Фанфики
Главная » Статьи » Переводы фанфиков 18+

Уважаемый Читатель! Материалы, обозначенные рейтингом 18+, предназначены для чтения исключительно совершеннолетними пользователями. Обращайте внимание на категорию материала, указанную в верхнем левом углу страницы.


Грубое начало. Глава 40.
Глава 40 – Мы созданы друг для друга

Форкс переживал рекордную для мая месяца жару, и Эдвард, сидя на изношенном стуле на заднем дворе дома Элис и Джаспера, был благодарен за свою тонкую белую футболку.

Его друзья устроили барбекю в честь Дня памяти, но Белла сказала, что Элис просто ищет предлог, чтобы поесть свинины на гриле. Ее беременность была близка к завершению, и Эдвард заметил, что в последнее время редко видел ее без набитого рта.

Белла, возможно, была права, поскольку именно Элис предложила устроить пикник во дворе, но Эдвард подозревал, что его друзья искали повод отпраздновать его предстоящую свадьбу. Церемония состоится всего через несколько недель, хотя они с Беллой официально связали себя узами брака за несколько месяцев до этого.

Эдвард был последним человеком на земле, который считал брак чем-то положительным, но все оказалось именно так. Впервые он почувствовал, что, наконец, может расслабиться так, как никогда не мог прежде. Конечно, он был немного встревожен предстоящей церемонией и тем, что его друзья и знакомые будут смотреть на него в костюме, да еще и в такой сентиментальный момент, но все это – временные трудности.

Мир, который он ощущал, будучи связанным с Беллой в прямом и в переносном смысле и юридически, придавал ему чувство безопасности, которое он искал с самого детства.

Не то чтобы Эсме не делала все возможное, чтобы исправить прошлое. Они виделись чуть ли не каждый день и обедали вместе два раза в неделю, по средам в ее доме и по субботам у него.

Он улыбнулся, вспомнив их встречу две недели назад, когда он неожиданно появился в ее доме в четверг утром, чтобы передать платье, которое мать Беллы послала для нее. Он постучал в дверь несколько раз и, не получив ответа, повернул ручку и вошел. Свет от телевизора подсказал ему, в какой комнате его мать, и он направился туда, чтобы оповестить о своем присутствии, но был ошеломлен из-за представшей перед ним картины.

Цвета и картинки быстро и ярко проносились по экрану. Вместо Эсме он увидел своего отца, сидящего неподвижно, как статуя, в кресле прямо перед телевизором.
Он нахмурился, когда его фотография в пятилетнем возрасте появилась на экране. Потом еще одна, та, на которой ему было девять лет. Эдвард наблюдал, как фотографии на протяжении многих лет проносились друг за другом, только чтобы начаться сначала с самого младенчества.

- Что за... - тихо возмутился он.
- Это новая форма терапии, - Эсме стояла рядом с ним, а он даже не заметил ее. - Это чтобы помочь ему преодолеть пробелы в памяти. Белла сделала для меня копии нескольких фотографий, которые были у вас дома. Она сказала, что спрашивала у тебя, и ты не возражал.

- Нет, я не против, просто... Это работает? – спросил Эдвард.
Эсме, казалось, ответила неохотно.

- На самом деле ее еще пока не тестировали.
- Как долго он делал это?
- Ну, это особый цикл - третья волна, и мы только что начали. Фотографии сменяются в гораздо более быстром темпе и охватывают более длительный промежуток времени с каждым циклом.

- Какие фотографии? - спросил Эдвард, хотя уже знал ответ.
- Это ты. Это должно помочь ему вспомнить тебя.

- А как насчет тебя?
- Он видит меня почти каждый день. Кроме того, в первый раз, когда мы сделали это в кабинете врача, он был подключен к аппарату, измерявшему его мозговую деятельность. Тогда мы использовали мои фотографии, и его мозговые волны указали, что он узнает меня.

- А мои фотографии там были?
- Да, - и прежде чем Эдвард смог задать обреченный вопрос, она ответила. - Он не узнал тебя, но это было только на первой сессии, несколько месяцев назад. Он демонстрирует признаки узнавания все больше и больше с каждым днем.

- Как тогда, когда мы с Беллой поженились?
Эсме улыбнулась в восторге от эпохального момента своего мужа.
- Я была уверена, что он назовет твое имя прямо тогда.

- Я тоже, - согласился Эдвард без того энтузиазма, который испытывала его мать.
- Он сделает это, дорогой. Сделает.

Эдвард улыбнулся про себя теплым чувствам, которые остались с ним, несмотря на то, что воспоминания меркли в присутствии его друзей и их выходок.
- Чему ты там улыбаешься? – спросил Эмметт Эдварда, когда поймал отблеск усмешки, мелькнувшей на лице друга.
- Ничему, - сказал Эдвард.

Хотя он мимоходом и упоминал друзьям о своих родителях, ему предстояли длительные объяснения об их повторном появлении в его жизни. К счастью для Эдварда, друзья не настаивали.
- Я знаю, о чем ты думаешь, - указал Джаспер кончиком бутылки пива на Эдварда. - Ты думаешь о своем медовом месяце.

Эмметт откинулся на спинку стула и нахмурился.
- Но почему вы собираетесь в Канаду? Что в Канаде?
- Ниагарский водопад, - ответил Эдвард.

- Мм, - пробормотал Эмметт, не совсем удовлетворенный ответом. – Что вы собираетесь делать с ребенком?
- Не знаю еще. Думаю, родители Беллы присмотрят за ним. Мы еще не обговаривали все детали.

Джаспер отбросил бутылку и повернулся, чтобы посмотреть на двух своих друзей, остановившись взглядом на каждом из них, прежде чем заговорить.
- Посмотрите на нас, - он указал на них руками. - Эдвард женат, я скоро стану отцом, а Эмметт... ну, когда его женщина перестанет носить кольцо на шее и наденет его на палец, мы все станем взрослыми. Люди... когда это случилось?

- Розали носит кольцо на шее? - спросил Эдвард, на мгновение разрушая сентиментальность момента.
Эмметт кивнул.

– Она чувствует себя виноватой в том, что произошло между нами в начале года, и вроде как играет в мученицу. Она не верит мне, когда я говорю, что понимаю ее, и это правда, - сказал он, чтобы заверить своих друзей. – Ей нужно было попробовать. Она сделала это и потом поняла свои приоритеты. Но теперь она чувствует себя... обязанной мне.
- Это круто, - перебил Джаспер.

- Но это не так, - подчеркнул Эмметт. – Мы всегда были честны друг с другом. Если бы я вел себя, как мудак, она сказала бы мне, что я мудак. Если бы она была мегерой, я бы сказал ей об этом. Сейчас она слишком осторожна рядом со мной, и это раздражает.
- Она придет в себя, - Эдвард пожал плечами.

- Я знаю. Поэтому я подарил ей кольцо как ожерелье, - Эмметт улыбнулся из-за своих рассуждений. - Я сказал ей: когда она перестанет чувствовать себя виноватой из-за попытки убедиться, что я то, чего она хочет от жизни, и сможет двигаться дальше, я надену это кольцо ей на палец. Но главное условие в том, что она должна прекратить извиняться за то, что произошло. Пришло время двигаться дальше, правильно?
- Ничего себе, ты сам все это придумал? - спросил Эдвард.

Эмметт показал ему средний палец, прежде чем сделать глоток пива.
Джаспер рассеянно сдирал этикетку со своей бутылки, успешно отводя глаза от друзей.

- Парни, вы когда-нибудь... боялись... того, что преподносит жизнь? - спросил он.
Эмметт пожал плечами, как будто не был до конца уверен, что страх было правильным словом. Эдвард, однако, не стеснялся ответить правдиво.
- Каждую секунду.

- Я собираюсь стать отцом. Я! – недоверчиво вскрикнул Джаспер. - Я не знаю ничего о том, как быть отцом.
- Добро пожаловать в мой клуб, - ответил Эдвард.

- Да, но, по крайней мере, ты хорош в этом, - утверждал Джаспер. - Я даже не могу выбрать имя. Ты знаешь, как Элис хочет назвать малыша, если это будет мальчик? Боден. Боден Джаспер. Она говорит, будем называть его БиДжей для краткости, но я уверен, что она собирается называть его Боди. Ей нравится добавлять «и» ко всему. Она называла бы меня Джази, если бы я позволил ей.

- А если будет девочка?- прервал Эмметт разглагольствования своего друга.
- Это мальчик, - простонал Джаспер. - По крайней мере, если бы это была девочка, мне бы не пришлось беспокоиться обо всех мальчишеских вещах вроде спорта и строительства... Я не умею создавать вещи!

- Тогда зачем ты всегда заимствовал у меня инструменты, чувак? – поинтересовался Эмметт.
Джаспер проигнорировал Эмметта, а когда повернулся к Эдварду, тоска в его глазах была очевидна.

- Ты хорошо справишься, - заверил его Эдвард. – Ты обеспечишь его едой, одеждой и крышей над головой. Ты будешь защищать его от хулиганов, пока он не станет достаточно взрослым, чтобы драться самому, и каждый день будешь благодарить Бога, что женился на женщине, которая будет исправлять все твои ошибки.

- Можешь прекратить подлизываться, Эдвард. Она уже вышла за тебя замуж, - сказала Элис, выйдя из дома с подносом еды и бросив кислый взгляд в направлении Беллы – она все еще сердилась из-за того, что Белла и Эдвард поженились, не сказав ей.
- Розали, у тебя еще будет возможность, наконец, показать нам, как правильно выходить замуж.

- Я сделаю это правильно! У меня будет свадьба, на которой будут присутствовать все. Или мы могли бы просто пойти в суд и расписаться, не сказав никому... как одна знакомая мне пара, - Белла закатила глаза, поставив тарелку с едой на стол и пригласив Энтони занять место рядом с отцом.

- Хорошо, я признаю, что главная причина моего расстройства в том, что я мелочная, - пожала плечами Элис. - Я не могу поверить, что ты заставляешь меня надеть то платье-палатку на вашу свадьбу, когда она могла бы быть намного меньше, если бы ты устроила все еще в марте!

- Так, я слышала, вы выбрали имя для ребенка? – спросила Розали, усевшись к Эмметту на колени. Эдвард заметил, как Белла благодарно ей улыбнулась за смену темы, и после того, чем только что поделился Эмметт, ему стало интересно, связано ли беззаботное настроение Розали с ожерельем, которое она крутила пальцами, а также комментарием Элис о ее собственной свадьбе. Задумавшись, он понял, что Розали не возмущалась так по поводу их брака с Беллой, как Элис.

- О, малыш Боди! – Элис села и захлопала в ладоши.
- Эй! - Джаспер похлопал ее по ноге. - БиДжей.
- Конечно. БиДжей, - кивнула Элис, но ее подмигивание оставило сомнения относительно того, как именно будут звать ребенка.

Разговор прекратился, как только все сели за стол, но, когда ужин закончился, и Энтони последовал за Беллой в дом с другими женщинами, беседа перешла на то, что всегда обсуждали трое парней: работа, деньги и спальня.
- Это отличается после появления ребенка, да? - спросил Джаспер у Эдварда.
Эдвард пожал плечами.

- Не думаю, что могу ответить на этот вопрос. У меня не всегда был ребенок, а тело Беллы не менялось из-за появления малыша. От Энтони довольно легко избавиться, когда мы хотим быть в одиночестве - все, что нужно, это фильм или книжка-раскраска. Было несколько раз, когда мы просыпались, а он был в постели с нами, но Белла сделала его спальню такой навороченной, что теперь он не хочет заходить в нашу комнату.

Джаспер посмотрел на стол, а затем на своих друзей.
- Я не хочу, чтобы это звучало, словно я не хочу ребенка, потому что я хочу его. Просто... от этого столько проблем.
- Думаю, что это вполне нормально. У нас с Беллой был детский разговор, - Эдвард подчеркнул свои слова воздушными кавычками, - и я начал делать то же самое. Стал думать о деньгах, терроризме, обеспеченности работой... о разном сумасшедшем дерьме.

- Так вы задумываетесь о еще одном ребенке? - спросил Эмметт.
- Да, но не сразу. Мы собираемся подождать. Нам сначала нужно привыкнуть к тому, что мы женаты, - усмехнулся Эдвард.
Разговор перешел к работе, пока Розали не появилась с шоколадным муссом. Потом все они слушали, как Элис жаловалась на руки, бедра, лодыжки и запястья, и как она ожидала, что вес чудесным образом исчезнет в родильном зале. Эдвард поднял бровь, глядя на Беллу. Он не много знал о том, через что проходят женщины, чтобы иметь детей, но был почти уверен, что вес не исчезнет сам по себе, и с тем, как Элис ела, ей, безусловно, придется поработать над несколькими килограммами.

Конечно, это было только его мнение, и он прекрасно знал, что лучше оставить его при себе.
Взрослые сидели без дела, разговаривая до позднего вечера, пока Энтони не стал вспыльчивым и раздражительным, проиграв в шашки Эмметту.

- Он устал, - прошептала Белла Эдварду. Он кивнул головой в знак согласия и встал, чтобы уйти.
Белла напомнила всем о неформальной репетиции свадебного ужина, который должен был состояться у них дома в ближайшие недели, а затем они направились к машине, тихие и удовлетворенные хорошей едой и компанией.

Что, впрочем, было последними минутами спокойствия Эдварда перед свадьбой. Сказать, что несколько дней до мероприятия были сумасшедшими – ничего не сказать. Несмотря на то, что все должно было быть на небольшом заднем дворе их дома, были приглашены двоюродные и троюродные тети и дяди, сотрудники, ученики Беллы и их родители и даже соседи, хотя они жили в доме только несколько месяцев; и все они требовали подробной информации о большом дне.

- Не смотри на меня так, - предупредила Белла Эдварда, увидев выражение на его лице после того, как ее мать позвонила в пятый раз, чтобы сообщить новую информацию в последний момент о еще одном далеком члене семьи, который слышал о свадьбе и захотел приехать.
- Ты обещал, что больше не будешь заставлять меня утаивать информацию о нашей свадьбе.

- Я не сказал ни слова, - Эдвард пожал плечами, хотя думал именно то, что она сказала. - Но ты совсем не волнуешься о том, как мы собираемся кормить всех этих людей?
- Эдвард, прекрати беспокоиться. Я сказала тебе, что обо всем позаботилась. Это будет как большая, веселая вечеринка.

- С тонной людей, которых мы даже не знаем, - пробормотал Эдвард.
Мягкий стук в дверь их спальни прервал разговор, и, когда Эдвард крикнул «входи», Энтони открыл дверь, но не зашел в комнату.
- Ты не уложил меня спать, - сказал он Эдварду.

- О, - Белла собралась встать с кровати. - Я сейчас буду.
- Я хочу, чтобы это сделал папа, - настаивал Энтони, не отводя глаз от Эдварда.
Эдвард и Белла обменялись вопросительным взглядом, прежде чем он поднялся с кровати и последовал за Энтони дальше по коридору.

- Что случилось? - спросил Эдвард, когда Энтони взобрался на кровать. - Мама всегда укладывает тебя.
- Белла.
- Что?
- Ее зовут Белла, и иногда я хочу, чтобы ты уложил меня спать.

- Хорошо, Энтони. Что происходит? - строго спросил Эдвард.
Вместо ответа сын сменил тему.
- Могу ли я спать сегодня с тобой?
- Нет, ты должен спать в собственной постели.

За последние несколько дней Энтони стал более нуждающимся в присутствии Эдварда. Как только Эдвард приходил с работы, мальчик прибегал к нему и оставался рядом на протяжении всего вечера. Из-за всей суматохи со свадьбой Эдвард думал, что Энтони чувствует себя немного обделенным вниманием и стремится по-своему восполнить это, но теперь он забеспокоился, что проблема может быть чем-то более серьезным. Ужасное чувство охватило Эдварда, когда ему в голову пришла мысль, что Энтони начинает проявлять признаки стресса из-за смерти деда.

- Но почему я не могу спать с тобой? – заскулил Энтони. Один из его передних зубов так расшатался, что качался, когда он говорил. Он не позволял Эдварду помочь с этим, так что тот до сих пор оставался у него во рту.
- Потому что, - тихо сказал Эдвард.

- Потому что тебе нужно личное время с ма... с Беллой?
- Личное время, - Эдвард отстранился назад, чтобы посмотреть в глаза Энтони. - Что ты имеешь в виду?
Мальчик пожал плечами, но ответил на вопрос.

- Джимми Норко сказал, что ему никогда не разрешают спать в комнате родителей, когда у его папы личное время с мамой.
Эдвард выглядел озадаченным на мгновение – эти эмоции по-прежнему отражались на лице, когда он вернулся в свою спальню минуту спустя вместе с Энтони.

- У нас будет компания сегодня вечером? - спросила Белла у Эдварда, когда Энтони положил подушку на кровать и забрался под одеяло.
- Что ты знаешь о Джимми Норко и личном времени? - Эдвард выгнул бровь, глядя на Беллу.
- Что? – нахмурилась она.
- Точно. Подвинься.

Позже, когда Энтони крепко заснул, Эдвард отнес его в детскую, прежде чем объяснить Белле свои выводы о том, что на Энтони, наконец, стала сказываться смерть Дэвида.
- Но почему он так неожиданно зациклился на тебе? - спросила Белла. - Даже сегодня, когда он лег в постель, он настоял на том, чтобы лежать на твоей стороне. Обычно он любит спать в середине.

- Думаю, ему кажется, что я могу исчезнуть в любой момент. Лежать на моей стороне кровати просто еще одна вещь, которую он может сделать со мной... наверное.
- Это имеет смысл, - Белла кивнула с пониманием. Затем с озорной улыбкой добавила, - а теперь поговорим о личном времени...

- И что с ним? - голос Эдварда стал угрожающим, когда он сдвинулся ближе к ней и просунул руку под ее ночную рубашку.
И в течение следующего часа мир Эдварда был прекрасен. Там не было никаких крайних сроков на работе, никаких ужасающих планов путешествия по воздуху, намеченных на ближайшее время, никаких родственников супруги, приезжающих в город, никаких отцов, которые не узнают своих сыновей, и никаких грустных, страдающих маленьких мальчиков.

Были только сплетенные тела, стоны удовольствия и огонь страсти.
И мир снова рухнул на следующий день, когда Эдвард пришел домой с работы и обнаружил Беллу на кухне всю в слезах.
- Милая, что случилось? – спросил Эдвард, бросившись к ней.

Она попыталась ответить сквозь рыдания, но потом покачала головой, признавая, что не в состоянии говорить ясно.
- Лучше бы это было не из-за какой-то милой рекламы, которую ты видела по телевизору, - улыбнулся Эдвард, притягивая ее ближе. Это было за день до приезда ее родителей в город и за день до репетиции их ужина. Он решил, что она была просто перегружена и, кажется, немного эмоционально истощена.

Она оттолкнула его и вытерла слезы с глаз.
- Э-Энтони, - выдавила она.
Эдвард застыл на месте, боясь ее следующих слов.
- Что случилось с Энтони? Где он? – взгляд Эдварда сместился к гостиной в поисках сына.

- Я послала его к себе в комнату, - всхлипнула Белла. – С ним было на самом деле... трудно сегодня.
- Что он сделал?
- Ну, давай посмотрим... сначала утром он намеренно вылил свою кашу на пол. После этого начал прыгать по диванным подушкам в обуви, когда я специально сказала ему не делать этого. Он выдавил тюбик зубной пасты в раковину, а затем включил воду, забив слив туалетной бумагой. К обеду он перешел на личные нападки и сказал, что я уродливая, жирная, и что он ненавидит меня.

- Какого черта? - Эдвард почесал затылок. - Эта вещь с дедом должно быть действительно начинает добираться до него.
- Можешь назвать меня сумасшедшей, но я не считаю, что причина в этом. Думаю, что дело во мне.
- Это не ты. Он обожает тебя.

- Он сказал, что не хочет меня, Эдвард, - плечи Беллы опустились. - Он сказал, что не хочет стоять с нами на свадьбе, - она подавила рыдание. - Разве ты не видишь? Все его плохое поведение совпадает с церемонией. Из-за нее он расстроен, а не из-за Дэвида.
- Он в восторге от свадьбы, - не согласился Эдвард. - Он был рад этому с самого начала.

- Эдвард, ты не видел его лицо... его глаза... в них была ненависть, - она сделала паузу, чтобы отдышаться. - Я знаю того ребенка, Эдвард, - Белла указала в направлении спальни Энтони. - И это не он.
- Я поговорю с ним. Он просто переживает из-за чего-то. Вот увидишь, - уверенно сказал Эдвард.

Он провел еще несколько минут, успокаивая Беллу, а потом направился по коридору в комнату Энтони. Основываясь на том, что сказала Белла, он не был удивлен, найдя очень угрюмого мальчика, сидящего на полу в углу спальни. Эдвард был уверен, что Энтони слышал его шаги и теперь поддерживает эффект драматизма.

- Я слышал, у тебя сегодня был довольно интересный день, - начал Эдвард, сев напротив Энтони на кровати.
- Не-а, - сын упрямо покачал головой.
- Я думал, ты собирался помочь с тортом для завтрашнего вечера. Что ты здесь делаешь? – попробовал Эдвард другой подход.
- Я не люблю торт.

- Ох. Ну, тогда мне нужно напомнить Белле, чтобы она не готовила его на твой день рождения.
Защитный фасад мальчика пошатнулся на мгновение, но затем он восстановил свое возмущенное самообладание и сердито скрестил руки на груди.

Эдвард посмотрел на него с опаской. Теперь было очевидно, о чем говорила Белла. Энтони никогда себя так не вел. Не зная, как лучше поступить, Эдвард решил пойти напрямки.
- Энтони, ты расстроен из-за своего дедушки? - спросил он в упор.

Мальчик выглядел смущенным на мгновение, но потом покачал головой.
- Дедушка на небесах с бабушкой.
- Верно. Я просто хочу убедиться, что ты действительно понимаешь это и знаешь, что это нормально - скучать по нему... все еще тосковать.
- Лэйсель говорит, что я по-прежнему могу рисовать для него.

- Можешь, - это подкинуло Эдварду идею. - Знаешь, что еще можно сделать с помощью рисунков?
Энтони покачал головой.
- Ты можете рассказать мне что-то, о чем не можешь сказать словами. Например, почему ты так зол на Беллу.

На секунду все выглядело так, словно это сработает, но затем Энтони вскинул подбородок и подсунул под себя руки, чтобы не поддаться искушению.
- Я не хочу рисовать, - заявил он.

Эдвард видел, что это ни к чему не приведет, поэтому встал, но, прежде чем уйти, решил сказать несколько слов своему сыну напоследок.
- Энтони, я не знаю, что сделала Белла, чтобы так разозлить тебя, но я знаю, что она тебя любит и никогда не сделает ничего, что причинило бы тебе боль. Поэтому ты должен понимать, что мы, все трое – семья, и так это и останется. Свадьба - это просто церемония. Ты знаешь, что мы с мамой уже женаты, - об этом теперь можно было говорить свободно, когда начались летние каникулы, и не было людей, которым Энтони мог рассказать об этом маленьком секрете. - К лучшему или к худшему, малыш, но мы все есть друг у друга.

Энтони сделал вид, что не слышит своего отца, и Эдвард был полностью готов выйти из комнаты, но, добравшись до двери, услышал печаль в голосе Энтони, когда тот, наконец, заговорил.
- Почему ты сказал, что собираешься избавиться от меня?
Эдвард обернулся в шоке.

- Что? Я никогда такого не говорил.
- Угу. Ты сказал, что очень легко избавиться от меня, и что вы с мамой собираетесь завести нового малыша после свадьбы.
Эдвард нахмурился.

- Я никогда не говорил ничего подобного.
- Так ты сказал Джасперу и Эмметту. Я слышал тебя.
- Думаю, ты не понял того, что услышал, Энтони. Я не только не планирую избавляться от тебя, но и никогда не сделал бы этого. И Белла тоже.

- И вы не будете заводить нового ребенка?
Эдвард точно знал, что ответить на этот вопрос. Они с Беллой еще не говорили с сыном о возможности появления брата, и хотя это не планировалось на ближайшее время, Эдвард не хотел, чтобы Энтони думал, что он лгал ему, когда время, наконец, придет.

- Если у тебя когда-либо появится младший брат, сынок, ты будешь в числе первых, кто об этом узнает. Ведь нам понадобится твоя помощь! – улыбнулся Эдвард.
Энтони задумался.
– А что должен делать старший брат?

- Ну, так как ты будешь старше, то будешь знать больше обо всем, и ты сможешь рассказать своему младшему брату или сестре все о том, как правильно что-то делать, - ответил Эдвард.
- Я могу сделать это, - кивнул Энтони. - Я хорош в обучении.

- И иногда нужно будет первым пробовать печенье и пирожные, чтобы убедиться, что они достаточно хороши, чтобы их съели.
Энтони улыбнулся.
- И ты должен быть умным, какой есть сейчас, а также ответственным, чтобы научить своего брата или сестру такой же ответственности. Это очень важно.
- Что значит ответный?

- Ответственный. Это значит, что, если ты сделал что-то неправильно, то признаешь это, а потом извинишься. И если увидишь, что кто-то еще делает неправильные вещи, то поговоришь с ним об этом и поможешь исправить и извиниться, если это необходимо. Ты сможешь сделать это?
- Наверное, - неуверенно ответил Энтони.
- Ну, давай проверим, - Эдвард протянул руку Энтони. - Я знаю кого-то, кому очень грустно, потому что один пятилетний мальчик был очень непослушным сегодня.

Лицо Энтони вытянулось, как только он понял, о чем говорит его отец. Он громко вздохнул и позволил Эдварду отвести его в кухню, где Белла сидела за маленьким столом.
- Кто-то хочет тебе кое-что сказать, - Эдвард подтолкнул сына вперед.
Белла посмотрела на него с надеждой, ее большие глаза были красными от слез.

- Мне очень жаль, - пробормотал Энтони.
- За что? – надавил Эдвард.
- За то, что был непослушным, - прошептал мальчик.
Белла соскользнула со стула и встала на колени перед Энтони.

- Милый, если я сделала что-то, что расстроило или напугало тебя, ты должен сказать мне. В этом доме мы слушаем друг друга и используем хорошие слова, ладно?
Энтони кивнул.
- Как думаешь, ты можешь рассказать мне, почему был так расстроен? – спросила Белла.

Энтони посмотрел на Эдварда, надеясь, что его отец заполнит пробелы за него, но Эдвард отказался сделать нечто подобное.
- Давай, - сказал он.
- Я слышал, как папа сказал, что вы собираетесь избавиться от меня и завести нового ребенка.

- Я собиралась избавиться от тебя? - Белла посмотрела на Эдварда.
- Мы оба, - пояснил Эдвард.
- Когда это было? - спросила Белла.
- Дома у Джаспера и Элис, - ответил Энтони.

- Он неправильно понял, - сказал Эдвард. - Потому что я никогда не говорил ничего подобного.
Энтони грустно смотрел на Беллу, а она на него. Оставшийся без ответа вопрос утонул в ее глазах.

Если ты сказал это, почему он был зол на меня?
... Потому что мамы заводят новых малышей...


Эдвард видел, как к ней пришло осознание.
- Ты мой Энтони, - сказала Белла, притягивая мальчика в объятия. - Никто не сможет заменить тебя.
Энтони обнял ее в ответ, но по выражению лица своего сына Эдвард знал, что ему потребуется больше, чем слова и объятия, чтобы убедиться в правдивости ответа.
Это потребует времени.

Эдвард вздохнул с облегчением, когда они добрались до дня репетиции ужина без значительных трудностей.
Все началось, как и в любой другой день. Родители Беллы прибыли утром и сразу же принялись помогать с последними приготовлениями. Эмметт и несколько его друзей с работы приехали установить четыре навеса, которые предназначались для спасения гостей от летней жары, а Белла сидела со своей матерью, Розали, Элис и Энтони за кухонным столом, доводя мельчайшие детали свадьбы до совершенства.

- Я не знаю, как отношусь к тому, что мой сын будет окружен всеми этими лентами и пахучими штуками, - Эдвард сморщил нос, указав на корзины, переполненные тюлем и Иорданским миндалем.
- Я буду пробовать конфеты, - сказал Энтони, поставив контейнер с шоколадными кренделями в пределах своей досягаемости.

Эдвард поднял руку, чтобы Энтони хлопнул по ней своей ладошкой.
- Лучшая работа в доме.
Мальчик только засунул еще один бледно-зеленый миндаль в рот, когда Чарли появился на кухне с его игрой в руках.
- Есть желающие поиграть? - спросил он
- Я! - Энтони вскочил со своего места и потащил деду Чарли к игровому столу в своей спальне.

- Он, кажется, в порядке сейчас, - сказала Рене, когда Энтони ушел, и Эдвард понял, что Белла сообщила своей матери о поведении их сына за день до этого.
- С Энтони было что-то не так? - спросила Элис.
- Он клянется, в тот день в вашем доме Эдвард сказал что-то о том, что хочет избавиться от него, - сказала Белла Элис.

Эдвард задержался в дверях, думая, что Элис нечего будет ответить на это.
Ей потребовалось двенадцать секунд, чтобы доказать, что он неправ.
- О, так это о сексе? – небрежно спросила Элис, как будто мать Беллы не сидела рядом с ними.
- О чем? – воскликнула Белла. Она посмотрела на Эдварда, надеясь, что все было не так, как сказала Элис.

- Джаспер сказал мне, что Эдвард давал ему советы о детях и прочем.
Розали, казалось, получала удовольствие от этого, и Элис сделала достаточно долгую паузу в своих объяснениях, чтобы та вдоволь насмеялась за чужой счет.
- Во всяком случае, - продолжила она, - он сказал, что все, что вам нужно сделать, это включить мультик или дать Энтони книжку-раскраску, чтобы избавиться от него на несколько часов.

- Что за черт? Джаспер сказал тебе все это?
Белла посмотрела на Эдварда с поднятыми бровями, без сомнения, чувствуя отвращение из-за его слов. Но она, конечно, знала его; увидев его боль, она встала, чтобы следовать за ним, когда он вышел из комнаты.
- Что я сделала? – спросила Элис им вслед.
- Ничего, - бросила Белла через плечо. - И ради меня, пожалуйста, можешь изменить тему этого разговора, потому что моя мать сидит здесь?

- О, ради Бога, - фыркнула Рене. – Будто я не знаю, что здесь происходит. Ты помнишь тот день, когда я познакомилась с Эдвардом, не так ли?
Эдвард был достаточно далеко, когда смех с кухни утих. Он был в гостиной, рассеянно глядя в окно, когда Белла подошла к нему сзади и обняла за талию.
- Это не имеет большого значения, - сказала она. - Это могло случиться с каждым.

- Но не случилось, - Эдвард слегка повернул голову. - Это случилось со мной, и мне нужно было быть умнее, Белла. Лучше других я должен знать, как важно тщательно выбирать свои слова. Но нет, я был слишком занят, играя любителя-психолога, чтобы понять, что реальная проблема... во мне.
- И в чем же именно эта проблема? Что ты не всезнающий и всевидящий? – оборвала его Белла. - То, что ты не всегда можешь понять направление мышления ребенка, чтобы точно знать, как он будет интерпретировать каждое произнесенное тобой слово, даже те слова, которые не предназначены для его ушей?

Эдвард понял, что Белла права, и нахмурился.
- Как бы хорош ты ни был, ты на это не способен, - подчеркнула она. - Никто из нас не способен.
- О, я знаю, что я не совершенен, - съехидничал Эдвард. - На самом деле, я настольно несовершенен, что вхожу в группу тех людей, кто женится и хочет взять своего ребенка с собой в медовый месяц, потому что слишком напуган, чтобы оставить его.

Эдвард посмотрел в вопрошающие глаза Беллы, когда она пыталась определить причину столь резкой смены темы.
Потом ее лицо расслабилось, и она улыбнулась.
- Я тоже не хочу оставлять его, - сказала она, как будто делилась секретом.

Вдруг они оба заговорили одновременно.
- Я знаю, что это наш медовый месяц...
- ... будет много других возможностей, чтобы побыть вместе...
- ... чувствую себя так неуверенно, уезжая из страны и оставляя его здесь...
- ... после того, что произошло на днях, как я могу убедить его, что его не бросают…
- ... не хочу уезжать, если он будет так думать...

Через несколько секунд Эдвард осознал, что Белла полностью согласна с ним, и тихо привлек ее в объятия.
- Если бы мы не были уже женаты... Я бы снова женился на тебе. Ой, подожди... - сказал Эдвард, целуя ее волосы.
Белла подняла лицо к нему, но на мгновение отвлеклась на то, что происходило по другую сторону окна. Эдвард оглянулся через плечо и увидел свою мать, подходящую к пассажирской стороне машины, чтобы помочь выйти Карлайлу.

- Он уже довольно хорошо сам ориентируется вокруг. Он больше не выглядит дезориентированным, - сказала Белла.
- Я знаю.
Пару недель назад Эдвард и Энтони стали сопровождать его родителей на воскресных прогулках в парке. Это был ненавязчивый способ помочь мальчику привыкнуть к Карлайлу без фактического взаимодействия.

Во время последней прогулки Эдвард также заметил улучшения в перемещении своего отца. Он стал ходить более уверенно; пропадало чувство, что он скован в своем собственном теле.
- Я рада, что они смогли приехать на репетицию ужина, - сказала Белла.
Я тоже. Эдвард так подумал, но не стал озвучивать свои мысли. По моментально усилившимся объятьям Беллы он понял - она уже знала, что он чувствует.

Рука об руку Эдвард и Белла поприветствовали его родителей у входной двери. Эсме попыталась преуменьшить свое волнение из-за участия в подготовке праздника, но, когда Рене потащила ее на кухню, чтобы заручиться помощью, на лице Эсме практически было написано возбуждение.
Карлайл же, напротив, молчал и оценивал свое окружение. Не обращая внимания на визг, доносящийся из кухни, он направился в гостиную, нашел стул и сел, как будто был единственным человеком в доме.

Эдвард убедился, что на столе для отца лежали книги и журналы, прежде чем выйти на улицу встретиться со священником, который прибыл вскоре после его родителей.
- Деда Чарли поведет меня по этому проходу, а затем я встану рядом с твоим папой и скажу ему, как сильно я люблю его и тебя. Мы хотим, чтобы ты стоял с нами, но если ты не хочешь этого, то не должен.

Эдвард подошел к Белле как раз в тот момент, когда она говорила Энтони эту маленькую зажигательную речь, и это напомнило ему о том, что необходимый разговор между ним и сыном уже давно назрел.
- Я могу это сделать, - ответил мальчик.
- Ну, я знаю, что ты можешь, - улыбнулась Белла, словно он сказал самую остроумную вещь в мире. - Но хочешь ли ты?

Когда Энтони ответил, что хочет, Эдварду стало интересно, утерла ли Белла ему нос и смогла сама исправить недоразумение с Энтони. Он ощетинился при мысли, что Белла вновь разгребла беспорядок, который он устроил.
Но так же, как эта мысль появилась, она исчезла. Белла, отрицающая возможность иметь совместные моменты отца и сына? Исправляющая недоразумения, чтобы ослабить их отношения? Она никогда бы не сделала ничего подобного.

Было неясно, как и когда это случилось, но Эдвард был уверен в любви, преданности, безопасности - всем, чего его молодость, безусловно, была лишена, чего он не испытывал ранее; но теперь это было неоспоримо, как ночь и день, как горячее и холодное.
Белла посмотрела на него, ее карие глаза таяли в его зеленых, и он понял, что на самом деле не все так ясно. Завтра он впустит ее в свой мир и доверится во всем.

Неожиданно он не мог дождаться репетиции ужина и завтрашней церемонии. Не мог дождаться, когда скажет ей, на глазах у всего мира, чтобы все они знали, что он безоговорочно любит ее.
- Почему ты так улыбаешься? – прошептала Белла на ухо Эдварду несколько часов спустя, когда они сидели за столом, установленном в их дворе, в окружении друзей и семьи.

- Подожди, дай я угадаю... ты, наконец, нашел черновики с ужасным тостом Эмметта и смыл их в унитаз?
- Мне бы этого хотелось, - засмеялся Эдвард.
- Ребята убирают посуду! – объявила Элис, встав и отойдя от стола.
После ее заявления у Эмметт неожиданно началась диарея, и ему нужно было срочно в туалет, у Джаспера был миллион бумажных порезов, которые не позволяли ему погрузить руки в мыльную воду, а Чарли просто заявил со своего конца стола, что он «не моет посуду».

- Слабаки, - громко пробормотал Эдвард, вставая и начиная собирать тарелки, чтобы отнести их в дом. Он не понимал, что так напугало его друзей - большинство тарелок были одноразовыми.
- Ты выбрала хорошего мужчину, милая, - сказала Рене Белле, когда Эдвард направился в дом. Это было больше оскорбление Чарли, чем комплимент Эдварду, но Белла все равно ответила.
- Мне это известно, - она улыбнулась и подмигнула Эдварду, когда он обернулся, чтобы посмотреть прямо на нее, прежде чем скрыться в доме.

Как только он вошел в кухню, то понял, почему его друзья так торопились сбежать. Может быть, тарелки и столовые приборы были одноразовые, но кастрюли, сковородки и подносы, конечно, не были, и они определенно не вмещались в посудомоечную машину.
- Боже, - застонал он, открыв кран, чтобы заполнить раковину водой. - Я жених. Разве мне не полагается отсрочка от этого?
Но рядом не было никого, кто мог бы согласиться с его доводами, поэтому Эдвард решил убрать все сам.

Он вымыл стопку сковородок справа от него, когда услышал, что кто-то вошел в кухню.
- Можете просто оставить остальные тарелки на столе. Я вернусь за ними через минуту, - сказал Эдвард, не оборачиваясь. Жирный соус барбекю сделал воду грязной, и он вытащил пробку, чтобы спустить ее.
- Эдва...

Шум спускающейся в сток воды наполнил кухню и заглушил звуки смеха и веселья, раздающегося с заднего двора. Эдвард знал, что, должно быть, довольно оживленный разговор не позволял Белле последовать за ним в дом, чтобы помочь ему, потому что, независимо от того, что она сказала своим подругам, он знал - не было ни единого шанса, что она заставит его одного мыть всю посуду. Отправка его в кухню, вероятно, была лишь каким-то предсвадебным испытанием. Ну, это испытание он был полон решимости пройти.
Эдвард хитро улыбнулся, когда повернулся к столу, чтобы забрать стоящую там посуду.

И вздрогнул, хныкнув, словно кто-то ударил его ножом в горло.
Прямо за ним, без уважения к личному пространству, стоял никто иной, как Карлайл.
Эдвард медленно втянул в себя воздух, не зная, что ожидать, поскольку Карлайл изучал его, словно фотографии из многочисленных журналов, которые Эсме всегда давала ему.
- Эдва... - звук утих, искаженный длительным отсутствием использования голосовых связок.

После бесконечных секунд скрипучего и затрудненного дыхания Эдвард понял, что это исходит из него, но потом звук исчез, потому что у него перехватило дыхание, когда протянутая рука Карлайла потянулась к его лицу.
- Эд-вар-рд, - слова донеслись до ушей Эдварда как раз в тот момент, когда рука отца коснулась волос у него на висках.
Карлайл медленно склонил голову влево, а затем право, рассматривая Эдварда со всех сторон.

- Эдвард, - прошептал он искренним голосом. А потом так же, как родитель ругает ребенка, который убежал в парке, он спросил:
- Где ты был?
Эдвард открыл рот, чтобы ответить - привычная реакция после заданного вопроса, но после понял, что ему нечего сказать. Что ему ответить на вопрос отца? Где он был... когда? Вчера? Час назад? На прошлой неделе?
Пока вопросы проносились в голове, Эдвард думал о том, что могло разблокировать сознание его отца, или это было просто последствием многих часов просмотра фотографий на экране телевизора?

Но там не было звука; только постоянная череда фотографий. Никто не произносил его имя... до сих пор.
- Эдвард, - Карлайл обхватил голову Эдварда обеими руками и снова спросил: - Где ты был?
Именно в тот момент Эдвард опустил стены, которые возвел и совершенствовал с тех пор, как ему исполнилось тринадцать.

Его глаза наполнились слезами, когда он позволил себе повторить движения человека перед ним и провел пальцами по лицу, изнуренному трагедией.
- Папа? – спросил он слабым голосом.
- Эдвард? – повторил Карлайл.
Они стояли так бесконечно долго; их руки касались лиц друг друга, а глаза задавали вопросы, которые не могли произнести губы.

- Все хорошо... все хорошо... - сказал Карлайл, успокаивая своего сына, своего маленького мальчика. - Ты не потерялся. Я здесь.
Вдруг все вопросы исчезли. Вместо того чтобы выяснять, что его отец имел в виду, какую версию своего сына он обнимал, Эдвард просто позволил себе жить в данный момент; упиваться тем, чего жаждал в юности и зрелом возрасте. Он прильнул к руке отца, закрыл глаза и заплакал, как ребенок.
Именно в этом положении их нашла Белла. Как он и думал, она пришла на кухню, неся то, что осталось на столе, полностью готовая помочь ему закончить рутинную работу на кухне.

Эдвард лишь смутно осознавал ее присутствие, когда она остановилась в дверях, увидев открывшуюся ей картину. А потом повернулась и исчезла.
Через несколько мгновений она снова появилась, без тарелок, но вместе с Эсме.
Две женщины обнимали друг друга, поддерживая и наблюдая за тем священным моментом, который назревал тринадцать лет.

Время, казалось, шло, но все же остановилось. На расстоянии слышались голоса Джаспера и Эмметта, пока они делали вид, что в нескольких шагах от них не происходит ничего из ряда вон, вместо этого веселя других людей, как и всегда, злоупотребляя гостеприимством. Чарли и Рене издавали звуки любящих бабушки и дедушки, а восприимчивые визги и смех Энтони показывали, что он был рад их вниманию.
Неожиданно Эдвард понял, что все дорогие в его жизни люди собрались под одной крышей в тот момент. От такой мысли он ощутил себя завершенным. Мало того, что он был частью всех этих людей, впервые в своей жизни он позволил оковам на своем сердце пасть, сделав их частью себя.

Аккуратно Эдвард сместил руки с лица на плечи Карлайла. Он мягко прижал своего отца к себе, пока их тела не соприкоснулись. А потом Эдвард сделал то, о чем мечтал с того самого дня, когда его забрали у отца в зале суда.
Он положил голову ему на плечо, зарылся лицом в шею и обрел покой.
Эсме больше не могла сдерживаться. Она покинула свое место у входа в кухню и бросилась к двум наиболее важным мужчинам в ее жизни.

На той кухне можно было услышать только звуки счастливых слез, и, немного насытившись объятиями своих родителей, Эдвард поднял глаза на Беллу и увидел, что она тоже плачет.
Спасибо.
Это была только часть того, что он хотел сказать ей.

Он дождался одиннадцати часов утра следующего дня, чтобы сказать это вслух.
- В первый раз, когда я встретил тебя... ну, сказать, что все прошло не так хорошо, было бы огромным преуменьшением.
Эдвард ухмыльнулся, когда увидел в глазах Беллы недоумение. Она только что закончила повторять клятву, которую говорил ей священник, и было очевидно, что она ожидала того же от Эдварда.

Тем не менее, у него было несколько вещей, которые он должен был сказать ей, а стандартная клятва не воздавала этому должное.
- Но даже если наши отношения были грубыми сначала, я пришел к выводу, что все самые лучшие отношения в моей жизни начались именно таким образом, - он посмотрел на сына и подмигнул ему, прежде чем продолжить.
- Ты ворвалась в мою жизнь как ураган и перевернула все с ног на голову...

Раздалось несколько смешков, когда слова Эдварда услышала аудитория.
- ... Но когда улеглась пыль, я увидел, что это было правильно. Все, что ты сделала для меня, было правильным. Ты вернула мне жизнь, и я никогда не смогу отблагодарить тебя за это.
Белла начала плакать, и голос Эдварда дрогнул, когда он продолжил, вспоминая свои слова.

- Я узнал из первых рук, что может случиться что угодно... действительно что угодно, но с тобой я могу не бояться этого. И я не могу представить себе никого, с кем бы хотел провести остаток своей жизни. Я люблю тебя, Белла.
Эдвард не стал дожидаться никаких указаний или сигнала от священника.
- Да.

Всем было очевидно, что эта пара уже жената, поэтому они последовали к любящим, эмоциональным и плачущим объятиям.
После церемонии жених и невеста, их сын и родители с обеих сторон вернулись к алтарю через боковые ворота и далее к лимузину, который ждал на обочине. Понимающие друзья и семья остались праздновать любовь, которая только что была продемонстрирована, в то время как компания, покинувшая их, направилась в неизвестном направлении, чтобы отпраздновать все, что день дал каждому из них:

... маленький мальчик с двумя бабушками, которые считали его самым важным в мире, дедушка, который обладал специальной улыбкой только для него и, согласно прошлому вечеру, другой дед, находящийся на грани понимания, что у него есть наследник...

... мать, идущая рука об руку с женой своего сына, до сих пор наряженной в свадебное платье ...
... отец, помогающий мужу своей дочери пройти путь восстановления отношений с его отцом, последние воспоминания которого - десятилетней давности...
... мужчина и женщина, настолько любящие друг друга, что вся печаль, потери, одиночество и скорбь, наполняющие их жизнь, были преодолены.

- Я не думаю, что у нас было грубое начало, - сказала Белла Эдварду, когда они шли за родителями по заметенной листьями дорожке и делали вид, что не замечают камеру ее матери, которая записывала каждый их шаг.
Эдвард только посмеялся над ее несогласием.

- В любом случае, это не имеет значения; пока мы вместе, меня не волнует, какое у нас было начало.
Они замедлили шаг и наклонились поверх головы Энтони, разделяя поцелуй. Им предстояло подождать, чтобы сделать большее, но сейчас, с Энтони между ними и родителями по каждую сторону, они просто шли.
Это была странная пост-свадебная процессия, но три поколения мужчин Калленов и женщин, которые их любили, это устраивало.

Конец

Источник: http://robsten.ru/forum/63-1601-151
Категория: Переводы фанфиков 18+ | Добавил: Анка72 (05.07.2014) | Автор: Анка72
Просмотров: 1757 | Комментарии: 35 | Рейтинг: 5.0/73
Всего комментариев: 351 2 3 4 »
avatar
0
35
Ну, наконец-то Карлайл стал приходить в себя dance4 , и какая милая церемония hang1
avatar
0
34
Момент с Карлайлом душераздирающий....
И всё же они все потихонечку восстанавливаются...
Рада, что до свадьбы доползли... и всё удачно..
Спасибо за проду lovi06032 lovi06032 lovi06032 lovi06032
avatar
33
Замечательный рассказ! Мне очень понравился. Большое спасибо за исключительную историю. good
avatar
32
если честно я плакала когда читала во соединение отца с сыном fund02016 cray сп за главу good
avatar
31
Спасибо...какая насыщенная глава...и замечательная история lovi06032
avatar
30
Девочки !!! Спасибо за Ваш труд!!!. История ,просто замечательная.Одна из немногих, которые  я буду перечитывать.
avatar
29
Огромное спасибо lovi06032 lovi06032 lovi06032 lovi06032 lovi06032
avatar
28
спасибо за перевод!!!
avatar
27
Спасибо за перевод! lovi06032
avatar
26
Спасибо за перевод! lovi06032 lovi06032 lovi06032 lovi06032 lovi06032
1-10 11-20 21-30 31-33
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]