Фанфики
Главная » Статьи » Фанфики по Сумеречной саге "Все люди"

Уважаемый Читатель! Материалы, обозначенные рейтингом 18+, предназначены для чтения исключительно совершеннолетними пользователями. Обращайте внимание на категорию материала, указанную в верхнем левом углу страницы.


Вспомни обо мне. Глава 28. Амбивалентность чувств
Счастье приносит нам боль.
Боль, приносит нам радость.
В сахаре ищем мы соль.
В горечи ищем мы сладость.
В радости ищем печаль,
А в пустоте – вдохновенья.
В глупости ищем мораль,
А в темноте – озаренья.

Максим Киц




Проснулась Белла уже за полдень. Ночью она так и не смогла уснуть, несколько раз подкрадывалась к спальне Эдварда, просто чтобы удостовериться, что с ним всё в порядке. Тот всё так же сидел на кровати, разве что немного изменив позу. Лишь на рассвете ей удалось забыться тяжёлым, тревожным сном.

В этом странном сновиденье они вместе с Эдвардом и дочкой гуляли по залитому ярким солнцем лугу, раскинувшемуся у самой кромки леса. На ярко-зелёном ковре самой природой был сплетён причудливый узор из прекрасных цветов: оранжевые пышные жарки, белоснежные ромашки, небесно-голубые васильки и колокольчики, разбавленные пушистыми фиолетовыми облачками клевера.
Мелл перебегала вприпрыжку от цветка к цветку и спрашивала у отца, как они называются. Тот улыбался и охотно отвечал на её вопросы, попутно придумывая легенды о том, как каждое из растений получило своё имя. Мелани слушала, затаив дыхание, время от времени согласно кивая или удивлённо округляя серые глазки. Самые красивые из цветов она срывала и вплетала в венок. Когда тот был закончен, Эдвард присел перед дочкой на корточки, и она одела венок ему на голову. Каллен счастливо рассмеялся, подхватил дочку на руки и закружился вместе с ней. Мелл обвила руками шею отца и восторженно хохотала, откинув голову назад – её непослушные кудряшки золотисто-каштановой волной развевались по ветру.

По каким-то неведомым причинам Белла не принимала участия в их веселье, оставаясь лишь сторонней наблюдательницей, но её сердце трепетало в груди от радости, когда она смотрела на эту очаровательную неразлучную парочку.

Белз отвлеклась всего лишь на минуту для того, чтобы сорвать кроваво-алый мак у себя под ногами, а когда снова выпрямилась, Эдвард и Мелл как раз пересекали границу между лугом и лесом. Белла незамедлительно последовала за ними, но, оказавшись в окружении густо растущих деревьев, упустила их из виду. Откуда-то издалека до неё долетели их радостные голоса – она кинулась на их звук. Белла бежала и бежала, бежала настолько быстро, насколько позволяли деревья и плотные заросли кустарника. Ветки беспощадно хлестали её по раскрасневшемуся от бега лицу, волосы то и дело цеплялись за сучки, один раз она больно упала, споткнувшись о сухую корягу, торчавшую из земли. Однако чем быстрее Белз бежала, тем дальше удалялись от неё родные голоса, постепенно становясь едва уловимыми. Она чувствовала, что теряет их, теряет навсегда.

- Эдвард! Мелл! – в отчаянии сквозь слёзы звала она, но в ответ раздавались лишь возмущённые крики перепуганных птиц, взмывающих в посеревшее небо.

Белла проснулась, тяжело дыша, чувствуя себя совершенно уставшей и разбитой, словно, и правда, после долгого бега. Подушка под головой была влажной от пота, а простынь сбилась в сторону.

Вопреки ожиданиям, даже прохладный, освежающий душ не смог помочь ей взбодриться и снова почувствовать себя полноценным человеком. Голова трещала, будто после жуткой попойки. Внутри всё саднило и болело, словно по душе прошлись наждачной бумагой. И если от головной боли мог помочь аспирин, то что делать с израненной в кровь душой, Белла не знала. Вероятно, эту боль нужно было просто перетерпеть, переждать, перестрадать. Но только не в одиночку. Одной ей уже не справиться – только не теперь, когда она снова испытала самое желанное для себя счастье: быть с Эдвардом, слышать его ласковый голос, чувствовать его прикосновения, ловить на себе любящий взгляд его чуть грустных серых глаз, самой любить его – не прекрасное воспоминание, а родного, живого, из плоти и крови! Если он не простит её, не захочет быть с ней… Нет, нет, нет! Думать об этом было совершенно невозможно!

Крепко зажмурившись, Белла покачала головой, гоня эти ядовитые мысли прочь, и вышла из ванной комнаты.

По дому витал густой аромат свежесваренного кофе, свидетельствовавший о том, что Эдвард тоже проснулся… Если, конечно, он вообще спал…

На всякий случай Белла заглянула в его спальню – постель была идеально заправлена, а от последствий вчерашних разрушений не осталось и следа.

Где-то в доме раздался приглушённый голос Эдварда. Белз двинулась на его звук, невольно снова вспомнив приснившийся ей кошмар, однако, в отличие от сна, сейчас она быстро нашла Каллена в гостиной.

Он сидел на диване с чашкой дымящегося кофе в левой руке, а на журнальном столике перед ним стоял раскрытый ноутбук, и лежали две упаковки с какими-то таблетками.

- Доброе утро, Эдвард… вернее день. Я… - В этот момент Каллен так посмотрел на неё, что она сразу же напрочь забыла, что хотела сказать. Да и вообще желание говорить что-либо мгновенно испарилось. Удушливые мысли, которые она с трудом прогнала всего несколько минут назад, вновь настигли её, терзая с удвоенной силой.

- Кто это? – внезапно всю гостиную заполнил голосок Элис, льющийся из ноутбука и даже спустя годы оставшийся всё таким же звонким.

- Где? – самым искренним и невинным тоном недоумённо переспросил Эдвард, ещё раз мельком глянув на Беллу. На этот раз она расценила его взгляд как предостерегающий.

- Ты принимаешь меня за дуру? Я же слышала голос! - Элис явно не собиралась так просто сдаваться.

- Наверное, ты слышала синьору Манчини, - Эдвард тоже не умел уступать. Белла помнила, что в детстве их споры могли длиться часами.

- С каких это пор приходящая домоправительница обращается к тебе по имени? - нанесла сокрушительный удар Элис, а затем прозвучал контрольный выстрел: - Да к тому же ещё и на английском!

- Отвали, а? - скривился Эдвард, никогда не любивший проигрывать, особенно своей сестре.
Белла, замерев, слушала их перепалку. На какое-то мгновение ей вдруг показалось, что она вернулась на пятнадцать лет назад, и они все трое снова беззаботные подростки, бесконечно дружные и любящие друг друга.

- Если ты сейчас отключишься, я больше никогда тебе не наберу! - с притворной угрозой в голосе предупредила Элис.

- Я не собирался отключаться, но пока мы тут болтаем, мой кофе стынет. - В глазах Эдварда вспыхнул огонёк, будто сквозь плотную завесу облаков вдруг стали пробиваться тёплые солнечные лучики. Белла уже успела забыть об этом его волшебном светящемся взгляде, который был предназначен лишь для одного человека во всей вселенной - для Элис. Даже когда они ссорились, эта мерцающая теплота в его взгляде никуда не исчезала.

- Ты очень плохо выглядишь, - вдруг посерьёзнела она. - Хорошо себя чувствуешь?

- Элииис! - раздражённо простонал Каллен. - Со мной всё в полном порядке! Я отлично себя чувствую! Вероятно, даже лучше, чем когда-либо. - На этих словах Эдвард бросил на Беллу один короткий взгляд, но и этого оказалось достаточно для того, чтобы у той отлегло от сердца: всё у них будет хорошо!

- Не надо лгать мне - это бесполезно! Три года назад тебе удалось "проехаться мне по ушам" только из-за того, что я была слишком поглощена кризисом в отношениях с Джасом и аварий, но больше тебе это не удастся! - на одном дыхании выпалила та. - Сейчас ты выглядишь нездоровым и каким-то потерянным. Я не могу не волноваться за тебя, как ты не понимаешь?! Кстати, что у тебя с рукой?

- Просто порезался… Случайно, Элис, случайно! - Эдвард поставил чашку с кофе на столик, демонстративно громко стукнув ею об деревянную столешницу.

- Я знаю, что случайно. В противном случае, мы бы с тобой сейчас не разговаривали. Но ведь ты же рассказал бы мне, если что-то…

- Кстати о разговорах, - бесцеремонно перебил её Эдвард. - Ты набрала мне только для того, чтобы устроить допрос с пристрастием?

- Хочешь, я приеду? - вместо ответа спросила Элис. В её голосе слышалась тревога и мольба, словно она просила брата разрешить ей приехать, но боялась, что тот откажет.

- Не стоит, - покачал головой Эдвард. - Зачем срываться с места и мчаться за тысячи миль только потому, что тебе что-то там показалось. Это глупо.

- Я что-то не поняла, ты только что отказался от моих исцеляющих обнимашек?! - в голосе Элис зазвучала наигранная весёлость. - Или, может, у тебя появились чьи-то другие обнимашки, а?

- Что?.. Ты... - Каллен нахмурился и рассмеялся.

- Действительно, что это я? Откуда бы им взяться, если ты уже два года не высовываешь носа дальше своей дурацкой террасы. Или всё-таки стены кельи пали, и монах скинул рясу?

- Возможно… - улыбнувшись, уклончиво ответил Эдвард, и Белла с удивлением заметила, как его бледные щёки заливает лёгкий румянец, моментально превращая Каллена в восемнадцатилетнего смущённого мальчишку.

- Это возвращает нас к вопросу о голосе, который я слышала…

- Опять двадцать пять! - возмущённо всплеснул руками Эдвард.

- Ладно-ладно, не буду! Можешь спокойно допивать свой кофе, - капитулировала Элис.

- Какой кофе?! - рассмеялся Каллен. - Он давно безнадёжно остыл, и его уже не реанимировать!

- Сваришь новый! - парировала та. - Ладно, я ещё наберу тебе на днях. Люблю тебя!

- И я тебя, мой неугомонный ураганчик! - Эдвард закрыл ноутбук и перевёл взгляд на Беллу.

- Даже спустя годы Элис ничуть не изменилась, - робко улыбнулась та, не зная, как ей с ним себя вести после вчерашнего, чтобы он не подумал, будто она давит на него.

- Да нет, изменилась, - улыбнувшись в ответ, возразил Каллен, - причём не в лучшую сторону.

Он похлопал ладонью по дивану рядом с собой, приглашая присесть Беллу, всё ещё стоявшую в дверях.

- А что имела в виду Элис, когда говорила про монашескую келью и террасу? - спросила она, сев на диван так, что между ней и Эдвардом осталось внушительное пространство.

- Наверное, то, что я уже два года не выходил из дома, даже в саду не был, - совершенно спокойным, будничным тоном ответил Каллен. Чтобы не смотреть в это время на Беллу, он снова взял в руки кружку с кофе, сделал глоток и, поморщившись, поставил её обратно.

- Что, совсем?! - потрясённо воскликнула та. На фоне этого неожиданного признания даже его боязнь спать в темноте выглядела уже не столь пугающей. У Беллы не укладывалось в голове: как можно добровольно заточить себя в четырёх стенах, да ещё когда эти стены окружает прекрасная солнечная Италия, зачем?! - А как же… ну я не знаю… свежий воздух, солнце, люди… жизнь, в конце концов?!

- Ты уже заметила, что во всём доме огромные окна, к тому же есть терраса, так что воздуха и солнца мне хватает, а что касается людей и жизни… - Каллен немного помолчал. - Меня всё это не слишком интересовало. Ну что мне там делать? Бесцельно мотаться по улицам? Какой смысл? Я просто никогда не чувствовал такой потребности. Элис подшучивает надо мной, называя монахом-отшельником, а отец считает, что таким образом я сам себе в наказание назначил тюремное заключение. Не знаю, может, он в чём-то и прав, но меня это не тяготило, и я никогда не чувствовал, что в чём-то себя намеренно ограничиваю. В любом случае, теперь, когда у меня есть ты и… дочка, начинается новая жизнь. Как сказала Элис, стены кельи пали, и монах скинул рясу.

Эдвард замолчал, и его губ коснулась задумчивая улыбка.

Новость об отцовстве по-прежнему вызывала в нём двойственные чувства, которые всё время, не переставая, вели между собой незримую борьбу. Однако боль утихла, стала едва различима, и Каллен уже с лёгкостью мог задвинуть её в самый дальний угол души, не позволяя ей выйти наружу.
Потрясение и вовсе сошло на нет: прошедшей ночи, проведённой без сна, ему вполне хватило для того, чтобы окончательно осознать тот факт, что у него есть дочь.

"Дочка, Господи, моя дочка! Мелл... Мелани… моя девочка, моя!" - от этой непривычной восхитительной мысли губы Эдварда сами собой растягивались в мечтательной улыбке, а сердце снова начинало биться быстрее, но уже не от боли, а от радости, пусть даже и укрытой лёгкой вуалью горечи.

А ещё Калленом овладело волнительное предвкушение от предстоящего знакомства с дочкой. Сейчас он жаждал этого больше всего на свете, буквально горел от желания увидеть Мелани, услышать её голос, дотронуться до её гладкой щёчки, почувствовать под рукой мягкий шёл каштановых локонов, утонуть в её глазках, увидеть улыбку, играющую на её губах, – продолжать можно было бесконечно!

Однако эта же самая встреча с Мелли страшила Эдварда: что он скажет ей, сумеет ли вызвать доверие, не оттолкнёт ли её случайным словом или жестом, как дочка отреагирует на его физический недостаток – эта череда мучительных вопросов тоже не имела ни конца, ни края и постепенно загоняла Каллена в коварную ловушку паники. Единственным спасением было как можно скорее познакомиться с Мелани – а там будь что будет! Ведь не может же случиться так, что она не полюбит его хотя бы со временем?!

- Эдвард, прости меня за всё, прошу тебя! – Белла облизнула пересохшие от волнения губы и посмотрела Каллену в глаза. – Знаю, что я очень виновата перед тобой, но если ты позволишь, я хотела бы попытаться всё тебе объяснить… хотя сейчас и сама понимаю, насколько нелепы мои оправдания…

- Нет, не надо. Я вчера уже сказал тебе, что всё это не важно. – Эдвард протянул руку и сжал ладонь Беллы, беспокойно выводившую на диване круги. – Тем более что я и так заранее знаю всё, что ты мне скажешь, так что не нужно терзать ни себя, ни меня этими разговорами. Как ты сама недавно сказала, всё это уже в прошлом – пусть там и остаётся. Единственное, что по-настоящему важно, - это перестать мучить самих себя и друг друга отголосками прошлого. Больше никаких извинений за то, что когда-то сделали или не сделали, никаких оправданий, никаких обвинений и никакого чувства вины. Прямо здесь и сейчас мы ставим точку и открываем новую главу нашей жизни, которую начнём писать с чистого листа. Если этого не сделать, в конечном итоге, рано или поздно всё это разрушит наши отношения, и никакая любовь не спасёт, потому что одной любви недостаточно, Белла. Надо просто принять прошлые ошибки к сведению и не наступать снова на одни и те же грабли. Ты согласна со мной?

- Да, конечно! Ты прав! Я постараюсь, я… - Белла замолчала и до боли закусила губу, чтобы сдержать слёзы. Эдвард мягко притянул её к себе и обнял за плечи. – Но ты простил меня? Скажи, простил?

- Белз, ты точно слышала то, что я сказал тебе минуту назад? – усмехнулся тот.

- Слышала, но хочу знать наверняка.

- Начиная с сегодняшнего дня, я смотрю только вперёд и думаю только о будущем. То, что было в прошлом, закрыто для меня раз и навсегда. Так что мне нечего тебе прощать, просто нечего, понимаешь?

- И это твой ответ на мой вопрос? – слегка отстраняясь от Каллена и заглядывая ему в лицо, спросила Белла.

- Именно так. Другого ответа не будет. – Эдвард снова притянул к себе Белз и легонько коснулся губами её макушки. – Поговорим лучше о Мелл. Сейчас все мои мысли заняты только дочкой. Скажи мне, она считает… своим отцом Джейка?

- Нет, конечно, нет! – громко воскликнула Белла, снова отстраняясь от Каллена. – Она всегда помнила и помнит, что у неё есть папа, которому пришлось уехать ещё до её рождения, поэтому он ничего не знает о ней! – Она немного помолчала, а затем уже тише добавила: - Мы с Джейком познакомились, когда Мелл было чуть больше двух лет, и у них сразу же сложились очень тёплые, близкие отношения. Она любит его, но всё равно не забывает об отце и не перестаёт его ждать – иногда в разговорах это проскальзывает.

- Ждать? – Сердце Эдварда забилось быстрее от радостного волнения, почти ликования, но он всё равно не мог не задать Белле очевидный вопрос: - И сколько ещё ей пришлось бы ждать, если бы не наша случайная встреча?

- Я не знаю, Эдвард, я… - невнятно прошептала Белла, отводя взгляд в сторону.

- Всё понятно. Ты решила обречь нашу дочь на вечное ожидание, - усмехнулся Каллен. Он действительно не хотел ни в чём её обвинять, но не смог сдержаться, потому что неожиданно почувствовал обиду за дочку. Это чувство оказалось настолько новым и странным, что с ним трудно было сразу совладать. Впрочем, он тут же пожалел о своём выпаде. – Ладно, не важно. Правда, не важно. Это прозвучало слишком грубо, прости.

- Нет, не грубо, - возразила Белла, снова посмотрев на Эварда. – Тем более что ты прав.

Она снова прильнула к Каллену, положив голову ему на грудь, её рука обвила его талию и крепко сжала. Недавний страх Беллы потерять Эдварда наконец развеялся мрачной дымкой, и на небосводе вновь робко засветило солнце счастья. Он любит её и готов простить ей совершённую ошибку, так же, как и она всегда готова прощать его. Это ли не великая сила и дар любви? Белла закрыла глаза и с нескрываемым наслаждением шумно вдохнула аромат своего мужчины - Эдвард тихонько рассмеялся.

- Белз, - позвал Каллен, спустя несколько безмолвных минут, проведённых в объятиях друг друга. – Я обещал, что не буду тебя торопить и не стану ничего требовать, но это было до того, как я узнал о Мелл. Теперь я хочу как можно скорее познакомиться с дочкой, а это невозможно до того, как ты поговоришь с Джейком. Трёх дней тебе будет достаточно?

- Неделю. Прошу тебя, дай мне одну неделю!

- Всё это неправильно, Белла, - с горечью в голосе отозвался Эдвард, – по отношению ко всем нам, а особенно, по отношению к Джейку. Не хотел бы я оказаться на его месте. Да и на своём месте мне тоже не слишком-то весело. Ты даже не представляешь, как я хочу поскорее увидеть свою дочку! Неделя для меня – это целая вечность!

- У меня есть куча фото и видео на телефоне, я… - встрепенулась вдруг Белла.

- Ну уж нет, - перебив её, усмехнулся Эдвард. – Моё знакомство с дочкой не состоится по фотографии. Только в живую, Белз! Это потом я пересмотрю все фото и видео, скопившиеся за восемь лет. И пеняй на себя, моя родная, если их окажется меньше пяти тысяч!

Каллен рассмеялся, давая понять, что пошутил, но, как и любая шутка, эта тоже таила в себе долю правды. А ещё она ощутимо отдавала горечью потери, что, как песок, скрипела на зубах.

- Всего неделя, прошу тебя, - упрямо повторила Белла.

- Ну хорошо, - устало вздохнул Эдвард. Да, он устал. Безнадёжно устал и физически, и морально. На то, чтобы спорить и доказывать свою правоту сил совсем не осталось. – Но ни днём больше.

- Спасибо! Ты лучше всех! Ты самый-самый лучший, и я люблю тебя! – горячо воскликнула Белла, обнимая Каллена за шею.

- И я люблю тебя, Белз, - прошептал Эдвард ей в волосы.

В воцарившейся тишине отчётливо раздалось урчание в животе Беллы. Оба рассмеялись.

- Кажется, кто-то голоден, - продолжая смеяться, заметил Эдвард.

- А ты? – спросила у него Белз, на что тот лишь неопределённо пожал плечами. – Элис права: ты выглядишь не очень-то хорошо. Я, конечно, не врач, но прописываю тебе усиленное питание. А ещё свежий воздух. Настоящий, понимаешь?

- Предлагаешь мне выйти на улицу? - Каллен невольно напрягся, но всё же решил, что возражать не будет, ведь с этого дня он начинает новую жизнь.

- Я приготовлю нам обед, и мы съедим его в саду, сидя на покрывале, - хитро прищурившись, предложила Белла. – Как тебе такой план?

- Звучит опасно, но я готов рискнуть, - улыбнулся он в ответ.

Они лежали в саду на покрывале и по-братски делили плитку горькой шоколадки с миндалём – десерт, полагающийся после любого вкусного обеда всем послушным детям. Они не были послушными, но пока об этом не знал никто, кроме них.

Эдвард был ошеломлён столь прекрасными, но давно забытыми ощущениями, когда тёплые солнечные лучи золотистым потоком льются на тебя прямо с пронзительно-голубого неба, прохладный ветерок струится со всех сторон, окутывая тончайшим шлейфом цветочного аромата, под пальцами ощущается тёплая, чуть влажная земля и упругие стебли зелёной, сочной травы, а вокруг кипит маленькая, едва заметная глазу жизнь насекомых.

Эдвард наслаждался пьянящим счастьем свободы, вдыхая её полной грудью, и никак не мог понять, почему однажды решил, что всё это ему не нужно. А ещё он впитывал в себя каждое слово, произнесённое Беллой, ведь она рассказывала ему о Мелани – ЕГО маленькой, сладкой девочке! Теперь Эдвард знал, что та любит, а чего не люби, какие смотрит мультики, какие книги читает перед сном, какую еду сметает с тарелки за считанные минуты, а какую Белле приходится буквально запихивать в неё уговорами и даже угрозами…

Устав говорить, Белла затихла. Каллен посмотрел на любимую и увидел, как в свете солнца на её щеке маленьким бриллиантом блеснула непрошеная слезинка.

- Ну что ты, шшш… не надо плакать, моя родная, - прошептал он. – У нас всё будет хорошо, даже отлично! И мы будем счастливы, Белла, обязательно будем счастливы! Все вместе: ты, я и Мелл… а, может, и ещё один малыш, м?

- Энтони, например, - сквозь слёзы улыбнулась Белла.

- Отличное имя!

- Да?

- Мне нравится! Я уже знаю одного, и он прекрасный человек.

- Да, именно поэтому…

- Белз, ты никогда не пожалеешь о том, что вернулась ко мне. Я всё для этого сделаю, обещаю! Ты веришь мне? – прошептал Эдвард, щекоча губами её ухо.

- Верю, как самой себе, если ни больше, - улыбнулась она.

- Спасибо…

- За что? – удивилась Белз.

- Просто спасибо… за всё! – губы Каллена нежно коснулись её виска.

Белла подняла руку вверх и закрыла ладонью слепящее солнце. Эдвард с наслаждением смотрел, как яркие лучи просачиваются сквозь ладошку любимой, наполняя её тёплым свечением – завораживающее зрелище!

Однако её хрупкие, словно хрустальные, пальчики привлекли внимание не только Каллена. Большая белая бабочка села на мизинчик и расправила плюшевые крылья. Эдвард и Белла затаили дыхание, наблюдая, как совершенное белокрылое создание устроилось на изящном пальчике и, похоже, тоже посчитало его прекрасным.

Белз осторожно повернула голову к Каллену и, встретившись с его изумлённым взглядом, едва слышно прошептала:

– Эдвард, посмотри, ангел спустился к нам…

***


Мне этой пытки просто не снести!
Как жутко лишь губами улыбаться.
И слово окаянное «прости»
Уже готово с языка сорваться!

Как много их, прекрасных и смешных,
Задиристых, порой - обидно-колких.
Но это слово, как удар под дых,
Как боль, как в ногти вбитые иголки.

«Прости…» - вот голос дрогнул и затих…
И вижу сквозь повисшее молчанье
За этим словом и в глазах твоих,
Нет, не прощение… Отчаянье!

Лариса Самойлова


- Всё, прошла любовь, кто-нибудь, помогите собрать чёртовы осколки…

Стивен Кинг «Ловец снов»




Белла варила кофе и смотрела в раскрытое настежь окно – синьор Манчини перекапывал землю в саду под новую клумбу с цветами и громко распевал итальянскую народную песню. Это был милый седовласый мужчина с добродушной улыбкой, прятавшейся за густыми усами. Он выпрямился, вытирая пот со лба белоснежным платком и, заметив наблюдавшую за ним Беллу, помахал ей рукой – та улыбнулась и помахала в ответ.

- Mi permetta, signorina (Позвольте мне, синьорина, – пер. с итальянского), - синьора Манчини положила руку Белз на плечо и мягко оттеснила её от варочной панели. Это была тучная женщина лет пятидесяти со смуглым приветливым лицом и иссиня-чёрными волосами почти без седины, несмотря на возраст.

- Grazie, - поблагодарила Белла и вернулась в гостиную.

Эдвард всё так же, как и десятью минутами раньше, что-то сосредоточенно печатал на ноутбуке. Белла присела на диван и принялась рассматривать серьёзное, нахмуренное лицо Каллена.

Через несколько минут в комнату вошла синьора Манчини, неся на подносе две чашки с дымящимся кофе, сахарницей и плиткой шоколада.

- Grazie, - благодарно улыбнулся Эдвард, закрывая наконец ноутбук.

Синьора Манчини кивнула и, тепло улыбнувшись в ответ, бесшумно вышла. Невооружённым взглядом было видно, насколько сильно и искренне она симпатизирует своему работодателю.

- Прости, надо было срочно ответить на письмо редактора, - Каллен подъехал к Белле и заправил ей за ухо упавшие на лицо волосы.

- Я понимаю, - она перехватила его руку и, прежде чем снова отпустить, прижалась к ней щекой. – Но мне почему-то кажется, что ты чем-то расстроен или недоволен. Я права?

- Сегодня уже пятница, Белла. До конца недели осталось всего два дня, - немного помолчав, ответил он. – Если честно, я надеялся, что ты не станешь тянуть до последнего и поговоришь с Джейком раньше. С каждым днём вся эта… ммм… ситуация нравится мне всё меньше и меньше.

- Я поговорю с ним сегодня, обещаю!

- Ты даже не представляешь, как я рад это слышать, - отозвался Эдвард, правда, особой радости в его голосе не было.

Нервное напряжение и волнительное ожидание последних пяти дней сильно вымотали его. Он почти перестал спать ночами, чего с ним не было уже давно. Эдвард чувствовал, как постепенно начинает расклеиваться, а допустить этого было никак нельзя! Теперь ему следовало быть исключительно сильным, решительным и полностью уравновешенным – именно таким должен быть глава семейства. Таким всегда был Карлайл, и он, Эдвард, тоже станет таким, а иначе грош ему цена! От одной только мысли, что предстанет перед дочерью обессиленной, покорёженной развалиной с трясущимися руками, ему становилось тошно, противно, горько! В конечном итоге, все эти мысли заставили Эдварда сильно пожалеть о том, что он дал Белле целую неделю для разговора с Джейком, которого всё равно было не избежать.

На пороге гостиной снова бесшумно возникла синьора Манчини.

- Signor Cullen, c'e ' qualche giovane (Синьор Каллен, тут к вам какой-то молодой человек, - пер. с итальянского), - тихим голосом проговорила она и вышла, пропуская гостя вперёд.

- Не такой уж и молодой, так ведь, Белла? – нацепив на лицо фальшивую улыбку, в комнату неспешно вошёл Джейкоб. Остановив свой взгляд на Эдварде, он замер и стёр с губ неуместную улыбку.

Белз вскочила с дивана, схватившись за горло вмиг заледеневшими пальцами, словно в попытке стянуть невидимую ленту удушья, что с каждой секундой затягивалась всё туже и туже. Она беззвучно открывала и закрывала рот, не в силах издать ни звука, будто рыба, жестоко выброшенная приливом на песчаный берег. Панические мысли безумным хороводом закружили в голове, вызывая приступ тошноты. Всё происходящее казалось до ужаса нереальным и напоминало нелепую сцену из дешёвого, второсортного фарса. Ведь это не могло быть взаправду! Только не с ними! Только не так!

Белла с мольбой посмотрела на Эдварда, словно тот мог перемотать время назад и всё исправить, не допустить всей этой патовой ситуации. Каллен недоумённо переводил взгляд с Джейка на Белз и обратно. Но вот на его лице отразилось понимание, а вслед за ним – облегчение, будто тяжёлая глыба усталости в эту секунду свалилась с его плеч.

- Эдвард, - едва заметно кивнув, медленно проговорил Джейкоб.

- Джейк, - в тон ему ответил Каллен.

Их мрачные взгляды столкнулись и долго не отпускали друг друга, ведя немой диалог, суть которого осталась за гранью понимания Беллы. Она не знала, что каждый из них прочёл в глазах другого, но, судя по выражению их лиц, оба нашли там то, что искали.

- Вероятно, я должен тебя ненавидеть, - первым нарушил затянувшееся молчание Джейк, обращаясь к Эдварду. – И, в какой-то степени, так оно и есть. Но вместе с тем я рад, что ты жив. Правда, рад! Моему отцу в своё время так не повезло, и здорово, что хоть кому-то удалось победить эту грёбаную болезнь. - Он сделал небольшую паузу, а затем продолжил, всё так же обращаясь к Каллену: - У меня нет желания выяснять с тобой отношения. Если ты в чём-то и виноват, то она, - Джейк указал подбородком на Беллу, - станет для тебя достаточным наказанием.

Белз не поняла, что тот имеет в виду, но Эдвард, кажется, понял, потому что коротко кивнул в ответ и попытался скрыть улыбку, коснувшуюся в этот момент его губ. Со стороны они казались ей двумя заговорщиками, общающимися между собой с помощью зашифрованных сообщений и условных знаков, из-за чего всё происходящее ещё больше начинало смахивать на кошмарный абсурд.

- Думаю, мне лучше оставить вас наедине, - снова пристально глядя исключительно на Джейкоба, проговорил Каллен, а затем с нажимом спросил: - Я ведь могу оставить вас наедине?

- Разве я похож сейчас на разъярённого Отелло? – вопросом на вопрос ответил тот, раздражённо передёрнув плечами.

- Я тут, рядом, - обращаясь на этот раз к Белле, сказал Эдвард, и в его взгляде она наконец увидела ту самую поддержку, которую безуспешно искала в нём все последние минуты.

Белз благодарно кивнула, и Каллен выехал из комнаты, ещё раз кинув на Джейка изучающий взгляд, словно решая, насколько тому можно доверять.

Теперь они с Джейкобом остались одни, друг напротив друга. Только сейчас она заметила на его лице жуткую гримасу боли и злости, которые, впрочем, ему удавалось сдерживать внутри. По крайней мере, пока. Белла сцепила пальцы в замок и прижала их к груди – туда, где неистово колотилось её сердце, разрываемое отчаянием и горьким раскаянием.

- Какого чёрта, Белла?! – охрипшим голосом воскликнул Джейк, сжав руки в кулаки.

Белз мгновенно вспомнила, что совсем недавно то же самое у неё спрашивал и Эдвард – вероятно, с ней действительно было что-то не так, и она просто не могла не причинять боли тем, кого любила.

- Я ведь никогда не просил у тебя невозможного… чёрт возьми, я вообще никогда у тебя ничего не просил!.. Правды! Всего лишь правды! Неужели за столько лет, что мы прожили вместе, душа в душу, я не заслужил даже такой малости?! – тяжело дыша, Джейк замолчал и с силой провёл ладонью по лицу. – А ты просто плюнула мне в душу… Не понимаю только, за что?.. За что?! Какая же ты всё-таки дрянь, Изабелла!

- Джейк, - сквозь слёзы простонала Белла, делая шаг в его сторону.

- Не подходи ко мне, - сквозь зубы угрожающе процедил тот, и его руки снова сжались в кулаки. – Никогда в жизни я не бил женщин, но сейчас это желание настолько велико, что я боюсь не сдержаться. Если я ударю тебя, то перестану уважать себя. А ты не стоишь моего самоуважения, дорогая моя.

- Я не хотела этого, Джейк, - судорожно всхлипнула Белла. – Ты всегда значил и значишь для меня очень много, я люблю тебя! И меньше всего я хотела причинить тебе боль… просто я…

- Конечно, ты не хотела, чёрт возьми! - зло усмехнувшись, перебил её Джейкоб. – Ты никогда и никому не хочешь причинять боль, но на деле выходит обратное. Ты не хотела делать больно своему Эдварду, когда с лёгкостью пренебрегла его правом отцовства; ты не хотела делать больно дочери, когда лишила её отца, но вместе с тем продолжала упорно создавать в её голове его живой образ; и, естественно, ты не хотела причинять боль мне, когда лгала, глядя прямо в глаза! – голос Джейка постепенно нарастал и на последних словах перешёл на крик.

- Позволь мне всё объяснить, пожалуйста, прошу тебя! – умоляюще сложив на груди руки, воскликнула она.

- Не утруждай себя. Я и так заранее знаю всё, что ты мне скажешь, - понизив голос, отозвался Джейк. У Беллы снова возникло ощущение дежавю, будто совсем недавно она уже слышала нечто подобное. Но вот от кого? Сейчас ей этого не вспомнить. – Ты так предсказуема, Белла, как зачитанная до дыр книга.

Белз замерла, не зная, что ещё сказать. Да и что вообще можно было сказать? Для любых покаянных речей сейчас было уже слишком поздно. Она понимала умом и чувствовала сердцем, что прямо сейчас теряет дорого для себя человека раз и навсегда, и уже не в её власти это исправить, остановить. Слишком поздно! Беспощадное осознание этого разъедало её изнутри, подобно концентрированной серной кислоте.

- Какой же я был идиот! – горько рассмеялся Джейкоб. – Я просто хотел помочь тебе с разбором коробок, пока вы с Мелл возились в кухне. И убирая вещи шкаф, знаешь, на что я наткнулся? На твой старый фотоальбом! А помнишь, что было в том альбоме, кроме ваших с ним фотографий?

- Его письмо, - одними губами прошептала Белла. Она действительно, повинуясь захватившим её тогда эмоциям, взяла с собой в Италию их с Эдвардом фотоальбом, который все последние годы благополучно пролежал в родительском доме.

- Оно выпало оттуда прямо к моим ногам. У меня нет привычки читать чужие письма, но, когда понял, ЧТО именно держу в руках, было уже поздно. Ты удивишься, но когда я прочитал письмо, мне вдруг стало больно… за тебя, за него, за вас! Кажется, в ту минуту я впервые по-настоящему осознал, что занимаю рядом с тобой чужое место. Парадокс, если учесть, что я считал Эдварда мёртвым, но… - Джейкоб ненадолго замолчал и пожал плечами, не зная, как объяснить свои чувства. – Ещё там, в Форксе, когда я нашёл тебя всю в грязи и в слезах, ты пообещала, что расскажешь мне всё, когда будешь готова. И я ждал этого, не желая давить на тебя, понимая, что тебе и без того тяжело. Но я так боялся за тебя, Белла. Думал, как же ты, моя маленькая девочка, справляешься с таким горем?! Как же тебе, должно быть, тяжело и больно! И твоё странное поведение, постоянные отлучки только ещё больше заставляли меня переживать за тебя, за твоё душевное здоровье, чёрт бы тебя побрал! Когда ты всю прошлую субботу не брала трубку, я успел напридумывать себе, Бог знает, что! Готов был уже мчаться в аэропорт, когда ты соизволила-таки перезвонить! – на последних словах Джейк вскинул руки в возмущённом жесте, а затем замолчал, запустив себе пальцы в волосы и с силой сжав их. – Я даже опустился до того, что сегодня решил проследить за тобой, просто чтобы понять, куда ты ходишь… опять же из страха, что ты наделаешь глупостей… Можешь смеяться надо мной!.. Я знаю, что ты никогда не любила меня так, как я тебя, ну и чёрт бы с ней, с этой любовью! Но мы всегда были близкими друг другу людьми! Друзьями!.. А ты втоптала нашу дружбу в грязь… Своей ложью обесценила всё то хорошее, что было между нами!

- Прости… - едва слышно прошептала Белла сквозь душившие её слёзы.

Она обессиленно опустилась на диван, закрыв лицо руками. Ноги больше не держали её: каждое слово, сказанное Джейком, свинцовым грузом ложилось ей на плечи. А осознание того, что он прав – прав во всём! – рвало ей сердце в клочья, превращая его в окровавленные лохмотья.

- Пойми, дело не в том, что я чувствую себя рогоносцем – им я себя совсем не чувствую, хоть это и странно. Вероятно, дело в том, что ты никогда не была до конца моей, и тень Эдварда всегда маячила на горизонте… Будь на его месте кто-то другой, тогда да… Но я всё равно чувствую себя преданным… Ты предала меня, понимаешь?.. Предала меня как человека, который всегда и во всём верил тебе, предала как друга, Белла… - Каждая фраза Джейка, произнесённая им тихим, дрожащим голосом, вмещала в себя тонны горечи и бесконечные мили боли, что навсегда отделили его от неё. - Я всё сказал.

- Прости меня, пожалуйста! Можешь больше никогда даже не смотреть в мою сторону, только прости! – убирая руки от лица, взмолилась Белла.

- Не могу, - покачал головой Джейк, и отчаяние разом затопило его тёмные, как ночь, глаза. – Но и не смотреть в твою сторону тоже не получится, потому что я не перестану общаться с Мелл. Для меня она, как родная, и я буду видеться с ней так же, как и любой отец видится со своими детьми после развода. Нравится тебе это или нет.

- Я буду этому только рада… - охрипшим от слёз голосом прошептала Белла.

- И последнее. Не возвращайся сегодня домой. Я соберу свои вещи и завтра утром улечу в Сиэтл. А Мелани передай, что позвоню ей в самые ближайшие дни. Не знаю, какие слова ты будешь подбирать для того, чтобы всё ей объяснять, только, пожалуйста, не надо врать. По-моему, лжи уже и так достаточно. Просто познакомь её, в конце-то концов, с отцом, а остальное она и сама поймёт. Мелл очень умная и рассудительная девочка, - с этими словами Джейк развернулся и быстро вышел из комнаты. Оглядываться он не стал.

Белла обхватила себя руками за плечи, низко опустила голову и разрыдалась – громко, протяжно, безудержно, до болезненного ощущения, будто что-то разрывает горло изнутри, душит, убивая. Она тонула в бушующем океане той боли, что испытывала сама, и той боли, что причинила Джейку, погружалась всё глубже и глубже, захлёбываясь слезами. Чувство вины давило на неё, погружая на самое тёмное дно отчаяния, достигнув которого, уже трудно будет снова всплыть на поверхность.

Спасение пришло внезапно, когда Белла уже начала терять зыбкую связь с реальностью. Сильные руки Эдварда обхватили её трясущиеся от рыданий плечи и плавно перетянули Белз к нему на колени. Она крепко вцепилась пальцами в ворот его рубашки, словно тот был её спасательным кругом.

- Всё позади, теперь уже позади, - утешал Эдвард, заключая Беллу в свои надёжные и такие родные объятия. – А Джейк… Он простит тебя, пусть не сейчас, пусть даже не скоро, но однажды обязательно простит, слышишь? Просто дай ему время… А сейчас поплачь, поплачь, моя маленькая – тебе это нужно. Поплачь и станет легче, вот увидишь…

И Белла плакала. Плакала, уткнувшись лицом в плечо Эдварда и всё не отпуская воротника его рубашки, пропитавшейся солью её слёз.

Постепенно плач стал успокаиваться, переходя в отдельные стоны и судорожные всхлипы. Вскоре Белла и вовсе затихла, расслабилась в руках Каллена, согретая теплом и любовью, дышащей в каждом тихом слове утешения, слетавшем с его губ; живущей в каждом нежном поглаживании его ласковых пальцев.

«Теперь уже всё позади», - только сейчас Белла в полной мере осознала смысл этих слов, произнесённых Эдвардом, и испытала вдруг какое-то странное болезненное облегчение и горькую свободу.

Осознание того, как именно они расстались с Джейком, причиняло страшную муку, но то, что это наконец случилось, подмешивало сюда и щепотку радости - странная смесь, вызывающая полное смятение чувств в душе Беллы.

Она протяжно вздохнула и, наконец выпустив из рук рубашку Каллена, положила голову ему на плечо.

- Вот так-то лучше, - одобрительно прошептал Эдвард, погладив её по спине. – Ты справишься. Уже справляешься.

- А Джейк? – хрипло спросила Белла.

- И Джейк справится. Он сильный – это видно. А когда он встретит ту женщину, рядом с которой почувствует себя на своём месте, то простит тебя.

- Ведь он же встретит такую, да? – с надеждой в голосе спросила Белз.

- Конечно! Такие мужчины на дороге не валяются, - улыбнулся Каллен. – И знаешь, я даже понимаю, почему ты вышла за него.

- Эдвард, - жалобно протянула Белла, снова сжав пальцами его рубашку. – Не надо…

- Белз, пойми, Джейкоб навсегда останется частью жизни Мелл, а значит, и из нашей жизни никуда не денется. Нужно перестать бояться говорить о нём, иначе эта боль никогда не уйдёт.

- Тебе больно?

- Совсем чуть-чуть. Не так, как тебе.

- А что имел в виду Джейк, когда сказал, что я стану твоим наказанием? – вдруг вспомнила Белла.

- Можешь считать это чем-то вроде его благословения, - тихонько рассмеялся Эдвард. – А ещё ты самое прекрасное из всех возможных наказаний. Ты наказание, которое я слишком долго ждал.

Губы Каллена мягко накрыли рот Беллы, язык нежно скользнул по нижней губе, слизывая остатки слёз, и проник внутрь, сначала плавно, но затем всё напористей переплетаясь с её языком, мгновенно перехватывая дыхание и вызывая сладкую дрожь во всём теле.

Джейкоб Блэк очень удивился бы, узнай он, что это был их первый настоящий поцелуй за последние пять дней.

========================================================
Дорогие, любимые читатели! Заранее хочу предупредить вас, что на следующей недели новой главы не будет в связи с моим днём рождения, которое как раз приходится на следующее воскресенье))
Надеюсь на ваше понимание и хочу сразу сказать, что до конца истории осталось всего две главы и эпилог)) Хватит уже мучить наших героев!)))
Пользуясь случаем, хочу сказать вам всем огромное человеческое спасибо за то, что вы читаете мою писанину! Огромное вам спасибо за все ваши комментарии, за все ваши отзывы! Каждый из них для меня на вес золота!))


Источник: http://robsten.ru/forum/67-877-43
Категория: Фанфики по Сумеречной саге "Все люди" | Добавил: lelik1986 (14.04.2019) | Автор: lelik1986
Просмотров: 221 | Комментарии: 14 | Рейтинг: 5.0/9
Всего комментариев: 141 2 »
2
13  
  Вот я никого не хочу обвинять и ругать.
Все люди разные, как бы вы поступили в такой ситуации? Поймите, прошли ГОДЫ а не пару недель, они изменились. Столько событий произошло, вы действительно считаете что все так просто? Взять и рассказать, о дочери, поговорить с Джейком... да, на словах все просто... попробуйте рассказать близкому человеку о вещах которые никто не знает к тому же вы будете знать что ему будет больно. Что, просто? Жалко всех, но жизнь бывает той еще сукой(извиняюсь).
Спасибо за продолжение.

0
14  
  Да, рассказать непросто, ох, как непросто! Это и понятно. Но ведь рассказать всё равно придётся, это неизбежно. Если в случае с Эдвардом и Мелл пару дней особой роли уже не играли, то в случае с Джейком оттягивать неизбежное не следовало. Последствия налицо. И Белле самой же сейчас ох как несладко. По отношению к Джейку она поступила эгоистично и причинила ему боль вдвойне, пусть и не со зла, но ему от этого совсем не легче. Жизнь действительно сука, поэтому нужно иногда проявлять решительность и делать то, что надо сделать, даже через не могу. 
Но да, со стороны судить мы все мастера, а окажись сами в схожей ситуации... трудно заранее предугадать, как поступил бы сам. Т е мы-то думаем, что уж точно всё сделали бы правильно, но ведь не факт, совсем даже не факт. girl_wacko 
Большое спасибо за содержательный комментарий! lovi06032

1
10  
  Спасибо за главу!  good  lovi06015

1
9  
  Вот ведь так и знала, что Белла затянет разговор до последней минуты.
А Джейк вообще молодец, взял да и проследил за ней. Конечно, я бы на его месте точно так же поступила, если бы в незнакомой стране мой муж уходил каждый день куда-то, не говоря ни слова, бросая меня и дочь. Если бы Белла не затянула с разговором, такого болезненного разрыва не было бы. Разбитые сердца и надежды... Да. Но это не было бы предательством, ведь Джейк и так знал, что Белла не была его до конца. Ох, Белла, Белла, вроде уже и взрослая уже и мать прекрасной девочки, а ведет себя... Слов нет... В первой половине главы аж в голос хотелось накричать на нее, какого черта она еще ничего не сказала Джейку...
У меня в голове такие словечки вертятся!
Искренне жаль, что Джейк был так жестоко обманут женщиной, которую любил. Надеюсь, он встретит свою единственную! Ведь встретит? Автор, я вам этого не прощу, если у Джейка не будет счастливого конца

0
12  
  Да, Джейк знал, что между ним и Беллой всегда стоял Эдвард. поэтому он  не чувствует себя мужем, от которого жена убежала к другому. но он чувствует себя преданным именно из-за того, как она это сделала, из-за лжи, из-за того, что она как-то опошлила всю эту ситуацию, тем самым предав всё то, хорошее, что было между ними. Конечно, поговори она с Джейком сразу, ничего этого не было бы, и расставание хоть и было бы болезненным, но прошло бы вполне мирно.
Конечно, Джейк будет счастлив, а как же иначе? Ведь, как сказал Эдвард, такие мужчины на дороге не валяются JC_flirt 
Большое спасибо за содержательный комментарий! lovi06032

1
8  
  Ох, ну и приложил ее Джейкоб! Спасибо!!!! good  hang1  lovi06015  lovi06032

0
11  
  Да он ещё вполне корректен был, многие другие на его месте ещё и не такое сказали бы ей))
Спасибо за комментарий! lovi06032

1
7  
  Спасибо за главу! lovi06032

1
6  
  Спасибо за главу)

1
5  
  Благодарю за главу!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!! fund02016  fund02016  fund02016  fund02016  fund02016  fund02016  fund02016  fund02016  fund02016  fund02016  fund02016  fund02016  fund02016  fund02016  fund02016  fund02016  fund02016  fund02016  fund02016  fund02016  fund02016  fund02016  fund02016  fund02016  fund02016  fund02016  fund02016  fund02016  fund02016  fund02016  fund02016  fund02016  fund02016  fund02016  fund02016  fund02016  fund02016  fund02016  fund02016  fund02016

1
4  
  Спасибо за главу!

1
3  
  Спасибо))) lovi06015  lovi06015  lovi06015

0
2  
  Да, согласна! Своевременный разговор не сделал бы ситуацию настолько болезненной. Да, Джейку было бы тяжело и больно, но он смог бы хотя бы понять Беллу, и простить её ему было бы легче, ведь о чувствах к Эдварду он знал всегда. Да, конечно, счастливо прожитые годы позволили Джейку надеяться на то, что он стал значить для Беллы много больше, чем в начале их отношений. Но письмо и реакция Беллы на это письмо уже успели ему открыть глаза, так что от иллюзий не осталось и следа.
Спасибо за комментарий! lovi06032

1-10 11-11
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]