Фанфики
Главная » Статьи » Собственные произведения

Уважаемый Читатель! Материалы, обозначенные рейтингом 18+, предназначены для чтения исключительно совершеннолетними пользователями. Обращайте внимание на категорию материала, указанную в верхнем левом углу страницы.


Ступая по шёлку/Младшая дочь Короля. Глава 2.

Глава два.

Колокольчики на снегу.

Остались далеко позади бескрайние поля льна, хлебов и зелёных лугов для коней, дни становились короче, ночи длиннее, небо заволакивало черными тучами, и по земле, как огромная шелестящая змея, бежала позёмка из снега. Ландо, не предназначенное для столь долгого путешествия, скрипело по бездорожью, Айола куталась в тёплые одеяла, но это мало помогало согреться. Две недели они были в пути, останавливались только для того, чтобы поесть, сменить лошадей и, иногда – ради сна в тёплой постели в гостевых домах для путников, где Айола могла принять ванну, а служанки – расчесать её длинные волосы.  И снова двигались и двигали вдаль от родного края Айолы, от тёплого ветра и перезвона колокольчиков. Одну связку она взяла с собой, в надежде, что они помогут от злых духов и дурного глаза, но колокольчики пели заунывно, скрипели и не предвещали младшей дочери Короля ничего радостного.

Она попыталась вспомнить лицо своего будущего мужа Горотеона, но не помнила ничего, кроме непроницаемого лица и жёсткого взгляда. Она помнила, насколько высок и могуч он был, блеск перстней на его огромной руке, когда он бросал мех серо-белой лисы, как оказалось – к её ногам, помнила его движения – плавные и внушающие ужас, но она не могла вспомнить ни цвета его глаз, ни волос. Айола была уверена, посмотри она тогда в глаза Горотеона – обратилась бы в камень, такой же, как и он сам.

Крик возницы вывел из задумчивости младшую дочь Короля, она выглянула в маленькое окно, покрытое инеем, и в удивлении смотрела на бескрайнюю снежную пустыню.

- Приехали, моя госпожа, - сказал возница и услужливо отрыл дверь навстречу ледяному ветру. Айола спрятала лицо в шаль и попыталась понять, куда они приехали, есть ли хоть что-нибудь вокруг. Ни гостевого дома, никакого места, приемлемого для ночлега, ничего. Снег и заунывная песня ветра.

- Это граница, видите, всадники Горотеона, нам надлежит передать вас, Ваше Высочество, и покинуть Дальние Земли.

- Уже? – как бы ни хотела Айола скорее очутиться в тепле и  уюте царских покоев, но оставаться одной, лишиться сейчас своих верных служанок, ставших ей подругами и наперсницами в этом страшном путешествии, лишиться всего, что было дорого ей, она боялась.

Будущая Царица Дальних Земель должна ступить на свою землю лишь в ночном платье, оставив даже золотые гребни для волос и украшения. Многое и многое прибудет вслед за Айолой, но сама она не увидит больше этого – всё отправится в казну Царства, сама же будущая Царица должна получить новые гребни для волос, уверовать в других Богов и прийти в новую жизнь, не обременённая старыми вещами или верованиями.

Начиная с этой минуты, её жизнь и её смерть принадлежит Царю Дальних Земель Горотеону, будущему мужу и господину.

Всадники подъехали быстро, говорили совсем мало, смотрели молча, никак не выражая своих эмоций.

Айола не знала, что ей надлежит сделать, чтобы не вызвать гнев своего Царя и господина, которого она не увидела среди всадников.

- Дитя моё, раздевайся, - сказала откуда-то взявшаяся старуха на родном языке Айолы. – Ты не можешь войти в карету Царя Горотеона в своих одеяниях.

- Он там? – Айолу начало трясти.

- О, нет, дитя моё, Царь Горотеон великий воин, его место всегда впереди всадников, но даже Царю не подобает видеть свою будущую Царицу, оттого его нет здесь, а теперь тебе следует раздеться, бросая свою одежду на землю, перешагивая через неё, отрекаясь, как ты отрекаешься от старой жизни и принимаешь новую.

- Но?.. – она показала глазами на всадников, безучастно смотрящих на происходящее.

- При них.

Айола вцепилась в шаль и лишь мотала головой. Она не могла обнажиться перед рядом всадников, посторонних мужчин, в их Королевстве был строгий запрет на то, чтобы мужчина лицезрел чужую женщину в нижнем платье, за подобную неосторожность в отношении королевской особы лишались жизни.

- В Линариуме слишком целомудренные девы, ты же не хочешь вызвать гнев своего Царя? Не смущайся всадников, им нет дела до твоей наготы… в нижнем платье, их не заинтересует кусок льна на твоём теле.

- Ооо, - Айола выдохнула ещё раз.

 - Обычай гласит, что будущая Царица должна войти в новую жизнь полностью обнажённой, но Царь Дальних Земель Горотеон приказал оставить тебе нижнее платье, так что поторопись, дитя моё, ты же не хочешь вызвать его гнев? – старуха говорила отрывисто и зло.

Девушка испытывала страх, она не знала, как себя вести, и меньше всего хотела вызвать гнев своего Царя. Она не знала, какое наказание может последовать за этим. В её Королевстве крайне редко наказывали женщин, даже служанок или рабынь, которые были положены лишь немногим мужчинам. Вина женщины должна быть доказана, и ущерб непоправим, чтобы к ней применили физическую расправу. Но максимум, который могла вспомнить – три удара плетью, и то, никто из посторонних мужчин этого видеть не должен был, и к женщине сразу приставляли лекаря, если она в нём нуждалась. Конечно, за убийство и вредительство королевской семье любая была бы казнена, но Айола не помнила таких случаев или попросту не знала. О нравах в Дальних Землях говорили разное, рассказывали, что они стегают своих рабынь на площади, а муж имеет право бить жену или даже лишить её жизни любым способом, который он посчитает уместным.

Быстро перешагнув через одежды, трясясь от холода и стыда, она держала в руках связку маленьких колокольчиков и более всего боялась расстаться с ними. В чужом Царстве её поджидает много злых духов – перезвон колокольчиков должен спасти её, уберечь, если это вообще возможно.

- Что это? – старуха ткнула пальцев в крепко сжатые руки Айолы.

- Колокольчики, это просто колокольчики, позвольте мне взять с собой их, я лишаюсь дома, лишаюсь семьи, всего, что было у меня, позвольте мне взять их.

- Нет! – она вырвала золотистые колокольчики и бросила их о ледяную землю, они упали, издав громкий, пронзительный звук и остались лежать, только маленькая синяя льняная ленточка, что связывала их, колыхалась на пронзительном ветру, пока старуха, ткнув в спину кривыми пальцами, толкнула в карету Айолу.

Возница, смотревший вслед своей госпоже с волосами цвета льна, не мог сдержать слез. Он помнил её ещё ребёнком, светловолосой девочкой, бегавшей по замку, иногда пробиравшейся на королевские конюшни, чтобы покормить коней выпрошенной у кухарки морковью. Младшая дочь Короля была Истинной Королевой, такой, какой и должна была быть уроженка их краёв. Её волосы были подобны льну, синие глаза меняли цвет на фиолетовый в минуты волнений, характер её был гибким, но воля – несгибаемой. Она росла в сытости и достатке, любима и оберегаема всеми, от Короля до самого последнего простолюдина Королевства. Она была Истинной Королевой, не зная этого, не понимая, улыбаясь открыто миру и солнцу, вдыхая запах и тёплый ветер родного края. Теперь ей надлежало стать Царицей Дальних Земель и женой грозного Горотеона…

Он потянулся к колокольчикам, но копыто чёрного коня, вставшее рядом с ними, и суровый взгляд пожилого всадника остановил его. Возница робко отошёл, кланяясь и принося извинения. Всадник глазами показал, чего он хочет, и ловкая служанка, подхватив колокольчики, протянула их всаднику.

- Вы передадите их принцессе? – в словах юной служанки было много надежды, но в глазах всадника не отразилось ничего, он молча принял колокольчики, безразлично бросил их плотный мешок и, пришпорив огромного коня, двинулся в путь.

Когда процессия, встречавшая Айолу, тронулась и исчезла за горизонтом, возница развернул коней и двинулся в обратный путь.

Карета была тёплая, иногда она останавливалась, и один и тот же всадник топил печь. Айола никогда не встречала карет с печами, но Дальние Земли были суровы и обширны, люди приспособились к дальним передвижениям. Пол, стены и даже потолок были обшиты шкурами животных, сиденья же были укрыты мехом серо-белой лисы – тёплым и уютным. Айола куталась в платье из мягкой шерсти, что протянула ей старуха, как только она забралась в карету, и меха. Было просторно, девушка могла даже вытянуть ноги или лечь, немного согнув ноги в коленях. Они ехали уже довольно долго, иногда останавливаясь, чтобы поесть. Еду приносили всадники в карету. Обычно они ехали в отдалении, впереди и сзади, и только на стоянке были рядом, они кидали покрывала из толстых шкур на ледяную землю и ели, едва ли перекидываясь парой слов.

Несколько раз Айола выражала желание помыться, и тогда, прямо в карету, ставили таз с тёплой водой, и старуха помогала девушке обмыться, после чего, довольная, на студёном холоде, домывалась сама.

Старуха была не слишком разговорчива, большую часть времени она сидела в углу кареты и дремала, отвечая только на вопросы юной подопечной. Но Айола не знала, что спрашивать. Тысячи вопросов крутились у неё в голове, но не один так и не шёл на ум. Через недели пути, среди ночи, она увидела факелы, крики, старуха встрепенулась, ткнула в Айолу и велела надеть шубу. Быстро укутав девушку, она дождалась, когда карета остановится, и юрко выпрыгнула первой из двери. Айола озиралась по сторонам, опасаясь ступить на землю.

- Стой, дитя моё, - зашипела старуха и толкнула девушку обратно в карету, - я скажу, когда идти.

Минутой позже проворные мальчики раскатывали огромный ворох шелка от кареты до распахнутых дверей серого дворца, по высоким ступеням, убегающим вглубь ярко освещённого помещения.

- Иди.

Айола попыталась наступить на шёлк, но он скользил по льду, ветер ударил в лицо, и чувство страха снова затопило сердце младшей дочери Короля. Является ли это обычаем или испытанием, и что ждёт её за неосторожность? Она почувствовала тёплую руку уже знакомого ей пожилого всадника, который поддержал девушку и передал в следующие руки, так она преодолела ледяную преграду и оказалась на каменном полу замка, стоя на гладком шёлке.

- Всадники благоговеют перед тобой, дитя моё, это хороший знак.

- Разве они не должны?

- Нет, вовсе нет, это всадники Царя, не Царицы, у Царицы есть рабыни, но нет всадников, у неё есть стражники, что охраняют её покой, - старуха показала рукой в сторону двух мужчин в бордовой одежде, кафтаны их едва ли доходили до середины бедра, шаровары были широкими, а головные уборы украшены камнями. – Это твоя стража, дитя.

Айола покосилась на непроницаемые лица стражи и отчётливо поняла, что эти мужчины приставлены к ней вовсе не для того, чтобы защищать покой будущей  Царицы, они были сродни надзирателям. Она судорожно вздохнула и пошла по шёлковой ткани, сопровождаемая всё той же старухой, под гробовую тишину окружающих. Никто не проронил ни слова.

Там, где родилась Айола, люди разговаривали без умолка, женщины смеялись, а мужчины заигрывали с ними. Конечно, никто бы не посмел заигрывать с дочерью Короля или даже поднять на неё глаза, но она наблюдала простую жизнь слуг – они казались довольными жизнью и весёлыми. Здесь же редкие слуги, встречающиеся ей на пути, замирали и низко кланялись Айоле. Она заметила, что кто-то нагибается в пояс, а были и такие, кто быстро становился на колени и опускал лицо ниц, от этого становилось не по себе, и Айола хотела, чтобы эта дорога из шёлка скорее закончилась.

Её покои были невероятно огромные и светлые. Везде, куда бросала взгляд девушка, были свечи, которые отражались в зеркальных и хрустальных лампах, отчего становились ещё ярче. Стены и потолок были выложены мелкой, яркой мозаикой, каждое из помещений – в своём цвете и узоре, который не повторялся. Полог её кровати был вышит золотом, как и скатерть на её столе. Старуха сказала Айоле, что ткань называется «парча», она была жёсткой, но невероятно красивой. В дальнем помещении, если пройти все комнаты, предназначенные для будущей Царицы, была большая омывальня и, к удивлению Айолы, вода уходила сама, стоило рабыне нажать на специальную позолоченную ручку.

Многое удивляло младшую дочь Короля в убранстве и устройстве покоев. Плотные, почти стальные шторы опускались на цветные стекла окон в буран, и ветер не сквозил по помещениям, даже фитили на свечах горели недвижимо, утром же, после бурана, солнце проглядывало сквозь цветное стекло, окрашивая покои в разные цвета и рисунки. Старуха сказала, что цветное стекло – это «витраж».

Наряды будущей Царицы были изысканы и ярких расцветок, мастера их Королевства не умели делать такого. И даже место для справления нужды было тут же, в покоях, и омывалось водой из небольшого краника с такой же позолоченной ручкой, как в омывальне, что позволяло избегать характерного  для таких мест запаха. Старуха сказала, что это «канализация». Называлась ли так сама ручка или чудо исчезания воды, Айола не знала.

Она провела несколько дней в покоях, много спала, после дальнего пути она чувствовала усталость, и ела изысканные блюда. Каждый раз после вкушения, приходил маленький мальчик и через старуху спрашивал Айолу, что ей понравилось больше всего, девушка отвечала. Ей многое приглянулось, хотя и казалось необычным. У себя на родине они ели мясо диких и домашних животных, приготовленное на огне, овощи и лепёшки. Тут же мясо было мягкое, иногда просто таяло, стоило положить его на язык, вкус каждый раз был разным, и Айола узнала слова «специи» и «соус», но более всего она полюбила травяные отвары, которые готовила ей старуха, и сладости, которые всегда в изобилии стояли на столе будущей Царицы.

- Пришло время готовиться к свадьбе, - сказала старуха. – Ты уже достаточно отдохнула, это твои рабыни, - она показала на трёх девушек, лежавших перед ней, пряча лицо в ладонях. – Они приведут твоё тело в порядок для Царя, а эта, - старуха пнула ногой одну из них, - научит тебя ублажать своего Царя, чтобы не вызвать его немилость.

Айола зажмурилась. В их Королевстве юным девушкам тоже предоставляли более старшую женщину для того, чтобы она обучила их премудростям любви, но младшей дочери Короля шёл только шестнадцатый цвет, ей было рано знать подобные премудрости. Она собралась и коротко кивнула старухе в знак того, что поняла её.

- Это лучшая наложница Царя Готореона, она знает, как ублажить его тело и дух, она научит тебя быть хорошей и покорной женой своему мужу…

- У Готореона есть наложницы? – она сказала это слишком громко.

В их Королевстве лишь немногие мужчины имели рабынь, чтобы использовать их для любовных утех, наложниц же не было вовсе, и никогда подобные забавы не были разрешены особам Королевской крови. Она знала, что её отец, рано овдовев, имел приближенную к телу женщину, но она всегда была вольна уйти, и некоторые так и делали, тогда их отдавали замуж за достойного мужчину, давая за ними хорошие средства – много льна и золото. Всегда находился истратившийся, но достойный муж для устройства судьбы приближенной к телу.

- Конечно, есть, дитя моё, - старуха не выразила удивление. – В вашем Королевстве мужчины слабы духом, поэтому живут с одной женщиной, Царь Дальних Земель – сильный мужчина, он нуждается в ласках многих женщин, и может одарить многих.

- Тогда зачем ему я? – Айола понимала, что переходит границы, но она должна была знать, должна была понимать нравы своего будущего Царя и господина.

- Чтобы дать ему наследника, конечно, - старуха смерила взглядом Айолу и продолжила. – Великий Царь мудр, но, боюсь, он ошибся в своём выборе, дитя моё.

- Что это значит?

- Царь Горотеон овдовел, не прошло ещё и половины зимы, от цвета до цвета, по-вашему, его жена, прекрасная Ирима, умерла в родах, так и не произведя на свет младенца, но это не имеет значения, потому что младенцем была девочка. До этого Ирима не могла зачать три зимы, тогда как наложницы зачинали и рожали младенцев, чаще мальчиков. Не похоже, что ты сможешь зачать или родить, дитя моё.

- Но если уже есть младенцы мужского пола, для чего Царица?

- Кто же оставит в живых ребёнка мужского пола Царской крови, дитя? Наследник должен быть законным и Царских кровей. Его должна произвести на свет Царица, а не наложница. – Старуха говорила так, словно эта информация точно такая же, как новые слова «канализация» или «парча».

- Твоя свадьба через четыре дня, дитя.

- Как?

- Лён две недели цветёт, четыре недели спеет, прошло шесть недель, как ты отправилась в путь, на седьмую его собирают. Жрицы Верховной Богини знают твой лунный цикл, лучшее время – через четыре дня, - она обернулась к рабыням и быстро сказала что-то на всё ещё незнакомом Айоле языке. Те быстро подбежали к девушке и стали снимать с неё одежды.

Ей казалась, что прошла целая вечность с тех пор, как рабыни обнажили её тело, а потом омыли её невероятно горячей водой. Они вырывали каждый волосок на её теле, и это было подобно пытке, она кричала, извивалась, особенно когда проворные руки добрались до самых нежных мест девушки. Никогда до этого она не слышала, чтобы волосы, данные Богами и природой, удалялись с тела женщины, она завизжала, но старуха зажала ей рот рукой и зашелестела.

- Ты хочешь вызвать гнев своего господина? Он страшен в гневе, девочка.

- Я будущая Царица Дальних Земель, как ты смеешь говорить со мной в таком тоне, – она оттолкнула старуху и смотрела на неё в гневе.

- Ты будущая Царица, но даже будучи Царицей, ты вольна распоряжаться жизнью только своих рабов. Я не твоя рабыня, а ОН полностью владеет твой жизнью и смертью, и лучше бы тебе не злить его, дитя, чтобы смерть твоя была лёгкой, - она шипела и ходила вокруг. – Лучше бы тебе поступить так, как говорю тебя я, иначе он сам избавит твоё тело от волос раскалённым маслом! Никто не смеет предстать перед Царём в неподобающем виде, никто!

 Она крикнула что-то рабыням, и те продолжили своё дело. На этот раз Айола лежала тихо и не дёргалась, помня слова старухи. Она предпочла бы смерть, чем подобную муку, но не смерть от кипящего масла.

Через время её волосы струились, подобно шёлку, в который были вплетены жемчужины в цвет льна. Кожу на всём теле натёрли сначала колючей мазью, старуха сказала, что это для того, чтобы она стала нежнее лепестков роз, а потом умаслили ароматными «кремами», чтобы тело её было подобно шёлку, что покрывал сейчас плечи девушки.

Из всех тканей, которые узнала, более всего Айола не любила шёлк – холодный и скользкий, он скользил по коже змеиным шипением и не приносил тепла.

- Сейчас придёт Царь Готореон, ты должна понравиться ему, если хочешь, чтобы свадьба состоялась.

- Что это значит?

- Царь посмотрит на тебя, дитя, и скажет, согласен ли он взять тебя в жёны.

- Я же уже здесь, он просил моего отца.

- Это мало что значит, дитя. Ты должна понравиться Царю сейчас, в нагом виде.

- А если я не понравлюсь? - ледяной страх закрался в душу младшей дочери Короля.

- Скорее всего, он отправит тебя обратно к отцу, он справедлив, не твоя вина, что груди твои не налились, и бёдра не готовы ни к встрече с мужем, ни к рождению наследника, но если ты не понравишься ему сильно – он вправе лишить тебя жизни.

- Оооооооо, - Айола медленно оседала на пол, на котором был расстелен ковёр из меха ламы. – Почему я раньше не знала?

- Что бы это изменило, дитя моё, - старуха сочувственно вздохнула. – У тебя было шесть недель незнания, хуже смерти только ожидание смерти. Встань ровно, встань и спрячь свои слёзы, твои глаза слишком фиолетовые, это может не понравиться Царю. У Иримы были черные, как ночь, глаза, она держала голову прямо, даже когда жрицы предсказали ей девочку и скорую кончину, он до сих пор горюет по своей жене, и твои глаза могут не понравиться Царю.

- Что ещё ему может не понравиться?

- Что угодно, дитя. Что угодно… Его траур не был закончен, он был вынужден прервать его, чтобы дать наследника Дальним Землям, законного наследника, на случай, если он падёт в сражении. Иначе Дальние Земли охватят противоречия и пожары междоусобных войн. У Дальних Земель должен быть наследник, и дать его должна законная Царица. Если он решит, что ты не сможешь…

Айола сглотнула, когда услышала шум в дальних покоях.

- Идёт, - старуха быстро говорила, что следует делать младшей дочери Короля, как подобает себя вести. - Когда он войдёт, ты должна поклониться так, как это делают твои рабы, потому что он твой господин, потом встать самой – ты не рабыня. Не смотри ему в лицо, но и в ноги себе не смотри, он должен видеть твоё лицо, не пытайся прикрыться, когда рабыни снимут с тебя одеяния, стой ровно. Если рабыни станут тебя поворачивать – поворачивайся, что бы они ни делали – подчиняйся!

Айолу мелко трясло, она слышала собственное сердцебиение, как будто сердце её было в голове, перед глазами темнело, она видела невероятно высокого мужчину, заходившего в её покои, на минуту она глянула ему в лицо, но тут  же осеклась. Его лицо было подобно каменному изваянию – недвижимо и непроницаемо, глаза его не выражали ничего, только вселяли ужас и страх. Айола начала трястись ещё больше, рассматривая обувь Царя и причудливую вышивку на голенищах сапог, никогда раньше девушка не видела, чтобы грубую кожу украшала вышивка.

Опомнившись, она подняла глаза и уткнулась взглядом в такую же вычурную вышивку на кафтане, полы которого были распахнуты, и видна была туника из шёлка, такого же холодного, как скользил сейчас по плечам младшей дочери Короля и обнажал её перед Царём Дальних Земель. Её руки дёрнулись в попытке закрыться, но старушечье шипение из угла помещения остановило её, она одёрнулась и старалась стоять ровно, сосредоточившись на вышивке. Золотая нитка, серебряная, медная, яркий самоцвет…

Невозможно передать весь ужас, который обрушился на юную линариумку. Она – младшая дочь Короля, дева, который шёл шестнадцатый цвет, стояла нагая пред самым могущественным правителем из всех ей известных Земель, и в его воле было лишить её жизни или сделать Царицей Дальних Земель, но более всего её обуревал стыд за собственную наготу. У неё на родине любой мужчина, узревший так женщину Королевской крови, рисковал расстаться с жизнью, здесь же она стояла, как рабыня на рынке, и её медленно поворачивали перед господином. Рабыни уложили её на кровать и, к ужасу девушки, подняли ей ноги в коленях в попытке развести их шире, которой она сопротивлялась.

Она услышала мужской голос, бархатный, тягучий, обволакивающий, Айола никогда в жизни не слышала столь приятного голоса, даже придворные певцы не обладали умением издавать такие звуки. Речь была ей незнакома, но голос… голос успокаивал. Она резко повернула голову на звук и увидела Царя Горотеона – этот удивительный голос принадлежал ему. Он резко встал со стула, на котором сидел минутой раньше, и быстро покинул покои Айолы, а девушка осталась ждать своей смерти. Рядом с кроватью сидели три рабыни и старуха, чья участь тоже была неизвестна. Обед остался несъеденным. Мальчик, каждый раз приходивший от повара, не пришёл в этот раз, Айола наблюдала, как садится солнце, окрашивая покои в разные цвета последними лучами в жизни младшей дочери Короля.

Звук, раздавшийся колоколами смерти в ушах девушки, вывел её из забытья, она стояла перед мужчиной в её покоях, в шелках, в звенящих браслетах и жемчугом в волосах. Он был высок, как и все мужчины, которых она встречала на этой Земле, в чёрной тунике, без вышивок и камней, к которым привыкла Айола, сбоку в ножнах была кривая сабля – ей удобно рубить голову, подумала Айола, но не дрогнула. Она была Истинной Королевой, фиолетовые глаза смотрели, не боясь, в глаза своему палачу, и ей хватило сил на лёгкую улыбку.

Мужчина заговорил, глядя на старуху. Голос его был странен.

- Он просит прощения у будущей Царицы Дальних Земель, что побеспокоил её покой, но Его Величество, Царь Дальних Земель, передаёт дар своей Царице и просит принять его, - тут мужчина нагнулся, аккуратно поднял холщёвый мешок у ног, который зашевелился, и оттуда показалась мордочка какого-то зверька. Мордочка водила носом, щурилась на свет и фыркала.

- Кто это? – Айола протянула руку, и зверёк сначала дал себя погладить, а потом шустро прыгнул на шёлк, девушка улыбнулась шустрости зверька.

- Это ручной хорёк, - перевела старуха.

- А как его зовут?

- У него нет имени, Царица сама может избрать имя зверю.

С этими словами мужчина поклонился и вышел из покоев.

- Кто это был?

- Евнух, главный евнух, кто бы ещё смог спокойно пройти в покои будущей Царицы, - старуха говорила, довольно потирая руки.

- Что значит этот подарок?

- Я не знаю, дитя моё, не знаю. Обычно дарят золото или шелка, дарят алмазы россыпью, ты первая, кому сделали такой подарок со времён основания Дальних Земель… Что бы это ни значило, твоя свадьба через четыре дня, и ты должна многому научиться… хотя бы основному. Обычно мы обучаем своих дев около трёх месяцев, мы учим их знать не только тело мужа, но и своё, но, боюсь, на это у нас нет времени. Ты узнаешь основное, от тебя не будет требоваться слишком многое – только дать наследника, со всем остальным справятся наложницы.

Старуха гадко засмеялась, и Айола покрылась неприятным липким потом.

Ей объясняли, что ждут от неё на свадебном обряде и после.

Сначала она должна была совершить обряд в их храме, чтобы Главная Жрица приняла её жертву на рассвете, чтобы отречься навсегда от своих Богов и принять Истинных. Потом люди, которые успеют съехаться со всех концов Дальних Земель, а многие уже в пути или приехали, придут приветствовать новую Царицу, они будут преподносить дары и возносить почести в честь неё, петь песни и приносить жертвы в храме. На закате Главная Жрица свяжет священными узами её жизнь с жизнью Царя, с приходом же темноты, когда полный сумрак упадёт на землю, Царь совершит главное действо брака под благостное пение жриц и возрадующихся свидетелей…

- В каком смысле «под пение»? Почему свидетелей? – Айола.

- Ты ведь девственна, дитя моё?

- Да.

- Я знаю это, сегодня рабыня проверила.

- Когда?

- Ты так дрыгалась, что даже не заметила, дитя, ты девственна, это знают жрицы, но простой народ, наместники, придворные – не знают этого, а всем нужен законный наследник. Никто не потерпит незаконного. Царь завершит обряд, войдя в тебя на глазах у жриц и свидетелей, изольёт своё семя в тебя, и все увидят, что ты была девственна, таким образом, ты избавишь будущего наследника от подозрений в нечистой крови.

- Это отвратительно! – Айола не выдержала.

- Это оправдано, если ты не девственна, если ты понесла от кого-то другого, пока была в пути или раньше, на престоле будет сидеть незаконный наследник.

- А если я не понесу от первой ночи? Если чрево моё понесёт позднее, как будет известно, что этот ребёнок законный?

- Наивное дитя, - старуха кивнула в сторону двери, - выйди.

Айола приоткрыла дверь и увидела двух стражей, которые перегородили ей путь и на ломанном родном языке девушки сказали: «Ходить нельзя». Сказали так, что у младшей дочери Короля не осталось никаких сомнений – она не могла покинуть свои покои, и не было никаких шансов, что какой-либо мужчина, помимо её Царя и господина, проникнет в её покои и в её лоно.

 

Ругаться и нецензурно выражать своё недоумение  можно и нужно. 

В свою очередь я прошу прощения у всех, кто настраивался на лирической повествование... в примечаниях у меня указано НЕдобрая сказка, а значит она должна оправдать...

ХЭ, тем не менее будет. 

Так же хочется обратить внимание вот на какой аспект этого "беспредела" - личность Царя Горотеона имеет мало общего с законами и обычаями этих земель. Не он их придумал. 

Они так живут, жили столетиями и вероятно будут так жить. Изменять вековой уклад жизни ради юной будущей и даже настоящей Царицы никто не может, увы. 

У язычников могут быть сколь угодно причудливые и безобразные в своём проявлении культы.

Выразить своё недоумение и сказать своё мнение автору можно на форуме и под главой. 

 



Источник: http://robsten.ru/forum/75-2023-3
Категория: Собственные произведения | Добавил: lonalona (30.09.2015) | Автор: lonalona
Просмотров: 427 | Комментарии: 24 | Рейтинг: 5.0/18
Всего комментариев: 241 2 »
avatar
0
24
lovi06032 Не знаю как все сложится дальше но то ,что она не потерпит наложниц в постели своего мужа( в будущем), это вне сомнений. Истинная Королева! И да, подарок понравился( что бы это значило? JC_flirt ) Спасибо,шикарная история.
avatar
0
23
Мне очень понравилось.Все красиво так написано.Меня описанные законы не напугали, много читала о таком. Конечно возмущает,но не пугает.Мне подарок царя понравился, маленький,пушистый и с зубами....Интересно,как дальше будет развиваться сюжет.....Спасибо автору.
avatar
1
22
Огромное спасибо автору, я просто взахлеб читал и это я говорю как мужчина, талант, просто невероятный талант! Еще раз спасибо, с нетерпением жду продолжения. good good good good good good good
avatar
1
21
Не нашла кнопку редактирования!
А то так напечаталось!(покраснела!)

СПАСИБО!
avatar
1
20
ой, как интересно!
Прям погрузилась по самое не могу!
Как дождаться проды?!
Срасибо за главу!
avatar
1
19
Спасибо за главу! good lovi06032
avatar
1
18
Законы - жесть.
Спасибо за главу.
avatar
1
13
Спасибо за главу! Сурово!
avatar
1
12
Постольку поскольку о подобных вещах я знаю из истории, то ничего удивительного не прочитала. Жалко девушку, которая оказалась в таком положении и в чужой стране. Не понятно только почему он выбрал именно её, если ему было всё равно, т.к. был в трауре по своей бывшей жене. Объяснение , наверное, кроется в непохожести её с его бывшей.
avatar
-3
14
Всё верно, никто не изобретал велосипед, всё обряды взяты из истории. правда изрядно перемешаны. Уверена, мои знания культурологии не настолько высоки, что бы описывать историю в рамках одного культа, поэтому это всего лишь "некий мир" и "некая страна"
У Царя была веская причина выбрать именно Айолу и мы узнаем какая именно.
Спасибо за комментарий.
avatar
1
11
Спасибо за главу good lovi06032
1-10 11-20
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]