Фанфики
Главная » Статьи » Собственные произведения

Уважаемый Читатель! Материалы, обозначенные рейтингом 18+, предназначены для чтения исключительно совершеннолетними пользователями. Обращайте внимание на категорию материала, указанную в верхнем левом углу страницы.


Чёрная пантера с бирюзовыми глазами. Пролог.

 ПРОЛОГ

18 августа 2010 года, четверг

 – Я его боюсь!

Эти слова больно ударили. Очень больно. Я знала, что меня боятся, и не думала, что так болезненно отреагирую, когда их услышу. Считала, что готова к этому. Нет, я оказалась не готова услышать, что пугаю собственных родителей. Одно дело – догадываться, совсем другое – это слышать.

Сжавшись в комочек на кровати, я зажала уши руками, хотя прекрасно осознавала, что это не поможет. Разговор вёлся в другом конце нашего совсем не маленького дома, на два этажа ниже. Больше пятидесяти метров, с полдюжины толстых стен и перекрытий. Чем помогут ещё и мои ладошки?

 – Чего нам от него ждать? Сколько можно так жить? Я боюсь за наших детей!

Но я же тоже ваш ребёнок! Мне плохо. Мне больно. Почему же никто не волнуется, не боится за меня?

– Она вроде бы не опасна. Ведёт себя нормально. Никакой агрессии не проявляет. Возможно, ты напрасно так реагируешь.

 Голос отца звучит не особо уверенно. Кого он хочет убедить – её или себя?

 – Но это не значит, что всё нормально. А что, если оно просто выжидает? А потом набросится на нас? Это же ходячий труп! Зомби!

Вот это слово и прозвучало. Зомби. Ходячий мертвец. Именно такой я и стала после того, как пару месяцев назад подхватила какую-то инфекцию, от которой два дня провалялась в таком жару, что на медицинских термометрах не хватало делений. А потом температура так же внезапно стала падать.   Когда она опустилась до температуры трупа, я вдруг очнулась, с виду совершенно здоровая и нормальная. Но только с виду.

Все мои органы чувств внезапно не просто обострились, а стали запредельными. Я могла слышать, о чём разговаривают люди в доме через дорогу, видеть то, что обычный человек без бинокля не разглядит. Причём даже в темноте. Я чувствовала запахи того, что готовят в буфете при больнице, знала, какие цветы зацветают в соседнем сквере или какими духами набрызгалась проходящая по улице женщина.

Я ни о чём не рассказывала окружающим. Какой-то животный инстинкт заставил меня скрыть ото всех то, что со мной вдруг стало происходить после пробуждения. Но кое-что скрыть было всё же невозможно. И не только температуру тела. Моя кожа стала невероятно плотной. Когда медсестра хотела сделать мне инъекцию – игла согнулась. После этого врач попытался сам взять у меня кровь на анализ, но не смог. Иглы мою кожу не брали. А когда он попытался сделать разрез скальпелем – ранка хотя и появилась, но моментально затянулась без следа.  

После этого родители срочно забрали меня из больницы. Я слышала, как и врачу, и медсестре были заплачены огромные деньги, чтобы они забыли о том, чему были свидетелями, а так же уничтожили все данные о моём пребывании в больнице. И с тех пор я безвылазно сижу дома – мне запретили выходить на улицу и с кем-то общаться. Майкла и Сьюзан, моих младших брата и сестру  отправили к бабушке в Даллас. А мне даже не разрешают выходить из комнаты, когда в доме находится кто-то посторонний – приходящая прислуга, например. Цепями к стене пока не приковывают, но я и этой возможности в будущем не исключаю. Хотя, цепями меня теперь вряд ли удержать.

 – Скоро начало учебного года. Нужно что-то решать. Майк и Сью не могут и дальше оставаться в Далласе. Но и сюда их привозить нельзя, пока оно здесь!

«Оно». С тех пор, как мы вернулись из больницы, мама ни разу не назвала меня по имени. Только «оно». Словно я уже и не человек, словно не могу чувствовать боль. Конечно, ко мне и раньше особой любви не испытывали, но теперь стало просто невыносимо.

– Послушай, ну куда же мы её денем? Конечно, в школу её отправлять нельзя, но не выбрасывать же на помойку. Она ведь тоже наш ребёнок.

 – Да не наш это ребёнок! НЕ НАШ!!!

Я резко села на постели. Нет! Не может быть! Она сказала это просто в запале, в отчаянии. Но где-то в подсознании тонкий голосок зашептал мне: «Ты знала это. Ты давно это знала». Да, я всегда чувствовала, что родители холодны ко мне, что брата и сестру она любят гораздо больше. Но не понимала причины этого, считала, что дело во мне,  что я заслужила такое отношение. И я пыталась это исправить, старалась быть послушной, хорошо учиться, надеясь заслужить любовь родителей. Но это не срабатывало. И теперь всё встало на свои места.

Подтянув колени к груди, я уткнулась в них подбородком. Нахлынуло странное безразличие. И даже некоторое облегчение. По крайней мере, теперь мне многое стало понятно. Дело не во мне. Я просто была чужой в этой семье, потому-то меня и не любили.  Но всё же хотелось узнать – как я оказалась в этой семье? Если даже отец этого не знал…

 – Что значит «не наш»? – после долгой паузы услышала я его голос. – То есть, я знал, что она не от меня. Но был уверен, что она – твой ребёнок. Ты же была беременна. Я это точно знаю! Я же ходил с тобой на УЗИ, я чувствовал, как в тебе шевелится малыш. Не понимаю…

 – Ты знал, что она не твоя? Но откуда?

– Какая теперь разница? Но я ещё при выписке из роддома видел в документах её группу крови. Первая. А у меня – четвёртая. Я просто не мог быть её отцом. Никак не мог.

– И ты молчал? Всё это время?

 – Я любил тебя. И готов был принять чужого ребёнка, лишь бы не потерять тебя. К тому же вскоре родился Майк. Он-то точно мой.

– Господи, ты знал. И думал, что я была тебе не верна, навязала чужого ребёнка? Хотя… Я ведь именно это и сделала…

 – Может, ты всё же объяснишь, откуда она. И если она не наша, то чья? И что случилось с нашим ребёнком?

 – Он умер. Наш мальчик умер. Его сердце остановилось за день до родов. И когда я это узнала, то испугалась, что ты меня бросишь. Ты ведь женился только потому, что я забеременела. Я была сама не своя, не соображала, что делаю. И я предложила врачу деньги. Много денег. За живого ребёнка.

 – Только не говори, что врач выкрал её у других родителей!

Так меня подменили? И, возможно, где-то есть родители, которые любили бы меня. Может, если их найти?..

 – Нет-нет, что ты! Всё было не так! Врач сказал, что в больницу как раз поступила мать-одиночка, которая собирается отказаться от своего ребёнка. И он предложил мне взять того малыша, а моего, мёртвого, оформить отказником. Правда, там была девочка… Но я была согласна на всё, что угодно. Я просто боялась тебя потерять. Прости, прости.

Я слышала, как мама… нет, не мама, а та, что меня растила, но не любила, плачет у мужа на груди, как он её утешает, и понимала, что ещё одной надеждой стало меньше. Я – отказник. Я и родным родителям была не нужна, и приёмным. Я вообще чужая в этом мире.

– Так что же нам делать? Да, я совершила ошибку, согласилась взять неизвестно кого в нашу семью. Но сколько я должна за это расплачиваться?

 – А ты знаешь, кто её настоящие родители? Ты видела её мать? Может, у неё это наследственное?

 – Что наследственное? О чём ты? Если бы та мать была таким же зомби – врач бы знал. Такое не скроешь. Нет, видимо, оно подцепило какую-то заразу. И неизвестно, что теперь будет. А вдруг оно заразит Майки или Сью? Или нас? Я не могу больше находиться с ним в одном доме. И детям нашим не позволю.

 – Ладно, хорошо, успокойся. Я должен всё как следует обдумать. Но я тебе обещаю – к приезду Майка и Сью её в нашем доме уже не будет.

Значит, всё же на помойку… А куда ещё можно пристроить живой труп? Учёным на опыты? Стоп. Это не смешно. Если мне в голову пришла эта мысль, то и другим она тоже может прийти. И они так и сделают. Я, конечно же, не позволю сделать из себя подопытного кролика. Силой им меня не взять. А если не силой?

Я задумалась. Ладно, я сильная. И быстрая. И практически неуязвимая. Но кто знает, чем ещё меня можно взять? Есть, например, всякие усыпляющие и слезоточивые газы, есть электрошок. Да просто пули – я же не знаю, вдруг, не сумев захватить, меня попытаются просто уничтожить? Огнемёты тоже в фильмах применяли против зомби, и вполне успешно, кстати. И как мой организм на всё это отреагирует? Я ведь не проверяла. Так что – не стоит рисковать.

Разговор обо мне затих сам собой. Родители начали обсуждать какие-то бытовые мелочи, готовясь ко сну. Я постаралась отстраниться, не слушать их разговор. И мне это практически удалось. Если бы я в последнее время не тренировалась, кстати, довольно успешно, игнорировать посторонние, не предназначенные для моих ушей разговоры, то, наверное, сошла бы с ума. Наш дом стоял в глубине двора, отделённый от соседских большим участком. Но я всё равно могла услышать, о чём беседуют соседи или прохожие. К счастью, теперь уже только при желании. Я научилась отстраняться.

Через какое-то время в доме всё затихло. Было уже заполночь, но я неплохо выспалась днём, поэтому была вполне ещё бодрой. В последнее время я постепенно превращалась в ночное существо, причём моя новая ипостась зомби никакого отношения к этому не имела. Просто целыми днями я была вынуждена сидеть дома, часто не выходя из комнаты долгими часами. А вот ночью я могла удрать из дома и хоть немного размяться, а после, днём, отсыпалась. И никого не волновал мой долгий дневной сон. Собственно, об этом никто и не догадывался, поскольку пока я не выходила из своей комнаты –  никого не заботило, чем я в ней занимаюсь.

Удостоверившись, что все в доме крепко спят, я открыла окно и выпрыгнула на ветку дуба, который рос в пятнадцати метрах от стены дома. Для меня это теперь было не сложнее, чем раньше спрыгнуть с кровати на пол. В принципе, я могла бы сразу спрыгнуть на землю, но не хотела оставлять следы. Ловко перебираясь с ветки на ветку, я через пару секунд уже была на земле. В доме была включена сигнализация, к которой были подключены все входные двери, а так же окна на первом и втором этаже. К счастью, я жила на третьем, поэтому могла свободно уходить и приходить когда мне вздумается, по ночам, разумеется.

Ворота и подъездная дорожка были освещены, но я и не собиралась ими пользоваться. За последние недели я проторила новый путь – по густому саду, росшему позади дома. Он-то был не освещён, так что, даже выглянув случайно в окно,  никто меня бы не увидел. А самой мне свет был уже не нужен – я теперь прекрасно видела в темноте. Точнее – темноты для меня теперь тоже не существовало.

Обычно я просто выбиралась за границу нашего участка и либо отправлялась в город, где бесцельно бродила по улицам, стараясь остаться незамеченной, либо шла к морю. Мне были теперь хорошо известны безлюдные скалистые берега, где и днём-то никого не бывало. Тем более что сейчас, в середине августа, вода по ночам была уже слишком холодной для купания. Но только не для меня. Я теперь вообще перестала мёрзнуть, видимо, мертвецы не мёрзнут. Так что я теперь частенько купалась по ночам, и никто не мог мне этого запретить.

Но сегодня у меня была вполне конкретная цель. В этот вечер я окончательно поняла, что оставаться в доме, где я никому не нужно, становится опасно. Ведь неизвестно, как люди, которых я всю свою недолгую жизнь считала родителями, но которые таковыми не являлись и не хотели больше даже притворяться таковыми, станут решать вставшую перед ними проблему. Раньше каждый из них терпел меня ради другого, но теперь, выяснив, что я не нужна ни одному из них – что они предпримут? И как именно попытаются избавиться от существа, в котором видят угрозу для себя и своих родных детей? Лучше уж не пытаться это узнать. И я приняла решение уйти самой.

Конечно, это будет не просто. Мне всего четырнадцать. И жизнь в богатом доме не особо приспособила меня к самостоятельности. Но выбора не было. Оставаться было просто опасно. Поэтому нужно было продумать шаги к отступлению.

 Первым делом я направилась к банкомату. Мой дедушка, точнее – отец моей приёмной матери, завёл счёт на всех троих своих внуков при их рождении, и регулярно, по праздникам, клал на него деньги, которые мы могли тратить сами на те подарки, которые действительно хотели иметь. Очень мудро, учитывая, что жил он на другом конце страны, внуков своих видел даже не каждый год, и чем они живут, о чём мечтаю, не знал совершенно. В день пятилетия каждому из нас дедом  вручалась кредитка, которой мы могли распоряжаться по своему усмотрению.

Мой брат Майки накупил себе всяких трансформеров, компьютерных игр и прочей ерунды, которой увлекаются двенадцатилетние мальчики, у него деньги не задерживались, он спускал их за пару дней после пополнения счёта в честь очередного праздника. Малышка Сью вдумчиво делала более «глобальные» покупки – дома, машины, самолёты. Правда, пока только для своей Барби.

А вот я деньги не тратила. Копила. Вещей, игрушек и всяких гаджетов у меня и так хватало – на материальные подарки родители не скупились, это с чувствами у них была напряжёнка.  Так что я хотела в будущем купить себе что-то очень большое и нужное – спортивную машину, например. Скорость-то я всегда любила. Вот и была у меня такая мечта.  Теперь осуществить её не получится, но я не особо переживала. Выяснилось, что при желании я могу бегать гораздо быстрее гоночного автомобиля.

Обнаружила я это совершенно случайно, когда во время одной из ночных прогулок забрела куда не надо, и за мной погналась пара злющих доберманов. Тогда я ещё не до конца привыкла к своей силе и, чисто инстинктивно, попыталась от них удрать. Это теперь я знаю, что разорвала бы их на части, даже не прилагая особых усилий. Но тогда я просто рванула с одним желанием – оказаться от них как можно дальше. И оказалась. Спустя несколько минут я вдруг поняла, что мчусь вдоль шоссе, легко обгоняя машины, которые ночью, на пустынной дороге развивали довольно большую скорость. Но я бежала быстрее!

Что ж, я получила очередной бонус, который так же скрывала ото всех. Да и где бы они это увидели – не гонять же мне по коридорам! Кстати, дома-то я как раз двигалась очень медленно и осторожно. После того, как в первый же день сломала в больнице кран умывальника и выдрала с корнем ручку двери в палату, я старалась двигаться очень осторожно, по крайней мере, там, где могла что-нибудь задеть и сломать. Может, ещё и эта «заторможенность» дала моим родителям лишний повод меня опасаться – зомби в фильмах всегда такие медлительные. Постепенно я научилась обращаться с вещами, не ломая их, но всё равно осторожничала. И только когда меня никто не видел, я могла быть самой собой. Вот только понять бы ещё, кто же я такая?

Оказавшись возле банкомата, я стала снимать наличные. Когда я сбегу из дома, то пользоваться кредиткой уже не смогу. В лучшем случае её заблокируют, в худшем – меня по ней вычислят. А деньги мне понадобятся, хотя бы пока не найду хоть какую-то работу. Выдав мне тысячу долларов, банкомат отказался иметь со мной дело. Странно, на карточке, по моим прикидкам, было ещё тысяч пять, не меньше. Зайдя с телефона в интернет, я выяснила, что у этого банка есть ограничение для снятия наличности с кредиток в течение суток. Эх, жалко, что я не пришла сюда минут на двадцать раньше – смогла бы снять как вчерашнюю норму, так и сегодняшнюю. Итак, мне понадобится почти неделя, чтобы снять с карточки все деньги. До начала учебного года ещё две недели, так что я, возможно, всё успею.

Последующие четыре дня я тщательно продумывала план побега. Кроме материальной составляющей нужно было учесть и другие моменты, например, смену личности и маскировку. Замаскироваться я решила под гота – к неформалам все уже настолько привыкли, что не обращали на них никакого внимания, а «готический» макияж позволит мне загримироваться до неузнаваемости, не вызывая при этом подозрений. Во время ночных вылазок я закупила в круглосуточных магазинах всё необходимое: чёрный парик с длинными прямыми волосами, чёрную косметику, переводные картинки-татуировки и всякие цацки с черепами и другой, такой же жизнерадостной символикой. Чёрные вещи частично нашлись в моём гардеробе, частично я позаимствовала у брата, благо мы не особо отличались в росте. Так что для смены имиджа всё было готово.

Осталась смена личности. Под своим именем жить я, конечно, не смогу, по крайней мере, первое время. Но и оставаться совсем без документов нежелательно. Поэтому я засела в интернет-кафе (с домашнего компьютера делать такие запросы не рискнула) и стала искать решение. И, как ни странно, достаточно быстро его нашла.  Нужно было пойти на кладбище и выбрать там младенца, который, останься он жив, был бы нужного возраста. Желательно, чтобы у него не было близких родственников – так безопаснее. Потом нужно арендовать почтовый ящик на это имя и послать запрос в архив с просьбой выслать копию свидетельства о рождении. И всё. С этим свидетельством можно уже получить права и карточку социального страхования. Конечно, любая более-менее серьёзная проверка обнаружит подлог. Но если жить тихо, особо не высовываясь, и в плохие истории не впутываясь, то на бытовом уровне этот способ вполне прокатит – вряд ли потенциальный работодатель станет проверять в базах данных, не выписывалось ли на это имя ещё и свидетельство о смерти? Тем более – на какую такую особую должность я могла бы претендовать, без образования и  рекомендаций? Официантки? Уборщицы? Курьера? Там вообще не особо в документы смотрят, какие уж тут проверки? Так что, на первое время это должно сработать. К тому же, таким образом я смогу накинуть себе несколько лет, чтобы мной не заинтересовались ещё и органы опеки. Хотя мне было всего четырнадцать, яркий макияж вполне способен добавить мне лет. И вообще, юность – это недостаток, который со временем проходит.

Итак, план действий выработан, подготовка проходит успешно. Всё приготовленное,  купленное или то, что заберу из дома, я сложила в большой рюкзак, так же специально приобретённый для этой цели, а сам рюкзак припрятала среди скал на берегу. Я нашла подходящую выемку достаточно высоко, чтобы без альпинистского снаряжения обычный человек забраться туда не смог бы. Для меня же это было не сложнее, чем подняться по обычной лестнице. Место было практически непроходимое, а потому безлюдное. Так что я была абсолютно уверена – мой тайник в полной безопасности.

Итак, мне осталось в последний раз снять деньги с карточки – и можно уходить. Страшно было покидать пусть и не самую любящую семью, и уходить в неизвестность, но у меня не было выбора. Я дала себе срок в неделю, и она истекала через три дня. Впрочем, даже этих дней, как оказалось, у меня не было.

Я привычно спала днём, когда во двор въехал микроавтобус. Я не реагировала на передвижение машин родителей и прислуги – они были мне знакомы, но этот посторонний звук меня насторожил, заставив проснуться. Я выглянула в окно. Чёрный микроавтобус с жёлтым, незнакомым мне логотипом на боку остановился возле крыльца. Из кабины вышли два человека – один в костюме, другой в белом халате. На нагрудных карманах и халата и пиджака был тот же самый логотип, по форме слегка напоминающий средневековый герб с какими-то буквами.

Отец встретил их на крыльце и провёл внутрь. Это были первые незнакомцы, вошедшие в наш дом после моего возвращения из больницы.  Я насторожилась, прислушиваясь. Что-то подсказало мне, что ничем хорошим это не закончится. Из гостиной послышался голос одного из гостей:

 – Где оно? – «Оно!» Ну, да, я теперь «оно», пора бы уже привыкнуть и не реагировать так остро.

– Наверху, в своей комнате.

 – Оно ни о чём не догадывается?

– Нет, конечно. В принципе, оно послушное. Мы можем просто сказать, что вы хотите увезти её в больницу, чтобы изучить её болезнь. Не думаю, что оно станет сопротивляться.

 – Мы бы не хотели рисковать. Вдруг оно попытается сбежать по дороге? Мутанты могут быть непредсказуемыми. И агрессивными. Лучше, чтобы во время перевозки оно спало.

Мутанты? Мой взгляд метнулся к полке с дисками, задержавшись на одном из названий. «Люди Икс». Я что, мутант? В принципе, звучит лучше, чем «зомби», но оптимизма тоже не внушает. Ладно, обдумаю это позже, а сейчас лучше не отвлекаться.

 – Но как это сделать? – Голос матери. Она тоже там, с ними. – Мы же вам говорили – иголки кожу этого существа не берут. Да и не дастся оно себя колоть.

– Ну, на такой случай у нас есть снотворное, которое можно принять с пищей или питьём. – Ещё один незнакомый голос. Видимо, в разговор вступил второй гость. –  Вкус не меняется, так что заметить оно его не сможет. Зато во время перевозки обойдётся без происшествий.

 – Хорошо. – Снова голос матери. – Как раз время ужина. Я приготовлю поднос, а вы сможете добавить туда снотворное. Можете пройти со мной на кухню.

– Вам придётся подписать кое-какие бумаги, – снова голос первого гостя. – Это простая формальность. И вы должны понимать – назад хода не будет. После того, как мы заберём у вас это существо, оно становится собственностью корпорации. И вы никогда его больше не увидите. А вот в этой папке все нужные в таком случае документы. Взгляните, вот заключения врачей, вот история болезни, документы о проведении лечения в одной из частных клиник Швейцарии, справка о смерти от острого лейкоза, справка о захоронении там же. Для всех ваших знакомых и родственников ваша дочь умерла. Для вас – тоже.

 – Наша дочь умерла несколько месяцев назад. – Голос матери. Видимо, она уже приготовила для меня ужин. Впервые за всю мою жизнь, кстати, раньше это делал повар. – Вместо неё мы получили то, что сидит сейчас в её бывшей комнате. Это уже не наша дочь. Вы можете забрать это.

Стало быть, про то, что я вообще не их ребёнок, «гостей» решили не просвещать. Мне стало интересно, случись подобное со Сью – от неё тоже постарались бы так же быстро избавиться? Или то, что я им чужая, сыграло свою роль? Раньше меня терпели, поскольку каждый из родителей был уверен, что другой мне либо родной, либо считает себя таковым. Теперь нужда в притворстве исчезла. И ещё неизвестно, не изменись я, осталась бы я в этой семье, выйди правда наружу? Думаю, что вряд ли.

 – Скажите, – голос отца прозвучал несколько неуверенно. – Вы ведь не станете делать ей больно? Мне бы этого не хотелось. Всё же мы вырастили её, она была нашим ребёнком...

– Не волнуйтесь, мы не причиним ей вреда. Просто будем изучать, ну, анализы возьмём, не без этого, конечно. Просто такие существа нужно изолировать от остальных людей, исключительно из предосторожности. Мы ведь не знаем, как оно поведёт себя дальше, какие с ним ещё произойдут изменения? А так, и вы будете в безопасности, и этот мутант. Вы ведь сами этого хотели, верно?

 – Да. Конечно. Конечно, мы сами этого хотели. Видите ли, у нас есть ещё дети, и мы опасаемся за их безопасность…

 – Ну вот, теперь вы можете за них не волноваться. Всё будет в порядке.

Голос гостя звучал плавно, успокаивающе, убаюкивающе. Он словно обволакивал заботой, убеждал в правильности принятого решения. И если у отца и оставались какие-то сомнения, они быстро исчезли. Я заметила, что он порой сбивался, называя меня «она», я ещё окончательно не стала для него чем-то неодушевлённым. Гость подыгрывал ему, но постоянно переводил в разговоре «она» на «оно». Мама не оговорилась ни разу. Очень показательно. Я услышала, как она подходит к моей двери, и уткнулась в книгу. Раздался лёгкий стук, после чего дверь отворилась, не дожидаясь моего ответа. Я подняла от книги в меру удивлённые глаза.

 – К отцу пришли гости, это по работе. Они останутся на ужин. Так что тебе лучше поесть здесь, у себя.

Даже если бы я ничего не слышала, я заподозрила бы что-то неладное. Она избегала меня всеми возможными способами в последнее время, а тут сама зашла в мою комнату. Я должна была как-то отреагировать на эту странность.

– А где миссис Бенедикт? – экономка вполне могла бы сама принести мне поднос, она жила в доме постоянно и была в курсе практически всего происходящего, так что, в отличие от горничных, шофёра и садовника, с ней общаться мне позволялось. А то, что родители сами отослали её сегодня вечером, дав незапланированный выходной, узнать, сидя в своей комнате, я не должна была. Так что вопрос был вполне уместен.

 – Она отпросилась на этот вечер. Кажется, у неё заболела сестра. Я не знала, что приедут гости, поэтому отпустила её. Тем более что ужин она уже приготовила заранее.

Это звучало логично, и я кивнула, делая вид, что поверила. Потом перевела взгляд на поднос, поставленный на прикроватную тумбочку. Отбивная между двумя кусками хлеба, пачка печенья, большой стакан сока. Неудивительно, что приготовление ужина не заняло много времени. Ладно, нужно играть до конца.

– Спасибо. – Меня приучали быть вежливой, и как бы мне ни хотелось выплеснуть стакан сока, приправленного снотворным, ну, не в лицо, конечно, но хотя бы в окно, я должна держать себя в руках. 

Больше не было сказано ни слова. Меня оставили одну наедине с ужином. Внизу тоже было тихо. Я, не теряя времени, сложила в свой школьный рюкзачок кое-какие мелочи, деньги, пару книг, пачку печенья – уж в нём-то точно снотворного нет. Насчёт отбивной я сомневалась, поэтому решила не рисковать, хотя пахла она аппетитно. Телефон я так же оставила – во-первых, по нему меня можно вычислить, даже если сменить СИМ-карту, а во-вторых – кому мне звонить? Для всего мира я умерла.

– Сколько ещё ждать? – донеслось снизу.

 – Лучше подождать ещё полчасика, чтобы лекарство впиталось в кровь. Не стоит рисковать. Пусть оно уснёт покрепче.

Итак, пора. За полчаса я окажусь уже в другом городе. Хотя прежде мне нужно забрать свой рюкзак, переодеться и снять со счёта оставшиеся деньги, пока карточку не заблокировали. Ничего, с моей скоростью времени предостаточно. И прости-прощай дом, который никогда не был для меня родным, семья, которая так и не приняла меня. Я не позволю запереть меня, изолировав от мира, не позволю сделать подопытным кроликом.

Я сильная. Я смогу. Я выживу!

В последний раз оглядев комнату, в которой выросла, я перелезла через подоконник и прыгнула навстречу новой жизни.



Источник: http://robsten.ru/forum/36-1771-1#1230648
Категория: Собственные произведения | Добавил: Ксюня555 (28.09.2014) | Автор: Ксюня555
Просмотров: 816 | Комментарии: 25 | Рейтинг: 4.9/53
Всего комментариев: 251 2 »
avatar
1
25
Спасибо за главу, начало интригующее, жаль девочку cray
avatar
1
23
Ну и дела!  12   Инфекция, которая сделала из 14-летней девочки сверхчеловека?!!   4 :4:  Отпад!     И мыслит она вполне по-взрослому. Хотя обиды на родителей детские и очень даже правильные. Ребёнка жаль, конечно.  cray  А за приключениями этой дикой киски будет интересно понаблюдать!   dance4
Спасибо за интригующее и захватывающее начало!   good
avatar
0
24
Пожалуйста.  JC_flirt
Это не совсем инфекция, просто ничего другого ни девочке, ни её "родителям" в голову не пришло.  fund02002
avatar
1
22
Интригующее начало.Спасибо! lovi06032
avatar
1
21
Супер!"Родители"-это просто звери!Ксюш,молодчина! lovi06015
avatar
0
20
интересное  начало.. good
 комочек  жалости  к   девочке  у  меня  таки  появился!  
 спасибо  за  пролог.. побежала читать дальше lovi06015
avatar
1
19
Ну, и "родители"
Захватило!
Спасибо!
avatar
1
18
Спасибо! lovi06032

Начало понравилось, пойду главу читать. Жалко девочку.
avatar
1
17
Спасибо за интересное начало!
avatar
1
15
Жутковато прям
avatar
1
14
Спасибо за пролог! lovi06032
Очень интересное начало. good
1-10 11-19
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]