Фанфики
Главная » Статьи » Фанфики по Сумеречной саге "Вампиры"

Уважаемый Читатель! Материалы, обозначенные рейтингом 18+, предназначены для чтения исключительно совершеннолетними пользователями. Обращайте внимание на категорию материала, указанную в верхнем левом углу страницы.


Сто шагов назад. Часть вторая. Лира Блэк. Глава 10. Душа моя – Элизиум теней.
Душа моя – Элизиум теней mp3

Он вернулся на следующий день.

- Придумала? – ласковая липкая сладость его голоса пугала больше, чем рычание раненого зверя.

- Кажется, - ответила я неуверенно. Приходилось сдавать свой последний козырь – видения прошлого. Но, собственно, для чего мне было его хранить?

- Милая девочка! Итак? – мутно-рубиновые глаза загорелись интересом.

- Я… - замялась, подбирая слова, – иногда могу видеть прошлое того, к кому прикасаюсь.

- О, да ты полна сюрпризов, - просиял Аро.

- Но я не могу этим управлять, – я опустила глаза и внутренне сжалась.

- Ничего, детка, - елейно пропел вампир, - ничего. Придется научиться. У нас будет ускоренный курс.

Он помолчал, прикрыв глаза и погрузившись в раздумья.

- Ты говоришь, что чем ближе события прошлого, тем легче их менять?

Я кивнула, не понимая, к чему он клонит, но внутри все заледенело от нехорошего предчувствия.

- Это было два часа назад. Попробуй увидеть. Если у тебя получится изменить то, что случилось, я обещаю так все и оставить.

Холодея, я несмело прикоснулась к странной полупрозрачной руке.

Глаза привычно закрылись.

Серый каменный пол и вампир на коленях с опущенной головой. Двое других рядом с ним держат его за руки, третий – обнял за шею. Тот, третий, с красивым лицом и похотливой улыбкой. От этой улыбки у меня мороз по коже. Я вижу все сверху, будто стою на возвышении. Огненно-рыжие волосы того, что на коленях, не оставляют сомнений. Это Ларс. И он сейчас умрет.

Истошный крик вырывается из моей груди, когда его руки и голова со страшным скрежетом отделяются от тела…

Уже распахнув глаза, я все еще продолжала кричать.

- Тише, тише, - вкрадчивый голос попытался меня успокоить. – Ты же можешь это изменить, можешь…

С ненавистью я смотрела в эти мутные глаза, беспощадные и холодные. И видела там смерть.

Пытаясь взять себя в руки, подавить начинающуюся истерику, я снова закрыла глаза. Ларс… его больше нет… нет… Я никогда не делала такого. Но я должна, должна его вернуть.

Закусив до боли губу, сжимаю ледяную руку моего мучителя.

Серый каменный пол и вампир на коленях с опущенной головой. Но теперь словно включили звук.

- Ты ничего не хочешь сказать? Может, еще что-то полезное? – Аро будто стоит у меня за спиной слева.

Ларс молчит. Ну почему он молчит?!

Что я могу?.. Меня там нет… Нет… Ощущая себя бесплотной тенью, протягиваю руку и с усилием, как сквозь вязкую преграду, тянусь к рыжей шевелюре вампира, дотрагиваюсь до его щеки…

«Скажи, что я вижу прошлое, скажи! Спаси себя, Ларс. Скажи…» - слышу я свой шепот. Он такой тихий, доносится, словно сквозь толщу воды. Услышь же меня, услышь…

- Она может видеть прошлое, господин, – голос Ларса, растерянный и удивленный, отдается болью в ушах и перерастает в звон.

- Правда? Как интересно! Нужно проверить. Феликс, Деметрий, Сантьяго, отпустите его пока.

Звон взрывается в голове белым всполохом боли.

Холодная рука погладила мой лоб.

- Невероятно! – сквозь шум в ушах слышится странный смех, будто перекатываются морские камешки.

- Получилось? – губы не слушаются, я даже неуверена, что произнесла это вслух.

- Да, детка. Да! Получилось! – он все смеялся и смеялся.

- Не убивайте его… больше. Вы обещали.

***


Аро распирало от радостного нетерпения. Он почти не оставлял меня в покое, заставляя углубляться все дальше и дальше в его прошлое. Тени бессмертных, убитых по его приказу, а иногда и лично им, толпились у меня в голове, вызывая мучительные приступы. Снова и снова жуткий истязатель заставлял меня менять какие-то совершенно не значащие мелочи, а потом вновь возвращать все обратно, опасаясь «эффекта бабочки». И чем дальше были эти события, тем труднее мне было прорываться через вязкую прозрачную завесу времени, тем больше сил уходило на то, чтобы просто сбить с очередного смертника широкополую шляпу или достать у него из кармана кружевной платок. Я начала слабеть и угасать. Даже трехразовое питание не помогало.

После очередного «сеанса» я вырубилась довольно надолго, что немного охладило рвение Аро. Он оставил меня в покое на целых три дня.

Совершенно обессиленная, я лежала на высоких подушках и смотрела на потолок с удивительной красоты фресками. Нимфы, сатиры, купидоны и другие мифические существа сплетались в причудливые узоры.

- Он еще не загнал тебя до смерти? – бесстрастный голос отвлек меня от созерцания потолка.

Опустив глаза, я увидела господина с печальным лицом Арлекина. Черные волосы до плеч, рубиновые глаза. Кажется, Аро называл его Марком.

- Пока еще дышу, - ответила я. Странный посетитель не вызывал у меня такого ужаса, как Аро, но от него веяло властью. Он не был простой пешкой – это было очевидно.

- Аро показывал тебе свое прошлое? – бледное лицо Марка оставалось бесстрастным, но что-то промелькнуло – интерес или волнение.

Я наклонила голову соглашаясь.

- Имя Дидим тебе ни о чем не говорит? – спросил он внезапно.

Я покачала головой. И тут же замерла под гипнотическим взглядом страшных глаз цвета бургунди.

- Забудь, ты меня не видела, - прошелестело у меня над ухом.

Голова приятно закружилась, и я провалилась в сон.

***


Марк Антоний Дариус Красс. Так звали его когда-то. Так давно, что о его полном имени не помнил, наверное, уже никто. Даже он сам, обладая нечеловечески объемной памятью, удерживающей в своих бездонных недрах каждую секунду его бесконечно долгого существования. Не помнил, быть может, даже Аро. Тот самый Аро Вольтури, которому он, самый старший в триумвирате, уступил главенство, когда из-за сумасшедшей всепоглощающей страсти к его сестре Дидим покинул клан. Хотя по-настоящему он никогда не желал власти. Власть надоела ему еще в годы человеческого существования. То седое, покрытое пылью веков время хранилось где-то в самых дальних закоулках его памяти, заботливо укрытое, как покрывалом, огненной мукой перерождения. Смутно он мог припомнить разрозненные обрывки событий, предшествовавших его обращению. Когда он, самый молодой сенатор великого Рима, уставший от оргий и пьянства, измученный скукой, подобострастием слуг и рабов, позвал к себе загадочного и страшного прорицателя. Того, о котором шептались с ужасом по углам. Кто, по слухам, ничего не ел и не пил, но ежедневно требовал себе все новых и новых рабов – мальчиков не старше семи лет, которых больше никто и никогда не видел. Его звали Аурелий. Но никто не мог поручиться, что это настоящее имя.

Он пришел под вечер, странный и молчаливый. От него веяло могильным холодом. Запах его, который Марк принял вначале за неизвестный ему сорт восточных благовоний, был ледяным и сладковатым, он манил и одновременно пробуждал неуправляемый ужас. Поверх обычной для римлянина тоги он надел темный плащ с глубоким капюшоном, полностью скрывавшим его лицо. Плащ был пепельно-серого цвета, цвета траура и праха сожженных человеческих тел. С музыкой в низком приятном голосе Аурелий спросил его, о чем он хочет узнать: о прошлом или будущем, врагах или друзьях, или опасностях, грозящих ему. Марк ответил, что не знает. Ему просто скучно. Смертельно скучно. И он надеется, что странный посетитель развеет эту скуку. Страшный человек расхохотался и сказал, что знает одно средство. Средство, которое подарит Марку новые, неизведанные ощущения, небывалую силу, мощь и бессмертие. Если только он не боится боли.

Боли Марк не боялся. В юности, подрастая на юге в богатом поместье его отца, наместника богатой винными плантациями и оливковыми рощами провинции, он не знал лучшего развлечения, чем сойтись в настоящем смертельном бою с учениками ланистерия – школы гладиаторов. Ланиста Полидевк, конечно, знал, кто этот юноша, и Марк догадывался, что будущие гладиаторы получали строгий приказ не причинять ему опасных ранений. Но синяки, ссадины, ушибы, а иногда и неглубокие раны он получал в избытке. Уже став сенатором в Риме, Марк продолжал совершенствовать свои воинские навыки, нанимая известных чемпионов – освобожденных гладиаторов: Стариса, Крейка и других, победы которых на арене обеспечили им статус граждан Рима.

Марк выслушал странного прорицателя и сказал ему прийти через три дня. Он должен был подумать. Аурелий ответил, что платой за бессмертие будут несколько лет, когда он должен будет скрываться от людей, как дикий зверь. Ему придется оставить все: должность сенатора, богатый дом в Риме, рабов и многочисленных любовниц – и уединиться в самой отдаленной вилле на севере. Да и потом он должен будет сохранять тайну своего существования, ибо его внешность изменится, а слишком внимательные люди смогут отличить его от обычного человека. Это опасно и нежелательно. Потому что люди станут для него добычей, как лань – добыча льва.

Марк, естественно, догадывался, какого рода бессмертие предлагает ему Аурелий. Он слышал в детстве от своей няньки, рабыни из этрусков, о страшных существах – кровопийцах, живущих вечно, бледных, с холодной кожей и кровавыми глазами. Они были удивительно сильными, быстрыми и неуязвимыми. А их укус если не убивал, то превращал человека в их подобие. Но Марку было всё равно. До ломоты в скулах ему был противен Капитолий с его политиками, продажными и алчными, заботящимися только о своей мошне. Надоели ему и кровавые тайны императорского дворца, где в битве за власть брат с улыбкой преподносил брату кубок отравленного вина, а муж душил жену прямо на брачном ложе. Окровавленные трупики младенцев, которым не суждено было вырасти и стать наследниками, отравленные ванны и масло для массажа… Рим прогнил насквозь. Его граждане, гордившиеся своим статусом, ничего не хотели знать, кроме еды, кровавых зрелищ и порочных утех. Самый нищий из римлян считал ниже своего достоинства зарабатывать себе на хлеб потом и мозолями на руках. «Хлеба и зрелищ!» - вот был девиз Рима. Чего мог желать, к чему стремиться в свои двадцать восемь лет сенатор Красс, достигший почти всех мыслимых высот и так счастливо избегавший пока и кинжала в темном переулке, и отравленного подарка от завистников? Только о неуязвимости и бессмертии. И к концу третьего дня, когда раб возвестил о приходе в его дом Аурелия, он принял решение.

На следующее утро он вместе со страшным спутником отправился на самую отдаленную виллу, принадлежавшую еще его деду, уединенную и скромную, расположенную в затерянной богами местности под названием Паннония.

Сгорая в страшной муке перерождения, Марк проклинал Аурелия и клялся его убить, так как, думая о боли, он даже не представлял себе, что она может быть такой всепоглощающей. Но открыв через три дня огненного страдания алые глаза, он нуждался в том, кто проведет его в этот незнакомый и странный мир, поможет в первых шагах, научит скрытно охотиться, прятать следы своих трапез, жить, не вызывая у людей желания его выследить и уничтожить. За первые месяцы своего нового существования Марк убил всех рабов, имевшихся на вилле, потом опустошил несколько близлежащих селений. Аурелий как мог сдерживал новорожденного, но Марк, привыкший к безраздельной власти, не подчинялся ему. И однажды в припадке гнева он разорвал своего создателя на куски. Увидев же, что отдельные части тела Аурелия стремятся вновь соединиться, он собрал их вместе и, полив маслом из светильника, поднес зажженный факел.

Наблюдая за тем, как догорают развалины его пристанища, похоронившие под собой останки Аурелия, того, кто открыл для него вечность, Марк решил отныне пребывать в одиночестве. Припрятав подальше от людских глаз свои сокровища, он отправился в странствия, нигде не задерживаясь подолгу, но не отказывая себе в комфорте и удовольствиях. Так он прожил бессчетное количество дней, месяцев и лет, больше не считая времени и равнодушно наблюдая смену времен года, падение правителей и возвышение новых властителей.

Он видел закат Рима и орды варваров, сравнявших Римскую империю с землей.

Он видел становление новых королевств на территории, бывшей некогда единым великим государством.

Однажды в столице этрусков, городе Вольтерре, он встретил бессмертного по имени Аро. У того была сестра Дидим, невероятная красота которой поразила Марка в самое сердце, так давно уже остановившееся. Аро, железной рукой сколачивавший в то время свой клан, выбирая только самых сильных, влиятельных и одаренных, оценив в Марке его умение видеть духовную связь между людьми, тонкий ум и талант стратега незамедлительно предложил ему присоединиться. Марк, будучи старше Аро и гораздо опытнее, мог бы претендовать на главенство. Но власть его не интересовала. Марк уже не мог оторваться от Дидим, которая, как он узнал позже, обладала талантом дарить неземное счастье и блаженство. Красавица ответила ему взаимностью, и их бурный, страстный роман всколыхнул устои королевского клана. Марк и Дидим покинули Вольтерру, чтобы наслаждаться своей любовью вдали ото всех. Но случилось непоправимое. Ревнивый любовник Дидим, покинутый ею ради Марка, убил ее. Аро, пылая праведным гневом, немедленно нашел и публично казнил убийцу. Но вместе с прекрасной возлюбленной в Марке умерло все, что составляло смысл его существования. Солнце, согревавшее его и дарившее ему счастье, погасло, и в душе воцарилась вечная ледяная ночь. Он пытался уговорить Аро прекратить его мучения, но тот считал это слишком большой потерей. С помощью Челси, которая накрепко привязала его к клану эмоциональными узами, Аро удерживал Марка в Вольтерре. Но все, что делало существование Марка оправданным, навсегда покинуло его безмолвное сердце, которое умерло во второй раз вместе с его любимой.

Века за веками сменяли друг друга, а Марк Вольтури оставался безразличным и бесстрастным, существующим лишь потому, что его не мог и не хотел отпустить Аро. Не имея цели и желания продолжать свою жизнь, он лишь изредка принимал непосредственное участие в делах клана, присутствуя на заседаниях триумвирата, отдавая свой голос за смерть либо помилование, и крайне редко давал советы о том, как надлежало поступить в какой-либо трудной ситуации. Остальное время он проводил за чтением древних книг или просто в оцепенении, похожем на смерть, в котором он предавался счастливым воспоминаниям. Эти воспоминания были единственным, что осталось ему в этом бесконечно долгом и печальном существовании.

Но с появлением в Вольтерре необычной девчонки – полукровки, которая, по словам Аро, могла изменять прошлое, в стылых неподвижных глубинах сознания Марка зародилась крошечная искра сомнения. Однажды его уже посещала безумная мысль о том, что поспешность, с которой Аро объявил и уничтожил убийцу своей сестры, была подозрительна. Что-то в этой трагической истории было не так.

Аро стал показывать этой девчонке свое прошлое, которое, как оказалось, она имела способность видеть. Когда Марк услышал об этом, его душа, жившая в вечном непроглядном мраке, обрела надежду узнать правду. Он решил навестить эту полукровку.

Аро даже не догадывался о том, что у его названого брата и соратника по триумвирату была не одна необычная способность. Всевидящий владыка бессмертных многого не знал о нем. Так как всегда видел только то, что Марк позволял ему увидеть. О его визите Аро тоже не смог бы прочесть в мыслях девчонки, так как Марк умел корректировать память людей и бессмертных. Эта способность была тайной от Аро Вольтури и помогала Марку чувствовать себя менее зависимым от телепата, чем остальные члены клана.

Девушка лет семнадцати, невысокая и хрупкая, смуглая кожа, побледневшая от утомления, под огромными карими глазами залегли глубокие тени. Измученный ребенок… Она произвела на Вольтури странное впечатление – в душе Марка шевельнулась жалость. Но в глазах девочки светилось мрачное упорство. Характера ей было явно не занимать.

Заглянув ей в глаза и заставив забыть о своем визите, Марк вышел из комнаты в смятении. Впервые за долгие века, проведенные им в оцепенении и горьких думах об утраченной любимой, он начал чувствовать. Сомнение, желание узнать правду, нетерпение… Марку казалось, что все чувства давно умерли, но эта полукровка всколыхнула в нем давно забытые ощущения. Он словно проснулся ото сна, похожего на смерть.

***


Когда я немного пришла в себя и окрепла, Аро снова вернулся, сгорая от нетерпения.

Первым, что я увидела, уже привычно, почти без содрогания сжав полупрозрачную тонкую ладонь, был Ларс, торопливо выходящий в высокие резные двери.

Аро раздраженно выдернул свою руку из моих пальцев.

- Это не то! Дальше! Дальше!

- Спасибо, - прошептала я одними губами и не поверила, что сказала это своему палачу.

- Не за что, милая! – бледное лицо расплылось в сладкой улыбке. - Я привык держать свое слово. Хотя не понимаю, почему он так тебе дорог? Он же предал тебя, заставил убивать!

Я ничего не ответила. Получив в свое полное распоряжение мой разум и мою жизнь, этот древний вампир не получит мою душу.

- Душа, - расхохотался Аро. – Узнаю бредни Карлайла! Ну да ладно. Мы отвлеклись. Попробуй-ка заглянуть еще дальше, чем в прошлый раз.

Я послушно сжала холодную узкую ладонь и закрыла глаза.

- Дидим! – исполненный грусти голос Аро отражается от стен старинной виллы, теряясь в сплетении лоз винограда на мраморной веранде. – Ты не можешь так со мной поступить! Вы должны вернуться!

Невероятной красоты вампирша, одетая в длинное бархатное платье, с белокурыми локонами в высокой замысловатой прическе, бесстрашно смотрит на господина, застывшего с маской скорби на лице. На ее изящно очерченных губах – ироничная улыбка.

- Отчего же? Ты же поступал со мной так, как тебе было угодно? Не спрашивая меня, нравится мне это или нет!

- Это во благо…

- Перестань, Аро! Это мифическое благо не имеет отношения ко мне и Марку. Мы не вернемся, Аро, что бы ты ни говорил и ни делал! И ты не сможешь нас заставить!

- Сестра, - вампир с усилием подавляет свое негодование, его голос становится ласкающим и нежным, - любимая сестра!

Подойдя к ней, стоящей к нему спиной на террасе, он обнимает точеные плечи девушки, бережно разворачивает ее к себе и целует в лоб, едва касаясь губами.

- Я не могу жить вдали от тебя, мое сердце разорвется от боли. Я так тебя люблю!

Вампирша резко отстраняется, на ее прекрасном лице написано презрение.

- Ты?! Любишь?! Тебе неизвестно это чувство. И сердца у тебя нет! Ты использовал меня, как куклу, как подстилку для тех, кого хотел заполучить. Но Марка я тебе не отдам!

Она разворачивается и уходит, ледяная и великолепная.

- Дидим! – тщательно скрыв под улыбкой угрозу, он преграждает сестре путь. – Вернитесь, пока…

- Пока что?! – она смеется ему в лицо.

Словно желая удержать сестру, Аро нежно обнимает ее, но его лицо – страшное. Он склоняется к ее высокой тонкой шее, словно для поцелуя, рукой нежно проводит по плечам. Скрежет разрываемой каменной плоти – и голова белокурой вампирши с жутким стуком катится по каменному полу.

Потом он достает из кармана изящное кресало, оправленное в золото, и кусочек трута. С грустной усмешкой он бросает зажженный трут на неподвижное тело, и оно тут же занимается странным голубым пламенем.

Картинка меняется. Теперь это уже не вилла на побережье, а знакомый тронный зал, в котором собран почти весь клан. Тягостное молчание.

Это судилище. Марк с искаженным ненавистью лицом, Кай в нетерпении поигрывает металлическим жезлом, из которого уже скоро вырвется пламя, чтобы сжечь останки преступника.

На коленях перед ними осужденный. Аро держит его руку, прикрыв глаза. Потом громко возвещает:

- Его вина бесспорна! Это он убил мою драгоценную сестру! Сумасшедший ревнивец!

Вампир, стоящий на коленях, в ужасе пытается что-то сказать в свое оправдание…

Аро собственноручно отрывает его голову и бросает в центр зала.

Вдох… Мне так нужно вдохнуть, но горло пережато ледяными пальцами. Сквозь слезы я увидела страшное лицо Аро, искаженное гневом.

- Кто тебя надоумил? - прошипел он. - Кто?!

Легкие горят, в глазах темнеет. Неужели мои мучения наконец закончатся?

Грудь разрывается от боли, когда ее опять наполняет воздух. Мучительно кашляя, я села на постели и обхватила себя руками, пытаясь унять боль.

Через несколько минут, когда дышать стало чуть легче, я осторожно подняла глаза. Аро стоял спиной ко мне около узкого стрельчатого окна, задернутого тяжелой портьерой.

- Так кто тебя надоумил? – он еще в ярости, но голос спокоен и холоден как лед. Так еще страшнее. По спине – скользкие пальцы ужаса.

- Никто. Я вообще не знаю, что это. Я же говорила: я не могу этим управлять, – слова вырываются со свистом, как воздух из старого дырявого футбольного мяча.

Мгновение – и он опять рядом. Ледяные пальцы легко погладили меня по щеке, отбросили прядь волос с моей многострадальной шеи, на которой теперь наверняка жуткие черные синяки.

- Не вздумай когда-нибудь рассказать кому-то о том, что видела. Эту хорошенькую головку так легко отделить от туловища.

Едва касаясь саднящей кожи, он провел кончиками пальцев по основанию шеи, как бы прочерчивая линию разрыва.

Против воли я нервно сглотнула холодный скользкий комок.

Аро не приходил несколько дней. Видимо, размышлял – оставить меня в живых и продолжить свои адские эксперименты или уничтожить, чтобы не выдать мне какую-то очередную тайну.

Однажды ночью меня разбудил легкий шелестящий шепот.

- Что ты увидела, девочка? Что?

Резко открыла глаза – передо мной было печальное лицо Арлекина.

- Он… он убьет меня, - прошептала я так тихо, просто пошевелив губами.

- Он не узнает, не беспокойся. Только скажи, это он? Он убийца Дидим? Это он?

Я опустила веки в знак согласия. Темно-красные глаза благородного цвета бургунди вспыхнули мрачным огнем.

- Спасибо. А теперь – забудь.

Ледяные губы на моем покрытом испариной лбу. Легкое приятное головокружение…

***


За время своего «отпуска» я успела окрепнуть и отдохнуть. Я начала вставать и с изумлением нашла в небольшом резном шкафчике свою многострадальную сумку с разводами от морской соли. Внутри были все мои вещи в целости и сохранности. Даже планшетник и плеер. Только зарядить их было неоткуда. Розеток я не нашла.

С облегчением скинув нечто шелково-кружевное, в которое меня одевали неизвестные мне холодные руки, я влезла в джинсы и толстовку. Так было гораздо привычнее. С некоторых пор я возненавидела шелк и коктейльные платья.

Окошко в моей комнате было узким, как бойница, его плотно завешивала тяжелая бархатная портьера. Но отодвинув ее, я смогла разглядеть лишь неприступные скалы, поросшие чахлыми деревцами. Хотя о побеге я даже и не помышляла, но этот пейзаж вызвал у меня странное разочарование.

Еще в комнате находилась изящная этажерка, доверху забитая книгами. Древние фолианты в обложках из кожи, украшенные золотом, с металлическими застежками, пергаментные страницы которых были исписаны от руки непонятными символами. Старинные печатные издания на латыни, итальянском и еще на нескольких языках. Перелистывая эти раритеты, я убивала время, тянущееся так безнадежно медленно.

***


- Брат, что ты решил? – Кай в нетерпении нахмурил брови. Его больше всего раздражала нерешительность.

- Пока ничего, - Аро задумчиво подпер рукой подбородок. – Я размышляю.

- О чем? Что, за наше долгое существование было так мало событий, которые мы хотели бы изменить?

- Вот именно, что очень много! – Аро раздраженно посмотрел на грозного Кая, словно перед ним был неразумный и надоедливый ребенок. – Очень много! А менять слишком многое нельзя: неизвестно, как это отразится на будущем! Да и выбрать нужно такой момент, чтобы обеспечить нам абсолютную власть и уничтожить всех врагов одним точным ударом. Еще и эта полукровка может так мало. Жалкое никчемное создание. Одноразовая игрушка. Будь она вампиром – ее дар был бы просто сокрушителен. Но нет же! Достался такому вот несуразному созданию! Получеловек-полузверь-полувампир! И обратить ее невозможно. Что за невезение.

Аро вскочил и, сокрушенно вдохнув, начал мерить шагами тронный зал.

- Феликс! – крикнул он остановившись.

Громила немедленно возник из-за двери с подобострастным поклоном.

- Что слышно о Калленах? Ларс уже должен был добраться до них и рассказать о том, что у нас их непутевая внучка. Если только его не разорвали эти индейские шавки.

- Пока ничего, господин.

Аро недовольно поджал губы.

- Ну что же он медлит?! Я не мог так ошибиться! И Марк подтвердил, что между ними есть связь. Он даже разорвал узы Челси из-за этой глупой полукровки! Неужели струсил?

- Я не понимаю тебя, брат, - вмешался Кай. – Зачем ты отпустил этого жалкого предателя?

- Терпение всегда вознаграждается, - жестоко усмехнулся Аро. - Потерпи, мой дорогой, я приготовил тебе подарок. Скоро ты сможешь исполнить свою давнюю мечту! Уже скоро!

- А где Марк? – Кай встал с трона, намереваясь покинуть зал. – Я не видел его уже несколько дней.

- Опять меланхолия, - грустно вздохнул Аро. – Бедный брат, сколько веков прошло, виновные давно развеяны по ветру прахом, а он все грустит о своей потере.

- Я буду в тренировочном зале, - произнес Кай уходя. – Феликс, скажи Сантьяго, что я жду его: мы не закончили вчерашнюю схватку.

- Слушаюсь, господин, - огромный вампир склонился еще ниже.

***


Аро вернулся лишь на пятый день. Я так устала всякий раз вздрагивать от шагов, приближающихся к моей двери, что облегченно вздохнула.

- Ты скучала, милочка? – он, как всегда, улыбался так сладко и так жутко. – Рада меня видеть?

Отвечать было глупо.

- Отлично! Ты окрепла и выглядишь просто замечательно! Ну что же, силы тебе пригодятся. И очень скоро. Присядь, дитя.

Он усадил меня в глубокое кресло, второе пододвинул ближе и уселся сам.

- Ну давай продолжим. Постарайся увидеть то, что я хотел бы показать. Не удивляйся, этим событиям очень много веков.

- Много веков? – мне стало жутко. – Я не смогу. Это слишком далеко…

- Не перебивай меня, девочка! – оборвал меня Аро. - Мне решать, что ты можешь, а что нет. Пока просто попробуй увидеть!
Судорожно выдохнув, я положила свою руку в раскрытую узкую ладонь вампира и закрыла глаза.

Я словно плыву в воздухе над большой холмистой равниной, усеянной трупами, оторванными головами, руками, ногами. В ноздри забивается едкий синий дым. Так горят только тела бессмертных.

Нет, я не лечу. Я стою на крепостной стене большого средневекового замка, мрачного, сложенного из громадных плохо отесанных камней.

- Господин! – высокий, с квадратными плечами воин в сером плаще падает на колени. Скосив глаза, я вижу Аро в плаще темно-графитного цвета. Капюшон надвинут на глаза, сверкающие гневом. – Мы обыскали весь замок! Предатели, Стефан и Владимир, бежали через потайной ход!

- Никчемные трусы! – рычит Аро. – Они снова соберут армию! Как вы могли их упустить?!

- Повелитель… - воин падает ниц, ползая в ногах у своего господина. Тот брезгливо отталкивает его ногой.

- Покажите мне этот ход. Может, мы еще сможем их догнать.

Вырвав полу своего плаща из рук все еще ползающего у ног вампира, Аро спускается по грубо вытесанным каменным ступеням со стены. Вампир, вскочив на ноги, бежит следом. В тесных каменных коридорах так темно, что неверный свет факелов не может рассеять тьму, она обступает все теснее, становится вязкой и холодной, заползает в легкие, не давая дышать…

С трудом, преодолевая боль в груди, я сделала вдох. В ушах – звон, пальцы онемели, словно я не пила неделю, лоб в холодной испарине. Слабость по всему телу, я не могу даже пошевелить руками.

- Молодец, - вкрадчивый голос урчит. Аро как большой кот. Довольный кот. – Умница, ты смогла увидеть. Но это не все. Дальше, нужно дальше…

- Не могу, - выдохнула я, - мне нужен отдых. Слишком далеко.

- Опять отдых? – мурлыканье сменилось рычанием. – Ничтожество! Или ты притворяешься?

Снова холодные жесткие пальцы на шее. Ну что ему далась моя шея?! Только синяки сходить начали.

Багровые глаза, в которых вижу свою смерть, так близко. Но мне не страшно. Смерть – это избавление. Я захрипела, закатывая глаза, но сопротивляться не стала.

Мое безвольное тело, обмякшее в кресле, видимо, вразумило его. Пальцы разжались, снова позволив мне дышать.

- Ну что ты остановился? – прохрипела я. Теперь уже меня доверху захлестнула слепящая ярость. – Сверни же мне шею, прекрати мои мучения! Ты не можешь заставить меня сделать больше, чем я могу! Убей меня!

Больно сжав мои предплечья, вампир прошипел мне в самое лицо:

- Ты и твоя жалкая жизнь – моя собственность. И умрешь ты тогда, когда я этого пожелаю. Не раньше и не позже.

Аро резко вскочил, чуть не опрокинув кресло, и, уже уходя, не оборачиваясь, небрежно бросил мне:

- Я вернусь завтра. Мы продолжим.

***


В эту ночь мне приснилась мама. Она стояла в комнате у узкого стрельчатого окна. Спиной ко мне. Она не хотела меня видеть.

- Мама, - позвала я дрожащим голосом.

- Лилу, - она даже не повернулась, – как ты могла? Что ты с нами сделала?

Вскочив с постели, я бросилась к ней, обняла за плечи. Она медленно повернулась ко мне, ее лицо было так печально.

- Мама, прости, - прошептала я.

- Простить? Мое прощение не поможет вернуть их всех.

- Кого вернуть? Кого, мама? - я похолодела от страшной догадки.

- Всех. Отца, брата, стаю. Все они мертвы. Из-за тебя…

- Нет! Мама, нет!

Проснувшись от собственного крика, я долго не могла успокоиться.

Когда утром пришел Аро, то застал меня в оцепенении. Я чувствовала себя приговоренной к смерти и уже получившей последнее отпущение грехов.

- Надеюсь, ты отдохнула? – он прищурил глаза и потирал руки в предвкушении.

Я даже не посмотрела на него.

Он потащил меня к креслу, сам уселся напротив и с улыбкой протянул мне руку. Я вложила в его ладонь свою и, словно перед прыжком в воду, глубоко вдохнула. Закрывая глаза, я думала о матери, отце, брате и успела увидеть на бледном лице раздражение.

Синий удушливый дым повсюду, даже в этих темных коридорах. Факелы отброшены – они не нужны бессмертным, чтобы различать путь почти в полной темноте. Топот бегущих ног эхом отдается под каменными низкими сводами.

Впереди темнота чуть рассеивается, становится всё светлее – и вот уже видно светлое пятно.

Бегущие с маху выскакивают на обрывистый берег реки и понимают, что те, кого они преследовали, уже вне досягаемости.

Я вижу, как господин в темно-сером плаще жестоко смотрит на упавшего перед ним на колени воина. Потом, будто собираясь поднять его с колен, он обхватывает ладонями его лицо. Жуткий скрежет – и голова катится с обрыва, словно мяч.

- Не то! – Аро сосредоточен, его бескровные губы нервно сжаты. – Еще!

Сжимаю до хруста в пальцах ледяную ладонь.

Огромный каменный зал, сводчатый потолок уходит в немыслимую высь. В стене, сложенной из громадных камней, зияет узкое отверстие. Оттуда веет могильным холодом.

- Как вы могли их упустить?! – голос Аро раскатывается, отражаясь от стен!

- Мы не знали об этом чертовом лазе, - вампир в сером плаще виновато склоняет голову перед повелителем. Его губы дрожат, лицо перекошено ужасом. Он понимает, чего ему будет стоить бегство предводителей румынского клана, поднявшего столь дерзкое восстание против Вольтури.

Весь клан и собранная ими армия новорожденных уничтожена. Но Стефану и Владимиру удалось скрыться через потайной ход в пустом камине.

- Их кто-то предупредил… Кто? – Аро разворачивается к упавшим перед ним на колени вампирам.

- Не то! – рычит Аро и стискивает мою руку. – Не то! Дальше!

Голова нестерпимо кружится, в мозгу словно вспыхивают тысячи маленьких молний. Темнота…

Несколько хлестких пощечин привели меня в чувство. Сквозь муть в глазах я увидела ненавистное мучнисто-белое лицо. Его губы шевелятся, но я ничего не могу расслышать: мешает звон в ушах.

Опять моя ладонь в тисках холодных пальцев.

И вновь знакомый каменный зал и извечная троица на своих резных тронах. На коленях перед ними невысокого роста хрупкая вампирша с восточными чертами лица.

- Виллар! Как ты могла предать нас?!

Аро негодует, Кай мрачно усмехается, Марк смотрит на осужденную с сожалением и презрением.

Вампирша молчит, опустив голову.

- Ты предупредила этих замшелых отщепенцев! Зачем, Виллар? Зачем?!

Она лишь еще ниже опускает голову.

Аро кивает Джейн с мстительной улыбкой.

Вампирша по имени Виллар с истошным криком падает на каменный пол, корчась в нестерпимой агонии.

- Убейте меня, - хрипит она. – Мне нечего сказать. Вам все равно не понять этого.

- Чего? Предательства? – хохочет Аро. – Это как раз самое понятное в мире. Что они тебе пообещали?

- Они перворожденные, жалкий послушник, возомнивший себя Богом! Твои грязные руки не смеют касаться их!

Лицо приговоренной становится страшным, кажется, она готова броситься на Вольтури и растерзать его.

Аро долго хохочет, закинув голову. Потом мрачно кивает удерживающим женщину стражникам.

Снова скрежет разрываемой каменной плоти – и едкий дым забивается в ноздри.

Голову словно зажали в тисках. Боль разливается внутри, сочится из лопнувших сосудов, как кровь. А может, так оно и есть.

Сквозь шум и звон далекий голос Аро приказывает мне открыть глаза. Веки, будто налитые свинцом, не слушаются приказов мозга. А вампир все кричит и кричит на меня. Последняя попытка открыть глаза заканчивается резкой вспышкой боли. Темнота, прохладная и приятная…

Но мне не дали в неё погрузиться – опять по щекам течет ледяная вода, заливаясь за шиворот, зубы начинают стучать.

Этот голос, будто дрель, сверлит мой мозг, в котором и так уже нет живого места. Он, словно кусок мяса, вышедший из-под молотка шеф-повара. Никогда не думала, что мозг может так болеть.

- Ты видела предателя? Запомни! Ты должна просто мне ее показать. Шепнуть на ухо ее имя! Слышишь?! Ты слышишь меня?!

Губы меня не слушаются, но я хриплю:

- Да. Имя… Назвать...

- Как ее зовут? Скажи вслух!

- Виллар. Имя предателя Виллар.

Снова ледяная хватка на моей ладони. Дайте же мне умереть!

Обширная, кое-где покрытая лесом долина. Аро – в темно-графитовом плаще, капюшон отброшен, на черных, цвета воронова крыла волосах играют лучи несмелого весеннего солнца, бледное лицо сверкает.

Рядом, по обе руки, находятся Марк и Кай в таких же плащах. Кай в предвкушении схватки. Марк сдержанно улыбается.

Все трое стоят на пригорке, перед ними стройные ряды готовых к бою воинов. Сосредоточенные лица, горящие ненавистью рубиновые глаза. Чуть впереди всех – две фигурки в почти таких же темных плащах, что и у их владык. Эти двое кажутся миниатюрными по сравнению с остальными. Крепко взявшись за руки, они стоят с сосредоточенными лицами, каждый готов применить свой страшный дар. Главное оружие Вольтури – колдовская двойня. Джейн и Алек. Пламя и лед.

За спиной у триумвирата возвышается замок, огромный и угловатый, сложенный из грубо отесанных камней. Мрачный оплот властителей Валахии и Трансильвании, Стефана и Владимира. Многие бессмертные называют их перворожденными, как и Влада Цепеша, Дракулу. Цепеша давно сожгли взбунтовавшиеся крестьяне прямо во дворе его родового замка Бран. Теперь еще два отщепенца – Стефан и Владимир – распускают эти глупые байки. Рассказывают, что за кровожадность и ужасные злодеяния Бог обратил их в носферату – живых мертвецов, пьющих людскую кровь. Но это ложь. Аро знает их истинное происхождение. Потомки обнищавших румынских князьков, обращенные в период смуты в Европе, выжившие в страшном горниле вампирских войн и теперь провозгласившие себя перворожденными.

- Воины Вольтури! – голос Аро звучит словно горн, призывающий к битве. – Перед вами логово врага! Эти замшелые отшельники посмели бросить вызов порядку и закону. Они истребили все окрестные деревни и создали армию новорожденных ради одной цели – уничтожить нас! Мы сотрем их в порошок и развеем по ветру их прах!

Из тысяч глоток вырывается рычание, сжимаются кулаки, горят ненавистью глаза. Они готовы умереть за своих повелителей.

Из последних сил я тянусь рукой к щеке Аро, пытаясь прорваться сквозь прозрачный, но твердый, словно застывшая смола, кокон, окружающий меня. «Виллар, имя предателя Виллар», - шепчут мои губы, но пока не прорван этот прозрачный пузырь, Аро меня не услышит.

Боль все сильнее пульсирует в висках, я чувствую, как на лбу набухают жилы от напряжения, но продолжаю давить и давить, растягивая этот чертов пузырь.

Вложив в рывок последние крохи сил, ощущаю, как расходятся упругие холодные стенки под моим давлением. Прикоснувшись пальцами к бледной щеке Аро, я шепчу ему на ухо, теряя сознание: «Виллар, имя предателя Виллар».

Кокон сжимается вокруг меня, сдавливая мою голову так, что она лопается, и ослепительно белый свет заливает мои глаза…

Большое спасибо нашей бете Тане tatyana-gr за редактирование главы.

ФОРУМ

Источник: http://robsten.ru/forum/20-2971-1
Категория: Фанфики по Сумеречной саге "Вампиры" | Добавил: MissElen (14.09.2017) | Автор: Юлия Данцева E
Просмотров: 79 | Комментарии: 5 | Теги: Аро Вольтури, Марк Вольтури, Лира Блэк | Рейтинг: 5.0/3
Всего комментариев: 5
avatar
0
5
Спасибо за продолжение! Очень интересная история. lovi06032
avatar
1
4
Спасибо за продолжение.
avatar
1
2
не понимаю, почему она не сообразит, что с таким же успехом может изменить свое прошлое, чем быть в руках этого палача. спасибо!
avatar
1
3
У неё на это просто нет сил, да и что нужно менять, ведь Лилу считает, что главной ошибкой было само её рождение? В любом случае, без помощи ей уже не справиться...
avatar
1
1
Спасибо .
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]