Рыжеватые бакенбарды темнели на щеках и скулах. Каллен выглядел таким худым, таким уязвимым… Эсми вернулась с Чарли на буксире, и я неловко встала, чтобы нежно поцеловать Эдварда в прохладную щеку.

— Я люблю тебя. Вернусь завтра. Пожалуйста, поправляйся. Пожалуйста, Эдвард, — я зажмурилась, но слезы все равно потекли.

Среди вихрей революции давно умерший человек нарушает покой небольшого городка, восстав из могилы.

— Если я приму предложение, что это будет означать для Тани?

— Ты признаешь свою вину в ее убийстве, и дело закроют, Эдвард.

Среди вихрей революции давно умерший человек нарушает покой небольшого городка, восстав из могилы.

Пятилетняя София идёт в школу, и Эдварду приходится принять тот факт, что его малышка растёт очень быстро. Пока они с Беллой пытаются справиться с очень активной маленькой девочкой, карьерой и отношениями, их жизнь снова кардинально меняется.
 

Эсми погладила меня по ноге и грустно улыбнулась.

— Как он? — с тревогой спросила я, ища ответ в ее взгляде. По щеке миссис Каллен скатилась слеза. — Эсми?

Она вытерла глаза и быстро покачала головой.

Забота о другом человеке оказалась для меня в новинку, но теперь я не могу даже вспомнить те времена, когда жил иначе.

Среди вихрей революции давно умерший человек нарушает покой небольшого городка, восстав из могилы.

— Я закажу тебе еще обезболивающее, но остальное выглядит хорошо. Тебе очень повезло, Белла, — они с Софи тихо ушли.

Повезло. Слезы снова потекли по моим щекам, когда я мысленно вернулась к прекрасному времени, которое мы провели с Эдвардом на поляне. Прямо перед тем, как наш мир развалился на части.

— Ты можешь встать?

— Нет, — проворочал Эдвард. — Голова болит. Не могу… дышать, — он задыхался, свернувшись калачиком. — Плохо… — его снова вырвало. Эдварда рвало, и он шипел от боли.

У меня вырвался крик ужаса.

Среди вихрей революции давно умерший человек нарушает покой небольшого городка, восстав из могилы.

Несколько бокалов радостно звякнули друг о друга. Изабелла улыбалась, делая глоток маргариты со льдом. Она, Розали, Джаспер и Эдвард сидели на задней веранде последнего и потягивали праздничные напитки.

9:37, улица Эшоде, Париж, Франция. В новом городе, в чужой стране, на совершенно другом континенте. Я чувствовала себя не в своей тарелке. Но беспокоиться времени не было.

9:37, улица Эшоде, Париж, Франция. В новом городе, в чужой стране, на совершенно другом континенте. Я чувствовала себя не в своей тарелке. Но беспокоиться времени не было.

9:37, улица Эшоде, Париж, Франция. В новом городе, в чужой стране, на совершенно другом континенте. Я чувствовала себя не в своей тарелке. Но беспокоиться времени не было.

9:37, улица Эшоде, Париж, Франция. В новом городе, в чужой стране, на совершенно другом континенте. Я чувствовала себя не в своей тарелке. Но беспокоиться времени не было.

9:37, улица Эшоде, Париж, Франция. В новом городе, в чужой стране, на совершенно другом континенте. Я чувствовала себя не в своей тарелке. Но беспокоиться времени не было.