Фанфики
Главная » Статьи » Переводы фанфиков 18+

Уважаемый Читатель! Материалы, обозначенные рейтингом 18+, предназначены для чтения исключительно совершеннолетними пользователями. Обращайте внимание на категорию материала, указанную в верхнем левом углу страницы.


Честный лжец: Глава 2. Ива

 


Провинция. До.

 

 

 

Я парень из неизвестного городка. Это даже не городок. Нет. Люди здесь называют его подножием холма. Это просто кучка домов и сельхозугодья. Люди, что живут здесь, думают, что они настоящие ковбои с сапогами, шляпами и дурацкими улыбками.

 

 

У нас ровно три ресторана, один продуктовый магазин, почта и церковь. И, вероятно, самый большой магазин корма и зерна во всем грёбаном мире.

Я прожил здесь всю жизнь, но однажды я уеду. И когда уеду, это будет навсегда.

Я не поведусь на пару ковбойских сапог. Я не хочу быть фермером, грёбаным почтальоном или добропорядочным, посещающим церковь горожанином.

Если бы в нашей школе была футбольная команда, которой у нас нет, я бы в ней не состоял. Эмметт был бы квотербеком. И, наверное, он бы отымел половину девушек из группы поддержки. У нас нет группы поддержки, вечеров встреч с одноклассниками и наша школа не такая, как показывают в фильмах. Если бы она была такой, я был бы парнем, который постоянно трётся за трибунами. У нас нет трибун.

Здесь, в захолустье, у нас есть пастбища для коров, что не обойдёшь и за несколько дней, и жалкая разваливающаяся школа. Мы получаем дополнительные баллы*, если приносим из дома рулоны бумажных полотенец или маркеры для досок.

Мой учитель по химии настойчиво говорит «доброе утро» каждому входящему в дверь ученику. Обычно я игнорирую его, но сегодня мне хочется, чтобы он сказал мне одну хорошую вещь за весь этот день. Мне хочется крикнуть ему, что я едва успеваю по химии и у меня кончились сигареты. В сегодняшнем дне нет ничего хорошего.

Автострада доходит до центра этого городка, и это единственная дорога отсюда. Меня здесь ничто не держит, разве что девушка, которая меня не знает. Девушка с самой красивой кожей, самыми тёмными глазами и длинными сияющими каштановыми волосами, которые мне хочется накрутить на палец. Но я готов поспорить, что она тоже хочет убраться отсюда. Все живущие здесь этого хотят.

На этом уроке она сидит передо мной, и каждый день безостановочно пишет конспекты. Я смотрю на её волосы и думаю о том, какими будут ощущения от них на моей коже.

Она уже год живёт на моей улице. В совершенно новом двухэтажном оштукатуренном доме с зелёной-презелёной лужайкой и системой разбрызгивателей. Её дом и чистая белая изгородь относятся к пригороду. Все соседи до сих пор провожают его взглядом, когда проезжают мимо. Они завидуют. Все здесь завидуют Свонам и их деньгам.

Из всех мест, где можно было поселиться, отойдя от дел, они выбрали этот городишко. Они купили участок земли и построили единственный на много миль вокруг двухэтажный дом.

А ещё у Беллы Свон есть парень. Я всю жизнь ходил с ним в школу. Когда мы ходили в детский сад, у него была коробка для ланча с Хи-Меном**. Его мать всегда срезала корки с сэндвичей и клала ему шоколадное молоко. Однажды на утренней перемене я взял его коробку и съел всё, что там было. Нам было по пять лет. Думаю, этот козёл до сих пор меня за это не простил. Он водит «Мустанг» и думает, что это делает его крутым. Это не машина, а кусок дерьма. А ещё он слишком красив, чтобы быть настоящим мужиком. Если бы он не был таким посмешищем, я бы его ненавидел.

Он ждет её после уроков, и когда я вижу, как он кладет руку ей на плечо, мне хочется дать ему по лицу.

Это единственный урок, на котором мы с ней в одном классе, и остаток дня охренительно скучен.

Обычно Эмметт подвозит меня до дома, но он только устроился на работу в единственное место, куда можно устроиться. Теперь время после обеда он проводит, развозя мешки с зерном за минимальную зарплату.

У меня есть машина, но нет прав. На права нужны деньги. Нужно ходить на занятия и оплачивать уроки вождения. Должен быть родитель, который будет сидеть на пассажирском сидении, и орать на тебя, пока ты пытаешься припарковаться, и прочее дерьмо. У меня ничего из этого нет. У меня есть отец-алкоголик.

Белла водит «Мерседес» своего отца. Он претенциозного цвета шампанского и выделяется даже сильнее, чем тот сверкающий дом. Я удивлён, что его ещё не поцарапали на школьной парковке.

Я иду по извилистой дороге, по краю, где тротуар встречается с землёй. Время от времени мимо меня проносятся машины, которые сигналят, когда моё присутствие на изгибе дороги удивляет водителей.

Я всегда слышу, как они подъезжают, и говорю себе, что могу просто отпрыгнуть, если потребуется. Проходит доля секунды между тем, как я слышу машину и чувствую, как мимо меня проносится поток воздуха, когда она проезжает мимо, и кажется, что она почти летит.

Каждый раз в грозу этот отрезок дороги затапливает. Раскрошенный тротуар. Я слышу приближающуюся машину, когда шагаю ближе к проезжей части, провоцируя её сбить меня.

Она не сбивает меня. Не проезжает мимо. Я оборачиваюсь, когда слышу, что она тормозит у меня за спиной. Я наполовину ожидаю увидеть шерифа.

Но это ослепительно чистый «Мерседес» цвета шампанского.

Мои ноги отказываются двигаться, когда она паркуется у обочины позади меня, стекло уже опущено.

В первый раз за всю мою грёбаную жизнь она смотрит на меня.

- Привет. – А сейчас она говорит со мной своими идеальными губами. – Не стоит ходить так близко к проезжей части. Я чуть не сбила тебя.

Я смотрю на неё.

- Кстати, я Белла.

Конечно же, ты Белла. Ты живёшь на моей улице, я сижу за тобой на первом уроке и думаю, что влюблён в тебя.

Она в ожидании поднимает брови. Если бы здесь был Эмметт, он бы чего-нибудь наплёл её. У меня же нет слов.

Я прокашливаюсь.

- Эдвард. – Потому что это единственное слово, которое я знаю.

Уголок её рта приподнимается в улыбке.

- Я знаю, кто ты.

Ни черта она не знает.

- Подвезти?

Положив руку на ручку, я колеблюсь всего секунду, а затем открываю дверцу и забираюсь внутрь. Это самая красивая машина, в какой я когда-либо ездил, и я совершенно уверен, что только что испортил коврики её отца своими ботинками.

Она улыбается мне, а затем включает магнитолу. Стекла опущены, она не говорит ни слова. Она даже не спрашивает, где я живу.

Она едет мимо собственного дома и затем проезжает и мимо моего, сворачивая на грунтовую дорогу, которая проходит позади, словно точно знает, куда едет. Она останавливается в тени древних дубов, рядом со старым «Камаро» моего отца. С машины свисает рваный чехол, развевающийся на ветру.

Я не прошу её идти со мной. Она просто… выходит из машины.

Я захлопываю пассажирскую дверцу немного сильнее, чем это необходимо, и быстро осматриваюсь в поисках чего-то, что мне не хочется, чтобы она видела. Это место похоже на задний двор автомобильной свалки. Она идёт по хрустящему гравию, проводя рукой по всему, до чего дотягивается. Это заставляет меня нервничать.

- Разве тебе не нужно домой?

Её рука замирает на крае брезента, который прикрывает часть дерьмового колуна для дров.

- Могу уйти, если хочешь.

- Нет. В смысле не надо. В смысле останься.

Я не знаю: то ли от отчаяния в моем тоне, то ли от вида моего лица, но она не двигается.

- Ладно. – Она отпускает край брезента и проводит рукой по волосам. – Твой отец дома?

- Нет, он на работе. – Возможно. Вероятно.

- А где твоя мама?

- Не здесь.

Я не говорю ей, что не помню свою маму. Я не говорю ей, кто она.

- Должно быть, здорово. Мои родители всегда дома.

Ага. Здорово.

Я веду её вокруг гаража в дом.

Она молчаливо следует за мной, и я не знаю, что это. Я не знаю, что происходит.

Мы неловко мнёмся в гостиной. У меня дома большой, во весь пол, розовый ковёр. И шторы с цветочным рисунком. Они отвратительны и постоянно напоминают о том, кто здесь жил.

Меня смущает присутствие Беллы здесь. Смущает, что она видит, как я живу. Она ничего не говорит про декор. Она смотрит в заднее окно, разглядывая пустошь.

- У тебя есть собака?

- Собаки нет. Только вольер.

Поднятые брови.

- И будка.

- И будка, - повторяю я вместо того, чтобы объяснить эту нелепость.

Она указывает на конюшню.

- Дай угадаю: никаких лошадей там тоже нет.

- Да, никаких лошадей.

Она продолжает смотреть в окно, глубоко погрузившись в свои мысли.

- Ты когда-нибудь думаешь о людях, которые здесь жили?

Её вопрос заставляет моё сердце биться быстрее.

- Нет. – Моя мать жила здесь.

- Это – одно из лучшего, что есть в старых домах, - продолжает она. - Они хранят всю эту историю, а ты – лишь малая её часть.

Я смотрю на её профиль.

- Что?

- Конюшня, вольер: всё это кому-то принадлежало. Разве ты не можешь просто представить себе семью, что когда-то здесь жила? Как это было? Это вызывает у меня желание содрать обои и посмотреть, что под ними.

- Ты думаешь о всякой фигне.

Она улыбается мне, слегка краснея, а затем быстро отворачивается и снова смотрит в окно. Я практически не вижу её лица, и я жалею в том, что сказал это.

Не подумав, я хватаю её за запястье, заставляя посмотреть на меня. Я чувствую под своим большим пальцем, как бьётся её пульс. Я знаю, что мне нужно отпустить её руку, но не отпускаю.

Зато она выдергивает руку и в защитном жесте поднимает её к груди.

- Я тебя не боюсь.

Блять.

- Не уходи.

- Я не говорила, что ухожу. – Я не знаю, смелая она или глупая.

Я подхожу ближе к подоконнику, кладя руки на край рядом с её руками. Мой локоть касается её руки. Она не двигается.

- Эй, а ты когда-нибудь лазал на то дерево? – спрашивает она, её голос пронизан волнением.

- Когда был ребёнком.

Она смеётся.

- А сейчас ты кто?

Я понятия не имею, кто я сейчас, но именно в этот момент я понимаю, что мне надоело смотреть на двор.

Я отталкиваюсь от подоконника и иду на кухню. Она молча следует за мной. Я наблюдаю за тем, как её глаза исследуют каждый дюйм стен. Я достаю бутылку водки из холодильника и два бокала из посудомоечной машины.

- Хочешь выпить?

Очень долго она просто смотрит на меня. Мне хочется, чтобы она не смотрела. И это я отвожу взгляд.

Прежде, чем я снова беру бутылку, она хватает меня за руку и тянет к раздвижным стеклянным дверям, что ведут к заднему крыльцу. Как только свежий воздух встречается с моими лёгкими, она отпускает меня и бежит к дереву так, словно пытается убежать от дождя. За исключением того, что небо синéе синего. Я невольно следую за ней, за её волосами, которые развеваются на ветру, и гипнотическим звуком её смеха.

Вещи Беллы усыпаны полевыми цветами. Наши вещи усыпаны васильками.

Наш дом единственный рядом с ивой. Остальные ивы стоят ближе к реке. Они крадут воду у земли.

Она даже не колеблется. Забирается наверх, хватаясь за нижние ветви, которые никогда не обрезали. Я стою на одном из больших корней и наблюдаю за ней. Она не знает, что делает, но ей всё равно.

Она усаживается на толстую ветвь и улыбается, глядя на меня, не дыша и смеясь.

- Ты лезешь?

И вот мы сидим на старой иве. Которая осушает землю. В окружении раскидистых ветвей, остального мира не существует. Лишь двое нас.

Её пальцы играют со свисающими ветвями.

- Должно быть, это было самое классное место в детстве.

Она притягивает ветку к своему лицу, отрывая её от дерева.

Я зачарован движениями её рук, когда она сплетает ветви и скрепляет их в венок. Она тянется и кладёт его мне на голову. И затем смеётся. Она истерически смеётся до тех пор, пока я не начинаю смеяться вместе с ней.

- Уверен, что похож на дурака.

- Нет. Не на дурака.

- Тогда на кого?

Она дважды моргает.

- Ты выглядишь счастливым.

Я пытаюсь избавиться от своей усмешки, но не могу.

- Эдвард, почему мы не друзья?

Ты слишком хороша. Слишком красива. Слишком занята. И я не хочу быть твоим другом.

- Я не знаю.

- Мы должны быть друзьями. Я решила. Хочешь завтра поехать со мной в школу?

- А как же твой парень?

Она усмехается.

- У меня нет парня.

- Но я думал… я имею в виду, я думал…

- Ну, ты ошибался. – Она снова смеётся. Словно я самый забавный человек на свете. – Джейк не мой парень.

Слава мать твою Богу. Но я видел, как он на неё смотрит. То, как он всегда кладёт на неё руки. Я не такой дурак.

- Что - родители не разрешат тебе встречаться с парнями?

- О, они были бы в восторге, если бы у меня был парень. Я совершенно уверена, что моя мать больше всего боится, что я скрытая лесбиянка.

Я не в силах удержать смешок.

- Тогда в чём проблема?

- Я не хочу быть как они. Выйти замуж за кого-то, с кем у меня нет ничего общего, потому что в семнадцать лет я была достаточно глупа, думая, что влюблена.

- Так ты его любишь?

Она закатывает глаза, но не спрашивает, о ком я говорю.

- Я даже не знаю, что это значит.

Я люблю тебя.

- Я хочу окончить школу и поступить в колледж в большом городе. Мои родители пытаются уговорить меня вернуться сюда после колледжа. Посмотрим.

Конечно же, ты поедешь в колледж. Конечно же.

- А ты? Куда ты хочешь поступать?

Этот разговор заставляет меня чувствовать себя неудачником. Я не собираюсь в колледж.

- Ты знала, что большинство этих деревьев изъедено омелой?

- Что?

- Омелой. Это паразит. Живет на дубах.

Она мне не верит.

-Это та, которую люди вешают и под которой целуются на Рождество?

- Да.

Я жалею, что мы сидим не на дубе. Я хочу поцеловать её. На дереве.

- Эдвард, ты знаешь всякую фигню.

Я вытаскиваю из кармана мятую пачку сигарет и зажигалку. Держу в пальцах последнюю сигарету, перекатывая вперед-назад.

Она внимательно смотрит, когда я прикуриваю.

Я затягиваюсь, закрываю глаза и позволяю никотину ударить по лёгким.

Я протягиваю ей сигарету. Я не говорю ей, что это последняя.

Она морщит нос.

- Курение – это отвратительно.

Я давлюсь от смеха.

- Я завтра бросаю.

- Да ладно.

- Это последняя. Клянусь. – Особенно сейчас, когда «курение – это отвратительно».

- Эй, Эдвард?

- Что?

- Я не люблю лжецов.

Я снимаю со своей головы корону из трех веток и надеваю на её голову. Она не улыбается. Она хочет чего-то ещё. Чего-то, что я не могу ей дать.

Она убирает листья с лица.

- Ну, мне пора домой.

У меня внутри тут же начинает просыпаться паника. Мне снова хочется схватить её. На этот раз я этого не делаю. Я наблюдаю за её волосами, пока она медленно слезает.

Она оставляет меня на иве с сигаретой.

Я слушаю шелест её шин по гравию, когда она проезжает под старыми дубами.

Я тоже не люблю лжецов.
 


ОТ АВТОРА: В этой истории временная линия не будет прямой. Это не должно вас смущать, просто у меня в голове эта история хотела рассказываться именно так. Однажды я напишу нормальную историю, как нормальный человек ;)

* в американских школах принята система баллов за дополнительные задания, увеличивающих шансы на получение хорошей отметки (здесь и далее, кроме отдельно оговоренных случаев, примечания переводчика)
** один из многочисленных супергероев американских комиксов


Источник: http://robsten.ru/forum/49-1614-1
Категория: Переводы фанфиков 18+ | Добавил: LeaPles (28.01.2014) | Автор: Перевод: helenforester
Просмотров: 1044 | Комментарии: 22 | Рейтинг: 5.0/25
Всего комментариев: 221 2 3 »
avatar
1
22
Это последняя. Клянусь. – Особенно сейчас, когда «курение – это отвратительно»  Мило)
avatar
21
Встреча и знакомство главных героев - то, что Эдвард не равнодушен к Белле, это мы уже поняли, но и Белла по ходу неровно дышит к Эду.
Спасибо за главу! good
avatar
20
Белла такая смелая fund02002
Спасибо за главу!
avatar
19
Спасибо lovi06032
avatar
18
Они разные ,бесконечно разные . Немного страшно что такие разные могут стать близкими. Может получится или нечто классное и необычное,а может быть просто банальный винегрет. Спасибо за маячок и за главу.
avatar
17
спасибо за главу! будем ждать развития событий)
avatar
16
Спасибо за главу. С водкой это он здорово придумал.
avatar
15
Спасибо за интересную главу  cvetok02 ! Вот и встреча главвных героев fund02002 .  Жду продолжения!
avatar
14
очень правильные чувства для их возраста. Девчонки всегда храбрее и прямолинейнее fund02016
avatar
13
Ему всё по-фигу, лишь бы свалить из этой дыры и от папаши, а у Белки чёткий план. Такие разные ...Но как то совпало, что будут вместе..
Спасибо за всЁ!!!
1-10 11-20 21-22
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]