Фанфики
Главная » Статьи » Переводы фанфиков 18+

Уважаемый Читатель! Материалы, обозначенные рейтингом 18+, предназначены для чтения исключительно совершеннолетними пользователями. Обращайте внимание на категорию материала, указанную в верхнем левом углу страницы.


Мелочь в кармане: Глава 24. «Можете поцеловать невесту» и белая ткань

Эдвард

 

 

Белые стулья стоят лицом к амбару. Я стою рядом со священником, одетый в смокинг; остальные гости болтают и смеются. Я наблюдаю за ними. Семья и горстка друзей. Несколько отцовских коллег. Свадьбы – это, как ни странно, публичные мероприятия, учитывая то, что они олицетворяют такие личные обязательства.

 

 

Я не думал, что буду нервничать. Но вот он я, стою в сухой траве, напоминая себе не напрягать колени от страха упасть в обморок. Пульс ускоряется, а руки не знают, что им с собой делать. От беспокойства я испытываю искушение засунуть их в карманы. Я не делаю этого. Они, наверное, все равно зашиты.

Я не уверен: чувствую я себя спокойнее или напрягаюсь еще сильнее после того, как вижу Беллу. Я не мог не прийти. Не после того, как прочел мамино письмо.

Я никогда еще так не нервничал. Ни по какому поводу. И не потому, что я боюсь. Но потому, что не знаю, как быть. Я не знаю, как иметь все, что я всегда хотел иметь. Почти все. Сейчас я хочу того, о чем раньше не знал. Полагаю, это история о том, как становиться старше. Взрослеть.

Небо почти ясное. Но я бы с превеликой радостью стоял здесь и под дождем.

Я бы ценила звук дождя и ощущение солнца на моей коже.

Голос моей матери – ее слова – эхом звучат в моей голове, когда они больше всего мне нужны. И я надеюсь, что испытаю нужды вернуться и прожить жизнь заново. Я надеюсь, что этой жизни будет достаточно.

Я до сих пор помню тембр ее голоса. Ее смех. Ее голос, когда она ругалась. Голос, когда она улыбалась. Голос, когда она умирала. Я думал, что забуду. Я думал, память о ней медленно угаснет. Или исчезнет.

Бывает, я по многу дней не думаю о ней. И это нормально. Это то, чего бы она хотела. Потому что когда я смотрю на свою жизнь - смотрю по-настоящему - она повсюду. И мои дети будут знать ее. И в них будет лучшее от нее.

Я мысленно повторяю слова. Те, которые из ее письма. Те, которые она написала мне десять лет назад. Те, которые были запечатаны в конверте до сегодняшнего дня. Слова, которые она написала, пытаясь представить мужчину, которым я стану. И женщину, которая будет моей женой.

Если бы она только знала.

Я повторяю слова, и, возможно, она и впрямь знает.

Не рассчитывай, что она будет читать твои мысли, но делай все возможное, чтобы читать ее.

Голос, когда она улыбается.

Не оставляй обувь под лестницей. Поверь мне в этом, сын.

Голос, когда она ругается.

Будь таким человеком, который любит свою семью больше, чем работу. Будь таким мужем и таким отцом, каким – я знаю – ты можешь быть.

Голос, когда она умирает.

Иногда я закрываю глаза и вижу тебя. Я вижу мужчину, которым ты стал, и я очень горда, называя тебя своим сыном. Знай, что я назвала бы ее своей дочерью, если была с вами в этот день.

Элис подмигивает мне со своего места в переднем ряду. Кажется, что ее собственная свадьба была очень давно. Это было всего полтора года назад. Но кажется, что прошло очень много времени. Или, может быть, тогда было просто невозможно представить нас с Беллой вместе.

Когда гости встают и поворачиваются к проходу, я забываю дышать.

И это почти смешно. Наша свадьба смешна. Мне хочется смеяться. Потому что кольцо на полу, она сказала «нет». Потому что я купил другое кольцо для другой девушки. И сейчас у меня могла бы быть совершенно другая жизнь. Жизнь во лжи. Жизнь из серии «если бы я мог вернуться и прожить ее заново».

И я никогда еще не был сильнее благодарен за то, что доверяю своему чутью. Что я не успокоился. Потому что было бы нечестно втягивать в это кого-либо другого.

И это место, наш амбар, стояло бы заброшенным. В нем жили бы призраки того, что было и что могло бы быть.

Я не хочу когда-либо еще думать о той жизни. Это будет в последний раз. И я перестаю об этом думать.

Потому что Белла стащила кольцо из моего кармана. Она будет моей женой, даже, несмотря на то, что я думал, что потерял ее навсегда. Большую часть времени я думал, что она моя. А затем однажды я понял, что это не так. Я понял, что она вообще никогда не была моей. Мне хочется смеяться над тем, что я знал.

И затем я вижу ее. И я больше не хочу смеяться.

Я просто хочу.

И все, о чем я могу думать - это о том, какая она красивая. И я не смог бы отвести взгляд, если бы попытался. Когда я вижу ее лицо, ее глаза уже буравят меня. Я не свожу с нее глаз, пока она идет. Ее голова высоко поднята, она улыбается. Она смелая. И она краснеет. И она мать моего ребенка. И Белла. И она так чертовски красива.

И мне хочется, чтобы проход не был таким длинным.

Каждый ее шаг слишком медленный. И я испытываю такое сильное искушение встретить ее на полпути, что вынужден приказать своим ногам не двигаться. Оставаться на месте.

Кажется, вечность.

До тех пор, пока она не стоит передо мной. Наконец-то.

Отец целует ее руку и протягивает ее мне. И это впервые, когда я вообще осознаю, что он здесь, рядом с ней. Что он все время был здесь.

И не только сегодня.

Все в тумане. За исключением ее лица. Ее улыбающегося, идеального лица. И она тоже не может поверить. Что мы здесь.

Взяв ее руки в свои, я напоминаю себе не сжимать их слишком крепко.

Голос священника тихий, но зычный.

- Жених и невеста предложили, чтобы мы почтили минутой молчания тех членов семьи, которых больше нет с нами на этой земле, но дух их здесь.

Я не закрываю глаза. Я не могу. Ее глаза удерживают меня здесь. И она смотрит на меня так, как мне всегда хотелось, чтобы она на меня смотрела. Все эти годы. Она смотрит на меня так, словно я единственный человек на планете.

Мы только вдвоем, стоим перед нашим амбаром.

От нас двоих скоро останется лишь добрая память. Когда мы станем родителями. Но сейчас, в этот момент, есть только она и я.

Минута молчания окончена, и я изо всех сил обращаю внимание на слова. Но едва слышу их.

Ее усталые глаза улыбаются и блестят в солнечном свете.

Я произношу слова. Слова, которые идут после: «Повторяйте за мной». Она тоже их произносит.

Слова, которые должны быть важны. Но сейчас мы не можем сказать ничего, чего было бы достаточно.

Кольца и дрожащие руки.

И я не знаю, говорит ли священник: «Можете поцеловать невесту». Все, что я знаю - это ее губы на моих губах. И звука нет.

Только поцелуи. Нежные, но требовательные поцелуи. Когда мои руки прижимают ее ко мне. Губы на настойчивых губах. Говорящие все, что мы чувствуем. Стоя перед нашей семьей. Перед людьми, которые важны и которые не важны.

И я не могу дождаться, когда мы останемся одни. Я не могу дождаться, когда останусь наедине со своей женой.

Когда наши губы разлучаются, она смотрит на небо. Она выглядит счастливой, с солнцем на лице, отражающемся в ее глазах. Такой счастливой, что это вызывает боль. Невозможное счастье. Но все так и есть.

Эти глаза говорят все, что она думает и чувствует. И мне хочется поцеловать их. И я целую.

Она стоит передо мной в своем платье. Этом платье. Я заставляю себя увидеть его. Увидеть всю ее. Одетую в белое.

И все, что мне нужно – это еще один поцелуй. Еще один.

Мир замедляется. То, что крутилось, теперь неподвижно. Когда мы медленно идем обратно по проходу. И я вижу улыбающиеся лица отца и Элис.

Элис складывает руки под подбородком. И это один их тех моментов, когда ее лицо настолько похоже на мамино, что это тревожит. И успокаивает.

И я могу лишь надеяться, что у меня будет дочь с лицом Беллы. С ее честными глазами. Которые она называет цветом грязи.

Мне снова хочется смеяться.

- Что смешного?

И, может быть, я смеюсь.

Она хочет знать, и я говорю ей.

- Ваши глаза, миссис Каллен. Ваши идеальные, честные глаза.

Я люблю, когда она хмуро смотрит на меня. Когда ее губы морщатся, и она пытается сердиться, но не может.

Я целую ее лицо.

Я прекращаю смеяться.

Я просто люблю.

 

***


Я весь день занимался. Я больше не могу отчетливо видеть.

По телевизору в субботу вечером адская скукота.

Свет погашен, в дверь квартиры громко стучат.

Черт.

Она не уйдет, если я буду игнорировать ее. Знаю по опыту.

Я стаскиваю себя с дивана и отпираю засов. Вот как у нас все. Если она хочет войти, она откроет дверь сама.

Она стоит прямо перед телевизором. Руки в боки, готова к бою.

- Нет, это ты идешь.

- Весь этот задумчивый вид, который ты пытался на себя напустить, не слишком-то тебе идет. Эдвард, ты не можешь так жить. Это неразумно. – Она делает большой глоток «Рэд Булл». Я смотрю на ее кроваво-красные акриловые ногти.

Она даже больше не звонит. Просто приходит.

- Роуз, так ты никогда ни с кем и не перепихнешься, если будешь повсюду таскать за собой мою жалкую задницу.

Но она не слышит меня, потому что уже вышла из комнаты и, несомненно, обыскивает мой шкаф.

Она возвращается с какими-то джинсами и рубашкой, на которой до сих пор висит ярлык. Элис продолжает слать мне одежду. Словно я не знаю, во что одеваться.

Роуз, подняв брови, протягивает мне рубашку.

- Даже не спорь со мной. Ты не носишь то, что у тебя есть. А когда ты последний раз что-нибудь ел?

Я вынужден подумать над этим. Может быть, сегодня утром.

Она закатывает глаза даже раньше, чем я отвечаю.

И мы идем к кому-то домой на вечеринку. Это такая же вечеринка, на каких я бывал сотни раз. Умные девушки притворяются глупыми, подлизываясь к кучке идиотов, которые думают, что они уже врачи.

Я беру пиво. И затем еще.

Я пытаюсь избегать зрительного контакта с платиновой блондинкой, которая проходит мимо меня. Роуз флиртует с каждым, у кого есть пенис.

Я не знаю, почему она таскает меня на эти вечеринки. Я имею в виду, что, разумеется, знаю, почему, но не знаю, почему позволяю ей это.

Я не сижу. Сидеть – это приглашение к разговору. Подпирать стены в коридоре – лучший способ избежать общения.

- Вот ты где.

Роуз ведет за руку какую-то блондинистую Барби. Она ставит ее прямо передо мной. Словно она мой приз за сегодняшний вечер.

- Таня, Эдвард. Эдвард, Таня.

У нее неприятное имя. Ее зубы сильно блестят, и я думаю, что, возможно, у нее их слишком много. Ее волосы завиты в упругие кудри. Может быть, она действительно натуральная блондинка.

Также, возможно, она довольно симпатична.

Здесь слишком жарко.

Мне нужен воздух.

Я разворачиваюсь и, ни слова не говоря, иду на балкон и выливаю с него пиво.

- Тебя действительно на все это плевать, да?

Я подпрыгиваю от звука голоса Тани. Он нежнее, чем я думал. Я удивлен, что вообще думал о том, как может звучать ее голос.

Я не оборачиваюсь. А ей все равно. Она говорит. Говорит, говорит, говорит.

Она рассказывает мне историю своей жизни. Она даже не знает меня. Я незнакомец, а она рассказывает мне все о своей гребаной жизни.

О своих мечтах. О надеждах на будущее. О том, какую жизнь она хочет. Обо всем.

Это раздражает. За исключением того, что я обнаруживаю, что слушаю ее. И мне почти хочется узнать больше. Она четко формулирует. Целеустремленная.

Я не знаю, что с ней делать.

Я не знаю, что делать с девушкой, которая столь открыта и честна. Я поворачиваюсь к ней лицом. Она симпатичная. Впервые за много лет мне кто-то показался симпатичным. Может быть, она - большее, чем остальные пластиковые куклы.

Я смотрю ей в глаза. И смущаюсь. В них что-то есть. Они не пустые. Но ничего не выдают.

- Ты перестал улыбаться.

Я даже не знал, что улыбаюсь. Я подношу руку к губам.

Это глупо. Я глуп. Передо мной стоит прекрасная девушка. Девушка, которая хочет меня. Я задаюсь вопросом: так ли поступают люди. Нормальные люди. Знакомятся с девушкой на вечеринке. Целуют девушку. Трахают девушку. Женятся на ней.

И я изо всех сил пытаюсь увидеть ее.

Музыка из дома бьет меня по ушам.

- Похоже на хорошую жизнь.

Она смотрит на меня со страннейшим выражением лица.

- Потанцуешь со мной?

Она не ждет ответа. Ее руки на мне. Я не двигаюсь. Ей все равно. Она двигается за нас обоих. Выглядит неуклюже. Она пахнет как девушка. Как не та девушка. Но это приятно. Очень приятно.

Мне нужно убираться отсюда.

- Мне нужно идти.

Я оставляю ее на балконе. Она не идет за мной.

Я быстро отыскиваю Роуз.

- Мы уходим. – Я хватаю ее за руку, и мне все равно, как это выглядит, когда я волоку ее к входной двери.

Она не сопротивляется, когда я открываю пассажирскую дверь своей машины.

Мы сидим в машине. В темноте. Ключи в зажигании. Сжимаю руками руль. До тех пор, пока не белеют костяшки.

Ее голос тихий.

- Эдвард, она как раз то, что тебе нужно.

- Нет. – Я мог бы прокричать это.

- Она просто девушка, Эдвард.

Я не уверен, о ком она говорит. Это не имеет значения. Она неправа.

 

***


Нас окружают белые цветы. Я не знаю, что это за цветы. Я в них не разбираюсь.

Я смотрю на ее лицо. Она принимает все это. Людей. Цветы. Небо. Подремонтированный амбар. Меня.

Нас гонят фотографироваться. Сидим на краю чердака. Идем по тропинке, взявшись за руки. Целуемся в траве. Целуемся. Целуемся. Целуемся.

Мы почти не говорим. Нечего сказать. Ее глаза говорят обо всем.

Все остальное как в тумане. Закуски и тосты. Ужин.

Белла ловко оставляет повсюду свои бокалы с дорогим вином.

Столы расставлены по периметру амбара, и места для танцев немного.

Я беру ее за руку. Или, может быть, она берет меня. Мы игнорируем все улыбки и пристальные взгляды.

Мы почти не двигаемся.

- Хорошо, что мы репетировали.

- Хорошо.

Они прижимается лицом к моей груди, и мы танцуем в этом маленьком помещении. Только она и я.

Последние лучи солнца пробиваются сквозь стены амбара. Не видно ни летучих мышей, ни полёвок. Наш старый позабытый амбар полон жизни и обещаний. Важных.

Мы перешептываемся до тех пор, пока песня не заканчивается.

Отец ждет, протянув руку. Но мне не хочется ее отпускать.

- Я сразу же верну ее, сын. Обещаю.

Я стою с Элис и Джаспером. Элис крепко обнимает меня.

- Хорошо заботься о ней, Эдвард.

- Элис, мне будет тебя не хватать. Нам будет тебя не хватать.

Она вытирает случайную слезу и поворачивается к Джасперу.

Я смотрю, как отец кружит Беллу в танце. И она улыбается.

Я рядом с ней, как только песня заканчивается. Забираю свою жену.

- Что ты делаешь?

- Танцую на свадьбе со своей женой.

Она смеется, и мне кажется, что я никогда не видел ее смеха. И что никогда раньше не целовал ее. И никогда не обнимал. Все впервые.

Элис и Джаспер, Эмметт и Роуз танцуют рядом с нами.

Когда опускается ночь, в амбаре становится темно. В свете огней гирлянд все помещение наполняется сверкающими тенями. Я позволяю своим рукам блуждать.

- Еще не пора уходить? – Я слышу румянец в ее голосе.

Эмметт вмешивается и крадет Беллу. Она смеется, когда он поднимает ее на руки.

- Будь осторожен с ней.

Я смотрю, как Розали медленно уходит с танцпола.

Я сажусь рядом с ней с двумя бокалами воды в руках.

- Привет.

- И тебе привет.

Мы молча сидим, наблюдая за гостями, находящимися в разных стадиях опьянения.

- Таня передает тебе наилучшие пожелания.

- Ты сказала ей?

- Я подумала, что, возможно, тогда ей будет легче поставить точку.

- Понятно.

- Она кое-кого встретила.

- Я рад. – Кажется правильным сказать это, и сказать искренне.

Роуз не сводит глаз с Беллы и Эмметта.

- Прости, Эдвард.

- За что?

- За все.

- Эй, Роуз!

- Что?

- Спасибо тебе.

- За что?

- За все.

Она улыбается, и, думаю, она слышит меня.

Перед нами появляются Эмметт и Белла, задыхающиеся и смеющиеся. Эмметт увлекает Роуз за собой.

Я сажаю Беллу к себе на колени. Она целует меня в нос. Улыбается и хихикает. Я указываю на свои губы, растянутые в улыбке.

Она медленно наклоняется.

- Чего ты хочешь?

- Тебя.

Я прижимаюсь губами к ее губам. Она на вкус как Белла.

Я киваю на открытую дверь амбара. Белую ткань подхватывает легкий ветерок.

- Пойдем.

Я беру ее за руку и веду в темную ночь.

Вот чего я ждал весь день.

Я прижимаю ее к себе.

Сверчки и лягушки. Прохладный осенний воздух. Я танцую со своей женой. Под звездами.

До тех пор, пока наши гости не расходятся.

Мы прощаемся с ними, и я не знаю, что произошло за последние шесть часов.

У нас снят номер. Когда Элис предложила это, поначалу я решил, что это глупо. Мы с Беллой живем в городе. У нас свой собственный дом. Я не думал, что нам нужен дорогущий номер в сельской гостинице.

Но осматривая этот номер, видя взгляд Беллы, когда она опробует огромную кровать, больше это уже не кажется глупым. Это идеально.

Камин зажжен. Огонь мерцает и потрескивает.

Я играю с ее пальцами.

- Ты голодна?

Она улыбается, качая головой.

- Ты устала?

Тоже нет.

Она сжимает в кулаках мой пиджак и притягивает меня вплотную к себе. Поднявшись на цыпочки, она целует мою шею до тех пор, пока ее невесомые губы не оказываются у моего уха.

Ее голос тихий, но властный.

- Сними с меня это платье.

Никогда в своей жизни я не хотел ничего большего. Мои неуклюжие руки даже не знают, с чего начать.

Но она знает. И помогает.

Платье на полу, у ее ног, ее кожа мерцает в свете огня, она идеальна.

- Ты красивая.

Она засовывает руки под воротник моего пиджака и стаскивает его с плеч.

Мне хочется целовать ее везде. Когда она снимает туфли, я поднимаю ее. Я несу ее в постель. Я раздеваю ее догола. Она до сих пор краснеет, когда я смотрю. Мне хочется, чтобы так было всегда.

Когда я нависаю над ней, мои руки повсюду. В комнате, залитой оранжевым светом.

Белла, Белла, Белла.

Мне очень нравится, как у нее перехватывает дыхание, когда я беру ее сосок в рот. То, как она запускает пальцы мне в волосы и обхватывает меня ногами. То, как она стонет. То, как она вытягивается на постели. Боже, я люблю ее. Это страшно – любить ее так сильно. Любить ее и знать, что она любит меня точно так же.

Я слушаю, как она разлетается на куски от моих рук и губ. И на мне слишком много одежды.

Я целую ее живот. Снова, снова и снова.

Ее глаза блестят, на коже румянец. Ее грудь поднимается и опускается, когда она расстегивает мою рубашку. Когда она сталкивает на пол мои брюки.

Мне необходимо быть внутри нее. Сейчас же.

Забираюсь в постель, нависаю над ней, она моя. Навсегда.

Она берет меня в руки, когда мои губы находят ее губы. Когда наши языки сталкиваются, нуждаются, любят друг друга.

Может быть, это не трах у стены в номере отеля. Это просто мы с Беллой. Но сейчас, в этой огромной постели, с нашим ребенком, растущим внутри нее, это всё.

И если это так, если это конец, такой хороший, каким он должен быть, это не будет жизнь из серии «если бы я мог вернуться и прожить ее заново».


Перевод: helenforester
Зав.почтой: FluffyMarina



Источник: http://robsten.ru/forum/19-1573-1
Категория: Переводы фанфиков 18+ | Добавил: LeaPles (03.01.2014) | Автор: Перевод: helenforester
Просмотров: 795 | Комментарии: 19 | Рейтинг: 4.9/38
Всего комментариев: 191 2 »
0
19  
  Ура, это свершилось dance4

18  
  Всё же они прошли долгий путь к этому...
И радует, что смогли преодолеть всё...
Спасибо за главу good good good good

17  
  cray это так идеально)спасибо)рыдаю) lovi06015

16  
  Спасибо за главу... good good lovi06032 lovi06032

15  
  чудесная свадьба, мечтааа...спасибо за главу!

14  
  Спасибо за главу! good lovi06032
Они так долго шли к своему счастью! Теперь они вместе и скоро их станет трое! И может, удастся усыновить ту маленькую девочку.

13  
  hang1 hang1 hang1
Спасибо за главу  cvetok01

12  
  Обалденно!!! Снежная королева растаяла  girl_wacko Уверена, что впереди только счастье!!!! hang1 Спасибо good !!!!

11  
  Огромное спасибо!!!

10  
  Спасибо! lovi06032

1-10 11-19
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]