Фанфики
Главная » Статьи » Переводы фанфиков 18+

Уважаемый Читатель! Материалы, обозначенные рейтингом 18+, предназначены для чтения исключительно совершеннолетними пользователями. Обращайте внимание на категорию материала, указанную в верхнем левом углу страницы.


Благословение и проклятие. Глава 21, часть 2

Белла зашла в главный обеденный зал и увидела Карлайла и Эдварда, стоявших возле камина. Она заметила, как начинают подтягиваться к ним, а Роуз и Эммет раздают все больше шампанского. Повременив, Белла подняла бутылку шампанского со стола и начала наполнять бокалы.

Карлайл надел свои очки для чтения и взглянул на листок бумаги в руках.

- Минуту внимания, пожалуйста, - сказал он, и в комнату из холла стали стекаться люди, вытягивая шеи и кладя друг другу на плечи руки.  

Роуз схватила Беллу за запястье и потянула ее из толпы к камину. Тепло огня прошлось по телу Беллы, когда Эдвард встретился с ней взглядом. Его глаза были темными, отчаянный взгляд наркомана, коего она не могла не замечать и от которого поджимались пальчики на ногах. Он смотрел на нее, словно она была чем-то, что он отчаянно хотел, но не мог себе позволить. Белла не могла этого вынести. Она поняла, как сильно ей нравится такой взгляд – будто этот мужчина рассматривает исключительное сокровище.

- Все в порядке, - одними губами сказала она ему, и он в тот же миг прикрыл глаза. Темная линия его бровей и роста волос окрасились от пламени в золотой цвет. Когда он снова открыл глаза, то смотрел уже в сторону, в пол, и, увидев его легкую нахмуренность, ей захотелось улыбнуться.

- Спасибо всем вам, что пришли сегодня попрощаться с Эсме, - начал Карлайл, его голос был тихим, но слышно его было хорошо, потому что все хранили молчание. – Прошедший год был трудным, но она с достоинством сражалась с болезнью и покинула нас так тихо и радостно, как делала все в этой жизни.

Оглянувшись на собравшуюся толпу, Белла увидела, как глаза людей заблестели от слез, и у нее пересохло в горле.

- Когда я вижу всю ее семью и друзей, то у меня ни капли сомнений в том, что сегодняшним вечером она находится вместе с нами.

Все находившиеся здесь люди обнимались и, держа бокалы, думали про себя: надеюсь.

- Все вы знаете, каким человеком она была, так что не будем сегодня говорить об этом. Я благодарен, что все вы пришли сегодня, некоторые из вас проделали долгий путь, чтобы попрощаться с замечательным человеком, и я горжусь тем, что она была моей женой.

Голос Карлайла был чистым и сильным, а его улыбка - искренней, когда он добавил:

- У нее были большие планы на сегодняшний вечер, поэтому, пожалуйста, думайте о ней сегодня, как о душевной хозяйке. Но я должен поблагодарить моих сыновей, Эммета и Эдварда, и дочерей, Роуз и Беллу. Они приложили немало усилий, чтобы собрать нас всех вместе.

Сердце Беллы подпрыгнуло от удовольствия, от того, как легко Карлайл назвал ее своей семьей. Она взглянула на Роуз, но она, казалось, и не заметила этого вовсе. Эдвард с бесстрастным выражением лица стоял рядом с отцом.

Белла отвела взгляд, но увидев ничего не выражающее лицо Чарли, поняла, что тот попросту не задумался об обмолвке Карлайла.

- Все вы знаете, что я любил его больше всего на свете, но она была невероятной упрямицей, именно поэтому похороны, состоявшиеся днем, были неофициальными. Она не хотела суеты. Последний месяц мы частенько обсуждали сегодняшний вечер. Ей было очень приятно знать, что все мы с вами собрались вместе, что мы поддерживаем друг друга, и ей бы понравилось, что все маленькие детали этим вечером учтены. Например, розы в фойе непременно бурбонские, их выращивали в этих садах сто двадцать лет. Она очень на них настаивала, - добавил он под нежный смех аудитории. Все знали, какой настойчивой она могла быть.

Карлайл опустил очки на кончик носа и взглянул на свои заметки, держа их на расстоянии вытянутой руки.

- Эсме настаивала, чтобы ты прочел это, - сказал он, повернувшись к Эдварду, заставляя всех рассмеяться. Эсме будто руководила и этим вечером тоже.

Эдвард взял листок бумаги из рук отца.

- Я прочту стихотворение Джорджа Бернарда Шоу, - сказал он. Белла не слышала его голос несколько часов и почувствовала,  как Роуз обняла ее за талию.

- Мне нужна возжигательница моих семи светильников — красоты, достоинства, смеха, музыки, любви, жизни и бессмертия. – Он замолчал, но заставил себя продолжить: - Подавайте мне мое вдохновение, мое безрассудство, мое счастье, мое божество, мое безумство, мое самолюбие, мое оправдание и мое душевное здоровье, мое преображение, мое очищение, мой свет за краем моря. - Голос его с каждой становился все более хриплым, но он сделал глубокий вдох, заканчивая: - Мою пальму за краем пустыни, мой сад прекрасных цветов, мои бессчетные малые радости, мой трудовой заработок, мою ночную грезу, мою любовь и мою звезду. (письмо к Стеле Патрик Кэмпбелл от 27.02.1913 г. Пер. И.М. Бернштейн)

Дочитав, он рефлекторно посмотрел на Беллу. В ее глазах застыли слезы – совсем как в ту ночь, когда на ней было то же самое платье.

Затем он понял, что молчит слишком долго, но никто и не заметил. Все задумались о своем, вероятно, о том, чего они желали, что имели или что потеряли.

Наконец, Эммет сделал шаг вперед и нарушил молчание.

– Думаю, моя мама, оставляя нам это стихотворение, хотела напомнить, что, несмотря на то, что она ушла слишком рано, и что она еще многого не успела сделать… - он ласково указал на Роуз, - все же жила она без сожалений. Она жила жизнью, которой хотела жить, и это большее, на что мы смеем надеяться, покидая сей мир. Пожалуйста, поднимите бокалы в честь Эсме. Возможно, и мы сможем прожить свою лучшую жизнь.

- За нашу лучшую жизнь, - хором повторили все, поднимая бокалы. Наступила тишина, пока все пили до дна. Вкус шампанского был словно амброзия, оно холодило кровь. Когда Карлайл заговорил, каждый бокал уже был пуст.  

- Прошу, продолжайте веселиться. Семья ненадолго покинет вас, но уже довольно скоро присоединимся к вам.

Все Каллены пошли в кабинет Карлайла.

И едва Белла зашла и села в кресло, стоявшее напротив его стола, как поняла, что даже не засомневалась.

Эммет закрыл за Беллой дверь и выдвинул стул для Роуз.

Эдвард стоял у камина, смахивая пепел, налипший по краям. Маленькие языки пламени почти догорали на сгоревших поленьях. Он положил новое полено на угли, тени заплясали на его лице. Он обернулся и, как обычно, наткнулся взглядом на Беллу, после чего посмотрел на Карлайла.

 - Ты в порядке, пап? – спросил он, привычно нахмурив брови.

Белле показалось, что она, наконец, поняла это выражение лица.

- Все нормально, - заверил всех Карлайл, опускаясь на мягкий стул за столом. – Все идет хорошо. - Он провел бокалом с шампанским по подложке.

- Совсем, как она и хотела. - Он с искренне счастливой улыбкой посмотрел на присутствующих, и все невольно улыбнулись ему в ответ.

Словно по команде, все услышали смех гостей, раздавшийся снаружи. Это был заразительный громкий смех, и Роуз, будучи не в силах противостоять искушению,  захихикала первой. Через некоторое время смеялись уже все, не имея возможности остановиться. Каждый раз, когда Белле казалось, что она вот-вот сможет остановиться, она ловила взгляд Роуз или видела, как Карлайл вытирал глаза, и начинала смеяться снова.

- Она написала письма для каждого из нас, - сказал Карлайл, когда все принялись вытирать выступившие от смеха слезы. У него ненадолго перехватило дыхание, пока он передавал каждому из них небольшие конверты.

Их смех померк, и все с благоговением изучали свои подарки, не смея открыть их.

Белла нежно прижала к себе небольшую квадратную коробочку. Коробочка для кольца, поняла она, и ее желудок скрутило.

Она открыла конверт так осторожно, как только могла, и развернула лежащее в нем письмо. Ей стало грустно от того, что по обыкновению закругленный аккуратный почерк Эсме из-за испытываемой ею боли приобрел острую, словно шипы, форму.

Моя дорогая Белла,

Я была удостоена чести наблюдать, как ты выросла в прекрасную женщину, которой ты стала сейчас. Ты всегда была частью нашей семьи - пожалуйста, никогда в том не сомневайся. Мы все любим тебя, но больше всех тебя любит мой драгоценный сын. Я знаю, что такую связь часто тяжело выносить. Иногда я задаюсь вопросом, есть ли в этом моя вина. Еще до того, как вы оба родились, мы с Рене мечтали… мечтали о том, что наши дети будут всегда любить друг друга. Боюсь, я мечтала слишком сильно? Но благословение это или проклятие зависит лишь от того, как на это посмотреть. Я дарю тебе одну мелочь, ты могла бы надеть ее в день своей свадьбы… Я оставляю тебе свое бесценное сокровище, дорогая. Пожалуйста, береги его, храни его, прими его таким, какое оно есть. Оно предназначено для тебя судьбой.

С любовью,

Эсме.

Щеки Беллы вспыхнули, когда она повертела коробочку из стороны в сторону. Ее сердце ухнуло, когда она поняла, что найдет внутри. Обручальное кольцо Эсме. Наверное. Так и должно.

Старинный темный сапфир передавался из поколения в поколения Калленов. Даже во время войны его спрятали и похоронили в цветочном горшке. Когда его нашли, сапфир стал почти черным. Но когда его поднимали к свету, в глубине его танцевали и переливались ярко-голубые огоньки. Белла любила его как ребенок, частенько они с Эсме лежали дождливым воскресным днем в кровати и сочиняли о нем истории. 

«Оно принадлежало русалке… Его носила Мария Антуанетта… Его отправляли голубиной почтой…»

Тогда невероятные сказки Эсме очаровывали Беллу, а сейчас она испытывала ностальгию и была невероятно напугана той невероятной честью, что возложили на нее.

Белла медленно приоткрыла крышку и была поражена, когда из коробки медленно скользнула на пол жемчужная нить. Он в недоумении подняла с земли нить огромного блестящего жемчуга. Она невероятно любила этот жемчуг. Его подарили Эсме на двадцать первый день рождения, затем она надевала его на свою свадьбу. Но Белла не могла скрыть своего разочарования, хоть и корила себя за это.

Она взглянула на Эдварда, который при свете стоящей за его спиной пылающей лампы читал написанное ему письмо.

Он открыл большую квадратную коробочку и уставился на содержимое. Он перечитал записку и практически горько рассмеялся, снова с щелчком закрывая коробочку. А после - откинулся на спинку стула и устало потер руками лицо.

Она едва могла смотреть на него. Боль, как туго натянутая скрипичная струна, с трепетом дрожала у нее в груди. Она любила его так нежно, и видя, как его ресницы касаются щеки, она чуть ли не рассмеялась вслух от того, что Эсме, по сути, завещала ей Эдварда. Фамильная ценность. Эсме знала, что Эдварду понадобится Белла в момент скорби и каждый день после.

Роуз плакала над коллекцией шляпных булавок в стиле арт-деко, что Эсме оставила ей. Эммету достались серебряные запонки, принадлежавшие Мейсенам в пяти поколениях. У Карлайла держал в руках странный маленький сверток, но не открывал его.

Белла надела жемчуг на шею и на один захватывающий страшный момент поймала направленный на ее шею, а затем и на ее руки взгляд Эдварда.

- Спасибо за платье, - тихо сказала она ему, и он резко отвернулся. Эммет и Роуз смотрели на них с интересом.

- Мне нужно… - Он замолчал. Замерев, взглянул на Беллу, и в его взгляде читалась тоска. Внезапно он вышел.

Он отпустила его, зная, что ему нужно время, чтобы справиться с эмоциями.

Эммет и Роуз увидели, как Карлайл собирался прочесть записку, и, встав, бесшумно выскользнули из комнаты.  

Карлайл ломал голову над подарком, не заметив, что все ушли. Он думал, как Эсме хватило сил организовать для него этот сюрприз.

Хотя, этот конверт казался старше остальных. Он осторожно скользнул пальцем и, скрыв конверт, и с расцветающим внутри чувством безнадежной любви и легким проблеском горя прочел единственную строчку, что была написана внутри.

А тебе, мой Карлайл, я оставляю свое сердце. Пусть оно цветет только для тебя.

Он уставился на сверток в виде капли. Он был похож на огромную, завернутую в фольгу, конфету Hershey's kiss. И был ощутимо тяжелым.

Его осенило в ту же минуту, как он развернул обертку, и его ладони легли на самую крупную луковицу тюльпана, что он видел в своей жизни.

Он улыбнулся и допил последние капли шампанского в честь нее и их совместно прожитых лет. Повернувшись на кресле, он взглянул в окно, увидев, как колышутся при свете луны ветви дуба, и впервые начал мечтать, чтобы поскорее настала весна, уже планируя, где посадит луковицу.

Между тем, гости вели себя точно, как и предсказывала Роуз. Шампанское пили словно воду, а когда Эммет сменил музыку, чуть приглушив ее басы, послышались одобрительные восклицания.

Роуз поймала Беллу за рукав.

– Он спустился в подвал. Иди и поговори с ним. Я удостоверюсь, что вам никто не помешает.

Белла выскользнула из комнаты и направилась под лестницу к небольшой дверке, что была слегка приоткрыта. Она спустилась вниз по крутым ступенькам, чувствуя, что, чем ниже она спускается, тем становится холоднее воздух.

Она снова и снова теребила пальчиками жемчужное ожерелье, наслаждаясь теплом, с коим касались жемчужины ее кожи.

- Эдвард? – позвала она.

Он дернулся, словно от разряда током, и чуть не уронил бутылку, которую держал в руках.

- Теперь ты от меня не убежишь, - поддразнивая его, тихо сказала она.

Будто по команде, щелкнул дверной замок.

- Готов поспорить, она просто-напросто заперла нас? – сухо прокомментировал он.

Сквозь скрип половиц, звуки приглушенных разговоров и музыки до них донесся переливчатый смех Роуз.

- Иди сюда, - сказала Белла.  – Поговори со мной. Почему ты избегаешь меня?

Во мраке его глаза залился лихорадочным блеском, и, он, прищурившись, будто от физической боли, посмотрел на нее. Он снял пиджак и засучил рукава рубашки.

Она открыла было рот, чтобы заговорить, но когда он придвинулся к ней, тут же замолчала. Кто-нибудь другой воспринял бы его дрожащую темную энергетику как ярость. А Белла знала, что лишь из-за страха и отчаяния поступь его  к ней была тяжелой и продуманной – как у вампира из старого кинофильма, приближающегося к застывшей женщине, которой следовало бы, по крайней мере, бежать.

Он поднял руку, будто хотел потрогать шелк, струящийся по ее коже, но опустил ладонь, с видимым усилием пихнув ее в карман.

- Разве возможно ли такое, что сейчас ты выглядишь моложе, чем тогда? – тихо сказал Эдвард, сдавшись и приложившись поцелуем к ее скуле, после чего снова отошел. Он убрал бутылки и сел на скамью.

- Позволь мне хотя бы это - если уж я строю из себя дурака, то пусть это произойдет в этой комнате под землей, - хмуро пробормотал он, сминая рукава пиджака. – Полагаю, ты слышала наш разговор с Майклом.

- Слышала.

- Как много? – спросив он, подняв на нее взор.

- Думаю, я слышала самую суть, - начала она, но он снова ее перебил.

- Ну, мы не говорили ни о чем таком, чего бы ты еще не знала.

Она вспомнила, как Майкл, представляя ее людям на вечеринках, скрывал ее истинный род занятий.

– Полагаю, это всегда было очевидно.

Эдвард рассмеялся.

– Нет ни одного человека среди моих знакомых, кто бы не знал, что ты значишь для меня.

Она застыла.

- Я думал об этом… Я любил тебя со дня моего рождения. Все мои воспоминания пропитаны любовью к тебе. – Он быстро заглянул в ее застывшие карие глаза и сразу перевел взгляд на ряды бутылок позади нее, пробки которых идеально обрамляли ее силуэт. Получилась бы отличная фотография, подумал он.

- Все, что я сказал Майклу, я должен был сказать тебе несколько лет назад. Но как ты могла не знать? Все, что я есть, все, чем я буду, все это твое. Может, моя аналогия, что я хотел бы съесть тебя живьем, была излишней.

- Я… - Она положила руку на шею, чувствуя, как чуть ли не дрожат под ее ладонью переливающиеся жемчужины совместно с сильным биением ее сердца.

- Я влюблен в тебя. Я люблю тебя. - Он посмотрел на нее и изящно взмахнул рукой, стараясь подобрать верные слова. – Посмотри на себя, стоишь в этом красном платье. Ты словно мое сердце в человеческом обличии. Ты лучшее, что могло бы быть у меня. Я раскидывался и злоупотреблял нашей связью, и теперь мне придется поплатиться за это.

Он немного осунулся, будто только сила любви держала его в вертикальном положении. Повернувшись лицом к тени, он будто ненадолго скрылся в ее уединении.

- Сегодня я пытался дать тебе немного свободного пространства. Это твое решение, и если ты любишь его, я выживу. Я останусь здесь с отцом и, как только он оправится, а я не смогу оставаться на этом континенте, то уеду заграницу. Стану сильнее и тогда вернусь обратно.

- Не нужно, - сказала она.

- Ну, пока ты не захочешь, чтобы я уезжал, я могу остаться в Портленде. Попробую быть тебе просто другом. Правда-правда попробую. - Он выложил все карты, предлагая ей все, предлагая разрезать свое сердце и душу, а кусочки от них протягивая ей. Второй раз за день мужчина собирался принести в жертву свою гордость. Зная Эдварда, она понимала, чего ему это стоило, и первая слеза сбежала по ее щеке, в то время как он улыбнулся первой искренней улыбкой.

- Мы всегда будем лучшими друзьями, - вздохнул он. – Если ты решишь, что твое место не рядом со мной, я смогу быть тебе другом. Я проведу всю жизнь, стараясь быть тем другом, который тебе нужен.

Она задалась вопросом, неужели в глубине души он действительно верил, что сможет выполнить свое обещание. Он действительно считает, что сможет стоять в стороне и смотреть на нее с другим мужчиной?

Но взглянув на его профиль, когда он отвернулся к окну, через которое пробивался зеленоватый лунный свет, она поняла, что он действительно попробует это сделать. И всегда будет.

Он фыркнул, будто услышав ее мысли.

- Но ты всегда будешь знать, что твой лучший друг отчаянно жаждет пресечь границы.

Она смахнула слезу.

– Я не слышала, чтобы ты говорил все это Майклу. Я слышала лишь его злорадство от того, что ему досталась моя невинность. Я слышала, в каком тоне он сообщил, что я не журналист, слышала, как ты меня защищал. Ты сказал, что я смог прожить любую жизнь, какую пожелаю.

В горле у Эдварда застрял ком, и он ничего не сказал.

- Я никогда не полюблю другую, - наконец сказал он хриплым голосом. – Я хочу дать тебе столько времени, сколько нужно. Хорошенько все обдумай.

- Мне не нужно, - сказала Белла. – Ты прав. Я могу жить той жизнью, какую пожелаю, и я выбираю тебя.

Казалось, он прочувствовал ее слова всем телом, потому что наконец выпрямился и наклонился к ней, продолжая, прищурившись, смотреть на простирающиеся до потолка бутылочные ряды.  Какое старое это вино: годы ожидания - и оно готово.

- Я выбираю жизнь с тобой, - на сей раз нежнее произнесла она и взяла его за руки. Она переплела их пальцы и легко потянула на себя, отчего он резко перевел на нее взгляд.

Она встала на носочки и прижалась губами к его губам, но он по-прежнему не двигался и не отвечал.

- Я вернусь в Портленд. Мне необходимо. Еще немного – и я уже не смогу это сделать. Но на выходе из церкви я вернула Майклу кольцо, а теперь еду домой за вещами.

Ей стало не по себе от воспоминания о боли в глазах Майкла, но в одном она была уверена: Майкл забудет ее, Эдвард – никогда.

Она зарылась пальцами в волосы на его затылке, и осознание происходящего начало согревать его кожу. Он недоверчиво рассмеялся.

- Почему ты выбрала меня? Я бездомный. У меня ничего нет. Я абсолютно сломлен.

Она оставила поцелуй на его щеке, в точности как и он совсем недавно. Его кожа была ее любимым ароматом.

- Лучше я буду бездомной вместе с тобой. Я знаю, как тяжело жить без тебя.

Дом немного задрожал, а фундамент просел, и она улыбнулась, прикоснувшись губами к его прикрытому веку.

– И этот дом - единственный, который мне знаком.

Он отошел в сторону и долго смотрел на нее. Он зашагал, а она прислонилась к той стойке, возле которой стоял и он, и принялась за ним наблюдать.

Наблюдать за тем, как Эдвард переваривает хорошие новости, всегда было увлекательно. Сначала, он всегда хмурился. Затем пристально рассматривал эту новость в поисках трещин. Затем размышлял, чем заслужил это.

Для того, чтобы полностью все прояснить, он полностью полагался на свои ощущения, а не на абстрактную информацию. Он резко прижал ее к стойке, одной рукой скользнув по ее спине к волосам, и она принялась смеяться.  От возбуждения и предвкушения у нее закружилась голова, пока она смотрела на него, наконец начинающего понимать все, что она ему сказала сейчас и за всю жизнь.

- Я люблю тебя, - прошептала она прямо ему в губы, и его затрясло.

- Я заберу у тебя все, что мне будет нужно, пока ты не возненавидишь меня, - выпалил он, даруя ей последний шанс уйти. – Едва коснувшись тебя, я узнаю все. Никакой конфиденциальности. Никакой стабильности. Я ревнивый, несдержанный болван.

Она провела рукой по его шее.

– Я знаю. А теперь поцелуй меня.

Он прижался к ее губам, наслаждаясь их вкусом.  Она была словно первосортное шампанское, словно дом, словно антидот с конфетным привкусом от яда одиночества. Он медленно приподнял ее, посадив на стойку, и высвободился из ее объятий.  

- Я сделаю все, что потребуется… - мягко сказал он, прижимаясь к ее горлу, и отклонил ее назад, поцеловав красный шелк, покрывающий ее сердце, и благоговея перед ее дрожью.

- Я изменюсь, - прошептал он, зарываясь пальцами в ее волосы.

- Не нужно.

Он прижался к ее лицу, пробуя языком сладость ее рта. Его радость завибрировала под ее пальцами, когда она скользнула пальцами вверх по его рукам.

- Но… - Он отодвинул стоявшие рядом бутылки мерло.

Она взялась за пуговицу на его рубашке и нахмурилась.

- Никаких «но».

- Но твоя работа. - Он потянул вниз молнию на ее платье, оголяя небольшой участок кожи. Просто, чтобы поцеловать. – Я не хочу заставлять тебя увольняться.

- Я ненавижу свою работу, - твердо сказала она. – Найду другую

- Я тоже ненавижу свою, - признался он, прижавшись к ложбинке груди. – Эта война чуть меня не прикончила, и не единожды. Но я заслужил эту ужасную работу…

- Мы найдем новую. - Он остановился и задумался, продолжая рукой ласкать ее бедра,  задирая юбку.

- Но твоя работа так важна. - Она протянула руку, пытаясь остановить его. – Я не хочу отбирать ее у тебя. Ты творишь документальную историю, ты даешь людям голос. – В ней начала зарождаться паника, но она продолжила: - Не бросай ее. Я всегда буду ждать твоего возвращения.

- Мой агент однажды сказал, что люди обычно сгорают на такой работе, а я мог бы найти себя в благотворительности. - Он посмотрел на нее, заметив в ее взгляде вспышку интереса.  – Это тоже будет болезненно, но у меня будет шанс сделать что-то хорошее для людей, которым нужен голос.

Он выдохнул ей в плечо.

– Ты отлично с этим справишься, Белла. Мы отлично справимся.

Она ласково потянула его за волосы, наслаждаясь светом в глазах и тем, как уголки его рта изогнулись в улыбке.

- Мы справимся. Возможно, мне понадобится какое-то время наедине с самой собой, - предупредила она.

Он провел пальцами по ее коже.

Если ты всегда будешь возвращаться ко мне.

Казалось, что дом слегка дрожал. Наверху Эммет и Карлайл помогали гостям отодвигать стулья к стене, и когда Карлайл загрузил в проигрыватель музыкальный сборник Эсме, некоторые начали танцевать.

Вернувшись в Портленд, Майкл, накачавшийся бесплатным алкоголем на борту самолета и полный жалости к самому себе, распахнул дверь в кабинет Беллы, в ее святилище, и включил свет. Он рыскал в поисках улик, которые могли бы предотвратить эту катастрофу. Он остановился возле кукольного домика, ее ценнейшего имущества, которым он восхищался еще в начале их отношений с каким-то снисходительным изумлением. Теперь он потрясенно выдохнул, когда понял, что комнаты были очень знакомы – это была копия дома Калленов.

Ключ, который закрывал этот маленький домик, лежал на полу золотой комнаты.

С криком боли Майкл смахнул изысканный особняк на пол, и послышался звук ломающегося дерева, бьющегося стекла и его разрывающегося сердца.

Гости наверху хотели пить. Шампанское в бутылках закончилось, гости катали на языке последние капли, желая снова выпить таинственного нектара высшего сорта. Роуз загораживала Эммету и Карлайлу путь в подвал. В отчаянии, гости наполняли бокалы водой из-под крана, что была прекрасной на вкус, даже слаще сахара. Настроение немного поменялось, люди мало смеялись и когда поднимали лица к потолку, каждый чувствовал присутствие Эсме. Она была здесь, среди них, ходила сквозь толпу, прикасалась к их рукам.

Прекрасный, ужасающий звук бьющихся бокалов заставил всех замереть, люди перестали улыбаться.

Понимание того, что произошло, озарило их лица, и все снова начали смеяться. Карлайл был тем, кто подтвердил их догадки.

- Кажется, Эсме еще среди нас. Несомненно, это она приложила к этому руку. Леди и джентльмены, пожалуйста, оставайтесь, сколько захотите, но, пожалуйста, извините нас, нам нужно отвезти Роуз в больницу.

Белла удивилась очередной волне смеха и аплодисментов, но это было так естественно и правильно, как и губы Эдварда, произносящие слова любви в ее кожу, чуть ниже шеи, вдоль плеч, слова о вечности, слова о прошлом.

Она прикрыла глаза и поняла, что ее первая мысль по возвращению была верной.

Самый лучший подарок жизни – выбор. На этот раз у нее, наконец, было достаточно мужества, чтобы выбрать более трудный путь. Ослепляющая зеленая тропа была скалистой и трудной, она была очень далеко от солнечного пшеничного поля, по которому слепо и долго бродила. Но только ее пальцы переплелись с его, и он услышал ее мысли, как тихо сказал ей: хоть им и придется трудно, но пока они держатся друг за друга, то ни за что не упадут.

Однажды идеальное фото Эдварда и Беллы, доказательство их любви, будет висеть у изголовья кровати в золотой комнате в конце коридора. Он не позволит остальным смотреть на нечто столь интимное. Вместо этого они с Беллой будут спать под лучшей фотографией в его жизни. И иронии судьбы, предрасположившей так, что эта фотография была сделала не его руками, он никогда не улыбнется.

Прощальная записка Эсме сопровождалась небольшими, деликатными сокровищами, которые она завещала ему, прижав к страницам «Грозового перевала».

Присмотри за ним какое-то время. Оно тебе не принадлежит, но ты и так знаешь об этом.

Все это когда-нибудь сбудется, через тысячи ночей, после бесконечных орбит солнца и теней на лице Беллы. Но сейчас, в подвале старого дома, они прижимались друг к другу, облегчение было более мощным, чем жизнь с неразделенной любовью, страстью и тоской.

И Роуз, которая то хихикала, то визжала, во время очередной болезненной схватки почувствовала, как что-то сжимает в ладони. Он разжала руку и поняла, что это.

- Господи, - сказала она Эммету, хихикая сквозь оглушающую боль, и помахала старомодным ключом. – Кажется, я заперла Беллу и Эдварда в подвале.

В ответ Эммет завыл от смеха, а Карлайл улыбнулся.

– Сомневаюсь, что они заметили.


Перевод: dafffkin

Редактировала: Sensuous

Вот и настало время прощаться с этой затрагивающей самые потаенные струнки души историей. Наверняка у читателей не раз возникали сомнения в том, что перевод таки будет завершен, но все же, чуть больше года спустя, мы к этому пришли :)

Возьму на себя ответственность поблагодарить всех, кто работал над этим рассказом. Спасибо большое Даше, благодаря которой обрели финал. Спасибо Веронике, которая открыла читателям эту историю и на протяжении долгого времени делилась ею. Спасибо Алёне за редактуру, а также снова ей и Наташе за разрешение, данное мне, поучаствовать в переводе такого дивного слога. Это был потрясающий опыт.

И еще одной Алёнке спасибо, которая помогала с маячками, а также всячески вставала на защиту Благословения и вообще оказывала невероятную поддержку.

Надеемся на завершающее слово и от вас, дорогие читательницы)))

Вот тут -----> ФОРУМ



Источник: http://robsten.ru/forum/19-1274-52
Категория: Переводы фанфиков 18+ | Добавил: Sеnsuous (30.03.2013)
Просмотров: 5572 | Комментарии: 71 | Рейтинг: 4.9/86
Всего комментариев: 711 2 3 ... 7 8 »
0
71   [Материал]
  "Посмотри на себя, стоишь в этом красном платье. Ты словно мое сердце в человеческом обличии. Ты лучшее, что могло бы быть у меня. Я раскидывался и злоупотреблял нашей связью, и теперь мне придется поплатиться за это..." 
Наконец-то он понял. 
Тяжёлая всё же история...

0
70   [Материал]
  Хорошо, что жизнь продолжается. Ребенок Роуз и Эмета, рожденный в такой грустный день  осветит своим рождением всех скорбящих родных.

0
69   [Материал]
  Действительно, чарующая история... Много в ней темного, толком необъяснимого и эмоционального. Это был прощальный занавес для Эсме. Она сделала все, чтобы сблизить сына и приемную дочь.

2
68   [Материал]
  Я снова перечитала эту историю такой неординарной любви . И снова восхищена и очарована.
Спасибо Вам за перевод и редакцию этой истории. lovi06032

0
67   [Материал]
  Жаль что история закончена,как то пусто стало...

0
66   [Материал]
  Они обратили на это внимание, но воспользуются такой возможностью girl_blush2 girl_blush2 girl_blush2

0
65   [Материал]
  Спасибо! Потрясающая история любви!

0
64   [Материал]
  Спасибо! good

1
63   [Материал]
  Боже, спасибо вам за перевод, большое спасибо. Это было так великолепно. Его любовь такая завораживающая, такая безграничная, восхитительная. Это произведение самое лучшее из тех, что я прочитала в последнее время. Спасибо.

0
62   [Материал]
  Спасибо автору, что написал, а переводчикам , что перевели эту
бесконечно  изумительную, прекрасную историю любви, я читала её  не отрываясь, роптала на автора , мне не нравилась Белла, я обожала  и
сочувствовала Эдварду , восхищалась  Эсме, не раз всплакнула, но вот
дочитала, и как-то стала пусто. Привыкла и полюбила героев, сопереживала, радовалась и негодовала, как будто они  рядом. Спасибо  вам за такую невероятную, так хорошо закончившуюсю
 историю любви.Спасибо. lovi06032

1-10 11-20 21-30 ... 61-70 71-71
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]