Фанфики
Главная » Статьи » Переводы фанфиков 18+

Уважаемый Читатель! Материалы, обозначенные рейтингом 18+, предназначены для чтения исключительно совершеннолетними пользователями. Обращайте внимание на категорию материала, указанную в верхнем левом углу страницы.


Грубое начало. Глава 35.
Глава 35 - Не забывай обо мне

Белле было тяжело наблюдать за тем, как два Каллена в ее жизни справляются с произошедшим кошмаром. После всего того, через что она прошла вместе с Энтони и Эдвардом, Белла знала, что прямой подход будет лучше работать с мальчиком, но это не самый лучший метод для Эдварда. Тому необходимо пространство, чтобы разобраться в собственном сознании, прежде чем он сможет поделиться с другими, в то время как Энтони необходимо быстро направить на правильный путь, иначе его мозг начнет воспроизводить ненужные страхи.

Поэтому она позволила Эдварду справляться самостоятельно, делая вид, что не видит, как он смахивает сердитые слезы, скопившиеся в его глазах, и стала успокаивать Энтони, сидящего на заднем сидении и всхлипывающего от страха.

Как только они приехали домой, Белла была счастлива увидеть, что мальчик вернулся к своей железной дороге. Однако уже через несколько секунд возни с выключателями и ручками Энтони без слов ушел в свою спальню. Белла собралась пойти и проверить его, когда Эдвард перегородил ей дорогу.

Он молча смотрел на нее глазами, полными слез.
- Какого черта? - прошептал он наконец. - Что я должен…?

Потерянный двенадцатилетний маленький мальчик вернулся. Белла протянула ему руки, и он сжал ее в объятиях. Она крепко обнимала его в ответ, пока сильные, сердитые рыдания сотрясали его тело, изо всех сил стараясь сдержать свои собственные слезы.

- Что я должен делать? – выкрикнул Эдвард в плечо Беллы.

Она потерла его спину в ответ, уклоняясь от ответа. Ей очень хотелось высказать свои мысли о лучшем решении для него и, возможно, для Энтони тоже, но она не была уверена, а ошибка в такой нестабильной ситуации могла иметь пагубные последствия не только для ее отношений с Эдвардом, но и его отношений с сыном.

Шум, раздавшийся сверху, поразил Беллу и Эдварда. Они немного отодвинулись друг от друга, прислушиваясь.
Раздалось хныканье, а затем обезумевший вопль:
- Гас!

Энтони, почти падая, сбежал по лестнице с обувной коробкой в руках.
- Папа! - он направился прямиком к Эдварду. – Гас починился!

Эдвард быстро вытер глаза, когда Белла упала на колени, чтобы отвлечь Энтони, в то время как его отец брал себя в руки.
- Смотрите! Он починился, - Энтони сунул коробку Белле.

- Э-э... ничего себе, - сказала Белла, смотря на Эдварда и думая, должны ли они позволить Энтони думать, что произошло рождественское чудо, и Гас «починился», или они должны сказать ему правду.

Но мысли Эдварда, казалось, не совпадали с мыслями Беллы. Он был сосредоточен не на том, что сыну необходимого объяснить, как Гас «починился», а на том, что Энтони вообще потребовался Гас.

Два дня спустя Эдвард отвез Энтони на встречу с Лэйсель, не говоря об этом Белле. Он назначил встречу на освободившееся время, сказав ей только, что Белле не придется сидеть с Энтони в тот день.

Белла говорила себе, что она была счастлива возможности поужинать с девушками, но, на самом деле, ей просто необходимо было занять голову, чтобы не беспокоиться о том, как дела у Эдварда и Энтони.

- Ребрышки – моя амброзия, - провозгласила Элис, обгрызая нежное мясо с кости.
- Знаешь, я устала от того, что вся эта еда, которую ты поглощаешь, не сказывается на твоем теле, - сказала Розали.

- Хорошая попытка, - Элис остановилась, чтобы ответить. Она указала на свой животик. - Но если ты не скрываешь баскетбольный мяч под рубашкой, как у меня, то я не хочу ничего об этом слышать. И посмотри на мои руки, - она подняла правую руку для лучшего обзора. - Город дряблой кожи.

Белла не видела ничего, даже отдаленно напоминающего дряблую кожу, но не сказала об этом ни слова. Элис была уверена, что она огромна, и никто и ничто не сможет убедить ее в обратном.

- Ты получила что-нибудь полезное для ребенка на Рождество? - спросила Белла Элис, направляя разговор в другую сторону.

- Да! Девушки с работы подарили мне коляску, которую я хотела. И еще я получила много действительно милой одежды. Некоторые из вещей нейтральных оттенков. Ой, и еще мне подарили классную сумку для детских вещей. Джаспер купил ее мне, - лепетала Элис. Потом она ударила рукой по столу, словно только что вспомнила что-то.

- И если говорить о рождественских подарках, Розали сказала, что ты запланировала для Эдварда кое-что горяченькое.
- Розали! – возмутилась Белла.

- Заткнись. Будто ты бы не рассказала мне об этом в конце концов, - сказала Элис.
- Надеюсь, что вместе с плацентой тебе удалят и прямолинейность, - беззаботно сказала Розали.

- Не мели ерунды, - Элис закатила глаза и обратила свое внимание обратно к Белле. - Так как все прошло? Ему понравилось?
- Ну... - заколебалась Белла.

- Ему понравилось, - ответила Розали за нее.
- На самом деле, нет, - исправила ее Белла. - Он просто разозлился.

- Потому что ему понравилось, - сказала Розали.
- Потому что ему не понравилось.

Элис следила за происходящим разговором пару секунд.
- Подождите, что именно ему понравилось или не понравилось?

- Ну, я купила сексуальное красное нижнее белье и нарядилась для него, - начала Белла.
- И ему не понравилось? – нахмурилась Элис. - Что с ним случилось?

- Ему не понравилось не это, - сказала Белла.
- Ему понравилась стимуляция простаты, - настаивала Розали.
- Что? - громко спросила Элис.

- Стимуляция простаты, - подтвердила Розали. - Это хорошо известный факт, что одна треть полового члена мужчины находится внутри и можно простимулировать основание через простату. Это сводит мужчин с ума.
- Разве простата не внутренний орган? - спросила Элис.

- Да. Добраться до нее можно, протолкнув палец в задницу своего мужчины, - ответила Розали.
Элис чуть не подавилась своими ребрышками.

- Точно, - ответила Белла на реакцию Элис. - И Розали заверила меня, что Эдвард будет просто визжать от восторга, если я проверну этот причудливый приемчик, - она посмотрела на Розали. - Он этого не сделал.

- Сделал, - сказала Розали. - Говорю тебе, сначала он был в шоке, но как только Эмметт успокоил его, он признался, что ему понравилось.

- Он говорил с Эмметтом об этом? - спросила Белла у Розали.
- Ты засунула палец в задницу Эдварда? – спросила Элис у Беллы.

- Почему он говорил с Эмметтом об этом? - спросила Белла, игнорируя вопрос Элис на данный момент.

- О, ты же знаешь мужчин, - пренебрежительно ответила Розали. - Они думают, что если им понравилось, когда что-то проникло в их задницу, то они странные, - она закатила глаза. - Неандертальцы.

- Знаешь, как сильно я волновалась? Я думала, что заставила его вновь пережить какой-то травматический опыт или что-то? – пожаловалась Белла.
- Предоставь Эдварду право чрезмерно реагировать, - добавила Розали.

Беседа протекала легко, и Белла почувствовала себя расслабленной и наслаждающейся обществом своих подруг. Тем не менее, в уголке своего сознания она была прекрасно осведомлена о том, как много прошло времени, и что Эдвард до сих пор не связался с ней. Ей удалось продержаться всю дорогу домой, прежде чем она послала своему мужчине сообщение, давая ему знать, что его молчание беспокоит ее.

Он позвонил ей через десять минут.
Тем не менее, Белла не смогла ответить на звонок, потому что в тот момент у нее был посетитель, которого она не особо хотела увидеть.

- Эсме? - спросила она, когда открыла дверь.
- Белла, прости, что явилась без приглашения, но мне нужна твоя помощь, - с отчаянием сказала Эсме. - Я позвонила Эдварду, просто чтобы узнать, как он, и поговорить о нескольких вещах... но все прошло не очень хорошо.

- Что вы имеете в виду? - Белла отошла в сторону, чтобы Эсме смогла войти, думая о том, не совершает ли она большую ошибку, вмешиваясь.
- Спасибо, - ответила Эсме на гостеприимство Беллы. Она поспешила войти внутрь и села на диване Беллы.

- Эдвард злится на меня из-за того, что произошло на Рождество, - подумав, Эсме перефразировала свои слова. - Он не злится конкретно на меня, но все выглядит именно так. Во всяком случае, он расстроен, что Энтони так боится Карлайла.

- Это довольно прискорбно, но каждый раз, когда Энтони видит Карлайла, он делает что-то пугающее, - согласилась Белла.
- Но это не так уж плохо, - быстро сказала Эсме.

- Нет? - Белла считала по-другому. - Эсме, Энтони буквально дрожал, когда Эдвард усадил его в машину в ту ночь, и после, ну, ему снились кошмары, - Белла забыла добавить, что у нее самой были кошмары в ту ночь. Карлайл чертовски испугал ее в тот день.

- Белла, ты не понимаешь. Вплоть до Рождества все выглядело довольно мрачным для Карлайла. Он был заперт в своем собственном мире, и там, казалось, не было ничего, что могло вывести его из этого состояния. Он не имел никакого отношения ко мне или к нашей совместной жизни, - Эсме повернулась к Белле и умоляюще посмотрела на нее. - Когда Карлайл заговорил в первый раз после того, как вы с Эдвардом пришли в дом, я пыталась в течение многих часов заставить его сделать это снова, но было такое чувство, словно ничего и не произошло. И я стала заверять себя, что это было просто счастливой случайностью, пока вы все не приехали на Рождество... - она замолчала и уставилась на Беллу, как будто ждала, что та закончит за ней фразу.

Белла почувствовала себя наживкой для чего-то и поэтому сразу начала обороняться.
- Почему Эдвард злится на вас? - она сменила тему.

- Ну, - Эсме пригладила ладонями свою юбку. – Помнишь людей, которые были в доме, когда вы приехали? - Эсме кивнула в ответ на свой собственный вопрос. - Ну, они помогли мне успокоить Карлайла после вашего ухода, и Майк, один из мужчин, который был там, упомянул что-то о том, что что-то стало спусковым механизмом для Карлайла. Именно тогда я вспомнила, что предыдущий терапевт сказал, что Карлайл проявляет признаки посттравматического стрессового расстройства, но ничто не могло подтвердить этого.

- Вы думаете, что Энтони стал его спусковым механизмом? - спросила Белла.
Эсме пожала плечами.

- Энтони... дети... Я не знаю. Но в чем я уверена, так это в том, что оба раза Карлайл говорил, когда Энтони появлялся в доме, и только после того, как мальчик начинал говорить, Карлайл реагировал.
- Да, но…

Настойчивый стук в дверь прервал Беллу, и она знала, даже прежде, чем открыла дверь, что это был Эдвард.
- Простите, - сказала она Эсме, прежде чем быстро подбежать к двери и предупредить Эдварда. - Твоя мать здесь, - прошептала она.

Белла видела, как челюсть Эдварда сжалась, а в глазах полыхнул гнев.
- Энтони, иди с Беллой, - тихо сказал он, прежде чем отправиться в гостиную к Эсме.

Белла взяла Энтони и нырнула в кухню, где могла оградить мальчика от предстоящего шторма, но и услышать каждое слово.
- Эдвард, - нервозность в голосе Эсме была очевидна.

Эдвард, казалось, не обращая на это внимания, спросил:
- Что ты здесь делаешь?

- Я пришла только поговорить с Беллой.
- Поговорить о чем? По-моему, я высказался совершенно ясно сегодня утром. Я не позволю использовать Энтони как морскую свинку.

- Конечно, нет. Конечно же, я не жду этого, Эдвард. То, что он так боится твоего отца, разбивает мне сердце. Но ты знаешь, что твой отец болен, и после стольких лет неведения мы, наконец, получили какое-то представление о том, что может достучаться до него.

- Да, я уже слышал все это. И я не передумал. Если дети или голос маленького мальчика является триггером для него, то найди какого-то другого ребенка. Энтони уже достаточно пережил. И это не пополнит список.

- Эдвард, пожалуйста, просто выслушай меня. Все, о чем я прошу, это…
- Нет!

Это был самый громкий крик, который Белла когда-либо слышала от Эдварда, и его громкий голос напугал ее и Энтони. Она знала, что пришло время для отвлечения или завершения визита Эсме, пока ситуация не вышла из-под контроля. После того, как она снабдила Энтони закуской, Белла заглянула в гостиную.

- У вас все в порядке? - спросила она.
- Думаю, мне стоит уйти, - тихо сказала Эсме. Она встала и повернулась в последний раз к Эдварду.

- Дорогой, ты неправильно понял меня. Я не хочу создавать ситуацию, в которой Энтони будет напуган, я просто надеялась, что ты согласишься встретиться с доктором и узнать, что он скажет.

- Я уже знаю, что будут говорить врачи. Они скажут, что им нужно увидеть доказательства его реакции на Энтони, и для того, чтобы они смогли это увидеть, мне придется оставить Энтони с ним в одной комнате, а я не собираюсь этого делать, - Эдвард изо всех сил старался сдерживать голос.

Белле было так жалко Эдварда и его мать - оба пытались действовать в интересах тех, кого они любили так бескорыстно. И все же эта любовь ограничивала их, заставляя видеть все в черно-белых тонах, а не идти на компромисс серого оттенка. Белле в голову пришла идея, которая могла бы помочь им обоим, но она прикусила язык, избегая разговора. Это было дело Эдварда.

- Спасибо, что уделила мне время, - спокойно сказала Эсме Белле, направившись к двери. Она потянулась к Белле и сжала ее руку. При этом она заметила кольцо на безымянном пальце левой руки Беллы.
- Оно новое, - прокомментировала она.

- Да, - Белла украдкой взглянула на Эдварда, прежде чем продолжить. - Это был ранний рождественский подарок.

- Значит, вы...?
- Помолвлены, да.
- Да, - повторила Эсме и улыбнулась. Белла подняла глаза и увидела слезы у нее на глазах. - Да. Это правильно, - прошептала она и сжала руку Беллы в последний раз, прежде чем уйти.

Эдвард бросил несколько раздраженных взглядов на Беллу, прежде чем последовать за ней в гостиную. Она молча смотрела на него.

- У нее не было права приходить сюда! - наконец, взорвался он. - Она не может просто приходить сюда, чтобы заставить тебя согласиться с ней каждый раз, когда я не согласен.

Белла кивнула в знак согласия. Это движение, казалось, почти сразу успокоило его.
- Значит, ты не считаешь, что она права? - спросил Эдвард.

- В чем? – уточнила Белла.
- Она не сказала тебе?

- Не думаю, что у нее был шанс. Что она хочет?
- Она хочет использовать Энтони в какой-то программе терапии для... Карлайла, - он произнес это имя, словно оно было плохим на вкус.

- Программа терапии?
Эдвард кивнул.

- Один из этих городских парней думает, что Энтони может быть своего рода триггером или что-то. Это единственный логически объяснимый фактор, который заставляет моего... отца говорить.
- А ты? Ты тоже присутствовал там каждый раз, когда Карлайл что-то говорил.

Эдвард покачал головой.
- Нет, не каждый раз. Когда я ездил, чтобы забрать поезд, он пришел домой прежде, чем я уехал, и он смотрел сквозь меня, как будто никогда не видел меня раньше. И когда мы приехали на Рождество, он не обратил на меня никакого внимания, пока Энтони что-то не сказал, и даже тогда это было только потому, что я держал Энтони. Оба раза он сказал что-то, когда я держал Энтони.

Белла заметила, что Эдвард смотрит в пространство, произнося последнее слово. Она положила свою руку поверх его и осторожно потерла тыльную часть ладони.

- Не делать это, не заставлять Энтони проходить через это... это правильное решение, не так ли? - тихо спросил Эдвард.
- Чтобы ты ни решил, это будет лучше для Энтони, - сказала ему Белла.

Эдвард вздохнул в отчаянии и потер кожу чуть выше бровей.
- Белла, я спрашиваю тебя, потому что я не знаю, что лучше в этой ситуации.

- Ну, ты, очевидно, думаешь, что это повредит ему. Я имею в виду, у него было трудное время, раз он нуждался в Гасе, не так ли? Что сказал терапевт?

Эдвард покачал головой в знак несогласия.
- Она сказала, что все просто. Энтони испугался и потянулся к частичке безопасности так же, как ребенок, который боится темноты, нуждается в ночнике или специальном одеяле. Она сказала, что раз Энтони не изменяет свое поведение, беря Гаса, например, он не перестает бояться темноты, если у него в руках Гас, то она не беспокоится об этом. Энтони использует Гаса для комфорта, вот и все.

- Хм, - размышляла Белла. Она не ожидала такого простого объяснения, но это имело смысл - и она была очень рада слышать, что мальчику не было причинено никакого реального эмоционального ущерба.

- Ты знала, что еда тоже является частичкой безопасности? – продолжил Эдвард. - Я просто думал, что он любит покушать, но Лэйсель сказала, что обычно дети, перенесшие какую-то травму, просят еду, даже когда они не голодны.

Белла всегда замечала, как часто Энтони говорил, что он был голоден; она всегда приписывала это к тому, что он знал - ему не понравится то, что его отец даст ему, когда он вернется домой; поэтому мальчик редко съедал все, что она давала ему, и часто хотел «оставить на потом».

- Он перерастет это? - спросила Белла. - Она сказала?
Эдвард пожал плечами.

- Она сказала, что это не имеет большого значения, и что я должен убедиться, что он ест по расписанию. Когда он привыкнет к расписанию, то перестанет так часто просить есть.

Опять же, это имело смысл для Беллы, и она невзначай сказала об этом Эдварду, ближе прижавшись к нему. Она видела, что он все еще отвлечен, и поэтому просто сидела с ним.

Эдвард напряженно сидел рядом с ней, перекинув руку через плечо, как кусок картона. Энтони забрел в гостиную и, увидев их сидящими на диване, устроился рядом с Беллой, протянув руку Эдварду.

Это движение сломило транс Эдварда, и он посмотрел на сына и улыбнулся.

Пока они сидели там, связанные друг с другом, Белла чувствовала пробуждение заботливой стороны своего характера. Она хотела все исправить, чтобы сделать их целыми и счастливыми. Чувство, что здесь ей «не место», стало ослабевать, когда сильные пальцы Эдварда сжали одну из ее рук, а кулак Энтони лежал ладонью вверх на ее бедре. Это были ее люди. Это была ее семья.

Должно быть, такая же мысль пришла и в голову Эдварда, потому что секунду спустя он спросил:

- Когда закончится оформление документов на дом?
- Я видела Розали ранее, и она сказала, что, если все пойдет хорошо, все будет оформлено в течение двух недель, - ответила Белла.

- Тебе нужно начать упаковывать вещи.
- Знаю, но я боюсь. Мне кажется, что если буду слишком самоуверенной, то сглажу что-нибудь.

- Не сглазишь, - затем Эдвард начал рассказывать ей, что Эмметт предложил взять на себя аренду Эдварда, чтобы тот смог переехать вместе с Беллой в новый дом.

Белла обдумала эту информацию. Это происходит на самом деле. Неожиданно она вошла в азарт, увлекая вместе с собой и Эдварда, и они стали говорить о гараже на две машины, создании места для барбекю на внутреннем дворике и о том, в какие цвета выкрасят свой дом. Но через несколько часов, когда они лежали в постели, его отстраненность стала ощутимой, и было ясно, что он размышлял о серьезных вопросах.

Белла перевернулась на бок и уже почти задремала, когда Эдвард снова ожил.
- Ты думаешь, что я просто не хочу помогать ему, не так ли?

- Что? - спросила Белла, не совсем уверенная, действительно ли Эдвард говорит с ней, или же она заснула, и ей все это снится.
- Моему отцу. Ты думаешь, что я не хочу помогать ему, и именно поэтому не позволяю Энтони сделать это.

- Почему ты так говоришь? - Белла перевернулась на спину и повернула голову, чтобы посмотреть на него.
- Так думает моя мать.

- Она так сказала тебе?
- Нет, но я и так все понял.

Белла некоторое время молчала, прежде чем задать неизбежный вопрос.
- Так ты поэтому не позволяешь Энтони это сделать?

- Я сказал тебе, почему не позволяю Энтони это сделать. Почему это никто не считает достаточной причиной? – раздраженно спросил Эдвард.
- Я не говорила, что этого недостаточно.

- Ты не говоришь ничего... когда тебе что-то не нравится.
- Может быть, я не знаю, что сказать.

- Ты всегда знаешь, что сказать, Белла.
- Знать, что сказать, и высказать свое мнение - две разные вещи.

- Обычно ты права. Даже если мне не нравится это признавать, - усмехнулся Эдвард на свое признание.

- Нет, я не всегда права, - она подняла глаза на него. – Это же я предложила тебе поехать и навестить свою мать на Рождество? Посмотри, что из этого вышло.

Эдвард сместился так, что был выше Беллы, смотря на нее в ответ.
- Ты винишь себя в том, что произошло на Рождество? - спросил он.

Белла заметила недоверчивое выражение на его лице и натянула одеяло, чтобы частично скрыться под ним.
- Я не знаю... Да?

- Детка, это не твоя вина. Откуда тебе было знать, что он напугает Энтони?
- Ну, я не знаю. Может быть, потому, что он делал это раньше?

- Но мы не знали, что это было из-за Энтони. Я точно не знал этого. И если бы я знал, то не согласился бы поехать. Но мне хотелось увидеть... Я имею в виду, я хотел убедиться, что моя мать не будет встречать Рождество в полном одиночестве... и она не встречала... Я имею в виду ... дерьмо, мой отец сумасшедший, Белла. Это не твоя вина.

Белла поравнялась с Эдвардом и мягко поцеловала его в плечо. Она оценила попытки Эдварда заставить ее чувствовать себя лучше, но все еще чувствовала себя виноватой, и не только за то, что Энтони в очередной раз испугался своего дедушки, но и за то, что Эдвард согласился на это, и все пошло прахом.

- Каким он был, когда ты рос? – спросила она Эдварда. - Ты помнишь?
- Помню, - заявил Эдвард. Он замолчал, как будто это было все, что он хотел сказать, но потом добавил. - Он был забавным.

- В самом деле? Он кажется таким серьезным. Я ожидала, что ты скажешь, что он был строгим.
- Нет, вовсе нет, - Эдвард издал тихий смешок. - Он старался сделать все, чтобы не наказывать меня. У него были самые творческие приемы...

- Например?
- Ну... если я не убирался в своей комнате, он что-то прятал там и отказывался говорить мне, что именно это было. Чем больше был беспорядок, тем больше мест, куда можно было это спрятать.

- Это звучит, словно он поощрял тебя создавать все больше беспорядка.
- Однажды он спрятал лягушку в моей комнате. Я слышал ее, но не мог найти. Это сводило меня с ума. И по сей день я ненавижу лягушек.

- Это отвратительно! – содрогнулась Белла. - Как долго ты искал ее?
- Недолго. Полтора дня, кажется. Она запрыгнула в карман одного из моих пиджаков. Но это сделало свое дело. Я убрался в комнате.

- Что еще он делал? - спросила Белла, желая знать об отце Эдварда больше того, что она видела – страшного пожилого человека.

- Ну, он был врачом, поэтому часто брал меня с собой на работу, чтобы я смог увидеть пострадавших от ожогов и не играл больше с огнем. Он также возил меня на курс обучения преодоления препятствий по канату, когда я солгал однажды своей матери.

- Ты только один раз солгал своей матери?
- Меня поймали на этом только один раз, - ухмыльнулся Эдвард.

- Твой отец, кажется, был очень веселым.
- Он был... - Эдвард замолчал. Неожиданно он положил руку на глаза; прерывисто дыша, он боролся с надвигающимися слезами.

Эдвард позволил Белле утешить его еще раз, но только в течение нескольких коротких минут. Он резко сел, свесив ноги с кровати, и вцепился руками в волосы.

- Черт, - пробормотал он. Эдвард ненавидел свои эмоции.
- Малыш, - прошептала Белла, поглаживая его по спине.

- Это словно у меня было две чертовы жизни, понимаешь? - спросил он. - Когда я думаю о своем отце... То, как он смеялся, или как учил меня свистеть, или один из наших самых глупых разговоров, когда он пытался рассказать мне о сексе, - Эдвард всхлипнул, засмеявшись. - Конечно, конечно же, я хочу помочь ему, ты же знаешь?

- Естественно, - кивнула Белла, сместившись на кровати так, чтобы сесть рядом с ним.
- Моя мама сказала, что он не винит меня. Она сказала, что он знает, что это не моя вина, что в случившемся в тот день я не виноват, но я хочу услышать, как он скажет это. Потому что я помню, как он смотрел на меня в зале суда, и то, что он сказал... Я хочу услышать, как он скажет, что не винит меня, - Эдвард посмотрел на Беллу своими зелеными глазами, полными непролитых слез. - Но не за счет Энтони. Я не могу так рисковать, Белла.

- Ну... может быть, ты можешь сделать что-то без привлечения сына, - предложила Белла.
- Что, например?

- Ну, когда мы приезжали туда, Карлайл выглядел действительно заинтересованным той картиной, которую держал в руках. Возможно, если бы у него была фотография Энтони?

Эдвард начал качать головой еще до того, как Белла закончила говорить.
- Она уже пробовала это, - сказал он об Эсме. - Я дал ей одну из школьных фотографий сына, и она сказала, что отец даже не заострил на ней внимания, когда она показала ее ему. Плюс больше всего он реагирует на голос Энтони.

- Так можно попробовать записи?

На следующий день, когда Эдвард позвонил Эсме и предложил альтернативный способ, стало ясно, что она была такой же отчаявшейся, как и он. Поэтому Эдвард позвонил Эсме еще раз, и, когда сработал автоответчик, Энтони робко заявил:
- Спасибо за поезд.

Белла очень надеялась, что из этого что-то выйдет, и даже настраивала Эдварда на положительный результат. Поэтому четыре часа спустя, когда Эсме позвонила, чтобы сообщить об абсолютном провале, Белла разделила сильное разочарование Эдварда.

- Мы пытались, не так ли? – спросил Эдвард с ложной невозмутимостью.
- Дорогой, это только первая попытка. Мы можем попробовать что-то еще, - поощряла Белла, зная, что Эсме скажет что-то наподобие этого.

Но Эдвард, к сожалению, полностью понадеялся на этот эксперимент, и это сделало его уязвимым. Он принял провал близко к сердцу, и вместо того, чтобы думать о чем-то еще, Эдвард отказался от идеи, что что-либо сможет помочь его отцу, а предположение «что, если», которые первоначально вдохновило его, исчезло, как потухший огонь.

На самом деле, Белла была в унынии, узнав, что одним из новогодних обещаний Эдварда было «быть более практичным», хотя он пытался объяснить это, говоря, что должен сосредоточиться на других вещах, особенно теперь, когда он был почти домовладельцем, так как контракт должен быть подписан через несколько коротких дней. Тем не менее, Белла поняла, что он действительно имел в виду, и она знала, что это был всего лишь вопрос времени, прежде чем он отвлечется причудливыми историями, которые она рассказывала, чтобы развлечь Энтони, или безобидным воображением пятилетнего мальчика.

Тем не менее, вместо того, чтобы рассуждать о правильности или неправильности поведения Эдварда, Белла решила, что это еще один из его многочисленных защитных механизмов, и позволила ему самому разобраться во всем. Вместо этого она обратила внимание на, казалось бы, бесконечную упаковку, которую необходимо было закончить, тему космонавтики, в которую обещала оформить комнату Энтони, и на бесчисленное количество электронных писем и телефонных звонков, которые получала от своей матери.

Наконец, день настал, и Энтони поехал домой к Джасперу и Элис на небольшую вечеринку с обильным количеством мороженого с фруктами, в то время как Белла и Эдвард сидели почти уже в будущей кухне Эмметта (и, вероятно, Розали) с бутылкой шампанского.

Это был день подписания контракта, и они с нетерпением ждали звонка Розали, которая скажет им, что они стали счастливыми обладателями 490 квадратных метров на Дрезден-лейн, 2365.

- Она уже должна была позвонить? Стоит ли нам беспокоиться? – спросила Белла вслух.
- Я так не думаю. Мы уже знаем, что банк все профинансировал, а документы были подписаны, - Эдвард демонстративно покачал рукой. – У меня до сих пор судороги в пальцах.

- Что сначала ты хочешь сделать, когда мы перейдем? - спросила Белла, пытаясь отвлечься.
- Серьезно? Ты не знаешь ответа на этот вопрос? – выгнул брови Эдвард.

- Устроишь барбекю? - Белла притворилась, что не понимает.
- Ты знаешь, что я имею в виду, - Эдвард наклонился вперед, словно хищник, стоящий перед своей добычей. - И я был бы не против, если бы ты переупаковала мой рождественский подарок, чтобы я смог развернуть его снова.

Его комментарий увлек мысли Беллы к спальне, которую они скоро поделят, и она как раз собралась напомнить Эдварду, что им необходимо поставить замок на дверь, когда зазвонил телефон. Эдвард протянул телефон ей, уступая право первой узнать хорошие новости.

Хотя было очень мало шансов, что Розали позвонит с плохими новостями на данном этапе, Белла медленно выдохнула, зажмурила глаза и ответила на звонок.

- Алло? - она пыталась скрыть волнение в голосе.
- Эдвард.

Голос звучал далеко, и глаза Беллы быстро открылись, сосредоточившись на ее женихе.
- Розали? – с сомнением спросила она, даже если это не было вообще похоже на Розали.

Ее вопрос был встречен прерывистым, учащенным дыханием на переднем плане и хриплым голосом в фоновом режиме.
- Эдвард.

Белла покачала головой, растерянно глядя на Эдварда.
- Кто это? - одними губами спросил он.

Белла пожала плечами.
- Алло? - снова спросила она. - Розали?

- Это сработало, - пропищал тоненький голосок.
- Эсме?

- На видео Энтони с поездом, - рыдала Эсме. - Я не знала, что было на диске, когда включила его... но Карлайл... это сработало.

Белла наблюдала, как побледнел Эдвард при упоминании имени его матери. За три долгих секунды лицо Эдварда отразило весь спектр эмоций: страх, гнев, безразличие, надежда, удивление.

А потом, через секунду, на его лице отразилась радость, когда он услышал через трубку, все еще прижатую к уху Беллы, звук голоса отца, тихо называющего его имя.

Источник: http://robsten.ru/forum/19-1601-147
Категория: Переводы фанфиков 18+ | Добавил: Анка72 (24.05.2014) | Автор: Анка72
Просмотров: 1603 | Комментарии: 32 | Рейтинг: 5.0/63
Всего комментариев: 321 2 3 4 »
avatar
0
32
Карлайл думает что Эдвард это тот самый маленький мальчик?
avatar
1
31
Вряд ли Карлайл полность восстановится после 12 летнего молчания.
Меня стал раздражать Эдвард, т.е. его отношение к Белле: хочу по говорю, не хочу-спрячусь. Раз уж жениться хочешь так и веди себя по взрослому. Долой самобичевание.
avatar
0
30
Ну, наконец-то хоть какой-то сдвиг произошел у Карлайла. Надеюсь он полностью выздоровеет JC_flirt
avatar
29
Так и думала,что диск сработает.Ведь там и звук, и изображение.
avatar
28
Ну вот,хоть какой-то проблеск надежды.
avatar
27
Спасибо lovi06032
avatar
26
Спасибо! Очень трогательно! cray Ждем продолжение!
avatar
25
Спасибо'
avatar
24
Читала не отрываясь. Спасибо.Как легко можно потерять взаимопонимания...у каждого свои страхи..Белле тоже тяжело.
avatar
23
Спасибо за главу!
Карлайл потерял Эдварда в детстве, и Энтони...напоминает ему сына.
1-10 11-20 21-30 31-32
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]