Фанфики
Главная » Статьи » Собственные произведения

Уважаемый Читатель! Материалы, обозначенные рейтингом 18+, предназначены для чтения исключительно совершеннолетними пользователями. Обращайте внимание на категорию материала, указанную в верхнем левом углу страницы.


Доминика из Долины оборотней. Глава 20. Между нами, девочками. Часть 2.

Глава ДВАДЦАТАЯ

МЕЖДУ НАМИ, ДЕВОЧКАМИ

Часть 2

 

2 ноября 2020 года, понедельник

     – Ты не говоришь ему «Апорт»? – удивилась я.

     – Не-а, – Рэнди помотала головой. – Насколько я поняла, Лаки, до появления здесь, знал несколько команд, но не «Апорт». И мы с Томасом решили, что не обязательно учить его командам со стандартными словами. Главное – чтобы он нас понимал.

     – Но тогда он не станет понимать кого-то ещё.

     – На это и расчёт. Зачем мне нужно, чтобы чужие командовали моим псом? Конечно, здесь ему подобное не грозит, но вообще-то представь ситуацию, когда собака натренирована на стандартные команды. Это значит, что любой проходящий мимо придурок может крикнуть: «Фас», и пёс подчинится. Потому что его так приучили. Или наоборот: он задержал вора, а тот ему: «Фу!» – и собака его отпускает. Разве это дело?

     – Выходит, нестандартные команды – это вроде кода доступа? Чтобы посторонние не могли воспользоваться? Это имеет смысл.

     – Интересное сравнение. Но в принципе – так оно и есть.

     – Как тебе только в голову такое пришло? Я бы ни за что не сообразила.

     – Так и я не сама это придумала. Просто как-то наткнулась на просторах интернета на историю. Там женщина рассказывала про своего дога и его команды. Оказывается, вместо команды «Фас» ему говорили: «Бекон», а вместо «Фу» – «Выплюнь каку».

     Я расхохоталась. Это, действительно, были очень оригинальные команды, к такому «коду» ключик вряд ли подберёшь.

     – Ну, «Выплюнь каку» – это понятно. А почему «Бекон»? Или это было просто первое пришедшее ей в голову слово? Чтобы никто не догадался?

     – Нет, это слово было выбрано вовсе не просто так. Понимаешь, эта собака была нужна ей для самозащиты, а не для нападения, поэтому убивать или калечить потенциальных насильников и грабителей в её планы не входило. Опять же дог – это не болонка, даже не овчарка.

     – Ничего общего, – хихикнула я.

     – Так вот, при команде «Бекон» этот дог должен был вцепиться врагу в задницу. Больно, но не смертельно, и при этом сразу же выводит из строя. Гораздо безопаснее, чем если бы он вцеплялся врагу в шею или перекусывал бы сухожилия на руке. Для хозяйки безопаснее. Чтобы не вляпаться в превышение допустимой самообороны и всё такое.

     Я снова рассмеялась, но быстро захлопнула рот ладонью и испуганно оглянулась на палатку. Фрэнк продолжал сопеть в той же позе.

     – Нет, его сейчас и пушками не разбудишь, – успокоила меня Рэнди. – И уж тем более – твоим смехом. Но я уверена, стоит тебе слегка вскрикнуть, неважно, от испуга или боли – Фрэнк взлетит ракетой.

     – Ой, я просто представила себе эту картину – дог, вцепившийся преступнику в зад, дожидающийся команды «Выплюнь каку», – я снова захихикала, но тихонько, зажимая смех ладонью, не желая испытывать судьбу и крепость сна Фрэнка.

     – Да, та ещё картина, – ухмыльнулась Рэнди. – Потому-то я и решила не обучать Лаки стандартным командам.

     В этот момент снова появился пёс с палкой и всё теми же восторгами. Я заметила, что все его мысли были «с восклицательными знаками». Похоже, здесь, в Долине, пёс был действительно счастлив, и уже совершенно освоился, что удивительно, учитывая, что он попал к Рэнди дней десять назад, может, чуть больше. Но в его глазах она была богиней, и это было заметно любому. Наверное, в парах собака-хозяин тоже существует что-то вроде половинок.

     – Ладно, пора мне домой, – Рэнди стала убирать обёртки от моего завтрака, чтобы не оставлять на поляне мусор. – У тебя три дня и две ночи, чтобы максимально приспособиться к своему новому телу. Кстати, надеюсь, у тебя есть купальник? Мы всё же летим в Пуэрто-Рико, грех не воспользоваться такой оказией. Если нет – я тебе куплю, завтра Гейб везёт меня в Грейт-Фолз, у меня как раз-таки ни одного купальника не имеется.

     – Пуэрто-Рико? – удивилась я.

     – А я тебе не сказала? Ах да, точно, отвлеклась. В общем, когда эти боссы узнали, что ФБР прикрыла их лавочку, то тут же расползлись по щелям, надеясь отсидеться. Вот только от нас не скроешься. Двоих Эндрю отыскал, когда они были ещё дома, и наши проследили за их бегством. Один удрал на ранчо, купленное на имя дальнего родственника, второй спрятался ещё круче – неизвестно какими путями в его собственности оказался бункер времён холодной войны, в котором можно автономно переждать ядерную зиму. В общем, с этими двумя всё просто, а вот третий и самый главный, успел удрать раньше, чем Эндрю его вычислить. И ему пришлось повозиться, чтобы отследить всю его собственность, купленную через подставных лиц, и обнаружить, что у него есть небольшой частный остров среди Виргинских островов. Дальше нужно было убедиться, что он именно там, но это уже – дело техники.

     – А что это означает? Кто-то туда отправился?

     – Отправился, но позже, просто чтобы убедиться, что этот гад останется там, где находится сейчас. Такие же наблюдатели приставлены к двум остальным. А что тот на месте, Эндрю определил гораздо проще: он подключился к видеокамерам аэропорта «Луис Муньос Марин» в Пуэрто-Рико – это единственный международный аэропорт, расположенный поблизости, – и включил программу распознавания лиц. И – бинго! – тот, кого мы ищем, прилетел туда три дня назад, пересел в вертолёт и направился в сторону Виргинских островов.

     – А если бы он отправился в другой аэропорт, а до места добирался бы, например, на корабле? Тогда этот метод не сработал бы.

      – Ну, как я поняла, Эндрю не обошёл вниманием и ближайшие порты, и автострады, где они есть, и многое другое, о чём я даже не догадываюсь. Главное – результат получен, и лично мне не особо важно, каким образом. Эндрю ведь тоже не интересуется, как именно я жарю котлеты, хотя секрета я из этого не делаю. Ему просто не интересно вникать во все тонкости кулинарии, достаточно того, что ему периодически перепадает котлетка-другая.

     – Угу. Совсем не обязательно знать, как устроен телевизор, чтобы наслаждаться его просмотром, – кивнула я, показывая, что поняла мысль Рэнди. – Надеюсь, этот гад не попытается удрать и оттуда.

     – А зачем? Это же его самое тайное убежище, он уверен, что там его никто не отыщет, учитывая, что и приобретён остров на чужое имя через восемь подставных лиц цепочкой, и прилетел он туда по фальшивым документам. Просто он не предполагал, что у нас есть Эндрю. Но если всё же попытается удрать... Сразу же, как только Эндрю вычислил этот остров, на Пуэрто-Рико тут же отправилась парочка моих родственников на частном самолёте. Как ты понимаешь, им даже вертолёт не понадобится, чтобы долететь до нужного острова. Думаю, сейчас они уже там. И уж они присмотрят, чтобы наш объект никуда не делся.

     – Хорошо, – кивнула я. – Значит, Виргинские острова? Я никогда там не была.

     – Я тоже. Когда Гейб узнал об этом, он предложил задержаться там после... Раз уж мы всё равно будем там – грех не воспользоваться случаем. Ну и вы с Фрэнком тоже приглашены – лишний денёк-другой вдали от родителей вам точно не помешает.

     – Родители... – расстроенно протянула я. – Знаешь, не думаю, что они меня отпустят...

     – Почему?

     – Мы раньше никогда не расставались дольше чем на несколько часов. Всего раз меня оставили одну на пару дней – и вот что получилось. Мне кажется, папа не отпустит меня одну, но и со мной полететь не сможет – маму-то он тем более не оставит.

     Я почувствовала, как на глаза наворачиваются слезы – ведь я уже представила эту поездку, прочувствовала, она была такой реальной. Но мечта оказалась неисполнимой.

     – Какая ерунда! – возмущённо воскликнула Рэнди. – Поехать туда – твоё право. Ты имеешь право на месть, имеешь право видеть, как этот гад будет трястись и писаться, поняв, кто за ним пришёл, и что ему предстоит. Твой отец не может лишить тебя этого! И к тому же ему вовсе не обязательно сопровождать тебя, пусть остаётся с твоей мамой и заботится о ней. Потому что во-первых, ты будешь окружена мужчинами своей семьи, которые позаботятся о тебе ничуть не хуже твоего отца. А во-вторых – рядом с тобой будет Фрэнк, а уж он присмотрит за тобой лучше всех остальных, вместе взятых.

     – Мне кажется, этого-то папа как раз и опасается, – пробормотала я себе под нос.

     – И последнее, но не значимости, – сделав вид, что не услышала мою ремарку, продолжила Рэнди. – Не особо ты теперь в защите-то нуждаешься. Твой отец ещё до конца этого не осознал, для него ты все ещё маленькая хрупкая девочка, но на данный момент окружающее пространство нуждается в защите от тебя, а не наоборот.

     – Против меня играет то, что я не выгляжу как наши взрослые, – вздохнула я. – И пусть я теперь такая же сильная и неуязвимая, как они, мой отец видит перед собой ребёнка. Ему сложно перестроить свои инстинкты и многовековые стереотипы.

     – Это ты мне говоришь?! – хмыкнула Рэнди. – Да это было моей самой большой проблемой, когда я сюда попала. Гейб отказывался считать меня взрослой. Мозгами понимал, но... Господи, видела бы ты, как он себя корил после нашего первого поцелуя! Мне эта моя «детская», с его точки зрения, внешность много крови попортила – я-то точно знала, что уже взрослая, но попробуй, докажи это ему! И лишь когда я впервые обратилась, в мозгах у Гейба, наконец-то, произошёл сдвиг в нужную мне сторону. Вот после этого-то мы и... Ну...

     – Я поняла, – наши с Рэнди щеки стали одного цвета, ярко-розового.

     – В общем, твой отец самолично, собственными глазами, видел твоё превращение в пантеру. Думаю, как бы ты ни выглядела сейчас, он уже никак не может считать тебя ребёнком. И в любом случае, у нас есть почти три дня, чтобы его переубедить. Я Гейба подключу.

     – И к чему это ты меня подключишь? – на другом конце поляны стоял мой вышеупомянутый дядюшка, собственной персоной.

     Рядом с ним, с палкой в зубах, стоял Лаки, преданно заглядывая ему в глаза. Забрав палку у пса, Гейб почесал его за ухом, заставив блаженно прижмуриться, после чего, не глядя, запустил палку через голову куда-то назад.

     У меня отпала челюсть. В прямом смысле. Чудеса когда-нибудь закончатся? Вся семья прекрасно знала отношения моего дядюшки к собакам. После того, как в детстве его едва не загрызли волкодавы, оставив на его лице и теле ужасные шрамы, исчезнувшие только после перерождения, он боялся собак. Страх глупый и иррациональный, ведь теперь ни одна собака не могла бы причинить ему вред, но когда это фобии бывали НЕ иррациональными? На то они и фобии. То, что он разрешил своей половинке завести собаку, конечно, вызвало у меня удивление, впрочем, не сильное, учитывая, что по словам тех, кто их видел, собака – это мелочь, он для Рэнди и звезду с неба достал бы. Но одно дело – разрешить собаке жить в своём доме, и совсем другое – эту собаку гладить, причём удовольствие от процесса явно получали оба. Это было выше моего понимания!

     Быстро преодолев расстояние между нами, Гейб пальцем мягко надавил на мой подбородок снизу, заставляя закрыть рот.

     – Не нужно таких удивлённых глаз, Ники, – ухмыльнулся он. – Да, я больше не боюсь собак.

     После чего он поднял Рэнди на руки и жалобно пробормотав:

      – Девочка моя, я соскучился, – припал к её губам. Рэнди тут же включилась в процесс, запустив пальцы в его волосы.

     «Ничего, у Фрэнка волосы скоро отрастут, и я тоже так смогу», – с лёгкой завистью подумала я, продолжая пялиться на эту парочку, хотя понимала, что нужно бы отвернуться.

     Наконец они прервали поцелуй и теперь смотрели друг другу в глаза.

     – Я ушла всего час назад, – чуть задыхаясь, сказала Рэнди в своё оправдание. – И ты был занят.

     – Почти полтора! – укоризненно поправил Гейб. – И я уже давно освободился, а тебя всё нет и нет!

     – Я уже собиралась домой, – Рэнди ласково погладила его по щеке. – Я знала, что малышки скоро проснутся…

     – И Гил с Гербом прекрасно за ними присмотрят. А твоя мама приготовит им вкусный завтрак.

     – Да, ей очень нравится её новый статус бабушки. Но… Гейб, – Рэнди подозрительно прищурилась. – Почему ты здесь?

     – Соскучился, – он посмотрел на неё такими жалобными глазами, что я не удержалась и фыркнула. Они повернулись ко мне с таким видом, словно только что осознали то, что на поляне они вообще-то не одни.

     – Прости… Гейб, – на этот раз я почти не споткнулась на имени. – Это я задержала Рэнди. Понимаешь, нам нужно было о много поболтать, и…

     – Подожди, Ники, не извиняйся. – Рэнди продолжала внимательно всматриваться в лицо Гейба. – Ты знал, что к подъёму близняшек я вернулась бы, не зависимо от того, сколько нянек в наличие в доме, если не договаривалась об обратном. То есть тебе оставалось поскучать ещё минут десять-пятнадцать не более. Не верю, что ты не смог бы подождать ещё четверть часа. Я очень рада тебе, Гейб, я скучаю каждую минуту, проведённую вдали от тебя, но всё же скажи – почему ты пришёл сюда. Ведь был какой-то повод, верно.

     – Верно, – вздохнул Гейб, сдаваясь. – Повод был, просто я понятия не имею, как тебе об этом сказать.

     – Это что-то плохое? – Рэнди нахмурилась. Я тоже заметно подобралась – события последней недели давали о себе знать. – Кто-то попал в беду? Что могло произойти за то время, что меня не было?

     Действительно, что? Кого-то снова похитили? Ранили? Что-то ещё? Но вряд ли Гейб оттягивал бы рассказ о подобных известиях, а он ведь явно не хотел сразу об этом говорить. Значит, это не срочно. Но что тогда? Я терялась в догадках.

     – Нет-нет, девочка моя, никто в беду не попал, не волнуйся. Все в добром здравии, насколько мне известно. Это… кое-что из прошлого. Эндрю отыскал некие сведения и не решился сам тебе рассказать, попросил меня. Я вышел тебе навстречу, чтобы поговорить… наедине. Не дома.

     – Он обнаружил что-то, касающееся меня? – нахмурилась Рэнди. – Но я считала, что после того, как нашлась моя семья, загадок не осталось…

     – Может, мне уйти и оставить вас одних? – спросила я. Мне было неловко, что я оказалась невольной свидетельницей явно чего-то очень личного. – Я могу отойти… ну… до моста, например. Не знаю, смогу ли я вас оттуда слышать, если смогу, то отойду подальше.

     – Не нужно, – Гейб помотал головой. – Если кто-то должен уйти, то это будем мы. Но, в принципе, я могу и тут рассказать, это не секрет, просто дома… Там куча детей и вообще…

     – Гейб, не тяни! Я с ума сейчас сойду от всяких нехороших предположений.

     – Ладно. – Гейб уселся на траву, пристроив Рэнди на коленях. Я тоже села, устроившись чуть сзади, чтобы ненавязчиво исчезнуть из их поля зрения, и навострила уши. – Поначалу я сомневался, нужно ли тебе это вообще рассказывать. Как говорится: меньше знаешь – крепче спишь. Но понял, что ты должна это знать. Ты и так столько лет жила, окружённая ложью, я не хочу уподобляться твоим приёмным родителям. О них, кстати, речь и пойдёт.

     – А-а… – Рэнди испытала явное облегчение. – А я-то уж чего только не передумала. Но эти люди… После того, как они со мной поступили, я не желаю иметь с ними ничего общего. У меня своя жизнь, у них своя. Пусть живут долго и счастливо, но подальше от меня.

     – Не выйдет, – вздохнул Гейб. И поймав вопросительный взгляд Рэнди, уточнил. – Жить долго и счастливо у них уже не получится.

     На какое-то время на поляне установилась тишина, если не считать звуков природы, разумеется. Рэнди, опустив голову, переваривала услышанное. Я тоже. Наконец, она подняла глаза на Гейба.

     – Они умерли?

     – Да, – вздохнул Гейб. Не думаю, что он жалел тех людей, скорее ему было жаль Рэнди, которую явно опечалило это известие. Всё же эти люди её вырастили.

     – Давно?

     – Десять лет назад.

     – То есть… вскоре после моего побега?

     – Да.

     – Значит, после того, как их отпустили…

     – Их не отпустили, Миранда. Они никого не отпускают.

     – Но… Тот врач сказал… Их отпустили, потому что они не мои кровные родственники. Поэтому они стали не нужны… – голос девушки становился всё тише, пока совсем не прервался.

      – Это уже было не важно. Любой, кто попал в лапы корпорации, был обречён, не зависимо ни от чего.

     Я переводила взгляд с одного на другую, пытаясь понять, о чём они говорят. Последняя фраза Гейба несколько прояснила для меня ситуацию. Похоже, приёмные родители Рэнди тоже стали жертвами тех самых палачей, что схватили меня. Но ведь саму-то Рэнди схватить не успели, она сбежала. Подслушала разговор и сбежала. В любом случае, переродившуюся гаргулью им было бы не одолеть, просто шанса это выяснить у них не было. Ещё я помню, что приёмные родители сами связались с этой корпорацией, неизвестно как на неё выйдя, чтобы отдать им своего приёмыша, ставшего ненужным и, по их мнению, опасным. Похоже, этим своим поступком они подписали себе смертный приговор.

     – Но… Но тот врач в «тюрьме» сказал, что их отпустили. Дали что-то подписать и отпустили. Я ему поверила!

     – Я тоже. Думаю, он и сам в это верил. Вот только решал не он.

     – Но почему Эндрю узнал это только сейчас? Или он и раньше знал, только не говорил?

     – Миранда, ты представляешь, какой объём информации он перелопатил за эти дни? Его основной целью были поиски главных боссов, а до этого – месторасположение объектов, каналы финансирования, да много чего. И лишь найдя пристанище последнего негодяя, он взялся более подробно просматривать базу данных по пленникам, соотносил её со списками  пропавших без вести из полицейских архивов.

     – И он наткнулся на моих… приёмных родителей?

     – Да. До недавнего времени мы ведь даже твою прежнюю фамилию не знали. Наткнувшись на твой файл, Эндрю просто стёр его со всех носителей, сделав себе копию. И уже здесь, копая глубже, наткнулся на данные о твоих усыновителях. Он же знал, что именно сказал тебе тот главврач, поэтому решил, что ты должна это знать.

     – Он правильно решил, – Рэнди тяжело сглотнула. – Я должна была это услышать. И, знаешь… Я не желала им смерти, никто не заслуживает такого, но… Они сами выкопали себе могилу. Сами связались с этими ужасными людьми. И я не собираюсь чувствовать себя виноватой!..

     – Ты ни в чём не виновата, Миранда, поверь. Это был их выбор, неправильный выбор, и они за это поплатились.

     – А… дети? Что узнал Эндрю о Майке и Сью? Неужели их тоже… – голос Рэнди оборвался.

     – Нет! Нет, о детях там ни слова, только эти двое и всё. Твои брат и сестра живы и здоровы. Ну, были в тот момент, по крайней мере. Что с ними произошло за эти десять лет, мы не знаем. Но в руки корпорации они не попали определённо, никаких сведений об этом нет.

     – Хорошо… – облегчённо выдохнула Рэнди. – Они в то время были в Далласе, их туда отправили к бабушке, подальше от меня. Наверное, это их и спасло. Думаю, пока выяснилось само их существование и местоположение, уже стало понятно, что я к той семье отношения не имею.

     – Видимо, так и было. Хорошо, что у них остался кто-то из родственников.

     – Да, одни они не остались. Но всё равно, потерять родителей так рано… Сьюзи было всего восемь, как сейчас Стейси. Мы не были особо дружны – сказывалась разница в возрасте, да и к тому же она была любимицей родителей, а я ревновала, как все дети, но… Мне жаль. И её и Майка. Так жаль…

     Она уткнулась лбом в плечо Гейба, вцепившись в его рубашку так крепко, что порвала её.

     – Я не хочу сейчас возвращаться домой, – она шмыгнула носом, явно пытаясь сдержать слёзы. – Я хочу в нашу пещеру. Пожалуйста.

     – Конечно, – вставая с ней на руках, кивнул Гейб. – Мы пробудем там столько, сколько ты захочешь, я предупредил твоих родителей, чтобы не волновались. Пока, Ники, передавай привет Фрэнку.

     И он мгновенно исчез среди деревьев. Лаки, в это же время появившийся на поляне, выронил палку и помчался следом. Конечно, он моментально отстал, но я уверена, по следу он их отыщет. И Рэнди не помешает в такой момент лишнее сочувствие. Она же явно просто храбрится, но эта новость была для неё ударом. Надеюсь, Гейб сумеет её убедить в том, что никакой её вину здесь нет и быть не может.

     Ещё какое-то время я стояла и смотрела в ту сторону, куда умчался Гейб с Рэнди на руках, потом вздохнула, аккуратно, представляя себе что-то очень хрупкое, подцепила ручки сумки и понесла её в палатку. Фрэнк скоро проснётся, и явно будет голодный. Бутерброды окажутся совсем не лишними. 

 

     В следующей главе мы узнаем, что делала Ники, чтобы поскорее освоиться со своим новым телом, и что было в тех таинственных коробках, стоящих в палатке.
     А пока - жду ваших впечатлений на форуме. 



Источник: http://robsten.ru/forum/75-1899-1
Категория: Собственные произведения | Добавил: Ксюня555 (09.08.2015) | Автор: Ксюня555
Просмотров: 287 | Комментарии: 23 | Рейтинг: 5.0/26
Всего комментариев: 231 2 »
avatar
1
23
Большое спасибо !
avatar
1
22
Хорошо девочки поговорили.Ну, и приёмные родители сами подписали себе приговор.
avatar
1
21
благодарю cvetok01 cvetok01 cvetok01 cvetok01 cvetok01
avatar
0
20
Да, приемных родителей Рэнди не жалко! В этой главе Френка не было (( Следующая должна быть интересная судя по назаванию!!!! А я уезжаю (( Зато оптом потом прочту несколько глав
avatar
19
Спасибо за продолжение! lovi06032
avatar
1
16
Классно когда Рэнди и Гейб появляются. Реакция Ники на появление Гейба с Лаки бесподобна. Жду Пуэрто- Рико.
avatar
1
17
Гейб и Рэнди теперь будут появляться всё чаще.  JC_flirt
avatar
1
15
Спасибо!
Да...Хотели сдать ребенка,так их и самих прибрали к рукам...Мне это все напоминает наше страшное советское время,когда только по доносу соседей,без проверки и доказательств люди оказывались в лагерях...А потом на соседей кто-то клеветал(или бедняги разбили нечаянно бюст совецкого вождя или газетку с речью выкинули) и сами оказывались соседями по нарам...
avatar
0
18
Как аукнется...
Эти люди приготовили Рэнди страшную судьбу. И сами же в неё угодили. 
Не рой другому яму...  4
avatar
1
13
спасмбо большое.я бы так хотела жить в долине.спасибо за ваш патрясающий мир.
avatar
0
14
Я бы тоже хотела там жить...  JC_flirt
avatar
1
12
СПАСИБО!!!
avatar
1
11
СПАСИБО!!!
1-10 11-17
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]