Фанфики
Главная » Статьи » Фанфики по Сумеречной саге "Вампиры"

Уважаемый Читатель! Материалы, обозначенные рейтингом 18+, предназначены для чтения исключительно совершеннолетними пользователями. Обращайте внимание на категорию материала, указанную в верхнем левом углу страницы.


Сто шагов назад. Часть вторая. Лира Блэк. Глава 9. Вопрос веры.
Вопрос веры.mp3

Отсутствие границ в объединенной Европе оказалось для нас очень удобным. На черном седане мы проехали до границы с Италией. Оставив его у придорожного кафе в крошечном городке Шанпелье, мы взяли напрокат другой автомобиль и уже через час были на пути к Милану.

Я не стала спрашивать Ларса, куда мы направляемся на этот раз. Никогда не спрашивала. Но мне казалось, что у нашего путешествия есть какая-то цель. И чем ближе к этой цели мы были, тем мрачнее становилось лицо моего спутника.

В Милане мы задержались на два дня. Видимо, желая доставить мне удовольствие, Ларс устроил шопинг на Корсо Буэнос-Айрес. Я накупила кучу одежды, обуви и совершенно ненужных безделушек, старательно избегая бутиков с вечерними и клубными платьями. Но когда я мило улыбалась черноглазой симпатичной продавщице, упаковывавшей в большой пакет кофточки, брючки и топики, Ларс молча, со страшной улыбкой положил сверху темно-синее коктейльное платье-футляр. Я подняла на него затравленные глаза. Он, все так же улыбаясь, покачал головой, давая понять, что традиций и пристрастий в охоте менять не намерен.

В рождественские каникулы город был заполнен толпами туристов и просто приехавших на распродажи модниц, что расширяло возможности для охоты.

Тем же вечером очередная девушка лет двадцати не вернулась домой из ночного клуба. И снова на задворках того заведения пылал мусорный бак.

Утром мы, опять сменив машину, выехали из Милана. Судя по указателям, нашей следующей целью была Флоренция.

В Италии зимы словно и не было вовсе. Вместо снега шел дождь, по-осеннему ненастное небо было закрыто тучами. Голые, почерневшие от влаги деревья казались какими-то неприкаянными, пожелтевшая трава на полях – безжизненной. Даже солнце, иногда выглядывавшее и игравшее на коже Ларса тысячами разноцветных бликов, не оживляло этот довольно унылый пейзаж, а заставляло немедленно сворачивать с дороги, чтобы не дай бог не попасться на глаза какому-нибудь любопытному полицейскому.

Флоренция впечатлила меня удивительными ажурными шпилями готических соборов, белокаменными чашами многочисленных фонтанов и стаями голубей, совершенно не боявшимися многочисленных туристов, кормивших их прямо с рук. Но от меня птички предпочитали держаться подальше.

Крошечная гостиница всего на пять номеров располагалась на самой окраине города. Но это было лучшее из имевшегося в рождественские каникулы. Комнатка оказалась совсем маленькой, всего с одним полукруглым окошком. Зато оно выходило в сад, правда, голый и пустой.

И еще одним сюрпризом была большая чугунная ванна, которая занимала почти всю тесную ванную комнату. Хозяйка гостиницы, показывая нам номер, с гордостью продемонстрировала нам это чудо сантехнического искусства, пояснив на ломаном английском, что в остальных номерах – только душевые кабинки. Ларс улыбнулся ей и, видимо, оставил весьма щедрые чаевые, потому что полноватая смуглая брюнетка расплылась в любезной улыбке и тихо ретировалась.

Забросив сумки и пакеты на кровать, я унеслась в ванную, мечтая понежиться в горячей воде с пеной.

Теплая вода и бархатная пена с запахом ванили погружали меня в мир грез. Еще в Милане я купила себе маленький mp3-плеер и теперь, вставив пуговки наушников, дополняла свое блаженство музыкой Вивальди.

Ларс заглянул в ванную, я негодующе брызнула в него водой, и дверь закрылась.

Я продолжала наслаждаться в теплой душистой пене и слушать мягкие переливы скрипки, когда что-то тревожным диссонансом заставило меня вынуть один наушник и замереть прислушиваясь.

В комнате, кроме Ларса, был кто-то еще. Возможно, вампир не зря заглядывал ко мне. Теперь, зная, что я слушаю музыку, он говорил со своим неизвестным собеседником хотя и тихо, но не настолько, чтобы я не могла разобрать слов. Разговор шел на итальянском, я знала этот язык недостаточно хорошо, но общий смысл уловить смогла.

- Ты забыл о своем обещании? Забыл, что тебе дан последний шанс? – незнакомый голос был женским, высоким и нечеловечески красивым.

- Я помню.

Ларс злился, но одновременно опасался своей собеседницы.

- Не хватало еще притащить полицейский хвост!

- С тех пор как мы покинули Францию, я не видел слежки.

- Ты не видел ее и в Париже! Ты теряешь нюх, Винсент Ларс.

- Это все? – Ларс начал терять терпение.

- Пока да.

- Тогда убирайся.

- Не стоит мне грубить! Это может дорого тебе обойтись.

Дверь хлопнула закрываясь. Я постаралась успокоить сердцебиение, чтобы не выдать себя. Судя по голосу, странная посетительница была вампиром. Чего она хотела? О каком последнем шансе говорила и почему Ларс ее боялся?

Удовольствие было безнадежно испорчено. Я вылезла из ванной, вытерлась большим пушистым полотенцем и, надев махровый халат, распахнула дверь.

Ларс неподвижно стоял у окна.

- Кто-то приходил? – спросила я как можно спокойнее.

- Горничная, - безразлично ответил вампир, даже не повернув головы.

- Да? – язвительно протянула я. – С каких это пор бессмертные подрабатывают горничными в заштатных гостиницах?

Когда Ларс развернулся ко мне, я немедленно пожалела о сказанном. Он был в ярости. И готов был убить меня на месте.

- Замолчи, – он сдерживался из последних сил. – Не играй с огнем. Ты не понимаешь…

Сжав кулаки, он бросился ко мне, и я закрыла глаза… Но за спиной хлопнула дверь. Я осталась стоять столбом посредине комнаты. Одна.

Вернулся он под утро. Как всегда, с запахом духов, секса, крови и смерти. Я сжалась в комочек под одеялом. Но он не обратил на меня никакого внимания и заперся в ванной, где долго шумела вода. Выйдя, он сел на кровать, обхватив голову руками, и провел так безмолвно какое-то время.

Потом внезапно спросил хриплым шепотом.

- Принцесса, ты веришь мне?

Я молчала в надежде притвориться спящей и избежать этого неприятного разговора.

Но кого я пыталась обмануть? Холодные пальцы довольно грубо схватили меня за подбородок, поднимая мое лицо, а страшные рубиновые глаза были так близко.

Сердце заколотилось, сбиваясь с ритма, я не знала, что сказать.

Ледяные губы накрыли мои в жестком и требовательном поцелуе. Я сопротивлялась, сомкнув свои губы и упираясь руками в твердую грудь вампира, но он не собирался мне уступать. Сжав меня так сильно, что хрустнули кости, он продолжил сминать мой рот, потом, когда у меня уже заканчивался воздух, переместился на шею и ниже, жестко и больно целуя, оставляя синяки на коже. Холодная рука опрокинула меня на постель, я отчаянно забилась, но моя ярость была совершенно бессильной в этих тисках. Наконец, устав от бесполезной борьбы, я замерла и прошипела ему прямо в лицо:

- Я убью тебя, Винсент Ларс. Слышишь? Я тебя убью.

В следующее мгновение оковы распались.

Еще не веря в то, что свободна, я забилась в самый угол кровати.

- Собирайся, – произнес холодный отстраненный голос Ларса. – Мы уезжаем.

Я не рискнула даже удивиться этому приказу. Осторожно встав с кровати, дрожащими руками натянула джинсы, футболку и свитер. На ощупь, боясь сделать лишнее движение, начала запихивать в сумку вещи, которые успела достать. По счастью, их было немного.

Застегнув молнию на сумке, я надела куртку. В полном молчании мы спустились по лестнице и прошли мимо заспанного портье, который проводил нас удивленным взглядом. Но так как номер был оплачен на неделю вперед, попытки остановить нас он не сделал.

Все так же молча Ларс закинул мою сумку в багажник и сел за руль. Я тихонько захлопнула свою дверь и пристегнула ремень. Вампир завел мотор и резко, словно боясь передумать, рванул с места.

Я боялась даже дышать, чувствуя нутром, что он принял какое-то важное решение, касающееся меня.

Ларс вел автомобиль так, будто за нами снова гналась полиция.

- Достань свой паспорт, – тихо скомандовал он. – Я отвезу тебя в аэропорт. Ты же американка? Куда тебе купить билет? Нью-Йорк? Вашингтон? Куда?

Я нервно сглотнула.

- Сиэтл, – выдохнула я еле слышно. – Ты что, отправляешь меня в Штаты?

- Это единственное, что я могу еще для тебя сделать, девочка моя, – в его голосе прозвучала неожиданная нежность. – Прости, если сможешь. Ты правильно сделала, что не поверила мне. Правильно.

Но в следующий момент все изменилось. Большой черный автомобиль резко вынырнул из переулка и с оглушительным визгом покрышек развернулся, перекрывая нам путь. Ларс смог среагировать, надавив на тормоз, но остановиться уже не успевал. Мощный удар отдался даже в костях. Меня резко бросило вперед, ремень больно сдавил грудь, но уберег от того, чтобы вылететь через лобовое стекло. Хотя головой о переднюю панель я все же приложилась крепко.

Лобовое стекло с жалобным хрустом рассыпалось на миллионы мелких осколков от удара огромного кулака каменной твердости.

Сквозь шум в ушах я расслышала нежный, как перезвон музыки ветра, девичий голосок, от которого у меня в жилах застыла кровь.

- И куда мы так спешим? И все-таки я была права! Этот чертов лис попытался сбежать! Как же твои хваленые ментальные узы, Челси? Все приходится делать самой!

Сквозь выступившие слезы я посмотрела на Ларса. Он с застывшим лицом сидел, все еще сжимая руль. Первый раз в жизни я видела вампира в ступоре. Мне стало очень страшно. Я узнала этот тонкий голосок и ухмыляющуюся квадратную рожу громилы.

- Сами выйдете или достать? – вампир откровенно издевался.

Непослушными пальцами я разблокировала дверь и открыла ее. Колени дрожали и подгибались. Только бы эта малявка не смотрела на меня… Только бы не смотрела… Я хорошо помнила эту ужасающую боль.

На плечи легли тяжелые ладони.

- Ну привет, детка, скучала?

Я открыла было рот, чтобы ответить что-то резкое, но язык прилип к нёбу, ставшему шершавым, как наждак.

Недалеко стояла маленькая хрупкая фигурка в темном плаще. Ларс, безвольно опустив руки и уронив голову на грудь, застыл около разбитой машины.

- Посмотри на меня, Винсент, - сладко пропела малявка. - Не бойся, посмотри.

- Оставь его в покое! – сама удивившись своей смелости, я рванулась было вперед, но громила, больно сжав мое плечо, развернул меня к себе одной рукой, а другой залепил звонкую оплеуху.

Яркая, звенящая как натянутая струна боль залила мой мозг. «Черт, ну почему все так и норовят ударить меня по лицу?» - подумала я, цепляясь за гаснущее сознание. Последней картинкой перед моими глазами, застланными кровавой пеленой, было тело Ларса, скорчившееся в адской муке на мокром асфальте.

***


Коленям больно на жестком холодном камне пола. Хочется встать, но меня пригвоздила к этому шершавому камню тяжелая ледяная ладонь.

Слева от меня – Ларс. Он тоже на коленях, его держат двое. Смотреть на него тяжело: в голове от удара до сих пор будто гудит пожарный колокол. Сквозь шум прорывается мелодичный голос, сладкий как сироп.

- Я же дал тебе шанс, Винсент? Ты помнишь свой первый проступок? Ты так умолял оставить тебе жизнь. И что же мне делать с тобой теперь?

Он молчит. Почему он молчит?!

- Тебе есть что мне сказать? Что-то такое, чтобы я мог оставить твою голову на плечах.

Наконец звучит знакомый голос, отдаваясь эхом, словно мы в пещере. Или в церкви.

- Я выполнил все, что вы хотели.

- Правда?! – странный шелестящий смех перекатывается, как морские камешки в пальцах прибоя. – Посмотрим. Подойди!

Ларса поднимают с колен, и я вижу сквозь пелену и боль в висках, как его подводят к ступеням. Он медленно поднимается по ним, его толкают вперед, и он снова падает на колени.

- Руку, - голос перестает источать мед, становясь жестким и презрительным.

Ларс молча протягивает свою ладонь. Полупрозрачная, словно из воска, рука сжимает ее.

- Прелестно! Замечательно! – хохочет обладатель этой странной руки, а я замираю от леденящего душу ужаса. Мой кошмар, самое страшное видение моих детских снов – бледный господин с мучнистым лицом. Черные волосы до плеч, мутно-рубиновые глаза…

Неяркий свет гаснет, голова снова взрывается болью, встретившись с холодным твердым камнем пола.

***


Ледяная вода больно ударила по щекам. Я зашлась в кашле, судорожно пытаясь вдохнуть. Грудь засаднило. Наверное, у меня сломано ребро.

- Открой глаза, детка. Ну же? Я знаю, что ты пришла в себя!

Опять этот жуткий голос, сладкий, просто липнущий к ушам.

- Феликс! Принеси еще воды.

- Н-н-нет, - губы не слушаются, зубы клацают от холода.

- Поднимите ее.

Холодные руки бесцеремонно схватили меня как куклу и поставили на ноги. Зрение сфокусировалось не сразу. Бледное мучнистое лицо, сладкая улыбка на бескровных губах.

- Итак, тебя зовут Лира, не так ли? – бледный господин – сама любезность. Но от этой любезности у меня стоит дыбом каждый волосок на теле.

- Лилу, – прохрипела я. – Меня зовут Лилу.

- Лилу, - расплылся в улыбке господин. - И ты дочь Джейкоба Блэка, вожака квилетских псов, и полукровки Ренесми Каллен?

- Вы пожалеете. Моя семья…

Громкий хохот раскатился под высокими каменными сводами, многократно отразившись жутким эхом.

- Твоя семья! – снова хохот. – Ты думаешь, они станут о тебе сожалеть? После того как ты нарушила все запреты, предала все принципы? Они ненавидят тебя, деточка! Все! И Каллены, и эти индейские шавки. Ты одна. Совсем одна.

Я всхлипнула и пошатнулась, твердые пальцы больно сжали предплечья, не давая упасть.

- Но если ты будешь послушной, - страшный голос зашептал прямо в ухо, а холодное дыхание защекотало шею, – я смогу тебе помочь. Сделаешь кое-что для дядюшки Аро?

- Я ничего не могу.

- Так уж и ничего? А Винсент Ларс другого мнения.

- Он ничего не знает.

- Не лги мне, девочка! Джейн!

Страшная, сжигающая изнутри боль врывается в мой измученный мозг, который начинает кипеть, большие кровавые пузыри лопаются в глазницах, взрывая глаза изнутри.

Господи, кто это так страшно кричит?! Я?! Это я…

Милосердная темнота ласково распахивает свои объятия.

***


Боль в моей голове, словно китайская шкатулка. Кончается одна – начинается другая. Я знаю уже столько видов боли, что не хватит пальцев на обеих руках. Но с каждым днем мне открывается новый.

Я не знаю, чего хочет от меня Аро, но уверена в одном – это погубит всех, кого я люблю.

Ощущение времени потеряно, со мной вечная ночь. Разница только в том, что иногда эта ночь освещена то желтым светом свечей, то дрожащим – факелов, то мертвенным – электрическим.

Судя по нестерпимому жжению в горле и немеющим пальцам, я здесь уже давно. Сколько я смогу еще вынести боли? Не знаю.

Адскую малявку больше не присылают. Поняли, что это бесполезно. Еще приходила высокая и тонкая как тростинка вампирша с большими миндалевидными глазами – ее голос показался мне знакомым. Она что-то пыталась со мной сделать. После ее посещения я билась в истерике несколько часов, пока мне не вкололи какой-то раствор в вену. Надо же, они нашли иглу, которая проколола мою кожу. Некоторое время я плавала в зыбком теплом мареве. Видимо, это был наркотик. Я просила еще. Забвение – то, что нужно в моем отчаянном положении. Но такой роскоши мне не позволили. Я должна помнить. Помнить, что я одна! Проклятая своей семьей, ненавидимая всеми предательница и убийца! Об этом мне регулярно напоминает страшный господин с мутно-багровыми глазами и сладким голосом.

Жажда выматывала. В краткие мгновения забытья я видела во сне особенно жуткие моменты наших с Ларсом совместных «пиршеств». Но самым ужасным было то ощущение блаженства, с которым я просыпалась.

Дьявольский ум моих мучителей не переставал придумывать для меня все новые и новые пытки.

Однажды, когда я уже совсем сошла с ума от жажды, меня притащили в крошечную камеру и бросили на полу посередине. Открылась дверь, и в камеру втолкнули плачущего и дрожащего от ужаса мальчишку лет пяти. Запах свежей крови, сладкий и желанный, размазал меня по каменному полу. Мальчонка протягивал ко мне тонкие руки, просил меня не делать ему больно, а из свежих порезов на его венах медленно сочилась кровь.

Я продержалась несколько минут, вгрызаясь зубами в собственный кулак. Потом, не выдержав, рванулась, и хрупкая детская шейка хрустнула под моими челюстями.

Сверху раздались смешки, хохот и улюлюканье.

Отбросив похолодевший детский трупик, я выкрикнула, закинув вверх голову.

- Будьте вы прокляты!

С каждым днем мое сознание угасало. Продолжали жить только звериные инстинкты. Я медленно погружалась все глубже и глубже в безумие. Пока господин Аро не понял, что безумие тоже может быть способом обрести свободу. Вскоре и этот путь был для меня закрыт.

Из холодной сырой камеры без единого лучика света, с дыркой в полу для отправления естественных надобностей, от которой исходил нестерпимый смрад, я в один момент оказалась в светлых, богато обставленных покоях.

Очнувшись на теплом шелке простыней, я подумала, что наконец-то свихнулась и это все игры моего больного мозга.

Но нет. Запахи, звуки, теплый солнечный луч на бархатном покрывале – все это было таким настоящим.

- Тебе нравится, детка? – ласковый голос снова породил нервную дрожь. – Ну-ну, не бойся. Теперь все будет хорошо. Ты же умница, хорошая и послушная девочка. Ты выполнишь маленькую просьбу дядюшки Аро. Правда?

Я смотрела мертвыми глазами перед собой.

- Челси, - раздражено позвал голос. – Она слышит меня? Я ничего не вижу!

Тонкая черноволосая вампирша заглянула мне в лицо.

- Думаю, слышит, господин. Она просто истощена, опустошена эмоционально. Еще немного – и мы потеряли бы ее разум навсегда.

- Я же говорил! – Аро негодовал. - Кай никогда меня не слушает! И что теперь?

- Дай ей отдохнуть, - проговорил мягкий, незнакомый мне голос. В поле моего зрения – господин с печальным лицом Арлекина, безучастным и безутешным. Темные волосы до плеч придают еще большее сходство.

- Ты прав, Марк. Заботьтесь о ней хорошо! Челси, поставь ей полную блокаду.

- Да, господин, – несколько тихих голосов отозвались эхом.

Мучнисто-белое лицо наклонилось надо мной.

- Поспи, малышка. Ты была в аду, теперь попала в рай. Позабудь о боли, ее больше не будет.

Ледяная рука погладила меня по щеке, убрала со лба прилипшую прядку. Мне нестерпимо захотелось отпрянуть от этой страшной руки и ее пугающей нежности, но сил не было даже на это. Я просто закрыла глаза.

С этого дня моя жизнь, нет, скорее, мое существование, изменилось. Меня лелеяли, словно редкое экзотическое растение. Осторожные руки купали меня в теплой ароматной воде, одевали во что-то, приятно холодящее кожу, наверное, шелк, расчесывали волосы, заплетали их в косы, поили кровью – стерильной, с привкусом дезинфекции и больницы, без того безумного запаха страха, боли и мучений, как во время охоты. Мое измученное тело становилось все сильнее, благодарно реагируя на заботу. Но не разум. Растение – вот, во что я превратилась. Словно из моего мозга вынули какую-то важную деталь, и он превратился из часового механизма в набор ненужных бесполезных шестеренок, винтиков и передач. Он существовал в безопасном аварийном режиме, поддерживая лишь простейшие функции.

Господин Аро приходил каждый день, пытался разговаривать со мной, ласково, но от этой ласки по спине ползли мурашки. Вкрадчивым голосом он рассказывал мне, что со мной будет, если я не соглашусь сотрудничать. Но я молчала.

Потому что больше не боялась. Чем меня могли еще напугать? Какой мукой, каким страданием? По крайней мере, я так думала.

Однажды меня разбудил голос Ларса. Подумав, что это сон, я не удивилась. Я считала его мертвым. Но холодные пальцы до боли стиснули мое запястье.

- Слушай меня, Лилу, - он шептал мне в ухо, щекоча дыханием, торопливо, словно боялся не успеть, – мне пока оставили жизнь. Если ты продолжишь упорствовать, то погубишь и меня, и себя. И еще… мальчишка этот, Мартин, кажется, помнишь? Аро увидел его в моих мыслях. Им ничего не стоит притащить его сюда и разорвать на кусочки прямо у тебя на глазах. Послушай, умоляю…

Имя Мартина, прозвучавшее здесь, в этом жутком месте, стало последней каплей, богохульством. Плотина эмоционального оцепенения на мгновение прорвалась, и я забилась в истерике, кусая подушку и разрывая простыни.

Когда истерика стихла, Ларса рядом не было. Возможно, он был просто игрой моего воображения. Но мысль о Мартине теперь не давала мне покоя. Мне стали сниться кошмары, в которых его убивали у меня на глазах, или я видела его, корчащегося в муках обращения.

- Да, милочка, все верно, – страшный шелестящий голос у уха. – Спаси своего друга, сделай то, что я прошу.

- Я сделаю все, что хотите, - мой голос такой странный – звучит, будто со стороны. – Только не трогайте его. Не трогайте…

Ментальные узы с меня снимали постепенно, как с раненого снимают бинты. Мне словно возвращали краски жизни и эмоции – по ложечке, по миллиметру, по одному оттенку.

Челси не отходила от меня ни на шаг, прощупывая, контролируя, готовясь снова запеленать меня в тугой кокон эмоциональных пут, если что-то пойдет не так. Наконец, убедившись, что я в порядке, вампирша с поклоном удалилась, уступив место у моей постели господину Аро.

- Ну-с, - его губы с блуждающей на них улыбкой подрагивали от нетерпения. – Покажи, что ты можешь! Как ты это делаешь? Я видел в мыслях Винсента, что ты изменила ход событий в прошлом, но как?

- Я не могу объяснить это.

Аро поджал губы.

- Ладно.

Он оглядел комнату, потом подошел к низкой этажерке, верхнюю полку которой венчала изумительной красоты китайская ваза. Глядя мне прямо в глаза, Аро небрежным движением сбросил вазу на каменный пол, и она жалобно звякнула, разлетаясь на сотни мелких осколков.

- Можешь это исправить?

Я кивнула. Это было просто.

Сосредоточившись на осколках вазы, я закрыла глаза и стала прокручивать в памяти ее падение в обратном направлении.

Вот полупрозрачная рука медленно приближается к тонким стенкам, покрытым лазурью, ваза наклоняется… В последний момент я бросаю на пол маленькую бархатную подушечку, что лежала у меня на постели. Ваза падает, но между хрупким фарфором и камнем пола теперь мягкая ткань.

Когда я открыла глаза, Аро восхищенно вертел в руках целую вазу, которую он поднял с пола.

- Изумительно! Невероятно!

Я стерла со лба выступившую испарину и откинулась на подушки, ощущая навалившуюся усталость. Так было всегда, когда я применяла свой дар.

- А еще? Что ты можешь еще? – рубиновые глаза горели азартом.

- Не знаю, - устало пожала я плечами. - Кроме того, что вы знаете, я больше никогда ничего не меняла. Я только поняла, что чем дальше событие по времени, тем труднее его изменить. И еще я должна сама быть участником событий. Это все.

- Быть участником? – разочарованно протянул Аро. – Как жаль! Значит, мы ограничены твоей коротенькой жизнью?

- Не только. Еще и моими воспоминаниями, – вставила я. – То, чего не помню, я тоже не смогу изменить.

- А если подробно рассказать? – Аро не привык сдаваться.

- Не думаю, что это поможет, – покачала я головой.

Бледное лицо стало жестким, а улыбка – хищным оскалом.

- Придумай что-нибудь, девочка, - проговорил вампир все так же ласково. – Лучше придумай что-нибудь.

Большое спасибо нашей бете Тане tatyana-gr за редактирование главы.

ФОРУМ

Источник: http://robsten.ru/forum/20-2971-1
Категория: Фанфики по Сумеречной саге "Вампиры" | Добавил: MissElen (01.09.2017) | Автор: Юлия Данцева E
Просмотров: 81 | Комментарии: 9 | Теги: Винсент Ларс, Вольтури, Лира Блэк | Рейтинг: 5.0/4
Всего комментариев: 9
avatar
1
8
Ночь темнее перед рассветом. Скорее бы уже этот хэппи энд! Спасибо.
avatar
0
9
До хеппи энда еще почти половина истории и волнующих событий, но главное что он будет и "наши" победят JC_flirt
avatar
1
7
Спасибо . good  good  good
avatar
3
good
avatar
0
6
Kesha, приветствую Вас в теме!
avatar
1
2
эмоционально тяжелая глава...лишь бы выжила в этом аду, хотя смерть для нее наверное лучший исход...спасибо!
avatar
0
5
Не хочется Вас огорчать, но следующие главы будет еще тяжелее, если не сказать, страшнее но это еще не конец...
avatar
1
1
Интересная история , но слишком тяжёлая , для меня .
avatar
1
4
Да, история не из розовой романтики, но, как уже ни раз говорила, и в этой истории будет хеппи энд, ждать осталось недолго JC_flirt
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]