Фанфики
Главная » Статьи » Переводы фанфиков 18+

Уважаемый Читатель! Материалы, обозначенные рейтингом 18+, предназначены для чтения исключительно совершеннолетними пользователями. Обращайте внимание на категорию материала, указанную в верхнем левом углу страницы.


Osa Bella. Глава 5

Глава 5. Reckoner*

Распаковывая свои вещи в номере отеля субботним днем, я была впечатлена тем, какой хорошей идеей оказалась эта поездка. Конечно, еще было рано, и я была нехарактерно для себя позитивно настроена.

Первой на повестке дня была покупка обуви. Рассматривая витрины в магазине Shoefly, я чуть не начала жалеть, что не потащила с собой Иллеану, но один взгляд на мою кредитную карточку, и виноватое сознание поблагодарило меня за поездку в одиночестве.

После того, как я переоделась во что-то подходящее и для хорошего ресторана, и для модного рок-клуба, я отправилась в «Портовый Гриль» на побережье, чтобы поесть креветок и посмотреть на яхты. Обожаю смотреть на яхты.

В Джерси я жила на берегу реки, и хотя это был далеко не Сиэтл, там я открыла для себя любовь к плаванию. На мой двадцать третий день рождения Зак подарил мне абонемент на уроки парусного спорта, и я так этим увлеклась, что получила сертификат на управление однокорпусного судна до пятидесяти футов. Я не ходила под парусом с тех пор, как Зак умер, еще одна часть моей жизни, которая осталась законсервированной, сохраненной в памяти, словно за стеклом в музее.

Я прошлась по пристани до гавани Белл и прогулялась по порту. Лодки легко качались на воде в такт медленному течению. Мне нравилось читать названия лодок и узнавать, откуда они. «Карли Сью», Сан-Диего. «Дикие глаза», Бостон. «Трубадур», Ванкувер. «Пять звезд», Сиэтл.

И потом я увидела её. Ту самую. «Reckoner», Анкоридж.Hinkley*. Около 50 футов, выкрашенный изнутри в красный цвет круизер. Она нежно качалась на волнах, словно дышала во сне. Когда я неожиданно разбогатею, у меня будет точно такая лодка.

Я заглянула в рубку в поисках хозяина, провела рукой по перилам и с трудом удержала себя, чтобы не взойти на борт. Я сделала несколько снимков на телефон, чтобы в дальнейшем пускать на эту яхту слюни и мечтать о плавании на острова Сан-Хуан.

*****

Около 21:30 я подошла к «Крокодилу», где должен был пройти концерт Мерси Браун. После нескольких месяцев бесконечного прослушивания её альбома, я была в нетерпении услышать её вживую. Кроме того, после целого дня в одиночестве мне снова хотелось побыть в окружении людей.

Я решила не брать с собой обычный фармацевтический набор. Я бы не хотела совершать глупые поступки: например, выпить «Клонопин», заказать пива и затем просить помощи у какого-нибудь бедного бармена, чтобы он вызвал мне такси. Или скорую помощь. Это необычно, если я иду в бар и не заказываю выпить. Вообще-то, это даже невозможно.

В клубе я подошла к сцене, держа в руке свое первое за вечер пиво. Мерси Браун начала с эмоциональной, но унылой и тоскливой песни. Её голос передавал боль потерянной любви так, что это глубоко касалось меня. Поэтому я и не могла выбросить из головы её песни. Мне казалось, что если бы мне довелось поболтать с Мерси за пивом, мы бы легко нашли общий язык. Словно она знала, как пережить ад. Я закрыла глаза и начала раскачиваться под музыку.

Позволив этой грустной, тяжелой музыке окутать мои мысли, я начала думать о Захари. Я представляла его возле нашего дома, как он чинит мою машину. Как за ужином корчит рожицу на что-то, что я сожгла на плите и всё равно подала к столу. Как обнимает меня в постели, дремля после секса. Я прошла к бару за второй бутылкой.

Вся оптимистическая энергия, которую я накопила за день, начала разрушаться с приходом меланхолии. Мне хотелось поговорить с кем-нибудь, с кем угодно, чтобы отвлечься. Но около сцены были только я и Мерси, и только она одна говорила за всех. В следующие полчаса я выпила еще два пива и направилась в туалет.

После я завела разговор с каким-то парнем у барной стойки. Его звали Оливер, он закончил факультет истории искусства и был без ума от певиц. От него пахло чесноком, и он был слишком модно одет. Вскоре у меня закончился запас тем для разговоров. Я извинилась и начала проталкиваться обратно к сцене.

Пиво слегка развязало мне язык, но музыка была настолько громкой, что не было никакой возможности поговорить с кем-то, если только не кричать ему в ухо, но мне очень хотелось сказать кому-нибудь что-то типа: «У неё потрясающий голос, да?» или «Мне это так напоминает Family Band», или что угодно, просто чтобы завязать легкое знакомство.

Я осмотрела помещение в поисках кого-то, с кем можно было бы заговорить. Эта девушка у стены слишком хипповатая, а её друзья выглядят слишком умными. Тот парень? Ничего такой. Меня подбодрило, что он посмотрел на меня и улыбнулся. Я начала идти в его сторону, но не прямо к нему, и вдруг женщина (стало сразу понятно, что это его девушка или вроде того) подошла и обняла его за талию. Другой парень у бара выглядел прилично и одиноко, но, как только заметил, что я смотрю на него, больно уж возбудился, а у меня не было желания отмахиваться от нежелательных знакомых. Да и к этому времени я была уже не в той форме.

Я уже достаточно подвыпила и была на середине своего четвертого пива, когда заметила его, одиноко стоящего в стороне, ближе к дальней стене клуба. Я чуть не выронила бутылку.

Эдвард Каллен. Казалось, это невозможно, но это точно был он. Я бы узнала это беспристрастное выражение лица где угодно. Я была до неприличия рада его видеть. Казалось, что моё сердце увеличилось в три раза. Я была так счастлива, что мне хотелось купить ему выпить. Но я всё еще была достаточно разумна, чтобы сдержаться.

Вместо этого я спряталась за огромным байкером и наблюдала за Эдвардом, пока он наслаждался выступлением Мерси Браун, неподвижный, словно камень, погруженный в свои мысли. Он выделялся из толпы, но не своим несовершеннолетним возрастом, а тем, насколько невыносимо красивым он был. Три молодые восхищенные девушки подошли к нему. Одна из них, высокая, с красивыми зубами и в майке с какой-то дерзкой надписью, заговорила с Эдвардом, и он повернул голову в её сторону, раздраженный тем, что его отвлекли. Затем он вежливо им улыбнулся и сказал что-то, что заставило их всех покраснеть и разбежаться, словно они восьмиклассницы. Я почувствовала на своем лице циничную сардоническую улыбку, пытаясь представить, каким абсурдным комментарием он мог наградить девушек, как вдруг Эдвард поймал мой взгляд. Я замерла на месте, когда он снова посмотрел на меня этим взглядом, который говорил мне, что он что-то знает. Тем самым, от которого я не могла отвести глаз, в независимости от того, как громко мой разум кричал мне: «Беги, Белла!»

И вот так мы и стояли, глядя друг на друга с разных концов клуба, прямо как в каком-нибудь банальном фильме, за исключением того, что обычно в банальных фильмах парень был достаточно взрослым, чтобы пить спиртное. Должно быть, Эдвард использовал фальшивый документ, чтобы попасть в клуб, и правильным поступком с моей стороны было бы разоблачить его и позвонить родителям. Если бы я не выпила так много, я, может быть, подумала бы о том, чтобы сделать что-то в этом роде. Но вместо этого я выскочила в коридор и зашла в уборную, молясь о том, чтобы мне удалось уйти отсюда, не столкнувшись с ним, потому что у меня никак не получится скрыть тот факт, что я пьяна. Состояние опьянения – это не то состояние, в котором можно иметь дело с Эдвардом Калленом.

Я ополоснула лицо водой, поправила волосы и макияж и выскочила из клуба. Эдварда нигде не было. Но как только я позволила себе почувствовать облегчение и завернула за угол, увидела его. Он стоял там, ожидая.

– Давай я угощу тебя кофе, – сказал он, наполовину развеселенный, наполовину раздраженный. Это не было вопросом, но также не было и приглашением. Больше было похоже на приказ.

– Эээ, аа... – запнулась я. – Привет. – Я действительно была не в том состоянии, чтобы находится в компании ученика, и я была шокирована и смущена тем, что Эдвард застукал меня пьяную в клубе в одиночестве. Я могла представить, как хорошо это аукнется в понедельник в кафетерии. – Уже довольно поздно, да? – спросила я, изо всех сил стараясь говорить внятно.

– Только начало двенадцатого, – сказал Эдвард, легко приобняв меня за плечи и направляя вниз по улице, подальше от клуба. – И не думаю, что тебе стоит шататься здесь одной... в это время.

– Эй, ээ... – это всё, что я могла сказать в ответ. Это было невероятным жестом с его стороны - обнять меня, словно мы были старыми добрыми друзьями. Какова наглость. Я должна была поставить его на место в тот же момент, но я была пьяна, а его объятие было крепким и надежным... и неправильным, и мне нужно было выскользнуть из-под его руки, знаю, но я не сделала этого, к тому же он всё равно меня игнорировал.

– Что ты тут делаешь? – спросила я.

– Я пришел на концерт Мерси. Мы старые друзья, – ответил Эдвард.

– Твои родители знают, что ты здесь?

– Конечно. Она останавливается у нас, когда приезжает на западное побережье. А что? Ты боишься, что я сбежал из дома?

– Извини, – сказала я, чувствуя себя дурой из-за его сарказма.

– Тебе понравился концерт?

– Да, очень. Они напоминают мне более мрачную версию Best Coast, кстати, я думаю, это и необходимо Best Coast – больше темного... мрака. – Я терялась в словах из-за своего состояния. Скорее всего, я еще и краснела. Мы зашли в кафе и сели за столик.

– Я дам тебе диск с их последним альбомом, – сказал Эдвард, когда мы устроились на диванчике. – Он еще не вышел.

– Спасибо, – ответила я.

– Что ты будешь? – спросил он, когда подошел официант.

– Только кофе.

– Мне ничего, – сказал он.

– Позволь мне хотя бы угостить тебя кофе. Я чувствую себя... – Я замолчала. «Спасенной» казалось правильным словом, но оно было полностью неправильным. Я знала, что всё это было неуместно.

– Как? – Казалось, его забавляет то, как сложно мне было подбирать слова.

– Не знаю, – ответила я. – Думаю, мой вечер не был удачным.

– Может было бы лучше, если бы ты была в компании, – сказал он. – Почему ты здесь одна?

– Я отмечаю свой день рождения.

– И ты обычно делаешь это в одиночестве?

– Нет, – ответила я, с облегчением почувствовав, что кофеин начал действовать. – Только в этот раз.

– С днем рождения, – сказал он. – Сколько тебе исполнилось?

Я подавилась. Не было никакого смысла избегать ответа, хоть мне и хотелось.

– Тридцать.

– Хороший возраст.

– Легко тебе говорить, тебе семнадцать.

Выражение его лица смягчилось, и он сменил тему, снова заговорив о концерте, и я начала расслабляться. Затем алкоголь и кофеин объединились и начали развязывать мне язык. Эдвард великодушно сосредоточил всё своё внимание на мне, пока я болтала без остановки о группах, которые мне нравились, о том, как я скучала по живым выступлениям, и о том, какие концерты я посетила, пока училась в колледже.

Потом я рассказала ему о своем ужине в «Портовом Гриле» и о том, что я не умею готовить.О лодках, видом которых я наслаждалась на пристани. И о том, как я скучала по временам, когда ходила под парусами, и что, наверное, мне стоит поискать фирму, которая занимается этим в Порт-Анджелесе. И потом я рассказала ему в мелких подробностях о винтажной Hinkley, которую видела, и о том, как мне хотелось взойти на ее борт. Я вдруг осознала, что, по сути, говорила о незаконном вторжении с одним из моих учеников, и тут же замолчала, но была удивлена, увидев, как он сделал что-то, чего еще никогда не делал в моем присутствии.

Он улыбнулся.

Официант вернулся со счетом. Эдвард потянулся за ним, но я ему не позволила.

– Ты не должен за меня платить, это неприлично, я же старше. – Это изрядно рассмешило его, что было странно, учитывая мою бесконечную пьяную болтовню. – Ты ведь даже ничего не заказал, – подметила я.

– Ты устала? – спросил он.

– Нет.

– Хорошо. Я хочу показать тебе кое-что.

– Что?

– Увидишь, – ответил Эдвард. Он остановил такси, и мы сели в машину.

– На пристань, – сказал он водителю.

*****

Мы вышли из машины и пошли вдоль пристани. Еще не полная луна сияла высоко над нами, была видна только её нижняя часть, словно качели в темном небе. В моей голове крутилось так много мыслей, пока я шла рядом с Эдвардом. Первой и наиболее важной была мысль о том, что мне не следует делать этого. А следом за ней была мысль «Господи Боже, почему ему не двадцать пять, а еще лучше – тридцать?»

– О, пока мы здесь, давай я покажу тебе винтажную Hinkley, – сказала я. – Вот увидишь, она прекрасна.

– Да, мне бы хотелось на неё посмотреть, – ответил Эдвард. Мы прошли мимо бесконечного количества лодок до конца тринадцатого пира, где стояла Reckoner, нежно покачиваясь на волнах.

– Эта старушка? – сказал он. – Да ладно? Тебе нравится эта лодка?

– О, Боже, ты что шутишь? Я найду способ заработать миллион долларов просто для того, чтобы отыскать владельца этой лодки и купить её. А потом я поселюсь на ней. К черту Форкс. К черту сушу. К черту всех. На такой лодке можно обогнуть земной шар. – Я вздохнула и провела рукой по корпусу. Он был холодным, гладким и твердым. – Но есть только одна проблема – тот, кому она принадлежит, никогда её не продаст. Это как будто продать своих жену и детей.

– Хмм, – промычал Эдвард и быстро запрыгнул в кабину. Я никогда не видела, чтобы кто-то двигался так быстро. Казалось, я только моргнула, а он уже переместился на шесть футов, но я даже не моргала. Может кофе мне так и не помог?

– Эдвард! Что ты делаешь? – прошипела я. – Этого нельзя делать! Это незаконное проникновение!

– Да ладно тебе, расслабься хоть немного. – Он махнул мне и подал руку, чтобы помочь взобраться на борт. Я посмотрела по сторонам, но рядом не было ни души. О чем я вообще думала? Да я вообще не думала, в этом и заключалась проблема. Я взяла его за руку.

Его кожа была холодной-прехолодной. Настолько, что это меня напугало. Я быстро одернула руку, словно от куска льда.

– Твоя рука такая холодная, ты в порядке?

Он выглядел слегка смущенным и слегка раздраженным. – Это заболевание. Проблема с циркуляцией.

– Извини, – сказала я. – Я просто не ожидала.

Я протянула руку, и он подал мне свою еще раз. На этот раз, когда наши пальцы соприкоснулись, я не почувствовала холода. Я почувствовала гладкость его кожи, силу в его мышцах, как будто эта рука повидала многое и несла в себе тревоги человека в пять раз старше его. Казалось, что наши руки держат друг друга независимо от нас, и будут не в силах отпустить после того, как я поднимусь на борт.

Я запрыгнула на палубу, и он обхватил меня за талию, когда я пошатнулась. Мои ноги не были такими устойчивыми, как я думала. Эдвард всё еще крепко держал меня за руку, и вдруг оказалось, что он вроде как обнимает меня. Это может обернуться очень, очень плохо, подумала я.

– Осторожно, – сказал он, помогая мне найти баланс. Интересно, Эдвард мог слышать, как моё сердце грохотало в груди? Мне казалось, что оно бьется в горле, стуча кровью у меня в ушах.

Я отстранилась от него и заставила себя сфокусироваться на лодке. Как только я посмотрела вокруг, то была полностью очарована, адреналин от незаконных действий заставлял меня чувствовать себя взволнованно. Я не могла поверить своим глазам, рассматривая кабину: деревянный гладкий руль был огромен, совсем не то, что можно было увидеть на современных лодках, где были стальные рули, здесь также не было современных систем навигации.

– Интересно, они пользуются портативным GPS? Жаль, нельзя заглянуть в каюту. Должно быть, она великолепна, – сказала я.

– Давай проверим, – предложил Эдвард.

– Нет! Это уж слишком! – Я стояла твердо на своем. Я не собиралась вламываться в каюту на яхте какого-то очень богатого человека. Эдвард рассмеялся, достал из кармана связку ключей и протянул её мне. – Что это?

– Всё нормально, – сказал он. – Ну, правда, клянусь, владелец не будет возражать.

Со скептическим настроем я открыла дверь в каюту и спустилась вниз. Он следовал по пятам, поглядывая на меня, в ожидании моей реакции.

– Как красиво, – сказала я и провела рукой по тиковой барной стойке. – Потрясающе. И это оригинальный дизайн, здесь ничего не меняли. Это лодка твоего отца?

– Нет, – сказал он. - Она моя.

– Твоя?

– Я начал плавать еще в детстве. Здесь очень хорошо быть одному.

– Знаю. Даже когда ты один, ты полностью поглощен, – сказала я. – Здесь не может быть одиноко.

– Если только ты не плывешь на Таити в штиль в течение двух недель, – произнес Эдвард. – Это может быть утомительно.

– Ты плавал один на Таити?

– Ага, – сказал он.

– Я никогда не плавала в открытом море. Но когда-нибудь поплыву. Как только куплю у тебя Reckoner.

– Как ты верно подметила, – он улыбнулся,– она не продается.

– Для человека, который не любит говорить о себе, у тебя есть многое, о чем можно рассказать.

Эдвард снова улыбнулся, но ничего не ответил. Когда я начала думать о том, что могло бы заставить его раскрыть остальные секреты о себе, моя голова начала проясняться, и в неё начали закрадываться настырные мысли о профессиональных границах. Мне не следует здесь быть, подумала я. Мне на самом деле не следует здесь быть.

– Что такое? – спросил Эдвард, должно быть, заметив, как я отвлеченно накручивала волосы на палец, выдавая свои мысли.

– Уже поздно, – сказала я. – Мне нужно идти.

– Я провожу тебя до «Эйса».

Я остановилась. Я не была настолько пьяна, чтобы не осознать, что он не мог знать, в какой гостинице я поселилась. Он посмотрел на меня с любопытством.

– Не угадал? Или ты бы предпочла, чтобы я вызвал тебе такси?

– Я сама могу вызвать такси. Я уже протрезвела. – Я покраснела. – И мне действительно жаль, что ты встретил меня в таком состоянии, – сказала я, заикаясь. – Не то чтобы мне жаль, что я тебя встретила. – Он наблюдал за мной с улыбкой, пока я пыталась вспомнить о своих манерах. – Я имею в виду, мне жаль, что ты видел меня в более чем непрофессиональном состоянии.

– То есть пьяной?

– Да. И я была бы благодарна тебе, если бы ты не упоминал о том, что видел меня пьяной, хотя на самом деле, я не могу просить тебя об этом. – Я снова покраснела и уставилась в пол. – Ты видел меня пьяной и имеешь право говорить кому угодно и что угодно. Это я виновата в том, что была в таком состоянии на публике. – На самом деле, я не хотела, чтобы он говорил кому-то, что видел меня. Как бы я объяснила то, что была наедине с Эдвардом Калленом посреди ночи на его яхте на пристани в Порт-Анджелесе? Если об этом кто-то узнает, меня может ожидать что-то посерьезнее, чем выговор.

– Ты часто это делаешь? Напиваешься в одиночестве в барах?

Я нахмурилась, услышав его намек. Я собралась возразить, но вспомнила, что уже напивалась в баре на этой же неделе.

– Ну, это мой день рождения, – лицо горело от смущения. – Думаю, я не особо хорошо с ним справляюсь, учитывая то, что веду себя как ребенок.

– Не волнуйся, – сказал он. – Это будет нашим секретом.

*****

В понедельник, когда я пришла на работу, на моем столе лежал конверт. Я открыла его и нашла внутри еще не выпущенный альбом Мерси Браун. Ни записки, ни объяснения. Я вставила диск в компьютер и прослушала первую песню в наушниках. Её голос был таким же, как и в клубе - мрачным, унылым, искренним.

Всю дорогу из Сиэтла и большую часть ночи я думала об Эдварде. Эдварде Каллене, семнадцатилетнем мальчишке, который в одиночку доплыл до Таити на своей собственной винтажной яхте. Эдварде, который по выходным тусовался с крутыми музыкантами в Сиэтле. Эдварде, у которого была самая холодная кожа, и который ни капли не был похож ни на одного подростка из тех, кого я встречала в своей жизни. Эдвард Каллен вызывал во мне нечто большее, чем простое любопытство. Он не был простым усыновленным ребенком с аффективным расстройством, как я думала, он был кем-то более таинственным.

С ним было так легко говорить. И не только потому, что я была пьяна, и, чувствуя себя одиноко, была готова излить душу водителю такси или даже вешалке. Было такое ощущение, будто мы болтали вот так каждый день. Я не могла прекратить проигрывать в голове те моменты, когда мы были вместе - в кафе, в такси, на пристани, в каюте яхты. Затем мои мысли заходили на запрещенную территорию, и я представляла, что могло бы случиться потом, будь ему двадцать пять, а не семнадцать, и мне становилось стыдно. Некоторым вещам не суждено случиться.

Я больше не могла слушать песни Мерси Браун, потому что, слыша её голос, снова хотела поговорить с Эдвардом, а это было неправильно. Но как бы неправильно это ни было, я вышла из кабинета на большой перемене, чтобы просто увидеть его. Я не собиралась говорить с ним. Просто хотела увидеть.

В кафетерии Эдвард сидел на своем обычном месте и смотрел прямо на входные двери, как будто ждал моего появления. Как только я его увидела, мое сердце начало грохотать в груди. Он едва заметно кивнул мне, и я кивнула в ответ. Затем я кивнула еще раз, развернулась и направилась обратно в свой кабинет, не дожидаясь его реакции. Не прошло и минуты, как в дверь постучали.

– Войдите, – сказала я, чувствуя, как мой пульс ускорился.

Он вошел в кабинет и посмотрел на меня с любопытством.

– Вы хотели видеть меня? – спросил Эдвард, облокотившись на закрытую дверь. Его поза была интересна тем, что он преграждал мне путь, у меня не было возможности сбежать. Не то чтобы я собиралась или хотела убежать, но что-то на задворках моего сознания говорило, что нужно сделать именно это.

– Да. Я хотела поблагодарить тебя за диск.

– Всегда пожалуйста.

– И сказать тебе, что, ну... – Я остановилась, так как не знала, что хотела ему сказать. Многое, вообще-то, но большинство из этих вещей были неуместными. – Я думала о своем поведении на выходных и хотела, чтобы ты знал: я ценю то, что ты сделал для меня.

– Пожалуйста.

– Я знаю, я не произвела должного впечатления таким неподобающим состоянием на публике, особенно учитывая, что я была одна. Это было плохим примером для подражания. Но я благодарна тебе за то, что ты пригласил меня на кофе.

– Вы всегда так много говорите? – Он не пытался быть грубым, в его голосе было любопытство, но вопрос сбил меня с толку. – Я думал, Вы говорили так много только потому, что были пьяны.

– Нет, – сказала я и прикусила губу. – Я всегда много говорю. Раздражает, да?

– Совсем нет. Хотя это интересно. Большинство психологов обычно мало говорят о себе.

– Я знаю. Я - аномалия. И, к тому же, грешна.

– О, я уверен, Вы многое скрываете.

Я быстро отвела от него взгляд, но не могла скрыть легкой усмешки, вызванной правдой в его словах.

– Знаете, я ведь никому не рассказал о том, что встретил Вас пьяной в баре в Сиэтле,– сказал Эдвард. – И я никогда не расскажу об этом. Можете не беспокоиться.

– Я не прошу тебя держать это в тайне, – ответила я. – Было нечестно с моей стороны просить тебя об этом.

– Да это неважно. Я бы все равно не рассказывал.

– Я не за этим позвала тебя.

– Я знаю, – сказал он и улыбнулся мне так, что я поняла - он действительно знал. Он знал, что настоящей причиной того, что я хотела увидеть его в своем кабинете, было то, что я хотела остаться с ним наедине в своем кабинете.

И затем неожиданно мне стало совершенно нечего ему сказать. Его улыбка захватывала меня, заставляла мои нейроны давать сбой, а ладони чесаться, а также остро напоминала мне о других, более отдаленных частях моего тела. Но об этом мне нечего было сказать.

Так что я просто улыбнулась в ответ.

---------------------------------------------------------------------------

*Reckoner – подводящий итог
*Hinkley – компания, производящая яхты высшего класса

В английском языке нет различия между «Вы» и «ты», поэтому Белла не говорит об этом. Смена местоимений в главе – чисто интуитивная.


----------------------------------------------------------------------------

Привет и с пятницей :) Как обычно, огроооомное всем спасибо за отзывы и комментарии.

Спасибо Myg за эту Беллу. Очень её люблю.

Спасибо Лиле, которую я увижу на следующей неделе в третий раз в своей жизни :D кстати, в связи с этим следующая глава может немного задержаться. А может и нет, я буду держать вас в курсе в теме. Но тизер будет во вторник. Если кто-то хочет получить его в ЛС - напишите мне. х



Источник: http://robsten.ru/forum/49-1674-1
Категория: Переводы фанфиков 18+ | Добавил: Фрекен_Снорк (25.04.2014)
Просмотров: 1259 | Комментарии: 23 | Рейтинг: 4.9/35
Всего комментариев: 231 2 3 »
0
23  
  связующее звено найдено! giri05003

0
22  
  Совершенная, красивая и неизбежная встреча Беллы с Эдвардом, еще он обходител/ заботлив/ ответственный
                                             


Цитата
Он выделялся из толпы, но не своим несовершеннолетним возрастом, а тем, насколько невыносимо красивым он был.
Я почувствовала на своем лице циничную сардоническую улыбку, пытаясь представить, каким абсурдным комментарием он мог наградить девушек, как вдруг Эдвард поймал мой взгляд.
Я замерла на месте, когда он снова посмотрел на меня этим взглядом, который говорил мне, что он что-то знает. Тем самым, от которого я не могла отвести глаз, в независимости от того, как громко мой разум кричал мне: «Беги, Белла!»

И вот так мы и стояли, глядя друг на друга с разных концов клуба, прямо как в каком-нибудь банальном фильме........................
                                                                   
И как бы, она не игнорировала его и чувства вызванные им, все напрасно ох, ведь ЛЮБОВЬ ее пленила.....................................................

.......................

21  
  ничего себе, мне так понравилось, что же будет...

20  
  Празднование Дня рождения у Белочки получилось не плохим...)))
Спасибо большое за главу lovi06032 lovi06032 lovi06032 lovi06032

19  
  Спасибо большое за главу!
Белла жила прекрасной жизнью!Не удивительно,что сейчас ей так плохо.Эдвард появляется в нужном месте в нужный момент!

18  
  Они стали больше общаться друг с другом  good
Спасибо за главу  cvetok01

17  
  Спасибо за главу! Такая загадочная личность, Белла настолько за интригована.

16  
  Спасибо....такая ностальгия...Эдвард такой знакомый и любимый из самой первой серии...да здесь ещё и уверенный...властный...ммм соскучилась по вампирам, надеюсь она будет посвящена в тайну

15  
  интересно с каждым разом! жду не дождусь продолжения!

14  
  благодарю lovi06032 lovi06032 lovi06032 lovi06032 lovi06032

1-10 11-20 21-23
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]