушённых тонах.
Снова настал новый день. Время не желало останавливаться, гнало нас вперёд за собой. Я старалась контролировать свой страх, понимая, что он отражается на всех остальных, но сердце всё равно замирало каждый раз, стоило только мне с утра распахнуть глаза. Таймер всё тикал, и ждать всем нам осталось не долго.
В столовой сегодня было малолюдно, за столом Совета сидели только я и Селена. Мы ели молча, стараясь быстрее закончить и удалиться в корпус. Сегодня с поверхности пришло известие – над каньоном наконец выпал первый снег. Повсюду чувствовалось, как элементари затаились, ожидая моего решения. Я знала, что именно теперь мне следует предпринять, однако тянула: Дерек всё ещё был слаб, всё ещё оставался в постели, даже спустя две недели после того, как саламандры вытащили его с поверхности. Он был нужен мне рядом, но, с другой стороны, так ужасно не хотелось подвергать его опасности!.. В общем, я снова запуталась в том, чего бы мне хотелось. Но это не было достойной причиной для того, чтобы заставлять элементарей мучиться и дальше от неопределённости, поэтому сегодня я надеялась вынести правильное решение и огласить его Совету.
Остальные уже ждали нас в зале Совета, поэтому, спешно закончив свой завтрак, мы сразу поднялись в зал на третьем этаже.
Двери распахнулись, впуская меня с сестрой в просторную комнату с хрустальной чашей посередине. На время зимы к каменным колоннам присоединили дополнительный ряд факелов, и теперь их пламя отражалось повсюду. В глазах заслепило, и я недовольно потёрла их – всё ещё не до конца проснулась этим утром, да и спала как всегда беспокойно.
Друзья уже ждали нас, сидя в кругу в своих четырёх креслах… постойте ка, четырёх?! Я присмотрелась, брови мои взлетели вверх. Дерек?! Он всё-таки поправился? Странно, ведь только вчера в госпитале мне говорили, что до полного восстановления Флэйм ещё всё-таки не дошёл…
Мы заняли свои места. Я продолжала сверлить объявившегося Флэйма недоверчивым взглядом. Он заметил это и улыбнулся, сверкнув зубами.
- Ты так давно не заглядывала, - произнёс он. – Поэтому я решил сам тебя навестить.
- И когда это несколько часов стали считаться таким продолжительным периодом? – закатил глаза Аллан. Приятным удивлением было наблюдать, что он говорил это, не кривясь, а лишь иронично улыбаясь. Спасение Флэйма из передряги явно что-то изменило в их отношениях.
- И разумеется, в госпитале никто не одобрил эту идею, - предположила я,
- Не знаю, - пожал он плечами. – Я не потрудился об этом спросить. Окно в палате было вызывающе широким…
Селена усмехнулась. Ну разумеется, не сомневаюсь: Скай поступила бы на его месте точно так же, разве что ещё раньше бы сделала ноги.
Но как только я перевела взгляд на Айрис и Фэй, всё моё веселье пропало. Дело требовало своего решения.
- Перед нами стоит один-единственный вопрос, - произнесла я. – Когда?
Аллан сурово сдвинул брови, задумавшись.
- Фростов не было видно слишком долгое время. Их исчезновение похоже на затишье перед бурей. Если мы готовимся к сражению, значит, то же самое могут делать и они.
Все понимали, что хотел сказать Лайт – медлить больше нельзя. Я посмотрела на Сандру.
- Ты лучше меня знаешь, как живёт наш город. Скажи, можем ли мы бросить всё, что нас окружает, в самое ближайшее время? Хватит ли у элементарей сил на то, чтобы уцелеть на поверхности… пусть даже если бы там не стало фростов?
Фэй задумчиво прикусила губу, она долго размышляла.
- Я не знаю, - честно призналась она. – Нас слишком мало… даже сейчас, когда битва ещё не началась. Когда-то мы с лёгкостью поддерживали на планете мир и порядок, но нас были тысячи… а сейчас – чуть больше пяти сотен. Уверена, если мы и выживем после сражения, наше число ещё сильнее уменьшится.
- Я могу сделать элементарями людей, которые ещё скрываются где-то на земле, - предложила я.
- Но нельзя же делать это со всеми подряд, Роза, - возразил Аллан. – Вспомни, что было в Вегасе.
Я не без отвращения вспомнила, как шайка одичавших мужчин загнала меня в ловушку. Что бы сделали со мной, если бы не Аллан… Мне пришлось согласиться с ним.
- Тем не менее, нам нужно действовать, и как можно быстрее, - добавил Лайт. – Этот шанс – наш самый последний, неважно, насколько он мал, у нас нет права от него отказываться.
- Я согласна с Алланом, - выразила свою позицию Селена. Эти двое нечасто были заодно, но если и сходились в чём-то, вопрос на самом деле был очень серьёзным.
- Я тоже согласна, - вздохнула Фэй.
- И я, - откликнулся Дерек. – Особого выбора у нас нет.
Я обратила всё своё внимание на последнего члена Совета, кто ещё никак не выразил согласие или несогласие с настроениями остальной группы. Айрис сидела в своём кресле, сильно выпрямив спину, в руках она сжимала своё копьё. Наши взгляды встретились.
- Айрис? – насторожилась я. – Всё в порядке?
Её взгляды, обычно обращённые на меня, никогда не отличались расположением и приветливостью, но сейчас, судорожно сжимая оружие, сильфа смотрела так, будто собиралась в следующую секунду пронзить меня им.
- Айрис? – позвала её Селена.
Айрис отвлеклась на неё, и выражение в её глазах изменилось, став нейтральным. Она коротко кивнула.
- Что ж, - выдохнула я, заставляя себя перестать думать об Айрис и её необъяснимой ненависти. – Решение почти принято. Сегодня вечером удостоверьтесь, что все элементари соберутся на Лунной площади. Я скажу им всё сама.
Я встала, и остальные поднялись следом за мной. В дверях возник небольшой затор, и я неуклюже натолкнулась на кого-то спиной.
На мою талию легли две тёплые ладони. Я на мгновение прикрыла глаза, а потом обернулась, чтобы встретиться со взглядом Дерека. Остальные уже вышли, я самой кожей чувствовала, что в зале Совета мы остались только вдвоём. Вдруг холодок волнения проник в моё сердце. Мы уже о многом успели поговорить с того дня, как Флэйм очнулся, но теперь, когда он снова был здоров и полон сил, я не знала, следует ли вести себя с ним как-то иначе, чем в госпитале. Вернее, мне хотелось вести себя иначе. Шагнуть ближе, коснуться, сказать ему что-то особенное и не отталкивать больше никогда… Но Дерек не знал, что я проводила ночи у его постели, пока он спал, не знал, как я металась в месяцы его отсутствия, не в силах справиться со страхом за его жизнь. Он не знал, что из всех других я выбрала его одного и только его и любила.
- Привет, - тихо произнёс он.
- Привет, - выдохнула я.
Мои руки, чуть касаясь, неуверенно легли на его плечи, плавно переходя затем на грудь.
- Всё… в порядке?
- Смотря, что ты имеешь в виду, Роза, - улыбнулся он. – Если ты хочешь узнать, здоров ли я, то ответ определённо да.
- О чём же мне ещё спрашивать? – нахмурилась я.
- Ни о чём, наверное… зато мне есть, о чём спросить тебя. – Его руки сжались чуть сильнее, и он медленно сделал полшага вперёд, наклонившись ко мне ближе.
Я почувствовала его дыхание на своих губах и, зажмурившись, заставила себя отстраниться. Флэйм растерянно заморгал, и я мягко усмехнулась.
- Идём, - позвала я. – Прогуляемся немного.
Он приподнял бровь, но потом по своей привычке хитро прищурился и улыбнулся.
Мы вышли из корпуса Совета, и я повела Флэйма по улицам города. Он следовал на небольшом отдалении, и всё это походило на игру. Я чувствовала – он уже догадался, куда мы направляемся. Я поднялась по небесной лестнице и открыла один из порталов, а, прежде чем в него войти, обернулась: Флэйм только закончил свой подъём. Не дожидаясь его, я шагнула в портал и, выйдя с другой стороны, сразу же его закрыла. Дерек найдёт меня. Он всегда находил.
***
Я слышала, как открылся портал за моей спиной, но не обернулась. Волны холодом обжигали ноги, намокшая ткань платья облегала тело словно вторая кожа, и я чувствовала себя почти что обнажённой. Но стесняться мне было нечего. Я знала, кто прошёл через портал. При мысли об этом человеке всё во мне содрогнулось, и дело обстояло отнюдь не в холоде океана, что бушевал передо мной.
Минуло несколько секунд ожидания, и я почувствовала, как целый пожар окутывает меня. Пламя смешалось со льдом, а я оказалась в самом центре этого переплетения.
Одна его рука со спины крепко обвила мою талию, вторая мягко обхватила грудь, губы опустились на кожу, целуя плечи, шею и выступы ключиц.
Я плотно закрыла глаза, в слабости откидываясь на его грудь и судорожно выдыхая. Руки касались его, обжигаясь, пальцы сводило от желания и отчаяния. Мы падали в пропасть. И сейчас я больше не хотела иметь способность летать.
Губами он поднялся вверх по моей шее, а потом я почувствовала поцелуи в своих волосах. Мне хотелось, чтобы он снова вернулся к моей чувствительной коже, я попыталась сказать ему об этом, но сил хватило только на то, чтобы чуть слышно прошептать:
- Дерек…
Руки, скользящие по моему телу, стали настойчивее, и я услышала его собственный шёпот в ответ:
- Спирит, - выдохнул он. – Спирит, наконец-то ты вернулась ко мне…
Внезапно весь огонь, что я чувствовала, за секунду испарился. Со мной остался лишь холод, вмиг отрезвивший тело и мысли. Сознание прояснилось. Я распахнула глаза.
- Остановись, - сказала я. Собственный голос показался чужим – пустым, безжизненным и грубым.
Он сразу же почувствовал перемену во мне и отстранился. Его руки упали по швам, мне стало ещё холоднее.
Он понял. Я знала, что он всё понял. Его глаза, когда я обернулась, были закрыты. Почувствовав мой взгляд, Дерек распахнул веки и посмотрел на меня. Его взгляд испугал меня своей злобой, за которой всего на мгновение проскользнула боль.
- Ты никогда не позволишь ей вернуться, так ведь? – спросил он хриплым, трескающимся голосом.
- Тебе лучше забыть о ней. И обо мне теперь тоже, - качая головой, ответила я.
Его лицо исказилось, маска слетела, и с отчаянным криком Дерек Флэйм упал передо мной на колени, кулаками ударяя по пенящейся воде. Та обжигала его, но мои слова обжигали сильнее. Тем не менее, отказаться от них я не смела.
- Я никогда ей не стану, - произнесла я.
- Замолчи! - прокричал он, рыдая, - прошу тебя, замолчи!
- Я никогда не стану Спирит. Я не хочу ей быть. Никогда… никогда! – Каждое моё слово сопровождалось ударом его кулаков по воде. Костяшки пальцев уже кровоточили от многократных встреч с каменистым дном.
Но как только я замолчала, он замер передо мной, а потом медленно поднял своё лицо. По его щекам стекали солёные капли – то ли слёзы, то ли морские брызги. А затем, смотря в мои глаза, он ясным и твёрдым голосом произнёс:
- Я ненавижу тебя. Ненавижу тебя, Роза.
От его слов мои собственные колени подвели меня, подогнувшись, и я рухнула напротив него, погрузив руки в пучину, чтобы упереться ими в морское дно. Слёзы побежали по лицу, падая в солёную воду и пополняя собой океан.
- Пусть так, - покорно ответила я. – Пусть…
Я смотрела на белую пену, что приносили с собой беспокойные волны. Дерек поднялся. И ушёл. Я не знала, куда именно… ясно было одно – он покинул меня. Меня… потому что ему было недостаточно, мало только моей любви. Ему нужна была она, всегда будет нужна.
Я расслабила руки и погрузилась в воду. Сверху меня накрыл тяжёлый ковёр собственных намокших волос. Их пряди в воде парили словно горящие морские водоросли.
Мои глаза оставались открыты, и их остекленевший взгляд не видел больше ни морской воды, ни гальки, ни свинцового неба над головой. На коже всё ещё чувствовались чужие прикосновения, они, казалось, прожигали её до костей, и силы покидали меня, вытекая с невидимой кровью.
Но моё сердце всё ещё стучало в унисон с другим. И я чувствовала его – другое сердце. Это было бременем элементёра – способность ощущать своих сестёр и братьев. Одним из них был и оставался Дерек Флэйм. Как бы я ни пылатась, заглушить его голос среди других никак не получалось. И я слышала, я всё слышала и даже была способна видеть.
Снова нас с ним окружало маковое поле, он был среди него, отчаявшийся и до безумия разозлённый. Я видела, как беспомощно он огляделся кругом и, не найдя, за что зацепиться взгляду, не выдержал – вспыхнул ярко-оранжевым пламенем. И маков больше не стало. Вместо них огненные цветы раскрыли свои ядовитые бутоны, пожирая всё, к чему прикасались. Дерека невозможно было остановить, его яростный огонь метался повсюду, взмыва столбом ввысь, доставая до облаков, а потом падал с неба будто ослепительный дождь. Дерек кричал, но я не могла разобрать ни слова. Его голос эхом звенел в моей голове, и сердце от него в ужасе замирало. Вода, окружавшая меня, не могла погасить огонь, обжигавший внутренности, потому что я чувствовала, как Дереку больно, и проваливалась всё глубже, глубже… туда, куда он утаскивал меня вслед за собой.
Но всё же, вскоре Флэйм выдохся. Всё ещё был слишком ослаблен после своих увечий. Я закрыла глаза, ощущая своё и его истощение. Он упал на землю, подняв вокруг себя облако серебристого пепла. И тоже закрыл глаза. Чёрные как ночное небо.
Всё было кончено. На время я позволила себе сломаться и поверить в это. Я растоптала Дерека, вырвала сердце Флэйма из его груди. А в ответ он сделал то же самое со мной. Потому что отныне в нём жила только ненависть. И для меня лучше казалось умереть, чем вновь почувствовать на себе её тяжесть.
***
Как странно… моё сердце в этой жизни разбивалось уже не один раз, но боль от этого всегда разная, неповторимая, но и не притупившаяся ни на грам. Она поглощает меня изнутри, отрывая по маленькому кусочку от тела, прежде чем утащить тот во тьму. И вместо того, чтобы бороться, я подчиняюсь, позволяю боли окутать меня и поджечь. Я горю, в холодном, лишённом всякого сострадания пламени. И сил на то, чтобы подняться, у меня больше нет.
Зачем? Теперь всё стало так открыто, что я не могу понять: зачем я позволила себе сделать это? Разбила нас обоих вдребезги, подарила надежду, а затем отобрала её. Дерек никогда не любил меня – теперь я это осознавала. Всё это время он надеялся. А я лишь увидела то, что хотела, и за глупость пришла неминуемая расплата. Она опустошила меня до самого дна. Если бы не было так больно, я подумала бы, что меня теперь просто не существует. Но я была здесь, я дышала, и я чувствовала, что пока ещё жива… а вместе с тем мною ощущались ещё сотни других, зависящих от меня жизней. Поэтому никто никогда не узнает, что произошло со мной в этом месте. Для всех остальных я останусь сильной и уверенной – именно такой я и должна была предстать сегодня перед элементарями. Они должны верить, что в бой их поведёт сильный духом лидер, они должны верить в нашу победу.
Я обязана справиться с этим здесь, должна возвратиться в город точно такой же, какой его покинула. Но пока я была к этому не готова.
Подняться на ноги оказалось не так-то просто – волны сбивали меня, врезаясь в тело, а ветер пронизывал до костей, заставляя сгибаться от холода. Я была элементёром, и в моих силах было унять стихии, но я бездействовала – физическая боль отрезвляла, давая чётко осознать свою цель: я не войду в город до тех пор, пока не найду её.
У входа в пещеру темнели засохшие кровавые следы. Тел не было, но я знала, что не так давно на этом месте прервалась жизнь нескольких моих братьев. Несколько ради одного… какой же слабой сделал меня любовь к Дереку! Но жалеть о своих поступках было уже поздно.
Непроглядная темнота клубилась в глубине пещеры. Я глубоко вздохнула, а затем шагнула внутрь. Пришлось снять с шеи гиаду, чтобы та засветилась в моей ладони, открывая моему взгляду грубые скользкие стены. С потолка всюду свисали остроконечные сталагмиты, опасно поблёскивая каплями воды, что скапливалась на их перевёрнутых вершинах. Пещера была пуста. Не знаю, что я ожидала в ней увидеть: груду мёртвых чернеющих тел или живых чудовищ… а может, я стремилась вновь почувствовать удушающую тьму, что когда-то приходила ко мне во сне? Но вокруг не было ничего. Только я и эхо.
Стены были пронизаны жилками голубоватого льда, он медленно таял и стекал на пол, превращаясь там в тонкую хрупкую плёнку. Неожиданно на каменном полу что-то заблестело – свет от гиады отразился от маленького предмета у моих ног. Я присела и подняла его, поднося ближе к глазам. Гиада.
Непростая, состоящая из осколка синего с чёрными прожилками кристалла, внутри которого было проделано отверстие, такое, что я с лёгкостью смогла бы надеть его на палец вместо кольца.
Но чья же она? Одного из убитых элементарей?
Если это действительно так, ей место в Подземном городе, с другими «пустыми» гиадами, элементари которых навсегда покинули нас. Нужно вернуть её.
Ещё раз окинув взглядом пустое неприветливое пространство пещеры, я почувствовала, что готова покинуть это место и вернуться домой. Да и время уже клонилось к вечеру.
Направившись к выходу, я надела гиаду на палец левой руки. Вдруг ноги подогнулись, не сумев меня удержать, и я беспомощно прислонилась к скользкой холодной стене. В глазах потемнело, на какое-то мгновение я полностью ослепла. Показалось, что по векам у меня потекла не кровь, а иголки. Не сдержавшись, я закричала, сползая вниз по стене. Как же больно! Пещера ответила мне исказившимся эхом, больше походящим на рычание. Но боль прекратилась так же резко, как и наступила. В установившейся тишине я чётко ощущала биение своего постепенно успокаивающего сердца. Это всё пещера, нужно выбираться из неё! Бегом я пустилась к выходу, мокрое платье путалось в ногах, и подол разорвался, но мне было плевать. Как только я выбралась наружу, поднесла свою гиаду к первому же попавшемуся стволу дерева, открывая портал обратно в город. Он вспыхнул неожиданно ярко, и глаза неприятно защипало, но я проигнорировала это, стремясь как можно скорее оказаться по ту сторону. Портал встретил меня неприветливо, он будто сопротивлялся, не хотел пропускать в себя, но у меня не было времени думать об этом. Спустя мгновение я вернулась на вершину знакомого обрыва, перед глазами вновь раскинулся Подземный город. Я была в безопасности.
Пальцем я неосознанно погладила ободок кольца и направилась к лестнице. Нужно переодеться, на Лунной площади все должны были увидеть во мне того, кем я и являлась на самом деле.
***
Сохраняя молчание и пытаясь оставить рассудок холодным, я стояла в коридоре корпуса Совета перед закрытыми дверями и смотрела на свои сцепленные спереди руки. На мне было самое роскошное платье, какое я только смогла найти в своём гардеробе: насыщенно-синее, к низу становящееся чёрным. Его полупрозрачный подол широким кругом расходился у моих ног, чёрные узоры на нём ползли вверх, к талии, плечи и спину украшало серо-голубое кружево, а лиф – россыпь сапфиров. Браслет элементёра был единственным тёплым пятном на моём теле, а полумесяц гиады был вставлен в серебряную корону, закреплённую в моих волосах. Её длинные стройные зубцы венчали маленькие капли голубых агатов.
Мои волосы высохли, а тело согрелось. Воспоминания о том, что произошло на далёком морском берегу, были задвинуты в самый дальний угол и надёжно заперты там, чтобы ни в коем случае не отвлекаться на них. Было эгоистично сейчас жалеть своё глупое разбитое сердце. Я начну зализывать раны позже... если выживу после войны. Сейчас важно было другое – судьба всего мира выставлялась мною сегодня на кон.
В дверь снаружи отрывисто постучали – это был знак. Я сильнее сжала свои руки, в кожу врезалось холодное тёмно-синее кольцо: я так и не сняла его, позабыв отнести в арсенал.
Двустворчатые двери начали медленно раскрываться наружу, и, глубоко вобрав в себя воздух, я твёрдых шагом двинулась вперёд.
Лунная площадь встретила меня гробовой тишиной. Элементари настороженно замерли, голубые глаза смотрели на меня серьёзно и так… величественно. Сейчас я в полной степени осознавала, кто стоит передо мной. Они были не просто людьми, не просто моими подопечными или солдатами, готовыми с радостью исполнить любой мой приказ, нет… они были теми, кто прожил столько жизней, что уже потерял им счёт, в их бирюзовых глазах светились многие годы, и мудрость их превосходила любое знание, каким способен обладать простой человек. И, несмотря на это, элементари согласны были следовать за мной добровольно. Они доверили мне своё прошлое, будущее и настоящее. Я не имела права их подвести.
На ступенях Совета по обе стороны от входа стояли Селена, Айрис, Сандра и Аллан. Дерека, как я и предполагала, нигде не было видно. Я по очереди обвела взглядом четверых своих друзей, а потом вышла вперёд и подняла глаза на остальных элементарей.
Они знали. И они ждали. Ждали, когда я позволю им действовать. Это не вселит в их души радости… только лишь одухотворение местью, шанс достойно уйти или победить, воздав великую жертву. Сегодня мы не станем пировать, сегодня подземный город заснёт и в этом мире больше никогда не проснётся. Мои слова станут его последним вздохом.
Я не испытывала волнения или страха, только удручающую усталость. Хотелось покончить со всем этим как можно скорее и наконец, умереть… или же возродиться в мире, что с нашей победой навсегда изменится. Я готова была принять будущее, каким бы оно ни было. Мы попытаемся и вложим в свою попытку все силы, что сумели сохранить.
Мои руки опустились по швам, сжавшись в кулаки. Был мой черёд говорить.
- Я уверена, что смысл слов, которые я собираюсь вам сейчас сказать, каждому из вас уже известен, - произнесла я, чувствуя, как меняется мой голос, становясь твёрже. – Каждый стоящий сейчас здесь, вместе со мной, ждал этой секунды с того самого дня, когда вспомнил, кто он на самом деле такой. Мы все – братья и сёстры, и неважно, страшно ли кому-то из нас, больно или тяжело – у нас перед этим миром есть общий долг, потому что мы – те, кто может изменить ход событий, у нас хватит сил – я верю в это. А так ли это на самом деле… что ж, совсем скоро мы это узнаем.
Я всматривалась в толпу, по очереди заглядывая каждому элементарю в глаза. На несколько секунд я обернулась. Для дальнейших слов мне нужна была поддержка, нужна была уверенность в том, что всё, что я делаю – правильно. Я поймала взгляды Фэй, Аллана, затем Селены и к счастью смогла отыскать в них то, в чём так отчаянно нуждалась. Они доверяли мне. Все.
- Завтра, - громко и отчётливо выкрикнула я. – Всё решится завтра! Мы покинем Подземный город и больше не будем убегать и прятаться! Мы дадим фростам бой и будем драться до самого конца! Они должны знать, что это наш мир, и мы не отдадим его, пока самый последний из нас не испустит дух. Мы очень долго ждали этого – всю нашу жизнь! Всю нашу истинную жизнь. И если вы, элементари, действительно помните, кем являетесь, то встаньте и идите за мной. Поднимитесь вместе со мной и сражайтесь вместе со мной!
По площади пошёл взволнованный рокот, который с каждым моим словом становился всё громче. Я чувствовала, как сердца элементарей пускаются в галоп, и как возбуждение смешивается со страхом и ненавистью.
- Завтра мы возвестим фростам о том, что всё ещё живы. И не просто живы, а ещё и полны сил. Я не буду вселять в вас ложную уверенность в нашей победе. Попрошу только – использовать наш последний шанс, наш единственный шанс изменить хоть что-то. Это наша обязанность… это – наша судьба. И мы исполним её, так ведь?! – Я яростно прокричала последние сказанные мной слова и выкинула вверх свою правую руку. Элементари откликнулись, толпа взревела, в ответ выкидывая вверх свои руки. В воздух взмыли языки пламени, ветер взвился к потолку, захватив с собой палые листья и землю. Стихии были согласны, и они были готовы. – Мы исполним её, - тише повторила я и отступила назад.
Сделав несколько шагов спиной, я наконец отвернулась от площади и, войдя под своды корпуса Совета, уверенно зашагала по коридору. В самом его конце я поднялась по лестнице на второй этаж и на миг замерла перед возникшей на моём пути стеной. В ножнах на ней висело расколотое на две половины золотое копьё элементёра. Я осторожно сняла его и, вложив гиаду в специальное отверстие, приложила части друг к другу. Место разлома засветилось, копьё нагрелось и задрожало, а потом с двух концов рукоятки появились белоснежные обоюдоострые лезвия. Я покрутила копьё в руках и затем с силой вонзила в каменный пол, пустив по нему глубокую толстую трещину. Услышав, как кто-то в проходе, подпрыгнув, ловко приземлился на ноги, я вскинула голову. Это был Аллан. Он стоял у подножия лестницы и молчаливо разглядывал меня со слабой полуулыбкой на губах.
- Ты знал, что это случится! – догадалась я. – Знал, что в конечном итоге мы окажемся здесь в тех же ролях, что и сейчас.
Он подошёл ко мне и положил руки на мои плечи, согревая их своим теплом.
- Я не знал, - ответил Лайт. – Но я, как мог, надеялся.
***
В башне элементёра ярко горел свет. Стояла уже глубокая ночь, но меня снова мучила бессонница, так что я даже не думала про то, чтобы лечь в кровать. Я чувствовала, что все этой ночью так же не в состоянии заснуть. Ожидание сводило мышцы спазмами и пускало сердце вскачь. Мы не боялись. Мы просто хотели покончить с этим, и наша кровь не давала нам сомкнуть глаз.
Внутри меня больше не было посторонних мыслей. Там не было места ни Каю, ни Дереку, ни чему-то другому. Всю себя я отдала размышлениям о грядущей битве. Мой долг был слишком серьёзен, и я поклялась себе, что, покуда исход сражения не станет мне известен, я больше не стану проявлять позорной слабости. Ода моя жизнь – ничто в сравнении с остальными. Я должна была позаботиться о них.
Я сидела в большом удобном кресле с бархатной обивкой в своём гардеробе и снова разглядывала своё белое боевое облачение, машинально крутя на пальце кольцо. Вот и настал почти тот самый момент, когда я сниму его с вешалки. Изгибы выбеленной кожи пересекались золотыми ремнями и лентами. «Нужно заменить их на чёрные», - вдруг подумала я, сама не понимая, почему. Но мне хотелось сделать это, пусть ремни будут чёрными.
Я крутила на пальце мёртвую гиаду-кольцо. Она была холодной, с острыми гранями кристаллической крошки. Я ощущала её на своей руке так привычно, будто она была там всё время. Мне не хотелось с ней расставаться.
Не сейчас. Не сейчас…



Источник: http://robsten.ru/forum/74-2984-1
Категория: Собственные произведения | Добавил: perl (17.08.2017)
Просмотров: 137 | Комментарии: 1 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 1
avatar
0
1
Спасибо)
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]