Фанфики
Главная » Статьи » Фанфики по Сумеречной саге "Все люди"

Уважаемый Читатель! Материалы, обозначенные рейтингом 18+, предназначены для чтения исключительно совершеннолетними пользователями. Обращайте внимание на категорию материала, указанную в верхнем левом углу страницы.


Успокой мое сердце. Глава 32
Приглашаем к просмотру видео-истории о Белле - ТЫК


Находиться между сном и явью довольно приятно. Я нежусь в постели, наслаждаясь последними мгновениями уходящих сновидений и постепенно отдаляясь от царства Морфея, куда меня так радушно пригласили.
В реальности царит тишина. Если ранее она доставляла какие-нибудь неудобства, то сейчас это в прошлом. Наоборот, именно благодаря ей я могу не отвлекаться от мыслей, постепенно образующихся в сознании и сладостного ощущения невесомости, пока балансирую на краю полного пробуждения.
Тишина, вообще-то, неплохая штука. И почему она раньше мне не нравилась?..
Вздыхаю, переворачиваясь на бок и разминая тем самым затекшее после сна тело. Почему-то тянет улыбнуться. Здесь тепло и спокойно, в меру светло, но неярко, безопасно. Не знаю, чему обязано возникновение этого чувства, но мне очень комфортно.
Перед глазами попеременно сменяя друг друга предстают приятные моменты из прошлого. Сладкие воспоминания с небольшим горьковатым привкусом осознания того, что больше ничто из этого не повторится. Ни вечерней сказки или урока кулинарии с мамой, ни прогулки или похода в цирк с папой… Далеко-далеко, за гранью настоящего, эти картинки все же хранятся в архиве памяти. И будут храниться ещё столько же лет, если не больше, несмотря на все случившееся после. Маркус и Джеймс не обладают достаточной силой, чтобы искоренить их во мне. Заставить не думать – да, засыпать насущными проблемами и угрозами – да, но забыть – никогда. Это – часть меня. Причем не самая худшая.
Улыбка полноправно завладевает губами. Ощущение того, что я больше могу не подчиняться правилам благоверного супруга, твердящим все как одно забыть свое прошлое, очень радует.
…Тихонький скрип кровати заставляет насторожиться.
Я открываю глаза одновременно с тем, как мистер Каллен ложится на тигровые покрывала.
- Ещё рано, - даже не глядя в мою сторону, сообщает мужчина.
Рассматриваю его из-под опущенных ресниц, привыкаю к свету, льющемуся через узкое окно до самого пола на западной стене.
Судя по всему, Эдвард принял душ - на его потемневших волосах блестят бисеринки воды. Одежда так же поменялась. Но на удивление мне, это вовсе не те строгие костюмы, в каких я видела его основное количество раз. Даже не рубашка с темными брюками, как в редкие неформальные моменты.
Сейчас на мужчине серая майка и обыкновенные, слегка потрепанные джинсы, какие носят обычно продавцы в недорогих молодежных магазинах.
- Лучше поспи, - замечая мой интерес к своему наряду, советует он.
Я немного хмурюсь, но быстро перебарываю в себе желание последовать совету. Напротив, сажусь на кровати, подгребая под себя часть одеяла.
Нежная материя приятно скользит по коже.
- Доброе утро, - говорю я, робко улыбаясь.
Оглядев меня, Эдвард усмехается в ответ.
- Может и так.
Я чувствую себя раскрепощенно от такого хорошего начала дня. Никаких упреков, приказов и обвинений. Кажется, сегодня у меня амнистия. Как по части страшных сновидений, так и по настроению моего похитителя.
Что же, от перерыва не откажусь. По-моему, он необходим нам обоим.
- Сколько времени?
- Почти шесть.
Шесть? Ничего себе…
- Ты всегда встаешь так рано? – совершенно неожиданно понимаю, что говорить с Эдвардом сейчас не стоит для меня особого труда. Мы просто общаемся. И никакого страха. Очень приятно.
- Нет, - мужчина прикрывает глаза, закидывая руки за голову и с удобством устраиваясь на них.
Следуя поданному примеру, тоже ложусь на подушку. Мягкая на ощупь, она окружает меня уютом.
Пользуясь возможностью и новым ракурсом, разглядываю комнату, в которой оказалась.
Черные стены и пол, из которого легко можно делать гробы, я вчера уже видела. Кровать с покрывалами – тоже. А вот остальная мебель является сюрпризом.
Около стены напротив кровати разместился большой кожаный диван. У моего похитителя явно слабость к таким вещам. Впрочем, такой насыщенно-черной кожи я никогда ещё не видела. Даже в этом доме.
Перед диваном подходящий к нему по цвету журнальный столик. Чистый и блестящий, как отполированный. На его гладкой, идеальной поверхности лежит лишь одна газета. Рассмотреть отсюда, какая - не получится.
Сбоку от местоположения бумажного издания виднеется массивный деревянный шкаф. По размеру он превосходит все, что я когда-либо могла наблюдать в самых разных мебельных магазинах.
Поверхность дверец исписана мелкими белыми буквами. Какой язык разобрать не могу, но явно не английский. Может, итальянский? Или французский, как в бильярдной?
Скольжу взглядом по темным стенам, следуя к ближнему из углов. Тумбочка, уже известная мне со вчерашней ночи, напоминает недавние события. Её содержимое бесценно. Для Каллена - так точно.
Оглядываюсь на него, и в голове назревает вопрос, никак не связанный с комнатой, больше походящей на преисподнюю.
Он про ночь. Вернее, то, что ночами происходит. Как никогда четко представляю себе полубезумного вчерашнего Эдварда. Мокрую майку, сжавшие мои предплечья руки, потухшие глаза и морщины. Миллион морщин на всем лице.
Не страшно, нет.
Больно.
- Что с тобой?
Мужчина напрягается, открывает глаза. Во взгляде, направленном на меня, читается в большей степени удивление, но где-то в глубине – явная грусть.
- Что со мной? – передразнивая мой тон, интересуется он.
- Ночью…
- Ночью ничего не происходит, - не давая мне закончить, перебивает Каллен. Грусть в малахитах исчезла. Осталась лишь сталь вперемешку с ядом.
- Я вижу… - делаю вторую попытку, но и она безрезультатна.
- Не видишь.
Эдвард упрям. Упрям до невозможности, до сумасшествия, до дрожи. Настроение, с которым начиналось это утро, медленно преобразуется из радостного в гневное. А все, казалось, было не так уж плохо…
- Пожалуйста, скажи мне, - отчаянье выходит на первый план, принуждая все иные чувства потонуть.
Не знаю, зачем так необходимо знать о ночных мучениях, приходящихся на долю мужчины. Есть варианты, что для лучшей помощи, ради интереса, просто так… Ни один из них не достаточно полный и верный. Да, для помощи, да, ради интереса. Но и для другого тоже. Меня волнует Эдвард. Точнее то, что творится с ним после полуночи. Вчера я видела все в полной мере и осталась под большим впечатлением от вида мужчины как до, так и после спасительных инъекций.
- С какой стати? – Каллен надменно изгибает бровь, глядя на меня так, будто находится на высоте в сорок метров. Сверху вниз, не иначе.
- У меня есть право знать.
- Откуда? – мужчина прищуривается, пожирая меня глазами. Увлекая в бездну малахитов и грозясь не выпустить обратно.
- Ты позволил помочь… - ищу подходящий ответ, и лучше этого в голову ничего не приходит.
- Мне казалось, помощь была бескорыстной.
- Так и есть! – спешу заверить, пока он и вправду не подумал обратное.
На мгновенье между нами повисает молчание. Эдвард выглядит, как изображения королей на монетах. Надменно-отрешенное выражение лица, дополненное поджатыми губами и яростным, испепеляющим взглядом.
Как выглядит мое лицо – загадка, но, скорее всего, там ведущую роль занимает бессилие.
Внезапно он поднимается с кровати. Направляется к тому самому узкому окну с матовой поверхностью. Останавливается перед самым стеклом, замирает.
Выжидаю около минуты и встаю следом.
Голова Каллена немного оборачивается в мою сторону, когда я поднимаюсь с мягких красных простыней.
Но едва я делаю первый шаг, занимает прежнюю позицию.
Останавливаюсь в полушаге от мужчины, за его спиной.
Отрываю глаза от пола, обращая их к пейзажу.
Надо же, снег замел все и вся! Не осталось ничего непокрытого бесконечным белым покрывалом.
- Твоя проблема в том, что ты хочешь знать слишком много, - негромко сообщает мой похититель. В его отражении в стеклянной поверхности улавливаю взгляд, направленный на мое лицо.
- Я хочу знать тебя, - тихо поправляю я.
Эдвард замолкает, и я тоже не вижу смысла ничего говорить. Разглядываю в стекле малахиты, пробираясь внутрь, стараюсь понять хоть что-то, что двигает мужчиной, хоть что-то о том, что его мучает. Желание раскопать его суть становится все больше с каждым днем. С каждой проходящей ночью…
- Ты не знаешь, о чем просишь, - качает головой мой похититель, - лучше задай какой-нибудь банальный вопрос. Например, спроси, хорошо ли я выспался и как у меня дела. А я отвечу, что все прекрасно.
- Это неправда.
- В том-то все и дело, - Каллен разворачивается в мою сторону. - Правду невероятно сложно отличить ото лжи. В маскировке люди достигли совершенства.
В его словах огромный смысл.
Кажется, я понимаю, о чем речь.
- Я не лгу, Эдвард. Я правда хочу…
Грустно усмехаясь, мой похититель качает головой. Затем делает короткий вдох и поясняет:
- Это – самый изощренный план, Белла. Те, кто умнее обезьяны, сначала убеждают тебя в своей невинности и только потом воплощают в жизнь запланированное.
Теперь мой черед вздохнуть.
Возвращаюсь к пейзажам, пробуя усмирить разгорающееся внутри пламя. То самое чувство, когда ты пытаешься что-то показать человеку, а он находит тысячу и одну причину, чтобы закрыть глаза.
Эдвард один из немногих, с кем я говорю ТАК за долгое время. Правда, он так же один из немногих редких упрямцев до мозга костей, которые остались на этом свете.
- Знаешь, - задумчиво глядя на снежинки, крутящиеся попарно за окном, начинаю я, – моя мама говорила, что ложь – одна из самых страшных и неоправданных вещей на свете.
- Есть ещё что-то? – устало интересуется мужчина, прислоняясь лбом к холодному стеклу.
- Эгоизм и зависть.
- Эгоизм… - Каллен катает слово на языке, раздумывая над его смыслом.
- Это – три вещи, полностью уничтожающие человека.
Мои слова повисают в тишине. Эдвард снова молчит.
- Мы можем поговорить? - немного нерешительно прошу я, повернув голову в сторону мужчины.
- Последнее время мы только этим и занимаемся, - бормочет он, прикрывая глаза.
Исчезающие краски малахитов помогают заметить синеватые круги на бледной коже. Он выглядит чертовски… усталым. Похоже, ночью поспать удалось только мне.
- Сделка? – аккуратно интересуюсь я, надеясь, что не перегибаю палку.
Глаза мужчины медленно открываются.
- Сделка? Это какая же?
- Два вопроса, - кажется, это максимальное количество на данный момент. Мне хватит. – Каждый.
Эдвард щурится. Едва заметная улыбка трогает его губы.
- Что?
- Кто ты по специальности? – спрашивает он.
Хмурюсь от невозможности ответа.
Белла Свон не сумела закончить даже школы. Что уж говорить о колледже?
- Это вопрос? – выкручиваюсь, как мне кажется, наиболее подходящим способом.
- Нет, - улыбка моего похитителя становится чуть шире.
Выжидаю несколько секунд, за которые никто не произносит ни слова, и тогда решаюсь спросить первой:
- Ты согласен?
- Да, - веселый настрой пропадает сам собой. Серьезность и сосредоточенность снова занимают свои позиции на лице мужчины.
Ещё немного тишины. Раздумываю над вопросами, как Эдвард неожиданно меня перебивает.
- В прошлый раз ты спросила, любил ли я Ирину, и как она умерла. Значит, в этот раз ты спросишь, люблю ли я Джерома и сплю ли с другими женщинами после тебя. Так?
Малахиты выдают его с головой. В вопросе ни доли смеха. Он действительно так думает.
- Я знаю, что ты любишь Джерома, - тихонько отвечаю, припоминая минуты, когда видела Каллена рядом с сыном, - наверное, даже догадываюсь, как сильно…
Мужчина следит за мной как коршун, заприметивший добычу. Если оступлюсь хоть на одном слове – растерзает. Его голова немного запрокидывается, надменное выражение застывает на лице.
- Знаешь? – изображая удивление, протягивает он. – Не ты ли сказала, что он не заслужил такого отца?
Я прикусываю губу.
- Просто иногда ты…
- Довольно! – меня перебивают, не давая закончить. Эдвард поворачивается спиной к стеклу, опираясь об него. Его руки скрещены на груди. Если верить статьям психологов, это – защитная поза.
- Два вопроса, быстро! – требует он.
- Что с твоей ногой? – выпаливаю это на одном дыхании.
Каллен качает головой. Надменности становится больше.
- Безответный вопрос, Белла.
- Безответных вопросов не бывает, - упорствую я.
Смерив меня недоверчивым, недобрым взглядом, Эдвард все же соглашается.
- Допустим. Но мой вопрос тоже не будет легким.
- Я знаю, - удается сказать это без обреченности. Скорее всего, виной тому моя крайняя заинтересованность и нетерпение. Пока не слишком опасаюсь того, о чем может спросить мой похититель.
- Когда Джером родился… - голос Эдварда преображается. Он звучит словно заранее отработанный, неживой. Удушающе-спокойный и в то же время, как в фильмах ужасов, напряженный, накаленный до предела. Миг – и что-нибудь кровавое появится на экране, - …с крючка сорвалась большая рыба. Она исчезла на три месяца, а затем вернулась.
Держа ритм, не желая упускать создавшийся динамичный фон, мужчина продолжает, так и не дав мне полностью обдумать предыдущее предложение.
- Она искала меня. И нашла.
Мне кажется, мое сердце бьется быстрее обычного. Догадываюсь, что ничего хорошего не будет. Это не сказка о добрых волшебниках и злых ведьмах. Здесь все страшнее. Гораздо.
- Её прихвостни отлично сделали свою работу. Они хорошенько меня выпотрошили и доставили хозяину. Если бы не Джаспер, с моей ногой больше не было бы проблем. Со мной больше бы не было проблем.
Тут мужчина останавливается. Дает пару секунд на раздумья.
Впрочем, я будто парализована. Морально парализована. Изнутри залили цемент. Ни одна мысль не может проскользнуть сквозь преграду к сознанию. Я в буквальном смысле оцепенела от ужаса.
Выпотрошили это ведь?..
- Доктора смешные люди, Изабелла, - голос мужчины снова меняется, но теперь в сторону более естественного. Видимо, самую сложную часть я уже услышала. – Они заявили, что я больше не буду ходить. Никогда, - последнее слово произносится буквально по буквам.
- Они меня недооценили. Поэтому я здесь. И я стою на собственных ногах, - Каллен ухмыляется, глядя куда-то в стену за моей спиной. Он кажется одновременно сосредоточенным и полностью отрешенным. Будто бы сейчас не в этой комнате. Даже не в этом доме…
- Ты боролся… из-за Ирины? – этот вопрос дается мне с трудом. Отчасти я опасаюсь реакции Эдварда, отчасти неприятно произносить имя его бывшей жены. Не могу подобрать объективную причину для этого.
- Ирина не является той женщиной, ради которой хоть кому-то надо бороться, - качает головой Эдвард, отметая мою версию к чертям.
Малахиты оборачиваются в мою сторону. Смотрят настороженно.
- Ради Джерома. Кроме меня некому было бы его защищать.
Эти слова наводят на следующий вопрос сами собой.
- От кого защищать, Эдвард?
Действительно, от кого? Неужели у моего похитителя такое множество врагов? Те, кто пытался украсть мальчика – одни из многих?
- Это второй вопрос? – уточняет мужчина.
Не раздумывая, киваю. Именно. Второй.
- Защищать от тех, кому он интересен. В мафии в приоритете власть, а не деньги. А ребенок – идеальное средство для манипулирования.
Я шумно сглатываю, услышав одно из произнесенных Калленом слов.
- Мафии?.. – переспрашиваю тихо, будто кто-то нас подслушивает.
Довольный произведенной реакцией, мой похититель посмеивается. Его отрешенность пропадает сама собой.
- Знакомься, Изабелла. Перед тобой – Босс, – с издевкой представляется он, совершая при этом джентльменский поклон.
Невольно отступаю на один шаг назад. Заявление мужчины воспринимается как плохая шутка. Нет, я не думала, что он добропорядочный предприниматель, который платит налоги, а на выходные посещает горнолыжные курорты. Допускала даже вариант, что у Эдварда есть казино или что-то в этом роде…
..Но мафия?
Это, пожалуй, уже чересчур.
- Не любишь мафиози? – тоном доброго друга интересуется Эдвард. На его губах лживая улыбка. Рука протягивает мне из ниоткуда взявшуюся газету. С опозданием понимаю, что это именно та, которая лежала на журнальном столике во время моего пробуждения.
Невидящими глазами смотрю на бумажные страницы, цепляя взглядом заголовок титульного листа.

«Власти увеличили вознаграждение за поимку Изумрудного наркобарона».


- И-изумрудный? – несмело гляжу на Каллена, заставляя себя задать этот вопрос.
- «Smeraldo» звучит лучше, - поправляет мужчина. Его бархатный голос как никогда приятен слуху. Дьявольский итальянский...
- Ты торгуешь наркотой… - говорю почти что сама с собой, когда картинка складывается воедино. Кусочки пазлов слетаются с разных мозаик, с удобством устраиваясь вместе. Вот, почему здесь была эта газета. Эдвард изначально планировал сказать мне… Напугать. Должна признать, у него получилось. Нешуточно.
- Верно, - мужчина сокращает расстояние между нами, делая шаг вперед.
- Получается, это правда не лекарства?.. – припоминаю тонкие шприцы с золотистой жидкостью и пугаюсь таких скорых выяснений обстоятельств. До последнего я лелеяла надежду, что внутри всего лишь смесь из трав. Хотя бы наполовину.
- Конечно нет, - объясняя мне истину, кривится Каллен, - когда это наркотики были лекарством? Они всего лишь снимают боль. Ничего не лечат.
Низко опускаю голову, борясь с подступающим к горлу тошнотворным комом. Отвращение во мне не знает предела.
- Теперь моя очередь, - загораживая собой окно, констатирует факт Эдвард. Повисающая темнота вокруг заставляет почувствовать себя в клетке.
Прикрываю глаза, надеясь успокоиться.
Плохо получается.
- Джаспер рассказал мне несколько занятных историй про ваш с Кашалотом семейный уклад. Я хочу знать, правда ли это?
Страх по поводу его признания отпускает. Теперь появляется мой собственный, оправданный ужас. А ведь пару минут назад я радовалась, что могу не думать о муже и всем том, что с ним связано. Доброе утро быстро кончилось. Реальность оказалась жестокой и болезненной. Настоящей.
- Что именно? – говорю почти что беззвучно.
«Мои вопросы не будут легкими» - вы снова сдержали обещание, мистер Каллен. В который раз.
- Плети, кляпы, наручники? – он перечисляет все это с такой хладнокровностью, что мое тело против воли отзывается усиленной дрожью на каждое слово.
- Да.
Короткий и ясный ответ. Но что-то мне подсказывает, что этого будет недостаточно…
- Это было твоим наказанием?
- Нет.
Кажется, в односложных высказываниях я делаю успехи. Голос почти не дрожит.
- Неужели с личного согласия? – мужчина пытается скрыть свое неверие, но у него плохо выходит. Даже я слышу.
- Да, - вздыхаю, не подпуская болезненные мысли слишком близко. Из последних сил держу их на расстоянии. Пусть даже вытянутой руки – и то прогресс.
- Ты терпела? – брезгливо спрашивает он.
Киваю, все ещё не отрывая глаз от пола. Эдварду выражение в них неинтересно.
- С какой стати? – Каллен пытается понять. По его настойчивому тону и нескончаемым вопросам это очевидно. Только вот понять наше с мужем соглашение удастся не каждому. Иногда даже я до конца не понимаю…
- Мы подписали договор, - голос становится хриплым, а глаза мокрыми. Благо, пока видеть их никто не может.
- В каком договоре из жены делают проститутку?
- Есть и такие – шепчу я, проглатывая ненужные слезы.
Эдвард замолкает, видимо, обдумывая полученную информацию.
- Чем он тебя запугал?
Ответом мужчине служит короткий несдержанный всхлип.
Рассказать?.. Все это? Все то, что было? Моя нервная система похоронит себя заживо, если я хотя бы попробую это сделать. Слишком страшно, слишком больно. Слишком давно…
Я молчу, боясь, что если открою рот, непременно зарыдаю. В голос.
- Чем, Белла? – настаивает мужчина, несильно встряхивая меня за руку.
Уверено качаю головой, опуская её ещё ниже и одновременно подавляя очередные всхлипы.
- Угрозами? Побоями? Насилием? ЧЕМ?!
Последние сдерживающие оковы рассыпаются на мелкие кусочки. Колени подгибаются сами собой. Холодный пол готовится радушно принять в свои объятья.
Впрочем, конечной цели так и не достигаю. Эдвард успевает схватить меня прежде, чем встречусь с темным деревом.
- Хватит, пожалуйста… - не прошу, нет. Молю. Цепляюсь за его майку побелевшими пальцами, боясь, что Каллен отпустит меня. Горячие слезы заполоняют собой все. Рыдания нарастают, как поток птиц, вылетающих из клетки.
Перед глазами муж. Его руки, его волосы, его глаза. Даже голос. Слышу так, будто его обладатель сейчас передо мной. Все сцены и зарисовки, все страхи и всю реальность. Все, что связано с ним. Все, что было. Это как хорошо смонтированный рекламный ролик. Минута – и ты знаешь о продукте все. О Джеймсе – все.
- Слезы не решают проблем, - негромким голосом убеждает мужчина, тщетно стараясь оторвать мои пальцы от своей одежды.
В ответ я лишь сильнее прижимаюсь к нему, не решаясь отпустить. Дышу часто и неглубоко, но даже так могу чувствовать запах мужчины. Ни с чем не сравнимый и настолько желанный сейчас.
В мире не осталось ни одного человека, способного меня утешить. Кроме того, в чьих объятьях я сейчас рыдаю. Кажется, за них я готова теперь сделать что угодно. Вода, огонь, медные трубы – все. Все без исключения. И плевать на мафию.
- Хватит, - легонько касаясь моих волос, просит Эдвард. Прикусываю губу, когда утыкаюсь лицом в его грудь. Серая майка стремительно намокает. Ничего не могу с этим поделать.
- От-откуда Джаспер знает?.. - вставляю эти слова сквозь беспорядочные всхлипы. Может, ответ поможет успокоиться?
- У него свои источники.
Не помог.
Вздыхаю, всеми силами выпутываясь из оков рыданий. Постепенно они стихают, оставляя после себя лишь несколько слезинок.
Я отрываю лицо от груди Каллена, немного смущенная произошедшим.
Мужчина терпеливо ждет, пока я решусь на него посмотреть.
- Я не Джеймс, Белла, - со всей присущей ему серьезностью заявляет Эдвард, пока я исподлобья гляжу в малахиты.
- Я знаю… - выдавливаю скупую улыбку, признавая то, что он говорит.
Это правда. Не Джеймс. И никогда им не был. Даже в ту ночь…
Внезапно лицо мужчины приобретает чуть нахмуренное, сосредоточенное выражение. Его глаза впиваются в мою правую щеку.
Догадываюсь, что привлекло их внимание, и поднимаю руку, чтобы стереть остатки слез, как Эдвард быстро и немного пугая меня, произносит:
- Замри!
Послушно останавливаюсь, наблюдая за тем, как Каллен собственными пальцами касается моей кожи. Они холодные, но разгоряченной слезами щеке это даже приятно.
Две последние слезинки исчезают.
Несколько мгновений Эдвард смотрит на свои пальцы, чуть-чуть влажные, а затем на меня.
Теперь моя улыбка получается настоящей, хоть и робкой.
Губы моего похитителя изгибаются в похожей.

* * *


- Выходи, - Эдвард выпускает меня из спальни первой. Темный коридор выглядит устрашающе -
будто это вовсе не дом, а съемочная площадка фильма ужасов.
- Почему так мрачно? – осматриваясь вокруг, спрашиваю я.
Каллен, закрывая дверь, усмехается.
- Я тоже не особо светлый, как видишь.
Вполне безобидный ответ. Надо же, мой похититель иногда может быть непосредственным.
- Это, по-моему, слишком… - бормочу, представляя, что бы здесь было, не гори лампы над головой. Ни одного окна. Ни капли света с улицы.
- Черный – мой цвет, - мужчина пожимает плечами, двигаясь вперед по коридору. Следую за ним, не желая потеряться здесь.
Вспоминаются слова Эдварда в спальне, тогда, в первую ночь. Он сказал, что предпочитает тьму. Сейчас я вижу наглядное тому подтверждение. Это из-за того, кем он является? Отсюда все эти рубашки, костюмы и оформление собственной спальни?..
- В квартире тоже все черное? – почему-то не чувствую опасности, когда расспрашиваю его. Может, причиной тому недавние события? Меня никто так не обнимал…
- Ты ещё о ней помнишь?
Киваю, хотя Каллен не поворачивает головы в мою сторону.
- Нет, там серое, - так и не дождавшись моего устного ответа, продолжает мужчина.
Серое? С чего бы?
Так, Белла, что означает серый цвет? Тоску, апатию, депрессию… Что-то не совсем хорошие варианты.
Жаль, ничего иного предложить не могу.
Проскочившее слово «тоска» напоминает о другом.
О малахитовых глазках Джерома, в которых это чувство преобладало в некоторые наши встречи. Надеюсь, хотя бы сейчас ничего подобного не будет…
«Будет».
Останавливаюсь, как вкопанная, когда очередная мысль стрелой пронзает сознание.
Верно, будет.
Будет потому, что мой похититель говорил с малышом обо мне. И обсуждали они вовсе не глупости, а серьезные вещи.
«Он должен знать, какому риску подвергает себя, воспринимая тебя не так, как следует» - дословно. Эту фразу мне удалось запомнить, несмотря на то, что феноменальной памятью я никогда не отличалась.
- Белла? – Эдвард тоже остановился.
- Джером меня боится.
- С чего бы? – бровь мужчины вопросительно изгибается.
- Ты сказал…
- Я помню, - Каллен сама серьезность. – И от своих слов не отказываюсь.
Черт.
- Ты ведь понимаешь, что я ничего не сделаю?..
Сколько можно уже повторять эту фразу? По-моему, даже стены этого коридора, которые видят меня впервые, поверили. Слишком много было разговоров о данном вопросе.
- Дело не в физическом воздействии, Белла, - тоном взрослого, наставляющего ребенка, говорит мой похититель.
А в чем?..
На мгновение задумываюсь.
«Не отбирай у меня сына…» - в этом дело? В том, что он по-прежнему уверен, что я собираюсь переманить малыша на свою сторону и задурить голову?
- Эдвард, ты его папа, - подступаю ближе к мужчине, стремясь заглянуть в глаза. – Он будет любить тебя больше всех. Всегда.
Каллен поджимает губы, отворачивается.
- Мне нужны гарантии.
Вздыхаю, чувствуя, что разговор зашел в тупик. Как выруливать – не ясно.
- Я даю ему только то, что нужно… - нерешительно шепчу.
- Я даю ему все. Я! – заявляет мой похититель, продолжая путь по коридору. Прикладываю некоторые усилия, чтобы не отстать и дослушать. – Дом, одежда, еда. Я даю ему то, что нужно. Не ты, Белла. Ты ничего не можешь ему дать.
- В материальном плане ты действительно обеспечил его всем, - нет времени подбирать слова, говорю все, что думаю, - но в моральном…
- Замолчи, - велит Эдвард, прерывая меня.
Как всегда. Его не переубедить…
Остаток пути продолжаем в молчании. Пару раз порываюсь высказать мужчине, что наболело, может, даже немного перегнуть палку, но затем вспоминаю разговор в его спальне и передумываю. Не надо.
Бордовые стены расступаются, впуская более светлые цвета, выглядящие почти идеальными после соседства с темнотой.
Выхожу на уже знакомую лестницу и выдыхаю с облегчением.
Путешествие в преисподнюю закончилось.
- Что я должен сказать, чтобы ты начала следовать правилам? – устало спрашивает мужчина на очередной ступеньке.
- Я не смогу, ты знаешь, - представляю, как удаляюсь от мальчика, отвергаю его, игнорирую слезы и просьбы остаться. В груди больно щемит слева.
- Тогда я не смогу держать тебя здесь, - напряженно констатирует мой похититель.
Сглатываю, отводя взгляд.
- Позволь мне попробовать, - медлю секунду, затем все же прошу.
Эдвард ничего не отвечает, давая возможность продолжить.
- Обещаю, Джером не станет относиться к тебе хуже…
В моих ли полномочиях обещать?
Но, похоже, иного выхода нет.
Каллен молчит.
Терпеливо жду ответа.
Мне нужен его ответ. Его дозволение.
- Неужели твой муж хуже наркобарона? – с насмешкой спрашивает он.
- Я не боюсь наркобаронов, - храбрюсь, стараясь придать голосу уверенности. Пока мой похититель не видит моего лица, шансы растут.
- Pazza (Сумасшедшая), – подводит итог Каллен.
Пожимаю плечами, внутренне содрогаясь от одной мысли о Кашалоте. Хуже наркобарона? Нет, не просто хуже. Гораздо хуже.
Наверное, мое мнение могло бы пошатнуться, если бы в роли мафиози выступал не Эдвард, а кто-нибудь иной, но в данном случае нет. С Калленом хотя бы есть шанс договориться…
Мои размышления сопровождаются безмолвием в коридоре.
Ровно до тех пор, пока мужчина медленно поворачивается ко мне, держась рукой за поручень. Делаю вид, что не замечаю, как его пальцы впились в полированное дерево.
- Иди к нему, - разрешает он.
Улыбаюсь, обрадованная таким поворотом событий. Почти вбегаю на те несколько ступенек, что разделяют нас. Намереваюсь следовать далее, но рука моего похитителя не дает.
- Если ты нарушишь свое обещание, Белла, - наклоняясь к моему уху, шепчет он, - я нарушу свое.
Поднимаю на него глаза и тут же опускаю обратно к лестнице.
Я отрывисто киваю. Как никогда весомо, мистер Каллен. Особенно после разговора в вашей спальне.
- Прекрасно, - преграда убирается. Я могу идти в детскую.
Несмотря на то, что Эдвард остается за спиной, я чувствую его взгляд на своем затылке, пока не сворачиваю за угол. Но даже там отголоски малахитового огня ещё живы.
Стараюсь переключиться, оторваться от нашего разговора.
Думать обо всем, что случилось за это утро слишком утомительно. Важнее то, что Джерри скоро проснется. Мне предстоит объясниться с ним, вернуть в прежнее русло наше доверие. Показать, что никакой опасности я для него не представляю. Даже самой малой. Даже капли.
Делаю глубокий вдох перед каштановой дверью. Собираюсь с мыслями.
А затем открываю деревянную заставу и проскальзываю внутрь.

__________________
Жду вашего мнения о прочитанном на ФОРУМЕ


Источник: http://robsten.ru/forum/29-1649-1
Категория: Фанфики по Сумеречной саге "Все люди" | Добавил: AlshBetta (16.08.2014) | Автор: AlshBetta
Просмотров: 1194 | Комментарии: 32 | Рейтинг: 5.0/47
Всего комментариев: 321 2 3 4 »
avatar
0
32
Когда же Эдвард поймет, что Белла ему не угроза JC_flirt
avatar
0
31
Спасибо! Очень интересно! good lovi06032
avatar
1
30
Вот оказывается кто Эдвард! Одна завеса приоткрыта! Спасибо!  good
avatar
1
29
Ну что же... хорошо так поговорили, продуктивно. Для Эдварда - это вообще невиданный прогресс! fund02016
Только вот Белле будет трудно не влюбить в себя Джерома. На фоне сурового папы
она будет как солнечный лучик, и мальчик к ней потянется. А вот какова
будет реакция Эдварда на это!... girl_wacko
спасибо за продолжение! Очень интересно! good lovi06032
avatar
1
28
Спасибо за очередную главу.Начинает многое проясняться в плане кто есть кто. Ребенку нужна женская любовь и ласка, думаю в конечном итоге Эдвард поймет это. Ну а в целом все очень интересно! good Ждем продолжение!
avatar
1
27
Я не узнаю Эдварда...он разговаривает...это уже прогресс. А разговор ох как им нужен! Эдвард - наркобарон...честно говоря не ожидала. Вот Белле везёт...не один так другой. Но у Эдварда хоть вся его агрессия направлена на защиту Джерома, а вот у Джеймса...полная жестокость и извращение.
Интересно, что же Джаспер рассказал Эдварду о договоре Джеймса и Беллы? Может это послужило поводом смены настроения у Эдварда.
Ясно, что положение Каллена обязывает его охранять сына, он переживает за его безопасность и ещё его ревность Джерома к Белле. Белла ещё докажет ему, что он в ней не ошибся. Явно она что-то испытывает к нему...может это и будет их спасёт их.
Спасибо за главу! good
Буду ждать продолжения! 1_012
avatar
1
26
благодарю cvetok01 cvetok01 cvetok01 cvetok01 cvetok01
avatar
1
25
Глава намного светлее - они разговаривают...как это важно. Похоже Белла постепенно прониклась чувством к Каллену и теперь не только Джером в её заботах. Эдвард много открыл ей и ему приятно быть с ней, общаться, а слова , что он не Джеймс, после всех угроз - дорогого стоят. НО....перспектива не радужная...с таким кол-вом принимаемой наркоты долго не протянешь, а с такой профессией - и подавно , да и  мальчик растёт полностью лишённый общения со сверстниками, не говоря,о его страхах. Очень интересно. good Жду проду.
avatar
1
24
Я бы подумала все, что угодно. Но наркобарон? Это что-то новое:)
Спасибо за главу! :) *
avatar
1
23
Спасибо большое  за главу! good
1-10 11-20 21-30 31-32
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]