Аscot-elite: Интервью Дэвида Кроненберга



Интервью у Девида Кроненберга, Роберта Паттинсона и Дона ДеЛилло было взято 22 апреля 2012 года итальянским интернет-ресурсом cinerepublic.film.tv.it и поделено на 3 части. Сегодня мы предоставляем для вашего внимания интервью с Дэвидом Кроненбергом.

Вы были знакомы с романом Дона ДеЛилло?
Кроненберг: Нет, я не читал его. Пауло Бранко и его сын Хуан Пауло приехали, чтобы предложить мне экранизировать его, Пауло сказал мне: "Мой сын думает, что Вы тот, кто сделает этот фильм". Я знал другие книги ДеЛилло, и я знаю Пауло, и много великолепных фильмов, которые он продюссировал, и я решил: это стоит рассмотреть. Это довольно необычно для меня, так как я в целом предпочитаю выпускать свои собственные проекты. Но из-за этих двоих, я сказал: "OK" и взял книгу. Два дня спустя я прочитал и позвонил Пауло, чтобы сказать: "Хорошо, я участвую в этом".

Вы хотели написать сценарий сами?
Кроненберг: Определенно. И Вы знаете что? Я сделал это за шесть дней. Это беспрецедентно. Фактически, я начал перепечатывать все диалоги из книги на свой компьютер, не изменяя или добавляя что-либо. Это заняло у меня 3 дня. Когда я сделал это, я задался вопросом: "Этого материала достаточно для фильма? Я думаю так". Я провел следующие три дня, заполняя промежутки между диалогами, и как только я это сделал - я получил сценарий. Я послал его Пауло, который сначала сказал: "Вы торопитесь с этим". Но, в конце концов, сценарий ему понравился, и мы поехали.

Что убедило Вас в том, что этот роман может стать фильмом, и почему Вы захотели стать его режиссером?
Кроненберг: Удивительные диалоги. ДеЛилло славится этим, но диалоги в "Космополисе" особенно блестящие. Некоторые диалоги, как говорится, являются ""Пинтерскими", а-ля Гарольд Пинтер, но я думаю, что мы также должны говорить о "ДеЛиловских" диалогах. Кроме того, Пинтер - драматург, его виртуозность в диалогах более чем очевидна, но с романами это сложнее, работа Дона показывает исключительную выразительную силу. (примечание переводчика: Гарольд Пинтер — английский драматург, лауреат Нобелевской премии по литературе 2005 года)

Что захватило Вас в мире Дона ДеЛилло?
Кроненберг: Я прочитал несколько из его книг: "Весы", "Изнанка мира", "Бегущий пес"…, мне действительно нравится его работа, даже, если это чисто-по-американски. Я не американец, я канадец. Это действительно отличается. Американцы и европейцы думают о канадцах, как о более сдержанной и утонченной версии американцев, но все намного сложнее, чем это. У нас в Канаде не было революции, рабства или гражданской войны, здесь только полиция и армия носят оружие, мы не разделяем всеобщего гражданского вооружения, и у нас есть глубокое чувство общности, и потребность предоставить всем минимальный доход. Американцы считают нас социалистической страной! Это несколько различается с книгами ДеЛилло, потому что я могу ухватить его видение Америки, он делает его понятным, и я могу прикоснуться к нему.

Действующее место и романа, и фильма - Нью-Йорк, но немного по-разному. Книга дает тщательные географические детали, в то время как фильм более абстрактен.
Кроненберг: В романе лимузин Эрика Пэкера пересекает Манхэттен с Востока на Запад вдоль 47-ой улицы. Много мест, описанных в книге, больше не существуют, этот Нью-Йорк стал частично воображаемым. По мне, даже если действие книги, бесспорно, происходит в Нью-Йорке, это очень субъективный Нью-Йорк, мы фактически находимся в сознании Эрика Пэкера. Его версия города в основном отключена от реалий улицы, он действительно не понимает людей или сам город. Поэтому я решил, что будет закономерно решиться на более абстрактное видение, даже при том, что это действительно Нью-Йорк, который вы можете видеть за окнами автомобиля.




Между написанием романа и созданием фильма прошло десятилетие. Вы думали об этом, как о проблеме?
Кроненберг: Я так не считаю, потому что роман удивительно пророческий. И пока мы снимали фильм, произошли вещи, которые были описаны в романе, Руперт Мердок получил пирогом в лицо, и конечно начавшееся движение "Захвати Уолл-Стрит”, после того, как мы закончили съемки. ( Примечание переводчика: На самом деле 19 июля 2011 года Руперту Мердоку - американскому медиа-магнату - в лицо бросили тарелку с пеной для бритья. Движение "Захвати Уолл-Стрит" - акция гражданского протеста в Нью-Йорке, проходящая с 17 сентября 2011 года по настоящее время. Цель участников акции — длительный захват улицы Уолл-Стрит в финансовом центре Нью-Йорка с целью привлечения общественного внимания к «преступлениям финансовой элиты» и призыв к структурным изменениям в экономике.)

Мне почти ничего не пришлось менять, чтобы сделать историю современной, единственная разница, мы использовали Юань вместо Йены. Я не знаю, есть ли у ДеЛилло фондовые счета, но он должен: у него есть удивительно проницательное видение того, что происходит и как все обернется… Фильм современный, в то время как книга была пророческой.

Вы читаете книгу по-другому, когда Вы знаете, что Вам позволено превратить ее в фильм?
Кроненберг: Да, несомненно. Такого никогда со мной не происходило, я не читаю книги, думая: можно ли из этого сделать фильм? Это не то, что я обычно ищу, я просто много читаю, потому что я наслаждаюсь этим. Это бы испортило удовольствие. Но на сей раз, я делал две вещи сразу, читал и, как читатель хорошего романа и, как режиссер, задающийся вопросом, достаточно ли материала для фильма. Конечно, впоследствии, раз есть адаптация, вы получаете слияние восприятия двух авторов, в данном случае ДеЛилло и меня. Это то же самое, как с Баллардом или Стивеном Кингом. Это, как для создания ребенка, вам нужно два человека, и фильм становится похож понемногу на каждого из его "родителей", или это как диалектика Маркса. (примечание переводчика: законы материалистической диалектики: закон количественно-качественных изменений, закон единства и борьбы противоположностей и закон отрицания отрицания) Действительно, я не могу не думать немного о Марксе, делая фильм, хотя бы потому, что вы можете услышать в нем первую фразу из "Манифеста Коммунистической партии", "призрак бродит по миру" …





Только теперь это не Европа, это - Мир, об этом Вы говорите…
Кроненберг: Конечно. Но вот действительно важная тема, та, которой я никогда не занимался прежде - деньги. Власть денег, то, что формирует мир. Чтобы иметь дело с этим, мне не нужно было проводить полное исследование в мире финансов. Ее представители видны повсюду. Они на телевидении, в документальных фильмах, в газетах. Они делают и говорят то, что написал ДеЛилло, их поведение, точно такое же, как Эрика Пэкер. По мне, ссылка на Маркса не тривиальна. В "Манифесте Коммунистической партии" Маркс пишет о модернизме, о том времени, когда капитализм достигнет такой степени развития, что общество будет меняться слишком быстро для людей, и когда будут править непостоянство и непредсказуемость. В 1848! И это точно то, что вы увидите в фильме. Я часто задавался вопросом, что бы подумал Карл Маркс о фильме, потому что в нем показывается много вещей, которые он предвидел.

Что Вы подразумеваете под "заполнением промежутков" между диалогами?
Кроненберг: После трех дней, мои диалоги были "в подвешенном состоянии", я должен был понять, как заставить их произойти в лимузине. Поэтому, я должен был описать лимузин подробно: где сидит Эрик? Где другие? Что происходит на улицах? В какой обстановке происходит нападение с кремовым пирогом? И так далее. Это, по большей части, практический материал, как выбор места действия и реквизита, но из этого складывается фильм. Я никогда не писал сценарий для другого режиссера, поэтому когда я пишу, у меня всегда есть направление в моем уме. Для меня, сценарий - это также и план относительно моей команды и актеров и, также, орудие производства. Вы должны думать обо всем и сразу, в какой информации нуждаются художник по декорациям, дизайнер реквизита или костюмер? Каковы финансовые последствия того или иного выбора? И т.д.

Среди внесенных Вами изменений, есть сцена в конце книги, когда Эрик Пэкер оказывается на съемочной площадке …
Кроненберг: Да, вскоре после того, как я прочитал это, я подумал: это не происходит в действительности, это находится только в сознании Пэкера. Я не верю в это. И я не мог видеть, что я снимаю десятки обнаженных тел на улицах Нью-Йорка. Я опасаюсь фильма в фильме. Это может быть интересно, но только, когда это необходимо. Это одно из главных сокращений, которые я сделал из книги, вместе с бомжихой, бездомной женщиной, которую они находят в автомобиле, возвращаясь с рейв-вечеринки. Я снял эту сцену, но впоследствии я решил, что ситуация была маловероятна, искусственна, таким образом, я ее вырезал.



И, конечно, Вы также сокращаете главы, в которых Бенно Левин вмешивается в историю перед заключительной встречей.
Кроненберг: Это не сработало бы в фильме. Мы нуждались бы в голосе за кадром или одном из тех устройств, которые часто дают плохие результаты. Я предпочел экономить все это для заключительного эпизода встречи между Пэкером и им, которая очень длинная: 20 минут. 20 минут диалогов!

Это выбор, вид выбора, который вы должны сделать, чтобы превратить роман в фильм. С другой стороны, когда сценарий закончен, я все еще не знал, какой фильм я собираюсь сделать. Меня часто спрашивают, оправдал ли результат мои ожидания, но у меня вначале не было ожиданий. Было бы абсурдно разработать своего рода идеальный проект, и попытаться соответствовать ему максимально близко. Только бесчисленные шаги в процессе создания фильма могут сделать то, что получится в конце. И это лучше всего.

Это то, почему я не делаю раскадровки: все просто пытаются воссоздать это, и получается натянуто. Это не моя идея кино. Это было удивительно для меня и для других. Начиная с актеров, конечно. Но даже с Питером Сушицки, кинематографистом, с которым я работаю с 1987, мы всегда испытываем новые вещи и пытаемся удивить друг друга. Это делает путь более интересным.



Как Вы выбирали места съемок?
Кроненберг: Довольно странно, но 47-ая улица в Нью-Йорке вполне похожа на некоторые улицы в Торонто. Мы создали пространство фильма, соединяя подлинные элементы Нью-Йорка с другими из Торонто, где у нас были внутренние съемки. Мы не могли снять целый фильм в реальном лимузине, мы должны были обновить некоторые сцены в студии так, чтобы мы могли переместить камеру. Поэтому, то, что вы видите на переднем плане за окнами автомобиля, по большей части - обратная проекция. Главное - сам по себе лимузин, который не столько автомобиль, сколько внутреннее пространство: происходящее в лимузине происходит в голове Эрика Пэкера. Это - то, что имеет значение.

В "прустовском" лимузине...
Кроненберг: Это из романа, несмотря на то, что это неологизм, придуманный ДеЛилло, как ссылка на Пруста, у которого была его комната, обитая пробкой. (примечание переводчика: Марсель Пруст - французский писатель, в 1905 году, чтобы реализовать свой принцип о художнике, слушающем лишь голос своего инстинкта, заточил себя в комнате со стенами, обитыми пробкой)

ДеЛиллло изобрел глагол "прустовать". Я не уверен, что многие люди поймут намек, но я не хочу объяснять это, так или иначе я думаю, что слово вызывает некоторые вопросы, искажение. Это тоже хорошо. Мы как следует продумали внутренние детали автомобиля, который внешне выглядит точно так же, как любой другой лимузин. Это своего рода неправдоподобный трон, на котором сидит Пэкер, но это воплощает равновесие сил, предопределенные отношения между хозяином этого места и его гостями. Много деталей взяты из книги, включая мраморный пол.



В книге есть сцены, в которых он видит себя в будущем … Так, как он в конце видит свою собственную смерть в стекле его часов. Вы не сохранили эти элементы?
Кроненберг: Я попытался, мы сняли сцены, в которых он видит себя в немного отдаленном времени. Но это выглядело фальшиво, для меня это была просто уловка. Я решил, что ты или раздуваешь из этого проблему, подчеркивая это больше, или ты просто пропускаешь все это. Если Эрик Пэкер видит будущее, это становится главной особенностью характера, и так или иначе, я уже озвучивал эту проблему в "Мертвой Зоне". Мы сохранили только одну фразу из всей всей этой идеи о предчувствии, "почему я вижу вещи, которые еще не произошли?", потому что это имеет отношение к тому факту, что он - миллиардер.

Как проходил подбор актеров?
Кроненберг: Интересно, как уже было в случае с "Опасным методом", актеры были не те, кого я имел в виду в начале. Оба раза это было частью постоянного обновления фильма. Изначально, в "Космополисе", главную роль должен был играть Колин Фаррелл, а Марион Котияр должна была играть Элис, жену Эрика Пэкера. Тогда, у Фаррелла был сложный график, и Марион Котияр была беременна. Таким образом, я изменил сценарий, регулируя его для актера помоложе, что было более приближено к книге, и, конечно, его жена тоже должна была быть младше. Этот путь намного лучше. Настоящая проблема состоит в том, когда Вы выстроили механизм финансирования, основанный на имени актера, и он уходит – это не проблема искусства, это проблема денег. Но, в действительности, это не было проблемой для нас.

Вы сразу же подумали о Роберте Паттинсоне?
Кроненберг: Да. Его работа в "Сумерках" интересна, хотя, конечно, это находится в пределах особой структуры. Я также просмотрел "Отголоски прошлого" и "Помни меня", и я был убежден, что он может стать Эриком Пэкером. Это тяжелая роль, он появляется в каждом кадре, и я не думаю, что когда-либо делал фильм, в котором один и тот же актер буквально никогда не выходит из кадра. Выбор актера - вопрос интуиции, нет никаких правил или инструкций об этом.




Вы пытались снять фильм хронологически?
Кроненбер: Настолько, насколько возможно. Это имело место почти для всех сцен в лимузине. Пол Джиамати приехал под конец, и последняя сцена, которую мы сняли - заключительная сцена фильма. Иногда были практические препятствия, но по большей части, мне удалось уважать хронологию лучше, чем на моих предыдущих фильмах. Учитывая, что история разворачивается в один день, но проходит сложное развитие, было очень выгодно работать таким образом.

SCREENSLAM: Режиссура Дэвида Кроненберга в фильме «Космополис»



Есть много способов, используя которые можно снять фильм. Метод работы Дэвида Кроненберга не включает в себя репетиции, импровизацию в диалогах или использование раскадровки (примечание переводчика: последовательность эскизов для визуального планирования сцен перед съёмкой)

«Я хочу, чтобы актеры вносили свой вклад в то, как они двигаются на съемочной площадке; язык тела, как и диалог, очень важен».

Только после этого на площадку приходит съемочная группа фильма, и разыгрывается сцена, как в театре. С эпизодическим характером «Космополиса» и без репетиций актеры, иногда, приходили на площадку, не зная стилистического тона.

Роберт Паттинсон оценил метод Кроненберга: «Это был естественный процесс узнавания друг друга, что блестяще срабатывало, особенно на съемках этого фильма, где очень много длинных сцен с огромным количеством диалогов, непонятным стилем и ритмом. В целом, Дэвид улавливал те моменты, когда мне казалось, что все правильно, и ему всегда нравились эти дубли».



Кроненберг проясняет: «Особенно с таким опытным актером, как Пол Джиаматти, было так много уровней, интенсивности, эмоций, и он мог все это передать через реплику в диалоге, – это обескураживает, – и дает мне понимание того, как нужно снимать это. Нужно иметь ясный взгляд на язык тела, в независимости от того, как снимается сцена, крупным или общим планом».

Пол Джиаматти нашел опыт сотрудничества с Кроненбергом как «освобождение». Он объясняет: «Я никогда не работал с таким уверенным в себе режиссером, у которого есть смелость взять на себя ответственность за весь фильм, что снимает давление с актера. Так что, ты свободен, и можешь делать все что хочешь».



Паттинсон описывает Кроненберга как мастера авторского кино: «Не возникает ощущения, что Дэвид выполняет установки продюсеров, чтобы перевести фильм в определенный контекст. Это понятно, когда такое случается, но только из-за Дэвида возникает мысль, что такой фильм может быть снят. На съемках я действительно чувствовал себя актером и частью всего процесса, и это предпочтительнее той ситуации, когда материалы соединяются друг с другом, а сверху накладывается музыка».

Шон Котэн

Аscot-elite: Интервью Дона ДеЛилло



Интервью у Девида Кроненберга, Роберта Паттинсона и Дона ДеЛилло было взято 22 апреля 2012 года итальянским интернет-ресурсом cinerepublic.film.tv.it и поделено на 3 части. Сегодня вашему вниманию предлагается интервью с автором "Космополиса" Доном ДеЛилло.

Как появился проект адаптации "Космополиса"?
Дон ДеЛилло: Я не поддерживал это. В 2007 Пауло Бранко пригласил меня принять участие в кинофестивале в Эшториле в Португалии, который он координирует. Ему нравится привлекать людей не из киноиндустрии, таких как писатели, художники или музыканты, чтобы сидеть в жюри, и это действительно очень приятный опыт, таким образом поговорить о фильмах. В тот раз он сказал мне о проекте; во-первых, фактически, это была идея его сына Хуана Пауло. Он уже приобрел права на книгу. Я знал его карьеру, как продюсера, внушительный список великолепных режиссеров, с которыми он работал, поэтому я согласился. Затем возник вопрос с режиссером, и я думаю, что Хуан Пауло снова тот, кто предложил Дэвида Кроненберга. Следующее, что я узнал, что Кроненберг, принял на себя руководство, и эта сделка была заключена в лучшем виде. Фактически, все произошло очень быстро.

Вы читали сценарий?
Дон ДеЛилло: Да, я прочел, и это было невероятно близко к книге. Конечно, Кроненберг удалил несколько сцен, которые могли не удаться, но это полностью совпадает с духом романа. Конечно, у меня не было намерения делать комментарии, когда я его прочитал, это стало фильмом Кроненберга. Это мой роман, но это его фильм, в этом нет сомнений. Я видел фильм в Нью-Йорке, в прошлом марте, как только он был закончен. Я действительно был впечатлен. Это бескомпромиссно настолько, насколько возможно. Он понравился мне с самого начала, от вступительных титров: и если уж на то пошло, какая удивительная идея начать с Джексона Поллока и закончить Ротко. И заключительная сцена с Робертом Паттинсоном и Полом Джиамати, она просто шокирует!



Что Вы думаете об экранизации этого романа?
Дон ДеЛилло: Последние годы было много предложений экранизировать некоторые мои книги, но они никогда не появлялись. Я думал, что экранизация "Космополиса" будет особенно сложной, так как большая часть действия происходит в автомобиле, который не очень легко перенести на экран. Но мало того, что Кроненберг это не нарушил, он даже снял в лимузине некоторые сцены, которые первоначально происходили в другом месте, например, эпизод с Жюльетт Бинош.

Парадокс Ваших книг в том, что хотя они переполнены ссылками на кино, они кажутся невозможными для экранизации.
Дон ДеЛилло: Вы правы, но я просто не могу это объяснить. Я думал, что "Весы" или "Белый шум" могли быть легко превращены в фильмы, но, очевидно, это очень сложно. Я не знаю почему. Так или иначе не ожидайте, что я буду заботиться об этом сам и писать сценарий.

Кино занимает значительное место в Ваших книгах, но Вы почти никогда не ссылаетесь на конкретный фильм или режиссера. Это больше идея кино, чем те или иные образцы или личности.
Дон ДеЛилло: На самом деле, кинематографическая чувствительность имеет большее значение, чем некоторые конкретные фильмы. Я рос в Бронксе, раньше мы смотрели вестерны, мюзиклы, гангстерские фильмы – в то время я не знал о жанре "черного кино" (примечание переводчика: фильм нуар - жанр кино; появился во время Второй мировой войны; криминальная драма, жёсткий, психологический детектив, отражающий мрачные, общественные настроения). Когда я переселился на Манхэттен, и я открыл для себя Антониони, Годара, Трюффо, великих современных европейских режиссеров, а также японских режиссеров, начиная с Куросавы. Это было открытием для меня: важность этих фильмов сравнима с великими романами! Много людей думают, что в 1960-х я оставил свою работу в рекламном агентстве, чтобы написать мой первый роман. Ничуть: я просто ушел, так я мог ходить в кино каждый день. Только впоследствии я серьезно занялся написанием.





Тогда Вы написали "Американу", историю человека, которому случается оставить свою работу в медиа-сфере, чтобы режиссировать фильм …
Дон ДеЛилло: Точно! (Он смеется) И с тех пор, поскольку я живу рядом с Нью-Йорком, я продолжаю находить много новых фильмов, которые стало невозможно увидеть в театре где-либо еще, кроме Соединенных Штатов. В определенный период моей жизни я жил в Греции, в течение трех лет, и я изголодался по фильмам, там не показали много хороших фильмов, мне действительно не хватало этого. Так или иначе, я пристально слежу за тем, что происходило в индустрии кинематографа, и я думаю, что в последнее время "Туринская Лошадь" Беллы Тарра, "Древо жизни" Терренса Малика или "Меланхолия" Ларса фон Триера стали реальными вехами.

В Ваших романах не только многочисленные ссылки на фильмы, персонажи, которые хотят снимать кино, потерянные фильмы или секретные фильмы, и т.д. Есть что-то всецело кинематографическое в самом повествовании, например о том, как мальчик попадает на бейсбол в начале "Изнанки мира", написано как эпизод фильма.
Дон ДеЛилло: Это потому, что, когда я пишу, я должен видеть то, что происходит. Даже когда это просто разговор двух парней в комнате, написать диалоги недостаточно. Я должен визуализировать сцену, где они, как они сидят, что на них надето и т.д. Я никогда много об этом не задумывался, это было само собой, но недавно я узнал это, работая над моим предстоящим романом, в котором персонаж проводит много времени, смотря на широком экране видеозапись бедствия. У меня не было проблемы с описанием процесса, если я полагался на процесс визуализации. Меня не устраивает абстрактное написание историй, похожих на эссе: вы должны видеть то, что вижу я.

Вы итало-американец. Вы чувствовали особое родство с поколением великих итало-американских режиссеров, которые добились своего успеха в 1970-х, и которые были Вашими современниками?
Дон ДеЛилло: Мне действительно нравились "Злые улицы". (Примечание переводчика: фильм Мартина Скорсезе "Mean Streets" 1973 года) Я рос в Бронксе, а Скорсезе в Нижнем Манхэттене в Маленькой Италии, но нас объединял тот же самый язык, те же самые акценты и то же самое поведение. Само собой разумеется, я был знаком с нарушителями порядка, как персонаж Роберта Де Ниро, а некоторых из них даже знал очень хорошо. Но самый существенный опыт, вероятно, датируется позднее. Я был очень молод, когда посмотрел "Марти" Делберта Манна, действие которого происходит там, где я жил, в итальянском квартале Бронкса. Фильм показывали на Манхэттене, поэтому, мы - восемь парней, набились в автомобиль, чтобы поехать и посмотреть его. Первая сцена происходит на Артур-Авеню. Это было наше место! Увидеть нашу улицу, магазины, в которых мы были постоянными покупателями, там в кинотеатре, это было удивительно. Это было, словно само наше существование было признано. Мы никогда не подумали бы, что кто-то снимет фильм на этих улицах.

Как Вы отреагировали, когда услышали, что Дэвид Кроненберг должен будет адаптировать Ваш роман?
Дон ДеЛилло: Я был рад. Я пропустил несколько его самых ранних фильмов, но по крайней мере начиная со "Связанных насмерть", я видел их всех. Я особенно люблю "Автокатастрофу" и "Экзистенцию", и конечно "Оправданную жестокость". Сначала я задался вопросом, было ли это похоже на тот материал, с которым он работал прежде. Я решил, что это не так, но я подумал, что это может быть хорошо для него, возможностью решить вопрос оригинальным способом. Так или иначе я был уверен, что он сможет сделать визуально ошеломляющее содержание книги, способом, который удивит всех, включая меня. Я не представлял, каким он был до, но я знал, что это будет нетрадиционно.



Вы видели его версию "Обеда нагишом"?
Дон ДеЛилло: Да, это впечатляет! Именно на такого рода неожиданность я надеялся относительно "Космополиса".

Это было, когда Вы встретились с Дэвидом Кроненбергом?
Дон ДеЛилло: Да, он также был в Эшториле. Но мы не очень говорили о проекте адаптации книги, я хотел держаться в стороне от этого. Мы немного обсудили тот факт, что съемки будут проходить главным образом в Торонто, я увидел, что он знает, что он делает, и это было прекрасно для меня. Мы, вероятно, говорили о ведущем актере, но этот человек в итоге не смог участвовать в этом.

Позже, когда Пауло сказал мне о Роберте Паттинсоне, я подумал, что наконец-то, моя четырнадцатилетняя племянница будет смотреть меня.



Вы посещали съемочную площадку?
Дон ДеЛилло: Нет. Мне предлагали, но я не счел это нужным. Я уже был на съемочных площадках, это действительно скучно. Вы проводите большую часть своего времени в ожидании.

Говоря о месте действия в фильме, Нью-Йорк очень важен в романе, не были ли Вы несколько взволнованны узнав, что большая часть съемок будет проходить в другом месте?
Дон ДеЛилло: Важно то, что происходит в лимузине. Это как сам мир, с несколькими нежданными визитами разнообразных посетителей или разъяренной толпой. Это - то, что действительно имеет значение. Кроме того, съемки в другом месте придают фильму более широкий размах, конечно это - Нью-Йорк, но больше мы имеем дело с идеей "большого современного города”, который прекрасно подходит.

Книга была издана в 2003, фильм будет выпущен в 2012, не боялись ли Вы, что этот интервал станет проблемой?
Дон ДеЛилло: Любопытно, когда фильм был почти сделан, началось движение "Захвати Уолл-стрит”, несколько переплетаясь с тем, о чем фильм. Я думаю, что это - только начало, там будет больше. Вия Кински, Руководитель Теории Эрика Пэкера (в фильме ее играет Саманта Мортон), объясняет своему боссу, что те протестующие - прямые последствия Уолл-стрит и капитализма, и что они способствуют, чтобы освежить и подкорректировать систему. Они помогают Уолл-стрит пересмотреть себя в новом контексте перед лицом большего мира. По моему мнению, это точно то, что происходит: "Захвати Уолл-стрит”, не уменьшил астрономические бонусы, зарабатываемые корпоративными руководителями.



Какова была Ваша первая реакция, когда Вы посмотрели фильм? Вы находили новые элементы, которых не было в книге?
Дон ДеЛилло: Я был сильно взволнован. Есть также очень забавные моменты, и я был действительно впечатлен всем финалом, это возводит фильм на другой уровень. То, что происходит между Эриком Пэкером и Бенно Левиным, персонажем, которого играет Пол Джиамати, отмечено их взаимным уважением, что-то, что было в книге, но что более ощутимо в фильме. Действительно, Дэвид принял правильное решение в сокращении двух вмешательств Бенно Левина прежде, чем они встретятся. Те две вставленные главы соответствовали роману, но не фильму.



Диалоги - почти все Ваши. Как это чувствуется, слышать их?
Дон ДеЛилло: Это - самая странная вещь! Это мои слова, но они живут другой жизнью. Я написал эту беседу об искусстве, которая происходит между Эриком и героиней, которую играет Жюльетт Бинош, но так или иначе было такое чувство, что я впервые обнаружил или же понял его.

Один из самых важных аспектов книги, как вещи, и слова, их обозначающие, устаревают и остаются позади, после процесса ускоренного устаревания. Пэкер твердит: "эта вещь все еще существует?”, "как мы можем все еще использовать такое слово?", "компьютер" - это такое устаревшее слово", и т.д.
Дон ДеЛилло: Это правда, и в романе у него особое восприятие времени, которое переносит его вперед, он видит то, что произойдет далее. Этот аспект почти исчез из фильма. Для этой книги я уделил много времени и внимания способу, которым деньги влияют на наше восприятие времени. Они говорят, "время - деньги", но в этом контексте, деньги - это время. Эта идея нашла свое отражение в фильме, но другим путем.



Ваше имя появляется в заключительных титрах в фильме в музыке.
Дон ДеЛилло: Да, я заметил это! Это потому, что я написал стихи суфийского рэпа в книге, которые также использовались в фильме. Это станет началом моей новой карьеры как автор стихов рэпа … Я не могу быть более гордым.

"КОСМОПОЛИС": Новое закадровое фото и новая дата российской премьеры фильма



Сразу две новости о фильме "Космополис" принес нам сегодня день, две хорошие новости! Новый стилл за кадром. Девид Кроненберг и Роберт Паттинсон на съемочной площадке фильма в Торонто. И новая дата Российской премьеры! На официальном сайте фильма новая дата премьеры фильма в России. Теперь это 13 июня 2012 г.. Напомним, что российская премьера фильма "Белоснежка и охотник" запланирована на день раньше - 12 июня 2012 г.

SCREENSLAM: Кто присоединится к Роберту Паттинсону в его дикой поездке в "Космополисе"?



ВНИМАНИЕ! СТАТЬЯ СОДЕРЖИТ СПОЙЛЕРЫ!

К настоящему времени уже все знают о том, что Роберт Паттинсон играет Эрика Пэкера в фильме "Космополис" Дэвида Кроненберга. Однако некоторые могут не знать о том, кто сыграл в этой картине вместе с Робом. Кроненберг сумел подобрать весьма впечатляющий актерский состав – от искусного Пола Джаматти до таких молодых талантов, как Сара Гэйдон и Джей Барушель, и до таких французских звезд, как Жюльетт Бинош и Матье Амальрик. Паттинсон охарактеризовал актерский состав следующим образом: "Все актеры из разных жанров, все разные сами по себе, все занимались совершенно различными типами фильмов. Они знали не так многое о фильме, но все хотели поработать с Дэвидом. По этой причине все они здесь".

Эрик Пэкер находится под защитой видимых и невидимых сил. Кевин Дюран играет Торвала – главу службы безопасности, охраняющей Эрика. С ростом в 198 сантиметров он выглядит действительно устрашающе, его персонаж вооружен и опасен. Торвал постоянно предупреждает Эрика во время его поездки, особенно после того, как он получает сообщение о "реальных угрозах". Однако Эрик игнорирует его предупреждения, разрушая тем самым свою собственную безопасность.

Дюран описывает своего персонажа "удрученным, бывшим военным, "отцом" Эрика". Он сравнивает его со "своим сыном-подростком. Я могу попытаться направить его в правильное русло, однако, в конечном счете, он сделает то, чего хочется ему". Напарниками Торвала выступают Кендра (Патриция МакКензи) и Данко (Желько Кецожевич), которым приходится столкнуться с эмоциональной пустотой Эрика.



Во время своей поездки в парикмахерскую, Эрик встречается со своими сотрудниками и партнерами. Первым гостем в его лимузине становится Шайнер (Джей Барушель) – сотрудник Пэкера, главный по технологиям. Пэкер зависим от своего электронного взаимодействия с внешним миром, его ожидания в этом вопросе высоки. Шайнер осведомлен об этих ожиданиях, однако его персонаж более обычен и менее похож на делового человека, чем мы могли бы ожидать. Стоит ли нам вообще этого ожидать? Барушель описывает своего персонажа следующим образом: "Это один из "интернет-детей"… лодырь, ставший миллионером". На него возложено обеспечение технической безопасности Пэкера, и это сделало его богатым, однако у него есть сомнения, касающиеся значения всего этого.



Вия Кински (Саманта Мортон) – глава по теории, работающая на Пэкера. Выражаясь точнее, Вия занимается обоснованием философии финансов. Мортон сыграла женщину, которая держит в своей голове так много вещей, что она едва ли замечает то, что происходит за пределами лимузина – на улице разозленные протестующие осаждают машину и разрисовывают ее граффити. Реальность и теория находятся у нее в неравных позициях, однако она, несмотря на это, остается решительной.



Джейн Мэлман (Эмили Хэмпшир) – руководитель по финансам и мать-одиночка, работающая на Пэкера, с которой мы встречаемся в ее выходной день, когда она отправляется на пробежку и встречает Эрика. Они обсуждают курс иены в лимузине Эрика. Его пренебрежение по отношению к ее личной жизни и забота только о собственных проблемах раздражают Джейн, однако между ними витает определенно притяжение. Во время разговора в лимузине она подтверждает его опасения, касающиеся финансовой ситуации. Происходит это и во время его ежедневного медицинского осмотра – даже тогда, когда доктор проверяет его простату.



Зная о том, что Пэкер является поклонником художника Марка Ротко, Диди Финчер (Жюльетт Бинош) навещает Эрика в его лимузине, чтобы сообщить ему о том, что она нашла картину, которую он, по ее мнению, должен купить. После того, как они занимаются любовью, Эрик говорит ей о том, что его не интересует одна работа – он хочет купить всю галерею. Бинош отмечает то, что "Диди находится в некотором противоречии, поскольку очевидно, что ее тянет к Эрику, однако ее обижает его тривиальная алчность". Когда Кроненберга спросили о том, что привнесла Бинош в эту роль, он улыбнулся: "Она привнесла свое французское очарование, талант, юмор, чувственность. На фоне всего этого можно увидеть те черты нашего главного персонажа, которые не видны сначала. Это человек, который может быть со взрослой, сильной, уверенной в себе женщиной".



Сара Гэйдон – актриса из Торонто, которая сыграла жену Карла Юнга в фильме "Опасный метод" Кроненберга. Она приняла участие и в "Космополисе", сыграв Элиз – жену Эрика. Она воплотила на экране современную жительницу Нью-Йорка с богатыми родителями и размеренной речью, однако деньги – не все, что ее интересует. "Элиз – типичная женщина с Верхнего Ист-Сайда, она много говорит о сексе, однако она очень умная и творческая, - говорит Сара. "Мне кажется, что Эрик и Элиз – просто маленькие дети, которые пытаются мнить себя гораздо большими фигурами, чем они являются. Элиз любит Эрика, однако он больше олицетворяет собой богатство, а она – искусство и ум. Или, возможно, она просто считает себя таковой. Вместе, эти два персонажа создают волнительное напряжение… но это длится недолго". Что касается сходства между актрисой и ее героиней, то на этот счет Паттинсон мило отмечает следующее: "Элиз, в некоторой степени, похожа на Снежную Королеву, но Сара очень забавная и милая".



Матье Амальрик сыграл анти-капиталистично настроенного активиста Петруску, который бросает пирог в лицо ультра-капиталиста Эрика, когда тот оказывается без охраны на улице. Эту сцену отсняли всего лишь за несколько дней до того, как подобная ситуация случилось с Рупертом Мердоком во время слушаний перед британским парламентом – поразительный пример того, как жизнь имитирует искусство. Амальрик считает, что в его роли присутствуют и юмор, и сложность: "Это забавный, но устрашающий момент, с которым может совладать только Дэвид Кроненберг". Паулу Бранко счел этот момент "ужасающим, но реальным".



K’Naan появится на экране в катафалке, который будет ехать по улицам. Он сыграл убитого рэпера Брута Феза – музыканта, которого толпы людей считали просто-таки Богом. За пределами экрана сомалийско-канадский музыкант сотрудничал с Говардом Шором. Они работали над песней, по которой запомнился его персонаж Брута Фез, в основу которой были положены слова из романа ДеЛилло.



Бенно (Пол Джаматти) – загадочный персонаж, который, в конечном счете, оказался бывшим сотрудником Пэкера. Он следил за Эриком, ведомый сложными мотивами и намерениями. Когда они наконец встречаются, Бенно начинает выискивать слабые стороны миллиардера, которые едва ли были видны до этого. Кроненберг характеризует Бенно, как "совесть Эрика Пэкера. Бенно бросает ему в лицо то, что он лишен человечности и угрызений совести, говорит ему о том, как сильно он зациклен на достижении богатства".



Джаматти уже давно хотел поработать с Кроненбергом, и он соглашается с режиссером в его видении персонажа: "Бенно - это, в некотором роде, компас морали, даже Альтер-эго для Эрика, который демонстрирует свои эмоции в этой сцене больше, чем в какой-либо другой сцене этого фильма".


Шон Котэн

"КОСМОПОЛИС": Новый отрывок из фильма!

Роберт Паттинсон и Сара Гадон в фильме "Космополис"




ПЕРЕВОД:
Эрик: Где твоя машина?
Элис: Мы не смогли ее найти.
Эрик: Поедем на моей.
Элис:Я не могу. Совершенно. Я знаю, ты работаешь даже в машине. А мне нравятся такси. Я никогда не отличалась знаниями в географии, но многое можно узнать у водителя, если спросить откуда он.
Эрик:Они приезжают из ужаса и отчаяния.
Элис: Да, именно. Во время поездки узнаешь о несправедливости в других странах.
Эрик: Мы давно не виделись.

Многие поклонники Дэвида Кроненберга начинают скучать по старым причудливым фильмам режиссера, пока в последние годы он берется за более рассудительную пищу, такую как «Оправданная жестокость», «Порок на экспорт», «Опасный метод».

Если быть точным, ни одна из этих попыток не была, так называемой основной тенденцией, но в них также не присутствовал странный вкус Кроненберга, на котором он сделал себе имя. Хорошо, в «Космополисе» можно проследить то, что Канадский режиссер возвращается к тем более сюрреалистичным попыткам прошлого, но, несомненно, он все еще может предложить несколько уловок.

Как уже сообщалось в прошлой статье, Канадская инди-рок группа Metric предоставит несколько мелодий для фильма, и последние подробности саундрека говорят о том, что в фильме будет представлены не только три песни в их сочинении - "Long To Live", "I Don't Want To Wake Up", "Call Me Home", но и то, что рэпер K'naan также представит композицию «Месса». Интригует то, что Гвард Шор стал соавтром песен Metric, в то время как слова для «Mecca» предоставил Дон Делилло. Нам любопытно услышать это сотрудничество, и если вы хотите вкусить этого, вы можете послушать отрывки из песен прямо здесь.

Пока еще нет определенной даты выхода саундрека, но мы предполагаем, что он будет привязан к выходу фильма в кинотеатрах Северной Америки этим летом. Полный список композиций представлен ниже.

Список музыкальных композиций «Космополиса»

1.White Limos (Белые лимузины) - Говард Шор

2.Long To Live (Жить долго) - Metric

3.Rat Men (Крыса) - Говард Шор

4.Asymmetrical (Ассиметричность) - Говард Шор

5.I Don't Want To Wake Up (Я не хочу просыпаться) - Metric

6.A Credible Threat (Вероятная угроза) - Говард Шор

7.Call Me Home (Позови меня домой) - По- Metric

8.Haircut (Стрижка)- Говард Шор

9.Mecca (Мекка) - K'Naan

10.The Gun (Пистолет) - Говард Шор

Fnac Contact: Интервью Роберта Паттинсона и Дэвида Кроненберга для французского журнала



«Космополис» - новый фильм Дэвида Кроненберга почти наверняка был выбран, чтобы стать частью 65–ой церемонии Каннского кинофестиваля. Исполнитель главной роли - Роберт Паттинсон.

Неожиданное, но многообещающее сотрудничество, где звезда "Сумерек" играет мультимиллионера, разъезжающего по Манхэттену в навороченном лимузине, являющимся предпосылкой к саморазрушающим «подвигам».

Дэвид Кроненберг

Чем вы руководствовались, адаптируя роман Дона ДеЛилло?
Дэвид Кроненберг: Диалогами. Когда я прочитал книгу, я подумал, что я хотел бы услышать их из уст превосходных актёров. И с кинематографической точки зрения, это была прекрасная возможность снимать внутри лимузина в движении. Я попросил свою команду посмотреть фильмы «Подводная лодка» >>>> и «Ливан» >>>> два фильма, снятых в ограниченных пространствах. Это вполне освобождает от строгих сценических постановок настолько, насколько это требует пересмотра традиционного подхода в кино, не только в отношении движения камеры, но и также относительно хореографии действия.

Выбор Роберта Паттинсона на роль Эрика Пэкера удивил СМИ. Всё же это имеет смысл.
Дэвид Кроненберг: Кастинг - тайное искусство. Это что-то чрезвычайно важное в работе режиссёра. Вы можете загубить свой фильм ещё до съёмок плохим выбором актёрского состава. И всё же нет никаких инструкций, чтобы вы руководствовались ими. Я чувствовал, что у Роберта Паттинсона было необходимое обаяние, чтобы сыграть странного, невротичного, влиятельного и всё же незрелого мужчину, который развивается у нас на глазах во время его "одиссеи", которая разворачивается на экране. Эрик не положительный образ, и мне нужен был актёр, который не боится этого. Но он (образ) так же захватывающий, гипнотический, и это те качества, которыми актёр может обладать, а может и нет. У Роберта они есть.

Власть, отчуждение, самоубийство… Можете ли вы сказать, что Эрик Пэкер близок вашим предыдущим героям?
Дэвид Кроненберг: Блестящие и саморазрушающие образы - мои любимые. Они испускают такую ауру, а их падение так поучительно, если не забавно. Я всегда любопытен, а иногда и потрясён нашим взаимодействием, как людей, и условиями человеческого существования в частности.

Вы раньше пренебрежительно относились к Каннской аудитории, а в итоге закончили, как президент жюри кинофестиваля. Что случилось?
Дэвид Кроненберг: Потребовалось время, чтобы критики и часть зрителей поняли то, что я пытался сделать. Именно поэтому важно иметь долгий послужной список, так как ваши предыдущие фильмы выходят на передний план первыми, и со временем спектр вашей работы становится маленькой вселенной, которая имеет смысл для каждого: творческий смысл месяца.




Роберт Паттинсон

Как ты отреагировал, когда тебе предложили роль Эрика Пэкера?
Роберт Паттинсон: Я прочитал оригинал за год до этого и подумал, что у меня не было ни единого шанса получить роль в фильме, не говоря уже о роли Эрика. И когда Дэвид (Кроненберг) позвонил мне, совершенно неожиданно, я был более чем удивлён! Это, совершенно очевидно, был один из самых захватывающих и требовательных проектов, которые я, возможно, прочитал.

Ты сказал, что твой опыт на съемочной площадке был отчасти «сумасшедшим». Что ты точно имел в виду?
Роберт Паттинсон: Он просто отличался от чего-либо, что я делал раньше. Сценарий включал некоторые действительно необычные стилистические идеи, и я думаю, никто на самом деле не знал, как подступиться к такого рода материалу. Знаете, это редкость работать с режиссёром, который позволяет, органически, в своих фильмах очень развивать это.

Есть ли ещё какие-нибудь другие режиссёры, с которыми ты хотел бы поработать?
Роберт Паттинсон: Слишком много, чтобы перечислять их. Но среди них французские режиссёры, включая Жака Одиара (Jacques Audiard ), например, который довольно незауряден.

Screenslam: Как и почему Роберт Паттинсон был выбран на роль Эрика Пэкера в "Космополисе"?



В "Космополисе" Эрик Пэкер предстает перед нами в качестве эгоистичного, молодого члена господствующего класса, он находится на лидирующих позициях среди самых богатейших людей мира. Это антигерой, чья привилегированная реальность является изолированной и находящейся в упадке.

Выбор Роберта Паттинсона на эту антипатичную роль нельзя назвать очевидным. Невероятная популярность Роберта, возможно и дает ему некоторое представление о том, как сильно может давить на человека успех, однако это давление включает в себя еще один элемент – пристальное внимание со стороны поклонников, которые, возможно, ожидали увидеть его в другой роли.

Кроме того, он моложе, чем, как предполагалось, должен был быть Эрик Пэкер. Разница в возрасте сказалась и на остальной части кастинга. С другой стороны, молодые миллиардеры и отлично разбирающиеся в технологиях трейдеры совсем не редкость для современного общества. Ко всему, выбор Роберта на роль в этом фильме, стал потенциальной возможностью привлечь к работе Дэвида Кроненберга внимание нового поколения.

Как бы там ни было, выбор Паттинсона на эту роль опирается на его талант и опыт, а не на наличие или отсутствие популярности. Кроненберг счел Роберта зрелым и способным бросить вызов самому себе: "… У Роба нет иллюзий насчет своей славы. Он понимает, что популярность – это не ключевой элемент для того, чтобы быть хорошим актером. Он осознает, что в этом есть опасность, в том, чтобы браться за такие проекты, которые понравятся другим, а не только тебе самому". Для того, чтобы воплотить на экране эгоцентричного Эрика Пэкера, Паттинсону потребовалось забыть об образе притягательного, сочувствующего персонажа.

"Некоторые актеры переживают из-за того, что они сыграют не притягательного или не ранимого персонажа, но Роб никогда не волновался из-за этого. Здесь требовалось докопаться до правды, зачастую нелицеприятной. Понять, что из себя представляет Эрик и что значит быть 25-летним миллиардером… Роб невероятно милый, но здесь в этом не было необходимости", - отмечает Кроненберг. Таким образом, Эрика Пэкера, финансового бога, возможно лишенного души, сыграл обаятельный и скромный Роберт Паттинсон.

Роберт был удивлен и взволнован, когда ему поступило предложение, касающееся "Космополиса". Он говорит о том, что получив сценарий около года назад, он подумал о том, что это "один из самых оригинальных сценариев", которые он когда-либо читал. Однако, он сомневался в том, что действительно получит эту роль: "Это предложение было словно снег на голову, я был поражен!". Не переставая хвалить "подстегивающую" и новаторскую работу Кроненберга, Роберт говорит о том, что он определенно был уверен в том, что возьмется за эту роль, однако, он признается в том, что "я понятия не имел о том, как я буду это играть… Сначала я испугался, больше всего, из-за того, что я мог и интерпретировать сценарий и сыграть все это совершенно различными способами… ".

Перед съёмками он провел не так много времени с Дэвидом, но он знал, что попал в надежные руки. И доверие по отношению к режиссеру точно так же, как доверие Дэвида по отношению к Роберту было не безосновательным. "Во время съёмок я чувствовал, что Дэвид поэтапно формирует все это, и это заставляло меня чувствовать себя действительно комфортно, потому что это означало, что здесь нет какого-то заданного правильного или неправильного способа".

Паттинсону хотелось взяться за такой проект, который позволил бы ему проверить в самого себя, и "Космополис" подарил ему такую возможность. Эрик Пэкер – сложный и противоречивый персонаж, сочетающий в себе расчетливость и безрассудство. Роберту было необходимо найти эмоциональную основу человека, находящегося по сути, в состоянии апатии. Человека, для которого мир представляет собой совокупность чисел и приобретений.

"Я думаю, что Эрик обладает всепоглощающим эго", - отмечает Роберт. Он живет в искусственной оболочке, успех Эрика кажется результатом беспристрастной и четкой рациональности. Однако его желание подстричься оказывается рискованным и иррациональным. Он привык к тому, что люди приходят к нему, а не он к ним, даже доктор, который проводит ежедневное медицинское обследование. Но на сей раз, он решает самостоятельно отправиться к парикмахеру, который находится на другом конце города, несмотря на угрозу личной безопасности.

Роб отмечает то, что его персонаж хорошо понимает современные события, бизнес и политику. Однако познания Эрика Пэкера, касающиеся мира, появляются в большинстве своем, благодаря технологиям, поэтому он воспринимает вещи, как обычную информацию. "Словно это просто какой-то список или матрица", - предполагает Роб. Он описывает Эрика следующим образом: "Он все время наблюдает за экранами, которые предоставляют ему всю текущую информацию. Я думаю, что он доходит до отчаянных мер ради того, чтобы почувствовать что-то, поскольку он стал крайне безразличным".

Он многое знает, многим владеет, даже людьми, но у него, кажется, нет друзей. Его жена чувствует себя так, словно ее держат на расстоянии, как будто она просто ценное приобретение, кто-то, кого можно использовать или игнорировать. Он – хозяин своей собственной Вселенной. Одинок ли он на этой вершине? Волнует ли его это? Загадочность Эрика является центральной темой фильма, и его взаимодействие с другими персонажами поспособствует двум вещам: продемонстрирует нам эту головоломку и возможно, подарит ключ к ее разгадке.

Шон Котэн

АКТЕРСКИЙ СОСТАВ

Дэвид Кроненберг и его давний соавтор, ассистент режиссера Дейдра Боуэн, собрали замечательный актерский состав, с талантами из Америки, Канады, Англии и Франции. Это насыщенный персонажами сценарий. Большая часть сюжета состоит из коротких, напряженных встреч между главным героем и второстепенными персонажами. Диалог часто требует центарального места.

Личность Эрика Пэкера и его эмоциональное путешествие развиваются в череде тесных взаимодействий с людьми космополиса — его сотрудниками, сторонниками и врагами. Выбор ведущего актера, конечно был крайне важен, потому что остальная часть актерского состава задействована кратковременно, но тесно с ведущим. Второстепенные роли также потребовали сильного кастинга.

"Подбор актеров - это черная магия," - заявил Дэвид Кроненберг. "Вы можете убить свой фильм, совершив ошибку, даже прежде, чем вы его сняли." Когда имя Роберта Паттинсона было предложено для ведущей роли Пэкера, Кроненберг посмотрел большую часть его работ, включая роль молодого Сальвадора Дали в "Отголосках прошлого" и сказал: "Роб, самый интересный и захватывающий актер, предложенный для "Космополиса" и я знал, что он принесет на экран что-то замечательное , возможно даже что-то, о чем он сам не подозревает."

Под руководством Дэвида, Роберт обеспечил острое, осмысленное исполнение. Фактически, Роберт отмечает, что никогда не чувствовал себя "до такой степени используемым как актер." Актер Пол Джиамати описывает Роберта как "гения".

РОБЕРТ ПАТТИНСОН - ЭРИК ПЭКЕР

Эрик Пэкер - эгоистичный молодой член правящего класса, один процент супер-богатой верхушки. Он - антигерой, преимущественная действительность которого декадентство и изоляция. Выбор Роберта Паттинсона для этой малосимпатичной роли не был очевиден. Суперслава Роберта возможно и дает ему некоторое представление о бремени успеха, но его бремя включает в себя внимание рьяных поклонников, которые ожидают от него различных ролей.

И он моложе, чем изначально задумывался Эрик Пэкер. Возрастные различия повлияли и на остальную часть процесса подбора актеров. С другой стороны, молодые миллиардеры и продвинутые спекулянты не редкость в сегодняшнем обществе. Плюс ко всему, выбор Роберта дает возможность привлечь новое поколение к работе Кроненберга.

В конечном счете, выбор опирался на талант и опыт Паттинсона, независимо от известности. Кроненберг нашел Роберта зрелым и готовым бросить вызов себе: "... Роб не введен в заблуждение своей известностью. Он понимает, что популярность не гарантирует того, что ты хороший актер и осознает опасность участия в проектах, чтобы угодить другим, а не себе." Воплощение в жизнь маниакально-эгоистичного Эрика Пэкера потребовало от Паттинсона забыть, какого быть милым персонажем.

Кроненберг замечает: "Некоторые актеры боятся выглядеть не привлекательными или нежными, но это никогда не было проблемой для Роба. В фильме часто всплывает нелицеприятная правда о том, кто такой Эрик и что означает быть 25-летним миллиардером.... Роб невероятно симпатичен, но он не должен нравиться." Эрик Пэкер - финансовый бог, возможно жестокий, но с "глиняными ногами", понят харизматическим, скромным Робертом Паттинсоном. (примечание переводчика: "Колосс на глиняных ногах" — крылатое выражение, которым характеризуется что-либо величественное с виду, но по существу слабое.)

Роберт был удивлен и взволнован предложением для "Космополиса". Он вспоминает, что получив сценарий годом ранее, подумал что это - "один из самых оригинальных сценариев, которые читал." Однако он сомневался, что получит роль: "Когда внезапно пришло предложение, я был поражен!"

Восхваляя последовательную, "заставляющую думать" и инновационную работу Дэвида, Роберт говорит, что был уверен, что возьмется за роль. Однако, он признает: "Я понятия не имел, как я собирался играть его... Я боялся сначала, главным образом, потому что я мог интерпретировать сценарий и играть это множеством различных способов..."

У него не было много времени с Дэвидом перед съемками, но он знал, что был в хороших руках. Его доверие к режиссеру, так же как Дэвида к Роберту, было обоснованно. "Я мог чувствовать, как Дэвид формирует то, что мы снимаем, и это заставило меня действительно расслабиться, потому что это означало, что не было никакого определенного правильного или неправильного пути. В конечном счете, я был очень расслаблен, особенно во время напряженных сцен."

Паттинсон хотел проект, который позволит ему раскрыть себя, и "Космополис" предоставил ему такого персонажа, чтобы сделать это. Эрик Пэкер - непостижимый и противоречивый, расчетливый и безрассудный.

Роберт должен был найти эмоциональное ядро человека, у которого заниженная чувствительность, который смотрит на мир с точки зрения чисел и приобретений. Роберт отмечает: "Я думаю, что у Эрика всепоглощающее эго."

Он живет неестественной жизнью, и успех Эрика кажется продуктом независимости и холодной рациональности. Вместе с тем, его странные поиски ради стрижки, опасны и иррациональны. Обычно, он заставляет людей приезжать к нему, включая врача для ежедневного осмотра, но он настаивает на встрече со старомодным парикмахером на другом конце города, несмотря на риск для его личной безопасности.

Роб отмечает понимание своим персонажем современных событий, бизнеса и политики. Знание Эриком Пэкером мира, однако, основывается прежде всего на технологии, и он рассматривает большинство вещей, как простую информацию, "словно некий список или матрицу,” относительно которого он беспристрастен, подсказывает Роб.

Роб описывает Эрика "Все время смотрящий на экраны, сообщающие ему о текущих данных. Я думаю, что он заканчивает предпринимать решительные меры только, чтобы что-то почувствовать, потому что он настолько не чувствительный."

Он знает и отчасти признает многих людей, но кажется, не имеет друзей. Даже его новая жена чувствует себя отдаленной, приобретением, кем-то использованным или проигнорированным. Он - повелитель своей вселенной, но он одинок на вершине? Заботит ли его это? Загадка характера Эрика главная в фильме, и его взаимодействия со второстепенными персонажами, как фигуры головоломки, возможно дают ключ к ее разгадке.


ИСПОЛНИТЕЛИ РОЛЕЙ ВТОРОГО ПЛАНА

Кроненберг гарантировал Паттинсону свою режиссерскую поддержку в создании "достоверного" Эрика Пэкера. Он также обещал Робу "фантастических актеров" для работы над "Космополисом", и сдержал обещание. В дополнение к уверенному Полу Джиамати, Роберт играет с диапазоном исполнителей от свежих талантов Сары Гейдон и Джея Барушеля до французских светил Жюльетт Бинош и Матье Амальрик. Паттинсон подводит итог актерского ансамбля: "Все актеры происходят из различной среды, это разные личности и все снимались в абсолютно различных жанрах фильмов. Они не много знали о фильме, но все хотели работать с Дэвидом, и именно поэтому они здесь."

РЕЖИССЕРСКИЙ СТИЛЬ

Есть много способов режиссировать фильм. Путь Кроненберга не предусматривает репетицию, импровизацию в диалогах или использование раскадровки: "Я хочу, чтобы актеры внесли свой вклад в то, как они перемещаются на съемочной площадке. Язык их тела так же важен, как и диалог. Только спустя некоторое время на площадке, актеры становятся командой и исполняют сцену, как театральную постановку".

С эпизодической природой "Космополиса" и отсутствием репетицией, актеры вливались в течение нескольких дней не зная стилистического тона. Паттинсон ценил метод Кроненберга: "Был естественный процесс познания друг друга, который блестяще работал, особенно в этом фильме, где столько длинных сцен с таким большим количеством диалогов, неясных по тону и ритму. Как правило, он останавливался на том, что чувствовалось правильным для меня, и ему всегда нравились эти трактовки."

Кроненберг разъясняет: "Особенно с опытным актером, как Пол Джиамати есть столько слоев, такая глубина, уровни эмоций, все что он может передать в продолжении диалога – это захватывающее и дает мне направление для съёмок. Должен ли это быть крупный план или общий план, чтобы иметь детальное взгляд на язык его тела."

Джиамати считает опыт съемок у Кроненберга "освобождением". Он объясняет: "Я никогда не работал с таким уверенным режиссером у которого есть смелость, чтобы взять на себя полную ответственность за фильм, который снимает давление с актера, вы свободны делать все что хотите."

Паттинсон комментирует Дэвида, как мастера авторского кино: "Никогда не похоже, что Дэвид принимает во внимание замечания продюссеров, чтобы заставить кино обратиться к определенному сектору. Понятно, что это происходит, но исключительно только из-за того, что Дэвид снял фильм так, как он может это сделать. Я действительно чувствовал себя, как актер в этом фильме и чувствовал, что был частью создания, а не просто безмолвной массой, пляшущей под палочку дирижера."

А "Канны" все ближе... А "Космополис" все наступает... Сегодняшний день принес целых два новых отрывка из фильма (с Самантой Мортон и Жульет Бинош). Мы очень вас поймем, если вы наплюете на неприязнь к спойлерам :) Перевод, а также второй ролик - под катом.

ПЕРЕВОД: Потому что теперь время - общее имущество. Оно принадлежит системе свободного рынка. Настоящее с каждым днем труднее найти. Его словно высосали из мира, чтобы дать дорогу будущему, с неконтролируемыми рынками и огромным инвестиционным потенциалом. Будущее становится привлекательным. Именно поэтому скоро что-то случится, возможно сегодня. Чтобы исправить быстрый ход времени. Привести природу в нормальное состояние.

-------------------------------------------------------------------------------------------------


ПЕРЕВОД
-Я не ждала тебя.
-Просто проезжал мимо.

-Просто заглянул ко мне? Это мило. Я рада. Давно не виделись. Конечно же, я читала об этом. Или, возможно, видела по телевизору.

-Ты о чем?
-Как о чем? О свадьбе. Странно, что ты мне не сказал.

-Не так уж и странно.
- Не так уж и странно. Двое очень богатых людей теперь вместе. Как те свадьбы по-расчету, которые устраивали в имперской Европе.

- Если не считать того, что я гражданин мира, с Нью-Йоркскими яйцами.

PREMIERE: Дэвид Кроненберг рассуждает о Робе, Каннах и "Космополисе"



Интервью Дэвида Кроненберга журналу "PREMIERE" состоялось 10 мая 2012 года.

Что Вы сделали, чтобы вернуться в Канны с "Космополисом"?
Дэвид Кроненберг: У нас с фестивалем долгая история. В некотором смысле, у меня ощущение возвращения домой. Я думаю, что это идеальный фильм для Канн, и я взволнован представлением Роба.

Сегодня уже невозможно представить кого-то другого. Однако, сначала Вы предполагали Колина Фаррелла…
Дэвид Кроненберг: Когда Колин покинул проект ради римейка "Вспомнить все", я все переосмыслил. Так или иначе, он был стар для роли: ему 35, и я хотел быть верным книге, был необходим кто-то 25 лет. Тогда я начал рассматривать всех актеров этого возраста, и так я подумал о Робе. Я видел его в "Сумерках", конечно, но только то, что я делал до этого, расположило его, чтобы участвовать в "Космополисе". Выбирать актера нужно по его потенциалу, а не по его краткой биографии. И чем больше я думал, тем больше мне нравилась эта идея.

Он проходил прослушивание?
Дэвид Кроненберг: Нет. Специально много говорили по телефону. Роб не из тех людей с обостренным эго. Я действительно хотел снимать фильм, но серьезно задался вопросом, могу ли я. Это было его единственное сомнение. Он сказал: "Вы действительно думаете, что я достаточно хорош, чтобы играть эту роль? Я боюсь разрушить Ваш фильм." Я ответил, что у беседы не было намерения убедить его, что он идеален для "Космополиса".

Трудно вообразить, кто был ответственным за "Сумерки". Вы видели все четыре фильма?
Дэвид Кроненберг: (смеется). Нет еще. Я посмотрел полтора.

Сага сделала его звездой, но также создала абсурдную ситуацию: люди, которые не видели его игры, решили, что он - лишенный таланта, идол для молодых девушек.
Дэвид Кроненберг: Это отражает мир, в котором мы живем сегодня, где Интернет, между прочим, отчасти способствует распространению поспешного и опасного. Я игнорирую это и пытаюсь смотреть сквозь. Преимущество состоит в том, что поклонники Роба ждут момента, когда он покажет всем, что в состоянии существовать вне "Сумерек". И если все они собираются придти посмотреть "Космополис", я не волнуюсь о будущем фильма.

Как отреагировали другие актеры, когда Вы сказали им, что Роберт Паттинсон будет исполнять главную роль?
Дэвид Кроненберг: Пол Джиамати, который был одним из первых актеров, которые присоединились к актерскому составу, нашел эту идею блестящей. Я не уверен, что Жюльетт Бинош оценивала популярность Роба, когда он подписался на фильм, но не было ни одного выражения сомнения или презрения. Никто не сказал мне: "Что заставило тебя нанять парня из "Сумерек"?" Наоборот. Фактически, Роб и Жюльетт были поглощены очень глубокой беседой о французском кино. Признаю, удачное время.

Вы подразумеваете конкретную сцену, в которой он произвел впечатление.
Дэвид Кроненберг: К концу съемок я принимал его игру уже с первого или второго дубля. И он удивлял каждый раз, кстати, ему удалось обеспечить все эмоции, которые требовались. Он полностью проникся одиночеством и болью героя. Поскольку мы снимали фильм более или менее в хронологическом порядке, заключительная сцена, которую мы сняли, была последней. И я просто не могу не отметить, насколько идеальны были Роб и Пол. Когда я сказал "стоп", все члены команды выглядели ошеломленными тем, что только что произошло.

Видя Роберта Паттинсона в кино, вы немедленно думаете о Джонни Деппе и Брэде Питте, которые были подростковыми кумирами прежде, чем они смогли действительно показать то, что у них есть при содействии Тима Бертона и Дэвида Финчера…
Девид Кроненберг: Некоторые актеры становятся звездами благодаря их симпатичному лицу и обаянию, которое простирается вне экрана. Сначала, они редко получают возможность показать что-то большее, чем это. Но это происходит только, если они делают что-то для того, чтобы это показать… "Космополис" был горд предоставить Робу шанс испытать свой талант. Если он будет в порядке, то я не вижу проблемы для него сделать карьеру сопоставимую с тем же Джонни Деппом или Брэдом Питтом. Даже лучше.