Фанфики
Главная » Статьи » Фанфики по Сумеречной саге "Все люди"

Уважаемый Читатель! Материалы, обозначенные рейтингом 18+, предназначены для чтения исключительно совершеннолетними пользователями. Обращайте внимание на категорию материала, указанную в верхнем левом углу страницы.


Холостяк. Глава 11.1. Истина в...

Глава 11 «Истина в…»

 

Психологи утверждают: справляясь с утратой, человек обязательно проходит через несколько стадий – отрицание, гнев, чувство вины, депрессия и, наконец, принятие случившегося. Нечто похожее происходило и с Эдвардом, даже если сам он не отдавал себе в этом отчета.

Проснувшись утром после произошедшего накануне в номере Беллы, он тут же нахмурился, вспомнив слова шатенки. Вчера она четко обозначила свою позицию – отныне их общение должно ограничиваться исключительно деловыми контактами между продюсером шоу и его главным героем. Вот только его это категорически не устраивало.

Стоя под душем и смывая с себя остатки беспокойного сна, он не переставал думать о Свон. Как она представляла себе этот переход к сугубо профессиональным отношениям? Неужели она сможет забыть все их разговоры, шутливые перепалки, беззлобные поддразнивания и делать вид, что ничего этого не было? Что они всегда были друг для друга не более чем «мистером Калленом» и «мисс Свон»? Он не мог в это поверить. Более того, он отказывался в это верить. Нет, она не сможет. Потому что это не просто невозможно, но еще и глупо! И Белла слишком умна, чтобы не понимать этого!..

Таким образом, спускаясь на завтрак, Каллен был твердо убежден, что все сказанное девушкой вчера было лишь эмоциональной реакцией на его поведение, за которое он собирался немедленно извиниться, после чего они вновь смогут общаться как прежде. А увидев улыбающуюся Свон в окружении коллег за одним из столиков, он только укрепился в своем мнении, испытав при этом огромное облегчение, и уверенно зашагал в их сторону.

- Доброе утро, – с легкой улыбкой произнес он, пожав руки присутствующим мужчинам из съемочной группы, и присел напротив Изабеллы.

Последовал нестройный хор ответных приветствий, одним из которых было короткое «привет» от той, кто в эту минуту занимал все его мысли. Он посчитал это хорошим знаком, хотя было бы еще лучше, если бы при этом она смотрела ему в глаза…

Рассеянно слушая болтовню о вчерашней сокрушительной победе «Баффало», Эдвард не переставал гипнотизировать Беллу взглядом, с беспокойством отмечая следы усталости на лице шатенки – легкие тени кругов под глазами и небольшую морщинку, залегшую между бровей. Подавшись вперед, он еще пристальнее стал всматриваться в знакомые черты. Немного припухшие веки, натянутая, словно намертво приклеенная улыбка – все это явно свидетельствовало о том, что переживания по поводу вчерашнего оказались для нее мучительнее, чем он мог себе представить. И в том была его вина.

Его уверенность пошатнулась.

И все же он не оставлял надежды. Все еще можно исправить. Ему только нужно увидеть её глаза. И тогда он сможет убедить её, что у них все хорошо. Что произошедшее не должно влиять на их отношения. Что то, что сложилось между ними, намного больше и значимее, чем его опрометчивый поступок. Что он ни за что не повторит своей ошибки, лишь бы не потерять её доверия, как бы ему, на самом деле, ни хотелось этого самого повторения. А ему все еще хотелось, стоило только посмотреть на её губы… Но не время думать об этом. Он вообще должен был запретить себе думать о губах Беллы, о запахе её волос и нежности её кожи… И он сможет, конечно, сможет! Главное, чтобы она забыла о своем идиотском решении не общаться. И тогда он забудет обо всем остальном.

Она так и не взглянула в его сторону, и, не в силах больше ждать, он потянулся к ней, чтобы самому привлечь её внимание, но она тут же встала из-за стола и направилась к выходу, кинув через плечо:

- Не засиживайтесь, машины прибудут через полчаса.

Он не мог позволить ей вот так уйти, а потому тут же нагнал её, окликнув:

- Белла!

Она замерла на месте, едва заметно вздрогнув, но потом расслабилась и обернулась.

- Эдвард, – произнесла она с той самой натянутой улыбкой, слегка склонив голову набок, – ты что-то хотел уточнить?

Она, наконец-то, посмотрела ему в глаза, но в них было лишь то же вежливое участие профессионала, которое звенело в её голосе. Это было не то, что он хотел увидеть. Но она хотя бы не назвала его «мистер Каллен».

- Белла, нам нужно поговорить, – начал он и, шагнув ближе, хотел взять её за руку, но она тут же отдернула ладонь, спрятав её в заднем кармане джинсов. Он слегка поморщился, но продолжил: – Я должен…

- Эдвард, ты должен позавтракать, – перебила его продюсер. – Через полчаса Сэм заберет тебя на дополнительные съемки, а затем вы сразу отправитесь в аэропорт. Так что тебе лучше подкрепиться.

- Белла, прошу тебя…

- Эдвард, у меня правда нет сейчас времени, прости. Если у тебя ничего срочного…

- Черт возьми, Белла! – взревел Каллен, обхватив её за плечи.

На мгновение в карих глазах вспыхнула вспышка эмоций, но Свон быстро их погасила, вновь бесстрастно воззрившись на него.

- Ты привлекаешь слишком много внимания… –  произнесла она настолько спокойно и тихо, что Эдвард даже растерялся, не сразу осознав, что они находятся на виду у одного из администраторов отеля, и в любую минуту из ресторана может выйти кто-нибудь из съемочной группы. – И если ты не хочешь, чтобы я совсем перестала с тобой разговаривать, ты отпустишь меня и больше никогда не вернешься к этой теме.

Единственное, чего он сейчас хотел, – это хорошенько её встряхнуть, а потом затащить в ближайшую комнату, будь то подсобка или номер люкс, и не выпускать до тех пор, пока она его не выслушает. Но как бы ни было велико это желание, ему хватило здравого смысла, чтобы разжать пальцы и сделать шаг назад.

- Ты права, сейчас не место и не время для этого разговора. Но мы поговорим об этом, Белла, обязательно поговорим, – заверил он.

- В этом нет никакой необходимости, – покачав головой, возразила она. – Все будет так, как я говорила еще вчера. Я уже все для себя решила.

- Посмотрим, – буркнул он и, развернувшись, направился завтракать.

Но и три дня спустя ничего не изменилось: Белла мастерски избегала любых ситуаций, когда они могли бы остаться наедине, и была подчеркнуто вежлива, но столь же холодна. А на двери её номера по вечерам неизменно висела табличка с надписью «не беспокоить».

Неудивительно, что к этому моменту Эдвард вступил во вторую стадию – гнев.

И он действительно злился: на Беллу – за то, что она оказалась настолько упрямой и наотрез отказывалась хотя бы поговорить, но еще больше на себя – за то, что вообще допустил всю эту ситуацию, не справившись с собственной похотью.

Пребывая в этом состоянии, он раздражался по каждому пустяку, но умудрялся как-то справляться, подавляя в себе вспышки гнева, дабы не изливать свое дурное настроение на ни в чем не повинных окружающих, хотя, видит Бог, это давалось ему совсем не просто. Бессилие и разочарование в самом себе выматывали его во время съемок, где ему нужно было по-прежнему улыбаться и изображать счастливого Холостяка, тогда как на самом деле он пытался разобраться в собственных мыслях и чувствах, далеких от радужных. Несмотря на собственное упрямство, в котором его переплюнуть могла, пожалуй, только Свон, он не мог не думать о том, что его куда больше волнует размолвка с Беллой, нежели цель его пребывания на этом проекте. Он понимал, насколько это неправильно, однако продолжал терзаться, строя новые и новые планы того, как объясниться с Беллой и вернуть свою Юлу, даже несмотря на то, что они неизменно проваливались один за другим.

Когда же на индивидуальном свидании с Эмили он не сдержался, отреагировав резче, чем нужно, на её очередное «Эдди-Кэнди» – и ведь дело было даже не в самóм глупом словечке, а в воспоминаниях, им спровоцированных, о том далеком позднем ужине на кухне семьи Чекотто, который он разделил с Беллой, и её шутливом «Кэндимен», – когда по окончанию свидания он простился с девушкой, не подарив ей спасительной розы, и при этом не почувствовал ничего, кроме облегчения, тогда Эдвард осознал всю чудовищность с ним происходящего, и на него навалилось чувство вины.

Эдвард действительно мучился приступами вины, порой он захлебывался в ней, стоило посмотреть на искренние улыбки девушек, которые ждали от него взаимности, тогда как взглядом он искал совсем другую, не одну из них. Вот только как бы его ни терзала собственная совесть, знаменитая твердолобость Каллена не позволяла ему впасть в уныние, вместо этого трансформировав его переживания в весьма неожиданное решение.

Когда после очередной его бесплодной попытки наладить контакт, Белла отвергла предложение вместе посмотреть игру – и, нет, он даже не пытался приглашать её к себе или напрашиваться к ней в номер, а просто позвал присоединиться к ребятам из их команды, – он решил, что больше не станет настаивать на разговоре или хотя бы каком-то общении. Вместо этого он сосредоточится на главном – понять, кто среди оставшихся шести девушек та самая, кто сделает его по-настоящему счастливым.

И он даже знал, с чего начать.

Перебирая воспоминания обо всех своих свиданиях в рамках проекта, он осознал, что каждое из них было призвано удивить, поразить, обаять очередную избранницу, зачастую учитывая лишь её интересы и увлечения. Да, эти свидания, как правило, позволяли узнать девушек лучше, увидеть в них те черты, которые в итоге влияли на его решения, но они едва ли помогали девушкам понять что-нибудь личное и важное о самом Холостяке. А ведь его обычная жизнь была далека от каждодневных развлечений и бесконечной романтики. Он работал много, но с удовольствием, так как ему посчастливилось найти свое призвание. А в те редкие моменты, когда он мог себе позволить отдых, то предпочитал вытертые джинсы, гамбургер и пиво, нежели смокинг, фуа-гра и шампанское. По сути он был простым парнем, а простые парни всегда выберут футбол вместо оперы.

И так случилось, что единственной, кто знал об этом на данный момент, была Белла Свон. Вот только она недвусмысленно дала понять, что её больше не интересует ни этот простой парень, ни его простые радости. Но кто сказал, что она единственная, кто может разделить с ним эти самые радости? Вот именно!..

 

 

Пожалуй, впервые за последнюю неделю Эдвард действительно искренне улыбался.

Его внезапное решение организовать свидание сразу со всеми шестью девушками, дабы познакомить их с тем, что ему интересно и важно, и заодно понять, кто же из них готов мириться с его более чем приземленными увлечениями, внесло серьезные коррективы в планы сценаристов шоу и прибавило работы всей команде. Однако здесь работали настоящие профи во главе со всемогущим продюсером, а потому уже через пару дней съемочная группа «Холостяка» практически в полном составе оказалась на родине Шерлока Холмса и пятичасового чаепития, туманной столице Соединенного Королевства Великобритании.

После солнечной Флоренции было непривычно зябко ежиться от влажного и прохладного воздуха Лондона, но ни пасмурное небо, ни какофония звуков огромного города не могли стереть с лица Эдварда улыбку предвкушения. О, он многого ожидал от этого дня, его буквально переполняло предчувствие чего-то особенно важного, что должно было произойти именно сегодня. Его улыбка слегка померкла всего лишь однажды, когда он поймал себя на мысли, что постоянно высматривает макушку Беллы в толпе телевизионщиков, потому как ему не терпелось поделиться с ней своими эмоциями. Но он сумел быстро взять себя в руки, напомнив самому себе, что, во-первых, Свон вряд ли пожелала бы выслушать его, а во-вторых, она улетела в Лондон еще накануне, чтобы закончить приготовления к его грандиозному по масштабам свиданию, и в ближайшие несколько часов шансов пересечься с ней практически нет. И, возможно, это даже к лучшему…

Он постарался выбросить любые мысли о Белле и одарил присутствующих дам своей фирменной, заставляющей учащенно биться девичьи сердца улыбкой.

- Леди, я безумно рад приветствовать всех вас, – начал он, стоя перед девушками, которые против обыкновения были одеты в удобные джинсы, а не вечерние туалеты. – Сегодня нас ждет весьма необычный день. Сегодня я собираюсь показать вам то, что представляет из себя Эдвард Каллен в нормальной, далекой от проекта и софитов жизни, – произнес он довольно торжественно, но после шутливо добавил: – И мне остается только надеяться, что после этого вы не захотите сбежать от меня с воплями.

Последовали приглушенные смешки и очаровательные улыбки, а потому он продолжил:

- Первым пунктом нашего путешествия по Лондону станет ничем не примечательное здание, где-то в недрах Сити, но именно там вы сможете многое обо мне понять, – проговорил он загадочно и махнул в сторону припаркованного неподалеку микроавтобуса. – Леди, прошу.

Как и обещал Холостяк, спустя двадцать минут поездки они оказались напротив бывшего производственного цеха, а ныне одного из архитектурных бюро.

Пока отстраивали камеры, Эдвард медленно скользил взглядом по лицам девушек: на некоторых читалось любопытство, на других – искреннее недоумение по поводу выбранного им места для свидания. В общем-то, он и не пытался томить их в неведении дольше, чем нужно, и как только съемочная группа была готова,  они все вместе оказались внутри здания.

Это бюро входило в число участников ежегодного мероприятия под названием «Лондон Оупен Хаус», в рамках которого жители и гости Лондона могли бесплатно побывать и осмотреть – самостоятельно или с гидом из волонтеров – тот или иной строительный или архитектурный объект, будь то ультрасовременное офисное здание, жилой дом, который в обычной жизни можно увидеть лишь на разворотах глянцевых изданий, настоящая стройка или исторический памятник. Целью данного мероприятия, традиционно проводимого в один из уикендов сентября, было содействие пониманию архитектуры среди самых обычных и далеких от этой профессии людей. А для команды «Холостяка» это означало еще и то, что их небольшая процессия даже при наличии камер не вызовет дополнительных вопросов у служащих, а значит, и ненужных утечек информации об участии Каллена в проекте. И все вышло так, как и задумывалось: их встретили доброжелательными улыбками, выразили надежду на то, что экскурсия по зданию бюро окажется интересной, приняв Эдварда за одного из гидов-волонтеров, и удалились, так и не узнав в нем главу одной из крупнейших строительных корпораций.

Эдвард показывал и рассказывал, водя девушек по бюро, что именно в такой обстановке проходят его обычные будни, как вдруг осознал, насколько соскучился по своей работе – по вот такой суете, по ворохам чертежей на столе и совещаниям со своими архитекторами. Заглянув украдкой через плечо одного из конструкторов, занимающегося трехмерным моделированием с помощью профессиональной программы, он даже почувствовал некий зуд в кончиках пальцев, до того ему захотелось создать что-нибудь своими руками, даже если только на мониторе компьютера. Он буквально заставил себя отойти и не вмешиваться в чужой проект, хотя на языке так и вертелась парочка дельных советов. Пожалуй, он будет более чем рад вернуться к работе, когда все это закончится, но пока у него есть не менее важные дела.

Проведя в общей сложности в бюро около сорока минут, Эдвард со своим небольшим отрядом невест отправились дальше по намеченному маршруту.

- Дамы, я показал вам лишь часть моей работы, но это далеко не всегда лишь офисное пространство, чертежи и дизайнерские костюмы. Порой мне приходится забираться на запредельные высоты или проводить по полдня по колено в грязи. А потому в следующие пару часов всем нам предстоит немножко запачкаться, – с ухмылкой проговорил он, прежде чем все они снова загрузились в автобус и отправились на самую настоящую стройку.

В лучших традициях телешоу для участниц были припасены настоящие испытания – облачившись в строительные комбинезоны, резиновые сапоги и белые каски, им пришлось сначала преодолевать страх высоты, когда они вознеслись на техническом лифте на тридцать седьмой этаж строящегося небоскреба, а затем, как и обещал Эдвард, закопаться по локоть в грязи, обучаясь навыкам замешивания строительного раствора и кладке кирпича под чутким руководством самого Холостяка. К огромному удовольствию последнего, ни одна из девушек не устроила истерики по поводу столь нечистоплотного и трудоемкого занятия, и в итоге все они немного уставшие, но вполне довольные покинули стройку.

А вот самому Каллену все же пришлось несколько раз отдергивать себя, когда его предательские мысли то и дело возвращались к Изабелле. Даже в присутствии шести красавиц он не мог не воображать, как бы смотрелась Юла вот в таком комбинезоне и огромной каске, и как бы он поддразнивал её, а она бы в ответ хлестко острила…  В конце концов, ему пришлось признать, что язвить так, как это делает Свон, из присутствующих дам не может никто. Вот только совершенно не понятно, почему же ему этого так не хватало…

Однако на долгие раздумья времени у него не было, пора было двигаться дальше.

Прежде чем перейти к следующему пункту этого свидания, Холостяк пригласил своих очаровательных спутниц отдохнуть и восстановить силы в одном из самых романтичных ресторанов Лондона – «Clos Maggiore». Интимный полумрак, свечи, потрескивающий камин и тысячи огоньков, запутавшихся в цветущих ветвях прямо над головой – все это не могло не наводить на мысли о любви и романтике. А потому улыбки девушек во время этого обеда были как никогда призывными, а взгляды – томными. Вот только никто из них не догадывался, что самое важное, с точки зрения самого Эдварда, ожидало еще впереди, и это «важное» было совсем не столь романтично…

- Что ж, леди, – произнес он, успев не только насладиться изысканными блюдами французской кухни, но и испытать на себе мощь флирта сразу шести красоток, – если вы думали, что на этом наше свидание закончится, то спешу сообщить, что на сегодня у нас запланировано еще одно мероприятие. Не знаю, насколько оно придется вам по душе, но порой мужчина должен расслабляться чисто по-мужски.

Как и всегда, Холостяк подкинул своим спутницам очередную загадку, разгадать которую они смогли лишь через пару часов, когда их небольшой частный самолет приземлился в Манчестере, а еще полчаса спустя они заняли места в вип-ложе Южной трибуны стадиона «Олд Траффорд», домашнего стадиона легендарного футбольного клуба «Манчестер Юнайтед».

- Девушки, как вы уже сами поняли, нам предстоит посмотреть футбольный матч.

Пробежавшись быстро взглядом по лицам, он заметил на некоторых из них тень недовольства. Отметив мысленно сей факт, он продолжил с улыбкой:

- Я понимаю, что футбол вам мало интересен, но не забывайте, что я обычный мужчина, которому не чужды обычные мужские увлечения. Конечно, лично я предпочитаю матчи по американскому футболу со всеми его потрясающими бросками через все поле, тактикой и, порой, кровавыми схватками,  – при упоминании последнего лица некоторых дам побледнели, а Виктория и вовсе слегка сморщила свой аккуратный носик, – но мы с вами находимся в Европе, а тут любят пинать мяч ногами, – пошутил он, чем вызвал несколько вежливых улыбок. – И все же сегодня играют легенды и неоднократные чемпионы как национальных, так и мировых первенств, знаменитые «Манчестер Юнайтед», а значит, зрелище будет достойным!

Не встретив особого воодушевления по поводу озвученного, Эдвард добавил:

- Окей, думаю, если я упомяну таких красавчиков, как Дэвид Бекхэм и Криштиану Роналду, которые играли за этот клуб, вам, возможно, станет чуточку интереснее?

- А кто-то из них будет играть сегодня? – бесхитростно спросила Шанталь.

- К сожалению, нет, потому как они больше не состоят в этом клубе, – едва сдерживая смех, ответил Каллен.

- Жаль, – вздохнула девушка так обреченно, что на этот раз он не смог сдержаться и рассмеялся в голос.

- И все же я надеюсь, что вы втянетесь в процессе, тем более, что трибуны вокруг нас будут просто на ушах стоять, ведь Красные дьяволы – любимцы английских болельщиков, – по-прежнему улыбаясь, глядя на немного растерянные лица девушек, произнес он, а затем как бы между прочим добавил: –  Я действительно люблю футбол и часто хожу на домашние матчи «Нью-Йорк Джайентс», а если не удается выбраться на стадион, то обязательно смотрю трансляции, иногда в компании  друзей, и тогда это по-настоящему шумно. Поэтому моей будущей жене придется как-то уживаться с моим увлечением. В конце концов, я всего лишь обычный мужчина, – пожав плечами, закончил он.

- По-моему, ты какой угодно, но только не обычный, – промурлыкала на это Виктория, стрельнув в него обольстительной улыбкой.

- Предлагаю не делать поспешных выводов, ведь ты еще не видела, как я веду себя во время игры, – отшутился Каллен.

В следующие несколько минут, до того, как вышли команды-соперники, Эдвард рассказывал девушкам о том, что противниками хозяев поля сегодня будут «Вест Хэм Юнайтед», которых называют Молотобойцами по изображению на эмблеме клуба; что игра проходит в рамках Премьер-Лиги, где каждая из команд должна сыграть тридцать восемь матчей, а победитель определяется по суммарному количеству набранных очков; он даже попробовал объяснить, что такое офсайд и фол, но в итоге понял, что подобные знания девушек совсем не интересуют, а потому он свел все к самому главному предельно просто: на поле будут две команды, одни в красной форме, другие – в голубой, и задача каждой из них забить максимальное число голов в ворота противников. В итоге, когда игроки выстроились на поле, то девушки стали решать, за кого болеть, ориентируясь исключительно на цвет формы – кому какая больше нравилась. Эдвард же с тоской подумал, что было бы, если бы ему пришлось объяснять куда более запутанные правила американского футбола?

Затем началась игра, трибуны приветственно взревели, а девушки… девушки не сочли ничего лучшим, как начать свое любимое соревнование по отвоеванию интереса  Холостяка, тогда как сам он тщетно пытался сосредоточиться на происходящем на поле. В итоге вместо матча по футболу Эдвард оказался вовлечен в игру в пятнашки, где он один оставался неподвижным, тогда как остальные вокруг него то и дело перемещались, стараясь занять место поближе. Когда же из-за очередной попытки Виктории монополизировать все его внимание он пропустил первый забитый гол, то сам сбежал от нее, подсев к Розали, единственной, кто не донимал его желанием шепнуть что-то на ухо, поскольку вокруг было шумно.

- Футбол, похоже, не твое? – спросил он у блондинки, которая рассеянно пыталась следить за передвижениями игроков.

- Похоже, нет, – усмехнулась она в ответ. – Хотя, как матери шестилетнего мальчишки, мне стоило бы больше уделять этому внимания.

- Ну, для этого у него есть дедушка, и уверен, что совсем скоро появится и отец, – поддержал её мужчина, хотя и не мог пока представить себя в этой роли.

Розали благодарно улыбнулась, и на пару минут между ними воцарилось вполне комфортное молчание. Правда длилось оно недолго, ровно до того момента, когда следующая претендентка на его внимание не заявила о своих правах. Перед тем, как она утащила его, якобы не в силах справиться с коварной крышкой на бутылке, Розали успела ему шепнуть:

- Как будет совсем невмоготу, сбегай ко мне, я обеспечу тебе несколько минут тишины. Ну, в смысле, относительной тишины, – хихикнула она, махнув рукой в сторону беснующихся трибун.

- Обязательно, – кивнул Эдвард, – и спасибо.

Одержав сокрушительную победу в поединке с бутылкой, он вручил её деве в беде, а затем, игнорируя её дальнейшее щебетание, захватил бутылку и себе, заняв свое место. Смирившись с тем, что насладиться игрой ему уже не удастся, он отрешился от шума вокруг и лишь изредка кивал или пожимал плечами, когда очередная «невеста» подсаживалась рядом и начинала что-то увлеченно рассказывать. Он совсем не старался прислушиваться к тому, что ему пытались поведать, предпочитая наблюдать за остальными участницами.

Как ни странно, за исключением Розали, его не доставала только Шанталь, которая, казалось, действительно увлеклась игрой, активно болея за команду хозяев, но, как догадывался Эдвард, лишь потому, что предпочитала красный голубому. А вот остальные девушки активно пытались с ним флиртовать, посылая в его сторону красноречивые взгляды из-под полуопущенных ресниц.

Всматриваясь в их красивые лица, Эдвард пытался уловить в себе хотя бы тень желания ответить на их флирт, но тщетно. Это определенно сбивало с толку, ведь он возлагал на это свидание огромные надежды, наконец, разобраться в своих симпатиях, но вместо этого лишь задавался вопросом: почему? Почему он не видит себя ни с одной из этих девушек рядом? Почему не хочет зарыться пальцами в роскошные локоны Виктории, не стремится обнимать за тонкую талию Таню? Почему не восхищается блестящим умом Хайди и целеустремленностью Айрин? Почему не мечтает целовать пухлые губы Шанталь? Почему даже его любимица Розали вызывает в нем лишь искреннюю симпатию, но не страсть, не говоря уже о любви? Почему?..

А затем перед его глазами возник ответ на все его вопросы.

Есть только одна девушка, рядом с которой он четко представляет свое будущее. Её темные локоны он готов накручивать на свои пальцы до конца жизни. Её он постоянно хочет обнимать и касаться. Её острым умом, неповторимым чувством юмора и непревзойденным профессионализмом он не устает восхищаться. Именно её губы – нежные, розовые, сладкие – он жаждет целовать снова и снова. Только она одна будит в нем неконтролируемое желание. Только её одну он давно уже любит всем своим глупым сердцем…

Белла. Его Юла. Его любимая Свон – дерзкая, упрямая, порой, раздражающая до зубовного скрежета, но такая родная, единственная и необходимая.

Как только его постигло это удивительное открытие, он, не видя перед собой ничего, кроме любимых карих глаз, даже привстал, настолько сильны были его эмоции – благо, в этот момент на поле разворачивалось то, что у профессионалов называется «голевой момент», а потому никто не смог бы догадаться, что же на самом деле происходило с Холостяком. А происходило с ним что-то невероятное. Его окрыляло осознание того, что он все-таки нашел на этом странном проекте то, что искал, пусть и не так, как сам представлял. В это мгновение он хотел одного – сорваться с места и бежать! Бежать, невзирая на окружающих и разделявшие их мили! Бежать, чтобы найти её, сгрести в охапку и больше не отпускать. Чтобы целовать и всю ночь признаваться в любви. Чтобы рассказать, что только с ней видит свое счастье…

Но уже в следующую минуту он бессильно рухнул обратно на скамью.

Он вцепился руками в волосы и опустил голову в тот самый момент, когда по трибунам прокатился коллективный стон разочарования – соперники «Манчестер Юнайтед» забили хозяевам гол. Но Эдварду и дела не было до того, кто и кому забил. Все его мысли были об одном: Белла не хочет с ним разговаривать, о чем бы то ни было. И даже если он всю ночь будет стучать в её закрытую дверь, она не откроет. Он готов был кричать о своих чувствах к ней, но не мог – это только усугубит положение, скомпрометировав её в глазах коллег, а он знал, насколько для нее важна профессиональная репутация. Нет, он не мог её подвести. А еще он не мог просто так свернуть это дурацкое шоу без каких-либо объяснений. Конечно, он готов заплатить любую неустойку, но ведь вину за сорвавшегося с крючка Холостяка, скорее всего, возложат опять же на Беллу. И, может быть, частично на Эмметта. Значит, это не вариант. Вот только как ему теперь продолжать все эти съемки? Как ходить на свидания с девушками, когда в его сердце уже есть та самая? Как ему смотреть в их полные надежд глаза, зная, что ни одной из них не сможет ответить взаимностью? Наконец, как смотреть в глаза самой Белле, раз за разом отправляясь на свидание с другой?

И тут же в его мыслях возник еще один вопрос, настолько важный, что все предыдущие стали казаться совсем незначительными.

Что, если его чувства к Белле безответны? Почему он вообще вообразил, что проблема только в сложившихся обстоятельствах? Почему не подумал о том, что она может и не разделять его любви и совместных планов на будущее? Да, она действительно переживала из-за того, что произошло почти неделю назад, как бы не пыталась убедить его в обратном. Но не были ли эти переживания вызваны лишь страхом потерять любимую работу? Может, именно поэтому она так легко приняла решение прекратить их дружеское общение – хотя теперь Эдвард стал понимать, что в его действиях по отношению к Белле никогда не было ничего дружеского – и была столь непоколебима? Но тут же память подкинула ему воспоминания о том, как пылко отвечала Белла на его поцелуи, как трепетала в его объятиях, как зарывалась пальцами в его волосы, притягивая еще ближе, и мягко вторила его стонам… А еще помнил, как тесно она прижималась к его груди на том греческом пляже и говорила о том, что он хороший: «Возможно, даже слишком», – так она тогда сказала… И ей точно так же, как и ему, нравились их перепалки и взаимные подначивания, и она так же, как и он, наслаждалась их общением вне съемок – уж это он знал наверняка. Но значило ли все это для нее так же много, как и для него? Достаточно ли этого для того, чтобы Белла Свон полюбила Эдварда Каллена?

Он не знал ответов на эти вопросы и понял, что желает только одного – напиться.

 

 


Продолжение главы тут :)



Источник: http://robsten.ru/forum/67-1730-18
Категория: Фанфики по Сумеречной саге "Все люди" | Добавил: bliss_ (11.05.2015) | Автор: bliss_
Просмотров: 1163 | Комментарии: 19 | Рейтинг: 5.0/34
Всего комментариев: 191 2 »
avatar
0
19
Белла, ну дай ты ему выговориться и объясниться! Что за натура непоколебимая такая?
Спасибо за продолжение!
avatar
0
18
Осталось теперь поговорить с Беллой
avatar
0
17
Большое спасибо за продолжение!!!
avatar
0
16
Огромное спасибо!
avatar
0
15
А Белла то, сбежала от него старается поступится чувствами:giri05003:  а Эдвард только оставив тщетные попытки  с ней помирится понял кто его любимая 12 :boast::good:  Теперь, то надо придумать что нибудь для разрешения сложившейся ситуации....................... obozhau piar02 будет сложно учитывая ответственную Беллу taktak
avatar
0
14
Спасибо большое за долгожданное продолжене!  good lovi06032
avatar
0
13
Спасибо good
avatar
0
12
Большое спасибо за продолжение! good lovi06032
avatar
0
11
Большое спасибо за долгожданное продолжение!!!
avatar
1
10
и его посетило прозрение!!
1-10 11-19
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]