"КОСМОПОЛИС":Новые стилы фильма и фото за кадром

СТИЛЛЫ





НАША ГАЛЕРЕЯ >>>>

ЗА КАДРОМ





НАША ГАЛЕРЕЯ >>>>

Moviefone: Роберт Паттинсон и Дэвид Кроненберг говорят о «Космополисе», поклонниках и «Видеодроме»



У большей части киноинтервью и джанкетов нет полчища папарацци и двух крепких секьюрити, стоящих за репортерами. И опять, в большей части киноинтревью и джанкетов не фигурирует субъект, который, в настоящее время, находится в центре бульварного скандала. К сожалению, это то место, где прямо сейчас Роберт Паттинсон обнаружил себя, пытаясь продвигать свой новый фильм «Космополис».

К счастью, если кто и может справиться с таким давлением, так этим человеком является Паттинсон. Рассматриваемое дело: когда я сидел рядом с ним и режиссером «Космополиса» Дэвидом Кроненбергом, 26-летняя звезда «Сумерек» чувствовал себя расслабленно, обсуждая свой новый фильм, и в этом определенно ощущался более взрослый тон. В фильме, в основе которого лежит одноименная книга автора Дона ДеЛилло, главным героем является Эрик (Паттинсон) - миллиардер и управляющий активами, который едет на лимузине через весь город, чтобы подстричься. В течение пути он сталкивается с финансовыми потерями, случайными сексуальными встречами и злой толпой, борющейся с капитализмом.

На встрече Паттинсон и Кроненберг говорят о фандоме фильма «Космополис», о позиции киноленты, выступающей против одного процента богачей, и о том, какого снимать сцену обследования простаты.

Рассматривая антикапиталистическую сторону в фильме, я считал ироничным то, что этим утром вы звонили в колокол на Нью-Йоркской бирже.
Дэвид Кроненберг: Это был нереальный опыт, намного более нереальный, чем я думал. Я считал так: «Да, мы сейчас осматриваем место преступления, и будет отчасти легко позвонить в этот колокол».

Роберт Паттинсон: Мне было интересно узнать, посмотрел ли кто-нибудь фильм, и было ли какое-то представление, о чем этот проект.

Дэвид Кроненберг: Да! И казалось, что люди были взволнованы фильмом и нами, они были очень милы и дружелюбны. А еще, это совершенно другой мир. Для них это как семья. Я считаю, они думают о том, что каждый знает абсолютно все о другом человеке. И я думаю, что для них дурная слава и репутация фондовых трейдеров и обман только усиливают идею о том, что каждый знает, что произойдет в будущем. Но когда однажды ты оказываешься в этом месте, то осознаешь: «О, Боже мой! Я вообще ничего не понимаю в этом». Но это был очень интересный и, я должен сказать, странный опыт. Ощущать этот момент, когда звонишь в колокол с целью открыть фондовую биржу ради «Космополиса» - это очень странно. Мы были проданы? Я не знаю [смеется]. Они подарили нам маленькие медали!

Роб, на программе «The Daily Show» ты упоминал, что практически невозможно объяснить людям «Космополис». Так как же ты объясняешь его самому себе? И можешь ли?
Роберт Паттинсон: В последнем интервью я начал проецировать вещи. Я, в буквальном смысле, использовал это как сеанс психотерапии [смеется]. У меня даже понятия не было, о чем я говорил.

Дэвид Кроненберг: Я был в шоке! Я никогда не слышал от него таких вещей.

Роберт Паттинсон: [Смеется] Я просто понял, что фильм не о том, о чем я говорил. Так что у меня нет представления, о чем я говорю. Забавно, что моей первоначальной мыслью о проекте было то, что сценарий показался для меня смешным. Отчасти, это печальная комедия. В первый раз, когда я увидел фильм, то был шокирован тем, каким грустным он был. А затем, ты начинаешь продвигать фильм, и каждый говорит о капитализме и придает этому глубокое значение. И ты начинаешь следовать этой дорогой. А потом ты говоришь самому себе: «Интересно, это интересно. Мне нужно говорить об этом в интересном ключе». Я имею в виду, что я всегда понимал, что это интересно, но ты, отчасти… Это как смотреть на драгоценный камень. Это может быть всем, чем угодно.

Это немного печальная комедия. В ней много черного юмора. Для начала, давайте поговорим о сцене с простатой. Очевидно там был не один, а…
Роберт Паттинсон: [Было использовано] Три пальца!

Дэвид Кроненберг: [Смеется]

[Смеюсь] Я восхищаюсь твоим подходом к игре.
Роберт Паттинсон: Видите ли, для этого фильма я ничего не учил из области фондовых операций. У меня не было ни единой мысли об этом в течение всего времени. Я даже не знал ничего об акции «Захвати Уолл-стрит». Когда мы снимали сцену бунта [в которой протестующие сначала толкали машину, а потом раскачивали ее], я не думал, что это было как-то связано с капитализмом.

Дэвид Кроненберг: Да, действительно, Роб подходит к своему герою с той точки зрения, когда герой думает о себе. Скорее герой думает, а не актеры. Вот в чем дело. Он просто живет его жизнью, делает те вещи, которые делает он. Это похоже на то, как проживают свою жизнь большинство людей: они не думают о себе как о герое, который в сюжете имеет значение.

Да, так Эрик, очевидно, мог бы быть в этом движении, которое вылилось на улицы.
Дэвид Кроненберг: Да, и он там есть. Он говорит: «Два часа назад, международное движение. Сейчас что? Забыли».

Роберт Паттинсон: Это также было одной из самых страшных вещей, когда мы снимали эту сцену. В самом начале это было пугающе. Там было около двухсот актеров, которые толкали машину. Но [внутри автомобиля] ты понимаешь, как легко Эрику игнорировать это. Мы снимали эту сцену внутри [машины во время бунта]. Если ты находишься в бронированном автомобиле, то ты можешь просто не обращать внимания на сумасшествие и беспорядок снаружи. Для тебя это ничего не представляет. Было отчасти пугающе думать о том, что будет после… Протестующие думают, что они делают что-то эффективное и существенное, а на самом деле это не так.

Дэвид Кроненберг: Ну, понимаете, вы собираетесь на Нью-Йоркскую фондовую биржу, а там стоят контрольно-пропускные пункты. И ты просто не можешь дальше ехать. Говорили, что до 11 сентября 2001 года на бирже проводились экскурсии. Каждый мог зайти туда и увидеть каждую часть этого механизма, но сейчас больше такого нет. Но люди, если убрать в сторону торговлю, счастливы, и они улыбаются. Это очень похоже на Эрика и его лимузин.

Помимо антикапиталистической составляющей фильма, еще одной вещью, которую я вынес из этой киноленты является то, что Пол Джаматти по-прежнему невероятно талантлив.
Роберт Паттинсон: Мне было немного страшно насчет каждой сцены, потому что я снимался с каждым в течение трех дней, и наша сцена с Полом была последней по графику. Но находясь рядом с этими независимыми ни от кого толстячками, ты, в некотором роде, до самого конца пребываешь в состоянии постоянной нервозности. Я был в таком состоянии, когда снимался в огромной сцене вместе с ним. К счастью, Пол, так же как и я, был напуган. По существу, я вообще не имел представления, что будет происходить. Но очень забавно, что мы снимали эту сцену, смеясь. Это странно. И та часть, в которой Пол делает вещи, имеющие отношение к женским туфлям и тому подобному. Я никогда ранее не был в такой сцене, в которой я начинал наблюдать за этим, и у меня возникало такое ощущение, как будто я смотрю сам фильм. Это было настолько потрясающе. Я даже камеры не видел. Я, в буквальном смысле, смотрел на Пола, а сам находился за пределами сцены. Я продолжал забывать свои слова, которые должен был сказать. Я имею в виду, что думаю, что это одна из самых лучших вещей, которые он когда-либо делал. Когда мы снимали эту сцену, я даже не мог разговаривать с ним об этом, потому что понимал, что если начну целовать ему задницу насчет того, чтобы снимать эту сцену, то просто не смогу на следующий день прийти на съемочную площадку. Я считал его потрясающим.

Давайте поговорим о той сцене, в которой тебя подстригают, и ты к этому моменту проходишь уже полпути. В течение всего оставшегося времени у тебя отчасти короткая стрижка. Как долго ты ходил с такой прической за пределами съемочной площадки?
Роберт Паттинсон: Долго! Мне понравилось это. Пугающей вещью было то, что для того, чтобы показать в фильме кожу головы, была сделана очень короткая стрижка.

Дэвид Кроненберг: Он актер, а не парикмахер. И он стриг волосы.

Роб, ты снялся в фильме Дэвида Кроненберга. После этого ты стал лучше понимать его работы? Например, мог бы ты объяснить мне, о чем фильм «Видеодром» (кинофильм режиссёра Дэвида Кроненберга)?
Роберт Паттинсон: Забавно, что вы заговорили о «Видеодроме». Потому что я читал много отзывов о «Космополисе», и все они были об одном и том же: «Это возврат к форме, похожей на фильм «Экзистенция» (научно-фантастический/психологический триллер режиссёра Дэвида Кроненберга 1999 года). И я такой: «Нет, это не так». Очевидно, что это ближе к «Видеодрому». Сейчас это прозвучит смешно, но я нашел «Видеодром», в некотором роде, мистическим фильмом. В основе «Экзистенции» лежит реальность, а «Видеодром» - это, отчасти, описание мечты. Большинство людей не находят мечты других интересными. Но иногда, если ты знаешь человека, это любопытно. По-моему, слушать, как люди говорят о своих мечтах, интересно, даже если я не знаю этих людей. Мне также нравится читать их дневники [смеется].

Но, да, если говорить о том, о чем этот фильм, то я не знаю. Я имею в виду, что понимаю странные вещи. Я эксперт в том, чтобы читать вещи неправильным образом. У меня появляется противоположная трактовка, даже в тех случаях, когда что-то является очевидным, особенно это касается сценариев. Я много раз проходил прослушивания ради чего-то. У меня могут быть такие мысли: «Этот парень плохой, да?» А мне ответят: «Нет, это «Дневник памяти». [Смеется]

Роб был неправ насчет «Видеодрома» или он правильно понял этот фильм?
Дэвид Кроненберг: Я не имею представления, о чем он говорил [смеется].

Роберт Паттинсон: [Смеется].

Дэвид Кроненберг: Так что я предполагаю, что это очень метко.

В некотором роде, я могу видеть сравнение этих фильмов, хотя «Космополису» необязательно иметь такое «ТВ-выше-реальной жизни» ощущение.
Дэвид Кроненберг: Ну, сцены в лимузине более сложны. Но также, в лимузине, город становится кадром. Через окна лимузина город представляется виртуальным. Он также может быть компьютерным. Фактически, это оказалось сгенерированным городом. Эрик создал это. И в «Видеодроме» тоже есть такой характер.

Это странно иметь так много фанфар, которые окружают фильм? У Вас было такое с Вашими предыдущими фильмами?
Дэвид Кроненберг: Ну, в прошлом, у меня было такое. В одном моем фильме снимался Джуд Лоу, а он был очень горячим, он был на подъеме. У него не было такого успеха типа «Сумерек», но у него было много поклонников. Так что, я работал с некоторыми очень известными людьми. Вигго после «Властелина колец» заработал огромную фанбазу. Все сводится к финансированию твоего фильма, а это очень прагматично для меня. Тебе нужен актер у которого будет достаточно звездной силы, чтобы заполучить деньги для фильма. И чем дороже фильм, тем больше такой силы требуется от актера. А после, это неуместно. Захотят ли поклонники Арагорна посмотреть фильм «Оправданная жестокость»? Арагорна там нет. Вигго в этом фильме, и если ты его поклонник, то посмотришь эту киноленту. Так же и здесь. Это не Эдвард Каллен, так что если ты его поклонник, то фильм «Космополис» не для тебя. Но если ты заинтересован Робом, то должен посмотреть это. Вот как все это выглядит для меня. Потому что, вот мы находимся на съемочной площадке, мы находимся в своем собственном пузыре, мы сидим в нашем лимузине, и нам нравится это. Нет никого вокруг, только команда фильма и актеры. Мы работаем над фильмом, и это потрясающий момент.

TIME: Роберт Паттинсон и Дэвид Кроненберг об автомобилях, "Космополисе" и заботливых поклонниках



"Я предполагаю, если люди думают, что волнуются за тебя, это мило. Это, вроде как, странно." - Роберт Паттинсон

Эрик Пэкер - холодный, харизматический управляющий активами, которого в "Космополисе" играет Роберт Паттинсон, за один единственный, роковой день совершает очень много всего интересного. В своем белом, вытянутом лимузине он пытается пересечь забитый пробками и протестующими Манхэттен, и все это в желании подстричься. Он теряет сотни миллионов долларов в губительной валютной операции. Он наслаждается полуденным сексом с привлекательным специалистом по безопасности, одетым в бронежилет, с электрошокером под рукой. С Жюльетт Бинош он тоже занимается сексом. К тому же, он терпит странно-эротическое обследование простаты, глядя в глаза потеющей коллеге. Он получает пирогом в лицо от "убийцы-кондитера", который ездит с командой папарацци. А еще, его, на самом деле, преследует потенциальный убийца.

Есть о чем поговорить! Но пресс-тур Паттинсона с "Космополисом", срежиссированным великим Дэвидом Кроненбергом и адаптированным из романа 2003 года Дона ДеЛилло, проходит в тени недавнего бульварного безумства, окружающего его разрыв с партнершей по фильму "Сумерки" Кристен Стюарт. (Заключительный фильм Сумеречной франшизы выйдет в ноябре.) "TIME" встретились с Кроненбергом и Паттинсоном — свежее лицо, милый, абсолютно приветливый, курит электронную сигарету — в окрестностях манхэттенского Сохо, на следующий день после Нью-Йоркской премьеры "Космополиса". Мы, в основном, оставались в теме, хотя, иногда по комнате неуклюже прокрадывался вампир-слон с разбитым сердцем.

"Космополис" был издан в первый год войны в Ираке, и на волне романов, которые так или иначе все были описаны как "после 11 сентября", но теперь на карты истории нанесены "Занять Уолл-стрит" и другие движения протестов во всем мире в 2011. Дэвид, в какой момент Вы столкнулись с книгой, и когда Вы узнали, что это будет фильм?
Дэвид Кроненберг: Это было приблизительно три года назад, и его привлекательность состоит не в том, что роман оказался наделен даром предвидения или из-за его места в истории. Это были персонажи, диалог, интенсивность, юмор — это непрестанно забавно. Я не стремлюсь что-либо утверждать. Однако, неизбежно, если ты делаешь что-то честно, то это скажет что-то о времени, в которое это делается. Когда роман вышел, люди говорили: "Все эта демонстрация на Уолл-стрит не очень убедительна." Теперь это само собой разумеющееся.

Роберт, диалог ДеЛилло гиперстилизован, очень строгий, и часто углубляется в теорию. Как Вы подошли к нему?
Роберт Паттинсон: Первое, с чем я объединился, был юмор. Все остальное казалось отчасти произвольным. Мне понравилось, это было абсурдно и по большей части разрознено. Я думал, что Эрик не понимает себя, так что, это было моей точкой зрения — играть роль, как будто ты не понимаешь роль. [Кроненберг весело смеется] Попытка остаться потерянным. Я заметил, что каждый раз, когда я входил в сцену с идеей или точкой зрения о том, как ее сделать, это бы ощущалось неправильно, и Дэвид бы знал, что это было неправильно. Когда я был отчасти где-то в другом месте, вообще не задумываясь — тогда это по-ощущениям было хорошо.

Как найти общий язык с Эриком, ведь его мир основан на технологиях — при том он познает мир издалека, посредством экранов, и таким образом, он изо всех сил пытается почувствовать что-то, через секс или стрельбу из оружия, или потерю своего состояния. Как вы думаете, люди могут сочетать такое отчуждение и желание прикоснуться к чему-то реальному?
Дэвид Кроненберг: Один из инвесторов в фильм - подлинный французский миллиардер по имени Эдуард Карминьяк. Он известен, как французский Уоррен Баффетт. Он хотел быть причастен к этому фильму, потому что он сказал, что это было абсолютно метко. Он знает много людей, которые походят под этот персонаж, кто создал этот странный пузырь, в котором они живут. В пределах этого пузыря они очень живые и все контролируют, и все же они полностью отрезаны от обычного человечества, нормальных отношений. Так, Эрик Пэкер говорит своей жене такую вещь, как: "Так говорят люди, верно?" Он пытается остаться вне этого, потому что он действительно не знает. Он имеет дело с миллиардами долларов, но он фактически никогда не касается реальных денег, и он не знает, как в реальности заплатить за вещи. Конечно, Карминьяк не думает о себе как о таком человеке, но он признает это полностью. Таким образом, я отношусь к его словам не с такой уж большой натяжкой. Люди создают для себя лимузин, маленький космический корабль, маленький стеклянный колпак, в котором они изолируют себя от вещей, которые причиняют боль.

Роберт Паттинсон: Я думаю, что Эрик запутался между подлинной властью и эго. Он смешал эти два понятия. Я думаю, что много людей на той работе считают, что сочувствие - слабость, тогда как, он понимает, что это - сила. Я прочитал многое, что описывает Эрика, как монстра, но я всегда думал, что в истории была обнадеживающая прогрессия. Его самая большая проблема состоит в том, что он полностью самоодержим. Но он делает маленькие шаги к достижению соглашения с этим. У него, в любом случае, была затянувшаяся юность, и он действительно умен, он - ученый. Некоторые люди настолько укоренились в своем мнении о себе, и он понимает, что единственный шок, который может вырвать его из себя - то, что кто-то собирается его убить.

Вы рассматриваете "Космополис" также как историю об известности? Эрик находится в пузыре, люди, которых он не знает, знают его, они в их голове складываются рассказы в голове, и...
Дэвид Кроненберг: Нет, я так не думаю. Это походит на "лондонского кита" (примечание переводчика: "Лондонский кит” — это прозвище загадочного трейдера, заработавшего за год на рынке ценных бумаг более ста миллионов долларов для банка J.P. Morgan Chase, правда в итоге банк потерял из-за этих операций более 2 млрд. долларов) — никто не знает, как выглядит этот парень, никто не знает, где он живет. Это - его сила, как торговца: никто не может предсказать его, никто не понимает его. Я думаю, что Эрик нечто подобное. Внешне его лимузин выглядит как любой другой. На его пути встретился только один парень, который захотел бросить в него пирогом, за которым следовали папарацци. Но Эрик может обедать и вокруг никого не будет, он может пойти в небольшой ресторан со своей женой, и никто его не побеспокоит. У него есть один парень из службы безопасности, но только и всего. У него нет поклонников.
Роберт Паттинсон: Я думаю, мир был бы намного лучшим местом, если все эти банкиры и миллиардеры, сопровождались и тщательно изучались папарацци. Как только люди рассматривают что-то очень близко, все это просто рушится.



Я воспринимаю "Космополис", как притчу об известности, отчасти потому, что в актерском составе Роберт, а у Роберта очень интенсивный и специфический тип глобальной известности.
Дэвид Кроненберг: Это важный элемент, когда ты хочешь финансирования фильма. Ты не можешь привлечь инвесторов без актера, который популярен. Кроме того, мы хотим разделить. Когда мы снимаем кино, мы находимся в нашем лимузине, нашем небольшом пузыре. Вокруг нет никого больше. Это просто мы. В тот момент другие фильмы Роба не существуют, и мои фильмы не существуют. Я не думаю о связях между ними.

Говоря о других Ваших фильмах, у "Космополиса" есть некоторое сходство с фильмом Дэвида "Автокатастрофа", в котором действие происходит в автомобиле, и автомобиль очень эротизированное пространство. Есть удивительная сексуальная сцена с Эриком и специалистом по безопасности, Кендрой. В сцене как эта, каждое движение отточено, как в балете или там есть место для импровизации?
Роберт Паттинсон: Это была, наверное, одна из самых трудных сцен в фильме. В сценарии она не была сценой секса. В сценарии мы закончили заниматься сексом, и одевались. [К Кроненбергу:] "Я думаю, что вы сказали мне только примерно за день до". [Смеется]

Дэвид Кроненберг: Ну, я не думаю, что стоит пугать моих актеров. Так или иначе, нет ничего, что вы можете сделать, чтобы подготовиться. Ничего бы не изменилось, если бы я сказал тебе на неделю раньше.

Роберт Паттинсон: Я бы поделал какие-нибудь приседания.

Дэвид Кроненберг: Да, ну, в общем, это бы не помогло. Я сказал, что сцена становится интереснее, коварнее и лучше, если вы фактически занимаетесь сексом. Когда Кендра говорит, что это эротично, быть так близко к человеку, которого кто-то хочет убить, очевидно, что так лучше, чем если бы они одевались на противоположных концах комнаты.

Роберт Паттинсон: Мне нравится момент оргазма — кажется настолько очевидным достичь вершины, а затем он такой: "Ты считаешь это интересным?" Я смеялся.



Расскажите мне о лимузине. Это удивительно, как Звезда Смерти, созданная Дж.Г. Бэллардом. Роберт, действительно ли это было клаустрофобным, провести так много времени, действуя в этом космосе?
Роберт Паттинсон: У сидения была наклонена спинка, то есть, ты никогда не мог выглядеть полностью расслабленным и влиятельными, то есть с любого ракурса, ты отчасти походил [резко падает и откидывается немного назад, выглядя озадаченным]. Я постоянно пытался изображать власть, но я всегда находился словно в промежуточном положении. Мне понравилось это через некоторое время, но я помню первый раз, когда я сел, я думал: [шепотом] "Черт, я не могу сидеть тут, это словно трон, это не сработает."

Дэвид Кроненберг: Это и было разработано, как трон. Я хотел, чтобы там был визуальный эквивалент его смыслу власти и идеи, что он создал пузырь, в котором он - абсолютный хозяин, и он заставляет людей войти в это пространство для секса, для беседы, для дел. Автомобиль был местом съемки, и все это состояло приблизительно из 25 частей, таким образом, вы могли менять ракурсы и освещение в нем и разбирать его. Я снимал очень широкоугольными объективами.

Роберт Паттинсон: Большую часть времени камера находится на кронштейне, то есть с дистанционным управлением. Обычно, если есть камера, ты непроизвольно взглядом заглядываешь в объектив. Но уберите это, и это становится странной вещью, когда у тебя взаимоотношения с машиной, и отсутствие человечности — даже звук в лимузине был каким-то мертвым, словно мы были в студии звукозаписи. Все это словно, "я такой беспомощный.” Парень по звуку всегда ползал на полу и зажимался в угол, и он был единственным человеком, который был там большую часть времени. Я просто смотрел на этого маленького французского парня, корячащегося вдалеке от меня, и это мои единственные серьезные отношения на съемочной площадке.

Дэвид Кроненберг: Я помогал ему отделиться от всего. Мне нравится помогать моим актерам.



Как Вы помогали Роберту в сцене обследования простаты? В ней кажется не так много хореографии.
Дэвид Кроненберг: Все там было! Это было словно самое трудноразрешимое. Было не просто найти правильный ракурс.

Роберт, у Вас есть какие-либо подсказки для актеров, которым придется играть сцену обследования простаты?
Роберт Паттинсон: Я был приблизительно в трех дюймах от лица Эмили [Гэмпшир], что облегчило это, потому что, на таком расстоянии она не могла оценить того, что я делаю, но факт этой близости означал, что у меня была власть...

Дэвид Кроненберг: Так и было!

Роберт Паттинсон: ... в очень оскорбительной ситуации. Это было, вероятно, самым сильным, что я чувствовал во время создания всего фильма. И только позднее я узнал, что обследование простаты занимает всего несколько секунд.

Дэвид Кроненберг: Это занимает буквально 12 секунд. Если это продолжается дольше, то ваш доктор пытается вас совратить.



Над какими следующими фильмами Вы начинаете работать?
Дэвид Кроненберг: Я хотел бы поработать с Робом снова, и особенно, я думаю, что Роб и Вигго Мортенсен [звезда фильмов Кроненберга "Оправданная жестокость", "Порок на экспорт" и "Опасный Метод"] были бы фантастическими вместе. Но мне нужно сесть и написать свой фильм Роб-и-Вигго. У меня нет своего следующего фильма. Был момент, когда стал возможным "Порок на экспорт-2", но это развалилось по различным причинам. Брюс Вагнер написал сценарий под названием "Звездные карты"; в нем есть роль и для Роба, и для Вигго. Мы посмотрим, сможем ли мы финансировать его. Выглядит так, что "Космополис" было легко финансировать, это было не так.

Роберт Паттинсон: Я собираюсь сниматься в этом фильме ["Операция: Черный список"] об Эрике Мэддоксе, армейском следователе, который был одним из главных людей, ответственных за розыск Саддама Хуссейна. Он работал с JSOC [Совместное командование специальными операциями], который, как предполагается, не существует, и они нашли Саддама Хуссейна сами, но они не могли сказать, что это были они. История сумасшедшая, абсолютно странная. Это реально крутой режиссер по имени Джин-Стефан Совер. Мы собираемся снимать в Ираке следующим летом. В январе я снимаюсь в другом фильме [The Rover] с Дэвидом Мишо, который сделал австралийский фильм "По волчьим законам" — это будет футуристический вестерн с Гаем Пирсом.

Прежде, чем мы закончим, Роберт, простите меня за это, но я должна спросить: "На что это похоже, когда миллионы людей, волнуются о Вас и надеются, что Вы в порядке?"
Роберт Паттинсон: Я предполагаю, если люди думают, что волнуются за тебя, это мило. Это вроде как странно.

Дэвид Кроненберг: Они реагируют на то, что как они думают, им известно, но они не знают. И они вкладываются в такое количество жизней, с которыми они не связаны вообще. Разговор о разделении.

Роберт Паттинсон: Но в то же самое время, мир - довольно жестокое место, таким образом, независимо от того, что вдохновляет людей внезапно чувствовать эту доброту, надо надеяться, они будут смотреть на себя, и они будут смотреть на свои собственные жизни и понимать, [преисполненный благоговейного страха, голос "эврика-момента"]: "Я способен сочувствовать людям!"

"Моя способность сопереживать абсолютному незнакомцу помогла мне сопереживать людям, которых я знаю на самом деле!"

Роберт Паттинсон: "Эй, я научился кое-чему!"

NEXTMOVIE.COM: Роберт Паттинсон и Дэвид Кроненберг измеряют глубину "Космополиса"



"Вы наверняка слышали о фильме «Космополис», стильной сюрреалистической экранизации романа Дона ДеЛилло, но слышали ли вы о режиссере Дэвиде Кроненберге и актере Роберте Паттинсоне, становящихся все более успешными?

Это шутка. Кроненберг, конечно, это человек, снявший «Опасный метод» и «Порок на экспорт», в то время как Паттинсон – сила, заставляющая трепетать сердца невероятного числа поклонников, благодаря романтической главной роли в популярной «Сумеречной Саге». Такой тандем, который считался маловероятным во многих статьях, стал логическим шагом для Паттинсона, который с выходом последней части «Сумерек» в ноябре избавится от своих вампирских клыков. Актер уже заложил хороший фундамент для серьезной карьеры своими другими ролями, как например, главной ролью в фильме прошлого года «Воды слонам!»

Нас интересовал вопрос, какой эффект произвел выбор кумира молодежи на главную роль в очень взрослом кино, и на этой неделе, у нас был шанс спросит об этом напрямую у первоисточника. Мы поговорили с Кроненбергом и Паттинсоном об их отношении к закоренелым твай-хардам, и узнали их мнение по поводу того, что в последнее время выдающиеся режиссеры связывают свои имена с фильмами о супергероях (кстати, Кроненберг считает, что это нелепо и смешно).

Выбирая на роль Роберта Паттинсона, у вас возникла интересная напряженность между большим числом его поклонников, большинство из которых девочки-тинейджеры, и фильмом, который мог бы быть недоступным для их понимания. Этот конфликт интересов волнует вас?

Дэвид Кроненберг: Что касается кастинга, то это совсем не было проблемой. С другой стороны, что было действительно интересно так это то, что пока мы снимали фильм, то как появлялись эти сайты, посвященные «Космополису», которые создавали фанаты «Сумерек» и поклонники Роба, где они читали книгу и делились своими впечатлениями о книге и обсуждали, как это может сработать в фильме. На самом деле, я сначала не думал, что они обязательно станут целевой аудиторией этого фильма, но потом я начал считать: «Ну, часть из них определенно ей [аудиторией]станет». И это захватывающе, потому что аудитория - это молоденькие девушки, которые возможно прочитали «Сумерки» и «Гарри Поттера», и вдруг они читают Дона ДеЛилло. Это очень хорошо.

Я на самом деле не принимаю в расчет аудиторию, когда снимаю фильм… Я делаю это для себя и для всех нас, кому нравится сценарий. Я делаю это и для зрителей, но это что-то вроде неизвестной и аморфной аудитории, таким образом, любой, кто причисляет себя к этой аудитории, нам подходит нам, давайте скажем это так.

Роберт, зная, что более молодые фанаты будут противиться другим жанрам, тебя беспокоит то, что тебе надо более внимательно выбирать роли? Ты принимаешь это во внимание?

Роберт Паттинсон: Я чувствую ответственность перед самим собой. Если ты делаешь свою работу только ради денег, возможно, ты тоже демонстрируешь неуважение к своим зрителям. Это никому не приносит ничего хорошего. Это и для тебя нехорошо. Единственное, что я действительно знаю, это надо делать то, что по моему мнению потом было бы интересно смотреть. И если я берусь и делаю это [фильм], я чувствую, что тогда многому научился, работая над фильмом и смотря его. И таким образом, я не знаю, но думаю, что я в этом случае исполнил свои обязанности. Я считаю, что ты делаешь это [выполняешь свои обязанности] разными способами. Но знаете, думаю, что круг твоих обязанностей также включает и провалы. Я имею в виду, что ты можешь научиться чему-нибудь, снимаясь и в плохом фильме.

Перед тем как сняться в «Космополисе», ты думал о том эффекте, который может оказать твое участие на то, как изменится его целевая аудитория?

РП: Нет, меня просто одолевал страх, что я плохо сыграл в этом фильме. Я имею в виду, это то, что я думал вплоть до самого Каннского фестиваля. За день до Каннской премьеры, Дэвид сказал что-то вроде: «О, да. Я на полном серьезе ожидаю, что люди будут демонстративно покидать зал». К тому моменту я знал, что мне очень нравится этот фильм, но я все еще был в ужасе о того, что, как мне казалось, что я буду вынужден вступить в драку с тремя тысячами людей, если они станут освистывать фильм или что-то в этом роде (смеется).

Ты думал, что люди будут вставать и уходить? Это из-за того, что твой персонаж такой из ряда вон выходящий? Он, возможно, социопат, склонный к антиобщественным поступкам.

РП: Я думаю, что история с демонстративным уходом с показа это просто культура производства фильмов, я имею в виду, оно [производство] становиться потребительским. Люди думают, что их обидели, если это вызывающий фильм, требующий сил для понимания. Это так странно. Люди сидят в кинотеатре, смотрят фильм и знают, что он полный отстой, а также знают, что потом они будут рассказывать всем своим друзьям, что этот фильм полной отстой, но сидят и продолжают смотреть этот отстой (смеется). Но они будут смотреть фильм, зная, что он хороший, но не примут его и будут вынуждены уйти и чувствовать себя обманутыми и обиженными. Я ни разу в своей жизни не ушел ни с одного фильма. И люди сильно обидятся на это, они не могут это принять.

ДК: Я думаю, что те, кто уходят из кинотеатра, я знаю об этом лишь по сообщениям твай-хардовских вебсайтов, где девушки писали: «Я была в шоке от этих людей, которые покидали зал посреди фильма». Они уходили потому, что здесь есть много о чем поговорить. Они не могут впитать это, и не могут позволить всему, что есть в фильме, как бы омыть себя и не беспокоиться из-за этого, а это именно то, как надо смотреть этот фильм. На самом деле все, что говорится в фильме имеет смысл, и это очень умно и здраво, конечно, потому что это ДеЛилло, но, к сожалению, вы не можете постичь все это сразу. Все это вываливается на вас слишком быстро и, все так ясно и четко сформулировано.

РП: Люди паникуют.

ДК: Да, вам следует просто позволить этому окутать вас, и вполне естественным образом, это проникнет в вас или нет. Все это не собирается ранить вас, но люди не могут это принять. Я думаю, что это все абсолютно никак не связано с персонажем, которого играет Роб, потому что, я хочу сказать, что от Ганнибала Лектора кровь стынет в жилах, но никто не уходил посредине этого фильма. Хотя Эрик [персонаж Роба]… умный и привлекательный.

Дэвид, вы снимали драмы и ужасы. Некоторые довольно значительные режиссеры перепрофилировались совершено чудесным образом на съемки фильмов о супергероях. Вы думали над тем, чтобы сделать тоже самое?

ДК: Не думаю, что эти режиссеры возведут их [фильмы о супергероях]в ранг высокого искусства. Я думаю, что это по-прежнему останется Бэтмен, бегающий в дурацком плаще. Я просто не считаю это высоким искусством. Лучший фильм Кристофера Нолана [прим. переводчика: Нолан является режиссером последнего фильма о Бэтмене «Темный рыцарь»] - это «Помни» (Memento), вот это действительно интересное кино. Думаю, что его фильм о Бэтмене даже вполовину не такой интересный, хотя он на 20 миллионов долларов дороже. Что в этом интересного, так это то, что он занимается технической стороной кинематографа, как вы знаете, он снимает по технологии IMAX и 3-D. Это действительно очень сложно и интересно делать. Я читал об этом в журнале «Американский кинематограф» (American Cinematography Magazine), и с технической стороны это все очень интересно. Но как по мне, это кино в большинстве своем скучное и неинтересное.

Как вы думаете, содержание фильма препятствует превращению его в форму высокого искусства?

ДК: Абсолютно. У каждого, кто работает в системе киностудий, есть еще 20 человек, которые наседают на него все время, и у них нет уважения к тебе, нет… при этом неважно, насколько ты был успешен до этого. И очевидно, что у Нолана был большой успех. У него много власти, в этом отношении. Но фактически у него нет этой власти.

Так что, Ваш ответ «нет»?

ДК: Я бы сказал, что это «нет». И проблема в том, что у вас есть… как я говорю, вы можете делать что-то интересное, возможно какие-то неожиданные вещи. И конечно, я снимал фильмы в жанре хорор (фильмы ужасов), и люди спрашивают: «А можно сделать из фильма ужасов предмет искусства?». Я бы ответил: «Да, думаю, можно». Но фильмы о супергероях - по определению, это комиксы. Это для детей. В его основе подростковый возраст. Этот жанр всегда был привлекателен для этого возраста. И я думаю, что люди, которые говорят, ну, вы знаете, что-то в духе: «Фильм "Темный рыцарь: возрождение легенды” - это высшая форма кинематографического искусства», я думаю, что они просто не понимают, какого черта они несут.

Определив, что такие фильмы являются ужасно заурядными и скучными, Роберт вопрос к тебе - есть что-то, что ты бы никогда не стал делать?

ДК: Я сыграл бы Бэтмена, если был бы актером.

РП: Актеры всегда думают, что они могут улучшить все, что угодно. Чем хуже сценарий, тем больше актер…, я имею в виду, это забавно, ты, читаешь худший сценарий, который когда либо видел, затем разговариваешь с каждым и идешь… , я всегда разговариваю со своими агентами и однажды мне присылают такой сценарий, и мои агенты говорят что-то в духе: «Мой Бог, это самая ужасная вещь за всю историю». Но реально, если дело просто только в этом персонаже, ты говоришь что-то типа: «Ну, я не знаю. Я думаю, что мог бы сделать что-то с этим». Кроме того, мне никогда не предлагали роли супергероев. Я недостаточно накачан (смеется).

ДК: Роб, не волнуйся. Они наденут на тебя забавный костюм. Тебе не надо быть качком.

MTV News: Все, что вам нужно знать о "Космополисе" Роберта Паттинсона



Если вы ждете, что срежисированный Дэвидом Кроненбергом фильм станет просто следующим проектом Паттинсона, то вы, вероятно, будете удивлены.

Для некоторых "Космополис" может быть просто следующим фильмом Роберта Паттинсона, но эти люди не знают о странностях, которые скрывались за камерой у легендарного режиссера и главного мужчины подростков. Если вы планируете увидеть "Космополис" в эти выходные, вот несколько вещей, который вам стоит узнать. Вы узнаете все о "Космополисе": от оригинального литературного источника фильма до информации о Дэвиде Кроненберге. Чтобы узнать еще больше о фильме, посмотрите "MTV First: Роберт Паттинсон", который состоится в четверг в 19:49 по восточному (03:49 по моск.) времени на МТВ и MTV.com.

Книга

История "Космополиса" началась в 2003 году, когда автор Дон ДеЛилло выпустил одноименный роман. Книга повествует об 28-летнем мультимиллионере Эрике Пэкере, который пересекает Манхэттен в своем технологически продвинутом лимузине, чтобы сделать стрижку.

Роман ДеЛилло смотрит на современное общество и капитализм сквозь сюрреалистический объектив, приобретая схожесть с "Улиссом" Джеймса Джойса (примечание переводчика: Джеймс Джойс — ирландский писатель и поэт, представитель модернизма. "Ули́сс" - второй (и наиболее известный) его роман, повествующий о событиях 16 июня 1904 года (В Гельсингфорсе при покушении смертельно ранен генерал-губернатор Финляндии)).

MTV "The Movie Brawl"

Несмотря на все изначальные шансы противостояния, "Космополису" удалось побить "Голодные игры" и "Темного рыцаря: Возрождение легенды", и стать победителем "The Movie Brawl" МTV. Голосующие выбирали, какой из фильмов в 2012 году они ожидают больше всего, и поклонники Паттинсона вышли миллионами, чтобы поднять "Космополис" на верхушку.

Результаты "The Movie Brawl", вероятно, шокировали режиссера Дэвида Кроненберга больше всех. "Вы знаете, я следил за этим! Я шокирован!", - сказал Кроненберг MTV News. "Я шокирован, удивлен и действительно доволен. Это доказывает, что поклонники фильмов непредсказуемые, очень интересные и действительно страстные. Это просто фантастика. Я бы никогда не подумал, что это случится".

Дэвид Кроненберг

Вот причина, по которой Кроненберг настолько шокирован победой: "Космополис" имеет Паттинсона в главной роли, но сам фильм и остальная фильмография Кроненберга очень редко движется по направлению мейнстрима. Канадский режиссер начинал карьеру, снимая странные фильмы ужасов, прежде чем перейти к более сюрреалистическим арт-хаусным фильмам, таким как "Обед голышом" и "Автокатастрофа". Многие отметили, что фильм "Космополис" возвращает в ту эру фильмографии Кроненберга.

Выбор Паттинсона

Когда Кроненберг решил взяться за "Космополис", он знал, что требовалась такая приманка, как Паттинсон, чтобы получить финансирование для проекта. Режиссер рассказал MTV News, что это была его собственная интуиция, и что менее известные фильмы Паттинсона убедили его в том, что Роб - верный выбор. "В конечном итоге, я почувствовал, что он был тем парнем. Опять же, интуиция", - сказал он. "Я видел его фильмы, включая те, о которых Твайхарды возможно и не знают, например "Отголоски прошлого". Может быть, они видели "Помни меня". Я не знаю".

Если вам интересно послушать о "Космополисе" от Роберта Паттинсона, и, возможно, получить ответ на один из ваших собственных вопросом, посмотрите "MTV First: Роберт Паттинсон" в этот четверг на MTV. Паттинсон представит в эфире клип из фильма, который, после 30-минутного интервью, немедленно появится на MTV.com.

GiltMANual: Дениз Кроненберг говорит о стиле Роберта в фильме «Космополис» и за его пределами



Костюм Роберта Патинсона в фильме был пошит по специальному заказу или его могут заполучить и обычные граждане?
Дениз: В фильме Эрик носит костюм от Gucci: коллекция Signoria - пиджак на двух пуговицах с лацканами в черном цвете. Безусловно, его могут приобрести и обычные граждане.

Потрясающий костюм. Когда Вы его выбирали, как Вы поняли, что он именно то, что нужно?
Дениз: Человека делает его одежда. Костюм, белая рубашка, тонкий черный галстук, туфли и ремень (все от Gucci) помогли Робу стать Эриком. Как только Роб надел их, я почувствовала его персонажа, и глядя на него полностью одетого в столь подходящую одежду, я поняла, что сделала правильный выбор. К тому же, он так красиво умеет носить костюмы.

Двадцатипятилетний опыт также помог принять решение с выбором одежды. Я, на самом деле, знала, что это правильный выбор, ведь я и раньше видела, как на Робе сидят костюмы. В этом костюме прекрасный покрой и ткань, вот почему я остановила свой выбор на нем.

Редакторы мужских журналов любят поговорить о том, как по-разному можно носить костюм. Роб, в свою очередь, устраивает мастер-класс по этому вопросу в фильме. Как каждая эволюция (полностью костюм, только рубашка и брюки, без галстука) схожа с изменениями во внешнем виде Эрика в течение всего дня?
Дениз: После прочтения сценария и общения с режиссером было понятно, что в начале фильма Эрик облачен во впечатляющий и безукоризненный костюм. Но, вместе с тем, как его жизнь начинает изменяться, меняется и его внешний облик.

Я всегда оставляю право за актером решать, на сколько пуговиц должна быть расстегнута его рубашка, или как он хочет оставить галстук, быть в пиджаке или без него – все, что может помочь ему сыграть сцену в фильме. Мы (Дэвид, Роб и я) решили, что Эрик никогда не должен выглядеть слишком неопрятно.

Мы попытались бы забрать домой что-нибудь из гардероба после окончания съемок. Такое случается?
Дениз: Да, обычно люди забирают или пытаются забрать одежду домой во время или после съемок. Роб забрал один из костюмов домой (у нас было семь одинаковых), но я спросила его, хотел бы он еще один. У него так много собственных костюмов, что ему, на самом деле, они не нужны.

Вы проделали чертовски потрясающую работу, одевая Роба в фильме. Какой совет Вы бы ему дали на счет одежды для красных ковровых дорожек, если таковой имеется?
Дениз: Совсем не трудно одевать Роба и сделать так, чтобы он выглядел потрясающим. На нем отлично сидят костюмы, в том числе и от Gucci. Мой совет ему – продолжать носить Gucci. Беспроигрышный вариант.

А что насчет повседневной жизни?
Дениз: Вне камеры Роб выглядит очень расслабленным и это его личное предпочтение. Это также способ попытаться спрятаться с помощью бейсбольной кепки, например, но, на самом деле, ему просто так удобно. В этом весь он.

Indiewire: Дэвид Кроненберг хвалит Роберта Паттинсона



Почему на роль холодного как лед 28-летнего хозяина Вселенной Вы выбрали Роберта Паттинсона?
Дэвид: Ты, конечно же, начинаешь с основ. Подходящего ли он возраста для персонажа? Чувствует ли он уверенность, появляясь на экране? Для того, чтобы удержать интерес зрителя на протяжении всего фильма тебе, понятное дело, требуется тот, кто обладает харизмой. Он в каждой сцене без исключения, это необычно. Вы хотите, чтобы это был кто-то проверенный; кто-то, на кого люди хотят смотреть; кто-то, кто никогда не будет скучным.

Я знал, что я весь фильм буду сосредоточен на его лице, поэтому мне хотелось, чтобы это был кто-то, чье лицо постоянно меняется, со всех ракурсов. У него должны были быть навыки для такого сложного диалога. Искусство кастинга – это вещь интуитивная, умение увидеть по тому, что он сделал раньше то, что он мог бы сделать и это.

Существовало ли какое-то конкретное исполнение роли, которое вселило в Вас уверенность?
Дэвид: Я видел его в фильме "Отголоски прошлого", где он сыграл молодого Сальвадора Дали. Он сымитировал испанский акцент, он не побоялся сыграть персонажа неоднозначной сексуальной ориентации и эксцентричности. Пожалуй, именно это из всего, что я видел, заставило меня думать о том, что он был подходящим парнем.

Выбирая Паттинсона, держали ли Вы в голове фактор, касающийся привлекательности/способности располагать к себе, благодаря которому он понравился бы зрителям, несмотря на то, какого персонажа он играет? Что-то вроде уязвимого местечка?
Дэвид: Я об этом действительно не беспокоюсь. Мне хочется, чтобы главный герой в фильме был интересным, захватывающим и сложным, а фактор с привлекательностью для меня находится в конце списка. Это не суть важно, потому что это упрощенный аспект для главного героя – быть привлекательным. Он должен быть смотрибельным, вот это ключевой момент, и захватывающим. Если он привлекательный, и это работает на проект, то здорово, позвольте ему быть привлекательным. Если нет, то меня это не волнует. Существуют актеры, которые не хотят играть непривлекательных персонажей, боясь, что это может навредить им, как звездам, или сказаться на них лично.

Актеры, которые больше заинтересованы в том, чтобы быть актерами, а не звездами – такие, как Вигго Мортенсен – не переживают насчет того, привлекательно они выглядят на экране или нет. Каким образом Паттинсон удивлял Вас?
Дэвид: Он удивлял меня буквально каждый день, пока читал диалог и взаимодействовал с другими актерами. Мы практически каждый день подкидывали ему разнообразные факторы в силу структуры сценария. У него действительно имеются расширенные сцены. Под конец с одним актером, Полом Джаматти, он действительно позволил всему быть таким, каким оно будет, здесь он не держался за заранее просчитанную идею о том, что ему следует делать. Он спонтанно реагировал на других актеров, когда они удивляли его, и он удивлял их. Он был великолепен, не был предсказуемым и скрупулезным.

Как много дублей Вы делаете?
Дэвид: Один или два. Весь последний эпизод был длинным трехминутным дублем с Джаматти в этой 22-минутной сцене.

ПРОМО "КОСМОПОЛИСА" В США: Интервью Р.Паттинсона и Д.Кроненберга для Associated Press



Дэвид Кроненберг: Вы знаете, это искусство. Сложный, интересный фильм. И я думаю, в конечном счете, он занимает определенную нишу в производстве фильмов. Вот как его можно оценить. Это не счет в игре на лучшие кассовые сборы за уикенд.
Роберт: Успех уже в том, что он снят.
Дэвид Кроненберг: И снят. На самом деле, все, кто участвовал в его съемках, были довольны им. История фильма показывает, что некоторые плюсы мы не распознали поначалу, а спустя какое-то время они стали видны.
Роберт: Приятно знать также и то, что он кому-то не понравился. Они ошибаются.
Дэвид Кроненберг: Да, да. Всегда можно так сказать. Перед началом этого фильма мы можем сказать: "Если вам не нравится, вы ошибаетесь".

Роб, ты прислушиваешься к отзывам критиков, читаешь их?
Роберт Паттинсон: Конечно, да. Все так делают. Всегда, когда актеры говорят: "О, я не смотрю свои работы", - они просто лгут. Я по-настоящему одержим рецензиями. И... это же просто часть твоего конечного потребителя.
Дэвид Кронененберг: Мы с Робом оба... я очень несведущий в денежных вопросах. Лучшее, что я могу сделать, это прикинуть бюджет фильма, и думаю, что это максимум. Я даже ничего не знаю про акции.
Роберт: Я знаю только как пустить их все на ветер. Это все. Я профи.
Дэвид Кроненберг: Да. Это важно.

"КОСМОПОЛИС": Эрик встречается с Бенно - новый отрывок из фильма



Если вы уже видели фильм "Космополис", это ваш шанс насладиться оригинальными голосами и произношением актеров. Если по каким-либо причинам не смогли посмотреть, это ваш шанс хотя бы частично уловить магию Кроненберга. В любом случае, это новый отрывок из фильма от сайта Fandango, и только вам решать, что с ним делать.

ПЕРЕВОД:

Бенно: Ты узнал меня?
Эрик: Я не отчетливо тебя вижу.
Бенно: Сядь. Поговорим.
Эрик: Да. Мне нравится. Сядь, поговорим. У меня был длинный день. Вещи. Люди. Время для философской паузы. Время подумать.

СКРИНКАПСЫ



НАША ГАЛЕРЕЯ >>>>

The Boston Globe: Интервью Роберта Паттинсона и Дэвида Кроненберга



Культовый режиссер Дэвид Кроненберг и звезда "Сумерек" Роберт Паттинсон на этой неделе в рамках промоушена своего нового психологического триллера под названием "Космополис" дали сигнал к открытию Нью-Йоркской фондовой биржи. Оба мужчины согласны с тем, что их визит был несколько странным. Ведь, в конечном итоге, снятый по книге Дона ДеЛилло "Космополис" представляет собой критику в адрес капитализма, и, несмотря на то, что роман был опубликован в 2003 году, в нем говорится о ситуации, схожей с движением "Захвати Уолл-стрит" и создается проблематичный портрет пустоты людей, входящих в 1%.

Английский актер и канадский режиссер, побеседовавшие с нами по телефону вскоре после того, как Паттинсон побывал на ток-шоу "Good Morning America", признались, что их опыт работы с "Космополисом", как, в общем и сам фильм, был время от времени странным, несколько некомфортным и с долей иронии. Странность фильма самого по себе – первый аспект. Далее идут "сумеречные" поклонники, которые достаточно любят Паттинсона, достаточно для того, чтобы подвергнуть себя фильму про экономику с рейтингом R, в котором имеется эксцентричный миллионер, которому в задней части лимузина осматривают простату. К странностям добавляется и то, что Паттинсон вовлечен в очень публичный скандал с изменой; его давняя девушка Кристен Стюарт недавно извинилась за свою неверность с Рупертом Сандерсом, режиссером фильма "Белоснежка и охотник".

После этого Паттинсон исчез на несколько недель, и, по слухам, скрывался в доме Риз Уизерспун, однако затем, он, к радости папарацци, появился для того, чтобы заняться промоушеном "Космополиса" на красной ковровой дорожке и в других местах.

Это было странное путешествие, однако Кроненберг и Паттинсон, кажется, чувствуют себя поразительно комфортно, по крайней мере друг с другом посреди всей этой неловкости.

Вы оба говорили о том, что вы снимали этот фильм в хронологической последовательности. Я знаю, что во многих фильмах последние сцены снимаются первыми. Было ли это роскошью, снимать фильм от начала до конца?
Кроненберг: Это одна из сложнейших вещей, которые мне, как режиссеру, некогда довелось узнать. Я имею в виду, когда ты вдруг неожиданно вынужден снимать последнюю сцену фильма первой… Это сложно и для актеров, потому что они еще не знают кто они, а им уже нужно сниматься в сцене смерти. Я, как актер, принимал участие в фильме "Ночной народ" Клайва Баркера, и первой вещью, которую мы снимали, стала сцена, в которой моего персонажа убивают. Я сказал типичную для актера вещь: "Откуда мне знать, как умирать, если я еще даже не жил?". Так что это, в некоторой степени, роскошь. Я думаю, Роб может рассказать об этом.

Паттинсон: Я согласен (смеется). Я не думаю, что могу что-то здесь добавить.

Вы оба были весьма откровенны в своих интервью в плане того, что точно не знали, как этот роман можно превратить в фильм и что это значило для вас. Теперь, когда вы завершили работу над фильмом, имеется ли у вас различная интерпретация текста?
Паттинсон: Мне нравится это. Я не думаю, что путаница – это обязательно плохая вещь. К настоящему времени мы дали уже сотни интервью, а я по-прежнему обнаруживаю себя находящим новые вещи, которые можно сказать.

Кроненберг: Те заявления, которые мы сделали и которые были очень откровенными, могут быть истолкованы так, словно мы были непригодны, некомпетентны. Но, вовсе нет. Я, например, не делаю раскадровок, поскольку действительно не знаю, что я буду делать в каждом месте и в каждом кадре. Все это очень спонтанное и моментное, даже то, какие линзы для камер использовать. Вот о чем мы говорим. У нас нет ничего заранее просчитанного. Мы полагаемся на сценарий и диалоги, которые на все сто процентов принадлежат Дону ДеЛилло и взяты прямиком из романа. Мы знаем, что в том случае, если мы будем следовать этому… то фильм получится последовательным.

Вы дали сигнал к открытию Нью-Йоркской фондовой биржи. Каким это было? И что, как вы думаете, люди, которые были там, подумали бы о фильме, если бы они посмотрели его?
Кроненберг: Во всех залах фондовой биржи имеются мониторы, которые встроены в стены, и на всех этих мониторах показывались ролики из "Космополиса". Все люди, которые встречали нас там, были невероятно взволнованы насчет фильма и действительно хотели увидеть его. Они были очень дружелюбными и милыми, и я неожиданно подумал: "Какое прекрасное, дружелюбное лицо капитализма. Я не знаю, почему я был против него так долго. Думаю, я собираюсь приобрести немного акций". (Паттинсон смеется) И фондовая биржа имеет отношение к маркетингу. Связывание начинающегося дня с некоторым продаваемым продуктом, это было очевидно. И куда более ироничным здесь может быть тот факт, что мы открывали фондовую биржу, я не думаю, что это пришло им на ум.

Мистер Паттинсон, а что Вы подумали о визите?
Паттинсон: Я настолько несведущ во всем, что касается этого мира. Я пребывал, в некоторой степени, в ужасе из-за того, что каким-нибудь образом мог все испортить. Кроме того, видеть энтузиазм людей… Это настолько непривычно. Даже само отношение людей там. Мне это настолько чуждо. Я встречал трейдеров и раньше, но в их собственной среде они невероятно счастливы, и это не то, чего я ожидал. Это совершенно не кажется напряженным. Они все были так взволнованы увидеть, кто собирается дать сигнал этим утром. В этот день на закрытии торгов у них должна быть американская сборная по гимнастике. Это кажется действительно увлекательным местом работы.

Ребята, вы выглядите так, словно вы очень сильно нравитесь друг другу. Кажется, что вы очень близки во время этого промотура. Когда я смотрела фотографии вашего визита на фондовую биржу, то подумала, что вы действительно выглядите как родственники.
(Кроненберг и Паттинсон смеются)
Кроненберг: Мы очень хорошо ладим, и на нас был одет похожий костюм. Это были костюмы от "Gucci", которые были связаны и с фильмом, их носит персонаж, поэтому в тот момент мы были как Твидли Дам и Твидли Ди (примечание переводчика: Tweedledum and Tweedledee - персонажи книги "Алиса в Зазеркалье").

Мистер Кроненберг, где вам больше всего нравится заниматься промоушеном своих фильмов? Вам не обязательно говорить, что в Америке.
Кроненберг: У меня есть огромная, полная энтузиазма фан-база во Франции. Мои первые проекты были фильмами ужасов и жанровыми фильмами, и во Франции против них никогда не было никаких предубеждений, а вот в Северной Америке в те времена, когда я начинал, существовали предубеждения против таких фильмов. Они всерьез не воспринимались как хорошее кино. Поэтому, я полагаю, что чувствую себя куда комфортнее, выпуская фильм во Франции. Уровень рассуждений там очень разумный, очень интеллектуальный, порой и комичный, но мне нравится играть там в эту игру.

Мистер Паттинсон, как у Вас обстоят дела с фан-базой Кроненберга? Я полагаю, странно видеть "сумеречных" поклонников рядом с людьми, которые любят фильмы Дэвида Кроненбрега?
Паттинсон: Точно. Мы были в Лондоне и принимали участие в мероприятии типа вопрос-ответ, и там были две различные группы людей, которые неожиданно начали взаимодействовать друг с другом, я полагаю, впервые. И я не знаю… Поклонники фильмов ужасов Дэвида… и "сумеречные" поклонники, которые, в большинстве своем, женского пола… на самом деле, они довольно хорошо подходят друг другу. Я думаю, сперва они совершенно ничего не увидели друг в друге, а в целом они представляют собой довольно хорошую, необычную пару. Когда ты видишь бородатого парня с длинными волосами, который будет рыдать (из-за Кроненберга)… а затем "сумеречную" поклонницу, которая тоже будет рыдать, только из-за другого, то они действительно выглядят как пара.

Мистер Паттинсон, учитывая всех ведущих ток-шоу, которые сейчас задают вам личные вопросы, я должна спросить: меня всегда восхищала способность знаменитостей просто исчезать во время какого-то конфликта. Как Вы это делаете? Существуют какие-то системы тоннелей? Где Вы скрываетесь, когда за Вами так наблюдают?
Паттинсон: Существует подземный мир, куда и отправляются знаменитости. Там только те, кто имеют туда доступ. Таинственная маленькая сеть райончиков (хихикает).

SALON: Дэвид Кроненберг рассказывает о кастинге Роберта и обсуждает его карьеру



Всем, разумеется, хочется спросить Вас про вашу звезду, которая, к сожалению, решила к нам сегодня не присоединяться. Я полагаю, у него имеются на это свои причины. Как и почему Вы решили выбрать Роберта Паттинсона?

Кроненберг: Что ж, все это начинается весьма прагматичным образом. От различных продюсеров и агентов ты получаешь список, состоящий из десяти человек, и ты начинаешь с самых основ. Сколько лет персонажу и сколько лет актеру? Этот персонаж молод, ему 28 лет. С этого ты и начинаешь. Кажется ли он подходящим парнем? Эрик в хорошей физической форме, он говорит об упражнениях, поэтому ты не можешь выбрать на роль человека, у которого имеется избыточный вес. Все начинается с таких вот простых вещей. Затем идут прагматические аспекты: насколько большой у тебя бюджет, и звезда какого масштаба тебе требуется для того, чтобы получить для фильма финансирование?

Есть еще кое-что, о чем люди не думают – это паспорт актера. Это фильм канадо-французского производства, поэтому ты действительно ограничен в плане количества американцев, которых ты можешь задействовать. В этом фильме имеется лишь один американец, даже несмотря на то, что события разворачиваются в Нью-Йорке, это Пол. Поэтому тот факт, что Роб – британец, помогает, потому что он может вписаться в это совместное производство. Так что это долгий путь, и, в конце концов, ты размышляешь над тем, обладает ли парень навыками и харизмой для того, чтобы фильм был единым целым? Потому что этот персонаж присутствует в каждой сцене без исключения, а это очень непривычно, даже для звезды.

Я просмотрел с Робом все, что смог найти, в том числе и фильм "Отголоски прошлого", в котором он сыграл молодого Сальвадора Дали, и я подумал: да, он действительно может это сделать. Я думаю, что он действительно экстраординарный. С моей стороны, это просто интуиция, кастинг – огромная, но невидимая часть режиссуры. Документалистика обычно не охватывает процесс кастинга, однако для режиссера это является огромнейшей частью его искусства. Это жонглирование всеми теми вещами, о которых я только что сказал, и работа с подходящим парнем.

Я понимаю, что этот вопрос лучше адресовать ему, но, думаете ли Вы, что Роб после "Сумерек" стремится изменить свой образ и взяться за работу над различными типами персонажей? После этой роли и его роли жестокого социопата в фильме "Милый друг" кажется, что так и есть.

Кроненберг: Благодаря интервью, которые мы давали с ним в Европе, я знаю о том, что он действительно не думает об этом с точки зрения своей карьеры. Ему предлагают много материала, и обычно это шаблонный, скучный материал. Его всегда интересовала работа над необычными вещами. Он бы сказал вам о том, что во время начала работы над "Сумерками" он думал, что это было чем-то вроде инди-фильма. И, знаете, в какой-то степени так и было! Режиссером была Кэтрин Хардвик, и это была необычная, не шаблонная вампирская история. Никто не знал, что это станет тем типом широкого успеха, каким оно стало.

Знаете, в некотором отношении, "Космополис" куда ближе его сердцу, чем "Сумерки". Когда он читал текст, он сказал мне о том, что он был поражен диалогами. Он посчитал это чем-то невероятно свежим, новым, удивительным и привлекательным, ему моментально захотелось взяться за это. Он боялся, я думаю, из-за того, что по-прежнему не принял того факта, что он действительно актер! Он не думал о том, что хочет быть актером, когда рос. Как и многие актеры, и не только молодые, но и уже опытные, он не был уверен в том, достаточно ли он хорош! Он не был уверен в том, что он подходит, он не хотел быть тем человеком, который испортил бы этот потрясающий проект. Так что моя работа в этом плане состояла в том, чтобы убедить его, что он действительно был подходящим парнем. Кажется, это заняло у меня около десяти дней.

Вы говорите о том, что Вы действительно смотрели "сумеречные" фильмы? Это несколько сложно представить.

Кроненберг: Да, ну или нет, на самом деле я посмотрел примерно полтора из них. Честно говоря, меня интересует все. Знаете, я не сноб. Мне действительно все любопытно. Если что-то очень популярно, то это автоматически не означает того, что я собираюсь это посмотреть, но время от времени мне, скажем, любопытно, почему что-то так популярно. Что касается "Сумерек", то я смотрел их из-за Роба, по этой причине. Прежде я их не видел.

Фильм "Космополис" на первом месте по кассовым сборам после показа в первые выходные

Фильм "Космополис" вызвал большой зрительский интерес американских зрителей, судя по кассовым сборам первых выходных.



@cosmopolisfilm: "Космополис" на первом месте после показа в первые выходные.



Официальные сборы фильма "Космополис" после показа в трех городах (Нью-Йорк, Лос-Анджелес и Чикаго) составили: 96,437 долларов. Вне страны 24109 долларов.



uk.eonline.com: "Космополис" Роберта Паттинсона выходит на экраны с большими кассовыми сборами. "Космполис", имеющий R рейтинг, собрал около 72 тысяч долларов в трех кинотеатрах. Игра Паттинсона была лучшей среди арт-хаусного окружения и намного более прибыльной по сравнению с "Милым другом", вышедшим весной.

Entertainment One: О фильме "Космополис" и роли Роберта в нем



Entertainment One впервые увидели полностью завершенный фильм «Космополис» незадолго до премьеры на Каннском кинофестивале в этом году. Вскоре после этого, фильм вышел на экраны в Канаде, на родине Кроненберга с несколько разочаровывающими кассовыми сборами. Однако, ажиотаж прессы в США вокруг главной звезды фильма Роберта Паттинсона и его легион преданных поклонников, могут изменить сложившуюся ситуацию, хотя бы в начале.

Вне сомнения, фильм должен понравиться и самым преданным поклонникам Кроненберга, как сообщил вице-президент Entertaiment One по театральному маркетингу Дилан Уайли. «Я считаю, что «Космополис» Кроненберга является самым что ни на есть «Кроненбергским» из всех его фильмов», - сказал Дилан. Паттинсон и Кроненберг «имеют широкую аудиторию, и если им понравится этот фильм, то и мы примем его также тепло, как и они (аудитория)».

Уайли также отметил, что типичная аудитория Паттинсона, Кроненберга, а также автора книги «Космополис» Дона ДеЛилло не совсем совпадает, так что потенциальная публика будет довольно разнообразной. «С точки зрения маркетинга - выгода в использовании того, как по-разному они все будут воспринимать фильм. Понятно, что у Паттинсона есть своя фан-база, также как и у Дона ДеЛилло есть своя целевая аудитория. У Кроненберга более взрослые поклонники - умные и обеспеченные, но встречаются и более молодые мужчины».

На вопрос о том, может ли недавний скандал, который разразился вокруг проблем в отношениях Паттинсона и его коллеги по «Сумеркам» Кристен Стюарт, как-то изменить маркетинговые планы или планы продвижения фильма, Уайли ответил: «Нет. Нужно отдать Робу должное, он выполнил все, о чем его просили, и даже больше», - сказал Уайли. «Для него это личное испытание и поверка, а также испытание и в плане того, что он чувствует по поводу этого фильма, что он значит для него и его роста, как актера. Всё его внимание было сосредоточено только на фильме. Он был очень профессионален в удерживании всего своего внимания на работе для «Космополиса».

Американский релиз фильма, который уже был назначен несколько месяцев назад, состоится в эти выходные. «Мы проводим ускоренный показ в Лос-Анджелесе, в кинотеатрах Landmark и Sunshine, а также в Нью-Йорке в Lincoln Centre», - рассказал Уайли. «Количество его поклонников в Нью-Йорке огромно, и мы ожидаем, что фильм там будет идти долго. На следующей неделе мы добавим 20 рынков, а затем где-то 31 числа добавим еще несколько, и в итоге, фильм будет приблизительно на 50-ти рынках».

ПРОМО "КОСМОПОЛИСА" В США: Р.Паттинсон и Д.Кроненберг отвечают на вопросы фанатов с фейсбука



ПЕРЕВОД ВИДЕО:

Дэвид Кроненберг: Роб, Стефани К. спрашивает: «Помогли ли твои предыдущие роли в подготовке к этому фильму или это уникальная роль? И как ты использовал книгу в подготовке»?
Это сложный вопрос.
Роберт: Я хотел бы верить, что все мои роли внесли что-то в этот проект. Я так думаю, не знаю.
Дэвид Кроненберг: Ты использовал испанский акцент в «Отголосках прошлого».
Роберт: Я также подумал, что «Отголоски прошлого» ближе всего.

Дэвид Кроненберг: А в этом фильме у тебя нью-йоркский акцент. Это что-то. Но вернемся к книге… ты читал ее?
Роберт: Книга напугала меня еще больше. Как только я начал читать ее, то понял, что ничего не знаю.
Дэвид Кроненберг: Ты сначала прочёл сценарий?
Роберт: Да, и у меня уже была идея, как и что нужно делать. А потом я прочёл книгу…
Дэвид Кроненберг: Большая ошибка. Я должен был сказать тебе об этом. Я сказал Полу Джаматти не читать книгу.
Роберт: В книге есть один момент, когда он стоит напротив рекламы NASDAQ (примечание переводчика: Автоматизированные котировки Национальной ассоциации дилеров по ценным бумагам) и смотрит на нее, как на божество. И тогда я понял, что это ключевой момент. Это то, что нужно – вера. Он ищет веру, и числа становятся для него таковой.
Дэвид Кроненберг: Господи, мы должны все переснять. Я полностью забыл об этой части книги.
Роберт: Она мне очень нравится.

Дэвид Кроненберг: Я задаю…?
Роберт: О, нет… Джессика Н. спрашивает: «Что было такого в Робе, что он заставил Вас подумать: «Да, он - Эрик Пэкер»? Наверное сложно искать актера на главную роль для такой известной книги».
Дэвид Кроненберг: Он был свободен и он дешевый, и это две самые важные вещи, когда ты режиссер. Но… ты начинаешь с нуля: сколько парню лет, подходит ли он по возрасту на эту роль, хорошо ли он смотрится в этой роли. И... если он не американец, тогда сможет ли он убедительно говорить с нью-йоркским акцентом или это будет ночным кошмаром и не сможет работать? И наконец-то, наделен ли он харизмой, чтобы держать фильм вместе. Вы не увидите других фильмов, где персонаж присутствует в каждой сцене, но в этом фильме персонаж Роба есть в каждой сцене без исключения. Это означает, что зрителям должно нравиться наблюдать за одним парнем, но это не значит, что он должен им нравиться, он не милый, а сложный. Все это важно.

Дэвид Кроненберг: И теперь… Александра А. спрашивает: «Роб, ты нервничал, играя эту роль? Твой персонаж присутствует в каждой сцене». Как идеально.
Роберт: Да, он имеет дело с ненавистью к себе.
Дэвид Кроненберг: Не стоило, потому что мы ненавидели тебя за тебя, не волнуйся. Но... мы разговаривали об этом.
Роберт: Когда камера все время находится перед тобой, то со временем ты привыкаешь к этому, становится все легче и легче. Чем меньше осталось сцен снимать, тем ты более уверен в себе.

Дэвид Кроненберг: Помнишь, ты думал о том, что этот персонаж играет против большого количества других персонажей. Твой персонаж всегда постоянный на протяжении всего фильма. Я не знаю, это сложнее или легче?
Роберт: Легче, это не позволяет войти в колею и, кажется, что ты снимаешься в семнадцати разных фильмах. Ты не думаешь «ты должен поменять количество энергии на этом уровне».
Дэвид Кроненберг: Это правда, потому что ты играешь по-разному. Каждый другой актер приносит с собой целый новый мир, например, Джульет Бинош. Очень отличается от остальных актеров.
Роберт: Ты играешь, играешь, играешь, вплоть до сцены с Полом Джаматти, а потом становишься активным. Странно быть главным, а потом не контролировать своего персонажа, как это делают остальные.
Дэвид Кроненберг: Правильно, точно.

ДОБАВЛЕНЫ РУССКИЕ СУБТИТРЫ!

Arizona Central: Роберт Паттинсон и Дэвид Кроненберг говорят о "Космополисе"



Для парня, который, предположительно, так сильно огорчен из-за своей личной жизни, Роберт Паттинсон, казалось, пребывает в достаточно хорошем настроении.

Недавно он и режиссер Дэвид Кроненберг обсуждали свой новый фильм под названием "Космополис", который выходит 24 августа в пятницу. В картине, снятой по роману Дона ДеЛилло, рассказывается о миллиардере-финансисте Эрике Пэкере (Паттинсон), который пытается проехать на лимузине по Манхэттену для того, чтобы подстричься.

В фильме присутствуют рассерженные толпы протестующих, напоминающих движение "Захвати Уолл-стрит" (хотя книга ДеЛилло была опубликована девять лет назад).

Паттинсон уже давно является мишенью для таблоидов, однако недавние сообщения о том, что его "сумеречная" коллега и девушка Кристен Стюарт ему изменила, поместили его в центр еще большего внимания. Паттинсон не говорил конкретно о разрыве, однако, он (и Кроненберг) побеседовали о славе в общих чертах.

Телефонный разговор начался с того, что Паттинсон и Кроненберг смеялись.

Кажется, у вас двоих нет никакой проблемы с тем, чтобы весело проводить время.
Паттинсон: Мы веселимся и резвимся. У нас нет проблемы.

И, Роберт, Вы недостаточно были в новостях в последнее время.
Паттинсон: Хех.

Ваш персонаж представляет собой изолированного парня, пытающегося наладить контакты. Или, возможно, все наоборот. Как Вы играли его?
Паттинсон: Я думаю, что он просто невероятно эгоцентричен. Происходит все большее и большее погружение в самоодержимость до тех пор, пока не случается что-то вроде взрыва. Кроме того, здесь дело в словах. Все разобрано для меня. В некоторой степени, я интуитивно чувствовал, что вроде как с самого начала знал, что делать, потому что сценарий был действительно хорош.

Сложно ли снимать кого-то, кому проводят осмотр простаты (как это происходит в фильме с Пэкером)?
Кроненберг: Для меня? О, без проблем.

Роберт, я предполагаю, что Вы богаты. Но Пэкер невероятно богат. Имеется ли в этом свобода?
Паттинсон: Я думаю, что это в действительности довольно сложный образ жизни. Я встречал некоторых людей, у которых имеются вымышленные деньги (смеется). Если у вас и имеется какой-нибудь интерес в этом мире, то это очень сложно увидеть. Ваши глаза абсолютно другие, нежели у большинства людей. Деньги действительно меняют людей. Я думаю, тебе приходится прилагать усилия для того, чтобы быть нормальным.

Вы прошли через это, когда стали успешным?
Паттинсон: Это другое. Необходимость справиться со славой отличается от этого. Каждому выпадает в жизни что-то такое, через что нужно пройти, и вам необходимо понять, как с этим справиться.

В настоящее время вас окружает масса публичности, хорошей и плохой. По-видимому, во время съемок фильма вы находитесь в своеобразном "пузыре", благодаря которому не настолько большое количество людей может находиться рядом.
Кроненберг: В действительности, многие "сумеречные" поклонники держались поблизости. Они создали сайты, у них были скрытые камеры. Но все это действительно было довольно мило. Это было достаточно трогательно, и там были все эти девушки, которые никогда не читали ничего, кроме "Гарри Поттера" и "Сумерек", а теперь они читали "Космополис", читали Дона ДеЛилло и писали об этом в своих блогах.

Роберт, "Сумерки" близятся к своему завершению. Каким был этот опыт?
Паттинсон: Достаточно сумасшедшим (смеется). Никто никогда мне не верит, но никто из тех, кто принимал участие в первом фильме, не имел ни малейшего представления о том, что это обернется тем, чем обернулось. Мы не знали даже того, собираемся ли мы снимать сиквелы. Ты просто попадаешь на этот несущийся поезд, к которому я был совершенно не готов. И, в то же время, я, в некоторой степени, пытался определиться с тем, хотел ли я быть актер или нет, что несколько интересно. Тебе 20 с небольшим лет, ты пытаешься понять, что хочешь делать со своей жизнью.

А что насчет аспекта славы во всем этом? Разве это, в некоторой степени, не странный образ жизни? Вы ведь даже по улице не можете пройтись без того, чтобы Вас кто-нибудь не сфотографировал.
Паттинсон: Да. Это зависит от того, как ты с этим справляешься. Всем необходимо понять, как они хотят жить. Это задача.

Кроненберг: Я могу сказать, что Роб определенно был в состоянии пройтись по улице в Торонто (где проходили съемки "Космополиса") и остаться незамеченным. Он мог пойти в бар, в ресторан. В действительности, часть всего этого имеет отношение к тому, где ты и как сильно ты публицизируешь самого себя. Если ты - Линдси Лохан и ты делаешь так, что все знают, где ты находишься в любое время, то тогда ты знаешь, какими будут последствия. Но, если кто-то не хочет этого, то существуют способы, благодаря которым ты можешь этого избежать.

The Playlist: Интервью с Робертом Паттинсоном и Дэвидом Кроненбергом



Роберт Паттинсон говорит, что был в "ужасе", когда ему предложили сыграть главную роль в фильме "Космополис". Дэвид Кроненберг говорит, что цифровое кино лучше, чем пленочный формат.

Сегодня (17 августа) начинается показ фильма Дэвида Кроненберга "Космополис" в Лос-Анджелесе и Нью-Йорке. Это одно из наиболее странных кинематографических событий этого года (и мы считаем, в хорошем смысле).

Мы отправились, чтобы поговорить с Кроненбергом и исполнителем главной роли Робертом Паттинсоным, который играет в фильме недовольного, молодого миллионера, передвигающегося по Нью-Йорку на своем лимузине, он уклоняется от потенциального убийцы, встречается с различными деловыми партнерами и бесконечно говорит о своем экзистенциальном положении в разгар экономических потрясений. Мы говорили с Кронбергом о том, как пришли мысли о проекте, как ему работалось со съемкой в цифровом формате и многом другом.

Кроненберг сказал, что работать над "Космополисом" предложил португальский продюсер Паоло Бланко, у которого появилась идея экранизации одноименного романа Дона ДеЛилло. Кроненберг быстро написал сценарий с единственной целью в голове: сохранить отличительную прозаичность ДеЛилло. "Все диалоги Дона в его книге превосходны – очень стилизованны, как у Гарольда Пинтера, - объяснил Кроненберг. - Пинтер – драматург, и слыша его диалоги, вы говорите как Дэвид Мамет. Но я никогда не слышал, чтобы диалоги ДеЛилло так же говорили, поэтому я подумал: "Хорошо, я тоже хочу, чтобы сказочные актеры произнесли эти строки. Я хочу посмотреть, что из этого выйдет"".

Когда дело дошло до подбора актеров, Кроненбергу пришлось задаться несколькими, весьма важными, вопросами: "Сколько лет этому герою?", "Сколько лет окружающим его актерам?", "Кто сможет изобразить нью-йоркский акцент, даже если он не из тех мест?", "У кого есть власть звезды, чтобы получить финансирование, которое всегда является вопросом". В итоге режиссер принял решение о работе с Паттинсоным, хорошо известным по своей роли вампира Эдварда Каллена в безумно популярных "сумеречных" фильмах. И даже имея рассудительность и стремление все продумывать, как у Кроненберга, ему хватило совсем немного времени, чтобы принять решение об участии Паттинсона в проекте. Точнее 10 дней.

"Я вдруг понял, что понятия не имею, как все это сделать, - сказал Паттинсон, кажущийся чуть смущенным по поводу этого фильма. - Я знал, что фильм будет хорош, но даже боялся звонить. Актеров обычно учат играть разную ерунду, даже если ты что-то терпеть не можешь. И мне нечего было сказать. Судя по тому, что Дэвид сделал сценарий, он знал, о чем он. Как только я сказал: "Я не знаю о чем этот фильм", он ответил: "Я тоже". И хотя это было успокаивающим ответом для актера, за этим конца не последовало. Потом я потратил неделю, раздумывая, как отказаться от всего этого, и пришел к выводу, что сейчас позвоню и скажу: "Я слишком боюсь из-за того, что считаю, что я не самый лучший актер, и я мягкий". Я не хотел, чтоб этот разговор состоялся".

К счастью этот разговор не состоялся, в основном потому, что Кроненберг уверил Паттинсона, что тот является "абсолютно правильным для этой роли". И с Паттинсоном у фильма был реальный шанс выйти в свет (с меньшими ожидаемыми сборами это в большей или меньшей степени было бы невозможно). "Ну, это было конечно волнительно, что я в силах помочь ему добиться этого. Особенно такому человеку", – сказал Паттинсон.

Актер сказал, что Кроненберг был такой легендарной личностью, что он не знал, снимает ли он еще фильмы или нет. "Он один из тех режиссеров, которому не скажешь на равных: "О, да я действительно хочу с ним работать"". И вот когда Паттинсон обратился к Кроненбергу и любяще сказал: "У вас есть притяжение!". На что Кроненберг воскликнул (с какой-то сумасшедшей радостью): "Cronenbergian!". Паттинсон затем продолжил: "Это своего рода изменило все мое восприятие, то с кем я могу работать. Есть люди, смотря на которых, я вырос, которые являются частью кино индустрии, о которых ты и не знаешь, что они до сих пор снимают кино". Кроненберг затем выпалил в ответ: "То, что они все еще живы! Вот то, что он пытается сказать!".

"Космополис" знаменует себя значительной отправной точкой для Кроненберга, и не только потому, что это его первый фильм с Паттинсоном. Это первый фильм, который он снял в цифровом изображении, что определенно добавляет больше ощущения разрушений и так на фоне технически перенасыщенного фона фильма. Для Кроненберга это был долгий путь. "Я всегда работал с пленкой, - говорит он, как бы между прочим. - Но пленочное кино мертво уже годы, просто об этом не известно. Как зомби".

Режиссер сделал легкое замечание киноиндустрии, что нас заставило задуматься, почему у него не брали интервью о его последнем документальном фильме тоже в цифровом формате "Бок о бок". "Для фильмов на пленках все закончилось. И это уже длится годами, - говорит Кроненберг. - Этой сфере уже 100 лет и так трудно от нее отказаться, потому что есть вся эта инфраструктура, и проекторы, но сейчас проекторы становятся тоже цифровыми по всему миру. И хотя это происходит неспеша, но это только потому, что это довольно дорого. Больше не осталось причин, чтобы снимать на пленку. Пленка не так хорошо, как цифровое".

Что бы Кроненберг не стал снимать дальше, он хочет, чтобы Паттинсон был вместе с ним. "Мы провели время вместе великолепно, и теперь мы точно знаем, что способны делать что-то клевое вместе", - сказал Кроненберг, намекая на дальнейшее производство проекта Брюса Вагнера "Карты звездам", который мог быть одним из этих проектов. Мы еще не знаем, что это будет. Если у вас есть какие-то идеи по этому поводу дайте знать.

ПРОМО "КОСМОПОЛИСА" В ЛОНДОНЕ: Интервью Роберта Паттинсона для FILMBEATTV



ПЕРЕВОД ВИДЕО:

Роб, я рада тебя видеть. Ты не мог бы дать нам краткий синопсис этого фильма? О чем «Космополис»?
Роберт: Этот фильм о валютном биржевом торговце из Нью-Йорка Эрике Пэкере, который владеет несметными богатствами, так что деньги уже ничего не значат для него. Можно сказать, что для него уже ничего не имеет значения. Он связан с миром исключительно денежными отношениями. Этот фильм рассказывает о том, как Эрик пытается пересечь город, чтобы подстричься. Он и сам не понимает, зачем ему нужно в парикмахерскую. Да, это довольно сложно объяснить…

Да уж. Чем тебя привлекла эта история?
Роберт: Первая причина – это Дэвид. Я всегда был большим поклонником его творчества. И когда мне предложили эту роль, я сразу же захотел участвовать в этом проекте. Конечно, когда я прочёл сценарий, то понял, что это довольно сложная вещь. Сценарий был написан очень сложным языком. Даже чисто стилистически эта история отличается от всех остальных. Я до этого не читал ничего из произведений Дона ДеЛилло и был довольно далек от всего этого. Но мне понравилось, что они решили экранизировать эту историю.

Тебе было интересно то, как Дэвид собирался снять этот фильм?
Роберт: Да, конечно. Мне кажется, если бы режиссером был кто-нибудь другой, то фильм вышел бы скучным. Дэвид любит рисковать… Особенно те сцены в лимузине, это довольно нетипично. Сначала, я безумно волновался, но с началом съемок это чувство прошло.

Роб, как ты думаешь, чего стоит ожидать людям от этого фильма? Что они смогут извлечь от просмотра «Космополиса»?
Роберт: Я не знаю. Люди постоянно меня спрашивают: «О чем этот фильм?», а я отвечаю: «Понятия не имею». Конечно, у меня есть определенные мысли по этому поводу, но… Я не могу сказать, что этот фильм несет определенный посыл зрителям. Но это и хорошо. «Космополис» похож на призрак. Я не знаю… Сейчас снимают совсем немного фильмов, таких как этот. Мне кажется, некоторым людям он вообще не понравится. В то же время другие почувствуют определенную связь с ним. Но я не могу объяснить, почему эти люди чувствуют некую связь с «Космополисом», так как даже я не могу понять, как связан с этим фильмом.

ДОБАВЛЕНЫ РУССКИЕ СУБТИТРЫ!

The Miami Herald: Роберт Паттинсон и Дэвид Кроненберг говорят о "Космополисе"



Дэвид Кроненберг помнит то время, когда Оливер Стоун спросил у него: "Дэвид, тебе докучает то, что ты настолько маргинальный режиссер?". На это Кроненберг, один из самых почитаемых и знаменитых канадских режиссеров, ответил следующее: "Знаешь, Оливер, зависит от того, как на это посмотреть. Насколько большая аудитория тебе требуется?".

В этом и состоит секрет успеха Кроненберга. Его новый фильм под названием "Космополис", выходящий в пятницу, представляет собой экранизацию романа Дона ДеЛилло, в котором рассказывается о молодом миллиардере Эрике Пэкере, который проводит свой день в лимузине, пересекая Манхэттен с целью подстричься.

Сюжет в традиционном его понимании в "Космополисе" практически отсутствует. События большей части фильма развиваются внутри лимузина, в котором Эрик встречается со своими сотрудниками, проходит медицинский осмотр ("Ваша простата ассиметрична") и даже занимается сексом.

Несмотря на то, что Эрика сыграл Роберт Паттинсон, невероятно популярная звезда "сумеречной" серии, "Космополис" довольно проблематично презентовать разнородной массе людей – скрупулезная, сложная, непривычно гипнотическая картина наполнена непростыми для понимания диалогами.

В свои 69 лет Кроненберг продолжает усердно работать при создании своих впечатляющих фильмов.

"Будучи режиссером, ты тратишь полтора года своей жизни, может быть, больше, собирая воедино все эти вещи: ты должен найти финансирование, которым можно воспользоваться, затем ты ищешь актеров, которые тебе будут отказывать, - говорит он. - Это сложный процесс, поэтому фильму необходимо действительно волновать и интриговать меня, заставить меня чувствовать то, что я словно раскрою что-то посредством его создания".
"Бюджет фильма, естественно, необходимо рассчитать в соответствии с проектом. Никто не собирается тратить на "Космополис" 200 миллионов долларов. Но в том случае, если ты реалистично смотришь на ожидания и на размер своей аудитории, то ты охотно работаешь и не при таком большом количестве денег, ты можешь создать очень интересные вещи".

Однако 20-миллионный бюджет "Космополиса" все равно кажется большим для такого нестандартного фильма, но Кроненберг компенсировал инвесторам риски посредством выбора на главную роль Паттинсона, который появляется в каждой сцене (изначально, Эрика должен был сыграть Колин Фаррелл, однако он выбыл из проекта из-за противоречий в графиках съемок).

"Сценарий фильма появился словно из ниоткуда, мне предложили роль, которая была немного шокирующей, - говорит Паттинсон. - В большинстве случаев, фильмы, которые мне непосредственно предлагают, ужасны. Этот сценарий показался настолько оригинальным, он был практически блестящим".
"Я знал, что будет сделан фильм. Я переживал из-за того, что я, возможно, не тот человек, который справится с задачей. Я думал: "Ведь существует масса людей, которые подходят на эту роль куда лучше, чем я!". На то, чтобы все принять, мне потребовалось время".

"Космополис" предложил Паттинсону возможность испытать на себе что-то вроде минималистской актерской игры, которой он не занимался прежде. Эрик Пэкер – невозмутимый, индифферентный мужчина, который редко выражает то, что чувствует. В книге ДеЛилло посвящает нас в его мысли и внутренний монолог; в фильме Паттинсон использует небольшое количество жестов, крайне редко демонстрирует улыбку или хмурый вид, неотрывный взгляд выражает его внутреннее состояние.

"В начале фильма я одет в темный, безликий костюм, - говорит он. - На мне полностью затемненные солнечные очки, я просто стою, не двигаясь. Все приемы, используемые актерами для игры, оказались мне недоступны".

"Но я чувствовал уверенность, потому что я знал, что на меня смотрел Дэвид – действительно смотрел на меня – и это придает тебе уверенности. Большую часть времени на съемочных площадках я думаю о том, обращает ли вообще режиссер внимание на то, что я делаю".

Множество "сумеречных" поклонников Паттинсона будут сбиты с толку этим невозмутимо увлекательным фильмом, однако и у самого Кроненберга имеется достаточное количество почитателей для того, чтобы обеспечить эту необычную картину зрителями.

Не всем она, конечно же, понравится. На свете не существует такого поклонника Кроненберга, который мог бы честно сказать, что он любит все фильмы этого режиссера. И это доказательство тем рискам, на которые он шел с самого начала своей 37-летней карьеры.

(...)

Для Кроненберга вдохновением для адаптации "Космополиса" так же послужили не грандиозные темы, а тонкие детали.

"Я был просто поражен диалогами. Они чем-то походят на работы Дэвида Мэмета или Пинтера Гарольда, потому что они весьма реалистичны – они звучат так же, как разговор людей – однако они при этом очень стилизованы. Когда я адаптировал их для сценария, они придали фильму невероятное единство и резонанс. И тогда я спросил у себя: "Фильм ли это?". И подумал: "Да, это действительно интересный фильм".

Практически все диалоги были взяты непосредственно из книги, а это означало, что актерам необходимо звучать естественно, произнося такие реплики, как: "Мы все молоды и умны, мы были вскормлены волками. Но феномен репутации – хрупкая вещь. Человек поднимается от слова и падает от буквы".

Паттинсон из-за непривычных модуляций и выбора слов ощущал чувство свободы.

"Я ощущал физическую связь с написанным, я думал, что это был так хорошо написано, мне хотелось прочесть текст вслух, как только я получил сценарий, просто для того, чтобы посмотреть, как это звучит. Написано это было просто отлично. Мне очень понравился тот факт, что мне, как актеру, не нужно было добавлять ничего от себя. Я просто должен был сыграть это самым надлежащим образом".

About: Дэвид Кроненберг говорит о кастинге Роберта Паттинсона и "химии"



Паттинсон, перевоплотившийся в Эрика, появляется в каждой сцене фильма, играя персонажа, отличающегося от любого из тех персонажей, которых он играл раньше. В нашем эксклюзивном интервью, приуроченному к выходу в кинотеатрах фильма "Космополис" (дистрибьютор "eONE Films"), сценарист/режиссер Кроненберг объяснил, почему Паттинсон был подходящим актером на роль Эрика и рассказал о том, как он решил взяться за адаптацию романа ДеЛилло.

Выбор на главную роль Роберта Паттинсона представляет собой что-то вроде палки о двух концах, не правда ли? С одной стороны, Вы получили его "сумеречных" поклонников, которые жаждут поддержать его во всем, за что он предпочитает браться, а, с другой стороны, у Вас имеются и такие люди, которые отвергают его как раз из-за того, что он "парень из "Сумерек".
Дэвид Кроненберг: Да. Мне, с одной стороны, конечно же, прекрасно известно обо всех этих аспектах, и, разумеется, когда ты занимаешься созданием фильма, который для жанра независимого кино был относительно дорогим, тебе на главную роль требуется очень харизматичный человек, обладающий влиянием, звездным статусом и так далее, потому что именно на него ты и собираешься смотреть.

Он присутствует буквально в каждой сцене фильма, а это достаточно непривычно. Ведь даже в фильмах с Томом Крузом Том не присутствует абсолютно в каждой сцене фильма, а Роб в этом фильме присутствует. Так что он должен обладать всеми этими качествами. Но, в то же время, тебе хочется забыть другие фильмы, понимаете? Тебе хочется забыть и его фильмы и свои фильмы, потому что мы создаем что-то совершенно новое и не знаем, какая аудитория у нас будет. Ты можешь предвидеть это, думать об этом, но наверняка ты не знаешь. Поэтому, в конечном итоге, при создании фильма ты говоришь: "Хорошо, я здесь вместе с актерами. Это прекрасные актеры, я выбрал их из-за того, что они отличные и проделают замечательную работу со сценарием". И вот в этот момент ты просто занимаешься созданием фильма и не думаешь о других картинах.

Как Вы, нуждаясь в актере, который должен вытянуть на своих плечах весь фильм посредством присутствия в каждой его сцене, поняли, что Роберт Паттинсон был подходящим парнем на роль Эрика?
Дэвид Кроненберг: [Смеется] Что ж, это волшебство кастинга! Я, как режиссер, полагаю, что это является составляющей частью работы. Это действительно очень важная часть работы режиссера. Я думаю, многие люди даже не осознают того, что режиссер задействован в процессе кастинга. Некоторые люди говорят: "Вы выбрали актеров?", а я отвечаю "Да. Ты – не режиссер, если не занимаешься этим".

Тебе, конечно же, приходится управляться со многими вещами. С паспортами, например. Это совместное производство Канады и Франции, мы были ограничены, у нас был только один американский актер. Большинство людей об этом не знают, да и не то, чтобы они вообще должны об этом знать. Пол Джаматти – единственный американец в этом фильме, несмотря на то, что события развиваются в Нью-Йорке. Так что с этой точки зрения, необходимость найти подходящего парня… он, конечно же, должен быть подходящего возраста, вообще здесь существует множество базовых вещей. Но, в конечном итоге, здесь не существует никаких правил. Будучи режиссером, ты просто на интуитивном уровне понимаешь, что актер в состоянии справиться с ролью.

Мы часто говорим о "химии", например, в фильмах между актерами. Когда я работал над фильмом "Опасный метод", откуда я мог знать, что между Кирой Найтли и Майклом Фассбендером будет "химия", ведь я никогда не видел их вместе в каком-либо фильме? Они никогда и не снимались вместе, они даже никогда не встречали друг друга. Я не вижу их вместе до тех пор, пока не приступаю непосредственно к съемкам, так что я должен быть кем-то вроде свахи, которая может предчувствовать, что пара будет хороша вместе. Это странная вещь. Поэтому, вы хвалите себя, когда ваш выбор срабатывает, и ругаете себя, когда это тем или иным образом не сработало. И это, в основном, то, с чем ты остаешься.

"Космополис" натолкнул меня на мысль о том, что "химия" действительно была необходима между Вами и Робертом куда больше, нежели между Робом и его коллегами.
Дэвид Кроненберг: В этом есть своя правда. Это негласная вещь – "химия" между режиссером и актерами является ключевым моментом. И, я полагаю, в определенный момент Роб… знаете, он серьезный актер и ему не хотелось стать тем человеком, который испортил бы этот фильм. Он думал что-то вроде: "Что ж, я буду находиться в лимузине в одиночестве, потому что не будет ни одного человека, который всегда играл бы в противовес мне. Это действительно сольное шоу со многими людьми, которые будут заглядывать вовнутрь". А я сказал: "Нет, ты не будешь один, потому что там буду я. Я буду с тобой каждый момент". Это реальный элемент.

Считаете ли Вы, что Ваше видение Эрика такое же, какое было и у писателя ДеЛилло? Или же Вы полагаете, что Вам не обязательно соглашаться друг с другом в вопросе о том, каким его должны видеть зрители?
Дэвид Кроненберг: Я думаю, что мы в действительности проливаем свет на вещи друг для друга. Я был с Доном в некоторых странах, занимаясь промоушеном, и я думаю, что он было достаточно заинтригован возможностью увидеть, что же случится. Но, в конечном счете, как только ты выбираешь на эту роль Роба Паттинсона, это становится весьма специфичной вещью. Теперь у тебя есть конкретное лицо, конкретный голос и фигура, а у романа этого не может быть. И это одна из тех вещей, которые могут делать фильмы и не могут романы, фильм немедленно придает персонажу такую форму, которой не мог придать роман. Так что различия, я полагаю, существуют, но это не огромное расхождение или несоответствие. Это просто действительно сформированные вещи. И когда я слышал диалог, который был чем-то особенным, когда я читал роман, я подумал: "Да, мне хочется услышать, как это произносят действительно замечательные актеры". Просто сам этот процесс немедленно меняет вашу реакцию на персонажей и слова. Так что разница, определенно, существует.

Ребекка Мюррей