Фанфики
Главная » Статьи » Переводы фанфиков 18+

Уважаемый Читатель! Материалы, обозначенные рейтингом 18+, предназначены для чтения исключительно совершеннолетними пользователями. Обращайте внимание на категорию материала, указанную в верхнем левом углу страницы.


ДА БУДЕТ СВОБОДА. ГЛАВА 10. ЧАСТЬ 1
Глава 10. Белое.


«Секрет счастья в том, чтобы быть свободным.

Секрет свободы в том, чтобы быть смелым».

– Публий Корнелий Táцит


BELLA POV

Элис сидела напротив меня за кухонным столом. Постукивая тонкими пальчиками по деревянной поверхности, она впивалась в меня взглядом хищника, поджидающего жертву.

–– Итак, зачем я здесь? – со значением спросила она.

–– Ммм, ну, в общем, я знаю, что ты здóрово умеешь организовывать вечеринки. – Я пожала плечами, стараясь показать, что речь не идёт о чём-то грандиозном.

– Да, – кивнула она, – продолжай.

– У нас с Эдвардом как раз намечается небольшая вечеринка… скоро.

Элис вытащила большой деловой блокнот в твёрдой обложке и чернильную ручку яркого причудливого дизайна.

– И я нужна вам, чтобы проявить мои выдающиеся таланты. Ни слова больше. Когда вечеринка?

– Через пять дней, – быстро сказала я.

– В следующую субботу? Интересно. А в честь чего? Новоселье?

– Ммм, нет. – Спрятав руки под стол, я принялась вращать вокруг пальца кольцо.

– Белла, я стараюсь помочь, я действительно стараюсь, но я не могу клещами вытягивать из тебя каждое слово.

– Ну, предполагается что-то скромное, совсем небольшое, только для членов семьи, никаких друзей… – сказала я, и она начала записывать, – …и нам потребуется священник, и организовать что-то вроде небольшого приёма. И мне, может быть, нужно белое платье.

Секунду она обдумывала это, а затем до неё дошлó. Элис вскочила со своего места так быстро, словно собралась взлететь, пробив головой крышу.

– Богом клянусь, Белла, если ты собралась замуж, я тебе сейчас все волосы выдеру.

– Успокойся, – попросила я.

– Нет, я не успокоюсь!

– Если тебя так переклинивает, я могу всё организовать сама.

– А вот хрен тебе. – Она принялась неистово шагать по кухне взад-вперёд.

Фрэнсис, похоже, решил, что это какая-то игра, и начал ходить за ней след в след, аккуратно повторяя все её развороты.

– Ты не можешь так со мной поступить. Спланировать всё за пять дней? О, Господи. Думаю, меня хватит удар.

– Мне нужно только двадцать стульев и священник, чтобы провести церемонию. Даже без приёма можно обойтись.

– Вы же не получили обязательные добрачные наставления, а без них нельзя заключать брак по католическому обряду.

– Тогда мы не будем заключать брак по католическому обряду.

– Ты хочешь моей смерти? – Она схватилась за сердце. – Хочешь или нет?

– Послушай, Элис, это ведь не твоя забота. Мы говорим о моей свадьбе. Я попросила тебя помочь, потому что думала, что тебе это будет приятно, но я и сама могу со всем справиться. Я не нуждаюсь в помощи.

Её лицо слегка вытянулось, и она тут же сдала назад.

– Извини. Мне просто нужно было выговориться. У меня есть пять дней, и не в моих привычках отступать перед трудностями, никогда. Кто-нибудь ещё об этом знает?

– Узнáют, когда получат приглашения. Мы действительно стараемся сохранить это в тайне, так что никто и не ждёт ничего эпического.

– Но это же день твоей свадьбы. Предполагается, что это большое событие.

– На самом деле у нас нет времени на то, чтобы планировать что-то грандиозное и приглашать сотни людей. Карлайл уезжает через неделю. Кроме того, все считают, что мы с Эдвардом уже женаты. Будет выглядеть не слишком хорошо, если в газетах появятся объявления о нашей помолвке, дне свадьбы и тому подобном.

Она кивнула.

– Ну что ж, тогда ты обратилась к правильному человеку. Бракосочетание будет в городе или дома?

– У нас на заднем дворе, если можно.

– Хорошо, я уже представляю себе это. – Элис закрыла глаза и начала массировать себе виски. – Вечер, ясные небеса, спокойная музыка, цветá полýночи – синий и белый. Белые розы, свечи, проход, стулья, тент; очень интимно. Мне нравится. – Её глаза распахнулись.

Я почти впала в транс от одних только её слов. Это звучало так прекрасно.

– И, конечно, у тебя нет платья. – Она записала что-то в свой блокнот. – Это проблема, но если за дело берёмся мы с Роуз, тебе не о чем волноваться, Белла!

И прежде, чем я успела произнести хоть слово, она вскочила со стула и унеслась прочь.

– Спасибо, – сказала я неизвестно кому и с облегчением выдохнула: часть груза упала с моих плеч.

Пять дней. Вот всё, чем я располагала, прежде чем официально стать Каллен. Смена фамилии волновала меня куда меньше, чем вопрос о том, буду ли я хорошей женой. Смогу ли? Что мне нужно будет для этого делать? Чего от меня ждут? Всё происходило слишком быстро, но, с другой стороны, лучше уж так, чем вновь и вновь откладывать дело в долгий ящик: не остаётся возможности колебаться, трусить и идти на попятную.

Да, конечно, я хотела брака с Эдвардом, но ведь сомнения бывают у всех, правда? В действительности, никто не знал, что наша свадьба так скоро, кроме разве что Алека, а теперь вот ещё и Элис. Уверена, мне хватило бы часа, чтобы обзвонить всех, кого это касается.

И кстати, о звонках…

Я подняла трубку стоявшего рядом телефона и, пытаясь унять дрожь в пальцах, одну за другой нажала цифры, составлявшие номер, который продиктовал мне Карлайл. Мне пришлось включить громкую связь, поскольку, когда в трубке прозвучал первый гудок, я чуть не уронила телефон на пол. Мое сердце готово было выскочить из груди.

– Алло, – ответил женский голос после четвёртого гудка.

– Ффух, привет, – неловко произнесла я. – Это дом Чарли Свона?

– Определённо.

– А кто это говорит? – спросила я.

– А вы сами-то кто? – переспросила она.

– Ммм… – мне не хотелось отвечать на этот вопрос, – …а он дома?

– Да. Я Бет, его падчерица…

Я нажала кнопку отбоя прежде, чем успела сообразить, чтó делаю, и начала биться головой о стол.

Конечно же, у него теперь была новая жизнь. Почему нет? Чарли вступил в брак, у него новая жена и, как только что выяснилось, не только она одна. С какой стати я решила, что могу просто позвонить ему, и все будет прекрасно? Я обязана дать ему кое-какие объяснения; плюс к этому, его надо пригласить на свадьбу. Всё это изначально было провальной затеей.

Телефон пронзительно зазвонил, и я резко подняла голову. Я неотрывно смотрела на аппарат – только смотрела, не решаясь протянуть руку. Телефон умолк, а потом принялся звонить снова.

Я нажала кнопку «разговор» и не произнесла ни слова.

– Алло? Кто это? – раздался резкий, требовательный голос Чарли. – Я офицер полиции. Я могу отследить ваш звонок, уж поверьте. Предпочитаете, чтобы я вооружённым явился прямо к дверям вашего дома, или просто скажете, кто вы?

– Привет, пап. – Мой голос, не подчинившись, задрожал и сорвался.

Молчание на другом конце провода было по-настоящему долгим. Я слышала его дыхание. Потом Чарли откашлялся.

– Белла?

– Это я, папа. – Я очень старалась не заплакать. Звук его голоса остро напомнил о том, как же отчаянно я по нему соскучилась.

– Что… за… С тобой всё в порядке?

– У меня все хорошо. А ты как?

– Я… нормально. Нет, ну ни черта себе. – Я услышала, как у него хлопнула дверь, и предположила, что он вышел куда-то, чтобы поговорить без посторонних ушей. – Где ты пропадала?

– В Бразилии. Я уехала к Эдварду, после того, как вышла из тюрьмы.

Он фыркнул.

– Так вот, значит, где ты была – с этим мерзавцем?

– Я знаю, что ты, вероятно, этого не одобряешь, но я по-прежнему с ним. Так я решила, и решение своё не изменила.

– А как насчёт решения позвонить мне или как-то ещё сообщить, где ты, чёрт возьми, находишься?

– Я послала тебе открытку…

– Одну открытку за два года, Белла. Ты хоть представляешь, как я волновался?

– Мне жаль. Я не знаю, что ещё сказать. – Даже зная, что он не может меня видеть, я всё равно пристыженно склонила голову.

– Значит, ты просто отсиделась в Бразилии со своим дружком-гангстером, а теперь вернулась в Чикаго?

– Он не преступник, папа.

– Не ври мне, Белла. Я не идиот.

– Мы можем не обсуждать это прямо сейчас? Я позвонила тебе, потому что соскучилась.

– Ну что ж, возможно, я по тебе не соскучился.

– О, ну тогда ладно … – Мне пришлось откашляться, чтобы образовавшийся в горле ком не задушил меня.

– Да ну, неправда это, – вздохнул он. – Конечно, я скучал по тебе, но как я, по-твоему, должен на всё это реагировать?

– Не знаю. Я только что вернулась и узнала, что ты обо мне беспокоился.

– Когда ты вернулась?

– Пару недель назад.

– Матери уже звонила?

– Ещё нет. Тебе первому.

Он хмыкнул.

– Пустячок, но приятно.

– Так… как ты поживаешь?

– Хорошо, я женился.

– Я знаю. Слышала. И как оно тебе?

– Интересно. У жены – а значит, и у меня – есть детишки, двое.

– Я, кажется, рассердила твою дочь. Это ведь её зовут Бет?

– Белла, ты моя дочь, а Бет – моя падчерица, – отчеканил он. – Не выставляй дело так, будто я тебя забыл.

– Я этого и не говорила. Я просто… не ожидала.

– Что, неужели Карлайл тебе не рассказал? – язвительно произнёс он. – А я-то думал, ему всё на свете известно.

– Нет, он мне никогда не говорил.

– Ага. Ну ладно. В общем, Бет шестнадцать лет, и есть ещё Бобби, ему десять.

– Такой маленький.

– А то я не понимаю. Они оба заставляют меня чувствовать себя действительно старым. Бобби занимается и хоккеем, и футболом, так что его приходится каждое утро таскать на тренировки. Не представляешь, какая это морока, и, однако же, я её ни на что не променяю.

– А как твоя служба в участке?

– Хорошо. Вообще-то я подумываю в этом году выйти на пенсию; пора давать дорогу молодёжи.

– Ну, а как тебе в супружестве? Нравится?

– Я действительно люблю её.

Никогда в жизни я не слышала, чтобы Чарли так много говорил, и по тону его голоса было слышно, что он счастлив. Действительно, по-настоящему счастлив.

– Как её зовут? – спросила я.

– Анна. Ты её, вероятно, не помнишь, но она много значит для меня, Белла. Я жду не дождусь, когда ты с ней познакомишься.

– Я тоже. Пожалуй, это хорошая идея. Как насчёт этих выходных? – бодро предложила я, притворяясь, что у меня нет задних мыслей.

– О, ну, вообще-то… это как-то быстро.

– Я знаю, но… ты мне нужен в эти выходные, вернее, только в один из них.

– Ты говоришь как твоя мать, когда сделает что-нибудь по-настоящему плохое. Мне следует сесть?

– Думаю, да. – Я прикусила губу.

– О, Господи, – проворчал он. – Ладно, Белла, в чём дело? Последние пару лет я готовил себя к худшему.

– Ну, в общем-то, это не так уж и плохо. Ммм, у меня в субботу свадьба, и я подумала, может быть, ты захочешь там быть.

И опять эта долгая, оглушительная тишина. Я даже не знала, работает ли у него ещё телефон или уже нет. Не было слышно ни дыхания, ни кашля, ни… ничего.

– Пап, ты все ещё там? – спросила я через несколько минут.

– Ты не выйдешь за него, – отрезал Чарли. – Я запрещаю тебе выходить за него замуж.

– Папа…

– Нет уж, Белла. Сейчас ты послушаешь меня. Я достаточно терпел, и с меня хватит. Я мотался в Чикаго и делал всё, что мог, чтобы вытащить тебя из всего этого сраного бардака, и я вынужден был наблюдать, как из-за него ты садишься в тюрьму. Потом мне звонят и говорят, что ты освободилась, но тебя нигде не могут найти. Что я, по-твоему, делаю? Я снова волоку туда свою задницу, и снова у Карлайла нет никаких ответов. Я знал, что ты с ним. Я просто это знал.

– Пап, послушай…

– Я не закончил, – прервал меня он. – Рене сказала мне просто оставить тебя в покое. Я понимаю, что ты достаточно взрослая, чтобы принимать собственные решения, но я запрещаю это. Ты не будешь его женой. Я приеду и вытащу тебя оттуда – назад, домой.

– Это теперь мой дом. У нас с ним здесь есть дом, и я от него не уеду.

– Белла, ты знаешь, чем он занимается? Он убивает людей. Я понимаю, что ты не хочешь в это верить, но Эдвард Каллен – плохой человек. Они все плохие люди. Ты не можешь присоединиться к этой семье.

– Слишком поздно обсуждать это, Чарли. – Я пыталась сохранять спокойствие, но то, какой оборот принимал разговор, мне не нравилось. – Я выхожу за Эдварда замуж, и ты о нём ничего не знаешь. Газеты не всегда правдивы.

– Я полицейский, Белла. Не надо быть гением, чтобы сложить вместе два и два.

– Ты хочешь быть на моей свадьбе или нет?

– Нет.

И затем лишь негромкие короткие гудки.

А я-то надеялась, что нам удастся обойти наши разногласия. Да, я была неправа, на столько лет исключив Чарли из своей жизни, но он не будет указывать, чтó мне делать, а что нет. Ради Бога, я взрослая женщина. Хотя, должна признать, мне было бы приятно, если б он приехал. Я была равнодушна практически ко всем свадебным обычаям и традициям, но где-то в глубине души мне хотелось, чтобы именно он повёл меня к алтарю. Это было для меня важно.

Я и не догадывалась, что плачу, пока не почувствовала на щеке теплую влагу. Я не стала вытирать слезинку, позволив ей скатиться вниз и упасть.

Фрэнсис ткнулся носом в мою ногу под столом, и я взяла его на руки.

– Похоже, что Чарли не приедет. – Он лизнул меня в лицо. – Думаешь, стóит утруждаться и названивать Рене?

Я прикинула, что будет хуже, если она услышит про свадьбу от Чарли, а посему подняла трубку и набрала номер, не менявшийся как минимум последние десять лет.

Беседа абсолютно не походила на то, чего я ожидала. Рене выказала мне даже больше сочувствия, чем то, на какое я в принципе считала её способной. Будучи бесконечным романтиком – а именно им она и была – она процитировала какое-то древнее изречение насчет любви, которая всё побеждает [п.п. – скорее всего, латинское «omnia vincit amor et noc cedamus amori» («Всё побеждает любовь, покоримся и мы ее власти)].

Собственно, Рене сказала лишь о том, что понимает, почему мне необходимо было уехать с Эдвардом, и после первых пяти минут разговора стала вести себя так, словно последних четырёх лет просто не было. Из-за этого я чувствовала себя довольно неловко и в ответ на её нескончаемую болтовню предпочитала отмалчиваться. Когда я сказала ей о свадьбе, она визжала от радости как минимум минут пять и тут же засыпала меня вопросами, ответов на которые у меня не было.

Закончив телефонный разговор с Рене, я почувствовала себя полностью истощённой и с досадой вцепилась себе в волосы. К этому времени уже пора было бежать наверх, чтобы переодеваться на работу.

У меня было множество одежды на выбор, но Эдвард так и не сказал мне, откуда она взялась. В огромной гардеробной, которую мы с ним делили на двоих, было всё, что мне могло потребоваться. Обычно я одевалась на работу в стиле, который Роуз называла «сексуально-официальным»: юбка, какая-нибудь женственная блузочка и туфли на высоком каблуке. Элис сказала, что мне нужно научиться соблюдать баланс между серьёзностью делового костюма и изысканным подчёркиванием своих женских достоинств. Я училась – медленно, но верно.

Я покинула дом в четыре часа пополудни. Как раз вернулся Алек; мы с ним столкнулись в дверях. Когда я ехала в город, мне позвонил Эдвард и спросил, не хочу ли я по-быстрому пообедать с ним, так как до позднего вчера мы, вероятно, больше не увидимся. Обычно мне не надо было оставаться на студии так же долго, как ему у себя на работе. Я работала над семичасовым выпуском новостей, и уже к девяти заканчивала. Эдвард же оставался в офисе до десяти или даже до одиннадцати. Поэтому я ложилась спать, не дожидаясь его прихода, но зато завтракали мы всегда вместе, в точности, как он и обещал.

Я подъехала к входу в шикарный ресторан, расположенный в квартале от офиса Эдварда. Служащий, сев в мою машину, отогнал её на парковку, в то время как женщина-администратор сопроводила меня за один из столиков в глубине зала. На всякий случай – вдруг меня кто-нибудь узнáет? – я держала голову опущенной, хоть вероятность этого и казалось мне невысокой. Меня узнавали в лицо далеко не так часто, как Эдварда.

Прождав буквально пару минут, я заметила его фигуру в темно-синем костюме; он шёл ко мне, маневрируя между столиками и заставляя всех женщин истекать слюной, а мужчин – ревновать.

– Прости за опоздание. – Целомудренно поцеловав меня, он сел рядом. – У Марио были затруднения… снова.

Я рассмеялась.

– Бедный Марио. Ты так парня в заику превратишь.

– Он должен учиться. – Глотнув воды, Эдвард прополоскал рот. – Как прошёл твой день?

– Интересно. Я рассказала Элис о свадьбе, так что готовься, тебе будут звонить.

– Меня уже все поздравили. Сказали, что не могли дозвониться на домашний – весь день занята линия.

– Очень может быть. Я несколько часов разговаривала с Чарли и Рене.

Лицо Эдварда приняло бесстрастное выражение.

– О?

– Да. Всё прошло не так уж и плохо. – Я пожала плечами. – Чарли и я вроде как повздорили, но этого, вероятно, было не избежать. Я пригласила его на свадьбу, но он сказал «нет». Рене собирается попробовать уломать его.

– Так сильно разозлился?

– Он говорит, что ты на меня плохо влияешь.

– Знал бы он, – хмыкнул Эдвард, внимательно изучая лежащее перед ним меню. – А когда у нас свадьба?

– В эту субботу. – Я затаила дыхание, ожидая его протестов.

Он только прикусил губу и кивнул.

– Слишком скоро, но тут уж, видно, ничего не поделаешь.

– Похоже на умыкание невесты с последующим поспешным браком.

Эдвард отложил меню.

– Белла, я знаю, что это не та свадьба, о которой ты мечтала и какую организовала бы, если…[п.п. – инсценировку бегства невесты и поспешного тайного брака часто организуют бедные итальянские семьи, не имеющие средств на «нормальную» свадьбу. Эдварда огорчает, что с его стороны это даже как-то несолидно – лишить Беллу всего положенного ей при его деньгах и положении].

Я прервала его.

– Пожалуйста, прекрати, а то заставишь меня передумать. Ты сам-то готов вступить в брак?

– Да. – Он кивнул.

– Вот и я тоже готова. И мы это сделаем, – твёрдо сказала я. – Это то, чего я хочу, и не имеет значения, насколько спешно это произойдёт. Я знаю, что Элис всё великолепно организует, а я умираю от желания стать твоей женой.

Он широко улыбнулся и, взяв меня за руку, принялся рассматривать кольцо на моем пальце.

– Это я умираю от желания сделать тебя своей женой. Никогда не думал, что скажу это, но – хочешь верь, хочешь нет – я делаю это легко, охотно и по собственной воле.

– Я думаю, так это и должно ощущаться.

– Это кольцо очень изящно смотрится на твоём пальце. Так значит… в субботу?

Я кивнула.

– Скромно и мило, по-семейному.

– По-семейному? То есть что, будет вся семья? – изумлённо спросил он.

– Боже, нет. Это же было бы где-то… триста человек. – При одной мысли об этом я чуть не заработала инфаркт. – Двадцать, не больше, плюс моя мама и, возможно, Чарли и его семья. Кстати, у его жены есть дети.

– Я узнал только сегодня утром, когда Карлайл спросил меня, покупать ли ему для Чарли четыре билета. Я сказал, надо спросить тебя.

– Нам не придётся покупать никаких билетов, если Рене не переубедит его. Я попытаюсь поговорить с ним завтра, когда он немного успокоится. О, и ещё одно… мы не можем обвенчаться как нормальные католики, поскольку не получили добрачных наставлений, и потому что я не думаю, что меня вообще когда-нибудь крестили.

– Ну и ладно. Карлайл и Эсме вообще сбежали в Вегас; Николя потом приволок их назад и заставил сыграть полноценную свадьбу, хотя они к тому времени уже были женаты, – успокоил меня Эдвард. – Нам придётся проделывать все эти ритуалы, вроде друзей жениха, девочек-цветочниц или девичников-мальчишников? – Он поёжился.

Я чуть не прослезилась от того, сколько у нас с ним общего. Это действительно был мужчина, созданный специально для меня. Парень без лишних заморочек.

– Не уверена. Я оставила всё на усмотрение Элис, но, сказать по правде, хочу просто побыстрее влезть в платье и дойти в нём до алтаря.

– Хорошо. – Он улыбнулся такой редкой для него искренней улыбкой.

Официант появился у нашего столика и принял заказ. Решив, что неплохо будет поесть здоровой пищи, я заказала большую тарелку салата, а Эдвард – какой-то особенный стейк; он даже взял у официанта блокнот, чтобы записать температуру, при которой его следует готовить.

Пока мы ели, люди вокруг то и дело поглядывали на нас, но я уже чувствовала, что шум вокруг наших имён понемногу стихает. Эдвард воскрес из мертвых и в Чикаго все уже знали об этом, так что на сегодняшний день новость несколько устарела. Пройдет ещё месяц, и никто про нас даже и не вспомнит.

– Итак, как это происходит? – спросила я Эдварда. – Мы поженимся, и ты просто перенимаешь дела?

– В общих чертах, да. Есть много технических деталей, но меня каждый день консультируют и обучают. Я должен знать в синдикате все входы и выходы. Под моим руководством окажется более двух тысяч человек, и я должен быть в курсе всего, чем они занимаются, где как идут дела, плюс знать всё, что происходит в других семьях по всему миру.

– Работы невпроворот.

– Я могу с ней справиться, и собираюсь делать её хорошо.

– Дождаться не могу. – Я постаралась скрыть своё беспокойство. Я знала, что Эдвард будет безжалостным, но эффективным лидером, настоящим Боссом. Я просто не хотела, чтобы он опережал события, беря на себя больше того, с чем может справиться за раз.

– Также я должен построить свой собственный бизнес и заявить о себе как о самостоятельном предпринимателе, а не просто как о «сыне Карлайла». Как только он уедет, я получу всю власть и смогу начать. – Эдвард казался взволнованным, и я почти видела, как в его голове крутятся шестерёнки, придумывая и разрабатывая идеи, которые он собирался воплощать в жизнь.

– А чего ждут от меня?

Он рассмеялся.

– Ты обсудишь это с Эсме. Я не особо в курсе.

– Тогда мне надо будет её расспросить. Может, я уже должна была сделать это.

– Что я знаю, так это то, что наша ситуация напоминает старшую школу. Я – центральный нападающий, а ты – первая в команде болельщиц. Все смотрят на нас восхищёнными глазами и хотят быть такими, как мы. Мы для них ориентиры, объекты вожделения и образцы для подражания.

– Что? Это я-то звезда команды болельщиц? – Я попыталась не рассмеяться. – Да я же та девчонка-книжный червь, которая не вылезает из библиотеки.

– Уже нет. Ты – та самая девчонка, на которую все остальные мечтают быть похожими. Вроде как первая леди Чикаго, Королева Пчёл в этом улье. Из-за того, кем становлюсь я.

– С ума сойти, – я медленно выдохнула, – такого со мной ещё не бывало.

– Вы очень популярная женщина, миссис Каллен.

Казалось бы, к новой фамилии привыкают не сразу, но для меня она прозвучала естественно и привычно.

Мы расстались, когда парковщики подогнали наши машины. Через пару минут я была на студии и приступила к работе.

* * *


Неделя буквально пролетела, и хотя я говорила, что свадебная церемония как таковая меня не волнует, знание того, что срок приближается, заставляло сердце биться чаще.

Элис проводила в моём доме больше времени, чем Эдвард, и, к счастью, взяла на себя все приготовления и делала всё так, как хотелось мне. По почте сразу же было разослано тридцать приглашений, только ближайшим родственникам. Поставщики провизии были выбраны, продукты заказаны, и в четверг над задним двором был натянут большой белый тент.

Элис тут же нашла где-то людей, которые установили под ним стулья и столы. Алтарь развернули в противоположной части двора, прямо под деревьями, на которых каким-то образом разместили фонари – я понятия не имела, как им это удалось, и даже не собиралась вникать.

Авиабилеты для Рене и Фила уже были куплены. Главной проблемой оставался Чарли. На мои звонки он не отвечал, но приехать его Рене убедила. Анну, Бет и Бобби он тоже собирался взять с собой. Для всех, кто должен был приехать из других мест, в городе были заказаны гостиничные номера. Эдвард категорически воспротивился тому, чтобы кто-то жил в доме.

В ближайшее время мы с Эдвардом не могли всё бросить и уехать в свадебное путешествие, но я всё-таки рассчитывала на это, пусть и немного позднее. Последние два года мы и так провели на острове, поэтому в отдыхе вряд ли нуждались. Эдвард сказал, что чуть позже мы всё-таки выкроим себе медовый месяц. Пока же я взяла на работе короткий отпуск – с четверга до конца недели – «по семейным обстоятельствам», и мой босс не стал расспрашивать, что это за обстоятельства. Кроме приглашённых о свадьбе не знал никто.

И Рене, и Чарли – оба со своими семьями – прилетали в четверг. Утром этого дня я проснулась в холодном поту. От волнения желудок взбунтовался, и меня вырвало.

Когда мы сели завтракать, Эдвард немного нервничал – если судить по количеству его нервных тиков, их было больше обычного.

– Во сколько они будут здесь? – спросил он меня, когда пил кофе, стараясь казаться спокойным.

– В десять машина заберёт из аэропорта Рене и Фила. Чарли и все остальные будут здесь ближе к вечеру.

– Я освободил от работы остаток недели, но сегодня утром мне надо уйти, чтобы покончить с кое-какими делами. Я вернусь до приезда Рене.

– Я так чертовски боюсь, – призналась я.

– Ты боишься? Твой отец готовится выстрелить мне в лицо, – фыркнул он.

– Только после того, как разберётся со мной. Могу только представить, чтó он мне наговорит. Он даже не хочет быть здесь.

– Он хочет быть здесь, Белла. Он не пропустил бы твою свадьбу.

– А вот я в этом совсем не уверена.

В кухню вошёл Алек – заспанный, с растрёпанными волосами – и шлепнулся на стул, не открывая глаз.

– Ненавижу утро, – объявил он.

– Выглядишь как дерьмо, – прокомментировал Эдвард.

– Плевать. – Он окунул кусок вафли в сироп. – Ну, так чего нам ждать от твоих родителей, Белла?

– Много… беспорядка, – сказала я, пытаясь успокоить тут же забурливший желудок.

К тому времени, как Эдвард уехал в офис, а Алек на занятия, я уже была вся на нервах. Я полностью сосредоточилась на приготовлении пищи – сегодня вечером у нас ожидался большой ужин – и это отвлекло меня на пару часов. Не успела я опомниться, как оказалось, что уже десять. Позвонил водитель и сообщил, что он едет из аэропорта с Рене и Филом.

Немедленно вспотев так, словно только что провела интенсивную тренировку, я дрожащими пальцами набрала номер Эдварда, чтобы спросить, где он. Я была не в состоянии принимать их одна. Он сказал, что уже едет, пробирается сквозь пробки, и от его слов мне стало немного легче и спокойнее.

Дожидаясь звонка в дверь, я сидела на диване, держа на коленях Фрэнсиса. В десять пятнадцать я услышала, как на подъездной аллее затормозил автомобиль, но это не был хорошо знакомый звук двигателя Эдварда.

Я встала со своего места и, поправив одежду, выглянула в окно. Увидев, что на крыльцо поднимаются Карлайл и Эсме, я облегчённо выдохнула. Расстояние между ними ясно свидетельствовало о по-прежнему натянутых отношениях. Эсме и я тоже ещё не помирились, но ради моей свадьбы она готова была вести себя более любезно. Что-то вроде перемирия. Хотя мы так до сих пор и не обсудили между собой то, что я считала обязательным – наш с ней диалог в Италии.

Я открыла двери прежде, чем постучали.

– Мы опоздали, они уже здесь? – спросила Эсме, входя в дом.

– Нет. Они ещё не подъехали. – Я закрыла за ними дверь.

– Мне не терпится встретиться с твоими родителями, Белла, при более благоприятных обстоятельствах, – сказал мне Карлайл. – В прошлый раз Чарли только и знал, что целыми днями кричать на меня. Возможности действительно узнать друг друга так и не представилось.

Мы вошли в кухню.

– Будем надеяться, что в этот визит он будет полюбезнее.

– А что насчёт твоей матери? – спросила Эсме, наливая себе вина. Заметив мой насторожённый взгляд на выбранный ею напиток – в конце концов, было всего лишь десять утра – она посмотрела на меня с молчаливым вызовом.

– Гм, моя мама – не самый простой человек. Она очень… наблюдательна; поэтому, даже будучи милой и приветливой, она может задевать людей, тонко подмечая их недостатки и слабости.

– Похоже на Чичи. – Эсме закатила глаза. – Которая, между прочим, сводит меня с ума. Она собирается оставаться тут и после вашей свадьбы.

– Что-то её почти совсем не видать.

– Это потому, что она ежедневно напивается в хлам, – сказал Карлайл.

– Не смей так говорить о моей матери, – огрызнулась Эсме.

К дому подъехал ещё один автомобиль, и я порадовалась хотя бы тому, что это случилось раньше, чем успел разгореться наметившийся было скандал.

– О, чёрт, – шепотом сказала я.

Открыв двери, я увидела, как Рене одну за другой выгружает сумки из багажника черного автомобиля, в котором приехала. Помощь Фила заключалась в том, что он убеждал её успокоиться и не торопиться. Отношение Фила к моей матери во многом напоминало отношения Джаспера к Элис: он сдерживал избыток её энергии и активности. Без него она, наверное, была бы просто неуправляемой.

Заметив меня, Рене уронила очередной чемодан и завопила так громко, что дом задрожал:

– Беллаааааааа!

– Привет, мам. – Я крепко обняла её и ощутила, как на меня внезапно накатывает волна эмоций. Даже при том, что иногда её трудно было выносить, Рене всё же была моей матерью. – Я так рада тебя видеть.

– О, мой Бог. – Она раскачала меня в своих объятиях. – Сколько лет, сколько зим. Поверить не могу, что я здесь и что ты выходишь замуж. Это всё так быстро.

– Я знаю. – Я немного отстранилась от неё и смахнула со своей щеки несколько непослушных слезинок. – Спасибо, что приехала.

– И не волнуйся, я на тебя не сержусь. – Она приложила свою ладошку к моей щеке. – Но я просто умираю от желания познакомиться с этим твоим мужчиной.

– Он скоро будет здесь. – Я осмотрела её с ног до головы. Её изящная фигурка показалась мне ничуть не изменившейся, а ярко-рыжие кудряшки, как и прежде, украшали её голову мелкими растрёпанными завитками. – Ничего себе, ты выглядишь… восхитительно.

– Сексуально, правда? – Она покрутилась вокруг своей оси. – Пилáтес четыре раза в неделю. Моя задница никогда ещё не была такой крепкой. – Она окинула меня оценивающим взглядом. – Возможно, тебе тоже следует начать этим заниматься.

Я прикусила язык и просто ещё раз обняла её.

Я услышала шаги за своей спиной; появились Карлайл и Эсме, чтобы поприветствовать нового гостя. Оттолкнув меня с дороги, Рене кинулась к ним, оставляя нас с Филом наедине.

– Привет, Белла, – сказал он, не вынимая рук из карманов.

– Привет. – Я помахала ему.

У нас никогда не было особо теплых отношений, но причина была лишь в том, что я недостаточно хорошо его знала. Они с Рене поженились в то лето, когда я переехала в Форкс. Практически мы вообще не успели друг друга узнать.

– Поздравляю с бракосочетанием. – Он неуклюже обнял меня; я не отстранилась.

– Спасибо, что приехали. Я не знала, как вы с мамой всё это воспримете.

– Мы оба просто рады, что ты вернулась живой и невредимой. А то ни звонка, ничего, после… ну, ты знаешь. Вся эта история с тюрьмой нас, можно сказать, потрясла.

– Ну да, понимаю. Я вовсе не планировала разорвать отношения со всеми, просто всё как-то внезапно сложилось именно так…

– Можешь ничего не объяснять. Твой папа звонил и вроде как держал нас в курсе того, что творилось. – Он потер заднюю часть шеи. – Несколько месяцев крика по телефону, говорить спокойно он просто не мог.

– Могу себе представить. Мне очень жаль.

Рядом со мной, вежливо улыбаясь, бесшумно возник Карлайл.

– Привет, – произнёс он, – я Карлайл Каллен, будущий свекр Беллы. А вы, должно быть, Фил Двайер.

Фил просто посмотрел на протянутую руку Карлайла и пару раз моргнул.

– Я не кусаюсь, – усмехнулся Карлайл.

– Я о вас кое-что слышал.

– Ну что ж. Полагаю, моя репутация в очередной раз привела к неловкой ситуации. Уверяю вас, я вовсе не так плох, как распространяемые обо мне слухи.

Мне пришлось замаскировать свой смех под кашель. Конечно, всем были известны «слухи» о тесной связи Карлайла с мафией, особенно после катастрофы, случившейся со мной, но согласно некоему неписаному правилу, поднимать эту тему не полагалось. Эх, надо было мне предупредить своих, чтобы на затрагивали этот вопрос. Ладно, сделаем вид, что ничего не произошло.

– Почему бы нам не войти внутрь? – предложила я, делая шаг в сторону, чтобы открыть им дорогу в дом. Водитель объехал здание и припарковался сбоку. Я видела, как он устроился поудобнее и закрыл глаза, собираясь вздремнуть прямо за рулем. Наверное, останется тут, пока не придёт время отвозить Рене и Фила в отель.

Уже собравшись захлопнуть дверь, я услышала знакомый громовой рёв двигателя. Я подождала несколько секунд, и ярко-красный «Saleen» Эдварда стремительно вывернул из-за угла. Пронесшись по нашей улице, он резко затормозил прямо напротив дома, не утруждая себя парковкой.

– Я знаю. Я опоздал. – Он вышел из автомобиля, неся в руках большой букет цветов. – На дороге была авария, пришлось полчаса проторчать в пробке.

– Они только что приехали. А это для меня? – спросила я, не в силах сдержать улыбку.

Он вынул из букета большую, темно-красную гвоздику. На самом деле не совсем красную, скорее бордовую. – Вот эта для тебя. Остальные для твоей матери.

Я взяла цветок и понюхала его. – Ну надо же, какой галантный кавалер.

– В мои обязанности входит поцеловать несколько задниц. Я, между прочим, не делал этого никогда, но всё-таки это твои родители, так что, думаю, следует соблюсти политес. – Эдвард склонился ко мне и целомудренно меня поцеловал.

– А что ты купил для Чарли? – засмеялась я. Это была просто шутка, на самом деле я ничего не ожидала.

– Новый телевизор с плоской панелью. – Он прошел мимо меня в дом.

– Ты что, серьезно? – Я закрыла за ним дверь.

– Да. Он же смотрит телевизор, верно?

– Допустим… да, конечно. Но ему не нужен новый.

– Мне нужно кое-что сделать. – Эдвард повел плечами. – Пойдём-ка со мной на секундочку.

Он затянул меня в небольшую гардеробную, в которую вела дверь из прихожей, и запер за нами дверь. В комнате ничего не было, только немного зимней одежды да маленький стол в углу.

Эдвард положил на стол цветы и снял пальто. Я заметила на его рубашке несколько капель крови. Он подвернул рукава, и затем полностью расстегнул рубашку.

Пачки наличных денег были заткнуты за пояс его брюк вместе с пистолетом, и он начал вытаскивать всё и складывать на стол.

– А хочу ли я на самом деле знать, что это такое? – спросила я.

– Можешь спросить всё, что хочешь, и я отвечу. – Он сдвинул в сторону несколько висевших на вешалке пальто, чтобы получить доступ к дверце сейфа в стене. – Я расскажу тебе, что за эти деньги я кое-кого убил.

К настоящему времени я выслушивала всё, что Эдвард рассказывал мне о своих делах, даже глазом не моргнув. Для меня это было нормой жизни. Одни мужчины работают в банке, другие пекут хлеб, третьи кладут кирпичи на стройке. Мой жених убивает людей и забирает их деньги. Так устроен этот мир.

– Сколько здесь? – спросила я, передавая ему пачки наличных; он аккуратно складывал их в сейф, где уже заканчивалось свободное место – всё было забито деньгами, оружием и какими-то солидно выглядящими бумагами.

– Да всего-то двадцать тысяч. За остальными придётся ехать ещё раз. Всё это мне был должен один мудила-уголовник, который решил попробовать испытать моё терпение.

– Тебе ведь на самом деле не нужно больше денег, Эдвард.

– Дело не в деньгах. Дело в уважении.

– Ясно. Ну что ж, уважение ты и в самом деле внушаешь большое, – прокомментировала я.

– Разумеется, внушаю. – Он закрыл сейф и тщательно его запер.

– Впечатляюще.

Эдвард повернулся ко мне с хитрой злодейской улыбкой. Вытащив из-за пояса ещё одну, последнюю, пачку наличных, он вручил её мне.

– Это для тебя.

– Пытаешься меня подкупить? – Я взяла у него деньги.

– Нет, но я прикинул, что ты и твоя мать могли бы пройтись по магазинам или ещё как-то использовать эти деньги. – Он обнял меня и притянул ближе к себе. – А если ты по чистой случайности забудешь то, чтó только что здесь видела… это будет просто удачным совпадением.

Я закатила глаза.

– Ты определённо знаешь, чем порадовать девушку.

– Только лучшее для любви всей моей жизни, – с лёгкой иронией отозвался он.

– А знаешь, говорят, что боссы мафии обычно заводят себе подружек на стороне и гуляют от своих жён.

– Обычно да. – Он утвердительно кивнул. – Это своего рода традиция. Но я не живу согласно традициям и, безусловно, не планирую заводить в своей жизни еще какую-то женщину. К настоящему времени ты уже должна была бы это знать. Кроме того, мне хорошо известно: женщины, носящие фамилию Каллен, страшны в гневе. – Он усмехнулся.

– Если я когда-нибудь узнаю, что ты мне с кем-то изменяешь, то привяжу её к столбу и сожгу заживо, – сказала я совершенно искренне. Я ни минуты не сомневалась в том, что так и сделаю. – А потом приду по твою душу.

– Как я и сказал, страшны в гневе. – Его губы коснулись моей шеи в том месте, где бился пульс.

– Снимай рубашку. У тебя на ней кровь. – Спуская рукава с его плеч, я одновременно наслаждалась прикосновением к его мускулам.

– Это было бы не очень хорошо для первого знакомства, я ведь должен произвести приятное впечатление. – Эдвард скинул с тела рубашку и, протянув руку, снял с плечиков другую.

Я расправила складки на одетой им свежей рубашке. Плотно скатав испачканную вещь, я сунула её в небольшую мусорную корзину около двери, мысленно пометив себе не забыть потом сжечь её.

Я не знала, что конкретно произошло, но мне это было и не нужно.

– Ладно, я готов. – Он подхватил со стола цветы.

Я взяла Эдварда за руку и повела в кухню. Все мысли о крови, оружии и деньгах вылетели из моей головы так же быстро, как оказались там. Всё снова было как у всех. Нормально.

Казалось, что Карлайл и Эсме нашли общий язык с Рене, которая о чём-то трещала, не умолкая ни на секунду. Фил сидел с неловким видом, вертя в руках стакан воды и время от времени отпивая из него.

Не дав мне даже рта раскрыть, Рене без всякой подготовки атаковала моего бедного Эдварда.

– О, мой Бог. Это Эдвард? – Она поспешила к нам. – Да ты такой красавчик, что просто слов нет.

– Мама, – простонала я, молясь, чтобы она остановилась до того, как на самом деле начнёт пороть чушь.

– Ну, прости меня, Белла. Я ведь не знала, что ты играешь свадьбу с мужчиной-супермоделью.

Эдвард откашлялся.

– Ну что ж, спасибо. Очень приятно с вами познакомиться, миссис Двайер.

– Пожалуйста, зови меня Рене. – Она покраснела, и затем прошептала мне: – Его голос словно шёлк. Он так странно на меня действует.

Ради Христа, Рене, попридержи коней!

Она покраснела, а Эдвард усмехнулся, скорее всего, какой-нибудь своей мысленной шутке в мой адрес.

– Спасибо, что вы приехали. Это много значит для Беллы.

– Я бы ни за что на свете не пропустила её свадьбу.

– Это вам. – Он вручил ей цветы, отчего она ещё сильнее залилась краской.

– Это так мило с вашей стороны. Фил никогда не дарит мне цветов.

Фил что-то вполголоса пробормотал из-за стола.

Пока всё шло неплохо. Все поладили между собой и вели вежливую беседу. Эдвард ни разу не вышел из роли джентльмена, каковым он, безусловно, и был – никого не прерывал, не произносил грубостей, оскорблений или ругательств, отвечал на все вопросы, которые ему задавали, и даже, казалось, не испытывал тревоги, обычной для него в моменты знакомства с новыми людьми. Я им гордилась. Чрезвычайно.

Карлайл и Эсме покинули нас около полудня, так и не объяснив толком, куда спешат. Полагаю, это было сделано для того, чтобы дать нам побыть вчетвером. Поначалу было немного неловко, но Эдвард не давал разговору заглохнуть.

– Ну, чем ты тут занимаешься? – Рене подловила меня одну, когда я обваливала в сухарях цыпленка, которого собиралась приготовить на обед.

– Да вот, готовлю поесть, – рассмеялась я.

– Должна тебе сказать, Белла, этот парень мне действительно нравится. Он так… внимателен к тебе.

– Правда?

– Да, он словно видит одну лишь тебя и больше никого вокруг не замечает, но при этом держится золотой середины - и тебя свободы не лишает, и сам перед тобой не пресмыкается. Ты любишь его?

– Конечно, люблю.

– Просто любишь или по-настоящему любишь? – Она склонилась ещё ближе ко мне.

– Я всегда любила его по-настоящему. Я не знаю, как это объяснить.

– Не надо ничего объяснять. Я всё понимаю. Дýхи сказали мне, что ты встретишь кого-то похожего на него, – убеждённо кивнула она.

Началось.

– Дýхи, мама?

– Да, дýхи. Понимаешь, они говорят со мной, и, по их сведениям, в твоём будущем должен был появиться очень сильный человек. Уверена, он и есть тот самый человек. Я знаю, что говорю.

– Ну что ж, передай своим духам «спасибо». – Я сунула цыпленка в духовку.

– И он о тебе так хорошо заботится. Ты только посмотри, что за дом. – Она оглядела кухню. – Поверить не могу, что ты выходишь замуж за миллионера. Это наверняка помогает закрывать глаза на некоторые – не будем уточнять, какие именно – из его недостатков.

Я впилась в неё взглядом, но промолчала, потому что поняла, что она не подразумевала под этим ничего плохого.

– Слушай, а что, это всё правда? – прошептала она.

– Что правда? – спросила я.

– Он действительно… ну, ты понимаешь… гангстер? – Она прикусила губу.

– Нет, мама. Он занимается недвижимостью, и его деятельность абсолютно законна. Прекрати слушать Чарли.

– Тебе что-нибудь угрожает, Белла? – спросила она, на этот раз совершенно серьезно.

– Нет. Все в полном порядке, – уверила я её. – С Эдвардом я в безопасности, он меня ни во что не впутывает, и это всё, что тебе нужно знать.

– Для твоего отца это исторический день. Я прямо дождаться не могу, когда они приедут.

– Ты уже встречалась с его новой женой?

– Нет, но я училась вместе с ней в старшей школе. Она действительно милая, спокойная, такая же, как он. Я слышала, что у него теперь двое новых детей.

Двое новых детей. Это звучало как-то… это было больно. Как будто я не справилась с ролью хорошей дочери, и меня пришлось кем-то заменить.

– Я действительно соскучилась по нему. – Я занялась приготовлением салата. – Он, кажется, счастлив.

– Он сказал, что не желает встречаться с этим Эдвардом, но я убедила его, что он обязан, по крайней мере, задать будущему мужу своей дочери несколько вопросов.

– Было бы приятно услышать, что он приедет сюда для того, чтобы увидеться со мной.

– Белла, ты же знаешь, он тебя любит. Он просто обижен. Он искал тебя, долго искал. И он боялся. Сколько раз он в панике звонил мне посреди ночи, потому что у него были эти ужасные сны о том, чтó с тобой могло произойти. – Она погладила меня по плечу. – Он успокоится, когда увидит тебя.

Надеюсь.

Продолжение...

Источник: http://robsten.ru/forum/73-2058-1#1421519
Категория: Переводы фанфиков 18+ | Добавил: гость (09.11.2015) | Автор: johnnyboy7
Просмотров: 931 | Комментарии: 6 | Рейтинг: 5.0/21
Всего комментариев: 6
avatar
0
6
Эдя такой внимательный fund02002
avatar
0
5
Спасибо))
avatar
1
4
Спасибо большое за продолжение.
avatar
1
3
Спасибо очень люблю ету историю
avatar
1
2
Большое спасибо ! Читаю эту историю запоем!Не оторваться! good
avatar
1
1
Спасибо ! good
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]