Фанфики
Главная » Статьи » Авторские мини-фанфики

Уважаемый Читатель! Материалы, обозначенные рейтингом 18+, предназначены для чтения исключительно совершеннолетними пользователями. Обращайте внимание на категорию материала, указанную в верхнем левом углу страницы.


Любовь на кончиках крыльев. Пролог и главы 1-3

ЛЮБОВЬ НА КОНЧИКАХ КРЫЛЬЕВ

 

Раздел: Авторские мини-фанфики по Сумеречной саге

Жанр: романтика, юмор

Пейринг: Эдвард/Белла

Рейтинг: 12+

Дисклеймер: Все герои принадлежат Стефани Майер.

Саммари: Никогда не знаешь, к чему может привести заурядная встреча с подругой, и как далеко можно зайти в стремлении выиграть пари. Впрочем, в этой истории не будет проигравших, ведь она о любви, зародившейся на кончиках крыльев одной очень мудрой птицы.

 

 

Пролог

BPOV

В воздухе пахло Рождеством. И это несмотря на то, что до него оставались еще добрые две недели. Странно, но впервые после смерти отца я неожиданно вновь ощутила то восторженное чувство ожидания праздника и чудес, которое присуще нам лишь в счастливом и беззаботном детстве. Был ли тому виной неожиданно выпавший снег, покрывший все вокруг искрящимся белым покрывалом, или настроение создавали разноцветные огни гирлянд, которыми загодя было украшено кафе «У Билли», но смутное предчувствие чего-то волшебного периодически легкими мурашками пробегало по моей коже, совершая волнующее кружение в районе солнечного сплетения и замирая где-то в районе коленей…

Розали Маккарти, как всегда облаченная во что-то изящно-замысловатое, неслась ко мне через просторный зал кафе с восторженным выражением лица, что само по себе не предвещало ничего хорошего. Каждый раз, когда я видела нечто подобное на ее симпатичной мордашке, это означало, что в эту голову опять пришла очередная «замечательная идея», грозящая взрывом моего мозга и спокойствия. Внутренне собравшись и на всякий случай отбросив в сторону свое сентиментально-рождественское настроение, я улыбнулась подлетевшему к моему столику тайфуну.

– Крошка, держись, счастье наконец свалилось на тебя большой розовой массой! Я все организовала! – чмокнув в меня в щеку, девушка плюхнулась на сиденье напротив и отсалютовала официанту: «Мне как всегда».

– Роуз, – простонала я, – от твоих попыток организовать мое счастье у меня каждый раз зубы сводит. Тебе не приходило в голову, что меня устраивает моя жизнь?

– Ах, да, прости, – иронично скривила она губы, постучав по ним наманикюренными пальчиками, – я и забыла, что, имея такой талант, работать в школе захолустного городка – это беспредельное счастье! А в твоем одиноком доме такая девственная пустота, что, если крикнешь, то эхо еще полчаса будет гулять по его закоулкам.

– Мне нравится, – пожала я плечами. – И, к слову, ты и сама с детства живешь в этом «захолустном» городке.

– Во-первых, не факт, что я проведу в Форксе всю оставшуюся жизнь, – голубые глаза показательно закатились. – А во-вторых, семья, дети…

– Какие дети, Хейл?

– По-тен-ци-аль-ные, – лицо Розали сияло, как все огни Лас-Вегаса. - И, кстати, я уже семь лет, как Маккарти.

– Я в курсе, – невольно улыбнулась я в ответ, пододвигая к себе большую чашку кофе. – Ладно, выкладывай.

По многолетнему опыту я знала, что в момент, когда мою лучшую подругу захватывает какая-нибудь идея, ее напору может позавидовать мощный турбодвигатель, и лучшим вариантом было выслушать ее, а уже потом решать, есть ли в этом хоть крупица здравого смысла.

– Так вот, – чуть наклонившись в мою сторону, затараторила Роуз, – у нас в больнице новый врач. Приехал из Сиэтла. Ну как приехал, cкорее вернулся.

Повисла многозначительная пауза, в течение которой я наблюдала лишь возбужденный блеск широко распахнутых глаз.

– Позволь уточнить, – наконец не выдержала я. – В этом месте я должна была восторженно бросить в воздух чепчик и намочить трусики от радости?

– Не знаю, как у тебя, но трусики половины персонала больницы сегодня точно незапланированно пострадали! – ухмыльнулась она. – Белла, ты бы видела его! Высокий, серо-голубые глаза, длинные ресницы, крепкий зад - просто секс ходячий! Прекрасный послужной список, резидентура в одной из лучших клиник штата и…

– Роуз, притормози немножко! – я выразительно приподняла брови, пытаясь успокоить не в меру разошедшуюся подругу. В принципе, я понимала куда она клонит, но все же задала свой вопрос. – При чем тут я?

– Ой, Свон, это же ясно, как божий день! – судя по всему, коктейль из возбуждения и восторга так и булькал в ее крови. – Вы просто созданы друг для друга!

Мое терпение медленно, но верно подходило к концу, поэтому я аккуратно, стараясь не звякнуть посудой, поставила чашку на блюдце и сделала глубокий вдох и выдох.

– Розали Маккарти, – очень тихо начала я, – может, разъяснишь мне неразумной, почему это я – провинциальный преподаватель музыки с ничем не примечательной внешностью – и этот супер-пупер-секси-врач вдруг объединились в твоей хорошенькой, но взбалмошной головке в единое целое?

– Э-эй, «провинциальный преподаватель музыки», – Роуз возмущенно помахала рукой перед моим носом, – с каких это пор твоя внешность стала ничем не примечательной? Да если бы ты, начиная со школьных времен, собирала в банки покоренные мужские сердца, на твоей каминной полке уже закончилось бы место.

– Школьная популярность – не в счет, – смущенно буркнула я. – И вообще, все мои так называемые поклонники уже давно и счастливо женаты или обзавелись постоянными подружками.

– А то! – фыркнула Розали. – Ты же их всех отбрила, что им еще оставалось?

– То есть ты бы предпочла, чтобы я вышла замуж без любви, нарожала детей и изображала счастливую матрону, обмениваясь с соседками рецептами пирогов? Если помнишь, подобная попытка уже имелась.

– О Господи, даже не вспоминай! Как подумаю, что ты чуть не стала миссис Ньютон! Бррр… – передернула она плечами. – Нет, крошка, ты достойна всего самого лучшего! И уж точно заслуживаешь самого любящего и любимого мужчину. Такого, как мой Эммет, например. Именно поэтому я и…

– Кстати, Роуз, – перебила я тираду подруги, решив перевести тему, – а как ваш красавчик отреагировал, увидев тебя? Застыл, как дерево с дуплом? – ухмыльнулась я. – Обычно первая реакция мужчин на тебя именно такая.

– Ты не поверишь! Даже глазом не повел в мою сторону, – девушка недоуменно пожала плечами. – Может, не любит блондинок?

– А! Ну тогда все ясно. Ваш Доктор-длинные-реснички – гей.

– О, нет! – на лице Роуз отразился ужас. – Он просто не может быть обитателем голубятни!

– Я бы не была в этом так уверена, – успокоившись, я снова начала прихлебывать свой кофе.

– Ну что ж, вот как раз сегодня и проверишь его ориентацию.

– Это шутка такая? – непонимающе захлопала я глазами.

– Не-а, - довольно промурлыкала она. – Он тебе вечером позвонит.

– Это еще зачем? – к хлопающим глазам присоединилась отвисшая челюсть.

– Ты же хотела сдать комнату, вот я и дала новому доктору твой телефон. Не век же ему ютиться в мотеле. И тебе очень даже пригодятся лишние деньги. Содержать одной такую домину...

– ЧТО ТЫ СДЕЛАЛА?

– Белла, ну что ты так кричишь? – Розали одарила ослепительной улыбкой подошедшего к ней с чашкой кофе и куском яблочного пирога Сэма Адли. – Спасибо, пупсик!

Тот залился краской и смущенно улыбнулся. Моя подруга умела очаровывать мужчин совершенно непреднамеренно, но этого парня мне было искренне жаль. Похоже, он не на шутку был влюблен. Ответных чувств ему точно не дождаться, а вот шансы нарваться на пудовый кулак мужа Розали были весьма ощутимыми.

– Роуз, – зашипела я чуть тише, – ты совсем ошалела? Почему нельзя было сначала спросить меня?

– Ха! Можно подумать, ты бы разрешила!

– Ну-у… ты же знаешь, что мне нужен жилец с особыми качествами.

– А кто сказал, что он ими не обладает? – приподняла она изящную бровь. – Белла, - обратилась она ко мне, будто увещевая неразумного ребенка, – я тебя прошу, просто попробуй.

Выполнив свою миссию, Роуз с энтузиазмом принялась за пирог. Глядя на нее можно было подумать, что ей принесли изысканное блюдо европейской кухни, а не обыкновенную шарлотку. Что-что, а наслаждаться жизнью моя подруга умела. Внезапно в моем мозгу всплыла брошенная вскользь фраза моей визави, на которую я не сразу обратила внимание.

– Подожди, ты сказала, что он вернулся. Это что-то значит?

– Да, – небрежно бросила Розали, помахав в воздухе вилкой. – Ты его немного знаешь. Это Эдвард Каллен, – уголок губ Розали чуть приподнялся в ироничной усмешке.

Я потерла лоб, пытаясь вспомнить, откуда мне знакомо это имя.

– Каллен… Каллен…

– Сын Карлайла Каллена, – решила облегчить мою задачу подруга, – врача, когда-то работавшего в нашей клинике.

Через минуту услужливая память нарисовала мне образ долговязого нескладного мальчишки, тайком разглядывающего меня на уроке биологии из-под длинных патл, свисающих ему на лицо.

– Мне сразу надо было догадаться, что это шутка, – усмехнулась я, облегченно выдохнув. – Эдвард Каллен – красавчик. Очень смешно!

– Ставлю последний цент из своей копилки на силиконовую грудь, что тебе быстро расхочется смеяться!

– Проспоришь, – покачала я головой.

Ох, не стоило мне будить демонов азарта, вечно живущих в душе Роуз. Ее взгляд мгновенно загорелся, и навстречу мне стремительно протянулась ухоженная ручка.

– Спорим, что, если ты будешь находиться к нему достаточно близко, чтобы узнать получше – влюбишься безоглядно.

– Роуз, это глупо, – попыталась урезонить я не на шутку загоревшуюся этой идеей подругу. – Я не собираюсь заключать такое дурацкое пари.

– А если я скажу, что ценой за твой выигрыш будет моя новая сумочка от Louis Vuitton?

– Это нечестно, – буркнула я. – Ты же знаешь, как она мне нравится.

– Мне тоже, – судя по блеску ее глаз, подруга уже праздновала победу. – Тем интереснее будет борьба.

С самого детства Розали умудрялась втягивать меня в самые невероятные авантюры, неизменно заражая своей неуемной энергией. Зачастую я очень жалела, что в очередной раз повелась на ее «супер-идею», но, как правило, это случалось уже после того, как все непоправимое совершено.

– А как ты узнаешь, что я не вру? – склонила я голову набок, отодвигая от себя пустую чашку. – Ты же не залезешь в мою голову.

– Только не начинай, Свон, – закатила она глаза. – Неужели ты променяешь свое счастье на какую-то дурацкую сумочку?

– Ну…

Вообще-то так вопрос перед собой я не ставила. Да и сумочку вовсе не считала дурацкой. Но, в конце концов, что я теряю? Лишние деньги и правда бы не помешали, если доктору удастся стать моим жильцом, конечно.

– И потом, врушка из тебя никакая, – улыбка подруги стала шире, а протянутая рука все никак не хотела опускаться. – Даю тебе сроку три недели. Если к Новому году ты еще не будешь мечтать о свадебных колоколах с твоим соседом – сумочка твоя!

– Можешь начинать с ней прощаться, – ухмыльнулась я и сжала ладошкой руку Розали.


Глава 1

EPOV

Боже, дамы, ну сколько можно? Перестаньте пялиться на мою задницу и займитесь делом.

Два первых рабочих дня в больнице Форкса прошли под хлопанье ресниц женской части немногочисленного медицинского персонала и сдержанно-подозрительными взглядами мужской. Ну что ж, никто не говорил, что будет легко. Возвращение в город детства спустя шестнадцать лет само собой должно было быть сопряжено с некоторыми трудностями. Хотя, на мое счастье, среди персонала больницы была только пара лиц, знакомых мне со времен средней школы, да и те вряд ли помнили меня в пятнадцатилетнем возрасте, учитывая мое совершенно неприметное место в иерархии школьной популярности.

Старшая медсестра больницы миссис Маккарти была когда-то довольно видной фигурой в школе Форкса. Я знал ее под другой фамилией. Розали Хейл – одна из двух главных школьных красавиц, которых за глаза называли именами героинь сказки Беляночкой и Розочкой. Белла и Роуз представляли собой очень колоритную и невероятно красивую пару – яркая голубоглазая блондинка и кареглазая шатенка с пышной гривой непослушных волос, главные действующие лица во всех школьных театральных постановках и концертах. Мальчишки, как спелые груши, сыпались к их ногам, но подруги не особо обращали на это внимание, оставаясь недосягаемыми звездами и с благосклонными улыбками принимая свою популярность. Белла так вообще редко кого-то удостаивала своим королевским взглядом.

Усилием воли я вернул свой мозг из путешествия в прошлое и заставил его погрузиться в дела больничных будней. Напряжение первых рабочих дней постепенно ослабевало, и все постепенно приходило в норму. Вот только назревала реальная необходимость наладить свой быт. Три ночи в единственном на весь город мотеле, больше похожем на придорожную ночлежку, утвердил меня в мысли, что пора искать постоянное жилье. Первые попытки оказались практически безуспешными. Такого понятия, как агентство по найму жилья здесь попросту не существовало, а по тем сведениям, что дали мои сотрудники, свободного отдельного дома в черте городе на данный момент не наблюдалось, на продажу были выставлены только несколько земельных участков. Одна медсестра, правда, предложила мне пожить у нее, но ее откровенно раздевающий взгляд обрубил для меня эту идею на самом корню. Оставался еще один вариант, предложенный миссис Маккарти, который я все не решался попробовать, ощущая внутренний мандраж, совершенно мне не свойственный. Порывшись в кармане, я выудил на свет бумажку с записанным номером телефона и именем хозяйки, краем профессионального мышления автоматически отмечая у себя участившееся сердцебиение.

Белла Свон. Столько лет прошло, а у меня, как у сопливого мальчишки, неконтролируемая тахикардия только от того, что я провожу кончиком пальца по буквам ее имени.

Интересно, какая она сейчас? Розали сказала, что Белла живет одна. Неужели до сих пор не осчастливила какого-нибудь местного олуха? Хотя в свои тридцать она вполне уже могла побывать замужем, развестись и превратиться в толстую чопорную матрону, помешанную на чистоте. Тот образ, который годами хранился в моей памяти, наверняка не имеет ничего общего с современным оригиналом. Черт, надо было получше расспросить о ней. Придется теперь ориентироваться на месте.

Еще пара минут в попытке успокоиться, и последовавшая за этим мысленная подзатылина самому себе сделали свое дело. Пальцы наконец проворно набрали записанный номер, и через пару гудков в трубке раздался приятный мелодичный голос. Быстро, сухо и по-деловому договорившись о встрече, я положил трубку и судорожно выдохнул, мысленно похвалив себя за выдержку.

Нужный мне адрес я нашел без особого труда, притормозил на площадке перед довольно большим домом, вышел из машины и осмотрелся. Ну что ж, кое-что не меняется, и мои ощущения – не исключение. Мне всегда нравился этот дом, хотя внутри мне бывать не доводилось. Про такие говорят «дом с характером», «дом со своей историей». Для большого города это было бы довольно скромное жилище, но по масштабам Форкса – почти дворец. Явно неновое строение, но за которым любовно ухаживают. Небольшой садик, цветы, мощеные дорожки и садовые качели, скрытые от посторонних глаз. Здесь наверняка очень приятно посидеть с книжкой в солнечный день.

Меньше чем через минуту после моего стука дверь открылась, и на пороге появилась невысокая темноволосая девушка. Мой взгляд автоматически пробежал по изящной фигурке, отметив идеальное сложение, длинные стройные ноги в потертых джинсах и способные затянуть в омут карие глаза на фарфоровом личике.

Вот так. Действительно ничего не меняется... Время только оттенило природную красоту Беллы, добавив женственности в когда-то угловатые черты подростка. Да, она изменилась, но, помоги мне Господь, в лучшую сторону. Неизменной осталась только реакция на меня. Вернее, абсолютное ее отсутствие.

За последние годы я как-то привык к более благосклонной реакции на мою будь-она-неладна-внешность. Не сказать, что мне нравилось, как женщины почти всегда начинали посылать в мою сторону томные взгляды из-под ресниц и лепетать всякие глупости, в большинстве случаев это раздражало, однако именно сейчас отсутствие хотя бы маломальской реакции ранило.

– Добрый вечер, мисс Свон, – протянул я руку. – Я Эдвард Каллен, мы с вами договаривались о встрече.

Далее я, удивляясь самому себе, сделал то, чего не делал уже много лет просто за ненадобностью – направил свой фирменный взгляд с прищуром «специально для женщин», от которого обычно таяли все без исключения представители женского пола от трех до восьмидесяти лет. Реакции – ноль.

– Здравствуйте, доктор Каллен, – маленькая горячая ладошка скользнула в мою руку, послав по моему телу нервный импульс. Я невольно задержал ее, пытаясь продлить это приятное ощущение. – Мне кажется, мы уже знакомы?

– Приятно, что вы помните, хотя даже шестнадцать лет назад наше знакомство нельзя было назвать близким.

– Точно, – спокойно кивнула Белла. – Ну что ж, перейдем к делу. Вы не против, если мы сначала поговорим здесь?

– Конечно. Как вам будет удобно, – признаться, я был слегка удивлен тем, что меня даже не пригласили в дом, не лето все-таки.

– Располагайтесь, я только куртку накину.

– Спасибо, – устроился я в одном из очень удобных, стоящих на террасе плетеных кресел с яркими пушистыми подушками на сидениях.

Через минуту девушка появилась в дверях, облаченная в длинную, явно мужскую парку, в которой она почти утонула.

– Итак, мистер Каллен…

– Эдвард, если можно.

– Эдвард, – согласно кивнула она. – Тогда я – Белла, договорились?

Мягкая улыбка тронула губы девушки. От того, как прозвучало мое имя в ее исполнении, в районе солнечного сплетения образовалась закручивающаяся воронка.

– Договорились, Белла.

Произносить вслух ее имя мне тоже очень понравилось.

– Прежде, чем показать вам комнату, я хочу рассказать вам о том, что вы должны знать, если собрались жить в этом доме.

– Внимательно слушаю, – кивнул я.

– Во-первых, я пою. Почти всегда по утрам, но иногда и вечером.

– У вас противный скрипучий голос?

– Нет, – ее улыбка действительно завораживала, – с чего вы взяли? Я учитель музыки, поэтому со слухом и голосом у меня полный порядок.

– Тогда почему это должно волновать меня?

– Не знаю, я просто решила предупредить, – пожала она плечами.

– Принято, – снова кивнул я. – Что-то еще?

– Да. У меня есть попугай.

– Кто-то любит собак, кто-то канареек. Лично я ничего не имею против домашних питомцев.

– Вы не совсем поняли, Эдвард, – девушка завела за ухо выбившийся локон и перевела взгляд куда-то мимо меня. – Главное, чтобы Аро не имел ничего против вас.

Я опять заслушался звучанием своего имени в ее исполнении, поэтому не сразу уловил суть сказанного.

– Я прошу прощения, Белла, правильно ли я вас понял? Для того, чтобы вы сдали мне комнату, я должен пройти кастинг у… попугайчика?

– Аро – не попугайчик. Это довольно крупная птица породы жако, которая живет в нашей семье уже более двадцати лет. После смерти папы три года назад, он – единственный член моей семьи.

– Примите мои соболезнования по поводу вашего отца, – с подобающем случаю выражением произнес я. – А чем я могу не понравиться вашему попугаю? – пытаясь олицетворять собой абсолютное спокойствие, я закинул ногу на ногу и аккуратно снял с брюк несуществующую пылинку.

– Знаете, он очень избирателен по отношению к людям. Однажды я имела неосторожность не обратить внимание на его реакцию, и очень об этом пожалела.

– Ну, ладно, – спокойно поднялся я на ноги и уверенно шагнул в ее сторону, – кастинг так кастинг.

В этот момент мне отчаянно захотелось понравиться этой загадочной птице. А еще больше – понравиться наконец ее хозяйке. Девушка тоже встала и на какой-то момент оказалась очень близко от меня. Интересно, она тоже слышит треск электрического разряда между нами? Чтобы заглянуть мне в глаза, ей пришлось запрокинуть голову. Такая маленькая. Я невольно залюбовался почти белоснежной, не тронутой косметикой кожей. Длинные каштановые волосы тяжелым водопадом струились по хрупким плечам, слегка прикрывая изящную шею и маленькие ушки.

Заметив мой изучающий взгляд, Белла вдруг засмущалась и покрылась румянцем. Охренеть! Сто лет не видел, как девушки краснеют от смущения! А уж краснеющая пожирательница мужских сердец – это вообще нечто.

Она порывисто сделала пару шагов назад и распахнула передо мной входную дверь.

– Главное, не делайте резких движений и не разговаривайте слишком громко, – обернулась она, вдруг ободряюще мне подмигнув.

Она что, действительно пытается успокоить меня? Можно подумать, что там не попугай, а птеродактиль.

Внутри дом был очень светлым и уютным. Из большой гостиной одна дверь вела на кухню, вторая, видимо, в подвальное или складское помещение. Слева расположилась лестница, ведущая на второй этаж. Под ней еще одна дверь, скорее всего, ванная комната. Что ж, очень мило и чисто.

– Сюда, пожалуйста.

В небольшом алькове гостиной обнаружилась огромная клетка высотой около полутора метров и столько же в ширину. На толстой ветке, отвернувшись к стене, важно восседал большой серый попугай с несколькими красными перьями в хвосте.

– Аро, – негромко позвала Белла, реакции со стороны птицы не последовало. – Ароша, повернись к нам, пожалуйста. – Будто услышав эту просьбу, попугай повернул в нашу сторону голову и внимательно посмотрел на девушку. – Познакомься, малыш, это Эдвард.

К моему удивлению странное существо, перебирая лапами, развернулось ко мне всем корпусом и, склонив голову набок, как это умеют делать собаки, стал внимательно меня разглядывать своими желтыми глазами. Скажу честно, ощущения появились неоднозначные. Протянув руку к клетке, Белла открыла дверцу, и попугай, будто только этого и ждал, взобрался к ней на руку. Быстро вскарабкавшись по рукаву вверх, он устроился на ее плече, продолжая подозрительно поглядывать на меня.

– Ароша, птичка моя хорошая, – погладила она его чуть склоненную головку, – скучал по мне? Ну, иди сюда, давай поцелуемся, – будто действительно понимая, что ему говорят, попугай склонился и поднес к губам девушки свой большой черный клюв. – Умница. Поздороваешься с Эдвардом?

В следующую секунду я вздрогнул, почувствовав, что птица взлетела и опустилась на мое плечо, слегка запустив когти в джемпер. Оказывается, он был довольно тяжелым и весил примерно как небольшая курица, да и размера был примерно такого же. Я мысленно хмыкнул, прейдя к такому нелестному сравнению столь «важной птицы» с глупой квочкой.

– Эдвард, поздоровайтесь с ним, не бойтесь.

– Мне что, надо с ним говорить? – я чувствовал себя полнейшим болваном.

– Да. Просто скажите что-нибудь.

– Привет, Аро, – без всякого выражения буркнул я.

Попугай, продолжая восседать на моем плече, чуть склонился вперед и заглянул мне в глаза, а в следующий момент, видимо, утратив интерес к моей персоне, он уже пытался отгрызть маленькую пуговку на моем вороте. Господи Боже, сегодня самый странный день в моей жизни.

Потоптавшись еще немного на моем плече, Аро мощно оттолкнулся лапами и перелетел в другой конец комнаты, найдя для себя более интересное занятие – игру со стеклянными подвесками на настольной лампе.

– Вы ему понравились, – слегка удивленно произнесла Белла.

– Да? А если бы не понравился, то вместо стекляшек он грыз бы сейчас мое ухо?

Девушка рассмеялась, и я не мог не отозваться на этот мелодичный смех, улыбнувшись в ответ.

– Нет, но шуму было бы много, поверьте мне.

– Так я сдал экзамен?

– На отлично, – кивнула она. – Пойдемте, я покажу вам комнату.

Комната на втором этаже оказалась очень просторной и… воздушной, что ли. Мебели было немного, но все самое необходимое имелось – большая кровать, встроенный шкаф для одежды, небольшой стол, кресло и телевизор, закрепленный на стене.

– Комната недавно отремонтирована, – гордо произнесла Белла, – так что все чистое и новое, можете не сомневаться.

– Я и не сомневаюсь, – качнул я головой. – Когда можно въезжать?

– Когда вам будет удобно, – пробормотала девушка, слегка недоумевая. Видимо, не ожидала такой скорости договора. – Насчет цены…

– Мы обязательно договоримся, – улыбнулся я, протягивая руку. – Мне будет удобно сегодня, – и, заметив ее недоумение, добавил. – Еще одной ночи в местном мотеле я, боюсь, уже не переживу.


Глава 2

BPOV

И кто сказал, что человеку нужны друзья? Сейчас я по-настоящему жалела, что Бог послал мне такую «заботливую» подругу. Розали Хейл, с ее навязчивой идеей осчастливить меня, создала серьезную угрозу моему спокойствию, подкинув такого жильца. Конечно, я могла под каким-нибудь благовидным предлогом сразу отказать ему в проживании, но брошенный Роуз вызов не позволил отступить, тем более Аро более чем благосклонно принял нового обитателя дома.

Назвать мою реакцию на доктора Каллена «удивлением» было бы сильным преуменьшением действительности. Хвала моей взращиваемой многие годы выдержке и отцу, научившему прятать за спокойным выражением лица настоящие эмоции, – я с честью выдержала первый удар. В противном случае я запросто могла простоять на пороге дома с открытым ртом до позднего вечера.

Эдвард Каллен. Вот это метаморфоза! Тресните меня кто-нибудь по голове, чтобы мозг оправился от потрясения. Куда подевался нескладный худой подросток, лица которого реально невозможно было рассмотреть из-за длинных бронзовых волос, практически закрывающих глаза и щеки. Высокому красавцу, возникшему на моем пороге, на первый взгляд было самое место на подиуме. Он мог бы зарабатывать кучу денег, просто улыбаясь женщинам всего мира с рекламных плакатов. Кроме того, его глаза, осанка, манера держаться просто кричали о вопиющей мужественности и спокойной уверенности в себе. Этакий лев, властитель природы, уверенный в своей неотразимости, но как будто ее незамечающий. Хорошо, что Розали предупредила о его преображении. Я хотя и не очень этому поверила, но на всякий случай привычно включила режим «вежливо-равнодушное лицо», всегда выручающий меня в трудных ситуациях.

Не знаю, как так получилось, но буквально через двадцать минут после того, как Каллен переступил порог дома, я с удивлением пожимала его твердую руку, заключая предварительный договор об аренде жилья. Изабелла Свон, на какой курорт отправились твои чертовы мозги? Ты хоть понимаешь, во что ввязалась? Думаешь твоей хваленой выдержки хватит, чтобы не впадать в ступор, ежедневно находясь в непосредственной близости от главной достопримечательности города за последние несколько лет? Да еще Роуз со своим идиотским пари…

Эдвард, как и планировал, перебрался в мой дом накануне вечером. Чтобы не мешать ему обживаться на новом месте, я старалась сегодня не попадаться ему на глаза, что было в принципе несложно, учитывая, что почти весь день провела на работе. Однако сейчас мне нужно было спуститься вниз, чтобы перекусить и выпустить из клетки Аро для ежевечерней разминки.

Последние полчаса новоявленный обитатель дома активно громыхал посудой внизу на кухне. Удивительно, что Аро никак не выражал своего недовольства. Обычно он не любит шум.

Из кухни тянулись очень вкусные запахи. Надо же, доктор Совершенство еще и готовить умеет!

– Добрый вечер, – обозначила я свое присутствие, нацепляя на лицо привычную маску с нечитаемым выражением.

Вынуждена признать, Каллен действительно был хорош. Даже в такой будничной домашней атмосфере, с деревянной лопаткой в руке. Надо как-то постараться не пялиться на него, что ли.

– Привет, Белла, – повернулся он, встречая меня открытой улыбкой.

Ну вот, еще и улыбается как Бог. Разве мне недостаточно того, как сидит на широких плечах эта выцветшая от многочисленных стирок футболка с растянутым воротом? И как выглядят его голые ступни, ступающие сейчас по деревянным половицам моей кухни. Да еще эти выцветшие джинсы… Сумочка от Louis Vuitton на какую-то долю секунды слегка померкла в моих глазах.

– Готовите ужин? – постаралась я переключить свое внимание.

– Да, решил вот отметить новоселье. Присоединитесь ко мне?

– Доктор Каллен…

– Я думал, мы вчера остановились на «Эдварде» и «Белле»? – выгнул он одну бровь.

– Забыла, простите, – смутилась я, – но вы совсем не обязаны кормить меня ужином.

– Мне будет приятно, если вы присоединитесь.

– Даже не знаю…

– Я готовлю ризотто по особому рецепту моей мамы, – Эдвард кивнул в сторону плиты и послал мне такую мальчишескую улыбку, что я невольно улыбнулась в ответ.

Черт, кажется, я опять покраснела. Пора перенаправить вектор внимания. Я решительно двинулась к клетке и откинула замочек. Птица тут же выпорхнула сквозь небольшой проем и, пролетев несколько метров, опустилась на стол. Почувствовав себя в своей стихии, Аро принялся важно расхаживать по рабочему столу на небольшом расстоянии от разделочной доски, где симпатичный повар нарезал крупными кусками овощи для салата.

– Привет, фейс-контроль, – приветственно взмахнул мужчина ножом.

– Привет, – довольно четко произнес попугай, на секунду перестав двигаться.

Нож с грохотом полетел на пол, напугав и Аро, и меня. Эдвард автоматически нырнул под стол, чтобы его подобрать, а когда поднялся, его лицо приняло «что-это-было» выражение.

– Он что, умеет говорить? – почему-то шепотом спросил он.

– Ну, вообще-то да, – пожала я плечами.

– И что еще он может сказать, кроме «привет»?

– Привет! – громко откликнулся Аро.

Я провела пальцами по гладким перышкам крыльев и взяла из вазочки маленькое печенье.

– В его арсенале почти двести слов, несколько фраз и песен, а также множество звукоподражаний, – спокойно сообщила я.

– Ничего себе, – Эдвард чуть пришел в себя и теперь с интересом разглядывал моего пернатого друга. – Я, конечно, слышал, что попугаи хорошие подражатели, но не думал, что их речь может звучать так четко. Хотя я читал, что они не понимают ничего из того, что говорят, а просто повторяют.

– Дурашка, – почти прохрипел Аро, демонстративно отворачиваясь от мужчины.

– Ну-ну, не обижайся, малыш, – примирительно протянула я попугаю печеньку, стараясь сдержать смех. – Просто Эдвард совсем тебя не знает.

– Дурашка, дурашка, – начал он раскачиваться из стороны в сторону, переступая с лапы на лапу и наотрез отказываясь от угощения. – Ароша – красавчик!

– Без сомнения! – успокоила я его, с улыбкой посмотрев на ошарашенного повара, который так и застыл с ножом в руках.

– Он действительно понимает то, что говорит? – наконец вышел из ступора мужчина.

Попугай в ответ очень похоже изобразил человеческий смех и, мягко оттолкнувшись, перелетел в гостиную.

– Почему у меня ощущение, что моя жизнь здесь не будет скучной?
 

Глава 3

BPOV

– Как поживает наш мистер Очарование?

– Не знаю никого, кто мог бы носить сей почетный титул, – постаралась я стереть с лица Розали выражение лисьей мордочки.

– М-м-м… – наигранно сочувственно протянула подруга. – То есть никаких романтических мыслей и мурашек внизу живота?

– Все мурашки мирно спят, – изобразила я на лице милейшую улыбку.

– Поверю сразу после того, как ты научишься не краснеть, – усмехнулась Роуз.

Я уже начинала жалеть о том, что не отказалась от нашей обычной обеденной встречи с подругой в пользу перекуса в школьном кафетерии.

– Как там поживает моя сумочка? – добавила я в голос капельку сарказма.

– МОЯ сумочка по-прежнему хороша собой и находится на самом пике моды, – парировала Розали, – а вот один милый доктор сегодня расспрашивал о тебе.

– Вот как. И о чем конкретно он спрашивал?

– Да так, о том, о сем…

– Роуз!

– Извини, крошка, мне пора, обеденный перерыв уже закончился.

С этими словами Розали послала мне воздушный поцелуй, выпорхнула из-за столика кафе, и, собирая по дороге восхищенные мужские взгляды, проплыла к выходу. Если бы я не любила ее так сильно, то давно придушила бы, закопала и засеяла сверху газонной травкой. С такими подругами врагов не нужно!

О чем, интересно, расспрашивал ее Эдвард? А, главное, что растрепала ему эта болтушка? В этой войне мы с ней оказались по разные стороны баррикад, и, зная Хейл, можно быть уверенным, что она применит все известные ей стратегические уловки, чтоб одержать верх в споре. Но не только она умеет добиваться своего. По словам моего отца, моей упертости мог бы позавидовать любой осел, и отчасти я была с ним согласна… И все же приходилось признать, что в отличие от большинства мужчин, обладающих притягательной внешностью, Эдвард приятно удивлял еще и ее внутренним содержанием. Глаза светились умом, а тонкое чувство юмора не раз заставляло меня смеяться. К тому же, он держался совершенно просто и ненавязчиво. Если бы не это дурацкое пари, я наверняка наслаждалась бы его обществом и близким соседством. Однако сложившиеся обстоятельства заставляли контролировать свои эмоции и не поддаваться обаянию мужчины, вполне способного серьезно пошатнуть мое так долго и тщательно взращиваемое душевное спокойствие.

Незаметно пролетевшая неделя сделала почти привычным пребывание нового обитателя в моем доме. Почти. Немного посопротивлявшись, я все же согласилась на совместные ужины по вечерам – Эдвард был очень убедителен, утверждая, что совершенно не способен поглощать пищу в одиночестве. У нас даже вошло в привычку планировать меню на следующий день и договариваться о покупке продуктов. Сегодня была моя очередь готовить и, закончив работу, я направила машину к супермаркету, намереваясь купить недостающие ингредиенты для запланированного жаркого. Последствия тяжелого трудового дня легли на плечи в виде навалившейся усталости. Раньше в таких случаях я, наплевав на принципы здорового питания, покупала по дороге какую-нибудь фастфудовскую ерунду, не заморачиваясь готовкой. Сегодня, несмотря на соблазн послать все к чертовой матери, я двинулась с тележкой вдоль рядов магазина, отправляя в нее все необходимое. Почему-то мне совсем не улыбалось показаться Каллену лентяйкой, не способной приготовить незамысловатый ужин.

Горящие окна дома за последние несколько лет стали настолько непривычны для меня, что каждый раз я невольно удивлялась, обнаруживая их свет в то время, когда меня там еще не было. Хотя следовало признать, что удивление было приятным – одиночество не лучшая штука в мире.

Совершенно неожиданная, но чертовски умильная картинка ожидала меня сегодня за порогом родного дома. Звук телевизора громко вещал о начинающемся матче бейсбольной лиги, и все зрители уже были в полной боевой готовности. Эдвард восседал возле телевизора с банкой пива и в кепке с эмблемой «Техас Рейнджерс». Аро нервно выхаживал рядом по спинке дивана, периодически останавливаясь и очень похоже изображая шум трибун и гудки фанатов. Эту сцену я наблюдала почти всю свою жизнь, только на месте Эдварда обычно сидел мой отец. Слезы невольно навернулись на глаза от сожаления, что некоторых вещей невозможно изменить, и того времени уже никогда не вернуть.

Увидев меня, Эдвард подскочил и быстро забрал у меня пакеты.

– Привет, – широко улыбнулся он, но заметив чуть повлажневшие глаза, мгновенно стал серьезным. – Что-то случилось?

– Нет. Да. Черт, просто я очень скучаю по папе… Извини, – опустила я голову, почувствовав, что одна предательская слеза все-же скатилась вниз.

– Тебе не за что извиняться… – мягко приобнял он меня за плечи, и на долю секунды я позволила себе прижаться мокрым носом к мужской груди.

В это время Аро издал громкий улюлюкающий клич и что есть мочи завопил: «Рейнджерс – кааазлыы!».

Через секунду мы оба громко хохотали. Теперь уже и у Эдварда на глазах выступили слезы. Слава богу, от смеха.

– Что это было? – никак не мог успокоиться он, периодически прыская.

– Папа болел за «Нью-Йорк Янкиз», – улыбнулась я.

– Это многое объясняет, – кивнул мужчина. – А я все не мог понять, чем попугаю так не нравится моя бейсболка. Он ее два раза уносил в сторону мусоросборника.

– Ваши вкусы явно не совпадают.

– Это я уже понял, – все еще посмеиваясь, Эдвард принялся разгружать пакеты, очень быстро и рационально распределяя продукты по полкам холодильника. – Тяжелый день? – сидя на корточках, выглянул он из-за дверцы холодильника.

– Что? – вопросительно уставилась я на него.

– Выглядишь усталой, – констатировал он факт.

– Вот спасибо тебе, добрый доктор.

– Но по-прежнему очаровательной, – решил смягчить он диагноз, вызвав во мне невольный отклик своим нехитрым комплиментом. – Давай я сегодня помогу тебе с готовкой.

Отвлекать болельщика от игры – дело неблагодарное, – истина, доказанная практикой.

– Сегодня же моя очередь, – напомнила я, – а у тебя бейсбол.

– Бейсбол можно посмотреть и в записи. Тем более идея совместных ужинов принадлежит мне.

Быстро пройдя к дивану, Эдвард нашел пульт от телевизора и без сожаления нажал красную кнопку. Аро, задумчиво почесав клюв когтем, глубокомысленно изрек: «Аста ла виста, беби!» и, спрыгнув с дивана, вперевалку отправился по полу вслед за новым другом в сторону кухни. Я до сих пор не знала, как реагировать на эту неожиданно завязавшуюся дружбу. Насколько раньше мой попугай болезненно относился к новым людям в доме, настолько безоговорочно он принял Эдварда в круг своего общения. Тот в свою очередь проникся к нему дружеским уважением и уже не стеснялся общаться с ним практически на равных.

Раз уж круг поваров сегодня расширился, мы без особых препирательств дружно решили, что мясо – дело мужское, а я займусь овощами.

– Споем, птичка? – хрипло спросил Аро, взлетая вверх и привычно усаживаясь на полку над рабочим столом.

– Давай, – с готовностью отозвалась я, высыпая в миску овощи. – Уитни? – он радостно взмахнул крыльями и прочистил горло.

Следующие минут пять Эдвард с улыбкой слушал наш странный дуэт, нарезая мясо на тонкие полоски. Пела в основном, конечно, я, но попугай подхватывал тему в припеве, отвратительно фальшивя на высоких нотах и перевирая слова. В результате мы удостоились бурных оваций и даже изобразили вполне приличный книксен.

– Аро очень любит Уитни Хьюстон, – пояснила я с усмешкой, – но его диапазон, мягко говоря, не очень дотягивает до нее.

– Зато твой голос великолепен.

– По сравнению с попугаем, так вообще прима Ла Скала, – засмеялась я, пытаясь скрыть смущение. – Спасибо.

– Нет, серьезно, ты не задумывалась о сольной карьере? Ты талантливая и очень красивая, да и на сцене всегда держалась великолепно.

Нехитрые, но так искренно произнесенные комплименты вновь окрасили мои щеки в пунцовый цвет.

– Надо же, ты помнишь… – чтобы скрыть смущение, я отвернулась к плите, отравляя в сотейник приготовленные ингредиенты. – Знаешь, тут все непросто. Да и возраст… Мне уже тридцать.

– Пф, тоже мне возраст! – Эдвард выразительно закатил глаза и развел руки. – Мне уже тридцать один, и что?

– Для мужчины и врача ничего, – улыбнулась я. – Кстати, расскажи, как ты решил стать врачом, если это не секрет, конечно.

– Решила сменить тему? – усмехнулся он. – Ладно. Никаких секретов. Дед был врачом, отец был врачом. Старший брат решил стать дизайнером автомобилей, и продолжить династию оказалось некому. Конец истории.

– То есть ты согласился на это против своего желания?

– Нет, не так, – Эдвард запустил длинные пальцы себе в волосы, наводя в прическе легкий хаос. – Я знаю, что медицина – мое призвание, и счастлив, что выбрал этот путь. Но в восемнадцать я мнил себя обиженной стороной, вынужденной благородно тащить на себе наследие поколений.

– А почему выбрал Форкс? Насколько я поняла, выбор у тебя был обширный.

– Вот тут все осознанно, – уверенно произнес мужчина. – Мне всегда нравился этот город, его ритм, атмосфера. И всегда знал, что обязательно вернусь сюда. Отец предлагал мне возглавить отделение в его клинике в Сиэтле, но это точно не было бы моим выбором.

– Отказался от такой карьеры?

– Здесь тоже живут люди, которые нуждаются в помощи. Разве не для этого нужны врачи?

– Врраачи – зззло! – прокричал Аро, важно прохаживаясь по краю кухонного стола.

– Ты уверена, что это попугай, а не какой-нибудь несчастный грешник, заключенный в это пернатое тело чародеем? – засмеялся Эдвард.

– Не раз возникали такие подозрения, – кивнула я, стараясь не реагировать на этот бархатный смех и движения мощной грудной клетки под облегающей футболкой. – Причем грешник с отвратительным характером. Он имеет свойство запоминать только те слова, которые считает нужными, и совершенно не желает повторять то, чему я его изо дня в день пытаюсь научить.

Аро, видимо, посчитавший ниже своего достоинства отвечать на подобные обвинения, с гордым видом проследовал к своей клетке в ожидании ужина.

Ковыряясь вилкой в своей тарелке, я в очередной раз кляла себя за то, что допустила неосмотрительную близость в вопросах общения с моим жильцом. Вежливое соседство с четкими границами было бы намного безопаснее для моего душевного спокойствия, а наше дружеское общение все больше открывало для меня Эдварда как человека. Мне очень нравилось то, что я видела. Нравились его чувство юмора и прямота, его открытость и убежденность в своих идеалах. Вкупе с тем, что мое дыхание перебивалось каждый раз, когда я просто смотрела на него, это не предвещало ничего хорошего.

– Я тебя чем-то обидел?

Прикосновение мужских пальцев к моей руке послало электрический разряд по всему телу.

– А? – непонимающе подняла я глаза на Эдварда, выплыв наконец из своих мыслей.

– Ты за весь ужин не проронила ни слова.

– Прости, наверное, просто устала, – я резко встала, шумно отодвинув стул от стола. – Сейчас посуду вымою и спать пойду.

– Иди отдыхай, я сам все уберу.

В другой раз я наверняка настояла бы на своем, но сегодня точно не готова была к продолжению общения с мужчиной, который занимал почти все мысли в мой голове, поэтому я просто благодарно кивнула.

– Спасибо.

– Белла, – поймал он меня за руку, и мое сердце отправилось в галоп, – у меня к тебе просьба.

– Слушаю, – я искренне надеялась, что приглушенный в комнате свет скрывает цвет моих пылающих щек, а доктор не обращает внимание на бешеный пульс под его пальцами.

– Мне в воскресенье нужно в Порт-Анджелес, – я могла ошибаться, но, кажется, Эдвард тоже заметно нервничал. – Не могла бы ты поехать со мной?

– Зачем? – он все еще сжимал в руке мое запястье, отчего мой голос прозвучал немного сдавлено, а тело начало мелко потрясывать.

– Ну, я не очень хорошо там ориентируюсь, а мне необходимо попасть в два места. Миссис Маккарти говорила, что ты жила там какое-то время и знаешь город как свои пять пальцев.

Честное слово, я убью Роуз, причем выберу очень медленный и изощрённый вид казни!

– Эдвард, я…

– Пожалуйста.

Мне настоятельно, нет, просто жизненно необходимо было сбежать сейчас в свою комнату от этих просящих серо-голубых глаз, этих теплых пальцев на моей руке и этого ощущения несущейся волны, грозящей накрыть меня с головой и утащить в чудовищный водоворот. Грудь отказывалась проталкивать внутрь вдыхаемый воздух, поэтому я просто кивнула и стремительно рванула вверх по лестнице.


ОКОНЧАНИЕ >>>



Источник: http://robsten.ru/forum/78-3155-1
Категория: Авторские мини-фанфики | Добавил: freedom_91 (29.11.2019)
Просмотров: 383 | Комментарии: 3 | Рейтинг: 5.0/5
Всего комментариев: 3
0
3  
  Ароша – красавчик!  giri05003  Да уж, Эдвард здоровая конкуренция тебе обеспечена!

1
2  
  Да, история чудесная) Белла удивляет меня тем, что еще не забыла про пари) Ну как можно сравнивать сумочку и любовь (пусть даже это пока просто влюбленность)  JC_flirt  Да ну ее эту сумочку, вместе с дурацким пари fund02002  lovi06032

0
1  
  Ахах, попугай чудо! Очень понравилась история, бегу читать окончание good

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]