Фанфики
Главная » Статьи » Фанфики по Сумеречной саге "Вампиры"

Уважаемый Читатель! Материалы, обозначенные рейтингом 18+, предназначены для чтения исключительно совершеннолетними пользователями. Обращайте внимание на категорию материала, указанную в верхнем левом углу страницы.


Жизнь и Смерть. Глава 20

Глава 20. НЕТЕРПЕНИЕ

Проснувшись, я растерялся. Мне понадобилось больше времени, чем положено, чтобы вспомнить, где я нахожусь.

Комната была настолько безликой, что сразу же опознавалась как гостиничный номер: прикроватные лампы привинчены к столикам, шторы – из той же ткани, что покрывала на кроватях.

Я попытался вспомнить, как попал в этот номер, но поначалу ничего не приходило в голову.

Я вспомнил чёрный автомобиль, стёкла в окнах которого были темнее лимузинных. Двигатель работал практически беззвучно, хотя скорость, с которой мы неслись по ночным автострадам, более чем вдвое превышала разрешённую.

И вспомнил Арчи, сидящего рядом со мной, а не на переднем сидении около Джессамины. Вспомнил, как внезапно осознал, что его задача – быть моим телохранителем, и переднее сиденье, судя по всему, находится для этого недостаточно близко. Ощущение, что грозящая мне опасность реальна, после этого должно было бы усилиться, но нет – всё происходило словно в миллионе миль от меня. Да, я волновался об опасности – но не о той, что угрожала лично мне.

По моему настоянию Арчи всю ночь напролет просматривал причудливо изменчивый поток своих видéний будущего. Любая мелочь и малейшая подробность – я поглощал их с жадным интересом, все до единой. Арчи пересказывал мне, как Эдит, Карин и Элеонора движутся через лес, со всеми подробностями – поворот за поворотом – и пусть ни один из упомянутых им ориентиров не был мне знакóм, я всё же впитывал каждое слово. А затем, как только чьё-то решение меняло будущее, он возвращался обратно и описывал ту же последовательность по-другому. Это повторялось вновь и вновь, и наплевать, что не в моих силах было за всем уследить. До тех пор, пока будущее не сводило вместе Эдит и Джосс, я мог продолжать дышать.

Иногда я просил его переключиться на Эрнеста. Эрнест и Ройал были в моём пикапе и ехали на восток. Это значило, что мужчина с рыжими волосами их всё ещё преследовал.

Видеть Чарли было для Арчи сложнее.
- С людьми тяжелее, чем с вампирами, – сказал он, и я сразу вспомнил, что Эдит тоже как-то раз говорила мне об этом. Это было всего несколько дней назад, но казалось, с тех пор прошли годы. Я вспомнил эту свою дезориентированность, потерю чувства времени.

Я вспомнил солнце, появляющееся из-за невысокой горы где-то в Калифорнии. Свет резал мне глаза, но я старался их не закрывать, потому что стоило это сделать, как мучительные, невыносимые картины начинали сменять одна другую, беззвучным слайд-шоу проходя перед моим мысленным взором. Я предпочёл бы выжечь себе глаза, чем вновь созерцать их. Разбитое горем лицо Чарли… оскаленные зубы Эдит… гневный взгляд Ройала… красные глаза ищейки, пристально смотрящие на меня… безжизненное выражение глаз Эдит, когда она отворачивается…

Я так и держал глаза открытыми, а солнце двигалось по небу.

Я вспомнил, как одновременно ощущал в голове и тяжесть, и лёгкость – в тот момент мы неслись через невысокий горный перевал, и солнце, светящее уже из-за наших спин, отражалось от крыш родного мне города. Мы совершили трёхдневное путешествие за один день – но у меня не осталось эмоций, чтобы изумиться этому. Я безучастно смотрел на раскинувшийся перед нами город и медленно осознавал, что сейчас мне полагалось отзываться всем сердцем на знакомые с детства картины. Креозотовые кусты, пальмовые деревья, амёбообразные очертания зелёных полей для гольфа, бирюзовые кляксы бассейнов – глядя на всё это, полагалось возрадоваться. Полагалось ощутить себя типа дома.

Тени от столбов с уличными фонарями наискось пересекали автостраду – и были ýже, чем я помнил. Так мало темноты. В таких тенях не укрыться.

- Какая из дорог ведёт в аэропорт? – спросила Джессамина, заговорив впервые с тех пор, как мы сели в машину.

- Оставайся на «десятке» [федеральная автострада I-10], – автоматически ответил я. – Как раз мимо него и проедем.

Мне потребовалось ещё несколько секунд, чтобы понять, что подразумевалось в её вопросе. От переутомления в мозгу стоял туман.

- Мы куда-то летим? – спросил я у Арчи. Я не мог вспомнить, каков был наш план, но такого он вроде бы не предусматривал.

- Нет, но на всякий случай лучше быть неподалёку.

Я вспомнил тот момент, когда мы сворачивали на объездную автостраду вокруг международного аэропорта «Скай-Харбор»… и всё. Видимо, именно тогда мой мозг не выдержал и вырубился окончательно.

Хотя сейчас, отслеживая воспоминания, я действительно нашёл в них смутную картинку того, как выхожу из машины – солнце садится за горизонт, моя рука перекинута через плечо Арчи, его рука, поддерживая, влечёт меня вперёд, и я, спотыкаясь, бреду сквозь сухую теплую тень.

Никаких воспоминаний об этой комнате.

Я посмотрел на электронные часы на ночном столике. Красные цифры сообщили, что сейчас три часа, но никак не намекнули, три часа ночи или дня. Не единого лучика света не проникало по краям плотных штор, но комнату ярко освещал свет электрических ламп.

Я неловко поднялся с постели, пошатываясь, добрёл до окна и отдёрнул шторы.

Снаружи было темно. Значит, три утрá. Окна комнаты смотрели на пустынный участок автострады и здание нового гаража для длительной парковки при аэропорте. Я почувствовал себя лучше – хоть и совсем ненамного – обнаружив, что способен точно определить время и место.

Я осмотрел себя – на мне по-прежнему была рубашка Эрнеста и те же коротковатые брюки. Осмотрел комнату и обрадовался, заприметив на невысоком комоде свою спортивную сумку.

Тихий стук в дверь заставил меня вздрогнуть.

- Мне можно войти? – спросил Арчи.

Я глубоко вздохнул.
- Разумеется.

Он вошел и присмотрелся ко мне.
- Посмотреть на тебя, так ты мог бы поспать и подольше.

Я покрутил головой.

Он молча метнулся к окну и плотно задёрнул шторы.

- Нам нужно будет оставаться в помещении, – напомнил он.

- Ладно. – Мой хриплый голос дал петуха.

- Хочешь пить? – спросил он.

Я пожал плечами.
- Я в порядке. Как насчёт тебя?

Он улыбнулся.
- Ничего, терпеть можно. Я заказал тебе еды – она в гостиной. Эдит меня проинформировала, что тебе нужно питаться гораздо чаще, чем нам.

Сонливость как рукой сняло.
- Она звонила?

- Нет. – Он проследил за тем, как огорчённо вытянулось моё лицо. – Это было перед нашим отъездом. Она дала мне прóпасть инструкций. Иди съешь что-нибудь.

Он исчез из комнаты раньше, чем я успел возразить, что не голоден. Я медленно последовал за ним.

За дверью спальни обнаружилась гостиная. Тихонько бормотал телевизор. Джессамина, с безразличным видом глядя на экран, сидела за столом в углу. Подойдя к ней, Арчи растрепал её медового цвета волосы.

- Последние новости? – спросил я.

- Эрнест и Ройал вернулись в Форкс. Рыжий бросил их преследовать.

Я открыл было рот для вопроса, но Арчи уже отвечал.

- Они присматривают за твоим отцом. Рыжий мимо них не проскочит.

- Что он делает?

- Рыщет по городу – насколько я понимаю, высматривает тебя; зачем-то забирался в школу.

Мои глаза вылезли из орбит.
- Напал на кого-нибудь?

Арчи помотал головой.
- Похоже, они преследуют изначально выбранную жертву, не отвлекаясь ни на что остальное.

- Эдит?

- Судя по всему, раздосадована. Они нагоняют ищейку, но та сбегает от них. Она продолжает двигаться на север. Они преследуют её.

Я стоял, не зная, что мне делать.

Эдит шла по следу Джосс. Разумеется, с ней были Карин и Элеонора, но Эдит самая быстрая…

- Съешь что-нибудь, Бо. Эдит настаивает, чтобы её инструкциям следовали буквально, иначе с ней становится нелегко.

На журнальном столике стоял поднос, а на нем – пара тарелок, накрытых металлическими крышками. Я не мог придумать, что мне делать – кроме как последовать распоряжению Арчи. Я сел на пол около столика, снял одну из крышек и, не присматриваясь к еде, просто схватил оттуда что-то и начал есть. Наверное, я проголодался. В поездке мы ни разу не останавливались ради еды.

Пока я ел, они сидели молча и не шевелясь. Я пялился в экран телевизора, но не понимал, чтó там показывают. Новости? Рекламу? Кто его знает. Я ел, не чувствуя вкуса еды, пока тарелки не опустели.

Когда ничего съедобного не осталось, я уставился на стену.

Перед моим мысленным взором была лишь одна картина: Эдит, несущаяся по лесу быстрее гепарда… быстрее пули. Было очевидно, что она догонит ищейку первой.

В памяти зазвучали слова Лорен: «Вам с ней не справиться. Она абсолютно смертоносна».

Внезапно Джессамина оказалась стоящей рядом со мной, ближе, чем обычно.

- Бо, – сказала она успокаивающим тоном. – Тебе не о чем волноваться. Здесь ты в полной безопасности.

- Я знаю.

- Тогда почему ты испуган? – Казалось, она сбита с толку. Вероятно, она чувствовала мои эмоции, но не могла видеть, что именно их вызывает.

- Ты же слышал, что говорила Лорен. Джосс смертоносна. Что, если что-нибудь пойдёт не так, и они разделятся? Если хоть что-то случится, если Карин или Элеонора… или Эдит… – Мой голос сорвался. – Если тот рыжий псих причинит вред Эрнесту – как мне жить, зная, что это моя вина? Никто из вас не должен рисковать жизнью из-за…

- Стоп, Бо, стоп, – перебила она; слова лились так быстро, что её речь было трудно понять. – Ты совершенно не о том волнуешься, Бо. Можешь довериться мне в этом – ни одному из нас опасность не угрожает. Тебе и без того забот хватает, настоящих; не добавляй к ним ещё и выдуманные. Послушай меня! – велела она, заметив, что я отвёл взгляд. – Наша семья сильная. Единственное, чего мы боимся – это потерять тебя.

- Но почему вы должны…

Тут рядом оказался Арчи; он обнял Джессамину за талию.
- Почти столетие Эдит была одна. Теперь она нашла тебя. Ты не можешь увидеть в ней тех перемен, которые видим мы – те, кто были с ней так долго. Думаешь, кто-то из нас хочет смотреть ей в глаза следующую сотню лет, если она потеряет тебя?

Чувство вины стало слабеть, сменяясь полным спокойствием, которое ощущалось как совершенно естественное, приходящее изнутри – но я не обманывался.

- Знаешь, я бы всё равно это сделал, – добавил Арчи. – Даже если бы Эдит меня об этом не просила.

- Почему?

Он усмехнулся.
- Трудно объяснить так, чтобы это не звучало малость шизануто… Я воспринимаю время иначе, чем ты или Джес, или кто угодно ещё. – Джессамина усмехнулась и дёрнула его за ухо. – Поэтому мои слова покажутся тебе бессмысленными. Но для меня дело обстоит так, будто мы с тобой уже давние друзья, Бо. В первую же секунду, когда ты стал частью жизни Эдит, для меня всё было так, словно мы уже провели вместе сотни часов. Вместе смеялись над тем, что Эдит на всё реагирует чрезмерно; вместе сверх всякой меры выбешивали Ройала; вместе ночами напролёт беседовали с Карин…

Я уставился на него. Он пожал плечами.
- Вот так я воспринимаю мир.

- Мы друзья? – изумлённо спросил я.

- Лучшие друзья, – подтвердил он. – Будем однажды. Как это любезно со стороны моей самой любимой сестрёнки – влюбиться в моего лучшего друга, не правда ли? Думаю, я задолжал ей ответную любезность.

- Ого, – вот и всё, что я додумался сказать в ответ.

Арчи рассмеялся.

Джессамина закатила глаза.
- Большое спасибо, Арчи. Я его только что успокоила.

- Да нет, со мной всё хорошо, – уверил их я. Может быть, Арчи и врал, чтобы исправить мне настроение, но это всё равно сработало. Не так уж и плохо, если Арчи и сам хотел мне помочь. Если он это делал не только из-за Эдит.

- Ну, так что будем делать теперь? – спросил я.

- Ждать, когда что-нибудь изменится.

Это был очень долгий день.

Мы оставались в номере. Арчи позвонил дежурному администратору и попросил, чтобы у нас пока не убирали. Шторы оставались закрытыми, телевизор – включённым, хотя его никто не смотрел. Через равные промежутки времени мне доставляли еду.

Внезапно мне стало подозрительно комфортно рядом с Арчи. Как будто его видéние о нашей дружбе, будучи высказано вслух, тем самым сделалось реальностью. Он сидел в кресле рядом с диваном, на котором растянулся я, и отвечал на все те вопросы, которые я слишком боялся задавать прежде. Иногда он отвечал на них раньше, чем я успевал спросить. Это было немного странно, но, подумав, я предположил, что именно так все они постоянно чувствуют себя рядом с Эдит.

- Да, – сказал он, едва я собрался спросить его об этом вслух. – Это абсолютно то же самое. Она очень старается не навязываться со своим даром.

Он рассказал мне о своём пробуждении.

- Я помнил всего одну вещь, и даже не уверен, настоящее ли это воспоминание из моего прошлого. Я думал, что вспоминаю, как кто-то произносит моё имя – называет меня Арчи. Но, возможно, в тот момент я вспоминал нечто, что ещё не произошло – видел, что однажды кто-то будет звать меня Арчи. – Заметив выражение моего лица, он улыбнулся. – Я знаю, это неразрешимый вопрос, верно?

- Волосы? – Он, не смущаясь, провёл рукой по своей обритой голове. Волосы отросли ровно настолько, чтобы можно было рассмотреть их цвет – тёмно-каштановый, почти чёрный, такой же, как цвет его бровей. – Для 1920 года выглядит довольно экстравагантно. Слава небесам, не та эпоха, чтобы предполагать, будто я был скинхедом. Самые вероятные гипотезы – болезнь или плохое поведение.

- Плохое поведение? – переспросил я.

Он пожал плечами.
- Может, я в тюрьме сидел.

- Ты же не мог быть намного старше меня, – возразил я.

Он в задумчивости соединил кончики пальцев.
- Мне нравится считать, что если я действительно был преступником, то был этаким вундеркиндом – «мозгом» преступного мира.

Джессамина, которая опять сидела за столом и почти всё время молчала, рассмеялась вместе со мной.

- Они не сбили меня с толку, чего, вероятно, следовало бы ожидать, – сказал Арчи, когда я спросил его, на что были похожи его первые видения. – Они казались нормальными. Я знал: то, что я вижу, ещё не произошло. Может быть, я и раньше видел будущее, до того, как был изменен. А может, я просто быстро адаптируюсь. – Он улыбнулся, уже зная вопрос, который я готовился задать. – Это была Джес. Она была первым, что я увидел. – И тут же: – Нет, в реальности наша встреча состоялась значительно позже.

Что-то в его тоне заставило меня поинтересоваться:
- Насколько позже?

- Спустя двадцать восемь лет.

- Двадцать восемь?! Тебе пришлось ждать двадцать восемь лет? Но разве ты не мог…

Он кивнул.
- Я мог найти её раньше. Я знал, где она. Но она ещё не была готова к этому. Если бы я пришёл слишком рано, она бы меня убила.

Я ахнул и уставился на неё. В ответ она изогнула бровь, и я снова посмотрел на Арчи. Он засмеялся.

- Но Эдит говорила, что ты – единственный, кто может противостоять ей в драке…

Джессамина зашипела – не в бешенстве, но слегка раздражённо. Я снова взглянул на неё, и она закатила глаза.

- Мы никогда этого не узнаем, – сказал Арчи. – Если бы Джес в самом деле попыталась убить Эдит, вместо того, чтобы просто играть… Что ж, опыт у Джес большой. Возможность видеть будущее – не единственная причина того, почему я могу быть на равных с Эдит – это ещё и потому, что именно Джес учила меня драться. На всех в клане Лорен произвела впечатление Элеонора – согласен, смотрится она довольно-таки эффектно. Но если б дело дошло до драки, то вовсе не Элеонора стала бы их проблемой. Если бы они получше присмотрелись к моей ненаглядной, – он послал ей воздушный поцелуй, – то забыли бы о девушке-качке.

Я вспомнил, как в первый раз увидел Джессамину в столовой, вместе с семьёй. Прекрасная, как остальные – но явно особенная. Ещё даже не успев облечь своё впечатление в слова, я ощутил присутствие в ней чего-то очень похожего на то, про что говорил сейчас Арчи.

Я посмотрел на Арчи.

- Ты можешь сам её спросить, – сказал он. – Но она не ответит.

- Он хочет знать мою историю? – предположила Джессамина. Последовал смешок, довольно-таки мрачный. – Ты не готов к этому, Бо. Поверь мне.

И хотя моё любопытство не угасло, я ей очень даже поверил.

- Ты сказал, что с людьми сложнее… но сейчас ты, кажется, видишь меня очень хорошо, – заметил я.

- Я специально фокусируюсь на тебе, и находишься ты совсем рядом, – объяснил Арчи. – Кроме того, предсказывать, что произойдет через две секунды – даже проще, чем предсказывать погоду. Вот дальние прогнозы – те всё время меняются. Даже один час всё усложняет.

Арчи продолжал держать меня в курсе того, что происходило с другими – а не происходило почти ничего. Джосс умело убегала. По словам Арчи, существовали уловки и хитрости – например, запах невозможно отследить в воде – и Джосс, судя по всему, знала их. Раз шесть её след приводил их обратно к Форксу и снова уводил оттуда, уже в другом направлении. Дважды Арчи звонил Карин, чтобы проинструктировать её. В первый раз – что-то о направлении, в котором Джосс спрыгнула с утёса, а в другой раз – о том, где именно они найдут её запах на противоположном берегу реки. Судя по тому, как он описывал будущее, в его видениях была не ищейка, а Эдит с Карин. Наверное, подумал я, свою семью он видит яснее всего. Я хотел попросить у него сотовый, но знал, что на то, чтобы слушать голос Эдит, времени нет. Они шли по следу.

Также я понимал, что мне вроде бы полагается желать Эдит и остальным успеха в охоте, но когда дистанция между Эдит и Джосс, несмотря на помощь Арчи, увеличивалась, моим единственным чувством было облегчение. Если это означало, что мне придётся вечность проторчать в этом гостиничном номере, я бы не стал жаловаться. Всё что угодно – лишь бы она оставалась в безопасности.

Был один вопрос, задать который мне хотелось больше всего, но я не решался. Думаю, если бы не присутствие Джессамины, я бы, наверное, сделал это быстрее. Рядом с ней я не чувствовал той непринужденности, что уже сложилась между мной и Арчи. Что было, вероятно, лишь потому, что она и не пыталась вызвать у меня такое чувство.

Я ел (Что это было – ужин? Может быть. Я не мог вспомнить, сколько уже было трапез) – ел и раздумывал о том, какими способами могу задать этот вопрос. А затем взглянул на лицо Арчи и понял: он уже знает о вопросе, который я мысленно пытаюсь задать, и, в отличие от дюжин других вопросов, на этот он решил не отвечать.

Я сощурил глаза.

- Это входило в списки инструкций Эдит? – язвительно спросил я.

Кажется, из угла, где сидела Джессамина, до меня донёсся тихий вздох. Наверное, это раздражает – слышать только половину разговора. Но она уже должна была к этому привыкнуть. Эдит и Арчи наверняка вообще не требовалось ничего говорить вслух, когда они вели друг с другом диалог.

- Это подразумевалось, – ответил Арчи.

Я подумал о том моменте в джипе, когда они спорили. Это и было предметом их спора?

- Я не могу рассчитывать на то, что наша будущая дружба – достаточно веский повод, чтобы твоя преданность Эдит дрогнула?

Он нахмурился.
- Эдит – моя сестра.

- Даже если ты с ней в этом не согласен?

Минуту мы смотрели друг на друга.

- Так вот что ты видел, – догадался я. Я почувствовал, как всё шире распахиваются мои глаза. – Вот из-за чего она так разнервничалась тогда. Ты уже это видел, да?

- Это было только одно будущее среди многих. Я ведь видел и то, что ты умер, – напомнил он мне.

- Но ты это видел. Это возможно.

Он пожал плечами.

- А ты не думаешь, что в таком случае я имею право знать? Даже если это всего лишь крошечный шанс?

Он уставился на меня, размышляя.

- Имеешь, – в конце концов сказал он. – Ты имеешь право знать.

Я ждал.

- Ты не знаешь, в какую ярость впадает Эдит, когда ей перечат, – предупредил он меня.

- Это вообще не её дело, а только наше с тобой. Прошу тебя, как друг друга.

Помолчав, он всё-таки решился.
- Я могу рассказать тебе механику этого дела, но сам я ничего из этого не помню, никогда этого не делал и не видел, как делали другие, поэтому имей в виду, что я могу рассказать тебе только теорию.

- Как кто-нибудь может стать вампиром?

- О, и это всё? – пробормотала Джессамина у меня за спиной. Я и забыл, что она слушает.

Я ждал.

- Как хищники, – начал Арчи, – мы вооружены с переизбытком: наше тело имеет гораздо больше возможностей для поражения жертвы, чем нам нужно для охоты на такую лёгкую добычу как люди. Сила, скорость, обострённые чувства, не говоря уже о тех из нас, кто ещё и экстрасенс – как Эдит, Джессамина или я. Кроме того, мы физически привлекательны для наших жертв – как какой-нибудь плотоядный цветок*.

В моей памяти вновь ожили картины того, что произошло на поляне – то, как Эдит проиллюстрировала мне ту же самую концепцию.

Он улыбнулся широко – блеснули зубы.
- У нас есть ещё один (по сути – лишний) вид оружия. Ко всему прочему, мы ещё и ядовиты. Наш яд не убивает – просто выводит из строя. Действует он постепенно, распространяясь через кровоток. Боль жертвы, которую укусили, настолько сильна, что сбежать от нас она уже не способна. Что, в общем-то, излишество, как я и говорил. Уж если мы находимся настолько близко к жертве, ей и так никуда от нас не деться. Конечно, если мы сами этого не захотим.

- Карин – тихо сказал я. Пробелы в истории, которую рассказывала мне Эдит, заполнялись. – Выходит… если позволить яду распространиться…

- Чтобы превращение завершилось, требуется несколько дней, в зависимости от того, сколько яда попало в организм, как близко к сердцу он был введён – создатель Карин укусил её за руку нарочно, чтобы она мучилась сильней. Пока сердце продолжает биться, яд распространяется, исцеляя и меняя тело на своём пути. В конечном счёте сердце останавливается – трансформация завершена. Но всё то время, пока она длится, каждое её мгновение, жертва будет желать смерти – отчаянными криками умолять о ней.

Я вздрогнул.

- Да, Бо, это неприятно.

- Эдит говорила, что это очень трудно сделать… но это кажется довольно-таки простым.

- В каком-то смысле мы ещё и как акулы. Как только мы чуем вкус или даже просто запах крови, нам уже очень трудно сдержаться и не насытиться ею. Практически невозможно. Так что, понимаешь, если укусить кого-нибудь, попробовать эту кровь, то впадаешь в исступление. Это трудно для обоих – жажда крови у одного, жуткая боль у другого.

- Судя по тому, что ты рассказываешь, такое вряд ли забудешь, – сказал я.

- Для всех остальных боль превращения – самое отчётливое из воспоминаний о человеческой жизни. Не знаю, почему я отличаюсь от всех.

Арчи сидел не шевелясь и смотрел мимо меня. Я раздумывал, каково это – не знать, кем ты был. Смотреть в зеркало и не узнавать того, кто смотрит на тебя оттуда.

Однако мне с трудом верилось в то, что Арчи мог быть преступником; в его лице было что-то по-настоящему хорошее. Ройал имел эффектную внешность, из тех, что притягивают взгляды школьниц, но в лице Арчи было кое-что получше, чем идеальные черты. Абсолютное благородство, самобытность, чистота.

- В том, что я отличаюсь от всех, есть свои плюсы, – внезапно сказал Арчи. – Я не помню никого из тех, с кем расстался, кого оставил в прежней жизни. Ещё одна боль, которой я избежал. – Он посмотрел на меня, и его глаза слегка сощурились. – Карин, Эдит и Эрнест – каждый из них ещё до того, как расстаться со своей человеческой сутью, потерял всех тех, кто был им дорог. Им было о ком горевать – но не сожалеть. У остальных было иначе. Физическая боль – вещь сравнительно короткая, Бо. Есть страдание более долгое… У Ройала были родители, которые любили его и зависели от него. Две младшие сестры, которых он обожал. После того, как был изменён, он никогда больше не смог повидать их. А затем пережил их всех. Эта боль – очень, очень долгая.

Я спросил себя в мыслях, не пытается ли он смягчить моё отношение к Ройалу – пробудить у меня сочувствие к парню, несмотря на его ненависть ко мне. Что ж… у него получалось.

Он покачал головой так, будто я его не понял.

- Это часть процесса, Бо. Я этого не испытал. Я не могу сказать тебе, на что это похоже. Но это – часть процесса.

А затем я понял, что он имеет в виду.

Он снова застыл в полной неподвижности. Я закинул руку за голову и уставился в потолок.

Если… если когда-нибудь это случится, если Эдит однажды захочет, чтобы я таким стал…  что это будет означать для мамы? Что это будет означать для Чарли?

Так много всего надо было обдумать. Всего того, о чём я даже не знал, что не знал, что мне надо это обдумать.

Но кое-что казалось очевидным. Что бы ни было причиной, Эдит не хотела, чтобы я обо всём этом думал. Почему? У меня заболел живот, когда я попытался вообразить себе возможный ответ на этот вопрос.

Затем Арчи вскочил на ноги.

Испуганный его резким движением, я посмотрел на него – и встревожился ещё сильнее, увидев его лицо.

Абсолютно отрешённое – пустое, без выражения, с полуоткрытым ртом.

Затем рядом с ним оказалась Джессамина, которая осторожно усадила его обратно в кресло.

- Что ты видишь? – спросила она тихим, успокаивающим голосом.

- Что-то изменилось, – сказал Арчи ещё тише, чем она.

Я наклонился поближе, прислушиваясь к их диалогу.

- Что там?

- Комната. Длинная такая… повсюду зеркала. Деревянный пол. Ищейка в этой комнате, и она ждет. Вдоль зеркал тянется какая-то золотистая полоса.

- Где эта комната?

- Не знаю. Чего-то не хватает… ещё какое-то решение пока не принято.

- Когда это произойдёт?

- Скоро. Она будет в зеркальной комнате сегодня или, может быть, завтра, смотря по обстоятельствам. Она чего-то дожидается. – Его лицо снова стало отрешённым. – А сейчас она в темноте.

Голос Джессамины был спокойным, методичным.
- Что она делает?

- Смотрит телевизор… нет, видеозапись; в темноте, в каком-то другом месте.

- Можешь рассмотреть то, второе место?

- Нет, там в помещении слишком темно.

- А эта зеркальная комната, что ещё в ней есть?

- Только зеркала и это вот золотистое. Это какая-то лента или шнур, вокруг всей комнаты. И чёрный стол с большой стереосистемой, и телевизор. Здесь она тоже притрагивается к видеомагнитофону, но не просматривает видеозаписи, как в той тёмной комнате. В этой комнате она ждёт. – Арчи отвёл взгляд от того, что видел только он, затем сосредоточился на лице Джессамины.

- Больше ничего?

Он помотал головой. Они смотрели друг на друга, не шевелясь.

- Что это означает? – спросил я.

Сначала ни один из них не ответил, затем Джессамина посмотрела на меня.

- Это означает, что планы ищейки изменились. Она приняла какое-то решение, которое приведёт её в эту зеркальную комнату и в ту тёмную комнату.

- Однако мы не знаем, где эти комнаты находятся?

- Нет.

- Зато мы точно знаем, что её не будет в горах к северу от Вашингтона, где трое наших на неё охотятся. Она ускользнёт от них, – мрачно произнёс Арчи.

Он поднял трубку точно в тот момент, когда она завибрировала.

- Карин, – сказал он. А затем взглянул на меня. – Да. – Долго слушал, затем подтвердил: – Я её только что видел. – Он описал своё видение так же, как описывал его Джессамине. – Зачем бы ей ни потребовалось брать тот самолёт… это вело её в те две комнаты. – Он сделал паузу. – Да.

Он протянул мне телефон.
- Бо?

Я выхватил у него трубку.
- Алло?

- Бо, – выдохнула Эдит.

- Ох, Эдит, – сказал я. – Ты где?

- В окрестностях Ванкувера. Прости меня, Бо – мы её упустили. Похоже, она что-то подозревает насчёт нас – она держится ровно на таком расстоянии, чтобы я не могла её слышать. Сейчас она вообще улизнула – похоже, угнала маленький самолет. Мы думаем, что она направляется обратно в Форкс, чтобы начать поиски заново.

Я слышал у себя за спиной голос Арчи – он что-то сообщал Джессамине.

- Я знаю. Арчи видел, что она ушла от вас.

- Но тебе волноваться не о чем. Ты не оставил следа, по которому она могла бы пойти. Тебе надо просто оставаться с Арчи и ждать, пока мы не отыщем её снова. Довольно скоро Арчи высмотрит её.

- Я буду в порядке. Эрнест рядом с Чарли?

- Да. Мужчина был в городе. Он забирался в дом, но Чарли в это время был на работе. Он не приближался к твоему отцу. Не волнуйся – Чарли в безопасности под присмотром Эрнеста и Ройала.

Почему-то присутствие Ройала не особо меня успокоило.

- Как думаешь, чем занят Виктор?

- Пытается взять след. Всю ночь напролёт рыскал по окрестностям. Ройал проследил за ним: он был в аэропорту Порт-Анджелеса, обежал все дороги вокруг города, залезал в школу… он роет, Бо, но ему ничего не найти.

- А ты уверен в безопасности Чарли?

- Да. Эрнест с него глаз не спустит. Я скоро буду там. Если ищейка где-то поблизости от Форкса, я найду её.

Я сглотнул.
- Будь осторожна. Оставайся с Карин и Элеонорой.

- Я знаю, что делаю.

- Я скучаю по тебе, – сказал я.

- Я знаю, поверь мне, я знаю. Ты как будто забрал с собой половину меня.

- Ну так приезжай и возьми её обратно.

- Как только будет возможность. Сначала я обязана всё исправить. – Её голос зазвучал жёстко.

- Я люблю тебя.

- После всего, что вытерпел из-за меня, можешь ли ты верить, что я тоже люблю тебя?

- Да, могу.

- Я скоро за тобой приеду.

- Буду ждать тебя.

Телефон умолк, и на меня вдруг навалилась невыносимая тоска. Джессамина посмотрела на меня пристально, и это чувство рассеялось.

Джессамина вернула своё внимание Арчи. Тот сидел на диване, склонившись над столом, в руке у него была бесплатная гостиничная авторучка. Я подошёл посмотреть, что он делает.

Он набрасывал рисунок на листке бумаги с логотипом отеля. Я перегнулся через спинку дивана и заглянул ему через плечо.

Он нарисовал комнату: длинную, прямоугольную, с более узкой квадратной секцией в дальнем конце. Он нарисовал линии, показывающие, как уложены на полу паркетные доски. Затем ещё линии, на стенах, одну за другой – стыки между зеркалами. Только сейчас я понял, что на самом деле зеркала покрывали стену целиком. А на уровне пояса вдоль стен шла длинная лента. Та лента, которую Арчи называл золотистой.

- Это балетная студия, – сказал я, внезапно распознав знакомые очертания.

Оба они подняли на меня удивлённые глаза.

- Ты знаешь эту комнату? – Голос Джессамины звучал спокойно, но за этим спокойствием ощущался какой-то подтекст. Арчи склонился ещё ниже, теперь его рука буквально летала над листком. На дальней стене появились очертания аварийного выхода – именно в том месте, где я ждал их появления. В переднем правом углу комнаты Арчи нарисовал стереосистему и телевизор.

- Выглядит как место, где мама когда-то – правда, совсем недолго – давала уроки танцев. Оно было точно таким же. – Я указал туда, где, сужая дальнюю часть комнаты, выступала квадратная секция. – Здесь были душевые, дверь, ведущая в них, находилась в соседнем танцклассе. Но стереосистема стояла вот здесь, – я указал на левый угол, – не такая, более старая, и не было телевизора. В комнате ожидания было смотровое окно – если смотреть через него, зал видно именно в таком ракурсе.

Арчи и Джессамина пристально смотрели на меня.

- А это точно та же самая комната? – спросила Джессамина тем же неестественно спокойным голосом.

- Нет, совсем не обязательно. В смысле, большинство танцевальных студий на вид одинаковые: зеркала да станок. – Я перегнулся через диван и провел пальцем по той линии напротив зеркал, что изображала балетный станок. – Просто выглядит знакомо.

- Тебе зачем-нибудь может потребоваться пойти туда сейчас? – спросил Арчи.

- Нет. Я не бывал там с тех пор, как мама уволилась – лет десять, наверное, прошло.

- Значит, между тобой и этой комнатой нет никакой связи? – волнуясь, уточнил Арчи.

Я покачал головой.
- Я даже не думаю, что у неё прежний владелец. Это наверняка просто другая танцевальная студия, где-то ещё.

- Где располагалась студия, куда ходила твоя мать? – спросила Джессамина как бы невзначай, вовсе не таким озабоченным тоном, какой был у Арчи.

- Совсем недалеко от нашего дома, прямо за углом. Она потому и устроилась на эту работу – так я мог заходить к ней туда, когда шёл после школы домой… – Я смолк, заметив взгляд, которым они обменялись.

- Значит, здесь, в Финиксе? – спросила она всё тем же небрежным тоном.

- Да, – прошептал я. – Угол Пятьдесят восьмой и Кактусовой.

Все мы молча смотрели на рисунок.

- Арчи, этим телефоном безопасно пользоваться? – спросил я.

- Номер укажет только на штат Вашингтон, а нас там уже нет, – сказал он мне.

- Значит, я могу им воспользоваться, чтобы позвонить маме.

- Она же во Флориде, верно? Она там наверняка в безопасности.

- Так и есть – но она скоро собирается домой, а ей нельзя туда возвращаться, пока… – мой голос дрогнул. Я подумал о Викторе: он что-то искал – в доме Чарли, в школе Форкса, где в личном деле хранилась информация обо мне.

- Какой у неё номер? – спросил Арчи. В руке у него уже был телефон.

- Другого постоянного номера, кроме домашнего, у них нет. Она, по идее, должна регулярно проверять сообщения на автоответчике.

- Джес? – спросил Арчи.

Она обдумала это.
- Не думаю, что это может быть опасно – только, разумеется, не говори, где ты находишься.

Я кивнул и взял у них телефон. Набрал знакомый номер, дождался, пока прозвучат четыре звонка, а затем выслушал беззаботный голос матери, предложивший мне оставить сообщение.

- Мама, – сказал я после гудка, - это я. Слушай, мне нужно, чтобы ты кое-что сделала. Это важно. Как только получишь это сообщение, позвони мне вот по этому номеру. – Арчи указал на номер, который уже был написан под его рисунком. Я дважды старательно произнёс его. – Пожалуйста, не езди и не ходи никуда, пока не поговоришь со мной. Не волнуйся, у меня всё хорошо, но мне очень срочно нужно с тобой поговорить. Звони мне в любое время, хоть ночью, хорошо? Люблю тебя, мама. Пока. – Я закрыл глаза и помолился о том, чтобы никакая непредвиденная смена планов не привела маму домой раньше, чем она получит моё сообщение.

Затем мы снова стали ждать.

Я подумывал, не позвонить ли Чарли, но непонятно было, что я могу ему сказать. Я посмотрел новости, на этот раз внимательно следя за сообщениями – из Флориды и с весенних сборов бейсболистов. Мало ли что – забастовки, ураганы, теракты – всё это могло склонить их раньше времени отправиться домой.

К бессмертию, должно быть, бесплатно прилагается ещё и бесконечное терпение. Ни Джессамина, ни Арчи явно не ощущали нужды делать хоть что-то. Какое-то время Арчи набрасывал неясные очертания тёмной комнаты из своего видения – насколько он смог разглядеть их в свете телеэкрана. А покончив с этим занятием, просто сидел, глядя на пустые стены. Джессамина тоже явно не испытывала потребности ни пройтись по комнате, ни выглянуть на улицу через занавески, ни пробить кулаком дыру в стене – в отличие от меня.

В ожидании телефонного звонка я уснул на диване.

---------------------------------------

* Плотоядные цветы действительно прекрасны. Полюбоваться ими можно здесь и здесь.
Или тут: http://annaross.ru/2014/10/20/krasota-trebuet/ и тут: http://fruittree.ru/sorta/rasteniya-xishhniki.html

 

Перевод: leverina 

Редактор: облачко 

Материал предоставлен исключительно в целях ознакомления и не преследует коммерческой выгоды. Копирование и распространение запрещено. 



Источник: http://robsten.ru/forum/90-2048-1
Категория: Фанфики по Сумеречной саге "Вампиры" | Добавил: skov (03.06.2016) | Автор: Автор: Стефани Майер
Просмотров: 206 | Комментарии: 7 | Теги: С. Майер, Жизнь и смерть | Рейтинг: 5.0/12
Всего комментариев: 7
avatar
1
7
Спасибо за главу  cvetok01
avatar
2
6

Цитата
- Спустя двадцать восемь лет.

Ничего себе! 4 А Элис ждала Джаспера всего 5 лет ...
avatar
1
4
Цитата
У Ройала были родители, которые любили его и зависели от него. Две младшие сестры, которых он обожал. После того, как был изменён, он никогда больше не смог повидать их.

Его изнасиловала кмпания пьяных девушек?
Спасибо за главу! lovi06032
avatar
0
5
не изнасиловала. не знаю точно, но по слухам, его била не то компания приятелей его невесты, не то нанятые ею бандиты.:4:
avatar
1
3
благодарю  cvetok01 cvetok01 cvetok01 cvetok01 cvetok01
avatar
1
2
Спасибо огромное за перевод и за Ваш труд
avatar
1
1
Спасибо за продолжение
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]